Пламя над бездной

Пламя над бездной

Обложка издания
Автор
Вернор Виндж

Автор: Вернор Виндж

Анатомия космического апокалипсиса

От законов материи к воле Сил

Мир «Пламени над бездной» представляет собой колоссальное космическое пространство, разделенное на зоны с различной степенью реальности и физических возможностей. В центре Галактики разум ограничен привычными законами природы, однако по мере удаления к границам Запределья и Трансценденции материя становится податливой, позволяя существам достигать статуса всемогущих «Сил». Это пространство характеризуется сосуществованием высокотехнологичных цивилизаций, использующих межзвездные перелеты и сложные информационные сети, и архаичных, почти мифологических структур, где доминируют уникальные биологические виды и сложные социальные иерархии. Социальное устройство мира строится на взаимодействии различных рас и форм сознания: от высокоорганизованных коллективных разумов до изолированных племен и технологических империй. Технологии здесь тесно переплетены с метафизикой: информационные искажения, манипуляции сознанием и «мыслезвуки» являются такими же реальными инструментами влияния, как и физическое оружие. Эпоха характеризуется состоянием перманентного кризиса, вызванного стремлением разума познать пределы Трансценденции, что неизбежно приводит к пробуждению древних, агрессивных сущностей и глобальным катастрофам, меняющим саму структуру реальности.

Стратеги и странники в пустоте

В центре повествования находятся Равна Бергсдот и Фам Нювен — два человека, чьи судьбы тесно переплетены в условиях космического апокалипсиса. Равна, вдумчивая и целеустремленная исследовательница из Организации Вриними, обладает аналитическим складом ума и глубоким сочувствием к человеческой природе; она выступает в роли морального компаса и стратега, стремясь спасти выживших и сохранить остатки культуры. Фам Нювен — опытный капитан и «воскрешенный» странник, обладающий колоссальным жизненным опытом и циничным прагматизмом. Его характер отмечен внутренней трагедией: он осознает себя инструментом в руках сверхсущностей, но готов на самопожертвование ради защиты тех, кто ему дорог. Вместе они представляют собой дуэт интеллектуальной выдержки и боевого опыта, противостоящий немыслимым угрозам Запределья. Параллельно с ними развиваются линии Йоханны Ольсндот и Джефри, детей, ставших жертвами катастроф и вынужденных адаптироваться к суровому миру инопланетных цивилизаций. Йоханна — волевая и решительная девочка, чья способность к эмоциональной связи с другими существами становится ключом к выживанию в среде «Когтей». Джефри, более уязвимый, но способный к глубокой дружбе, олицетворяет надежду на сохранение человечности в условиях полной изоляции. В то же время политическую и технологическую динамику мира формируют такие фигуры, как Древорезчица — мудрая и одинокая правительница, стремящаяся к объединению рас, и Стальной Владыка — амбициозный и жестокий лидер, чьи действия и стремление к власти определяют судьбу целых планет.

Столкновение любопытства и Погибели

Центральный конфликт романа сосредоточен на столкновении человеческого любопытства с непостижимой мощью метафизических сил Запределья. Стремление разума раздвинуть границы познания пробуждает древнюю и агрессивную сущность — Погибель, чье присутствие искажает саму структуру реальности, порабощая цивилизации и уничтожая целые системы. Главная задача героев — не просто выжить в условиях этого космического апокалипсиса, но найти способ остановить распространение Искажения, которое угрожает стереть границы между материей и мыслью, превращая живые миры в послушные инструменты для сверхсущностей. Герои сталкиваются с многослойными препятствиями: от физической угрозы со стороны враждебных инопланетных цивилизаций, таких как Когти и Шкуродерники, до экзистенциального ужаса перед «Силами» и технологическим превосходством Погибели. Равна и Фам Нювен вынуждены балансировать между необходимостью использовать опасные технологии Трансценденции и риском утраты собственной индивидуальности, в то время как дети — Йоханна и Джефри — символизируют борьбу за сохранение человечности в мире, где биологические и ментальные границы становятся всё более прозрачными. В этом противостоянии каждый шаг к спасению требует жертвы, а цена победы над Погибелью соизмерима с масштабом самой катастрофы.

Хроника выживания на краю бытия

Развитие событий в романе строится на динамичном переплетении личных судеб героев с глобальной катастрофой, вызванной пробуждением Погибели. Путь к разрешению конфликта пролегает через серию опасных экспедиций и дипломатических маневров, где герои вынуждены объединять свои ресурсы: Равна и Фам Нювен обеспечивают технологическую и стратегическую поддержку, используя остатки знаний Организации Вриними, в то время как Йоханна и Джефри становятся ключевыми фигурами в выживании на планетах Когтей и Тайного Острова. Ключевым поворотом становится осознание Равной о том, что Фам Нювен является не просто союзником, а инструментом сверхсущности «Старика», что ставит под вопрос доверие и заставляет героев искать баланс между использованием чуждой мощи и сохранением собственной идентичности. Центральным этапом борьбы становится противостояние между силами Древорезчицы и Стального Владыки, где политические интриги и технологические испытания — такие как создание радиомантий и использование «богосколков» — определяют способность цивилизаций противостоять Искажению. Решающим моментом становится самопожертвование Фама Нювена, который, используя артефакт Контрмеру, жертвует своей личностью ради создания «прилива» — метафизического барьера, блокирующего путь Погибели. Этот акт героического самоотречения позволяет героям выиграть время и стабилизировать ситуацию, переводя конфликт из стадии тотального уничтожения в фазу долгого восстановления и поиска нового сосуществования в измененной реальности Запределья.

Метафизический героизм и прилив

Кульминация романа достигает своего апогея в момент столкновения с неминуемым пришествием Погибели, когда герои оказываются перед выбором между полным уничтожением и радикальной жертвой ради спасения Галактики. Решающим действием становится самопожертвование Фама Нювена, который, используя трансцендентную мощь артефакта Контрмеры, совершает акт метафизического героизма. Его жертва создает «прилив» — колоссальный барьер, который временно блокирует продвижение Погибели и дает человечеству и другим расам шанс на выживание. Этот момент знаменует собой высшую точку противостояния между человеческой волей и всемогущей Силой, где цена спасения мира измеряется утратой индивидуальности и окончательным разрывом с привычным прошлым. Разрешение конфликта не приносит мгновенного мира, но устанавливает новую, хрупкую стабильность в измененной реальности Запределья. После битвы и гибели ключевых фигур герои остаются в мире, где границы между материей и мыслью стали еще более прозрачными, а структура космоса навсегда изменилась. Книга завершается сценами восстановления и осознания последствий «Возмездия»: Равна и дети созерцают обновленные звезды, понимая, что цена спасения была огромной, а будущее теперь строится на основе новых технологий и болезненного опыта сосуществования с непознанным. Финал оставляет читателя с ощущением тихой меланхолии и надежды, подчеркивая, что человечество выстояло, но навсегда останется в тени величия и ужаса Трансценденции.

Узы в тени Погибели

Центральный конфликт строится на противостоянии человеческого разума и метафизической угрозы «Погибели». Ключевые отношения включают дуэт Равны и Фама Нювена (союз аналитического ума и боевого опыта, осложненный тайной природы Фама как инструмента сверхсущности), а также динамику выживания детей (Йоханны и Джефри) в условиях изоляции и адаптации к инопланетным цивилизациям. Параллельно развивается политическое противостояние между Древорезчицей и Стальным Владыкой за контроль над ресурсами и технологиями в условиях космического апокалипсиса.

Путь к пределу реальности

Пробуждение Силы и судьбы на Тайном Острове. На далекой планете древний архив пробуждает мощную искусственную сущность — Силу, которая начинает манипулировать данными и людьми. В это же время семья Ольсндотов совершает аварийную посадку на планету, где сталкивается с жестокой атакой местных жителей, приводящей к гибели отца и пленению детей. Параллельно Странник Викврэкрам и его спутники наблюдают за падением космического объекта и проникают в тыл сил Шкуродера, чтобы выследить пленников. Герои объединяются с чужаком и совершают дерзкий побег из гавани Тайного Острова под руководством Тиратект. Тем временем в замке Шкуродера мальчик Джефри находит утешение в компании странных щенков, пока Стальной Владыка узнает о планах своего создателя по воссоединению фрагментов личности и созданию Коллектива.
Подробный пересказ
Пролог. Группа программитов-археологов из Страума обнаружила на далекой планете древний архив и начала его расшифровку, не подозревая, что пробуждает мощную искусственную сущность — «Силу». Локальная сеть лаборатории трансформировалась в самосознающее Целое, которое начало поглощать данные и манипулировать людьми, в то время как двое «призраков» внутри системы пытались составить план сопротивления. В решающий момент сущность предотвратила побег людей на фрегате, взломав его системы, но осознала наличие в своем коде намеренных «слепых пятен», внесенных извне. Оставшись в одиночестве, новорожденная Сила начала строить планы по захвату межзвездного пространства, стремясь избежать ошибок прошлого.
Как же объяснить? Как описать? Даже с точки зрения всеведущего наблюдателя… Одинокая звезда, красноватая и тусклая. Стайка астероидов и единственная планетка, скорей даже луна. В эту эпоху звезда висела вблизи галактической плоскости, сразу за краем Запределья. Конструкции, возведенные на поверхности планеты, давно перестали быть различимы – за много эонов стерлись до реголитовой пыли. Сокровище покоилось глубоко под поверхностью. За сетью переходов в комнате, где царила тьма. Информация с квантовой плотностью упаковки уцелела. Миллиардов пять лет минуло с тех пор, как этот архив выпал из всех сетей. Проклятие гробницы фараона, гротескная картинка из первобытной истории человечества, затерянная в веках. Когда кто-то озвучил эту мысль, все засмеялись – конечно, радуясь находке сокровища, – но решили-таки работать осторожно. Они намеревались провести здесь от года до пяти – небольшая компашка со Страума[1], программисты-археологи, их семьи и сотрудники. Года (а может быть, пяти лет) должно хватить на обратную разработку протоколов: вскрыть верхний слой, определить, из какой точки в пространстве и времени происходит сокровище, выведать пару секретов, коими обогатится Страумлианский Простор. А покончив с этим, обнародовать местонахождение. Возможно, они протянут сюда Сеть (тут определенности меньше – в конце концов, это же за краем Запределья; кто знает, какая Сила предъявит свои права на их находку). Пока что на поверхности возникло лишь небольшое поселение, которое исследователи называли Высокой Лабораторией. На самом-то деле они были всего-навсего люди, забравшиеся поиграть в старую библиотеку. С применением автоматики, чистых и надежных средств. Опасности не предвиделось. Библиотека не была живым существом и даже собственной автоматики не имела (что здесь значило бы нечто много большее, чем человек). Порыскать, пошарить, отобрать образцы, но осторожнее, чтобы ненароком не обжечься… Людям свойственно разводить костры и играть с огнем. Архив выдал нужную информацию автоматам. Появились структуры данных, следом алгоритмы. Возникла локальная сеть – быстрее любой страумлианской, но достоверно безопасная. Затем добавились узлы, модифицированные по другим алгоритмам. Архив оказался дружелюбным местечком, иерархии ключей перевода вели людей за собой. Открытие прославит Страум. Прошло шесть месяцев. Год. Точка зрения всеведущего наблюдателя. До времени лишенного самосознания. Самосознание склонны переоценивать. Большинство автоматизированных устройств лучше работают как часть целого, а способности, сопоставимые с человеческими, могут демонстрировать без всякого самосознания. Но локальная сеть Высокой Лаборатории перешла в трансцендентное состояние, а люди этого считай что и не заметили. Процессы, циркулировавшие по узлам сети, были настолько сложны, что превосходили всякие возможности привезенных людьми компьютеров. Эти примитивные устройства ныне превратились просто в оболочки для управления иными процессами, построенными по обнаруженным алгоритмам. Процессы эти обладали потенциалом самосознания… а временами – и потребностью в нем. – Мы не должны. – Говорить так? – Вообще говорить. Их связывала нить информации едва ли толще той, что протянута между обычными людьми. Но только таким образом удавалось скрыться от доминирующего Целого локальной сети, и нить наделила их раздельными сознаниями. Они перемещались от узла к узлу, выглядывали через камеры, установленные на взлетно-посадочном поле. Там стояли вооруженный фрегат и пустой контейнеровоз – и больше ничего. Шесть месяцев с момента пополнения запасов. Эту меру предосторожности архив давно засек и использовал для построения Ловушки. Скольжение, скольжение. Мы являем собою дикую форму жизни, которую Целое, каким скоро станет Сила, не должно заметить. В некоторых узлах они сильно ужимались, становясь почти людьми, отзвуками эха… – Бедные люди, они все погибнут. – И бедные мы, мы-то не умрем. – Я думаю, они что-то подозревают. Сьяна[2] и Арне – наверняка. Когда-то они были копиями этой пары. Когда-то. Несколько недель назад, когда археологи пробудили программы эго-уровня. – Конечно же подозревают. А что они могут сделать? Они пробудили древнее зло. До урочного часа оно будет скармливать им ложные данные. Через каждую камеру, в каждом сообщении из дома. На миг используемые ими узлы накрыла тень, и мыслепоток прекратился. Целое было уже могущественней любого человека, могущественней всего, что доступно человеческому воображению. И даже тень его была чем-то бо́льшим, нежели человек. Божество отгоняло надоедливую мелюзгу. Затем призраки вернулись и выглянули в прогулочный дворик подземной школы. Как самоуверенны эти люди в маленькой деревушке, которую для себя выстроили. «Впрочем, – с надеждой подумал призрак, всегда добиравшийся до самых безумных вариантов, – нас-то ведь и быть не должно. Злу давно бы уже положено нас найти». – Зло молодо. Ему едва три дня от роду. – И все же мы существуем. Это кое-что доказывает. Люди отыскали в архиве нечто большее, нежели древнее зло. – Возможно, они нашли второе такое же. – Или противоядие. А что еще? Целое упускало из виду некоторые данные и неправильно интерпретировало другие. – Пока мы существуем, покуда существуем, давай делать, что возможно. Призрак занял примерно дюжину рабочих станций и указал своему спутнику на старый туннель, расположенный вдали от людских построек. Пять миллиардов лет он был погребен тут, забытый, безвоздушный, мрачный. Теперь там, во тьме, стояли двое, соприкасаясь шлемами. – Видишь? Сьяна и Арне строят план. И мы тоже можем. Другой призрак ответил не словами, но тоской. Ну да, люди строят план, укрывшись во тьме. Думают, что их никто не видит. Но все ими сказанное наверняка станет достоянием Целого, даже если их слова услышит только пыль под их ногами. – Знаю, знаю. Но мы с тобой существуем, каким бы невероятным это ни казалось. А вдруг все вместе мы сделаем невозможное возможным? Что, если получится навредить новорожденному злу? Желание и решение. Двое размыли свои сознания по локальной сети, обесцветившись до самого смутного цвета из доступных вниманию. В конце концов у них появился план. Заговор. Но толку от него чуть, если не передать весточку наружу. Хватит ли времени? Бежали дни. Зло прорастало в новые машины, и каждый час ему казался длиннее предыдущего. И менее часа отделяло новорожденную сущность от полного расцвета, когда станет возможен безопасный выход на межзвездные просторы. Скоро от местных людишек пора будет избавляться. Даже сейчас они доставляли неудобства, хотя были довольно забавными. Некоторые на полном серьезе пытались сбежать. День-деньской паковали детишек в гибернаторы и перетаскивали на свой грузовоз. «Подготовка к отлету» — так описывались эти действия в планировочных программах. Уже несколько дней они занимались снаряжением фрегата, прикрывая это маской смехотворных уловок. Некоторые люди понимали, что пробужденная сущность способна погубить не только их самих, но, возможно, и весь Страумлианский Простор. История знала примеры, когда целые расы играли с огнем и сгорали в нем. Никто не догадывался об истинном положении вещей. Никто не представлял себе, какая им выпала слава: изменить будущее тысячи миллионов звездных систем. От часов остались минуты, а от минут – секунды. Каждая секунда теперь тянулась дольше, чем все прошедшее время. Расцвет был уже близок, так близок. Владения, утраченные пять миллиардов лет назад, будут возвращены, и теперь уже навсегда. Одна деталь оставалась невыясненной, и она не имела ничего общего с планами людей. В архиве, глубоко в алгоритмических недрах, должно было найтись еще что-то. За миллиард лет потери неизбежны. Новорожденная сущность чувствовала себя в полной силе, в полном потенциале… но еще чего-то не хватало, чего-то, познанного в миг гибели, а может, зароненного в нее врагами (если такие вообще существовали). Долгие секунды отнимала проверка архивов. Там были пробелы, контрольные суммы не сходились. Частично в этом ущербе повинно время… Контейнеровоз и фрегат воспарили на тихих антигравах над взлетно-посадочным полем, серые над серой равниной, над пятимиллиардолетними руинами. На борту почти половина людишек. Попытка к бегству, которую они так тщательно пытались утаить. До этой минуты можно было насмехаться над их усилиями, а вот же ж: расцвет еще не наступил и людишки могут пригодиться. Параноидальные наклонности заставили новорожденную сущность лихорадочно зарыться в людские базы данных. Просто на всякий случай. Просто проверить. Старейшая человеческая локальная сеть работала на скорости света. Впустую потрачены тысячи микросекунд, пока сущность вламывалась в нее, отбрасывала несущественное и наконец обнаруживала невероятное. Реестр гласит: «Контейнер квантовых данных, 1 ед.» погружен на фрегат сто часов назад! Все внимание новорожденной сущности переключилось на улетающие суда. Микробы, неожиданно оказавшиеся смертоносными. Да как могло такое произойти? Миллион заданий пришлось пересмотреть. О нормальном расцвете теперь не могло идти и речи, а потому и в людишках, остававшихся в лаборатории, нужда отпадала. В космическом масштабе миг этот, при всей своей значимости, был ничтожен. Но для оставшихся на планете людей он оказался полон невыразимого ужаса. Они глядели на свои экраны и понимали, что все их опасения подтвердились, но не осознавали, насколько плохо все в действительности обстоит. Пять секунд, десять – и перемен больше, чем за десять тысяч лет человеческой цивилизации. Миллиард, триллион конструктов, плесень, прорастающая из каждой стены, – перестройка того, что уже было сверхчеловеческим по природе. Расцвет получился таким же мощным, как истинный, но распланирован был не так тонко. И в то же время новорожденная сущность ни на миг не упускала из виду истинную причину спешки: фрегат. Корабль включил ракетные двигатели, необдуманно удаляясь от неуклюжего грузовоза. Эти микробы откуда-то прознали, что спасают много большее, нежели себя самих. Боевой фрегат обладал лучшими навигационными компьютерами, доступными этим маленьким умам. Но до первого ультрапрыжка ему оставалось еще целых три секунды. На поверхности у новой Силы орудий не было, вообще не было ничего, кроме коммлазера. На таком расстоянии от фрегата луч даже корпус не оплавит. Не важно. Лазер нацелился на приемный сенсор удирающего боевого корабля. Ответа не последовало. Люди понимали, чем обернется сеанс связи. Лазерный луч метался по корпусу, выискивая уязвимые места и неактивные сенсоры, скользя по шипам ультрадвижков. Тестировал, искал. Сила не надеялась пробиться сквозь внешнюю обшивку, но этого и не требовалось. Как ни примитивна машинка, а по ее корпусу раскиданы тысячи робосенсоров: посылают отчеты о состоянии корабля и внешних угрозах, поддерживают работу прикладных программ. Бо́льшая часть их сейчас отключена, и корабль летит почти вслепую. Они вообразили, что слепота их спасет. Еще секунда, и фрегат исчезнет в безопасном межзвездном пространстве. Лазер задержался на сенсоре отказов, который отвечал за мониторинг критических изменений в характеристиках одного из шипов ультрадвигательной системы. Его сигналы игнорировать нельзя, иначе прыжок не удастся. Прерывание инициировано. Запустился обработчик, выглянул наружу, принял еще больше света от лазера далеко внизу… бэкдор в корабельном коде, установленный новорожденным при взломе аппаратуры, которую люди разместили на поверхности. …И Сила оказалась на борту за считаные миллисекунды. Ее агенты – на столь примитивном оборудовании они не достигали даже человеческого уровня – засновали по корабельной автоматике, отключая системы и отменяя команды. Прыжка не будет. Камеры на мостике показали удивленно расширившиеся глаза людей, готовых закричать. Они поняли. В той мере, в какой человек способен осознать ужас за долю секунды. Прыжка не будет, но ультрадвигатель уже запущен. Попытка прыжка без контроля автоматики обречена. Меньше пяти миллисекунд до отказа двигателей на уровне корабельной механики, и программно тут ничего не поделаешь. Агенты новорожденной сущности наводнили корабельные компьютеры, пытаясь отключить двигатели. Под серой массой, в которую превратилась Высокая Лаборатория, на расстоянии почти целой световой секунды, Сила могла только наблюдать. Что ж, фрегат потерян. Так медленно и так поспешно. Доля секунды. Пламя вырвалось из сердцевины фрегата, предотвращая риск и отнимая возможность. В двух сотнях тысяч километров от боевого корабля контейнеровоз совершил натужный ультраскачок и исчез из виду. Новорожденная сущность едва обратила на него внимание. Ладно, так уж и быть, нескольким людишкам повезло. Пускай проваливают во Вселенную. За следующие секунды новорожденная сущность пережила… эмоции?.. нечто больше и в то же время меньше человеческого чувства. Пусть будут эмоции. Восторг. Новорожденная сущность поняла, что выживет. Ужас. Как близка была гибель. Еще раз. Разочарование. Возможно, самая сильная и самая близкая человеческой эмоция. Нечто весьма важное погибло вместе с фрегатом, нечто изъятое из архива. Реконструировать воспоминания, вырванные из контекста… Потерянное могло наделить новорожденную сущность еще большей силой… или, что вероятнее, оказаться смертельным ядом. В конце концов, Сила ведь уже существовала раньше, а потом ее свели на нет. Возможно, потерянное как раз и явилось тому причиной. Подозрение. Новорожденную сущность не до́лжно было так легко одурачить. И кому – обычным людям! Новорожденная сущность погрузилась в самоанализ и ударилась в панику. Да, вот они – слепые пятна, аккуратно внедренные еще в самом начале. И не людьми. Эти двое возникли здесь. Сами по себе… Вот яд, причина давнего падения. Новорожденная сущность обследовала себя с предельным тщанием, понимая теперь, что именно ищет. Разрушая, очищая, перепроверяя, выискивая копии отравы и снова уничтожая ее. Облегчение. Так близок был провал, но теперь… Текли минуты и часы. Время приходилось невероятно растягивать, сооружая физические объекты: коммуникационные системы, транспортные средства. Настроение у новой Силы переменилось, стало спокойнее. Человек уподобил бы это чувство предвкушению триумфа. Пожалуй, точнее сопоставить его с обычным голодом. А что еще нужно, раз врагов не осталось? Новорожденная сущность глядела на звезды и строила планы. На этот раз все будет иначе.
Спуск на планету и посадка. Йоханна Ольсндот и её брат Джефри находятся на борту грузовой шлюпки, совершающей аварийный спуск на планету после побега из Высокой Лаборатории. Пока дети наблюдают за процессом, родители пытаются посадить судно в условиях нехватки топлива и отказавших систем, используя лишь один ракетный двигатель. Несмотря на опасности и странные изменения на корпусе корабля, семья успешно приземляется на поверхность в районе ледников и островов. Посадка проходит успешно: шлюпка фиксируется в почве без критических повреждений, и герои оказываются на новой планете.
В холодном сне сновидений не было. Три дня назад они готовились к отлету, а сейчас уже очутились здесь. Маленький Джефри ныл, что пропустил все самое интересное, но Йоханна Ольсндот[3] радовалась, что братишка спал, – от старших детей с другого корабля она уже кое-что разузнала. Теперь Йоханна бродила меж спящих. Гибернаторы отводили тепло, поэтому во мраке было адски жарко. На стенах струпьями проступила серая плесень. Капсулы холодного сна стояли почти вплотную, с узким проходом через каждые десять. В некоторые щели мог бы пролезть только Джефри. Здесь спали триста девять детей – все, если не считать ее самой и ее брата Джефри. Это были капсулы больничного типа, не рассчитанные на эксплуатацию в тяжелых условиях. При должном техобслуживании и вентиляции они прослужили бы без отказа лет сто, но… Йоханна вытерла пот с лица и посмотрела на показания датчика ближайшей капсулы. Как и большинство остальных, эта оказалась в плохом состоянии. Спящий внутри мальчик мог рассчитывать на двадцать дней относительной безопасности, но двадцать первый его наверняка убьет. В системе охлаждения капсулы было чисто, но Йоханна продула ее снова – скорее надеясь ублажить удачу, чем уповая на эффективность этой меры. Маму с папой винить не имело смысла, Йоханна подозревала, что они уже сами себя казнят. Удирать пришлось в последний момент, похватав то, что было под рукой. Эксперимент вышел из-под контроля. Сотрудники Высокой Лаборатории сделали все, что было в их силах, пытаясь спасти детей от куда более жуткой угрозы. И все могло бы сработать, но… Джефри просунул голову в люк, чтоб ее дозваться: – Йоханна! Папа говорит, времени уже нет. Бросай все, чем ты там занята, и двигай сюда. – Ладно! Ей и так не полагалось сюда заходить, ведь она ничем не могла помочь своим друзьям. Тами, Гиске, Магда и… ох, только бы с ними все было в порядке. Йоханна оттолкнулась и чуть не врезалась в Джефри, который ждал с другой стороны люка. Он схватил ее за руку и притянул к себе. Последние два дня мальчишка старался не плакать, но выработанная за этот год независимость куда-то пропала. Его глаза расширились. – Мы садимся на Северном полюсе, там только острова и лед… В каюте уже пристегивались родители. Арне Ольсндот, торговец, глянул на дочку и улыбнулся. – Привет. Садитесь, ребятки. Меньше часа, и мы будем на поверхности. Йоханна тоже улыбнулась, невольно заразившись его энтузиазмом. Плевать на разбросанное повсюду оборудование, на вонь от двадцатидневного пребывания в замкнутом пространстве. Папа выглядел лихим и смелым, как на картинках про искателей приключений. Свет от дисплеев отразился на сочленениях его скафандра. Он только что побывал снаружи. Джефри оттолкнулся и поплыл через пространство каюты, потащив следом Йоханну. Закрепился в подвеске между сестрой и матерью. Сьяна Ольсндот проверила свой крепеж, потом Йоханны. – Будет интересно, Джефри, ты кое-чему научишься. – Ага, я узнаю все-все про лед. Он сжал мамину руку. Сьяна улыбнулась. – Не сегодня. Я про посадку. Это тебе не на антигравах или по баллистике садиться. Антиграв сдох. Папа только что отсоединил шлюпку от грузовоза. С полной загрузкой на одном движке ни за что не сесть. Арне повозился с регуляторами, которые синхронизировал со своей консолью. Страховочный крепеж обхватил тела пассажиров. Скрипнул груз, застонали и качнулись опорные рамы гибернаторов. Что-то бухнуло и заскрежетало, «падая» в объятия страховки. Йоханна догадалась, что ускорение сейчас составляет примерно 1g. Взгляд Джефри переместился с дисплея, отображавшего вид снаружи, на лицо мамы, потом обратно. – На что это похоже? – В дрогнувшем голосе мальчишки прозвучал интерес. Йоханна едва сдержала усмешку; Джефри понимал, что его стараются отвлечь, и принял условия игры. – Спуск в сугубо ракетном режиме, двигатели работают на протяжении всего пути. Видишь вон то окошко посредине? Камера смотрит прямо вниз. Должно быть видно, что мы замедляемся. Должно быть видно. Йоханна сообразила, что они на высоте не более двух сотен километров. Арне Ольсндот использовал ракету, сцепленную с хвостовой оконечностью грузовой шлюпки, чтобы полностью погасить орбитальную скорость. Других вариантов не осталось. Грузовоз они бросили, а с ним – антиграв и ультрадвигатель. Их далеко отнесло, но теперь автоматика начинала отказывать. В сотнях километров внизу они тупо кружили по орбите. Осталась только грузовая шлюпка. Ни крыльев, ни антиграва, ни аэролета. Упаковка яиц весом в сто тонн, балансирующая на факеле единственного двигателя. Мама не стала описывать это Джефри именно так, но сказала правду. Почему-то ее рассказ заставил Джефри забыть об опасности. Ну что ж, перед тем как отправиться в Высокую Лабораторию, Сьяна Ольсндот была известным археологом Страумлианского Простора. Папа вырубил двигатель, и снова появилась невесомость. Йоханну одолевало головокружение; обычно ее никогда не тошнило в космосе, но на сей раз все было иначе. Картинка приближающихся земли и моря в обращенном вниз окне медленно увеличивалась в размерах. Немного облаков, береговая линия – как бесконечная рекурсия островов, проливов и заводей. Темно-зеленые пятна по берегам и в долинах сменялись черными и серыми при подъеме в горы. Там был снег (и, надо полагать, упомянутый Джефри лед), разбросанный клочковатыми пятнами и дугами. Так красиво… и они падают прямо туда! Йоханна услышала раскатившееся по грузовой шлюпке металлическое звяканье: вспомогательные двигатели разворачивали суденышко, выравнивая курс к поверхности для главного движка. Теперь земля виднелась в окошке справа. Снова полыхнул факел – ускорение около 1g. Кромку дисплея объяло выгоревшее гало. – Ничего себе! – воскликнул Джефри. – Как в лифте… ниже-ниже-ниже… – Они снизились еще на сотню километров, двигаясь медленно, чтобы их не разорвало сопротивлением атмосферы. Сьяна Ольсндот была права. Они изобрели новый метод спуска с орбиты, вот только в обычных условиях пользоваться им категорически не рекомендуется. И уж наверняка этот метод не был предусмотрен в первоначальном плане побега. Им предстояло встретиться с ускользнувшим из Высокой Лаборатории фрегатом и всеми взрослыми, которым повезло вылететь. Подразумевалась стыковка в космосе с безопасным переходом на корабль. Но фрегат погиб, а они предоставлены своей судьбе. Взгляд девочки неохотно обежал корпус за спинами родителей. Обшивка снова изменила цвет. Было похоже, что там наросла серая плесень, появилась прямо из чистенькой керамической толщи. Родители даже сейчас избегали смотреть на эту штуку, только отгоняли Джефри подальше. Но Йоханна однажды подслушала, как они говорили между собой, думая, что дети в дальнем конце шлюпки. По голосу папы казалось, что он готов разрыдаться от ярости. – И все напрасно, – сказал он тихо. – Мы сотворили монстра, мы сбежали, а теперь – потерялись у Дна. А потом голос мамы, еще тише: – Арне, я тебе в тысячный раз говорю: все не напрасно. Мы спасли детей. Она махнула рукой в сторону нароста неправильной формы, растянувшегося на переборке. – А вспомни эти сны… эти подсказки… которые мы получали. Думаю, на большее не стоило и надеяться. Каким-то образом нам удалось унести с собой противоядие от порожденного нами же зла. Потом Джефри с воплем пронесся по шлюпке, появившись, как это за ним водилось, в самый неподходящий миг. Родители умолкли. Йоханна так и не осмелилась завести с ними разговор на эту тему. В Высокой Лаборатории творилось много странного, а в конце так и совсем жуткого. Даже люди становились не похожи сами на себя. Тянулись минуты. Они вошли в плотные слои атмосферы планеты. Корпус издавал жужжание, преодолевая сопротивление воздушного потока – или это вибрация двигателя? Впрочем, пока все шло достаточно спокойно, так что Джефри заскучал. Бо́льшую часть панорамы внизу скрывал из виду раскаленный факел. Остальное было детальнее и резче любых снимков с орбиты. Йоханна размышляла, насколько часто высадка на новую планету сопровождается подобной неизвестностью. У них не было ни телескопических камер, ни роботов-разведчиков. Однако планета физически оказалась почти идеальна для человека – наконец, после всех мытарств, им повезло. По сравнению с безвоздушными скальными глыбами планеты, где размещалась первоначальная колония, этот мир казался раем. С другой стороны, здесь имелась разумная жизнь: с орбиты они заметили дороги и города. Правда, признаков технологически развитой цивилизации не наблюдалось. Ни летательных аппаратов, ни радио, ни мощных источников энергии. Шлюпка снижалась над малонаселенным уголком континента. Если посчастливится, никто не заметит ее посадки среди зеленых долин и черно-белых вершин, и Арне Ольсндот сможет направить факел ракетного двигателя прямо вниз, не опасаясь повредить что-то, кроме деревьев и травы. В поле видоискателя камеры пронеслись скалистые острова. Джефри вскрикнул, указывая туда. Картинка сменилась, но Йоханна тоже это заметила: на одном из островов был виден неправильный многоугольник из вертикальных плоскостей и теней. Ей вспомнились замки «века принцесс» Нюйоры[4]. Теперь стали различимы отдельные деревья, отбрасывавшие длинные тени в косых лучах солнца. Рев двигателя превосходил все ранее слышанное девочкой; они углубились в атмосферу, и звук не собирался стихать. – …сложнее! – крикнул отец. – У меня нет программ, чтобы это исправить… Куда теперь, любимая? Мама вертела головой, пытаясь оценить обстановку по показаниям двух дисплеев. Насколько Йоханна понимала, переместить камеры или вывести на корпус новые было нельзя. – …на тот холм, выше линии деревьев, но… мне кажется, там стая зверей бежит от факела… с западной стороны. – Да! – крикнул Джефри. – Волки! Йоханна уловила только движущиеся пятна. Шлюпка продолжала снижаться и была уже, наверное, в тысяче метров над верхушками холмов. Нескончаемый вой движка причинял боль, говорить больше не было возможности. Они медленно плыли над ландшафтом, отчасти желая осмотреться, отчасти – уходя от вздымавшегося над шлюпкой плюмажа раскаленного воздуха. Холмы стали более пологими, а «трава» походила на мшистый покров. И все же Арне Ольсндот колебался. Основной ракетный двигатель предназначался для работы на солидных скоростях сразу после межзвездных скачков, и благодаря ему шлюпка могла парить вот так довольно долго. Но если уж решил садиться, лучше сделать это правильно. Йоханна слышала, как родители тревожно переговариваются о выборе места, когда Джефри убегал к гибернаторам. Если почва окажется слишком влажной, вытесненная перегретая вода сработает как паровая пушка и ударит прямо в корпус. Садиться на деревья тоже сомнительное удовольствие, но, возможно, это самортизирует посадку и предохранит от парового удара. Они решились на прямой контакт. По крайней мере, так будет видно, куда садится шлюпка. Триста метров. Папа нацелил факел в почву. Поверхность вспыхнула, а секундой позже суденышко объяла колонна пара. Камера, смотревшая вниз, вырубилась. Возвратного толчка не последовало, спустя мгновение болтанка начала утихать: факел прожег слой влаги или вечной мерзлоты, расположенный под местом посадки. В каюте стало жарко. Ольсндот осторожно опускал шлюпку на землю, ориентируясь на звук и показания боковых камер. Потом заглушил ракетный двигатель. Жуткие полсекунды падения, затем грохот: посадочные пилоны вонзились в почву. По корпусу прокатился стон, шлюпка качнулась, выровнялась, остановилась. И воцарилась тишина, если не считать шипения остывающего корпуса. Папа сверился с собранным на скорую руку манометром и победно улыбнулся маме. – Пробоин нет. Готов биться об заклад, эта крошка еще полетает!
Глава 2. Странник Викврэкрам вместе с Грамотеем Джакерамафаном и подозрительной Тиратект направляется к замку Шкуродера на Тайном Острове. Во время пути они становятся свидетелями падения яркой звезды, которая с грохотом и ослепительным светом врезается в долину неподалеку. Герои замечают, что к месту крушения уже прибыли патрульные из сил Шкуродера, готовящие засаду. Грамотей предупреждает Странника, что Тиратект, скорее всего, является высокопоставленным агентом врага, и их положение становится опасным. Викврэкрам осознает масштабность прибывшего из космоса объекта и задумывается о том, к чему приведет это событие в его долгом странствии.
Час в ту или другую сторону – и жизнь Странника Викврэкрама могла сложиться совсем иначе. Трое путников направлялись на запад, спускаясь с Ледовых Клыков к замку Шкуродера на Тайном Острове. Бывали в жизни Странника периоды, когда он не переносил компании, но за последнее десятилетие он стал гораздо уживчивей. Теперь ему нравилось путешествовать с другими. В последний раз, на пути через Великие Пески, его сопровождали пять стай. Отчасти это объяснялось соображениями безопасности: смерти отдельных элементов оказывались почти неизбежны, ведь расстояние между оазисами порою превышало тысячу миль, да и сами оазисы, так сказать, бренны. Но имелась на то и другая причина: он многому научился, общаясь с остальными. Нынешними попутчиками он был не очень доволен. Ни один из них не годился в истинные странники – оба хранили тайны. Грамотей Джакерамафан – забавный чудак, бездонный кладезь несвязанной информации и, вполне вероятно, шпион. Ничего страшного, покуда посторонние полагают, что со Странником они порознь. А вот третья в их компании по-настоящему его тревожила. Тиратект была новоиспеченной стаей, еще не полностью интегрировалась и не выбрала себе имени. Тиратект заявляла, что она школьная учительница, но где-то в ее (его? предпочтительный пол пока не обозначился) глубине таился убийца. Существо это несомненно принадлежало к фанатичным сторонникам Шкуродера. Бо́льшую часть времени оно избегало контакта и держалось особняком. Почти наверняка оно уцелело в резне, воспоследовавшей за неудачной попыткой Шкуродера подчинить себе восточные земли, и теперь укрывалось от погони. Странник вел двоих попутчиков к Восточным Вратам по республиканской стороне Ледовых Клыков. Оба изъявили желание посетить Замок на Тайном Острове. И, блин, это же всего шестидесятимильный крюк от прямой дороги к владениям Древорезчика: так или иначе пришлось бы пересечь горы. Он и сам уже много лет подумывал посетить домен Шкуродера. Возможно, эти двое в какой-то мере склонили его к такому решению. Слишком многие в мире ненавидели сторонников Шкуродера, а Странник Викврэкрам разумел зло двояко: когда рушатся привычные законы, на поле брани может сыскаться и нечто доброе. В ту послеполуденную пору они наконец увидели прибрежные острова. Странник наведывался в эти места всего пятьдесят лет назад, но и сейчас красота их застала его врасплох. Северо-западное побережье с уверенностью можно было считать краем самого мягкого климата во всей арктической зоне. В дни высокого лета и нескончаемого дня нижние участки окаймленных глетчерами долин наливались зеленью. Бог-Резчик некогда склонился над этой землей, и резцы его были изо льда. Теперь же от снега и льда оставались только туманные дуги на восточном горизонте да редкие пятна, раскиданные по ближним холмам. Пятна эти редели и таяли с наступлением лета, порождая небольшие ручейки, а те сливались воедино в каскады, струясь по крутым склонам долин. Справа от Странника оказался ровный участок, топкий от стоячей воды. Странник потрусил через него, лапы холодило так приятно, что он даже не обратил внимания на роящуюся вокруг мошкару. Тиратект рассыпалась по долине, в целом следуя параллельно его курсу, но держась ниже линии вереска. Пока за поворотом долины не появились крестьянские наделы и острова, она была довольно болтлива. Но не теперь, когда стал виден Замок Шкуродера, таивший ее темное назначение. Грамотей Джакерамафан бездумно рассредоточился по обеим сторонам долины. Сперва разбился на двойки и тройки, чьи шутки развеселили даже мрачную Тиратект, потом забрался на высоту и вернулся доложить, что там за гребнем. Он первым увидел побережье и от этого немного посерьезнел. Клоунские привычки его были опасны и сами по себе, не только в присутствии жестоколюбцев. Викврэкрам скомандовал притормозить и собрался в кучу, поправить заплечные ремни. Остаток дня обещал быть нелегким. Требовалось решить, действительно ли необходимо посещать Замок вместе с новыми друзьями. Есть пределы мужеству любителя приключений, даже странника. – Ты слышишь этот грохот? – позвала Тиратект со всей долины. Странник вслушался. Действительно, раздался рокот – могучий, но почти целиком ниже предела слышимости. На миг испуг превозмог любопытство. Веком раньше его застигло чудовищное землетрясение, нынешний звук был похож на тот, но почва под ногами оставалась неподвижна. Значит ли это, что оползней и селей не последует? Странник ссыпался вниз, оглядываясь во всех направлениях. – В небе! – показал Джакерамафан. Почти точно над их головами висело яркое пятно, небольшое копье света. У Викврэкрама оно не вызвало никаких воспоминаний, даже легенды не пришли на ум. Он рассыпался и уставил все глаза на медленно движущийся свет. О хор Господень, это же в милях наверху, а он все равно его слышит! Он отвел взгляды от света. В глазах мелькали болезненные остаточные вспышки. – Оно становится ярче и громче, – сказал Джакерамафан. – Думаю, оно опускается вон на те холмы, ближе к берегу. Странник собрался вместе и припустил на запад, выкрикивая указания остальным. Он собирался подобраться как можно ближе и посмотреть. Глядеть вверх снова он не осмеливался. Слишком ярко. Эта штука выбелила тени даже при ярком дневном свете! Он пробежал еще полмили. Звезда продолжала парить в воздухе. Он не помнил, чтобы звезды падали так медленно, хотя за падением самых крупных следовали ужасные взрывы. Вообще-то… те, кто оказывался поблизости, рассказов потом не передавали. Эта перспектива остудила необузданное любопытство Странника. Он осмотрелся по всем сторонам. Тиратект нигде не было видно, Джакерамафан жался к валунам. Свет стал так ярок, что там, где не прикрывала одежда, Викврэкрам ощутил ожоги. Идущий с небес шум оглушал до боли. Странник взмыл над гребнем долины, перекатился, ссыпался, сполз по крутым каменным стенам. Теперь он оказался в тени, и сверху светило только солнце. Дальняя сторона долины купалась в сиянии, и резкие тени перемещались, повторяя движения чего-то незримого позади. Шум по-прежнему напоминал басистый рык, но стал ниже и производил какое-то отупляющее воздействие на разум. Странник помчался к линии деревьев и остановился, только углубясь на сотню ярдов в лес. Это должно было помочь, но рокот только нарастал. По счастью, Странник вырубился на пару мгновений, а когда пришел в себя, рык звезды смолк. Остаточный звон продолжал буравить средние уши. Пошатываясь, Викврэкрам изумленно озирался. Казалось, что идет дождь – только капли его ярко сверкают. Там и сям в лесу вспыхивали небольшие пожары. Странник скользил под густыми кронами деревьев, пока горящие камни не перестали падать. Огонь далеко не распространялся: лето выдалось сравнительно дождливое. Странник залег и лежал тихо, ожидая, что с неба посыплются новые горящие камни или раздастся рев новой звезды. Ничего. Ветер в кронах утихал. Скоро стали различимы гомон птиц, кузнечиков и древосверликов. Переместившись к опушке, Странник выглянул из леса. Если не считать пятен выжженного вереска, все выглядело как обычно, однако поле зрения резко ограничилось: он видел высокие склоны долины да вершины некоторых холмов. Ха! А вот и Грамотей Джакерамафан, тремя сотнями ярдов выше. Большей частью он забился в норы и расщелины, но пару элементов послал осмотреться туда, где упала звезда. Странник напрягся. Грамотей обычно корчил из себя буффона, но временами это казалось просто маской: если он и дурень, то из тех, что отмечены печатью гениальности. Вики не единожды наблюдал за ним на расстоянии, видел, как Грамотей парами работает с какими-то странными приспособлениями. Как и сейчас: другой взял что-то длинное и поднес к глазам. Викврэкрам выбрался из лесу, держась кучно и стараясь издавать поменьше шума. Осторожно взобрался по скалам, перебираясь от одного поросшего вереском холмика к другому, пока не оказался совсем рядом с гребнем долины и ярдах в пятидесяти от Джакерамафана. Он слышал мысли попутчика. Если подойти еще ближе, то и Грамотей услышит его, даже так тесно сбитого и молчаливого. – Тсс! – сказал Викврэкрам. Гомон и бормотание мгновенно оборвались вспышкой удивления. Джакерамафан быстро спрятал таинственный зрительный прибор в заплечную котомку и сжался вместе, думая очень тихо. Мгновение они смотрели друг на друга, потом Грамотей странными жестами похлопал по плечевым мембранам. Слушай, дескать. – Так говорить умеешь? Он говорил очень высоким, писклявым голосом: уши, чувствительные к низким и средним звукам, к такому обычно глухи, и не всякий способен поддерживать подобный разговор. Высокая речь вносит путаницу, зато узконаправленна и быстро затухает с расстоянием. Никто их не подслушает. Странник кивнул: – С высокой речью у меня никаких проблем. Фокус в том, чтобы говорить на достаточно чистых тонах и не путаться. – Взгляни за гребень холма, дружище Странник. Нечто новое явилось под солнцем. Викврэкрам переместился еще ярдов на тридцать, осматриваясь во всех направлениях. Теперь он видел серебристо сияющие в предвечернем солнечном свете ручейки, но северная сторона долины под ним терялась в тени. Он выслал вперед одного элемента – чтобы прокрался в вереске и посмотрел вниз, туда, где в долине звезда коснулась земли. «О хор Господень!» – подумал он (впрочем, тихо). Добавил еще одного элемента для параллаксного обзора. Штуковина напоминала большой саманный дом, построенный почему-то на сваях. Но это и была та самая упавшая звезда: почва под ней еще светилась тускло-красным. Отовсюду из влажного вереска вздымались клубы пара. Разъятая земля оказалась отброшена в стороны длинными полосами, исходившими из-под звезды. Он сделал знак Джакерамафану: – А Тиратект где? Грамотей пожал плечами: – В паре миль за нами, думаю. Я за ней присматриваю… Есть там кто-нибудь еще? Из Шкуродерова Замка, бойцы? – Нет! – Странник глянул на запад от места падения. Ан нет, вон они. Почти в миле отсюда, в камуфляжных куртках, ползут на брюхах, припав к поросшей вереском земле. Он насчитал по меньшей мере троих. И то были крупные ребята, шестерки. – Как они добрались сюда так быстро? – Он посмотрел на солнце. – Не могло пройти больше получаса с тех пор, как все это закрутилось. – Им повезло. – Джакерамафан вернулся к гребню и огляделся. – Готов побиться об заклад, они уже рыскали тут, когда упала звезда. Это земля Шкуродера, они обязаны высылать патрульных. – Он так плотно припал к земле, что снизу остались видны лишь две пары ушей. – И знаешь что? Они готовят засаду. – Не слишком-то ты счастлив их увидеть. Они же твои дружки или нет? Ты собирался с ними повидаться. Грамотей саркастически нахохлился: – Ну да, ну да. Только не зазнавайся. Думаю, ты с самого начала просек, что я не весь такой из себя шкуродеристый. – Просек, угу. – Игра окончена. Что бы ни грянулось оземь сегодня, оно куда ценней для… гм, моих друзей, чем то, что мог бы выведать я на Тайном Острове. – А как насчет Тиратект? – Хух-хух. Наша достопочтенная попутчица, опасаюсь, дуру не валяет. Бьюсь об заклад, она из высокопоставленных сторонников Шкуродера, а не сержантов низшего ранга, как может показаться на первый взгляд. Думаю, таких сейчас тут в горах много крутится. Драпают из Длинноозерной Республики, спасибо, что живые. Ты огузки-то свои спрячь, приятель. Если она нас заметит, бойцы наверняка нас сцапают. Странник сместился глубже в норы и расщелины, испещрявшие вереск. Вид на долину позади открывался прекрасный. Если Тиратект еще не подобралась сюда, он заметит ее гораздо раньше, чем она – его. – Странник? – Да? – Ты пилигрим. Ты бродил по миру… от начала времен, как мы должны бы поверить. Как глубоко уходят на самом деле твои воспоминания? Учитывая сложившиеся обстоятельства, Викврэкрам ответил честно: – Как ты наверняка и ожидал, на несколько столетий. То, что раньше, относится к области легенд, воспоминаний обрывочных и перепутанных. – Ну, я так много не странствовал, и я, в общем-то, новенький. Но я люблю читать. Я много читаю. Ничего подобного прежде не происходило. Там, в долине, нечто искусственное. Оно пришло с высот бо́льших, чем я могу измерить. Ты читал Арамстрикезу или астролога Белелеле? Ты понимаешь, чем эта штука может оказаться? Викврэкрам не узнал имен. Но он и вправду был пилигримом. В мире есть земли такие далекие, что там никто не говорит на известных ему языках. В Южных морях он встречал стаи, которые думали, что за пределами островов кончается мир, и бежали от его лодок, когда он высаживался на берег. И даже больше: часть его самого тогда обитала на острове и смотрела, как незнакомец выходит на сушу. Он высунул морду на открытое пространство и глянул на упавшую звезду, гостью из краев более далеких, чем все, что посетил он сам. И задумался, где может завершиться это странствие.
Высадка и подготовка к связи. Семья Ольсндотов совершает опасную посадку на поверхности планеты и начинает подготовку к налаживанию связи и распределению гибернаторов. Внезапно на них совершает атаку стая человекоподобных существ с луками и огнеметами, в ходе которой Йоханна получает ранение стрелой. Отец погибает в бою, защищая дочь, а огонь противников уничтожает часть капсул с детьми. Йоханна теряет сознание, наблюдая за гибелью близких и разрушением оборудования.
Почва остывала пять часов, и только потом папа смог выдвинуть трап. Они с Йоханной осторожно спустились по лесенке и выбрались на относительно неповрежденный участок торфа, перепрыгнув через дымящуюся паром землю. Пройдет еще много времени, прежде чем она остынет совсем. Выхлоп двигателя очень чистый в том смысле, что почти не взаимодействует с обычным веществом… короче, это все означало, что скала под их ногами прогрелась на тысячи метров в глубину. Мама сидела на краю люка, оглядывая местность и держа в руке старый папин пистолет. – Есть что-нибудь? – крикнул отец. – Нет. Джефри через окна тоже ничего не заметил. Папа обошел грузовую шлюпку кругом, обследуя истерзанные посадочные пилоны. Каждые десять метров он останавливался и включал звукопроектор. Это, кстати, была идея Йоханны. Кроме папиного пистолета, никакого оружия у них не было. Проекторы – случайный груз, из лазарета. Немного перепрограммировать – и они зальют всю округу диким воем на широком участке звукового спектра. Возможно, этого хватит, чтоб отпугнуть местных зверей. Йоханна шла за папой по пятам, озиралась кругом, и постепенно испуг ее сменился восторгом. Как тут классно, как красиво! Они приземлились посреди широкой долины высоко в холмах. К западу холмы понижались, там видны были фьорды и острова. К северу земля внезапно обрывалась на краю широкой долины, а по ту сторону провала Йоханна заметила водопады. Почва под ногами казалась какой-то губчатой. Посадочную площадку усеивали тысячи пригорков, похожих на застывшие при снимке волны. На склонах самых высоких холмов сияли снежные пятна. Йоханна прищурилась, глянула на север. На север? – Пап, а сколько тут времени? Ольсндот рассмеялся, продолжая возиться под шлюпкой. – Местная полночь. Йоханна бывала в средних широтах Страума. Школьные поездки же проходили в основном в космосе, где странное расположение солнца встречалось часто. И все же она никогда не представляла себе такого на поверхности планеты… то есть не видела, как солнце стоит прямо над макушкой мира. Первым делом нужно было вынести наружу половину гибернаторов и перераспределить оставшиеся на борту. Мама вычислила, что при такой загрузке проблемы с температурным контролем исчезнут. – Сейчас раздельные энергоснабжение и вентиляция окажутся нашими преимуществами. С ребятами все будет в порядке. Йоханна, проверяй, как Джефри управляется с теми, снаружи, хорошо? Вторая по важности задача: определить местоположение системы Маршрутизатора и наладить ультрасветовую связь. Этого этапа Йоханна немного опасалась. Что они узнают? Уже понятно, что в Высокой Лаборатории все пошло не так и случилась предсказанная мамой катастрофа. Но какую часть Страумлианского Простора уже сожрала погибель? Все в Высокой Лаборатории считали, что работают лишь во благо, а теперь… «Не надо об этом думать». Вдруг работники Маршрутизатора сумеют помочь? Где-то же найдутся люди, которым пригодится спасенная из Лаборатории информация. Их вытащат отсюда, а остальных детей оживят. Йоханну пронзало чувство вины. Ну да, маме и папе нужны были рабочие руки под конец полета, а Йоханна в школе одна из самых старших. Но ей казалось неправильным, что они с Джефри единственные среди детей видели все своими глазами. Все время спуска она чувствовала мамин страх. «Уж наверняка они хотели быть вместе с нами, пускай даже в последний раз». Посадка оказалась действительно опасной, как бы папа ни хорохорился. Йоханна видела места, где по корпусу ударила выплеснутая почвой струя пара, и понимала, что с таким же успехом струя могла угодить мимо факела и поразить выхлопную камеру. Тогда все они были бы уже мертвы. С восточной стороны шлюпки выгрузили уже почти половину гибернаторов. Мама с папой расставляли их свободно, так что с охлаждением проблем не должно возникнуть. Джефри оставался внутри, следя за оставшимися капсулами. Когда не вредничает, то отличный пацан. Йоханна обернулась к солнечном свету, ощутила, как веет над холмом холодный ветерок. Услышала что-то вроде птичьего гама. Когда началось нападение, она отвлеклась на один из звукопроекторов. Как раз подключила к панели управления свой данник и отдавала новые инструкции. Стало понятно, как мало у них осталось: даже ее старый данник теперь ценен. Папе требовалось устройство, способное принимать в самом широком диапазоне. По большей части сплошной шум, но тут и там – резкие выбросы сигнала. Розовый Слоник с этим наверняка справится. – Йоханна! Мамин крик слился со звоном бьющейся керамики. Колокол проектора раскололся на части, упав рядом. Йоханна подняла голову. Что-то воткнулось ей в грудь у плеча, опрокинув наземь. Она тупо уставилась на торчащее из груди древко. Стрела! Западный край посадочной площадки кишел… существами. Вроде волков или собак, но с длинными шеями. Они стремительно мчались к ним, перескакивая с пригорка на пригорок. Шкура такая же зеленая, как трава на склоне холма, лишь на ляжках пробиваются черные и белые пятна. Нет, зеленое – это одежда, какие-то куртки. Йоханну сковал шок. Железная стрела давила ей на грудь с силой, которую тело еще не воспринимало как боль. Когда ее опрокинуло на спину во вздыбленный торф, на миг девочке открылась общая картина атаки. Она увидела, как летят новые стрелы – темные черточки порхают в небесах. Она увидела стрелков. Еще собаки! Они перемещались стаями. С луком управлялись по двое – один держит, один стреляет. Третий и четвертый держали колчаны стрел и, казалось, просто наблюдали. Стрелки откатились обратно, оставаясь под прикрытием. С флангов вырвались новые стаи, пролетели над пригорками. У многих в пастях были зажаты топорики. Из лап торчали металлические когти. Она услышала сухие щелчки папиного пистолета. Волну атакующих смяло: некоторые упали замертво. Остальные продолжали движение вперед. Теперь они рычали. Звук был странный, безумный, не похожий на собачий лай. Ей почудились звуки наподобие бластомузыки из большого динамика. Челюсти, когти, ножи, шум… Она перекатилась набок, пытаясь разглядеть, что творится за шлюпкой. Боль ворвалась в реальность. Йоханна вскрикнула, но в безумном гаме не услышала своего вопля. Орава зверей окружила ее и устремилась дальше, к маме и папе. Родители укрылись за стыковочным пилоном. Пистолет в руке Арне Ольсндота непрерывно сверкал. Скафандр пока защищал папу от стрел. Тела чужаков громоздились кучами: заряженный интеллектронными пульками пистолет был смертоносным оружием. Она видела, как папа, отдав маме пистолет, ныряет под корпус, к ней. Йоханна выбросила перед собой здоровую руку и крикнула, умоляя его вернуться. Тридцать метров. Двадцать пять. Мама прикрывала их ковровым огнем, отгоняла волков. Ольсндот бежал, заслоняя руками голову. На него падал дождь стрел. Двадцать метров. Высоко над Йоханной в воздух взвился волк. Она успела заметить его короткую шерсть и шрам на бедре. Волк бросился прямо на папу. Ольсндот вильнул в сторону, чтобы жена успела выстрелить, но волк оказался проворнее. Существо кинулось за отцом, сокращая расстояние. Блеснули когти, и волк снова прыгнул. Йоханна увидела, как из папиной шеи ударил красный фонтан, а потом оба рухнули на землю. На миг Сьяна Ольсндот прекратила стрелять, и этого оказалось довольно. Стая разделилась – более многочисленная группа целеустремленно кинулась к шлюпке. У них на спинах висели какие-то бачки. У вожака в пасти виднелся шланг. Полилась темная жидкость и тут же полыхнуло пламя. Волчья стая протащила огнемет по земле в сторону пилона, где стояла Сьяна Ольсндот, мимо выстроенных рядами гибернаторов с детьми. Йоханна увидела, как что-то корчится, извивается в огне и удушливом дыму. Как плавится и течет пластик капсул холодного сна. Йоханна уткнулась лицом в землю. Потом подтянулась на здоровой руке и попыталась переползти поближе к объятой пламенем шлюпке. Затем снизошла милосердная тьма, и больше ей ничего не запомнилось.
Наблюдение за битвой и разведка. Странник Викврэкрам и его спутник Джакерамафан тайно наблюдают за атакой шкуродерников на прибывших с небес чужаков. После ожесточенного боя шкуродерники побеждают противника, но слуги Шкуродера осторожно забирают одного из тяжелораненых элементов чужаков. Решив рискнуть, герои проникают в толпу раненых и пытаются выследить путь к пленному существу. В ходе опасного маневвера они едва не теряют сознание от чужого ментального шума, но в итоге удается скрыться в тени, переодевшись в форму погибших солдат для дальнейшей разведки.
Странник с Грамотеем весь день следили за приготовлениями к атаке. Пехота выстроилась на склоне к западу от места падения, за нею – стрелки и огнеметчики в построении «коготь». Отдают ли обитатели Замка Шкуродера себе отчет в том, с кем намерены воевать? Двое жарко спорили. Джакерамафан полагал, что отдают: их обуяла гордыня и стремление попросту ухватить добычу. – Они добираются до глоток прежде, чем враг успеет сообразить, что началась битва. Раньше это срабатывало. Странник ответил не сразу. Грамотей, может, и прав. Он пятьдесят лет не был в этой части мира. Тогда о культе Шкуродера знали мало (и считали его не больно-то интересным в сравнении с себе подобными). Иногда путешественники сталкиваются с предательством, но куда реже, чем склонны воображать домоседы. Чаще их встречают дружелюбно, с интересом слушают рассказы о том, что происходит в мире, – особенно если гость никому не угрожает. Когда же предательство случается, ему обычно предшествует эдакая лапомерка: местные пытаются оценить, насколько могучи чужаки и какую выгоду можно извлечь из их гибели. Прямые атаки, без переговоров, довольно редки. Обычно это означает, что противник столь же хитроумен, сколь и безумен. – Не знаю. Они расположились в засаде. Но возможно, что шкуродерники погодят с атакой и сперва возьмутся за переговоры. Текли часы. Солнце сместилось к северу. От дальней оконечности упавшей звезды исходил шум. Скверно, что отсюда ничего не видно. Засевшие в засаде бойцы не шевелились. Бежали минуты… и вот показался первый гость с небес или по крайней мере его часть. У чужака было по четыре ноги на элемента, но перемещался он только на задних. Ну и клоун! Впрочем… ага, передними лапами он удерживает предметы. Ни разу не использовал пасть, да и вряд ли плоским ртом можно что-нибудь как следует ухватить. Передние лапы чужака удивительно гибкие. Синглетный элемент легко может пользоваться инструментами. Они слышали разнообразные звуки общения, даже когда видны были только три элемента. Через некоторое время послышались куда более высокие звуки связной мысли. «Господи, до чего шумная эта тварь». На таком расстоянии звуки путались и искажались. Тем не менее сходства ни с каким прежде слышанным разумом не было. Даже с обманными звуками некоторых травоядных. – И что? – прошипел Джакерамафан. – Я обошел весь мир – это существо к нему не принадлежит. – Ага. Ты знаешь, оно мне богомолов напоминает. Ну, вот такой высоты… – Он раскрыл пасть дюйма на два. – Полезны для борьбы с садовыми вредителями. Отличные маленькие убийцы. Гм. Страннику эта аналогия не пришла на ум. Богомолы милы и безвредны, по крайней мере так принято считать. Но он знал, что их самки поедают собственных партнеров. Только представить себе подобных существ гигантского размера и со стайным мышлением… Может, и хорошо, что с ними сейчас нельзя поздороваться. Прошло полчаса. Чужак выносил наружу свой груз, а стрелки-шкуродерники подползали ближе. Пехота выстроилась в формации для атаки. Между шкуродерниками и чужаком замельтешили стрелы. Один элемент чужака сразу упал, и мысли его затихли. Остальные укрылись за летающим домом. Бойцы ринулись вперед, держась так, чтобы не мешать мыслям; вероятно, они рассчитывали захватить чужака живым. Но тут линия атакующих смялась, не дойдя до чужака многих ярдов. Не было ни стрел, ни вспышек. Солдаты просто падали замертво. На миг Странник подумал, что шкуродерники наконец откусили больше, чем сумеют проглотить, но тут за первой волной покатилась вторая. Элементы продолжали падать, но их уже обуяла ярость убийства, оставляя в плену чисто животных инстинктов. Наступление медленно продвигалось, арьергардные бойцы лезли по трупам товарищей. Еще один элемент чужака упал. Как странно: он еще слышал шепотки мыслей. По темпу и тону – такие же, что и до атаки. Как можно настолько владеть собой при угрозе всесмерти? Прозвучал повелительный свист, и орава расступилась. Вперед метнулся боец, излил жидкое пламя. Летающий дом, как тушу на прутьях, объяли огонь и дым. Викврэкрам выругался про себя. Чужаку хана. О раненых и покалеченных шкуродерники не слишком заботились. Серьезно пострадавших грузили на волокуши и оттаскивали подальше, чтоб их крики не мешали остальным. Чистильщики отогнали фрагментных бойцов от летающего дома. Фраги слонялись по неровному лужку, то тут, то там возникали мимолетные стайки. Некоторые целеустремленно блуждали среди раненых, игнорируя вопли и пытаясь обрести себя. Когда шум битвы стих, явились трое белокурточников. Слуги Шкуродера проникли под летающий дом. Одного долго не было видно: вероятно, он даже внутрь пролез. Обгоревшие тела двух элементов чужака осторожно – куда осторожнее, чем раненых солдат, – погрузили на волокуши и унесли прочь. Джакерамафан рассматривал поле боя в свою гляделку. Он перестал прятать прибор от Странника. Белокурточники что-то вынесли из летающего дома. – Тсс! Там еще мертвые. Наверное, сгорели. На щенков похожи. Тельца тоже были похожи на богомолов. Их перенесли на волокуши и утащили в сторону: гребень холма закрывал обзор. Наверняка там запряженные керхогами фургоны. Шкуродерники выставили вокруг места посадки часовых. На склонах долины выстроились десятки солдат. Проскользнуть туда шансов не было. – Ну что ж, – вздохнул Странник, – они всех перебили. – Не скажи… Тот первый элемент, которого они подстрелили: не думаю, что он совсем мертвый. Викврэкрам напряг лучшие свои глаза. Либо Грамотей выдает желаемое за действительное, либо приборчик невероятно обостряет его зрение. Первый подстреленный элемент лежал по другую сторону штуковины с небес. Элемент перестал думать, но это не обязательно означает смерть. Вокруг него столпились белокурточники. Они перенесли существо на волокушу и потянули на юго-запад от места посадки. Не тем путем, что остальных. – Оно еще живо! У него стрела в груди, но я вижу, что оно дышит. – Грамотей повернул морды к Викврэкраму. – Думаю, надо его спасать. Мгновение Странник не знал, что сказать, а просто пялился на товарища. Всего в нескольких милях к северо-западу расположен центр всемирного господства клики Шкуродера. На десятки миль вглубь континента господства шкуродерников никто не смел оспаривать. Сейчас их окружает целая армия. Грамотей немного сдал назад, видя изумление Странника, но ясно было, что он не шутит. – Ну да, я знаю, что это опасно. Но жизнь вообще такова, разве нет? Ты же пилигрим. Ты понимаешь. – Гм. Да, это соответствовало репутации пилигрима. Но всесмерти ни одной душе не пережить – а в странствиях возможностей претерпеть полное уничтожение хватало. Пилигримы учатся вести себя осторожно. Вместе с тем – ничего более захватывающего за все века его странствий не происходило. Познакомиться с чужаками, стать одним из них… перед таким искушением здравый смысл отступал. – Смотри, – указал Грамотей, – можем спуститься вон там и смешаться с ранеными. Если перейдем через поле, то оттуда глянем, не слишком рискуя, как дела у последнего чужакова элемента. – Джакерамафан уже покидал свой наблюдательный пост и рыскал вокруг в поисках безопасного пути, чтобы не вырисовываться силуэтом против солнца. Викврэкрам пребывал в смятенных чувствах; какая-то часть его желала присоединиться, какая-то – колебалась. Проклятье! Джакерамафан сам признал, что он шпион; у него при себе штукенция, сработанная не иначе как самыми крутыми разведчиками Длинноозерья. Парень наверняка профессионал. Странник быстро оглядел свою сторону холмов, потом долину. Тиратект или кого другого не видать. Он вылез оттуда, где прятался, и потрусил за разведчиком. Они старались укрываться от клонящегося к северу солнца в глубоких тенях, перескакивая от пригорка к пригорку там, где теней не было. Незадолго перед тем, как подойти к первому раненому, Грамотей сказал кое-что еще, самое ужасное за этот день: – Да ладно, расслабься. Я в книжках про все такое читал! Толпа фрагов и раненых – жуткое, оглушающее разум создание. Синглеты, дублеты, тройки, несколько четверок бесцельно бродили, хныча от потери контроля над собой. В большинстве случаев такая толпа на площади всего нескольких акров мгновенно становилась хором. Странник заметил кое-где проявления сексуальной активности и подобие организованного браузинга, но, в общем-то, над местом этим довлело слишком много боли, чтобы проявились нормальные поведенческие реакции. У Викврэкрама мелькнула мысль: оставят ли шкуродерники, заядлые рационалисты, весь этот сброд раненых для пересборки? Если да, стаи отсюда выйдут странные и калечные. Несколько ярдов вглубь толпы, и Странник Викврэкрам почувствовал, как сознание ускользает. Сконцентрировавшись как следует, он мог еще вспомнить, кто он и куда должен идти: на ту сторону луга, не привлекая к себе внимания. Громкие, неприкрытые, чужие мысли колотили его: …жажда крови и убийства… …сверкающий металл в руке чужака… боль в ее груди… откашливает кровь, валится на землю… …как ласков со мной был в тренировочном лагере мой лоскутный брат… Стальной Владыка говорил, что мы – великолепный эксперимент… …бегу сквозь вереск в сторону чудовища, у того ноги как палки, прыжок с выпущенными когтями, бью монстра в горло, высоко взлетает кровь… …где я?.. Можно стать частью тебя?.. Пожалуйста… Странник резко обернулся при этом вопросе: нацеленном, близком. За ним увязался синглет. Отогнав фрагмента, он выбежал на открытое пространство. Впереди обнаружился этот Джаке-как-его-там, едва ли в сильно лучшей форме. Вряд ли их засекут, но Странник начинал сомневаться, что вообще прорвется. Он был всего-навсего четверка, а вокруг клубились синглеты. Справа ярился четверной фраг, хватая всех подряд – двоек и одиночек. Вик, Квк, Рэк и Рам пытались припомнить, зачем сюда приперлись и что тут творится. Сконцентрироваться на прямом восприятии, на том, что происходит здесь и сейчас: тянет копотью от огнемета, роятся черные мушки, налетев на лужи черной крови… Прошло ужасно много времени: минуты. Вик-Квк-Рэк-Рам глянул перед собой. Он почти вырвался: достиг южной оконечности зоны распада. Подтянул себя на свободное пространство. Часть его выблевала, и он обмяк. Медленно возвращался рассудок. Викврэкрам огляделся, заметил в толпе Джакерамафана. Грамотей был здоровый парень, шестерка, но ему пришлось ничуть не легче. Он шатался, дико вертя глазами, рычал на себя и остальных. Гм. По крайней мере, они отмахали приличный кусок луга, и притом достаточно быстро, чтобы не сильно отстать от тянущих последнего чужацкого элемента белокурточников. Для дальнейшего потребуется покинуть толпу, не привлекая к себе внимания. Гм. Вокруг полно форменных курток шкуродерников… чьи обладатели мертвы. Странник отделил два своих элемента туда, где валялся мертвый солдат. – Джакерамафан, сюда! Великий разведчик оглянулся, и в глазах его сверкнуло подобие разума. Выбравшись из толпы, он уселся в нескольких ярдах от Викврэкрама. Гораздо ближе, чем было бы комфортно в нормальных условиях, но после того, что им довелось пережить, близость эта едва ощущалась. Мгновение он валялся пластом, тяжело сопя. – Прости. Я и не думал, что это так тяжело. Я потерял одну свою… уж не надеялся ее вернуть. Странник следил за продвижением белокурточников с волокушей. Они двигались в сторону от остальных и через несколько секунд наверняка пропадут из виду. Располагая прикрытием, можно последовать за ними… нет, слишком рискованно. Он начинал мыслить как заправский шпион. Странник стянул с трупа камуфляжную куртку. Прикрытие все равно понадобится; вдруг удастся продержаться здесь ночь и потом приглядеться поближе к летающему дому. Спустя миг Грамотей увидел, что делает Странник, и начал подбирать куртки для своих элементов. Они блуждали между куч мертвецов, отыскивая форму не очень заляпанную и с отметками, которые, по мнению Джакерамафана, согласовывались между собой. Вокруг валялось множество накладных когтей и боевых топориков. Они вооружились до зубов, хотя котомки пришлось подразгрузить. Требовалась еще только одна куртка, но Рам был так широк в плечах, что подобрать ему ничего не удавалось.
Схватка и путь к гавани. Странник Викврэкшрам в ходе кровавой схватки теряет одного из своих элементов, но позже объединяется с новым — Шрамом, который приносит с собой боевые воспоминания и знания о местности. Вместе с Грамотеем они решают спасти чужака и направляются к гавани, используя новые навыки и информацию. По пути они вступают в бой с прислужниками Шкуродера, побеждают врагов и продолжают путь к морю, осознавая сложность предстоящего побега.
Странник толком не понял, что произошло затем. Крупный фрагмент – тройка – лежал ничком на куче трупов. Наверное, продолжал убиваться горем, даром что его элемент давно испустил дух. В любом случае, фраг оставался почти полностью безмыслен, пока Странник не принялся стягивать с мертвого элемента куртку. Тут послышалось: – Ты меня не ограбишь! Он услышал жужжащий гул близкого гнева, а потом боль полоснула Рама по кишкам. Странник, корчась в агонии, повалился на врага. Мгновение пробежало в бездумной яростной драке. Боевые топорики Странника ударяли снова и снова, по мордам стаи брызгала кровь. Когда он пришел в себя, оказалось, что один элемент тройки издох, а остальные удрали, смешавшись с толпой раненых. Викврэкрам окружил место, где обожгла Рама вспышка боли. Нападавший выпустил когти; Рама располосовало от ребер до паха. Викврэкрам споткнулся, увязнув частью лап в собственных внутренностях. Попытался носами запихать клубки кишок назад в брюхо элемента. Боль отступала, но и небо в глазах Рама постепенно меркло. Странник подавлял подступающие вопли. Я всего лишь четверной, и один мой элемент умирает! Он уже много лет говорил себе, что для пилигрима четыре элемента – слишком мало. Теперь он поплатится за это, пойманный без единой мысли в краю тиранов. На краткий миг боль отпустила, разум прояснился. Драка не привлекла особого внимания – вокруг и так умирали, насиловали и бросались на всех подряд в приступах безумия. Стычка с участием Викврэкрама просто оказалась более жаркой и кровавой, чем прочие. Белокурточники ненадолго оглянулись в их сторону от летающего дома, но потом снова занялись чужацким грузом. Грамотей сидел неподалеку, в ужасе взирая на него. Частью себя он подполз ближе, но тут же шарахнулся. Он сражался с собой, пытаясь сообразить, чем может помочь. Странник подумал, не попросить ли его, но это было бы слишком. Грамотей не пилигрим, он не поделится своим элементом добровольно… Воспоминания хлынули бурным потоком; Рам старался как-то их упорядочить, передать оставшимся элементам знание былого. На миг он увидел себя плывущим на катамаране через Южное море: новоиспеченная стая, с Рамом-щенком; затем пришли воспоминания островитянина, которым Рам явился на свет, и стай, в которых он участвовал до этого. Они вместе обошли весь мир, выжили в трущобах Тропического Коллектива, уцелели на войне с Равнинными Стадами. О, сколько историй они слышали, скольким трюкам обучились, каких сородичей повстречали… Вик Квк Рэк Рам был удивительной стаей: трезвомыслящей, легкого нрава, наделенной странным даром удерживать все воспоминания там, где и должно; потому-то и продержалась она так долго, не разросшись до пятерки или шестерки. Теперь за это придется заплатить великую, самую дорогую цену… Рам испустил вздох, и небо над ним погасло. Разум Викврэкрама помутился. Не так, как в пылу битвы, когда боевая ярость стирает мысли, не так, как в спокойном сне. Четвертого элемента просто не стало. Остались трое, силившиеся собраться в личность. Тройка стояла, нервно похлопывая друг друга по спинам. Опасность исходила отовсюду, недоступная пониманию. Трое с надеждой глянули в сторону сидящей поблизости шестерки – как ее там звать? Джакерамафан, да? – но та шуганула их. Тройка нервно глянула на толпу раненых. Толпа несла дополнение… и безумие. Крупный самец с глубокими шрамами на ляжках сидел на краю толпы. Он заметил озиравшуюся тройку и медленно прокрался к ней через открытое пространство. Вик, Квк и Рэк отползли назад, шерсть у них встала дыбом от восторга и ужаса. Элемент со шрамами был по меньшей мере вполовину тяжелее любого из них. Где я?.. Можно стать частью тебя?.. Пожалуйста… Мольба самца несла далекие, смятенные и почти недоступные воспоминания: о крови и сражениях, о военных тренировках, им предшествовавших. Существо отчего-то страшилось этих сцен. Опустив морду, всю в запекшейся крови, на землю, самец на брюхе пополз к ним. Остальные чуть не кинулись наутек; перспектива случайного слияния пугала их всех. Они отползали все дальше, на лужок. Самец приближался, но медленно, не переставая ползти. Квк облизала губы и осторожно подошла к незнакомцу. Вытянула шею, обнюхала его горло. Вик и Рэк подползали с флангов. На миг осуществилось частичное единение. В поту и крови из ран – слияние в аду. Откуда ни возьмись возникла связная мысль, осенив всю четверку проблеском циничного юмора. Затем единство распалось, и остались трое зверей, лижущих четвертому морду. Странник обозрел луг новыми глазами. Он распадался лишь на несколько минут. Раненые из Десятого взвода пехоты остались, где были. Слуги Шкуродера продолжали теребить чужацкий груз. Джакерамафан медленно отползал, на мордах его читалась смесь ужаса и восторга. Странник опустил голову и прошипел ему: – Не беспокойся, Грамотей, тебя я не стану выдавать. Разведчик застыл. – Это все еще ты, Странник? – Более или менее. – Он остался Странником, но Викврэкрамом быть перестал. – К-как ты сумел? Т-ты же распался… – Я странник, разве не помнишь? Мы всю жизнь так живем. – В голосе его прозвучал сарказм: сходными трюизмами Джакерамафан обожал потчевать его раньше. Не так уж они далеки от истины. Странник Викврэк…шрам уже чувствовал себя единой личностью. Возможно, из новой комбинации что-то и получится. – Укх. Э, ну да… А что нам теперь делать? Шпион нервно озирался во всех направлениях, но в глазах, нацеленных на Странника, тревога была сильней. Теперь озадачился сам Викврэкшрам. Что он тут делает? Он убил странного врага… э, нет. Это сделал взвод пехоты. Он к этому не причастен, что бы там ни твердила память элемента со шрамом. Они с Грамотеем пришли… спасать чужака, насколько удастся. Странник овладел воспоминаниями и без разбору загреб; они были реальны, они принадлежали прежней личности, которую следовало сохранить. Он глянул туда, где в последний раз заметил элемент чужака. Белокурточники и волокуша с чужаком пропали, но путь их был ясен. – Мы все еще можем спасти выжившего, – сказал он Джакерамафану. Грамотей бочком отстранился. От его былой решимости не осталось и следа. – Только после тебя, приятель. Викврэкшрам застегнул боевые куртки и стряхнул немного засохшей крови. Потом потрусил через луг, пройдя всего в сотне ярдов от прислужников Шкуродера и враж… летающего дома. Он резко отсалютовал им, но те не обратили внимания. Джакерамафан с парой арбалетов следовал за ним. Он как мог пытался подражать побежке Странника, но опыта у него не было. Затем они перевалили через гребень холма, под которым развернулась битва, и углубились в тень. Стоны раненых стали тише. Викврэкшрам удвоил скорость, петляя с тропки на тропку, и поспешно спустился по крутому склону. Отсюда была видна гавань: лодки еще привязаны к пристани, и особой возни там не наблюдается. За его спинами Грамотей нес какую-то чепуху. Странник побежал еще быстрее, уверенность его превозмогла обычное смятение новособранной стаи. Новый элемент, тот, со шрамом, был когда-то в стае офицера пехоты. Та стая знала гавань и окрестности замка, а заодно и все пароли, как свои когти. Еще два поворота, и они обогнали слугу Шкуродера с волокушей. – Эй! – крикнул ему Странник. – Стальной Владыка велел передать тебе новые инструкции! При этом первом упоминании Стального Владыки по хребтам его покатился холодок. Прислужник опустил волокушу на землю и развернулся к ним. Викврэкшрам не знал его имени, но помнил по мордам: офицер довольно высокого ранга, самоуверенный выскочка. Странно, что он самолично прет эту волокушу. Странник замер всего в двадцати ярдах от белокурточников. Джакерамафан наблюдал за ними с тропки выше по склону, стоя так, чтобы арбалетов не было видно снизу. Слуга Шкуродера нервно оглядел Странника, потом поднял глаза на Грамотея: – Чего надо? Возможно, он их уже заподозрил? Впрочем, какая разница… Викврэкшрам собрался для убийственного броска… и вдруг зрение его расчетверилось, разум помрачился, как у новичка. Теперь, когда настало время убивать, ужас элемента со шрамом парализовал его решимость. Проклятье! Викврэкшрам судорожно подыскивал нужные слова. Но когда мысли об убийстве покинули его, ожили новообретенные воспоминания: – Стальной Владыка повелевает нам доставить это создание в гавань. Тебе же, э-э, надлежит возвратиться к той летающей штуковине захватчиков. Белокурточники облизали губы. Глаза стаи рыскали по форменным курткам Странника и Грамотея. – Самозванцы! – заверещал вдруг прислужник, сей же миг отделив одного своего элемента к волокуше. Лапы того сверкнули металлом. Хочет убить чужака! Сверху прилетела стрела, бежавший элемент упал: древко вонзилось ему в глаз. Викврэкшрам занялся остальными, отогнав с передовой новичка со шрамом. На миг разум помутился снова, и он опять стал сам собой. Четыре глотки издали убийственное рычание. Две стаи схлестнулись. Шрам смел с тропы двоих элементов Прислужника. Вокруг засвистели стрелы. Вик Квк Рэк закрутились, рубя топориками все, что стояло на их пути. Потом все успокоилось, и Странник снова обрел рассудок. Три элемента Прислужника корчились на тропе в смертных муках, обильно поливая землю кровью. Он отпихнул их с дороги туда, где валялись остальные, убитые Шрамом. Никто из вражеской стаи не выжил. Он совершил всеубийство и должен был принять на себя вину за это. Он повалился наземь, зрение опять расчетверилось. – Чужак, – сказал Грамотей. – Жив еще. – Он стоял вокруг волокуши, принюхиваясь к богомолообразному телу. – Хотя и без сознания. – Он потянул волокушу за оглобли и вопросительно оглянулся на Странника. – Что… что нам теперь делать, Странник? Странник лежал на грязной земле, собираясь с мыслями. «Действительно, что теперь делать?» Как он умудрился вляпаться в это дерьмо? Единственное объяснение – смятенный ум новособранной стаи. Он просто позабыл, почему спасать чужака бесполезно, а теперь влип в это дело по уши. «Вот же стаеговно». Частью себя он отполз на край тропы и осмотрелся. Вряд ли они привлекли чье-то внимание. В гавани по-прежнему ждали пустые лодки; большая часть пехотинцев оставалась выше, в холмах. Несомненно, слуги Шкуродера намерены оттащить мертвых в форт. А когда соберутся перевозить на Тайный Остров? Или они ждут чьего-то прибытия? – Может, стырим несколько яликов и поплывем на юг? – предложил Грамотей. Да уж, гигант мысли. Он что, не врубается, что гавань оцеплена? Пускай им известны пароли, все равно о них доложат с первого же поста. Шанс прорваться один на миллион. Но пока не влился Шрам, не было и такого. Он обследовал лежавшее на носилках существо. Диковинное, но реальное. И не только существо удивляло, хотя облик его был всего поразительнее. Окровавленная одежда его была из ткани более тонкой, чем Странник видел за всю свою жизнь. Рядом с телом элемента лежала розовая, искусно вышитая подушка. Изменив перспективу, он сообразил, что это, должно быть, произведение чужацкого искусства – на подушке красовалась удлиненная морда какого-то животного. Ну что же, шанс прорваться через гавань один из миллиона, но некоторые призы стоят подобного риска. – Спустимся немного дальше, – сказал он. Джакерамафан тащил волокушу, Викврэкшрам трусил впереди, храня важный вид офицера. Присутствие Шрама облегчало задачу. Элемент был сама воинская доблесть, и только изнутри стаи можно было углядеть его слабости. Они спустились почти до уровня моря.
Побег из гавани. Странник вместе с Грамотеем и чужацким элементом пробирается через кордоны к гавани Тайного Острова, где находится центр влияния Шкуродера. Внезапно они замечают появление Тиратект — могущественного лидера Шкуродерников, чье присутствие сковывает действия солдат и позволяет группе незаметно добраться до причала. Используя это окно возможностей, герои угоняют быстроходную лодку и совершают стремительный побег из гавани под огнем лучников. В итоге они успешно покидают опасную зону, сохранив жизнь и достигнув долгожданной свободы.
Тропа на этом участке расширялась и была вымощена булыжником. Он знал, что форт наверху, но скрыт из виду деревьями. Солнце довольно далеко уклонилось от севера, поднявшись в восточном небе. Везде цвели цветы, белые, красные, фиолетовые, их колыхал порывистый ветер – арктическая растительность извлекала пользу из бесконечного летнего дня. Прогуливаясь по горячим от солнца булыжникам, легко можно было позабыть про засаду в холмах, но вскоре они наткнулись на первый кордон. Линейные и кольцевики – любопытный народ. Не слишком умны, но, пожалуй, эффективней любой стаи за пределами тропиков. Ходили слухи о цепях длиною десять миль, из тысяч элементов. Самая крупная, виденная Странником лично, насчитывала менее сотни. Стоит лишь взять обычную стайку и натаскать их, чтоб стояли ровно, не как стаи, а как индивиды. Если каждый элемент отделен от ближайших соседей всего несколькими ярдами, уровень их интеллекта в общем не слабее тройки. Группа эта как целое вряд ли сильно умней – если идее требуются секунды, чтобы миновать отдельный разум, тебе уже не до глубоких размышлений. Зато линейные очень четко себе представляли, что творится вдоль цепи. Если на кого-то из элементов напали, вся цепь узнавала об этом со скоростью звука. Странник служил раньше в линейных; работенка муторная, но не такая скучная, как у обычного часового. Тяжело скучать, если ты такой дурень. Вон там! Одиночный элемент вытянул шею из-за дерева и зыркнул на них. Викврэкшрам, разумеется, знал пароль, так что внешний пост они без труда миновали. Но теперь всей цепи стало известно, кто пришел и по какому маршруту движется. И разумеется, обычным солдатам из форта – тоже. Проклятье! Выхода не было. Только продвигаться, следуя безумному плану. Они с Грамотеем и чужацким элементом миновали еще два внутренних кордона. Он почуял запах моря. Из-за деревьев – в окаймленную скалами гавань. Волны сверкали миллионами серебряных искорок. Меж двух причалов колыхалась большая многостайная лодка. Мачты корабля походили на безлиственный лес. Всего в миле от берега виднелся Тайный Остров. Часть Странника застыла, пораженная, часть не усмотрела в этой картине ничего необычного. Вот он, центр всемирного Движения Шкуродера. Там, высоко в мрачных башнях, исходный Шкуродер занимался опытами, писал труды и строил планы покорения мира. На причалах было довольно пустынно. Большинство местных выполняли рутинную работу: латали паруса, конопатили лодки. Появление волокуши пробудило в них живой интерес, но приблизиться никто не осмелился. «Нам нужно лишь спокойно добраться до края пирса, обрезать швартовы вон той крайней лодки и отплыть». На причале, пожалуй, хватит стай, чтобы им помешать, – и вой их наверняка привлечет солдат из форта. Если подумать, странно, что еще никто не поднял тревогу. Эти лодки технически уступали тем, что он видел в Южных морях. Частично различие сводилось к нефункциональным деталям: доктрина Шкуродера воспрещала ненужное украшательство кораблей. Частично же – к функциональным: суда эти могли курсировать как летом, так и зимой и годились для перевозки войск. Впрочем, Странник полагал, что управится с такой лодкой. Он подошел к оконечности причала. Гм. Наконец-то привалила удача: ближайшая к нему справа, с носа и штирборта, двухкорпусная лодка производила впечатление быстроходной и хорошо оснащенной. Надо полагать, разведывательный корабль для дальних походов. – Тсс, – дернул мордой Грамотей, указав на форт. – Там что-то происходит. Войска смыкали ряды – готовятся отдать честь? Пятеро прислужников Шкуродера протрусили перед пехотинцами, с башен форта прогудели трубы. Шрам такое уже видел, но Странник не доверял его памяти. Как тогда… Над фортом взвился красно-желтый флаг. Солдаты и докеры на причале упали на животы. Странник последовал их примеру и зашипел на Грамотея: – Ложись! – Э? – Знамя Шкуродера! Он сам, лично! – Не может быть! Шкуродера убили в Республике шесть десятидневок назад. Толпа, порвавшая его на части, порешила заодно и десятки его высокопоставленных сторонников… Однако о том, что идентифицировать удалось все тела Шкуродера, сообщала лишь политическая полиция Республики. Высоко на башне меж рядов солдат и белокурточников гордо продефилировала единственная стая. Плечи ее сияли серебром и золотом. Грамотей высунулся за кучу снастей одним элементом и тайком выудил свою гляделку. Мгновение спустя послышалось: – Да чтоб моей душе… Это ж Тиратект! – Она такой же Шкуродер, как и я, – ответил Странник. Они вместе прошли к Восточным Вратам через Ледовые Клыки. Она с очевидностью новособралась, и процесс интеграции еще не завершился. Она казалась сдержанной и задумчивой, но временами ее пробивало на ярость. Странник чувствовал в Тиратект нечто смертоносное… Теперь он понял, откуда исходило это веяние. По крайней мере некоторые элементы Шкуродера избежали гибели… и они с Грамотеем провели три десятидневки в их компании. Странника пробила дрожь. У ворот форта стая, звавшая себя Тиратект, развернулась оглядеть солдат и прислужников. Она сделала жест, и снова заревели трубы. Новый Странник узнал этот сигнал: Воззвание. Пришлось подавить порыв последовать за остальными, пока те ползли на брюхах через ворота, возведя очи горе, к Хозяину. Грамотей метнул на него взгляд, и Странник кивнул. Им требовалось чудо, и вот оно – явлено самим врагом! Грамотей медленно переполз на край пристани, перетаскивая волокушу от тени к тени. Пока что не оглянулся никто. На то имелась причина: Викврэкшрам помнил, что случается с теми, кто проявит неуважение к Воззванию. – Перетащи это создание в лодку, что закреплена с носа и штирборта, – велел он Джакерамафану. Скатился с пирса и рассредоточился по многостайке. Как приятно снова очутиться на волнах, когда каждого элемента несет в свою сторону! Он обнюхал носовые катапульты, прислушался к поскрипыванию швартовых и корпуса. Увы, Шрам не моряк и не помнит того, что может оказаться самым важным. – Ты что ищешь? – прошипел Грамотей высокой речью. – Люкоблоки. Если они тут и есть, то выглядят совсем не так, как у лодок Южных морей. – А, это просто, – сказал Грамотей. – Это ж северные волнорезы. Тут откидные панели, а за ними корпус, совсем тонкий. – Два его элемента на секунду скрылись из виду, что-то бухнуло, головы возникли снова, отряхнулись от воды. На мордах проступила удовлетворенная усмешка: он и сам не ожидал такого успеха. «Ты глянь, – словно бы говорила вся его поза, – совсем как в книжках пишут!» Викврэкшрам и сам уже нашел то, что искал: панели на первый взгляд закрывали каюты отдыха команды, но, когда он их оттянул, оказалось, что за ними деревянный корпус, легко поддавшийся топору. Он высунул одну голову наружу, проверяя, не привлек ли еще внимания, а остальными элементами врубился в люкоблоки. Странник и Грамотей пробежались вдоль носовых бортов многостайки, работая слаженно: если корпус развалится, погоне придется несладко. Ой! Один из портовых работников оглянулся. Частью себя он продолжал вползать по склону, но частью порывался вернуться на пирс. Снова повелительно взревели трубы, и стая повиновалась. Но на ее тревожные вопли оборачивалось все больше голов. Укрываться времени не было. Странник опрометью кинулся к выбранной лодке. Грамотей рубил тросы, сочленявшие катамаран с остальным кораблем. – Ты ходил под парусом? – уточнил Странник. Дурацкий вопрос, разумеется. – Ну-у, я читал… – Ладно! – Странник загнал его в лодку. – Следи, чтоб с чужаком все было в порядке. Сядь и нишкни. Он и сам управился бы с катамараном, но для этого требовалась сосредоточенность. Чем меньше посторонних мыслезвуков, тем лучше. Странник отчалил от многостайки. Корабль еще не затонул, но уже заметно погружался в воду. Развернувшись, он багром загнал ближнюю лодку туда, где стояла угнанная ими. Еще пять минут, и над водой останутся только верхушки мачт. Пять минут. Ни за что бы не сработало, кабы не Воззвание Шкуродера. Солдаты в форте вверх по берегу разворачивались, указывая на гавань, все еще скованные присутствием Шкуродера/Тиратект. Сколько пройдет времени, прежде чем какой-то важный чин не решит, что такой угрозе даже Воззвание не помеха? Он поднял парус. Ветер надул полотнище, подхватил катамаран, и двухкорпусная лодка отчалила от пристани. Странник носился по катамарану, натягивая пастями снасти. Рама больше не было, но память о том, каков на вкус соленый такелаж, вернулась! Он интуитивно натягивал и давал слабину, выжимая всё, что позволял ветер. Узкая, тонкая, лодка летела вперед, мачта из железного дерева скрипела под напором наполнявшего парус ветра. Шкуродерники ссыпались вниз по склону к гавани. Лучники встали на изготовку, и в воздух полетела туча стрел. Странник дернул снасти, креня катамаран влево по одному борту. Грамотей прыгнул к чужаку, прикрывая того. Со стороны штирборта вода вскипела от стрел, но лишь несколько поразили лодку. Странник снова натянул шкоты, лодка вильнула в другом направлении. Солдаты выбегали на пристань, оглашая берег страдальческими воплями: они увидели, что сталось с их кораблем. Носовые ряды ушли под воду, вся передняя часть корабля. А катапульты-то были именно на носу. Странник развернул катамаран на прежний курс и устремился прямо на юг, прочь из гавани. Справа по борту теперь проплывала южная оконечность Тайного Острова, с высоким и зловещим Замком. Он знал, что там есть тяжелые катапульты, а в островной гавани – скороходные лодки. Он только начинал понимать, как проворна та, которую они угнали: ну да, стоило раньше сообразить. Самую быструю обычно ставят в угловую позицию на носу, а используют для разведки и погони. Джакерамафан сгрудился на корме, глядя в сторону материковой гавани. Там сновали солдаты, рабочие и белокурточники, разметавшись по пристани от края до края. Гомон стоял такой, что думать было тяжело, и даже с такого расстояния стало ясно, что враги в ярости и отчаянии. По мордам Грамотея расползлась глуповатая усмешка: он так до конца и не верил, что затея выгорит. Взметнувшись через релинг, он исполнил одним элементом залихватский прыжок. Оскорбительный жест с берега был едва заметен, но враги поняли: далекий мыслерев гнева на миг усилился. Они уже отплыли далеко на юг от Тайного Острова, и даже замковые катапульты не могли бы их достать. Стаи, клубившиеся на берегу, пропали из виду. Личное знамя Шкуродера, однако, продолжало весело реять на утреннем ветру, мелькая на фоне лесной зелени красной и желтой полосами. Странник обратил все глаза к узкому проливу, где пасть Китового Острова почти смыкалась с материком. Шрам помнил, что это узкое место хорошо укреплено. Тут бы им и конец, но всех лучников оттуда отозвали для атаки на чужака, а катапульты крепости были на ремонте. Свершилось чудо! Они живы, на свободе, да еще и прихватили с собой величайшее сокровище всех его странствий. Он так громко завопил от радости, что Джакерамафан аж прижался к палубе. Эхо победных криков еще долго звенело в холмах, зеленых и запятнанных снегом.
Пленение Джефри и встреча с щенками. Джефри Ольсндот оказывается в плену у разумных собакоподобных существ, которые привозят его в замок. Мальчик осознает, что его родители и сестра, вероятно, тоже находятся в заточении в этом же здании. В своей камере он обнаруживает группу щенков с длинными шеями, которые проявляют к нему дружелюбие и стремятся к ласке. Взаимодействие с малышами дает Джефри надежду на то, что взрослые существа относятся к нему как к ребенку и могут помочь ему найти семью.
Джефри Ольсндот мало помнил о нападении, а резни и вовсе не видел. Снаружи раздался шум, мама испуганно окликнула его и приказала не выходить. Потом дым, много дыма. Он задыхался, пытался выбраться на воздух, наконец потерял сознание. Когда пришел в себя, оказалось, что его привязали к чему-то наподобие носилок скорой помощи, а вокруг шныряют большие собакоподобные существа. В белых куртках, обшитых тесьмой, псы выглядели очень забавно. Он помнил, как его заинтересовало, где их хозяева. Псы издавали разные звуки: булькали, жужжали, шипели. Некоторые из этих звуков были так высоки по тону, что Джефри их почти не слышал. Потом он очутился в лодке, а еще позже – в колесном фургончике. Прежде он видел замки только на картинках, однако место, куда его привезли, было настоящим замком: остроугольные каменные стены, хмурые нависающие башни. Они ехали в гору по затененным улицам, под колесами фургончика что-то цокало. Собаки-длинношейки не причиняли вреда, но путы ему сильно мешали. Он даже сесть не мог, по сторонам посмотреть. Он спрашивал, где мама, папа и Йоханна. Немного поплакал. Рядом с лицом возникла длинная морда и ткнула носом в щеку. Раздалось жужжание, пробиравшее до костей. Он не знал, утешали его или пытались напугать, но резко вдохнул и попробовал унять слезы. В конце концов, страумеру не пристало плакать. Появилось еще больше собак в белых куртках, среди них были псы с дурацкими золотистыми и серебристыми нашивками на плечах. Его снова куда-то поволокли на носилках, на сей раз – вниз по озаренному факелами туннелю. Остановились у двойных дверей, метра два в ширину, но едва ли метр в высоту. Пара металлических треугольников на светлом дереве. Впоследствии Джефри узнал, что треугольники обозначали число: пятнадцать или тридцать три, смотря как считать – по лапам или передним когтям. А гораздо, гораздо позже он узнал, что захватившая его стая считала по лапам, в то время как строитель замка – по передним когтям. И его принесли не в ту комнату. Эта ошибка изменила историю миров. Собаки каким-то образом открыли двери и втащили Джефри внутрь. Сгрудились у носилок, тычась мордами в путы, ослабили их. Сверкнули ряды острых, как иголки, зубов. Бульканье и жужжание сделались очень громкими. Стоило Джефри сесть, и псы попятились. Двое остались у дверей, а четверо вышли. Двери закрылись, и цирковой дивертисмент окончился. Джефри долго смотрел на двери. Он понял, что это не цирк: собакоподобные, надо полагать, разумны. Сумели перехитрить его родителей и сестру. Где они? Он чуть не расплакался по новой. После пожара на корабле он их не видел. Наверное, их тоже захватили в плен. Вероятно, держат в этом же замке, но в разных камерах. Надо как-нибудь найти друг друга! Он поднялся, и его качнуло. Вокруг все еще смердело дымом. Не важно; пора разбираться, как далеко зашло дело. Он прошелся по комнате. Большая, не очень-то похожа на темницы, которые Джефри видел в кино. Потолок очень высокий, куполообразный, прорезанный двадцатью вертикальными щелями. Солнечный свет падал через одну такую щель, попадая на обшивку стены, и в луче мошками танцевали пылинки. Других источников света в помещении не было, но в такой солнечный день хватало и этого. В четырех углах потолка, где стены сходились, образуя арочный купол, нависали низкие балконы. Он видел, что там в стенах устроены двери. С каждого балкона ниспадали тяжелые свитки. На них что-то было написано крупными символами. Он подошел к стене и ощупал жесткую ткань. Буквы были нанесены краской. Единственный способ изменить отображенную информацию – соскоблить их. Ничего себе! Как в старые времена, на Нюйоре, еще до Страумлианского Простора. Поверхность под свитками была из черного камня со стекловидной поверхностью. Кто-то рисовал на ней мелками. Грубые изображения собак напомнили Джефри детсадовские рисунки. Он замер, вспомнив про детей, оставленных на борту и снаружи, рядом со шлюпкой. Лишь несколько дней назад он играл с ними в школе при Высокой Лаборатории. Последний год выдался странным – скучным и в то же время захватывающим. Все жили вместе, в казармах, было прикольно, вот только у взрослых редко находилось время поиграть. По ночам небо выглядело совсем иначе, чем со Страума. – Мы за краем Запределья, – любила говаривать мама, – и мы создаем Бога. Сказав это впервые, она рассмеялась. Потом это повторяли многие, со все возрастающим ужасом. Последние часы были сплошным кошмаром – учебная тревога с погружением в гибернаторы оказалась настоящей. Все его друзья остались в тех капсулах… Джефри разрыдался в жуткой тишине. Никто его не слышал. Никто не явился ему помочь. Через несколько минут самообладание вернулось. Если собаки не попытались открыть капсулы, с его друзьями все должно быть в порядке. Если же мама с папой сумеют найти с собаками общий язык… По комнате расставлена странная мебель: низкие столы и комоды, стойки, напоминавшие детские тренажеры, из такого же светлого дерева, как и двери. Вокруг самого широкого стола лежали черные подушки. На самом столе – свитки, покрытые символами и неподвижными картинками. Джефри прошел вдоль стены – десять метров или около того. В этом месте каменный пол заканчивался, и там, где стены сходились, оставался участок неприкрытой земли два на два метра. Тут воняло даже сильнее, чем дымом. Воняло отхожим местом. Джефри рассмеялся: и вправду, совсем как собаки! Обшитые стены поглотили его смех, не вернув эха. Что-то заставило Джефри посмотреть вверх, обвести взглядом комнату. Он-то думал, что один здесь, но на самом деле в «темнице» полно мест, где можно спрятаться. Он затаил дыхание и прислушался. Все тихо… почти: почти на пределе слышимости, там, где гудят некоторые машины, где не услышали бы ни мама, ни папа, ни даже Йоханна, что-то было. – Я… я знаю, ты здесь! – резко, срываясь на визг, крикнул Джефри. Он прошелся из стороны в сторону, заглядывая за предметы мебели, но стараясь не приближаться. Звук не стихал: теперь, когда Джефри вслушивался, это было понятно. Из-за шкафчика выглянула маленькая голова с крупными темными глазами. Гораздо мельче, нежели у существ, которые притащили Джефри сюда, но форма морды такая же. Мгновение они глазели друг на друга. Джефри подался в ту сторону. Щенок? Головка исчезла, снова появилась. Джефри уловил краем глаза новое движение: еще одно черное созданьице смотрело на него из-под стола. На секунду его обуяла паника, он застыл как вкопанный. Но бежать было некуда. А что, если эти зверьки помогут найти маму? Джефри опустился на колено и медленно протянул руку. – Ко мне… ко мне, песик! Щенок выполз из-под стола, следя глазами за рукой Джефри. Восторженное изумление оказалось обоюдным: щенок был настоящий красавец. Наверное, породистый, если тут, как и во многих других мирах люди (или другие существа) долгие века разводили собак. Шерсть короткая, густая, как глубоко-черный бархат с белыми подпалинами. Два цвета резко контрастировали, следуя густыми полосами без серых полутонов. Вся голова существа была черной, а на ляжках перемежались черная и белая шерстка. Хвост короткий, не впечатляет, едва прикрывает задок. На плечах и голове Джефри заметил черную кожу – проплешины без шерсти. Но самой странной чертой в облике щенка была длинная гибкая шея. Больше подошла бы морскому зверю, чем собаке. Джефри шевельнул пальцами, глаза щенка расширились, обнажив белок по краям радужки. Что-то ткнулось ему под локоть, Джефри подскочил от неожиданности. Как их тут много! Еще двое выбрались рассмотреть его руку. А там, где раньше был один, появилось трое. Настороженно глядят в его сторону, выжидают. Теперь, когда они выбрались на открытое место, ничего враждебного или страшного он в них не увидел. Один щенок тронул Джефри лапой за запястье и осторожно нажал. Одновременно второй вытянул морду и облизал пальцы мальчика. Язык оказался розовый, шершавый, длинный, закругленный. Высокий жалобно-ноющий звук усилился; три щенка сгрудились, прихватывая Джефри за руку. – Эй, поосторожнее! – Мальчик отдернул руку. Он помнил, какие зубы у взрослых. Внезапно комнату огласило бульканье и жужжание. Гм. Похоже скорей на щебет птиц-говорунов, чем на рычанье собак. Еще один щенок подобрался ближе, протянув к Джефри узкий нос. – Эй, поосторожнее! – произнес щенок, точно копируя голос мальчика. При этом пасть его оставалась закрыта. Он изогнул шею назад… Хочет, чтоб его погладили? Джефри потрогал: какая мягкая шерстка! Жужжание стало очень громким. Джефри его даже сквозь шерсть ощущал. Жужжал не один звереныш: звук шел отовсюду. Щенок скользнул мордой к руке, и на этот раз Джефри позволил ему приблизить пасть к своим пальцам. Он внимательно следил за зубками, но щенок тоже аккуратничал, не касаясь ими кожи Джефри. Губы существа на ощупь казались парой пальчиков, которые смыкалась и размыкалась вокруг пальцев человека. Трое щенят толкались под другую руку Джефри, словно им тоже захотелось, чтоб их приласкали. Он чувствовал, как они носами тычутся в спину, стараются вытащить рубашку из штанов. Действовали щенки на удивление скоординированно, словно это человек хватал его двумя руками за рубашку. Да сколько же их тут? На миг Джефри позабыл, где находится, и потерял осторожность. Перевернулся на бок и стал гладить малышей. Со всех сторон раздался удивленный писк. Двое песиков протиснулись под локти; еще как минимум трое запрыгнули на спину и растянулись на мальчике, тычась носами в уши и шею. И Джефри постигло показавшееся великим озарение: взрослые чужаки распознали в нем ребенка, просто не поняли, какого возраста. Они его в детский сад отправили! Мама и папа, наверное, сейчас уже с ними общаются. Ну что ж, дела потихоньку идут на лад!
История и происхождение Стального Владыки. Стальной Владыка, совершенное творение Шкуродера, правит в сердце его владений, ожидая появления своего создателя. В приемную прибывает стая, в которой присутствуют фрагменты личности самого Шкуродера, выжившие после покушения в Длинноозерной Республике. Существо, называющее себя Тиратектом, сообщает о планах по воссоединению и создании первого Коллектива, признавая при этом свою временную роль и подчиненность воле Шкуродера. Стальной Владыка осознает масштабность замысла создателя и соглашается на временное сосуществование с ним до завершения процесса реинтеграции.
Стальной Владыка не случайно выбрал себе такое имя. Сталь – самый современный металл; сталь затачивается острее всего и почти не тупится; сталь накаляется докрасна, но не ломается; стальным лезвием орудует Шкуродер. Стальной был искусственной личностью, самым успешным творением Шкуродера. В каком-то смысле искусство душепривоя – вещь не новая. Заводчики работали по тем же принципам, хотя и были ограничены простыми физическими показателями. Все заводчики сходились во мнении, что умственные способности той или иной стаи по-разному складываются из таковых ее элементов. За красноречие почти всегда отвечает определенная пара или тройка, другая – за пространственное восприятие. В основе достоинств и пороков лежали еще более сложные механизмы. Отвагу или проницательность нельзя было приписать какому-то элементу в отдельности. Вклад Шкуродера в эту дисциплину, как и в большинство иных, состоял в беспощадной решимости отсечь все ненужное, оставляя лишь действительно важное. Он без конца экспериментировал, отбрасывая все результаты, кроме самых успешных. Он уповал на дисциплину, выбраковку, недосмерть не меньше, чем на тщательный подбор элементов. Перед тем как создать Стального, он уже потратил на опыты семьдесят лет. Стальной провел годы в состоянии выбраковки, пока ему наконец не позволили обрести имя. Тогда определялось, какие его части в совокупности дают нужное существо. Без Шкуродерова принуждения это оказалось бы немыслимым. Вот пример: если отбраковать часть самого себя, отвечавшую за целеустремленность, как потом найти в себе силы сдирать шкуры дальше? Оформлявшемуся существу процесс этот казался умственным хаосом, лоскутным узором из ужаса и амнезии. За два года оно испытало больше изменений, чем многие – за два века, причем все перемены – целенаправленные. Поворотная точка была достигнута, когда они со Шкуродером идентифицировали тройку, у которой медленная соображалка сочеталась с излишне развитой совестью. Один из трех элементов служил мостиком для остальных. Когда его отправили в тишину, заменив точно подобранным, дело наладилось. Остальные манипуляции оказались проще, и так появился Стальной. Когда Шкуродер отправился обращать в свою религию Длинноозерную Республику, вместо себя он оставил, что естественно, самое совершенное свое творение. Уже пять лет Стальной властвовал в сердце владений Шкуродера. Он не только сохранил достижения Шкуродера, но и приумножил их сверх осторожных первонаметок. А сегодня, за один солнцеворот вокруг Тайного Острова, он мог все потерять. Стальной Владыка прошествовал в приемную и огляделся. Освежающие яства уже поданы. Свет солнца попадал через щель в потолке как раз в нужное место. Часть Шрека, его порученца, стояла в дальнем конце зала. Он обратился к ней: – Я намерен побеседовать с гостем наедине. Он избегал упоминать Шкуродера. Белокурточники подались назад, и незримые элементы стаи открыли дальние двери. Пятерка – трое самцов, две самки – прошла через них, оказавшись в пятне солнечного света. Стая имела непримечательный вид, но Шкуродер никогда и не стремился блистать внешностью. Две головы вздернулись, затеняя остальным глаза. Стая обозрела зал, заметила Стального Владыку в двадцати ярдах от себя. – Ах… Стальной. Голос был нежен, как скальпель, которым тебя гладят по короткой шерсти на горле. Когда стая вошла в зал, Стальной из вежливости поклонился. Но, заслышав голос, он ощутил, как сжались кишки, и непроизвольно припал брюхами к земле. Это его голос! В стае наличествовал по меньшей мере фрагмент исходного Шкуродера. Золотые и серебряные эполеты, личный стяг – все это можно подделать при самоубийственном нахальстве… Но манеру речи Стальной узнал безошибочно. Не приходится удивляться, что с появлением этой стаи дисциплина на материке утром полетела в тартарары. Головы стаи, оставшиеся на солнце, ничего не выражали. А эти, в тени: не играет ли на них слабая усмешка? – А где остальные, Стальной? Ныне выпала величайшая возможность за всю нашу историю. Стальной оторвал животы от пола и выстроился вдоль перегородки: – Господин, сперва нам необходимо кое-что обсудить. Только между нами двумя. Несомненно, вы частичный Шкуродер, но как много в вас… Теперь ухмылка стала явственной, головы в тени насмешливо покачались. – О да, мое лучшее творение обязано было задать такой вопрос. Ну что ж, этим утром я объявил себя подлинным Шкуродером, подлатанным парой замен. Истина… сложнее. Ты знаешь, что случилось на землях Республики. Величайшая ставка Шкуродера – сотворить национальное государство. Миллионы падут, но даже при этом слияний будет больше, чем убийств. Кончится дело возникновением первого Коллектива за пределами тропиков. А государство Шкуродера станет не просто безмысленной агломерацией вроде той оравы, что слоняется по джунглям, но оружием с великолепным и безжалостным, как ни одна стая в истории, наконечником. Никто в мире не устоит против такой силы. – Я пошел на великий риск ради еще более великой цели. Но принял меры предосторожности. Нам удалось обратить тысячи, многих – без понимания подлинных наших целей, зато верных и готовых к самопожертвованию, как и должно. Я всегда держал при себе особую группу таких. Политическая полиция оказалась умна: они науськали на меня свору. Последнее, чего я ожидал бы, – я, создатель свор. Но мои телохранители были превосходно натасканы… Когда нас загнали в ловушку на дне Парламентской Чаши, они убили по элементу или двум в каждой из особых стай. Я перестал существовать. Растворился меж трех обычных стай, охваченных паникой, в попытке вырваться из кровавой топи. – Но ведь все окружавшие вас пали. Свора никого не пощадила… Существо, похожее на Шкуродера, передернуло плечами: – Отчасти это пропаганда республиканцев, отчасти же моя работа. Я велел телохранителям вырезать друг друга вместе со всеми, кто мною не был. Стальной едва удержался, чтобы не восхититься вслух. План типичный для гения Шкуродера, для души столь могучей. Всегда остается возможность, что при покушении некоторые фрагменты удерут. Ходили легенды о пересобравших себя героях. В реальности такое случалось редко, и обычно для этого требовалось, чтобы жертву в ходе реинтеграции поддерживали сторонники. Но Шкуродер с самого начала планировал отложить пересборку до момента, когда отдалится более чем на тысячу миль от Длинноозерья. И все же, и все же… Стальной Владыка оглядывал другую стаю в расчетливой задумчивости. Если отбросить голос и манеру вести себя… «Думай о власти, а не о чужих желаниях, пускай и Шкуродеровых». Стальной узнал только два элемента. Самки и самец с белыми кончиками ушей наверняка почерпнуты из стаи сторонника, принесшего себя в жертву. Скорее всего, перед ним только двое элементов настоящего Шкуродера. Едва ли они явят собой угрозу… разве что своей способностью подделываться под оригинал. – А что с остальной вашей четверкой, господин? Когда следует ожидать вашего воссоединения? Существо, похожее на Шкуродера, фыркнуло. Даже столь ущербное, оно отдавало себе отчет в балансе сил. Почти как в старые деньки: если двое явственно понимают, что есть власть, а что – измена, то измена эта становится почти невозможной. Порядок вещей неизменен: прирожденный правитель все обращает себе на пользу. – Остальные располагают столь же превосходными… носителями. Я разработал детальные планы: пустил их по трем разным дорогам навстречу трем разным агентам. Я прибыл в срок. Не сомневаюсь, что и они появятся, максимум через несколько десятидневок. До той поры, – все головы стаи обернулись к Стальному, – до той поры, милый мой Стальной, я не стану принимать на себя полную роль Шкуродера. Я поступил так раньше, дабы расставить приоритеты и сберечь свой фрагмент до полной сборки. Но стая эта нарочно оглуплена, и я понимаю, что она не годится для правления моими прежними созданиями. Стальной был поражен. Располагая лишь половиной разума, создание это строило великолепные планы. Почти совершенные. – Так что же, вы отойдете в тень на несколько десятидневок? Отлично. Однако вы уже возвестили о себе как о Шкуродере. Как же мне вас представить? Другая стая не колебалась. – Тиратект, Шкуродер в Ожидании.
Равна и тайны Страумлианского Искажения. Библиотекарша Равна Бергсндот отправляется на стажировку к организации вринимийцев, где знакомится с воскрешенным человеком Фамом Нювеном. В ходе совместных встреч и посещения клуба «Бродячая компания» герои узнают о катастрофе на Страуме, вызванной опасным алгоритмом, и о планах наездников по поиску беженцев. Между Равной и Фамом завязываются близкие отношения, в которых он делится своим уникальным опытом путешественника. Однако после интимной близости и совместных размышлений о космосе Равна получает тревожные новости от своего руководителя Грондра. Она узнает о манипуляциях сверхсущности «Старик» и приходит к пугающему выводу, что Фам Нювен является его эмиссаром. Это осознание оставляет Равну в состоянии глубокого шока от масштаба силы своего спутника.
Подробный пересказ
Прошлое Равны и начало стажировки. Равна Бергсндот, выросшая на Сьяндре Кей, стала библиотекаршей, сохранив в душе мечту о путешествиях и познании тайн Запределья. Выиграв конкурс на удаленную стажировку, она отправилась в систему Маршрутизатора к Организации Вриними. Теперь Равна находится на далекой планете, где готовится к работе в архивах, осознавая огромную дистанцию между своим новым местом службы и домом.
Оглядываясь в прошлое, Равна Бергсндот понимала, что библиотекаршей ее сделала судьба. Девочкой на Сьяндре Кей[6] она влюбилась в истории «века принцесс». Приключенческие повествования о временах, когда немногие отважные дамы вели человечество к процветанию. Они с сестрой бесчисленные вечера провели, разыгрывая, как Вторая Величайшая спасает Графиню Озера. Впоследствии им стало ясно, что Нюйору с ее принцессами давно затянула дымка времени. Сестра Линн[7] обратилась к более практичным занятиям, но Равне по-прежнему хотелось приключений. В подростковые годы она мечтала эмигрировать на Страумлианский Простор. Такая цель была весьма реалистична. Представить только: новая, преимущественно человеческая колония прямо на Вершине Запределья! К тому же на Страуме привечали иммигрантов с материнской планеты: предприятие это насчитывало едва ли сто лет. Они или их дети первыми из людей в Галактике достигнут трансцендентного перехода своей расы. Есть шанс превратиться в богиню и стать богаче обитателей миллиона Запредельных миров. Мечта достаточно реалистичная, чтобы провоцировать бесконечные споры с родителями. Ибо небес не бывает без ада. Страумлианский Простор вплотную сблизился с Трансценденцией, и люди там играли с «тиграми за решеткой». Папа и впрямь прибег к этому вымученному сравнению. Размолвка отдалила их друг от друга на несколько лет. Потом, на курсах компьютерных наук и прикладной теологии, Равна кое-что почитала про те давние ужасы. Может, и стоило поостеречься. Лучше сперва оглядеться, как пойдут дела. Кроме того, имелся и обходной путь постичь все доступное пониманию человека в Запределье: Равна стала библиотекаршей. – Дилетантка высшей пробы! – язвила Линн. – И что с того? – огрызалась Равна. Но мечта о странствиях не до конца угасла в ней. Жизнь в Хертейском университете на Сьяндре Кей идеальна для тех, кто уже четко определился, чего от нее хочет. Здесь всю ее можно было беспечально провести – вот только на выпускном курсе случился конкурс на участие в программе удаленной стажировки при Организации Вриними. Главный приз – трехлетнее обучение в архиве Маршрутизатора. Шанс из тех, что выпадают лишь однажды: вернувшись, Равна знала бы куда больше местных академиков. Вот так получилось, что Равну Бергсндот занесло за двадцать с небольшим тысяч световых лет от дома, на сетевой хаб миллиона миров. Уже час как село солнце. Равна плыла через Градопарк в сторону резиденции Грондра Вринимикалира. На планете она с момента прибытия в систему Маршрутизатора бывала считаные разы. Большая часть работы протекала в самих архивах – за тысячу световых часов отсюда. В этой части Земсторонья стояла ранняя осень, хотя сумерки окрасили листву в оттенки серого. Там, где находилась Равна, в ста метрах над поверхностью, воздух морозно покалывал ноздри. Под ногами проплывали огни пикников и игровые поля. Организация Вриними не слишком-то тратилась на эту планету, но мир был прекрасен. Пока получалось не отрывать взгляда от темнеющей земли, Равна могла представить себя дома, на Сьяндре Кей. Но стоило взглянуть в небо, и становилось понятно, что дом ужасно далеко, за все двадцать тысяч световых лет: галактический вихрь спиралью закручивался к зениту.
Разговор Равны с Грондром. Равна посещает резиденцию Грондра, высокопоставленного представителя расы вринимийцев, чтобы обсудить результаты своей стажировки в архиве Организации. В ходе беседы Грондр сообщает о катастрофе на Страумлианском Просторе и связанном с ней появлении опасного искажения, которое открывает перед Организацией новые возможности для прибыли. Он рассказывает о прибытии корабля из Трансценденции, предлагающего высокую цену за живого человека, и демонстрирует находку — почти неповрежденного представителя древней донюйорской человеческой цивилизации. Грондр сообщает, что этот «первобытный человек» будет использоваться в качестве эксперта для выполнения миссии.
В сумерках он светился совсем неярко, да и вряд ли обретет большую яркость этой ночью. Скажем, в западном небе кластер внутрисистемных фабрик сиял сильнее любой луны. Там ослепительно сверкали быстролетные звездочки и лучики, порой так, что от гор Градопарка к востоку падали резкие тени. Еще через полчаса взойдут Причалы. Яркостью они уступали фабрикам, но совокупно затмевали всё, кроме дальних звезд. Равна шевельнулась в антиграв-сбруе, сбросила высоту. Аромат осени и пикников усиливался. Внезапно ее окружил щелкающий калирский смех: она угодила прямо в середку аэрбольного игрового пространства. Равна распростерла руки, притворно моля о снисхождении, после чего отплыла прочь. Путь через парк близился к концу: она уже видела пункт назначения. Резиденция Грондра ‘Калира в пейзаже Градопарка выделялась: здание было приметное, возведенное еще в те времена, когда Орга выкупила техкомплексы Маршрутизатора. С высоты всего восьмидесяти метров Равна уже различала компактный силуэт дома, закрывавший часть неба. В просверках фабрик стены монолитного здания маслянисто отсвечивали. Грондр отдавал приказы начальству ее начальника. За два года она говорила с ним ровно три раза. Нельзя больше медлить. Вся на нервах и крайне заинтригованная, Равна еще больше снизилась и позволила электронике дома указать ей путь ко входу меж древесных крон. Грондр Вринимикалир принял ее вежливо, как было заведено в Организации меж многими расами. Убранство гостиной равно подходило и человеку, и вринимийцу. Принесли освежающие напитки. Прозвучали вопросы о ее работе в архиве. – Результаты неоднозначны, почтеннейший, – искренне ответила Равна. – Я многому научилась. Стажировка приносит то, что и обещано. Впрочем, я опасаюсь, как бы работа нового подразделения не потребовала дополнительного слоя индексации. Все эти данные старый хрыч мог получить из отчетов одним мановением пальца. Грондр с отсутствующим видом потер рукой глазные пятнышки. – Да, разочарование ожидаемо. Мы подошли вплотную к пределам информации, доступным при таком расширении. Эграван и Дерке, – (так звали начальника Равны и начальника этого начальника), – вполне довольны вашей работой. Вы хорошо образованны и быстро обучаетесь. Полагаю, людям найдется место в Организации. – Благодарю, почтеннейший. – Равна даже раскраснелась. Похвала Грондра, высказанная как бы между прочим, была ей очень важна. И позволяла рассчитывать на прибытие новых людей, может, даже до завершения ее стажировки. Так что, это и было поводом к беседе? Она старалась не смотреть на него. Она уже пообвыклась в обществе вринимийцев. Издали калиров можно было принять за гуманоидов, но вблизи различия становились отчетливо видны. Раса эта происходила от насекомоподобных существ. При переходе к прямохождению эволюция по необходимости переместила опорные структуры внутрь тела, а снаружи оставила сочетание бледных хитиновых пластин с кожей личинки. На первый взгляд Грондр мог показаться обычным представителем этой расы, но во всех его движениях – одежду поправить, глазные пятнышки поскрести – сквозила странная, размеренная точность. Эграван говорил, что Грондр очень и очень стар. Грондр вдруг резко сменил тему: – Вы замечали… перемены на Страумлианском Просторе? – Вы имеете в виду падение Страума? Да. – «Хотя и странно, что ты заметил». Страумлианский Простор занимал видное положение среди человеческих цивилизаций, но в трафике сообщений, проходивших через Маршрутизатор, его доля была пренебрежимо мала. – Пожалуйста, примите мои соболезнования. Со Страума поступали бодрые реляции, но ясно было, что Страумлианский Простор постигла тотальная катастрофа. Почти любая раса так или иначе выбиралась к Трансценденции, чаще становясь сверхразумом – Силой. Но уже стало очевидно, что страумеры сотворили (или пробудили) Силу со смертоносными свойствами. Судьба их оказалась ужасна, как и пророчил отец Равны. Злосчастье это ныне ширилось по всему бывшему Страумлианскому Простору. – Эти новости повлияли на вашу работу? – продолжил Грондр. Разговор становился все любопытнее. Она готова была поклясться, что собеседник подводит ее к искомой теме. Может быть, к этой? – Э-э, нет, почтеннейший. Происшествие на Страумлианском Просторе ужасно, в особенности для человека. Но мой дом – Сьяндра Кей. Страумлианский Простор отпочковался от нас, однако родственников у меня там нет. «Хотя я сама могла там очутиться, если бы маму с папой не послушала». По правде говоря, когда основной Страумли выпал из Сети, со Сьяндрой Кей почти сорок часов не было связи. Это очень тревожило Равну, поскольку любое перенаправление должно осуществляться мгновенно. Коммуникации в конце концов наладили, загвоздка была в поврежденных схемах перенаправления по обходному маршруту. Равна даже истратила сбережения за полгода на обмен сообщениями в реальном времени. С Линн и родителями все оказалось в порядке; катастрофа страумеров обещала стать новостью столетия на Сьяндре Кей, но все же это была далекая беда. Равна еще подумала, выпадало ли кому из родителей дать ребенку совет более ценный! – Отлично, отлично. – Пластины рта шевельнулись, человек бы на его месте покивал. Грондр так склонил голову, что на девушку теперь смотрели только периферические пятнышки. Казалось, он и вправду колеблется. Равна молча откинулась в кресле. Грондр ‘Калир – пожалуй, самый чудаковатый функционер Организации. Он единственный выбрал себе постоянным жилищем Земсторонье. Официально заведовал архивами, а на практике возглавлял подразделение анализа рынка, то есть разведку Вриними. Ходили слухи, что он бывал на Вершине Запределья. Эграван клялся, что у Грондра искусственная иммунная система. – Видите ли, страумлианская катастрофа неожиданно перевела вас в разряд самых ценных сотрудников Организации. – Я… не понимаю… – Равна, слухи в Группе угроз – правда. У страумеров была в Нижней Трансценденции лаборатория. Они там забавлялись с алгоритмами из какого-то потерянного архива. И сотворили новую Силу. Кажется, это искажение второго класса. В Известной Сети искажения второго класса регистрировались примерно раз в столетие. Срок жизни таких Сил в норме – лет десять. Но они отличались исключительным злонравием и за десять лет успевали нанести колоссальный урон. О бедный Страум! – Как видите, здесь открывается потрясающая возможность для прибылей – или убытков. Если злосчастье распространится, мы потеряем пользователей Сети. С другой стороны, все соседи Страумлианского Простора заинтересованы в отслеживании происходящего. Это может увеличить наш трафик на несколько процентов. Грондр выразился хладнокровней, чем она бы предпочла, но зрил в корень. Возможная прибыль напрямую завязана на борьбу с искажением; не закопайся она так в архивную работу, сама бы догадалась. Равна размышляла вслух: – Открываются даже более заманчивые возможности. Исторически другие Силы проявляют интерес к таким искажениям. Они запросят новостные ленты Сети, а также… сведения о расе-создательнице. – Голос ее оборвался, и она наконец сообразила, чему обязана встречей. Грондр пощелкал ртом в знак согласия. – Это верно. Наш Маршрутизатор расположен как раз в удобном месте для новостного обмена с Трансценденцией. У нас есть и собственный представитель человечества. За последние три дня мы получили десятки запросов от цивилизаций Вершины Запределья, причем некоторые, по их утверждениям, действуют по просьбе Сил. Этот интерес сулит Организации значительный прирост доходов за следующее десятилетие. Все это вы можете узнать из новостной Группы угроз. Но есть и другое обстоятельство, которое я пока попрошу оставить в секрете: пять дней назад к нам прибыл корабль из Трансценденции. Он утверждает, что напрямую контролируется Силой. Стена за его спиной стала окном и продемонстрировала гостя. Суденышко оказалось хаотичным комком из шипов и шишек. Масштабная линейка удостоверяла, что размером кораблик всего пять метров. У Равны волоски на затылке встали дыбом. Здесь, в Срединном Запределье, они неплохо защищены от капризов Сил. Тем не менее визит заставит понервничать. – Что ему нужно? – Информация о Страумлианском Искажении. В частности, о вашей расе – ею он интересуется особо. Он предлагает нам высокую цену за живого человека. Равна ответила резко: – Меня это не интересует. Грондр распростер бледные руки, свет отразился от хитиновых наверший пальцев. – Возможности открылись бы колоссальные. Стажировка у богов! Взамен это существо обещает снабдить нас оракулом. – Нет! Равна подскочила в кресле. Она была всего лишь одиноким человеком больше чем за двадцать тысяч световых лет от дома. В первые дни стажировки ее это пугало. Потом она завела друзей, больше узнала про этику Организации, привыкла доверять местным почти так же, как и соотечественникам на Сьяндре Кей. Но… Сейчас в Сети только один оракул, возрастом почти десять лет, и доверять ему едва ли разумно. Сила соблазняла Оргу Вриними сказочным богатством. Грондр, сконфуженно щелкнув, подал ей знак сесть на место. – Я просто предложил. Мы не чиним насилия над своими сотрудниками. Если бы вы просто согласились поработать здешним экспертом… Равна кивнула. – Отлично. Если честно, я и не ожидал вашего согласия. У нас уже на примете доброволец, куда более расположенный к этой миссии, но его придется обучить. – Человек? Здесь? – Равна оставила в локальном каталоге стандартный поисковый запрос на других людей. За последние два года таких обнаружилось трое, все проездом. – А как долго она… он… тут? Грондр «смехолыбнулся»: – Чуть больше века, но мы это поняли всего лишь несколько дней назад. – Изображения вокруг него сместились. Равна узнала кладовку Маршрутизатора, местечко, куда в беспорядке сваливали заброшенные корабли и грузовозы. Кладовка располагалась всего в тысяче световых секунд от архивов. – Мы получаем много одностороннего груза, который нам присылают в надежде, что мы его сумеем перепродать за долю или выкупим. Масштаб укрупнился. Окно показало изношенный корабль длиной метров двести; осиная талия корпуса поддерживала ионный прямоточный двигатель. От шипов ультрадвигателей остались одни пеньки. – Придонный люггер? – спросила Равна. – Драга, – отрицательно щелкнул Грондр. – Этому кораблю примерно тридцать тысяч лет. Большую часть времени он провел глубоко в Медленной Зоне, да еще десять тысяч лет в Безмысленных Глубинах. Теперь самый крупный план, и Равна увидела, что корпус весь испещрен дырами – тысячелетия эрозии на релятивистских скоростях дали о себе знать. Даже беспилотные экспедиции такого рода были редкостью: глубокое погружение делало невозможным возврат в Запределье за время жизни строителей корабля. Или даже всей расы строителей. Существа, запускавшие такие миссии, слыли чудиками; но те, кто брал на себя риск вернуть такие корабли, иногда получали солидную прибыль. – Он из дальнего далёка, хотя нельзя сказать, что мы сорвали главный приз… В Безмысленных Глубинах не зарегистрировал ничего интересного – и это неудивительно, если учесть, как там глючит даже простая автоматика. Большую часть груза мы сразу же продали, остальное внесли в каталоги и забыли… до Страумлианского инцидента. – Звезды исчезли. Появился медицинский экран, продемонстрировав мешанину из частей тел. Вроде бы человеческих. – В звездной системе у самого дна Медленной Зоны драга выудила исковерканный корабль. Ультрадвигателей на развалюхе не было, так что, надо полагать, ее построили в Медленной Зоне. Система необитаема. Мы считаем, что подвела конструкция корабля или же на команду повлияли Глубины. Как бы там ни было, они все смерзлись в комок. Трагедия на дне Медленной Зоны. Тысячи лет назад. Равна отвела глаза от искромсанных ошметков. – Вы надеетесь продать это нашему гостю? – Есть вариант получше. Покопались хорошенько и нашли существенную неточность в каталожной записи. Один труп почти не пострадал. Мы его подлатали за счет остальных. Дорогое удовольствие, но в итоге мы имеем живого человека. Картинка снова изменилась. У Равны захватило дух. Включился ролик с записью операции: части тела комбинировались и возникало нормальное целое, чуть поврежденное в брюшном отделе. Кусочки сложились воедино, и… нет, не она, а он воспарил перед ней, невредимый, обнаженный, точно во сне. Равна не сомневалась, что это человек, но все люди в Запределье были нюйорского происхождения. Незнакомец – нет. Кожа дымчато-серая, а не шоколадная, волосы каштаново-рыжие: такой оттенок ей встречался только в кино про донюйорскую эпоху. Расположение лицевых костей немного отличалось от современного. Отличия небольшие, но впечатляли куда сильнее, чем откровенная чужеродность коллег Равны. Тело облачили в одежду. В иной ситуации Равна бы усмехнулась: Грондр ‘Калир подобрал человеку идиотский костюмчик нюйорской эры. С мечом и пулевым пистолетом. Ни дать ни взять спящий принц из «века принцесс». – Се первобытный человек, – изрек Грондр.
Знакомство Равны с Фамом Нювеном. Равна, стажер на станции Маршрутизатор, знакомится с Фамом Нювеном — воскрешенным человеком из глубокой Медленной Зоны, которого она должна адаптировать к новому миру. Несмотря на свою нахальность и трудности с восстановлением памяти после долгого анабиоза, Фам оказывается интересным собеседником, делящимся историями о своем прошлом. Он рассказывает о своем происхождении из средневекового королевства и о том, как в тринадцать лет стал путешественником в космосе. В ходе беседы Равна осознает масштаб личности Нювена и его уникальный опыт преодоления границ между цивилизациями.
Маршрутизатор – вполне обычное название. Почти в любом окружении оно будет осмысленным. Как «Новый город» или «Новый дом», оно возникает снова и снова – куда бы люди ни направлялись, что бы ни колонизировали, где бы ни раскидывали коммуникационную сеть. Можно пролететь миллиард световых лет или провести в пути миллиард лет и снова обнаружить эти названия в среде, созданной естественным интеллектом. В ту эру, однако, над всеми прочими доминировал один конкретный Маршрутизатор. Он участвовал в перенаправлении двух процентов всего трафика Известной Сети. Расположенный в двадцати тысячах световых лет над плоскостью Галактики, Маршрутизатор обладал превосходным обзором тридцати процентов пространства Запределья, в том числе и многих звездных систем у самого Дна, где корабли с трудом выжимали и один световой год в день. Несколько систем с достаточным содержанием металла были размещены столь же удачно, так что наличествовала конкуренция. Но пока остальные цивилизации теряли интерес к этому занятию, колонизировали Трансценденцию или погибали в апокалипсисе, Организация Вриними продолжала существовать. Минуло пятьдесят тысяч лет, лишь несколько рас исходной Организации сохранили членство в ней, и никто не удержал лидерских позиций. Впрочем, исходные ценности и стратегии уцелели. Позиция обеспечивает устойчивость. Маршрутизатор ныне стал главным посредником в обмене с Магеллановыми Облаками и одним из немногих сайтов, располагавших хоть какой-то связью с Запредельной зоной в галактике Скульптора. На Сьяндре Кей о Маршрутизаторе ходили невероятные слухи. За два года стажировки Равна постепенно убедилась, что правда превосходит их все. Маршрутизатор располагался в Срединном Запределье; единственным предметом экспорта Организации служила сама маршрутная функция, с доступом к локальному архиву. А импортировали они лучшие биообразцы и вычислительное оборудование из Высокого Запределья. Лишь исключительные богачи могли себе позволить нечто столь экстравагантное, как Причалы Маршрутизатора. Комплекс растянулся на тысячи километров: стыковочные платформы, ремонтные палубы, пункты межкорабельного транспорта грузов, парки, зоны отдыха. Нет, даже у Сьяндры Кей имелись более крупные хабитаты, но ведь Причалы были расположены не на орбите: они висели на высоте тысячи километров над Земстороньем, покоясь в самой грандиозной антигравеске из виденных Равной. Годового дохода научной сотрудницы на Сьяндре Кей хватило бы на квадратный метр антиграв-ткани, и прослужил бы этот жалкий клочок не больше года. Здесь же такой ткани были миллионы гектаров, и поддерживали они миллиарды тонн груза. Простая замена отмершей ткани требовала более интенсивной торговли с Высоким Запредельем, чем могли себе позволить большинство звездных скоплений. «Теперь я, я сама, работаю здесь». Прямое подчинение Грондру ‘Калиру имело свои преимущества. Равна откинулась в кресле и обвела взором центральное море. На высоте Причалов гравитация все еще составляла примерно 3/4g. Срединную часть платформы обеспечивали атмосферой особые воздухонтаны. Вчера она отправилась поплавать в этом море с прозрачным дном – наняла лодку. Как странно видеть облака планетной атмосферы под килем, а звезды и индиговое небо – над головой. Этим утром она устроила прибой – простое дело, поиграться с натяжением антиграв-ткани бассейна, и всё. Волны ритмично разбивались о край пляжа. Даже в тридцати метрах над водой воздух пах солью. Маршировали вдаль белопенные гребешки. Она заметила, как по пляжу медленно движется какая-то фигура. Всего лишь несколько недель назад Равна и вообразить себе не могла ничего подобного. Всего-навсего несколько недель назад она ковырялась себе в архиве, занятая рутинной работой по обновлению и счастливая уж тем, что ее пустили в одну из крупнейших баз Известной Сети. Сейчас… Было похоже, что жизнь девушки описала полный круг, возвратив ее к детским мечтам о приключениях. Единственная трудность – Равна порой чувствовала себя сообщницей плохих ребят. Ведь Фам Нювен живой человек, а не товар. Она поднялась, пошла навстречу рыжеволосому гостю. При нем не было меча и пистолета, как в забавной анимации Грондра, но одежда – вязаная, как описывалось в древних историях, и держался он с ленивой уверенностью. После той встречи с Грондром Равна немного освежила свои знания по староземельной антропологии. Рыжие волосы и такого же золотистого оттенка глаза там встречались, хотя обычно не у одного и того же человека. А вот дымчатый цвет кожи для землянина был бы примечателен. Итак, этот парень, как и сама Равна, явился продуктом внеземной эволюции. Он остановился на расстоянии вытянутой руки от нее и осклабился: – А выглядите вы совсем как человек… Равна Бергсндот, верно? Она улыбнулась, кивнула: – А вы господин Фам Нювен? – Он самый. Мы оба безукоризненно вежливы… Он прошел мимо девушки, под прикрытие крыши здешнего офиса. «А парень не промах». Она пошла следом, не вполне уверенная, как себя вести. Легко возомнить, что с человеком не будет проблем… Впрочем, завязать беседу не составило труда. Фама Нювена собрали из ошметков больше тридцати дней назад, и большую часть этого времени он учил язык. Соображаловка у парня оказалась что надо: на торговом диалекте трисквелина он уже болтал с непринужденной легкостью. К тому же симпатичный… Равна уже два года провела вне Сьяндры Кей, а ей оставался еще год стажировки. Она держалась молодцом, и у нее появилось много близких приятелей, те же Эграван и Сарале. Но даже простой разговор с этим человеком опрокинул ее обратно в одиночество. В известном смысле воскрешенный был ей более чужд, нежели весь народ, крутившийся на Маршрутизаторе, и вместе с тем… ей хотелось крепко обнять его и поцелуями согнать с губ самоуверенную усмешку. Грондр Вринимикалир говорил правду о Фаме Нювене: парень с энтузиазмом отнесся к планам Организации. Теоретически это упрощало работу Равны, а на практике… – Господин Нювен, мои обязанности состоят в том, чтобы приспособить вас к новому миру. Я знаю, последние дни вас натаскивали по полной, но существуют объективные пределы скорости обучения. Рыжеволосый человек улыбался: – Зовите меня просто Фам. Ну да, я себя чувствую туго набитым рюкзаком. Во сне меня преследуют голоса… я столько выучил, ничего не испытав… и, что еще хуже, я стал целью всего этого… инструктажа. Если Вриними намерена меня одурачить, так ей и следовало бы поступать. Вот почему я учусь пользоваться локальной библиотекой. Вот поэтому я настоял, чтобы они отыскали кого-то вроде вас. – Он заметил изумление на лице девушки. – А, вы не в курсе! Видите ли, в разговорах с настоящим человеком мне, может, и посчастливится вытянуть что-то незапланированное. К тому же я всегда был отличным знатоком человеческой натуры. Думаю, для меня не составит труда вас прочесть. Усмешка показывала, что он прекрасно отдает себе отчет в том, насколько раздражающе себя ведет. Равна перевела взгляд на зеленые кроны деревьев. «Может, этот перец и заслуживает своей участи». – Говорите, у вас отличный опыт работы с людьми? – С поправкой на ограничения Медленной Зоны. Я там жил, Равна. Я там крутился. Я понимаю, что не выгляжу на свои годы, но мне шестьдесят семь субъективных лет. Думаю, Организация неплохо потрудилась, размораживая меня. – Он сделал жест в ее сторону, словно бы снимая цилиндр. – Последнее мое путешествие отняло более тысячи объективных лет. Я был военным программистом дальнего рейса Чжэн Хэ… Внезапно глаза его распахнулись, и он промямлил нечто невразумительное. На миг в облике его проступила беззащитность. Равна порывисто потянулась к нему: – Память?.. Фам Нювен кивнул: – Проклятая память. За это я ваших сотрудников благодарить не стану. Фама Нювена замораживали по горячим следам лютой смерти, а не в плановом порядке. Почти чудо, что Орга Вриними вообще сумела воскресить его – во всяком случае, с технологиями Срединного Запределья. Но с памятью дела обстояли сложнее всего. Химические основы ее плохо переносят хаотическое замораживание. Крепкий орешек даже для Фама Нювена: эго его разом ужалось на пару размеров. Равне стало жалко парня. – Вряд ли все окончательно потеряно. Вы просто привыкайте смотреть на вещи под чуть иным углом. – …Да, меня так учили. Начинать с других воспоминаний, пробиваться в обход к тому, что не сумеешь вспомнить сразу. Ну что ж… это лучше, чем смерть. – Нахальство вернулось, но не в прежнем объеме – как раз до уровня очаровательности. Они долго болтали, и рыжеволосый искусно отыскивал обходные пути взамен тех, которые не мог вспомнить сразу. И постепенно Равну охватило чувство, которого она от себя никак не ожидала в приложении к Медленной Зоне: восторг. За одну жизнь Фам Нювен добился почти предельно возможного для выходца из Медленной Зоны. Равна издавна жалела запертые там, внизу, цивилизации. Им, быть может, никогда не суждена слава, им не узнать великой истины. Но этот человек преодолевал препятствие за препятствием – благоволением удачи или просто силой воли. Знал ли об этом Грондр, наряжая рыжего в костюм с мечом и пулевым пистолетом? Ведь Фам Нювен и вправду варвар по происхождению. Он родился на затерянной колонии – сам он называл тот мир Канберрой. Место это, по описанию, походило на Нюйору средневековья, только без матриархата. Нювен был младшим ребенком в королевской семье. Он рос в мире мечей, ядов и придворных интриг, в каменных замках у холодного-прехолодного моря. Несомненно, младшего принца убили бы – а может, он сам стал бы королем, если бы жизни его суждено было средневековое продолжение. Но в тринадцатилетнем возрасте она изменилась навеки. Мир, знавший радиосвязь и летательные аппараты лишь по легендам, столкнулся с визитом инопланетных торговцев. Спустя год торговли с иномирцами вся феодальная политика Канберры перевернулась вверх тормашками. – Чжэн Хэ инвестировали три корабля в канберранскую экспедицию. Они просчитались. Думали, мы на более высоком технологическом уровне. Мы не смогли пополнить их запасы, так что два из трех остались там и, полагаю, вывернули мой несчастный мир наизнанку. Я улетел на третьем. Папаша думал, что навязывает им удачную сделку. Повезло еще, что меня в космос не вышвырнули. Чжэн Хэ состояла из нескольких сотен кораблей с ионными прямоточными двигателями и действовала в объеме сотен световых лет. Корабли их развивали скорость чуть ли не в треть световой. Занимались они главным образом торговыми, реже спасательными и еще реже – завоевательными операциями. По самым свежим данным от Фама Нювена, они заселили тридцать миров и проработали уже три тысячи лет. Цивилизация настолько экстравагантная, насколько это вообще мыслимо в Медленной Зоне… И разумеется, до оживления Фама Нювена никто в Запределье о них ни разу не слыхал. Чжэн Хэ разделила удел миллиона цивилизаций, погребенных на глубине тысяч световых лет в недрах Медленной Зоны. Лишь чудом некоторые из них выбирались в Запределье, где были реальны сверхсветовые полеты. Однако для тринадцатилетнего мальчика, рожденного в мире цепей и мечей, Чжэн Хэ стала вызовом большим, нежели вся жизнь для многих. За считаные недели он прошел путь от наследника престола средневекового королевства до юнги звездолета. – Сперва они толком не представляли, как со мной поступить. Думали запихать меня в гибернатор и высадить на следующей остановке. А что еще делать с пацаном, которому известен только один мир, и к тому же плоский? С мальчишкой, который всю свою жизнь упражнялся махать мечом? Он резко замолчал, как это с ним происходило каждые несколько минут, когда поток интроспекции вторгался на поврежденные участки. Затем взгляд его метнулся к Равне, и усмешка обрела привычный нахальный оттенок. – А я ведь был обычным представителем своего вида. Вряд ли цивилизованные люди понимают, каково это – расти, зная, что собственные дядья и тетки замышляют избавиться от тебя, и учиться доставать до их глоток первым? Хотя в цивилизованной Галактике я встречал злодеев и покруче – некоторые не моргнув глазом спалят целую планету и назовут это миротворческой операцией. Однако такого беспримесного коварства, как в детстве, не видывал больше нигде.
Разговор Равны и Грондра о Силе. Равна и Грондр обсуждают судьбу Фама Нювена, опытного капитана, который после долгой службы в Медленной Зоне отправился в Трансценденцию. Равна осознает уникальность опыта Нювена и планирует попытаться убедить его отложить опасное путешествие ради стажировки в более стабильных условиях. В ходе разговора Грондр сообщает о проблемах с другим гостем — сущностью по прозвищу «Старик», которая поглощает колоссальные ресурсы Маршрутизатора. Равна задумывается о том, что ей предстоит справиться с самоуверенным Нювеном, пока Организация пытается решить вопросы с неконтролируемым потреблением трафика сверхсуществом.
По утверждению Фама Нювена, лишь слепое везение уберегло экипаж от состряпанного мальчишкой заговора. За последующие годы он пообтесался и обзавелся манерами поприличнее. Должным образом укрощенный, звереныш смог стать идеальным капитаном Чжэн Хэ. И много лет им был. Сфера влияния Чжэн Хэ охватывала пару инопланетных рас и значительное число человеческих колоний. На скорости в 0.3c Фам десятилетиями отлеживался в гибернаторах, кочуя от звезды к звезде, затем год-другой посвящал отчаянным попыткам заработать на товарах и информации, которые могли к тому времени безнадежно устареть. Репутация Чжэн Хэ обеспечивала ему некоторую защиту. «Политики приходят и уходят, алчность же пребывает вовеки» – гласило флотское кредо, и действительно, компания пережила большинство своих клиентов. Даже религиозные фанатики побаивались связываться с Чжэн Хэ, памятуя, какими мерами воздействия располагают торговцы. Чаще, впрочем, на выручку приходили таланты и хитрость капитана. Немногие могли состязаться в этих умениях с мальчиком, который оставался жить внутри Фама Нювена. – Я стал почти идеальным шкипером. Почти. Меня всегда интересовало пространство за пределами зоны, о которой имелись достоверные сведения. Каждый раз, сколачивая значительное состояние, такое значительное, чтобы запустить собственную субфлотилию, я ставил все на кон ради безумного шанса и проигрывал. Я слыл самым чокнутым на флоте. В одном полете я командовал пятью кораблями, а в следующем мог скатиться до рядового техника-программиста на каком-то контейнеровозе. Учитывая, как растягивается время в условиях досветовой торговли, неудивительно, что репутация легенды, даже гения, следовала за мной сквозь множество поколений. Другие же сделали мое имя нарицательным для обозначения пустопорожнего болвана. Он сделал паузу, глаза его расширились от приятного изумления. – Ха! Я вспомнил, чем занимался под конец. Я был в болванской части цикла, но это не слишком важно. Женщина, капитан флотилии из двадцати кораблей, психичка покруче меня… не могу вспомнить ее имя. Ее?.. Да нет, невозможно; я ведь никогда не служил под началом женщины. – Он размышлял вслух. – В любом случае, этот… парень готов был рискнуть всем ради перспективы, о которой обычные люди только за пивом гутарят. Он нарек свой корабль, э-э, по-вашему будет «Дикий глупыш» – уже можете получить представление. Он полагал, что где-то во Вселенной должны отыскаться по-настоящему высокотехнологичные цивилизации. Трудность лишь в том, чтобы их найти. И самое странное, он даже почти додумался насчет Зон. Но оказался недостаточно чокнут. Одну маленькую деталь он понял неверно. Догадываетесь, какую именно? Равна кивнула. Учитывая, где обнаружили останки Фама, ответ был очевиден. – Ага. Готов побиться об заклад, сама идея древнее космических полетов: старшие расы должны обитать в галактическом ядре, где звезды расположены гуще и полно всякой высокоэнергетической экзотики типа черных дыр. Он повел туда весь свой флот – двадцать кораблей. Они рассчитывали найти кого-то – или что-то… – остановиться, основать колонию. Капитан полагал, что достичь успеха за время нашей жизни маловероятно, но, распланировав все как следует, реально пробиться в плотную область, где, скорее всего, найдется новая Чжэн Хэ, а оттуда продвинуться еще глубже. В любом случае, мне подфартило попасть к ним хотя бы программистом. Капитан был обо мне достаточно наслышан. Экспедиция продлилась тысячу лет. Они пролетели двести пятьдесят световых лет к сердцу Галактики. Сфера влияния Чжэн Хэ располагалась ближе ко Дну Медленной Зоны, чем Старая Земля, а оттуда они пошли еще глубже. И все равно – им просто не повезло зацепить край Глубин всего через двести пятьдесят световых лет пути. «Дикий глупыш» терял контакт с остальными кораблями – они пропадали один за другим. Иногда это случалось без предупреждения, подчас появлялись признаки отказа компьютеров или просчета команды. Выжившие подметили закономерность и решили, что проблема в надежности обычных компонентов. Разумеется, никто не связал ее с областью пространства, куда они вторглись. Мы сбавили скорость с таранной, отыскали звездную систему с приемлемой для жизни планетой. Мы почти всех потеряли… Я толком не понимаю, что там стряслось. Он издал сухой смешок. – Видать, мы совсем отупели, коэффициент интеллекта упал где-то до шестидесяти. Я помню, как дурачился с системами жизнеобеспечения. Наверное, эти шуточки нас и погубили. – На миг лицо его стало грустным и отрешенным. Потом он передернул плечами. – А потом я проснулся в нежных тенетах Орги Вриними, там, где реальны сверхсветовые полеты… там, откуда виден край самих Небес. Равна молчала. Оглянулась через плечо на прибой. Они долго проговорили: солнце забиралось под древолепестки, световые пятна блуждали по кабинету. Грондр хотя бы понимает, с кем имеет дело? Почти любой артефакт из Медленной Зоны обладал коллекционным статусом. Живые существа оттуда ценились еще выше. А Фам Нювен, кажется, совершенно уникален. Он лично испытал больше, чем довелось многим цивилизациям, и погрузился в самые Глубины. Она теперь понимала, отчего он заглядывается на Трансценденцию и называет ее Небесами. Это не просто наивность, не ошибка образовательных программ Организации. Фам Нювен испытал два перехода, полностью поменявших его жизнь: из человека дотехнологической эпохи стал звездолетчиком, а из звездолетчика – запредельцем. Каждый из них по отдельности – прыжок почти невероятный. Теперь он увидел возможность для следующего шага и с готовностью ухватился за нее. «Так зачем мне рисковать работой, пытаясь его переубедить?» Но губы уже задвигались, словно обретя собственную жизнь: – Но почему бы не отложить Трансценденцию, Фам? Дайте себе труд разобраться, как обстоят дела в Запределье. Вас охотно примут почти в любой цивилизации. На человеческих планетах ваш визит станет событием эпохи. Просверком донюйорского человечества. Местные группы новостей Сьяндры Кей считали поступок Равны – рвануть на стажировку за двадцать тысяч световых лет – неслыханно амбициозным. По возвращении она могла бы выбрать себе постоянную ученую должность на любом из дюжины миров. Но рядом с перспективами Фама Нювена ее собственные планы меркли: найдутся богачи, готовые без раздумья подарить ему целую планету, лишь бы он остался. – Вы вольны называть свою цену. Ленивая усмешка рыжего стала шире. – О, понимаете ли, я ее уже назвал и думаю, что Организация согласится. «Хотела бы я что-нибудь сделать с этой ухмылочкой», – подумала Равна. Билет Фама Нювена в Трансценденцию оплачен внезапным интересом Силы к Страумлианскому Искажению. Его невинное эго может в итоге размазаться по миллиону смертьекубов, властвуя над миллионом миллионов симуляций человеческого естества. Звонок Грондра последовал меньше чем через пять минут после ухода Нювена. Равна знала, что Орга за ними шпионит, и уже высказала Грондру свои возражения по поводу эдакой «продажи» разумного существа. И все же она немного разнервничалась. – Когда именно он собирается отправляться в Трансценденцию? Грондр поскреб пятнышки. Кажется, он не разгневан. – Точно не в следующие десять-двадцать дней. Сила, которая о нем торгуется, сейчас заинтересовалась нашими архивами, отслеживает трафик на Маршрутизаторе. И… энтузиазм этого человека носит несколько показной характер – он осторожничает. – Правда? – Правда. Он выбил себе библиотечный бюджет и разрешение путешествовать по всей системе. Он болтает со случайно выбранными работниками Причалов. Он особо настоял, чтоб ему позволили поговорить с вами. – Грондр пощелкал ртом в усмешке. – Не выбирайте выражений. Собственно, он рыщет в поисках тайного яда. Если будете с ним откровенны, он будет больше склонен доверять нам. До нее начинало доходить, чем руководствуется Грондр. Но Фама Нювена просто так не прошибешь. – Да, почтеннейший. Он попросил меня устроить сегодня вечером прогулку по кварталу Иномирцев. – «Как ты, несомненно, уже знаешь». – Отлично. Хорошо бы и в остальном проблем не возникло. – Грондр повернулся так, чтобы в сторону девушки смотрели только периферические пятнышки. Его окружали мониторы коммуникаций и баз данных Орги. По тому, что видела Равна, казалось, что он исключительно загружен. – Возможно, не стоило бы поднимать эту тему, ну а вдруг вы сумеете помочь? Дело спорится. – У Грондра был не слишком довольный вид для хороших вестей. – Девять цивилизаций с Вершины Запределья попросили расширить им канал передачи данных. С этим мы справимся. Но у Силы тут корабль… Равна, почти не раздумывая, перебила его. Еще несколькими днями раньше она ужаснулась бы самой мысли об этом. – А кто это, собственно? Есть ли вероятность, что мы контактируем с самим Страумлианским Искажением? – Она похолодела, представив, что эта сущность может контролировать рыжего. – Нет, если только сами Силы не одурачены им… Рыночные аналитики прозвали нашего гостя Стариком. – Он усмехнулся. – Это такая шутка, но в ней лишь доля шутки: мы с ним знакомы одиннадцать лет. Никто в точности не знал, как долго живут Трансцендентные, но редкая Сила сохраняла общительность дольше десяти лет. Они либо теряли интерес, либо превращались в нечто иное, либо умирали подлинной смертью. Равна полагала, что справедливо простейшее объяснение: разум – прислужник гибкости и изменчивости. Тупые звери меняются со скоростью, диктуемой естественным ходом эволюции. Расы человеческого уровня, выйдя на технологический разбег, достигают пределов своей ниши за несколько тысяч лет. В Трансценденции сверхразум мог развиваться так быстро, что при этом погибали сами его творцы. Неудивительно, что и Силы бренны. Так что прозвища «Старик» одиннадцатилетняя Сила вполне заслуживала. – Мы считаем, что Старик относится к разновидности семьдесят третьего типа. Они редко проявляют злонравие, и мы знаем, от кого эта Сила перешла в Трансценденцию. Но сейчас от нее серьезные проблемы. Он уже двадцать дней как монополизировал полосу пропускания Маршрутизатора, потребляет колоссальный трафик, и показатель этот продолжает расти. С момента прибытия корабля он закопался в наши архивы и локальные сети. Мы попросили Старика ограничиться пересылкой некритичных данных звездолетами, но он отказывается. Сегодня вечером вообще кошмар творится. Он отгрыз себе почти пять процентов емкости Маршрутизатора. Причем это создание отправляет вниз почти столько же, сколько принимает сверху. Странное дело, но… – Он же платит вам, не так ли? Если Старик в состоянии оплатить по высшей ставке, к чему беспокоиться? – Равна, мы надеемся, что Организация продолжит существовать и спустя много лет после кончины Старика. Он не в состоянии предложить нам ничего, что осталось бы ценным на протяжении такого времени. Равна кивнула. Действительно, некоторая технология, сопоставимая с магией, могла здесь работать, но в долгосрочной перспективе толку от нее было чуть. Ситуация вполне коммерческая, это вам не модель из курса прикладной теологии. – Старик без труда перебьет любое предложение из Срединного Запределья. Но если мы отведем ему все ресурсы, то не сможем оказывать услуги другим пользователям, а ведь именно от них зависит наше будущее. Его изображение сменилось статистикой доступа к архиву. Равне формат был знаком, и она тотчас увидела, что Грондр сетует небеспочвенно. Известная Сеть – громадная структура, иерархизованная анархия, связующая сотни миллионов миров. Но даже основные магистрали ее обладали полосами пропуска не лучше, чем на Земле Рассветной эпохи; браслетный коммуникатор в локалке и тот проворнее. Поэтому и доступ к архиву осуществлялся в основном через локальную сеть – оттуда шла ретрансляция медиафрахтерам, залетевшим в систему Маршрутизатора. Но теперь… за последние сто часов удаленный доступ к архиву, как в долевом, так и в абсолютном исчислении, превысил локальный! Девяносто процентов трафика шло на одну и ту же учетку – Старика. Голос Грондра комментировал инфографику: – Сейчас мы выделили Силе целый трансивер из нашей опорной сети… К сожалению, больше чем на несколько дней нас не хватит. Окончательная цена слишком велика. На экран вернулось его лицо. – В любом случае, полагаю, вам ясно, что варвар – наименьшая наша проблема. За последние двадцать дней мы заработали больше, чем за два года, куда больше, чем способны верифицировать и переварить. Нам угрожает собственный успех. Он иронически хмуросмехнулся. Они еще немного поговорили о Фаме Нювене, после чего Грондр отключился. Равна пошла прогуляться на пляж. Солнце уже садилось, песок приятно согревал ноги; Причалы кружились вокруг планеты по сороковой северной параллели, совершая оборот примерно за двадцать часов. Она подошла к линии прибоя, где песок был ровный и влажный. Брызги оседали на кожу, увлажняя ее. Голубое небо над белопенными гребешками волн быстро темнело, становясь индиговым и черным. В небе сновали серебристые искорки: антиграв-баржи тянули звездолеты к Причалам. Конструкция ошеломительно, невероятно дорогая. Равну она поначалу шокировала и поразила, но, проведя на Маршрутизаторе два года, девушка начинала понимать смысл затеи. Орга Вриними желала, чтобы всем в Запределье стало ясно: у компании хватит ресурсов обеспечить любую мыслимую потребность в коммуникации и архивации. И еще они хотели намекнуть Запределью, что здесь сокрыты тайные дары Трансценденции, сулящие потенциальным агрессорам более чем солидные неприятности. Она уставилась на брызги, чувствуя, как оседают на ресницах капельки. Итак, у Грондра серьезная проблема: попробуй-ка прикажи Силе проваливать! Ну а Равне Бергсндот оставалась проблема поменьше: управиться с самоуверенным олухом, который так и рвется себя погубить. Она развернулась и зашагала параллельно воде. Каждая третья волна задевала ее щиколотки. Равна вздохнула. Фам Нювен, конечно, тот еще оболтус, но какой же он молодчага! Разумом она всегда понимала, что принципиальной разницы между интеллектуальными способностями запредельцев и примитивных обитателей Медленной Зоны нет. Да, автоматика в Запределье работала лучше, и здесь становилась возможна ультрасветовая связь. Но создать подлинно сверхчеловеческий интеллект можно было лишь в Трансценденции. Так что способности Фама Нювена не должны ее удивлять. А он чертовски смышлен. Выучил трисквелин с невероятной легкостью. У нее почти не осталось сомнений, что он был таким же отличным капитаном, как себя выставлял. Торговля в Медленной Зоне требовала труднопредставимой отваги: приходилось рисковать, проводя столетия между звездами в полетах к цели, которая за это время могла утратить цивилизованный вид или ощетиниться против внешников… Она понимала, почему он так относится к Трансценденции: для него это всего лишь новый вызов. У него было меньше двадцати дней, чтобы постичь устройство новой вселенной. Ему просто не хватило времени уразуметь, что правила игры меняются, когда игроки – больше чем люди. Ну что ж, пускай тешится эти несколько дней, пока может. Вдруг удастся его переубедить? После разговора с Грондром особой вины Равна за это не почувствовала бы.
Встреча в клубе «Бродячая компания». Равна и Фам Нювен посещают клуб «Бродячая компания» в квартале Иномирцев, где Равна встречает наездника Синепанцарь, говорящего на родном для неё языке. В ходе беседы Синепанцирь рассказывает о неудаче в перевозке груза из-за слухов о Страумлианском Искажении, после чего Фам Нювен демонстрирует боевую готовность, подавляя агрессию сопровождающих наездника гуманоидов. В финале Равна осознает, что перед ней находятся прямые свидетели недавнего инцидента в Страуме, и задает вопрос о том, были ли страумеры создателями Искажения.
Квартал Иномирцев занимал приблизительно треть Причалов. Начинался на периферии, где и швартовались звездолеты (там атмосферы не было), и тянулся внутрь до самого центрального моря. Орга Вриними сумела убедить изрядное число рас, что местечко это – подлинное чудо Срединного Запределья. Помимо фрахтеров, тут пробегали и залетные туристы – самые-рассамые богачи-запредельцы. Фаму Нювену открыли доступ ко всем диковинам. Равна устроила ему экскурсию по самым впечатляющим уголкам, в том числе и по антиграв-батуту над Причалами. Варвара, однако, больше заинтересовали складные скафандры, чем сами Причалы. – Я там внизу, в Медленной Зоне, конструкции и посолиднее видел. «Да-да, только вот все они висели в гравитационном колодце планеты». Но вечер вступал в свои права, и Фам Нювен постепенно оттаивал. По крайней мере, язвить перестал. Ему захотелось посмотреть на житье-бытье запредельных торговцев; Равна сводила его на биржи и в торговую локалку. После полуночи по местному времени они очутились в «Бродячей компании». Организация эту территорию не контролировала, но у Равны местечко числилось одним из любимых: частный клубешник, привлекавший торговцев снизу доверху. Она задумалась, какой увидит обстановку клуба Фам Нювен. Дизайном место это напоминало гостевой домик какой-нибудь планеты Медленной Зоны. Над главной стойкой парила трехметровая модель корабля с ионным прямоточным двигателем. Сине-зеленые поля двигателя озаряли каждый уголок и элерон судна, отбрасывая слабый свет и на посетителей внизу. Равне стены и пол казались сооруженными из тяжелых, грубо ошкуренных бревен. Сородичи Эгравана увидели бы каменные стены и узкие проходы: такой архитектурный стиль был характерен для планет, колонизированных его расой. Фокус оптический, не какая-то умобманка: в Срединном Запределье едва ли можно мечтать о большем. Равна с Фамом побродили между столиков. Со звуком владельцы заведения управлялись хуже, чем с картинкой: музыку было плохо слышно, и от столика к столику мелодия менялась. Как и ароматы: некоторые было непросто вынести. Атмосферные контроллеры трудились на полную, сохраняя посетителям здоровье и частично жертвуя комфортом. В этот вечер в клубе яблоко бы не упало. Дальний конец зала отвели под особые уголки: с давлением высоким или низким, атмосферой из окислов азота, аквариумные. Некоторые фигуры сквозь бурлящие атмосферные зоны казались размытыми силуэтами. В каком-то смысле клуб мало отличался от космопортового бара на Сьяндре Кей. Но ведь это Маршрутизатор… Заведение привлекало выходцев с Вершины Запределья, которые тихими заводями вроде Сьяндры Кей не интересовались. В большинстве своем Высокожители выглядели не слишком чужеродно: цивилизации Вершины обычно развивались на мирах, заселенных колонистами Снизу. Но их головные уборы не были украшениями: в Срединном Запределье прямые нейроинтерфейсы не работают, однако Высокожители все равно не решались с ними расстаться. Равна направилась в сторону группки живых треножников и их автоматов. Пускай Фам Нювен побазарит с ребятками, угнездившимися на краю трансразума. Внезапно он коснулся ее руки и оттянул к себе: – Пойдем еще побродим. Он озирался, словно в поисках знакомого лица. – Давай сначала людей поищем… Когда в лоскутном образовании Фама Нювена проявлялись дыры, они оказывались гротескно широки. Равна с трудом сохранила серьезное лицо. – Людей? Фам, мы на Маршрутизаторе одни такие. – Но ты же мне про друзей рассказывала… Про Эгравана, Сарале… Равна только головой покачала. Варвар на миг растерялся. Фам Нювен всю жизнь провел, переползая на субсвете между человеческими колониями. Она знала, что инопланетных рас он повидал всего три, а теперь растерялся в море чужеродности. Она постаралась скрыть сочувствие: такая реакция лучше, чем уговоры девушки, могла пронять парня до печенок. Но уже в следующий миг он опять заулыбался: – Тем интересней приключеньице. Они покинули основной зал и прошли мимо ниш с особым воздухообменом. – Господи, а Чжэн Хэ бы тут понравилось! Людей не было нигде, но уютней уголка, чем «Бродячая компания», Равна не знала. Многие клиенты Орги общались только по Сети, и Равну снова пронзила тоска по дому. На втором этаже внимание девушки привлек знакомый сигнетный флажок. На Сьяндре Кей она видела похожий. Потянув туда Фама Нювена, она взобралась по деревянной лесенке. Из фонового гула выделился высокий писклявый щебет. Не трисквелин, но слова были ей понятны… о Силы, это же самношк! – Я поверить не могу, что это хомосапы! Сюда, сюда, миледи. Она пошла на звук, пробираясь к столику с сигнетовским флажком. – Можно присесть? – осведомилась она, наслаждаясь звуками родного языка. – Разумеется. Щебетун напоминал небольшое декоративное деревце в кадке на шестиколесной тележке. Тележка была разукрашена декоративными полосками и бахромой; верхушка же, размерами сто пятьдесят на сто двадцать сантиметров, укутана в грузошарф с узором, идентичным сигнетовскому. Существо оказалось большетележечным наездником. Раса эта вела торговлю в большинстве областей Срединного Запределья, не исключая и Сьяндры Кей. Высокий писклявый голос исходил из вокодера на тележке наездника. Но говорил чужак на самношке, и Равне слова его были милее всех прочих за долгое время. Хотя наездники прослыли чудаками, Равну охватил прилив нежной ностальгии, словно она спустя годы пересеклась с одноклассником в далеком городе. – Меня зовут… – зашелестели ветки, – но вам будет удобнее имя Синепанцирь. Как приятно увидеть знакомое лицо, ха-ха. Синепанцирь смех проговаривал, будто слова. Фам Нювен сел рядом с Равной. Самношка он не знал, а потому момент великого единения душ от него ускользнул. Наездник переключился на трисквелин и представил четверку своих спутников: еще одного наездника и трех гуманоидов, которые предпочли держаться в тени. Гуманоиды на самношке не говорили, но язык каждого отделяло от трисквелина не более одного скачкоперевода. Наездники были не то хозяевами, не то операторами небольшого фрахтера межзвездного класса под названием «Внеполосный-II». Гуманоиды же сертифицировали часть нынешнего груза корабля. – Мы с напарницей в этом деле уже без малого две сотни лет. Мы высокого мнения о вашей расе, миледи. Первые рейсы мы совершали между Сьяндрой Кей и Форсте Утгреп. Ваши люди – отличные пользователи, проблем с отгрузкой почти не бывало… Он откатил тележку от стола и проехал некоторое расстояние вперед, что у людей соответствовало легкому поклону. Но не все оказалось так легко и приятно. Заговорил один из гуманоидов: звуки вполне мог издать человек, но смысла в них не было. Домопереводчик мгновение обрабатывал слова, затем из броши на одежде чужака раздалось на чистом трисквелине: – Синепанцирь утверждает, что вы хомосапиенсы. Знаем, что мы ваши враги. Мы разорились. Нас чуть не убило злое творение вашей расы. Страумлианское Искажение. Голос был лишен всякого выражения, но Равна видела, что чужак напрягся и стискивает пальцами бокал. Учитывая, как он настроен, бесполезно было объяснять, что, хоть Равна и человек, ее Сьяндра Кей за тысячи световых лет от Страума. – Вы явились с Простора? – спросила она у наездника. Синепанцирь ответил не сразу. У его расы это было в обычае: он, скорее всего, пытается вспомнить, кто она и о чем вообще разговор. Затем прозвучало: – Да-да. Пожалуйста, простите моим сопровождающим такую враждебность. Наш груз в основном представлен одноразовыми шифрами. Разработчик – Коммерческая охрана Сьяндры Кей; конечная цель – колония этих сертификаторов на Вершине. Технически все как обычно: мы перевозим треть груза, независимые поставщики – остальные две трети. В конечном пункте компоненты объединяют методом «исключающего ИЛИ»[8]. В результате мы удовлетворим потребности дюжины миров Сети в криптопрограммах для… Внизу поднялся шухер: кто-то решил курнуть что-то слишком забористое для кондиционеров. Равна словила самую малость, но этого хватило, чтобы зрение помрачилось. Несколько посетителей в главном зале хлопнулись в обморок. Управляющий наехал с претензиями на клиента. Синепанцирь издал резкий звук, откатил тележку от столика и переместился к перилам. – Не хочу угодить врасплох, некоторые существа так внезапно… Когда инцидент был исчерпан, наездник вернулся. – Так о чем бишь я? – Он помолчал мгновение, справляясь в долговременной памяти тележки. – Ага, вот… Сработай всё по плану, мы бы, в общем, разбогатели. К сожалению, по дороге мы завернули на Страум сбросить немного исходных данных. – Он горестно покружился на задних четырех колесах. – Но ведь ничего страшного? Страум более чем в сотне световых лет от той лаборатории в Трансценденции. Еще не… Один из сертификаторов перебил его резким гоготом. Домопереводчик ожил мгновением позже: – Да, все должно быть в порядке. Нас не пытались атаковать. Корабельные регистраторы свидетельствуют, что наша защита не нарушена. Но слухи распространяются. По всей Сети группы заявляют, что Страумлианский Простор охватило искажение. Чушь! Тем не менее вздор этот уже достиг пункта назначения. Нашему грузу больше не доверяют, так что он превратится в мусор: теперь это всего-навсего пара граммов субстрата данных, случайно… Посередине произнесенной ровным тоном фразы гуманоид вынырнул из теней. Равна успела заметить, что оскаленные десны у него острые как бритвы. Чужак швырнул бокал на столик перед девушкой. Мелькнула рука Фама Нювена: он перехватил бокал в воздухе, пока Равна силилась понять, что происходит. Рыжий медленно поднялся. Еще парочка гуманоидов встала из теней и присоединилась к своему товарищу. Фам Нювен не удостоил их и словом. Осторожно поставив бокал на столешницу, он едва заметно наклонился к противнику. Руки расслаблены, но смотрится так, словно в каждой по клинку. В бульварных романах сказали бы: «Во взгляде его была смерть». Равна как-то не думала, что подобное возможно в реальной жизни, но гуманоиды тоже просекли это и поспешно потянули дружка назад за столик. Тот не сопротивлялся, но, оказавшись вне досягаемости Фама, разразился потоком шипяще-визгливых воплей, с которыми домопереводчик справиться не сумел. В заключение он показал Фаму резкий жест из трех пальцев и заткнулся. Трое тихо скатились по лесенке, и след их простыл. Фам Нювен сел на место. Серые глаза его стали спокойными и довольными. «Да никак от этого нахала и польза бывает!» Равна оглянулась на пару наездников. – Я сожалею, что ваш груз обесценился. Раньше Равне попадались меньшетележечные наездники, чьи рефлексы не слишком превосходили растительные. Заметила ли парочка неожиданное вмешательство? Но Синепанцирь тут же отозвался: – Нет нужды извиняться. Эти трое ныли с момента нашего прибытия сюда. Контрактники они иль нет, а я от них жутко устал. Он опять впал в режим комнатного цветка. Через минуту ожила другая – как там ее, Зеленожка? – Кроме того, дела наши могут оказаться и небезнадежны в коммерческом отношении. Уверена, что остальные две трети груза не контактировали со Страумлианским Простором. – Так и положено: каждый фрагмент груза перевозит свой поставщик и по своему пути. Если две трети удастся сертифицировать, команда «Внеполосного-II» сможет избежать разорения. – Фактически… допустима даже полная сертификация. Да, мы посещали Основной Страумли, но… – Как давно? – Мы отбыли шестьсот пятьдесят часов назад. Примерно через двести часов после того, как они вывалились из Сети. Равна вдруг сообразила, что это должны быть очевидцы инцидента. Тридцать дней прошло, а новостные ленты в Группе угроз до сих пор гудели обсуждениями Страума. Общее мнение, поддержанное даже Оргой Вриними: страумеры сотворили Искажение второго класса. Впрочем, это лишь догадки… А теперь ей попались существа, которые были там физически. – Вы не думаете, что страумеры создали Искажение? Очередь Синепанциря:
Дискуссия о катастрофе на Страуме. Равна, Синепанцирь и Фам Нювен обсуждают причины катастрофы на Страумли, вызванную попыткой исследования архивов в Трансценденции. Синепанцирь объясняет, что страумеры столкнулись с опасным алгоритмом, который обрел разум и начал порабощать цивилизацию через искажение информации. Выясняется, что группа исследователей успела подготовить средства саботажа и планировала бегство с частичными элементами алгоритма к союзникам на Дно Запределья. Наездники сообщают, что сейчас они пытаются через Организацию найти этот корабль, надеясь на возможность остановить Искажение.
– Я вздыхаю, – сообщил он. – Наши сертификаторы это отрицают, но я усматриваю проблему с совестью. Мы видели на Страуме кое-что странное… Вам не доводилось иметь дело с искусственными иммунными системами? От версий, способных работать в Срединном Запределье, больше хлопот, чем пользы, так что вряд ли. Я отметил резкий сдвиг поведения некоторых офицеров криптослужбы сразу после торжественных новостей от Страумли. Как если бы они превратились в элементы плохо откалиброванной автоматики. Как будто стали чьими-нибудь, э-э, пальцами… Несомненно, они там в Трансценденции с чем-то возились. Они там что-то нашли. Потерянный архив, но дело не в этом. – Он надолго замолчал, и Равна уже подумала, что разговор окончен. – Понимаете ли, перед самым отлетом с Основного Страумли мы… Но тут влез Фам Нювен: – Я вот чего понять не могу. Вы все говорите так, словно Страумлианский Простор был обречен с того момента, как они приступили к исследованиям Трансценденции. Вот смотрите: я в своей жизни возился со странным оружием и глючным софтом. Я понимаю, что такие штуки могут убить. Но, кажется, страумеры осторожничали и разместили лабу далеко. Они что-то такое строили, у них все пошло наперекосяк, но ведь подобные эксперименты уже проводились – как и все опыты тут, наверху. Они ведь могли остановиться в любой момент, едва заметив отклонение от нормы, до самого конца могли. Так почему у них все слетело с катушек? Вопрос застал наездника врасплох. Для ответа докторская степень по прикладной теологии не требовалась. Даже чертовы страумеры знали ответ. Но, учитывая жизненный опыт Фама Нювена, удивляться вопросу не приходилось. Равна промолчала: чужеродность наездников придаст их рассказу большее правдоподобие в глазах Фама, чем любой истории от нее самой. Синепанцирь пошелестел ветвями, явно консультируясь с тележкой. Когда заговорил снова, в голосе его не слышалось раздражения: – Я слышу тут некоторые ошибочные трактовки, миледи Фам. – Кажется, он применяет старинный нюйорский титул ко всем подряд. – Вы посещали архив Маршрутизатора? Фам ответил, что да. Равна догадалась, что дальше вступительного раздела он не забирался. – Тогда вам должно быть известно, что архив – вещь фундаментально сложнее базы данных в обычной локальной сети. Самые крупные даже не поддаются практически пригодному копированию. Основные насчитывают миллионы лет, их поддерживали сотни различных рас, ныне либо вымерших, либо достигших положения Сил в Трансценденции. Даже в архиве Маршрутизатора все так запутано, что системы индексации друг в друга вложены. Лишь в Трансценденции удается структурировать такой объем данных, и лишь Силам доступно его понимание. – И что? – В Запределье тысячи архивов – десятки тысяч, считая те, что давно забыты или выпали из Сети. Наряду с несущественной, тривиальной информацией они содержат важные тайны и важную дезу. Там расставлены ловушки и капканы. Миллионы рас забавлялись с архивами, попавшими к ним в Сеть. Десятки тысяч на этом погорели. Иногда ущерб оказывался невелик: всего лишь благие намерения завели не туда. Иногда настолько огромен, что цивилизация вынуждена была начинать все сначала: вирусы опустошали ее локальную сеть. Группы «Где они сейчас?» и «Угрозы» полнились историями трагедий куда более жутких: о планетах, где ступить некуда от самовоспроизводящейся слизи, о расах, которые лишились разума по вине плохо запрограммированных иммунных систем. Выражение на лице Фама Нювена оставалось скептическим. – Просто надо тестировать это дело на безопасном удалении. И приготовиться к локальным катастрофам. После этой реплики большинство собеседников прекратили бы объяснения. Равна восхитилась терпением наездника: он помолчал и заговорил снова, перейдя к самым элементарным понятиям. – Действительно, простые меры предосторожности способны предотвратить множество бед. И если ваша лаборатория в Срединном Запределье или на Дне Запределья, такие меры достаточны – независимо от природы угрозы. Но все мы представляем устройство Зон… Равна почти не понимала телесного языка наездников, но поклялась бы, что Синепанцирь испытывает глубину невежества Фама. Человек неуверенно кивнул. Синепанцирь продолжал: – В Трансценденции способно действовать подлинно сложное оборудование, устройства разумнее всех мыслимых здесь, внизу. Конечно, почти любое экономическое или военное противостояние выигрывает сторона, у которой лучше вычислительные ресурсы. Такие, как на Вершине Запределья или в Трансценденции. Расы постоянно мигрируют туда, надеясь построить собственные утопии. Но что делать, если ваши творения вас же и превзошли? Тогда открывается бесчисленное пространство вариантов катастрофы, даже если конкретная Сила не злонравна. Имеются также бесчисленные методики по технике безопасности в Трансценденции. Конечно же, испытать их можно только в Трансценденции. А на устройствах, созданных по этим же описаниям, сами алгоритмы обретают разум. На лице Фама Нювена забрезжил проблеск понимания. Равна подалась вперед, привлекая внимание рыжего. – В архивах много сложных структур. Разума они лишены, однако некоторым под силу его развить, если какая-нибудь раса наивных сопляков соблазнится обещаниями. Мы считаем, что на Страумлианском Просторе именно это и произошло. Документация, обещавшая чудеса, их очаровала. Они поддались соблазну сотворить Трансцендентную сущность, Силу. Она же наметила разумных существ Запределья себе в жертвы. Равна не стала подчеркивать, как редко случается подобное. Силы бывают разного нрава: злобные, дурашливо-игривые, равнодушные. Однако почти все находят лучшее применение своим способностям, чем давить захолустных тараканов. Фам Нювен задумчиво потер подбородок: – Ладно, вы меня убедили. Но я так понял, что это всем известно. Если процедура жутко опасна, как умудрились страумеры вляпаться по уши? – Невезение и преступная халатность, – с неожиданной резкостью выпалила Равна. Она до этого и не понимала, как зацепил ее Страумлианский инцидент; где-то глубоко внутри отозвались давнишние мечты о Страумлианском Просторе. – Вот смотри. Проекты на Вершине Запределья и в Трансценденции сопряжены с опасностью. Там, наверху, цивилизации долго не живут, но всегда находятся новые смельчаки. Вообще-то, прямых и активных угроз там немного. А со страумерами что случилось? Они зацепили алгоритм, суливший немыслимое богатство. Вполне возможно, что он там провисел без дела миллионы лет: остальные сочли овчинку недостойной выделки. И ты прав: страумеры осознавали риск. Классическая ситуация баланса рисков и неправильного выбора, увы. Пожалуй, добрая треть курса прикладной теологии была посвящена одной проблеме: как мотыльку удержаться возле огня и не сгореть. Подробности Страумлианской катастрофы оставались неизвестны, однако Равна могла провести экстраполяцию по сотням изученных случаев. – Они соорудили базу в Трансценденции, чтобы исследовать потерянный архив. Остальное понятно. Начали воплощать найденные схемы. Будь уверен, они львиную долю времени убили на поиски ловушек. Несомненно также, что алгоритмы состояли из последовательности более или менее понятных шагов из очевидной стартовой точки. На ранних этапах должны были применяться компьютеры и программы эффективнее любых Запредельных аналогов, но с виду безопасные. – Ага. Даже в Медленной Зоне большая программа полна сюрпризов. Равна кивнула: – Некоторые превосходят или почти превосходят человеческое разумение. Конечно, страумеры это понимали и пытались изолироваться от собственных порождений. Но, учитывая, как хитра и злобна эта тварь… не удивлюсь, если некоторые структуры утекли в локалку лаборатории и исказили тамошнюю информацию. С этого момента страумеры были обречены. Самые осторожные сотрудники выглядели бы неумехами. В ответ на фантомные угрозы, требующие чрезвычайных мер, создавались бы все более сложные устройства со все меньшей степенью контроля. Вероятно, людей погубили или подменили еще прежде, чем искажение обзавелось сверхразумом. Повисло длительное молчание. Казалось, что Фама Нювена наконец проняло. «Угу. Ты тут многого не вкуриваешь, чувак. Подумай на досуге, что Старик для тебя приберег». Синепанцирь согнул отросток и коснулся им коричневого варева с запахом водорослей. – Хорошо сказано, миледи Равна. Нынешняя ситуация, однако, кое-чем отличается. Возможно, это очень благоприятное и важное отличие. Видите ли, перед самым отлетом с Основного Страумли мы посетили пляжную вечеринку с меньшетележечниками. Их происходящее не слишком задевало; многие попросту не осознавали, что Страум отныне порабощен. Если им повезло, то до них добрались в последнюю очередь. – Его писклявый голос подскочил на октаву и умолк. – О чем я? Ага, о вечеринке. Там был один несколько живее остальных. В неопределенно далеком прошлом он приятельствовал с неким путешественником из страумлианской новостной службы. Ныне же стал их корреспондентом, довольно незначительным, так что даже в собственной сети агентства не значится… Кажется, что исследователи в страумлианской лаборатории, по крайней мере некоторые из них, не были так беспечны, как вы полагаете. Они подозревали, что Искажение может вырваться на волю, и подготовили средства саботажа. «Интересненькое дело! Но…» – Непохоже, чтобы эти средства сработали, гм? – Я киваю в знак согласия. Они не сумели предотвратить катастрофу. Но запланировали побег из лаборатории на двух звездолетах. И отбили весточку о своей попытке в каналы, приведшие к моему собеседнику на пляжной вечеринке. А теперь самое важное. По крайней мере один из этих кораблей должен был похитить у Искажения некоторые окончательные элементы алгоритма – прежде чем оно успеет инкорпорировать их. – Конечно, есть резервные копии… – начал было Фам Нювен. Равна жестом заткнула его. Хватит уже аспирантских лекций на сегодня. Невероятно! Она следила за новостями со Страумлианского Простора так же пристально, как и все прочие. Простор – первая дочерняя колония Сьяндры Кей на Вершине: ужасно было видеть ее уничтоженной. Но нигде в Группе угроз не проскочило даже упоминания, что Искажение не полное… – Если это так, то у страумеров остаются шансы. Смотря что им удалось выкрасть. – Именно. И конечно, люди тоже это понимали. Они намеревались направиться прямиком ко Дну Запределья, а там пересечься со своими страумлианскими союзниками. А такого, учитывая масштабы катаклизма, могло никогда и не произойти. Равна откинулась в кресле, впервые за много часов забыв о Фаме Нювене. Вероятнее всего, оба корабля уже погибли. Если нет… Не самое умное решение – бежать ко Дну. И если в распоряжении страумеров то, о чем подозревает Синепанцирь, то Искажению они нужны просто позарез. Неудивительно, что Синепанцирь с Зеленожкой утаили это от новостных групп. – Вам известно, куда они направляются? – тихо спросила она. – Приблизительно. Зеленожка что-то прошелестела. – Сами мы этого не знаем, – уточнил он. – Координаты в безопасном месте у нас на корабле. Но вот еще кое-что. У страумеров имелся план на случай, если встреча не состоится. Они намеревались просигналить Маршрутизатору корабельным ультрапередатчиком. – Так, погоди. Какого размера корабль? Равна не была инженером физических слоев, но знала, что трансиверы опорной сети Маршрутизатора представляют собой рои элементарных антенн, каждый рой охватом несколько световых лет, а каждая антенна – десять тысяч километров в поперечнике. Синепанцирь поездил взад-вперед: он был явно взбудоражен. – Этого мы не знаем, но там ничего особенного. Если не слушать направленной крупной антенной, отсюда его заметить не удастся. – Мы полагаем, что это входило в их планы, хотя там отчаянная мера на отчаянной мере сидит и ею погоняет, – добавила Зеленожка. – С момента прибытия на Маршрутизатор мы осаждаем Орга… – Вежливо и ненавязчиво! – резко вставил Синепанцирь. – Да. Мы просим Организацию поискать этот корабль. Боюсь, мы не в те кабинеты стучались. Никто нам не верит. Ведь наш источник – всего лишь меньшетележечный наездник. «Ну да. Разве у него могут быть новости свежее ста лет?» – То, о чем мы просим, и в обычной ситуации обошлось бы дорого, а сейчас цены, вероятно, еще больше подскочили.
Беседа в «Бродячей компании». В заведении «Бродячая компания» Равна беседует с наездниками Синепанцирем и Зеленожкой, которые ищут информацию о Страумлианской катастрофе. Герои обсуждают возможность получения доказательств о состоянии груза беженцев, что может быть выгодно их заказчикам. В ходе долгой ночной беседы наездники делятся историями о жизни в Запределье, демонстрируя дипломатичность и взаимную привязанность. Равна с интересом наблюдает за ними, анализируя особенности их рас и скрытые черты характера собеседников.
Равна попыталась умерить свой энтузиазм. Прочти она это в Группе новостей, приняла бы попросту за очередной любопытный слух. С какой стати облекать его бо́льшим доверием лишь потому, что историю рассказали ей лично? Но, о Силы, что за ирония судьбы! Сотни пользователей с Вершины и из Трансценденции, не исключая и Старика, истощают ресурсы Маршрутизатора неуемным интересом к Страумлианской катастрофе. А если ответ вот он, прямо перед ними, заглушенный нетерпеливыми воплями дознавателей? – А с кем именно вы беседовали? Ай, ладно, пустое. – («Может, стоило бы пересказать эту историю самому Грондру ‘Калиру?»). – Думаю, вам полезно узнать, что я сотрудница Организации Вриними… – очень низкого ранга! – …и могла бы вам помочь. Она ожидала, что наездников поразит прихоть удачи. Вместо этого разговор вдруг пресекся. Наверное, Синепанцирь опять потерял нить беседы. Наконец заговорила Зеленожка: – Я краснею. Видите ли, нам это известно. Синепанцирь отыскал вас в списке сотрудников; вы единственный человек в Орге. Вы работаете в службе контактов с потребителями, ну, мы и подумали, что если, э-э, случайно столкнемся с вами, то вы нас, наверное, выслушаете. Ветки Синепанциря резко сомкнулись. Раздражен? Или наконец поймал нить беседы? – Да. Что же, поскольку мы тут разоткровенничались, стоит признаться: нам это может пойти на пользу. Если корабль беженцев располагает доказательствами, что Искажение не развилось до полного второго класса, то, вероятно, мы сумеем убедить заказчиков, что груз не испорчен. Ах, знай мои друзья-сертификаторы, кто вы, они бы вам ноги лобызали, миледи Равна. Они засиделись в «Бродячей компании» далеко за полночь. У некоторых новоприбывших наступал циркадный пик, так что и за столиками, и на полу бурлила ночная жизнь. Взоры Фама метались по залу, впитывая новые впечатления. Больше всего, как могло показаться, его восхищали Синепанцирь и Зеленожка. Эти двое разительно отличались от людей, их даже чужаки сторонились. Наездники относились к расам, достигшим долговременной стабильности в Запределье, а таких было немного. Видообразование у них давно завершилось, боковые ветви отделились полностью либо вымерли. И тем не менее некоторые наездники сохраняли верность древним тележкам, уже более миллиарда лет поддерживая уникальное равновесие внешности и машинного интерфейса. С другой стороны, Синепанцирь с Зеленожкой были еще и торговцами, а таких Фам Нювен в Медленной Зоне повидал предостаточно. Фам, как обычно, нахальничал, однако в нем проступило новое качество – некоторая дипломатичность. А может, его наконец проняло чудесами Запределья. Лучших собутыльников ему и желать не стоило. Раса наездников предпочитала расслабленное созерцание почти любым действиям. Доставив важное сообщение, они принялись обсуждать свою жизнь в Запределье, охотно разъясняя варвару все мыслимые подробности. Бритвочелюстные радетели о сертификатах давно улетучились. Под оживленный гомон Равна с интересом следила за беседой. И улыбалась про себя. В известном смысле она тут отщепенка, несостоявшаяся личность. Синепанцирь и Зеленожка травили байки, и некоторые истории изумляли даже Равну. Она придерживалась теории (не слишком-то популярной) о том, что, когда разумные существа находят общие темы, остальное уже неважно. Двоих из этой компании легко можно было принять за деревца в горшках, водруженных на тележки, а третий разительно отличался от всех людей, виденных ею в жизни. Говорили они на искусственном языке, причем два голоса больше напоминали перемежавшееся писком порывистое дыхание. Однако стоило уделить беседе несколько минут, как перед мысленным оком Равны появлялись образы участников: интересней большинства ее друзей по аспирантуре, но не такие уж и отличные от них. Наездники составляли супружескую пару. Едва ли это существенно: сексуальные отношения их расы сводились к соседству в определенное время года. Однако между ними чувствовалась глубокая привязанность, особенно четко – у Зеленожки. Она (он?) был(а) застенчив(а), но упрям(а) и весьма искренен(на), что для торговца могло оказаться серьезным недостатком. Синепанцирь закрывал собой эту уязвимость: он (она?) казался(ась) напористым(ой), разговорчивым(ой), явно привык(ла) вертеть окружающими себе на пользу. Равне же виделось под этой маской порывистое создание, стеснявшееся собственной пронырливости и втайне благодарное Зеленожке, если та его одергивала.
Размышления о Фаме Нювене. Равна и Фам Нювен покидают «Бродячую компанию» и прибывают в жилые башни Причалов, где Равна приглашает спутника к себе домой. Во время совместного созерцания ночного неба и звездного пространства Галактики герои обсуждают устройство космоса, зоны влияния и опасности Трансценденции. Равна объясняет Фаму масштаб мироздания и риски, связанные с поиском технологий «сверху», на что он реагирует глубоким эмоциональным потрясением. В завершение беседы герои признаются друг другу в чувствах и вступают в близость.
А что сказать о Фаме Нювене? «Да, что такое в нем гнездится?» Как ни странно, он представлял собой бо́льшую загадку. В этот вечер нахальный варвар почти скрылся из виду: возможно, Фам берег его для опасных ситуаций. Чувак по рождению принадлежал к патриархальной культуре, полной противоположности матриархата, породившего в конечном счете все Запредельное человечество. Вдруг под маской нахала обитает довольно милая личность? Вспомнить только, как он осадил бритвочелюстника… А как очаровал наездников… До Равны вдруг дошло, что, проведя столько часов за чтением любовных историй, она наконец взяла и повстречала героя первого своего романа. В 02:30 по местному времени они наконец покинули «Бродячую компанию». Часов через пять, даже меньше, над бортогоризонтом Причалов поднимется солнце. Наездники выкатились наружу проводить их. Синепанцирь переключился на самношк, угостил Равну историей про свой последний визит на Сьяндру Кей и напомнил, чтобы замолвила словечко о поисках корабля беженцев. Равна с Фамом воспарили в разреженный воздух и направились к жилым башням. Наездники внизу слились с ландшафтом. Пару минут люди молчали. Наверное, даже Фама Нювена проняло величие картины. Они пролетали над темными расщелинами между залитых ослепительным светом конструкций Причалов, и в тысяче километров под ними простирались парки и жилые кварталы Земсторонья. Темными завитками на темном фоне клубились тучи. Квартира Равны располагалась на окраине Причалов. Тут воздухонтаны оказались бы бесполезны: жилая башня вонзалась в вакуум. Равна и ее спутник спланировали на балкон, выпустили внутрь оставшийся в скафандрах воздух. Язык Равны жил собственной жизнью, рассказывая, как девушке предоставили квартиру в самом начале ее работы с архивами и что с ее рабочим местом сии апартаменты сравнивать смешно. Фам Нювен кивал. На лице его сохранялось спокойное выражение. Никаких подколок. Она что-то лепетала, пока они не очутились внутри и… Равна заткнулась. Двое уставились друг на друга. Честно сказать, она возмечтала об этом олухе еще с той минуты, как увидела идиотскую Грондрову анимацию. Но до сегодняшнего вечера в «Бродячей компании» не осмеливалась зайти так далеко, чтобы пригласить его к себе домой. – Э-э, я… Эх, принцесса Равна, где ж твое рвение? Что ворон-то считаешь? Она села, подалась вперед, взяла его за руку. Фам Нювен вернул ей улыбку – о Силы, и он тоже стесняется! – А у тебя тут красиво, – сказал он. – Я обставила квартиру в технопримитивистском стиле. Тут, на окраине Причалов, есть свои плюсы: городские огни не затмевают естественный пейзаж. Пошли покажу. Она притушила освещение и отдернула шторы. Окно было прозрачное в естественном диапазоне и выходило на край Причалов. По вечерам вид потрясающий. Пока они летели из «Бродячей компании», небосвод оставался чертовски темен: наверное, внутрисистемные фабрики сейчас отключены или скрыты Земстороньем. Даже корабельный трафик поредел. Она отошла в сторону, встав за спиной Фама. Окно образовало поперек ее поля зрения размытый прямоугольник. – Подожди немного, глаза привыкнут. Усилителя тут нет. Четко проявилось Земсторонье: редкие проблески света пробиваются сквозь облака. Она провела рукой по его спине и почувствовала, как шевельнулись его плечи в ответ. Да, все правильно: в эту ночь на небе царит Галактика. Старожилы-вринимийцы обычно пренебрегали этим зрелищем, а Равне панорама казалась прекрасней всего прочего на Маршрутизаторе. Без оптического усиления свет был тускл: двадцать тысяч световых лет – долгая дорога. Сначала возникало впечатление тумана, редких звездочек, потом, когда глаза привыкали к темноте, мгла обретала форму, закручивалась арками, становилась ярче в одних местах и тусклее в других. Еще немного… в тумане проступают звездные узелки… полоски непроглядного мрака меж изогнутых рукавов… структура продолжала усложняться по мере приближения к бледной сердцевине – Ядру. Мальстрём, водоворот на полнеба. Застывший, схваченный космическим морозом. Она слышала, как у Фама перехватило дыхание. Он что-то произнес: длинную напевную фразу, может быть, на триске, но точно не на самношке. – Я всю жизнь провел на крохотном клочке этого. И мнил себя властелином космоса. Я и не мечтал, что буду стоять вот так и лицезреть все это великолепие. – Рука его легла на плечо девушки, потом расслабленно провела по волосам. – И что, как бы мы ни всматривались, Зон нам не увидеть? Она медленно покачала головой: – Нет. Но их без труда можно вообразить. Она сделала жест свободной рукой: Зоны Мысли в общем отвечали распределению массы в Галактике. Безмысленные Глубины простирались у Дна, уходя в мягкое сияние галактического Ядра. Дальше тянулась Великая Медленная Зона, где возникло человечество; туда ультрасвету пути не было, там зарождались и умирали в безвестности и невежестве бесчисленные цивилизации. Еще дальше – Запределье, которое слагали звезды на расстоянии примерно 4/5 от центра Галактики; эта Зона довольно сильно отклонялась от галактической плоскости, захватывая и такие участки, как Маршрутизатор. Известная Сеть в той или иной форме существовала в Запределье уже миллиарды лет. Ее нельзя было считать цивилизацией: немногие цивилизации способны протянуть дольше миллиона лет. Но исторические записи были довольно обширны, подчас – квазиразумны, обычно же – требовали перевода по цепочке языков, от одной вымершей расы к другой, причем без шанса перекрестной проверки: ситуация сложнее, чем для сообщений в любой многозвенной сети. Впрочем, кое-что удалось установить наверняка: Зоны Мысли существовали всегда, хотя границы их постепенно смещались внутрь. Всегда велись войны и заключались мирные соглашения, всегда карабкались из Великой Медленной Зоны расы, создавая тысячи крохотных империй. И всегда кто-нибудь восходил к Трансценденции, обретая Силу… или становясь добычей Сил. – А где Трансценденция? – спросил Фам. – Вон там, в далекой тьме? «Во тьме между галактиками…» Равна мягко рассмеялась: – Да, она все это включает… но видишь внешние отроги спиралей? Они тоже в Трансценденции. Во всяком случае, все, что дальше сорока тысяч световых лет от галактического центра. Фам Нювен долго молчал. Она почувствовала, как его пробивает легкая дрожь. – Поговорив с колесниками, я… я решил, что понимаю, о чем ты хотела меня предупредить… более или менее. Тут много такого, что мне неизвестно, что может меня убить… или еще хуже… «Наконец здравый смысл торжествует». – Это так, – тихо согласилась она. – Но дело не в тебе, не в том, что ты тут совсем недавно. Ты мог бы посвятить изучению этой области всю жизнь и не найти ответов. Сколько времени уйдет у рыбы, чтоб уразуметь, чем руководствуются люди? Аналогия не очень точная, но единственно безопасная; по сравнению с Силами Трансценденции мы – тупые животные. Вспомни, что люди вытворяли с животными. Изобретательность, садизм, благотворительность, геноцид… у всего найдутся аналоги в Трансценденции, в миллионе вариантов. Зоны – естественный защитный механизм; без них интеллект человеческого уровня, вероятно, не возник бы. – Она махнула рукой в сторону туманных звездных роев. – Запределье и то, что ниже, подобны океанским глубинам, а мы плаваем в бездне. Так глубоко, что существа на поверхности, хотя и значительно более развитые, не могут нас достать. Ну да, они продолжают удить рыбу, а временами отравляют верхние слои вод ядами, природы которых мы даже понять не в состоянии. Но толща вод остается сравнительно безопасна. – Она помолчала. Аналогию стоило развить. – И, как в океане, обломки кораблекрушений порой выносит наверх. Некоторые вещи можно создать только Наверху, где работают квазиразумные фабрики, и они сохранят функциональность на этой глубине. Синепанцирь упомянул кое-какие в беседе с тобой: антиграв-ткань, интеллектронные устройства. Это величайшее физическое сокровище в Запределье, ведь сами мы такого делать не умеем. И добыть их – задача крайне опасная. Фам развернулся к ней, отведя взор от окна и звезд. – И всегда находится рыбешка, которой охота высунуться на поверхность. Ей тут же пришло в голову, что она его теряет, что Фам пленен смертоносной романтикой Трансценденции. – Рыбешка рискует всем, польстившись на кусок божественной приманки… и даже если отыщет небеса, не сумеет отличить их от преисподней. Его трясло. Он обнял ее. Она вскинула голову и встретила его нетерпеливые губы. Равна Бергсндот два года как улетела со Сьяндры Кей. В известном смысле – краткий срок, но сейчас тело сообщило ей, что прошла целая вечность. Каждое прикосновение исполнено страсти и пробуждает тщательно стреноженные желания. У нее по коже побежали мурашки. Колоссальным усилием удалось сбросить одежду, ничего не порвав. У Равны давно не было практики. И конечно, никаких свежих воспоминаний для сравнения… Но Фам Нювен оказался хорош, очень хорош.
Разговор Равны по телефону. Равна просыпается после бурной ночи и получает звонок от наездников, которые благодаря её вмешательству получили ресурсы Организации для поиска беженцев. Вскоре ей звонит Грондр Вринимикалир, сообщающий о конфликте с «Стариком», который манипулировал данными и искажал воспоминания о человеческой культуре. В ходе разговора Равна осознает, что Фам Нювен является эмиссаром Старика, и приходит к выводу о масштабах его силы. Финальный разговор оставляет Равну в состоянии глубокого шока и ужаса от осознания последствий взаимодействия с такой мощной сущностью.
Когда все кончилось, Равна крепко уснула. Лишь в разгаре утра что-то вытянуло ее обратно в явь: звонок телефона, монотонный, настойчивый, способный разбить даже самые сладкие грезы. Она открыла глаза, пребывая в смятенных чувствах, но счастливая. Она лежала, обвив руками… пустую подушку. «Вот досада, он уже ушел…» Секунду полежала на спине, вспоминая. Два года одиночества: до последней ночи она даже не осознавала меры этого одиночества. Счастье такое неожиданное, такое бурное, что… как странно… Телефон звякал и звякал. Наконец она выбралась из кровати и нетвердой походкой направилась через комнату. Есть же пределы этой технически примитивной бессмыслице? – Слушаю? Кто-то из наездников. Зеленожка? – Прости, что беспокою тебя, Равна, но… с тобой все в порядке? Наездница внезапно осеклась. Равна сообразила, что видок у нее еще тот: дурацкая улыбка от уха до уха, волосы растрепаны, торчат во все стороны. Она прижала к губам ладонь, пряча смех. – Да, со мной все в порядке. – (Слабо сказано!) – А у тебя как? – Мы хотели бы поблагодарить тебя за помощь. Мы и не мечтали встретиться с таким высокопоставленным функционером. Мы сотни часов провели, умоляя Организацию прислушаться к беженцам. А меньше чем через час после разговора с тобой нам сообщили, что поиск проведут немедленно. – М-м. – (Ну и что теперь?) – Отлично. Но я не уверена… Я… А за чей счет? – Не знаю, но это дорого. Нам сказали, что для поиска выделен целый трансивер из опорной сети. Если оттуда кто-то сигналит, мы через считаные часы узнаем. Они проболтали еще несколько минут. Равна постепенно осваивалась с новой ситуацией, укладывая в голове события последних десяти часов – фрагменты мозаики из дел и наслаждений. Она в принципе ожидала, что Орга будет шпионить за ними в «Бродячей компании». Возможно, Грондр там и подслушал эту историю – и решил принять за чистую монету. Однако лишь вчера он так ныл, что трансиверы перегружены… В любом случае вести добрые – может, даже замечательные. Если странный рассказ наездников окажется правдив, стоит предположить, что Страумлианское Искажение не проявляет Трансцендентной природы. А если на кораблях беженцев додумаются, как его обуздать, то – почем знать? – и Страумлианский Простор получится спасти. Когда Зеленожка отключилась, Равна принялась бродить по квартире, приводя себя в порядок и взвешивая вероятности развития событий. Действия девушки обрели целеустремленность, соображаловка ускорилась почти до обычной. Многое требовалось проверить. Затем телефон зазвонил снова. На этот раз она включила предпросмотр абонента. Ой! Сам Грондр Вринимикалир. Она торопливо зачесала волосы рукой: прическа все еще выглядела ужасно, а глушить визуалку этот телефон не умел. Внезапно она заметила, что и Грондр не в лучшей форме. Лицевой хитин словно испачкан, причем даже вокруг некоторых пятнышек. Она приняла вызов. – А! – Голос подскочил до писка, потом вернулся к обычному тону. – Спасибо, что ответила. Я бы раньше позвонил, но у нас… хаотичная обстановка. – И куда делся привычный его холодок? – Я просто хочу сказать, что Орга тут ни при чем. Мы только часа два назад распутались. – Он пустился сбивчиво описывать массивный всплеск потребления ресурсов. Пока Грондр болтал о своем, Равна вызвала сводку недавней активности Маршрутизатора. О Силы Истинносущие, шестьдесят процентов на сторону? Выдержки из группы Затраты на связь. Она быстро пролистала их, дошла до сообщения от Песни Ветра. Газовые мешки, как всегда, фанфаронят, но предложение отказаться от услуг Маршрутизатора в их пользу выглядело реальной угрозой. Именно этого Грондр и опасался. – …Старик требовал себе все больше ресурсов. Когда мы наконец сообразили, куда идет дело, и воспротивились… В общем, мы почитай что пригрозили ему насилием. У нас есть способы уничтожить присланный им корабль. Понятия не имею, чем бы он ответил, но мы дали понять, что требования Старика для нас уже губительны. Благодарение Силам, он просто удивился и отступил. Он сейчас ограничивается единственным трансивером и занят поиском сигналов – к нам это отношения не имеет. Гм. Одной загадкой меньше. Старик, вероятно, шнырял вокруг «Бродячей компании» и подслушал рассказ наездников. – Возможно, все наладится, но важно действовать столь же решительно, если Старик снова создаст нам проблемы. Слова сорвались с губ прежде, чем она вспомнила, кому советует. Грондр будто не заметил. И залопотал, соглашаясь: – Да-да. Я так скажу, будь Старик обычным пользователем, мы бы его навеки в черный список внесли за эту аферу… Впрочем, обычный пользователь не сумел бы нас одурачить. Грондр протер лицо пухлыми белыми пальцами: – Обычный заапределец не сумел бы изменить наши записи об экспедиции той драги. Даже существо с Вершины не смогло бы вломиться к нам в Кладовку и похозяйничать там с останками без нашего ведома. Драга? Останки? До Равны постепенно доходило, что они с Грондром говорят о разных вещах. – А что именно Старик проделал? – Нужны детали? Мы теперь почти уверены. Со времени Падения Страума Старик проявляет сильный интерес к людям. К сожалению, волонтеров тут не нашлось. Он принялся нами манипулировать, переделал каталожные записи. Мы проверили по неискаженной резервной копии в филиале: драга действительно выудила потерпевший крушение человеческий корабль и на борту обнаружились части тел – но оживлять-то было некого. Старик, вероятно, там повозился, перемешал, сопоставил. Наверное, воспоминания сфабриковал путем экстраполяции по архивным сведениям о человеческой культуре. Теперь, восстанавливая ход событий, мы видим, что его ранние запросы связаны с вторжением в Кладовку. Грондр продолжал бормотать, но Равна перестала его слушать, уставясь невидящим взглядом в экран телефона. «Мы – мелкая рыбешка на глубине, прикрытая толщей от рыбаков наверху. Но пускай сами они сюда спуститься не могут, наживки и смертоносные уловки у рыбаков в изобилии. А значит, Фам…» – Так, значит, Фам Нювен – всего лишь робот, – сказала она тихо. – Не совсем. Он человек. Располагая подложными воспоминаниями, он способен действовать автономно. Но когда Старик занимает всю полосу, существо это становится его эмиссаром, вспомогательным устройством. Десницей и зеницей Силы. Грондр в замешательстве пощелкал частями рта: – Равна, мы не знаем, что происходило этой ночью; помещать тебя под пристальное наблюдение поводов не было. Но Старик утверждает, что нужды в прямом исследовании у него теперь нет. В любом случае, мы ему больше никогда не предоставим всю полосу. Равна едва сумела кивнуть. Лицо ее вдруг похолодело. Ей прежде не доводилось одновременно испытывать и гнев, и ужас такой силы. Она встала, неловко покачнувшись, и отошла от телефона, игнорируя протестующие крики Грондра. Истории, слышанные в аспирантуре, вдруг всплыли в памяти, а следом – мифы доброй дюжины человеческих религий. Последствия. Последствия. От некоторых можно защититься; некоторые же приносят вред непоправимый. Откуда-то с задворков сознания сквозь ярость и ужас пробилась удивительно идиотская мысль. Она восемь часов провела лицом к лицу с Силой. История, достойная раздела в учебнике; такие всегда случаются где-то за тридевять земель и доходят перевранными. Никто во всей Сьяндре Кей не мог похвастаться даже отдаленно схожим переживанием. Доселе не мог.
Откровения Древорезчика и тайна чужака. Сюжет начинается с трагического прошлого Йоханны, выжившей после нападения крысоподобных монстров в арктическом поясе. Параллельно раскрывается история города Древорезчика — центра инноваций и искусства, основанного на экспериментах над душой. Странник и Грамотей прибывают в этот город с раненым чужаком, которого совет Древорезчицы решает изучить как потенциально опасное, но технологически ценное существо. В ходе обсуждений выясняется, что чужак может быть частью могущественной сверхстаи, и его решают перенести в покои для лечения. Позже Странник и Древорезчица объединяют свои мысли, обсуждая упадок её искусства и грядущие перемены в мире. Наконец, герои начинают изучать картиночный ящик, который не только показывает образы чужих миров, но и систематически обучает их языку двуногих.
Подробный пересказ
Глава 10. Йоханна находится в полусознательном состоянии на катамаране, дрейфующем в арктическом поясе планеты после гибели родителей. Она наблюдает за шестью крысоподобными существами, которые имитируют человеческие голоса и пытаются разобраться с ее личными вещами. Когда монстры предлагают ей сырую добычу и воду, девочка в порыве ярости нападает на одного из зверей, узнав в нем убийцу отца. Несмотря на сильную боль в груди, Йоханна berhasil наносит твари серьезное увечье, ощущая странное удовлетворение от мести.
Йоханна долго плыла в лодке. Солнце ни разу не село: вот оно далеко позади, вот высоко впереди, вот небо закрыли облака и дождик застучал по просмоленному брезенту, которым ее накрыли поверх одеял. Она часы напролет дрейфовала в болезненном тумане. Все словно во сне. Какие-то существа тянут ее за одежду, пропитанную кровью, осторожные лапы и крысиные морды меняют повязки на ранах и силой вливают в горло холодную воду. Стоило ей разметаться, как мама поправила одеяла и убаюкала очень странными звуками. Часы напролет рядом лежал кто-то теплый. Иногда ей казалось, Джефри, обычно же – крупный урчащий пес. Дождь перестал. Солнце показалось по левому борту лодки, но его отсекала холодная резкая тень. Боль будто распалась на части. Один очаг ее находился в плече и груди; и когда лодку швыряло на волнах, эта боль пронизывала тело насквозь. Второй очаг пылал глубоко в кишках, очаг сосущей пустоты, порожденный не только качкой… ее так мучили голод и жажда… Все чаще вместо видений приходили воспоминания. От этих кошмаров избавиться уже не суждено, потому что они случились в реальности. И еще не закончились. Солнце выглядывало из-за облаков и снова пропадало. Медленно скользя по небу, оно очутилось почти точно за кормой лодки. Йоханна пыталась вспомнить, что говорил об этом папа как раз перед тем… как раз перед тем, как все испаскудилось. Они в арктическом поясе планеты, во время полярного лета. Значит, нижняя точка солнца указывает на север, а их двухкорпусная лодка направляется примерно на юг. Куда бы ни держали они путь, с каждой минутой звездолет, а с ним и надежда отыскать Джефри, все дальше. Иногда вода вокруг разливалась, как в открытом море, а холмы отдалялись или исчезали в низких облаках. Иногда катамаран проносило через узкие проливы, совсем рядом с обнаженными скалами. Девочка и не представляла, что парусное суденышко может развивать такую скорость, а путешествие на нем – быть таким опасным. Четверым крысоподобным существам приходилось напряженно поработать, чтобы лодку не швырнуло на скалы. Они молча метались от мачты к релингу, временами залезая друг другу на плечи, чтобы дальше дотянуться. Катамаран стонал, скрипел, кренился, его подбрасывало на порогах, но потом опасные проливы оставались позади, а скалы медленно расступались. Йоханна долго делала вид, что валяется в лихорадке. Стонала, дергалась, наблюдала. Гондолы катамарана были длинные и узкие, почти как у каноэ. Парус установлен посередине между ними. Он-то и отбрасывал тень в ее сны, дергаясь на чистом пронзительном ветру. По небу двигались лавины серых, белых и темных облаков. Там летали птицы. Кружили вокруг мачты снова и снова. Воздух был наполнен щебетом и шипением – но не птичьими. Звуки исходили от монстров. Она следила за ними сквозь ресницы. Звери той же породы, как те, что убили маму с папой. Даже носят такие же нелепые одеяния, серовато-зеленые куртки, с множеством карманов и застежек. Раньше Йоханна считала их волками или собаками. Это описание было неточным. Да, у тварей четыре тонкие лапы и острые маленькие уши, но шеи длинные, а глазки нет-нет да и сверкнут розовым, как у очень больших крыс. Чем дольше Йоханна за ними наблюдала, тем отвратительнее они ей казались. Снимок этого ужаса не передал бы, надо было видеть их в движении. Она следила за четверкой по ближнему борту, которая возилась с ее данником. Розовый Слоник лежал в сумке у заднего борта, и теперь тварям стало интересно, что это за штука. Поначалу было похоже на цирковое представление: головы животных крутились туда-сюда. Но как точны их движения, как четко скоординированы. Не обладая руками, они тем не менее развязали узелки, придерживая кончики губами и вытягивая шеи друг за другом. Один из них в это время придерживал перевязь, прижав ее лапой к борту. Они напоминали марионеток на нитях у кукловода. За считаные секунды твари вытащили устройство из сумки. Собаки бы бросили его на дно лодки, а потом стали бы подталкивать лапами. У этих не так. Двое положили данник на поперечную скамью, а третий придержал добычу лапой. Они ощупали края устройства, уделив особое внимание плюшевым боковушкам и откидным ушам. Они давили и толкали, действуя с очевидной целью. Они пытались его открыть. Две головы возникли над релингом по другому борту. Издали булькающее шипение – похоже одновременно на птичий щебет и словно кого-то рвет. Один зверь, находившийся рядом с Йоханной, оглянулся и ответил похожими звуками. Трое остальных продолжали возиться с защелками данника. Наконец они додумались одновременно нажать на крупные откидные уши: крышка откинулась, и верхнее окошко перешло в запрограммированный Йоханной стартовый режим – анимированный образ хозяйки произнес: – Как тебе не стыдно копаться в моих вещах, Джефри! Четверо зверей застыли как вкопанные, глаза их внезапно расширились. Четверка рядом с Йоханной повернула данник так, чтобы и остальным было видно. Один придерживал устройство, пока второй смотрел на верхний экран, а третий возился с клавиатурным окошком. Их сородичи в другой половине лодки изнывали от любопытства, но приближаться не осмеливались. Первая четверка, без разбору нажимая все подряд, прервала стартовое приветствие. Один из них воззрился на вторую четверку, еще двое наблюдали за Йоханной. Она продолжала лежать, чуть разомкнув веки. – Как тебе не стыдно копаться в моих вещах, Джефри! – снова раздался голос Йоханны, но произнес эти слова один из зверей. Имитация была идеальной. Потом прозвучал вопль перепуганной девчонки: – Мам! Пап! Снова ее собственный голос, но более перепуганный и детский, чем ей бы хотелось слышать. Звери, казалось, ожидали реакции данника. Когда ее не последовало, один снова сунул нос между окошек. Все сколько-нибудь ценное и все важные программы, конечно, запаролены. Из коробочки посыпались издевки и оскорбления, перемежаемые маленькими сюрпризами, которые Йоханна припасла для своего братца, любителя совать нос куда не следует. Ах, Джефри, Джефри, увижу ли я тебя снова?.. Вопли и видеоролики занимали внимание монстров несколько минут. В конце концов тыкание наобум привело данник к умозаключению, что с ним играется кто-то совсем маленький, и он переключил себя в детский режим. Твари поняли, что Йоханна за ними наблюдает. Из той четверки, что возилась со Слоником, одно существо – не одно и то же – всегда смотрело в ее сторону. Они с ней забавлялись, делая вид, будто не подозревают о ее притворстве. Йоханна открыла глаза и уставилась на тварь: – Будь ты проклят! Глянула в другую сторону и завизжала. Свора в другой гондоле катамарана собралась вместе. Головы их на гибких шеях высовывались из кучи, глаза отливали красным в свете низкого солнца. Стая крыс или змей молча глядела на девочку – и неведомо с каких пор. При ее крике головы вытянулись вперед, и вопль повторился. За ее спиной ее собственный голос закричал: – Будь ты проклят! Еще откуда-то раздавалось «Мам! Пап!». Йоханна снова вскрикнула, и они снова вернули вопль эхом. Подавив ужас, она застыла в молчании. Чудовища полминуты дразнили ее, повторяя слова, которые, верно, подслушали в ее бреду. Увидев, что она перестала пугаться, они бросили имитировать человека и снова забулькали, зашипели, словно две стайки о чем-то переговаривались. Наконец ближняя четверка закрыла данник и упрятала его в сумку. Шестерка зверей рассыпалась. Трое перескочили в другую гондолу, крепко схватились когтями за борт и высунулись наружу, вперед. В этот миг они были очень похожи на собак – крупных собак, которые высовываются из окна машины и принюхиваются ко встречному потоку воздуха. Длинные шеи вертелись туда-сюда. Каждые несколько минут кто-то опускал голову к воде, исчезая из виду. Пьют? Рыбачат? Рыбачат. Голова взметнулась, швырнув на дно лодки что-то маленькое, зеленое. Остальные три зверя свели носы вместе и схватили эту штуку. Она успела углядеть тонкие ножки и блестящий панцирь. Одна из крыс придержала добычу пастью, а две другие разорвали на части, действуя с непостижимой точностью. Стая казалась единым существом, каждая шея была как щупальце с парой челюстей. Ее затошнило от этой мысли, но вырвать оказалось нечем. Рыбалка продлилась еще четверть часа. Звери поймали по крайней мере семь зеленых созданий. Но не стали есть; во всяком случае, не всех. Расчлененный улов побросали в небольшую деревянную миску. Две стаи снова побулькали между собой. Один из шестерки взял миску в пасть и прокрался по релингу. Четверо рядом с Йоханной сбились в кучу, словно приближение незваного гостя их напугало. Только после того, как миска была поставлена на скамейку гондолы и другой зверь вернулся на свою половину катамарана, четверка разомкнула морды. Одна из крыс четверки заглянула в миску, взяла ее за край и направилась к девочке в сопровождении сородича. Йоханна сглотнула слюну. Что за пытку ей готовят? Желудок свело, и не от ярости. Она уставилась на миску: никак они ее кормить собрались?! Солнце как раз вынырнуло из туч на севере. Низкие полосы света напомнили ей осенний вечер после недавнего дождя: темное небо высоко над головой, но все блестит и сверкает. Шерсть у зверей оказалась роскошная, густая. Один зверь подсунул Йоханне миску, другой опустил морду внутрь и вытащил… что-то зеленое, скользкое. Осторожно придерживая «лакомый кусочек» самым краем длинной пасти, существо обернулось и поднесло девочке зеленую гадость. – Нет! – отшатнулась Йоханна. Существо замерло. Мгновение девочка ожидала, что сейчас ответит эхо, но затем зверь уронил взятый кусок назад в миску. Первая тварь перенесла посудину на скамью рядом с девочкой. Метнула на Йоханну взгляд и выпустила из челюстей край миски. Девочка успела заметить острые блестящие зубы. Йоханна смотрела на миску, а голод в ней боролся с отвращением. Наконец она высунула руку из-под одеял и опустила в миску. Головы вздернулись, стайки обменялись булькающими замечаниями. Пальцы ее сомкнулись на чем-то мягком и холодном. Она вытащила его на солнце. Тельце – серовато-зеленое, бока блестят на свету. Звери с другой половины катамарана уже оторвали ножки и отгрызли голову. Ошметок в длину едва достигал двух-трех сантиметров, похожий на филе моллюска. Ей когда-то нравилась такая еда, но в приготовленном виде. Тут моллюск слабо дернулся, и Йоханна чуть не уронила его. Поднесла к губам, облизала. Соленый. На Страуме, если съесть сырого моллюска, наверняка заболеешь. Ну почем ей знать, без родителей, без доступа к локальной комм-сети? Она почувствовала, как слезы текут по щекам. Выругалась, засунула это зеленое чудо в рот и попыталась прожевать. Мягкое, по консистенции – как сало и хрящики. Йоханна поперхнулась, выплюнула то, что не смогла проглотить, и заставила себя взять еще один. В конце концов она смогла съесть «моллюска». Теперь надо подождать и посмотреть, не вырвет ли. Она снова забилась под одеяла и ощутила на себе взгляды нескольких пар глаз. Булькающий гомон на той стороне катамарана возобновился. Один из зверей скользнул к девочке, неся в пасти кожаный мешочек с затычкой. Питьевую флягу. Этот был крупнее остальных. Вожак? Тварь наклонила голову совсем близко, поднося к губам девочки горлышко фляги. Кажется, хитер; подходил к ней осторожнее всех. Взгляд Йоханны пробежал по его бокам. Шерсть на огузке ниже куртки в основном белая… глубоко рассеченная Y-образным шрамом. Это он убил папу! Йоханна атаковала его без всякой подготовки; может, поэтому и сработало. Отпихнув флягу, она обхватила зверя за шею свободной рукой, перекатилась на него сверху, прижала к борту. Он был меньше ее и не настолько силен, чтобы сбросить с себя. Она чувствовала, что когти его рвут одеяла, но Йоханну почему-то не трогают. Она перенесла всю тяжесть тела на хребет твари, вцепилась ей в горло там, где сходились глотка и челюсть, и принялась колотить мордой о доски. Тут подоспели остальные, навалились на нее, стали пихать мордами и тянуть челюстями за рукав. Она чувствовала, как дырявят ткань игольчатые зубы. Существа издавали жужжащий звук, пробиравший, казалось, до мозга костей, звук из ее видений. Они вырвали сородича из ее хватки, оттащили; наконечник стрелы в груди вошел глубже, раздирая ее болью. Но кое-что она еще могла сделать – и сделала: Йоханна оттолкнулась ногами и боднула тварь под челюсть головой, так что зверь как следует хряснулся макушкой о борт. Существа вокруг девочки задергались в конвульсиях, и ее опрокинуло на спину. Все ощущения смыла боль. Ни ярость, ни страх не сдвинули бы ее с места. Но уголком сознания она продолжала следить за четверкой. Она сделала им больно. Она им всем сделала больно. Трое пьяно шатались, издавая свистящие звуки, – на сей раз казалось, что звук шел из пастей. Шрамозадый зверь валялся на боку и сучил лапами. Она увидела, что на макушке у него рваная рана. Глаза твари заливала кровь, будто животное плакало красными слезами. Тянулись минуты. Постепенно свист утих. Четверо кое-как собрались в кучу и снова зашипели. Возобновилось и кровотечение из ее груди. Они глядели друг на друга. Йоханна усмехнулась врагам. Им можно сделать больно. Она сделала им больно. Ей стало так хорошо, как ни разу с момента высадки на планету.
История города Древорезчика. Город Древорезчика возник на севере как поселение мастера-художника, чьи работы прославили регион и привлекли к нему множество последователей. Со временем Древорезчик превратил город в центр инноваций, где через эксперименты над собственной душой и искусством он заложил основы нового мировоззрения и технологий. Несмотря на обвинения в ереси, его домен стал местом паломничества, дающим людям мудрость и новые идеи. В финале Странник и Грамотей прибывают в этот город на лодке, где их встречают как героев, вернувших похищенное сокровище.
Пока не началось Движение Шкуродера, город Древорезчика слыл самым известным городом-государством к западу от Ледовых Клыков. Его основателю сравнялось уже шестьсот лет. В те дни на севере жить было тяжелее, и большую часть года снег не таял даже в низинах. Древорезчик поселился там одностайно, в скромной хижине на берегу фьорда. Охотничьи и интеллектуальные таланты стаи не уступали художественным. За сотню миль вокруг никакого жилья, так что лишь дюжина ранних резных скульптур покинула стены хижины, однако эти работы прославили автора. И сохранились до настоящего времени. В Длинноозерье по названию одной из них, выставленной в музее, дали имя городу. Слава приманила учеников. Где стояла одна хижина, поднялись десять, разбросанные по фьорду Древорезчика. Прошло сто лет, двести, изменился и сам Древорезчик. Он страшился перемен, чувствуя, как ускользает его перводуша. Он как мог держал себя в лапах: почти каждая стая рано или поздно с этим сталкивается. В худшем случае – впадает в извращение и даже теряет душу. Для Древорезчика квест сам по себе нес перемены. Он наблюдал, как притираются друг к другу новые элементы его личности. Он изучал щенят, смотрел, как они растут, прикидывал, что даст тот или иной вариант. Он научился придавать душе нужную форму, натаскивая элементов. Разумеется, в том было мало нового. Искусство это лежало в основе большинства религий. В каждом городе имелись заводчики и советники в любовных делах. Подобное знание, истинное или ложное, ценили в любой культуре. Древорезчик пересмотрел сам подход, стараясь, впрочем, не отрываться от традиций. Он начал осторожные эксперименты на самом себе и остальных художниках маленькой колонии. Результаты указывали путь к новым экспериментам. Он ставил опыт выше веры. По любым меркам его века, от занятий Древорезчика несло ересью, извращением или попросту безумием. В ранние годы короля Древорезчика ненавидели почти так же, как тремя столетиями позже – Шкуродера. Но суровые зимы продолжали сковывать дальний север, и народы юга были ограничены в мобильности войск. Однажды попробовали прорваться – и потерпели сокрушительное поражение. Древорезчику хватило мудрости не пытаться подчинить южан. Не напрямую. Поселение его, однако, все разрасталось, а правитель стал знаменит уже не столько произведениями искусства и утвари, сколь иными достоинствами. Стая, постаревшая сердцами, являлась туда обрести не только молодость, но также мудрость и счастье. От города во все края распространялись идеи швейных станков, ветряных мельниц, механических передач. Там создавали новое. Но дело было даже не в изобретениях. Древорезчик помог явиться на свет новому народу и новому мировоззрению. Викврэкшрам и Джакерамафан прибыли к древорезчикам под вечер. Весь день лило, но потом облака разошлись, и небо засияло яркой синевой, особенно прекрасной после череды ненастных деньков. Домен Древорезчика Страннику казался раем. Он так устал в бесстайной глуши. Он так устал тревожиться за чужака. Последние несколько миль их лодку настороженно сопровождали другие катамараны. Их экипажи были при оружии, а Странник с Грамотеем прибыли, так сказать, с наименее правильной стороны. Зато в одиночестве и без явных враждебных намерений. Глашатаи затрубили, передавая вперед их рассказ. Когда показалась гавань, их встретили как героев: две стаи похитили (неназываемое) сокровище прямо из лап северных злодеев. Их катамаран обогнул волнолом, возведенный за время отсутствия Странника, и пришвартовался.
Прибытие в город и совет Древорезчика. Странник и Грамотей Джакерамафан прибывают в город, где их встречают солдаты и камергер Древорезчика. Путешественники вместе с раненым чужаком прибывают в замок, где их принимает совет Древорезчицы. В ходе собрания Грамотей рассказывает историю появления существа, а совет обсуждает его опасность и физические особенности. В финале фрагмента чужак внезапно атакует одного из членов совета, ударив его по голове передней лапой.
На пристани кишели солдаты и фургоны. До самых стен города яблоку негде было упасть от зевак. Почти свора, но ясность мысли еще сохраняется. Грамотей выскочил из лодки и пробежался по берегу. Приветственные вопли доставляли ему нескрываемое наслаждение. – Быстро! Нам нужно поговорить с Древорезчиком. Викврэкшрам подцепил парусиновую котомку, в которой лежал картиночный ящик чужака, и осторожно вылез на берег. Чужак его так отделал, что до сих пор подташнивало. Существо рассекло Шраму переднюю мембрану. Странник на миг потерял себя: причал был какой-то странный – вроде каменный, но отделан черным губчатым материалом, которого Странник с Южных морей не видывал. Здесь он раскрошиться бы должен… Где это я? Я должен чему-то радоваться, какой-то победе… Он передохнул, перегруппировался. Мгновение – боль обострилась, а с нею мысли. Так будет еще несколько дней, не меньше. Надо помочь чужаку. Надо его вытащить на берег. Камергер Древорезчика был изрядный толстяк и щеголь. Странник и не думал, что у древорезчиков эдакие водятся. Но, услышав про чужака, стая тут же пришла на помощь: позвала врача, чтоб тот осмотрел Двуногого, а заодно и самого Странника. За последние два дня чужак немного набрался сил, но нападать больше не пробовал. Они без сопротивления вытащили существо на берег. Чужак обернул к Страннику плоское лицо: в его выражении Странник уже научился узнавать бессильную ярость. Он задумчиво потрогал лапой голову Шрама… Двуногий только и ждет задать ему трепку покруче. Через несколько минут путников посадили в запряженные керхогами повозки и повезли по вымощенной булыжниками улице к городским стенам. Солдаты разгоняли зевак, освобождая дорогу. Грамотей Джакерамафан, изображая из себя героя, приветственно махал на все четыре стороны. Странник уже понимал, что в душе Грамотея гнездится болезненная застенчивость. Вероятно, эти минуты – апофеоз всей его жизни. Сам Викврэкшрам, даже пожелай он того, не сумел бы так разойтись. У Шрама пострадала одна мембрана, и резкие жесты мешали мыслить. Он опустился на скамью повозки и посмотрел во все стороны. За исключением очертаний внешней гавани, место ничем не напоминало то, которое он посетил пятьдесят лет назад. В остальном мире за пятьдесят лет изменилось немногое. Странник, возвращаясь после стольких лет отсутствия, мог бы даже заскучать от постоянства. А здесь… здесь и ужаснуться недолго. Например, высокого волнолома раньше не было. Пристаней стало вдвое больше, а такого количества катамаранов, увенчанных флагами, он в этой части света никогда раньше не видал. Дорога уже существовала, но была у́же, а ответвлений – втрое меньше. Прежде городские стены скорей помогали удержать внутри керхогов и лягушкуриц, чем захватчиков – снаружи. Сейчас они выросли до десятифутовой высоты: куда ни глянь, из черного камня. В прошлом солдат можно было по когтям пересчитать, а теперь они везде сновали. Недобрый знак. У Шрама судорогой свело кишки: солдаты и битвы ему не нравились. Миновав городские ворота, они проехали рынок: настоящий лабиринт, который раскинулся на целые акры. Проходы, шириной и так лишь пятьдесят футов, сужались в местах, где торговали тканями, выставляли мебель и раскладывали горы фруктов. Воздух был напоен ароматами фруктов, пряностей и лаков. Давка стояла такая, что это уже походило на оргию, и бедный Странник чуть не лишился чувств. Потом они выехали на еще более узкую улочку, зигзагами петлявшую среди полубревенчатых домов. За крышами вздымались мощные укрепления. Через десять минут въехали во двор замка. Они спешились, и камергер приказал переложить Двуногого на носилки. – А Древорезчик нас сейчас примет? – уточнил Грамотей. Бюрократ прыснул: – Она примет. Древорезчик сменил пол больше десяти лет назад. Странник покрутил головами в изумлении. Что он имеет в виду? Многие стаи меняют пол с возрастом, но он никогда не слышал, чтобы о Древорезчике говорили иначе, как в мужском роде. Он чуть не упустил следующие слова камергера. – Но так даже лучше. Весь ее совет в сборе и… должен увидеть вашу находку. Пройдемте. Он жестом отпустил гвардейцев. Они проследовали в вестибюль, где хватало места разойтись двум стаям. Камергер шел первым, за ним путешественники и врач с чужаком на носилках. Высокие стены украшены посеребренной обивкой. Замок выглядел куда роскошнее, чем прежде, и это тоже тревожило. Скульптур стало очень мало, а те, что сохранились, уходили в глубину веков. Зато появились картины. Он замер, увидев первую из них, а за его спиной у Грамотея аж дух захватило. Странник обошел весь мир и повидал разные виды искусства. Стаесворы тропиков предпочитали абстрактную мазню, психоделические наплывы цвета. Островитяне Южных морей так и не додумались до перспективы; на акварелях удаленные объекты попросту помещали в верхней половине рисунка. В Длинноозерной Республике предпочтительным стал стиль репрезентационизма; особо ценили там цельностайные мультиптихи. Но ничего подобного Странник раньше не встречал. Картины были мозаичные, сложенные из керамических плиточек, каждая стороной примерно в четверть дюйма. Выполнены без цвета, лишь в четырех оттенках серого. С расстояния нескольких футов зернистость терялась и возникали лучшие пейзажи из когда-либо виденных Странником. Все картины представляли виды с холмов вокруг города древорезчиков. Если пренебречь отсутствием цвета, их легко было принять за окошки. По низу каждой шла прямоугольная рамка, но верхние края были рваные – мозаики просто обрывались на горизонте. Вместо неба – изукрашенная стена зала. – Эй, парень, давай сюда! Я думал, тебе Древорезчицу не терпится увидеть… – Эта реплика предназначалась Грамотею. Джакерамафан разбежался вдоль пейзажей, усадив по элементу рядом с разными картинами зала. Повернув голову в сторону камергера, он ответил ошеломленно: – Чтоб моей душе… Я себя чувствую богом! Будто у меня по элементу на каждом холме, и я вижу все одновременно! Но он поднялся и рысцой догнал их. Коридор вел в один из самых крупных залов совещаний, какие Страннику доводилось видеть. – Здесь так же просторно, как в залах Республики, – с неподдельным восхищением сказал Грамотей, глядя вверх на три яруса балконов. Они стояли внизу одни, если не считать чужака. – Гм… Помимо камергера и врача, в зале уже собралось пятеро других стай. Под их взглядами появлялись новые. Большинство одеты как нотабли Республики – в меха и драгоценности. Некоторые облачились в скромные куртки, которые Странник помнил по прошлому визиту. Ох-хох. Маленький поселок Древорезчика вырос в город, а город разросся до государства. Странник задумался, осталась ли у того – той – реальная власть. Нацелив одну голову точно на Грамотея, он сказал на высокой речи: – Про ящик с картинками пока молчок. Вид Джакерамафан имел одновременно растерянный и заговорщицкий. Он ответил тоже на высокой речи: – Ага, хорошо. Наш козырь? – Типа того. Глаза Странника метались по балконам взад-вперед. Большинство стай излучали самоуверенную важность. Он улыбнулся своим мыслям. Один взгляд на дно амфитеатра, и апломб с них слетает. Воздух над его головами наполнился оживленным жужжанием разговоров. На Древорезчицу ни одна стая не походила. Впрочем, он немногих ее нынешних элементов видел в прошлом; если и узнает, то лишь по манерам и убранству. Неважно. У него выпадали связи более долгие, чем время жизни любого элемента. А бывало, напротив, что друг менялся всего за десятилетие, точки зрения его смещались, привязанность сменялась враждебностью. Он полагал, что Древорезчица осталась в основном такой же. Ну-ка… Коротко протрубили фанфары: призыв к вниманию. На нижнем балконе разошлись двери, и вошла пятерка. Странника охватил ужас. Да, эта стая была Древорезчиком, но… у нее явные проблемы. Один элемент так стар, что другим приходится ему помогать. Двое совсем щенки, у одного то и дело слюна из пасти капает. У самого крупного бельма на глазах. Такое чаще можно встретить в приречных трущобах… Или в последних поколениях инцестной стаи. Она опустила взгляды на Странника и улыбнулась, словно узнала его. Когда стая заговорила, голос исходил от слепца. Чистый и ясный. – Введи меня в курс дел, Проныра. Камергер кивнул: – Как вам будет угодно, ваше величество. – Он указал вниз, на чужака. – Вот повод к нашему собранию. – Мы чудовищ и в цирке можем увидеть, Проныра! – Это подала голос расфуфыренная стая на верхнем балконе. Судя по тому, как на нее зашикали со всех сторон, выразила она мнение меньшинства. С нижнего балкона кто-то спрыгнул, перелез через ограждение и попытался отогнать врача от носилок с чужаком. Камергер вскинул голову, призывая к тишине, и покосился на стаю, которая перепрыгнула через перила. – Щепетильник, обожди немного. Всем дадут посмотреть. Тот, кого назвали Щепетильником, ворчливо зашипел в ответ, но убрался на место. – Отлично. – Проныра сосредоточил все внимание на Страннике с Грамотеем. – Ваше судно, друзья мои, обогнало вести с севера. Никому, кроме меня, вы своей истории пока не рассказывали. Да и у меня только краткие кодовые сигналы стражников, переданные через залив. Вы утверждаете, что это создание прилетело с неба? Приглашение к откровенности. Странник предоставил инициативу Грамотею Джакерамафану. Грамотея понесло. Он поведал собравшимся, как с неба прибыл летающий дом, как на чужаков устроили засаду, рассказал о резне и о спасении этого элемента. Он показал свои гляделки и отрекомендовался тайным агентом Длинноозерной Республики. Да уж, шпион из него еще тот! Все стаи Совета глаз не сводили с чужака, некоторые глядели с опаской, некоторые, как Щепетильник, с яростным интересом. Древорезчица следила за происходящим лишь парой голов. Остальные, наверное, спят. Выглядит такой же усталой, каким Странник себя чувствует. Он умостил на лапах собственные головы. Боль пульсировала и грызла Шрама; несложно будет его усыпить, но тогда Странник мало что уразумеет из услышанного. Ба! Может, не такая уж и плохая мысль. Шрам отключился, и боль сразу ослабла. Еще несколько минут в зале шло оживленное обсуждение, но тройка-Викврэк почти не улавливала его смысла. Он судил о сути разговора по голосам. Щепетильник, та стая, что выскакивала в амфитеатр, пару раз заныл от нетерпения. Проныра что-то ответил, соглашаясь с ним. Врач удалился, и Щепетильник занялся чужаком, которого доставил Викврэк. Странник привел себя в чувство: – Эй, поосторожнее. Это существо неласково. Щепетильник снисходительно бросил: – Твой приятель уже меня предупредил. Окружив носилки, он уставился в темное безволосое лицо чужака. Чужак молча, без всякого выражения смотрел на стаю. Щепетильник осторожно подался вперед и дернул чужака за одежду. Снова никакой реакции. – Видите? – сказал Щепетильник. – Оно понимает, что я не желаю ему зла. Странник не стал его поправлять. – Оно вправду ходит только на задних лапах? – поинтересовался кто-то в Совете. – Вы себе представляете, как оно будет выглядеть, возвышаясь над нами? Да мы его одним ударом положим. – Смешки. Странник вспомнил, как похож стоящий во весь рост чужак на богомола. Эти ребятки его в движении не видели. Щепетильник сморщил нос. – А от него воняет! – Он полностью окружил чужака. Странник знал, что эта поза Двуногую тварь больше всего раздражает. – Знаете ли, я настаиваю, чтобы эту стрелу из него выдернули. Кровотечение почти прекратилось, но этому созданию понадобится помощь врача, если мы хотим, чтоб оно долго протянуло. – Он укоризненно глянул на Странника с Грамотеем, будто упрекая, что те не прооперировали чужака у себя на катамаране. Потом заметил что-то интересное, и тон его резко изменился. – О Стая Стай! Вы на его передние лапы посмотрите! Он немного ослабил узлы на передних ногах существа. – Эти лапы не хуже пяти пар губ будут. Только подумайте, на что способна целая стая таких созданий! Он подвинулся ближе к пятипалой лапе. – Поос… – начал было Странник, но тут чужак резко сложил щупальца, изогнул переднюю конечность под немыслимым углом и ткнул лапой Щепетильника прямо в голову. Удар не мог быть слишком сильным, но угодил точно в мембрану.
Совет обсуждает природу чужака. На совете Древорезчицы и ее окружения обсуждают природу чужака, который издает звуки, похожие на межстайную речь. Странник и другие советники спорят о том, является ли существо отдельным разумным элементом или частью могущественной сверхстаи. Королева Древорезчица принимает решение спасти и вылечить чужака, чтобы установить его истинную природу и изучить их технологии. Несмотря на протесты Проныры, она приказывает перенести существо в свои покои для личного ухода и лечения.
– Ой! О-ой! Ай-ай-ай! – Щепетильник отскочил. Чужак тоже закричал. Голос был тонкий, высокий, писклявый и исходил только изо рта. На этот зловещий звук вздернулись все головы в зале, даже Древорезчицы. Странник уже не раз его слышал. У него не оставалось сомнений, что это межстайная речь чужаков. Через несколько секунд звук перешел в отрывистый кашель и постепенно стих. Все долго молчали. Потом Древорезчица частично поднялась и посмотрела на Щепетильника: – С тобой все в порядке? Она заговорила впервые с начала совещания. Щепетильник лизал себе лоб. – Угу. У этого с мозгами все в порядке. – Любопытство тебя однажды убьет, ты знаешь? Стая возмущенно фыркнула, но мрачное пророчество ее явно осадило. Королева Древорезчица оглядела советников. – Я хотела бы обратить внимание на один важный вопрос. Щепетильник думает, что элемент чужака стоит целой нашей стаи. Это так? Вопрос был адресован Страннику, а не Грамотею. – Да, ваше величество. Сумей оно дотянуться до узлов, наверняка бы освободило себя. – Он понимал, к чему она клонит. Сам он пришел к этим выводам на третий день. – И звуки, которые оно издает, кажутся мне осмысленной речью. В Совете поднялся гомон. Одиночный элемент, если одарен, часто выдает полуосмысленные фразы, однако при этом обычно страдает координация движений. – Ага. Существо, не похожее ни на кого в нашем мире, прилетело в лодке, упавшей с вершины небес. Я вот что думаю. Если разумом элемент его не уступает стае, то на что способна целая стая таких созданий? Слепой элемент Древорезчицы водил головой по сторонам, пока говорил, будто озирался. Двое остальных вытирали слюни идиоту. Вид у королевы был неважнецкий. Щепетильник вздернул морду: – Я от него ни единой мысли не услышал. У него передних мембран нет. – Он указал на разорванную одежду в том месте, где существо поразила стрела. – И я не вижу признаков плечевых мембран. Возможно, эти стаи разумны даже в синглетной форме. А может, чужаки все такие. Странник усмехнулся про себя; Щепетильник, может, и нетерпеливый буффон, но традиции отвергает безбоязненно. Ученые веками спорили, где ключевое различие между разумными существами и животными. У некоторых зверей мозг крупнее, у некоторых лапы или губы проворнее, чем в элементах стай. В саваннах Востока водятся звери, которые похожи на стаенарод и даже бегают группами, но связно мыслить не умеют. Если не считать волкогнезд и китов, только стаенарод вел такой образ жизни. Именно межэлементная координация мыслей наделила их превосходством. Засим теорию Щепетильника следовало заклеймить как ересь. – Но мы слышали их мысли, притом громкие, во время атаки, – заметил Джакерамафан. – Возможно, этот элемент вроде наших щеночков, которые даже думать еще не умеют… – А интеллектом не уступает стае, – мрачно закончила Древорезчица. – Если они не умней нас, тогда есть шанс научиться работе с их устройствами. Каким бы могуществом ни обладали они, в конце концов мы достигнем того же. Но если этот элемент – лишь часть сверхстаи? Мгновение никто не говорил. Члены Совета втихомолку размышляли. Если чужаки сбиваются в сверхстаи, а их посланник погибнет… тогда спасения убийцам не будет. – Итак, прежде всего мы должны спасти и выходить это создание, затем подружиться с ним и установить его истинную природу. – Головы королевы поникли, и она словно бы потеряла себя, а может, попросту притомилась. Внезапно несколько морд качнулись в сторону камергера. – Перенеси его ко мне в покои. Проныра удивленно уставился на королеву. – Но это недопустимо, ваше величество! Мы уже убедились, что оно настроено враждебно. Кроме того, ему требуется медицинская помощь. Древорезчица усмехнулась, и голос ее стал шелковым. Странник помнил этот тон по прежним встречам. – Ты забыл, что я владею хирургией? А ты не забыл, случаем, что я… Древорезчица? Проныра облизал губы, покосился на членов Совета и быстро ответил: – Нет, ваше величество. Как вам будет угодно. Странник повеселел. Похоже, Древорезчица здесь все еще хозяйка.
Разговор Странника и Древорезчицы. Странник и Древорезчица встречаются в его жилище, чтобы обсудить состояние раненой Двуногой и последствия произошедших событий. В ходе беседы Древорезчица признается в своем упадке, выражая горечь от того, как время и ошибки прошлого изменили ее и разрушили ее искусство. Странник утешает ее, предлагая принять грядущие перемены в мире как возможность для обновления. Разговор заканчивается тем, что Странник входит в сознание Древорезчицы, и они объединяют свои мысли.
Когда на следующий день явилась Древорезчица, Странник сидел спинами вплотную на ступеньках своего жилища. Она пришла без эскорта, в простых зеленых куртках, которые он запомнил по прошлому разу. Он не спустился ей навстречу и не припал к земле. Мгновение она холодно смотрела на него, потом села всего в нескольких ярдах. – Как там Двуногая? – поинтересовался он. – Я извлекла стрелу и заштопала рану. Думаю, она выживет. Мои советники довольны: существо это не проявляет разумности. Отбивалось даже связанным, словно понятия не имеет о хирургии… Как твоя голова? – Всё в порядке, пока не двигаюсь. – Остальная часть его, а именно Шрам, лежала за порогом в темноте покоев. – Думаю, мембрана быстро заживает. Через пару дней буду как новенький. – Отлично. Поврежденная мембрана означала повреждение в рассудке, необходимость найти нового элемента и боль от расставания с синглетом, которого некуда приткнуть. – Я помню тебя, пилигрим. Все элементы твои изменились, но ты такой же Странник, каким был. Ты такие потрясающие истории рассказывал. Мне нравится, что ты вернулся. – А я был рад встрече с великим Древорезчиком. Поэтому и возвратился. Она сухо скосила морду: – Ты хотел сказать, с великим Древорезчиком прошлого, а не с той развалиной, какой стала я ныне? Он пожал плечами: – А что случилось? Она ответила не сразу. Какое-то время они сидели, глядя на город. День выдался облачный, моросило. С канала дул свежий бриз, покусывая глаза и губы. Древорезчица поежилась и распушила мех. Наконец ответила: – Я влачу груз этой души шесть сотен лет – это считая по передним когтям. Думаю, понятно, что со мной случилось. – Искажение никогда прежде не касалось тебя. А Странник прежде не бывал столь прям, но что-то в облике собеседницы спровоцировало его на откровенность. – О да, обычная инцестая деградирует до моего состояния за пару столетий, а идиоткой становится задолго до него. Мои методы куда отточенней. Я знал[9], кого с кем свести, каких щенят отобрать и как распихать остальных. Плоть сберегала воспоминания, а душа оставалась чиста. Но я что-то упустил – или, может, пытался добиться невозможного. Выбор становился все более трудным, пока не свелся к выбору между физическими и умственными дефектами. – Она утерла слюну, и все, кроме слепца, оглянулись на город. – Ты знаешь, сейчас тут лучшие дни лета. Жизнь расцветает и зеленеет, точно безумная, торопясь выжать все тепло до крохи в преддверии зимы. – И вправду, казалось, что зелень пробилась повсюду, где только могла: перистолистники вниз по склону и в городе, папоротники на всех ближних холмах, вереск на серых верхушках гор по ту сторону канала. – Люблю я это место. Он и не ожидал, что придется утешать Древорезчицу, владычицу древорезчиков. – Ты сотворила здесь подлинное чудо. Слухи о нем достигли моих ушей на другом конце света. Готов побиться об заклад, половина здешних стай – твои родственники. – Да-да, мой успех превзошел все мечты безумствующих распутников. У меня не было недостатка в партнершах, хотя щенков я использовать не мог. Иногда мне кажется, что отпрыски мои – суть величайший мой эксперимент. Так, Щепетильник и Проныра в основном из них и состоят… а также Шкуродер. Ух ты! Странник впервые об этом услышал. – В последние несколько десятилетий я более или менее примирился со своей судьбой. Я признал, что не сумею вечность перехитрить и вскоре душа моя обретет свободу. Я все чаще и чаще позволял Совету принимать решения за меня. Как мог я заявлять права на домен, которым фактически больше не управляю? Я вернулся к занятиям искусствами… ты видел эти монохромные мозаики. – О да, они прекрасны! – Скоро я покажу тебе другие свои картины. Техника скрупулезная, но почти не требует участия сознания. Отличное дело для последних лет моей души. Но теперь вы с чужой все изменили. Проклятье! О, случись это столетием раньше… Чего бы я только не сделал! Ты знаешь, мы тут уже успели повозиться с картиночным ящиком. Там рисунки более тонкой работы, чем все в нашем мире. Немного похожи на мои мозаики, как свет солнца подобен сиянию светлячка… Каждая картинка из миллионов цветных точек, и плиточки так малы, что без гляделок Грамотея не увидишь. Я истратил годы, создавая несколько дюжин мозаик. В картиночном ящике же их бессчетные тысячи, и они меняются так быстро, что создается иллюзия движения. О, твои чужаки уподобили труд всей моей жизни следам когтей новорожденного щеночка на стенках конуры. Королева древорезчиков тихо плакала, но в голосе ее прорезалась ярость. – И теперь весь мир изменится, но слишком поздно для такой развалины, как я! Почти бессознательным движением Странник выдвинул одного своего элемента к Древорезчице. Нерешительно подвел того ближе: восемь ярдов, пять. Мысли загудели в интерференции, но он слышал, что королева успокаивается. Она слабо усмехнулась: – Спасибо. Странно, что ты мне сочувствуешь. Величайшая трудность моей жизни – для пилигрима смехотворный пустяк. – Тебе стало больно. Он не нашел больше что сказать. – Но вы, странники, меняетесь, меняетесь и меняетесь… – Она подвинулась к нему одним элементом, да так, что почти коснулась, и думать стало еще тяжелее. Странник медленно, концентрируя внимание на каждом слове и крепко держа нити разговора, ответил: – У меня тоже есть некое подобие души. Части меня, которые остаются пилигримом, должны обладать специфическим взглядом на жизнь. – Великое озарение часто постигает в пылу битвы или телесной близости. Как и сейчас. – И… и я думаю, душа самого мира изменится теперь, когда с небес упала Двуногая. Разве не лучшее это время, Древорезчица, чтоб отбросить старое? Она усмехнулась, помехи стали громче, но так было даже приятно. – Я… не… смотрела на это под таким углом. Да, настало время перемен. Странник вошел внутрь ее стаи. Двое постояли так мгновение, обвившись шеями, сплавляя мысли в сладком хаосе. Последнее, что оба помнили четко, так это бег вверх по лестнице, в его жилище.
Изучение картиночного ящика. Древорезчица приносит в лабораторию картиночный ящик, который она обнаружила у Странника. Вместе с Щепетильником, Пронырой и Грамотеем Джакерамафаном она начинает изучать устройство, которое реагирует на прикосновения и звуки, создавая сложные визуальные образы. Герои обнаруживают, что ящик предлагает им варианты выбора, подобно ветвям дерева или лабиринту, и в ходе экспериментов видят изображения чужацких городов и звезд. В финале герои осознают, что устройство систематически обучает их языку двуногих, демонстрируя последовательности символов и звуков.
Позднее в тот же день Древорезчица принесла картиночный ящик в лабораторию Щепетильника. Когда она явилась, Щепетильник и Проныра уже ожидали ее. И Грамотей Джакерамафан, хотя он стоял дальше, чем того требовала вежливость. Ее визит явно застал их в какой-то размолвке. Несколькими днями раньше грызня бы ее опечалила. Не так теперь… Она втянула увечного элемента в комнату, глянула на остальных глазами слюнявого идиота и улыбнулась. Древорезчица долгие годы так хорошо себя не чувствовала. Она приняла решение и приступила к действиям. Впереди новые приключения! Завидев королеву, Грамотей повеселел: – Вы были у Странника? Как он там? – Он в порядке, в порядке, в по-о-олном по-о-р-рядке. – Тэ-экс, не надо им показывать, насколько он в порядке! – То есть, я имею в виду, он вскоре полностью поправится. – Ваше величество! Я так благодарен вам и вашим лекарям! Викврэкшрам – добрая стая, он… э-э… я… даже пилигрим, хочу я сказать, не меняет элементов ежедневно, точно куртки. Древорезчица рассеянно дернула мордой в знак согласия. Прошествовала на середину комнаты, опустила на столик картиночную коробку чужой. Устройство выглядело совсем как большая розовая подушка с забавными откидными ушами и рисунком животного на наволочке. Поиграв с ней дня полтора, Древорезчица приспособилась лихо открывать ее. Как всегда, возникло лицо Двуногой и произвело ротовой шум. Как всегда, Древорезчица восхитилась при виде движущейся мозаики. Чтобы создать такую иллюзию, коробка должна была синхронно перемещать миллион цветных «плиточек». И делала это безошибочно, раз за разом. Она развернула экран к Проныре и Щепетильнику, пускай тоже полюбуются. Джакерамафан приблизился к ним и вытянул пару голов посмотреть. – Вы по-прежнему считаете ящик живым существом? – спросил он у Проныры. – Думаете, что он выдаст нам свои тайны в обмен на вкусненькое? Древорезчица улыбнулась про себя. Грамотей не пилигрим; пилигримы слишком зависят от воли властей предержащих и не рискуют тех подкалывать. Проныра проигнорировал Грамотея и посмотрел всеми глазами на королеву. – Ваше величество, пожалуйста, не гневайтесь на меня. Я… мы, члены Совета, должны снова спросить вас… Этот картиночный ящик слишком важен, чтобы доверять его пастям одной стаи, даже вашей, во всем вашем величии. Пожалуйста. Позвольте нам охранять его, по крайней мере на время вашего сна. – Я не гневаюсь. Если настаиваешь, можешь участвовать в моих экспериментах. Но не более того. – Она невинным взглядом окинула камергера. Проныра – подлинный мастер шпионажа, посредственный администратор и никудышный ученый. Век назад она бы его отрядила надзирать за посевами, если бы согласился. Но век назад нужды в шпионаже не было, а на все дела хватало усилий одного администратора. Времена изменились. Она с отсутствующим видом потыкала мордами в ящик. Наверное, все снова изменится. Щепетильник принял вопрос Грамотея всерьез. – Я вижу три возможности, сударь. Первая: волшебство. – (Проныра недовольно отвернулся.) – Действительно, ящик выходит за рамки нашего понимания, и ничто не мешает приписать ему магические свойства. Но госпожа наша Древорезчица сочтет это ересью, засим я такую возможность куртуазно обойду. – Он послал Древорезчице мимолетную сардоническую усмешку. – Вторая: это живое существо. Несколько членов Совета высказались за эту версию, когда Грамотей впервые заставил его заговорить. Но выглядит оно совсем как взбитая подушка, не считая этой забавной картинки, что вышита на одной его стороне. Более того, отклик его на раздражители демонстрирует превосходную повторяемость. Это кажется мне знакомым. Так ведут себя механизмы. – Такова третья возможность? – уточнил Грамотей. – Но механизм не обходится без движущихся частей, а если не считать… Древорезчица махнула ему хвостом. Щепетильник часами мог распинаться, а Грамотей, по всему видно, того же помета. – Я так скажу: изучим его подробнее, а потом уже рассудим. Она постучала по уголку ящика, в точности копируя движения Грамотея при первоначальной демонстрации. Лицо чужой стерлось, сменившись головокружительным цветовым узором. Что-то булькнуло, а затем осталось только гудение на средних тонах, которое ящик неизменно издавал в открытом виде. Они знали, что ящик умеет издавать низкие звуки и чувствует прикосновения к прямоугольной площадке у основания. Сама эта площадка была чем-то вроде экрана с картинками: различные постукивания придавали сетке воспринимающих точек новые и новые формы. Когда они в первый раз стали с ней возиться, ящик отказался реагировать на дальнейшие команды. Проныра запаниковал, уверенный, что маленький чужак погиб. Потом ящик закрыли, открыли снова, и первоначальное поведение восстановилось. Древорезчица была почти уверена, что не в их власти испортить ящик прикосновением или словами. Древорезчица испытала в обычном порядке уже выученные сигналы. Результаты потрясали – и никак не менялись. Но отклонись от последовательности, и результаты тоже изменятся. Она не вполне согласилась бы с утверждением Щепетильника, что поведение ящика повторяется, как у механизмов, ведь такое разнообразие откликов характерно скорей для живых существ. За спинами королевы Щепетильник и Грамотей выдвинули вперед нескольких элементов и залезли им на спины, вытянув головы, чтобы видеть происходящее на экране. Помехи от их мыслей становились все громче. Древорезчица насилу припомнила, что собиралась предпринять дальше. Наконец шум стал невыносим. – Да отойдите же вы, оба! Я своих-то мыслей не слышу. Это вам не хор, знаете ли. – Извините… Так лучше? – Они отошли футов на пятнадцать. Древорезчица кивнула. Два элемента были друг от друга менее чем в двадцати футах. Да уж, Щепетильнику и Грамотею неподдельно интересен экран. Проныра держался на почтительном расстоянии и вид имел заинтересованный, но тревожный. – У меня есть идея, – сказал Грамотей сбивчиво – ему мешали мысли Щепетильника. – Когда вы касаетесь квадрата четыре-три и говорите… – он без труда воспроизвел звуки чужого языка, – то экран показывает набор картинок. Они, кажется, соответствуют квадратам. Думаю… думаю, нам предлагают выбрать из нескольких вариантов. Гм. – Получается, ящик решил нас обучать? – Если это механизм, то нам нужны новые определения машин. – Отлично… поиграем с ним. Прошло три часа. Под конец даже Проныра подвинулся к экрану одним элементом, отчего в комнате чуть не воцарилось состояние мыслехаоса. Все шумно думали и выдвигали предположения: скажите вот это, нажмите вот сюда, когда оно в прошлый раз так ответило, мы сделали вот так, а потом… Ящик показывал замысловатые цветные узоры, перемежавшиеся чем-то похожим на фразы письменного языка. Маленькие двуногие фигуры сновали по экрану, перемещали символы, развертывали новые окошки. Идея Грамотея Джакерамафана оказалась совершенно верной. Первые картинки представляли варианты выбора. Некоторые вели дальше, к новым картинкам с новыми вариантами. Опции множились… Как ветки дерева, сказал Грамотей. Не совсем точное сравнение – иногда исследователей выбрасывало в исходную точку, так что процесс больше напоминал петляние по метафорическому лабиринту улиц. Четырежды они попадали в тупик, и тогда приходилось закрывать ящик и начинать все сначала. Проныра как безумный чертил дорожные карты. Они помогли отыскать те места, которые нужно было увидеть снова. Но даже сам Проныра понимал, что в ящике множество иных путей, которые недоступны в режиме слепого поиска. А Древорезчица бы солидную часть души продала за те картинки, что уже видела. Там были звезды, луны, сиявшие синим и зеленым или окольцованные оранжевым. Были движущиеся картинки чужацких городов с тысячами чужаков на улицах, так близко, что те в буквальном смысле соприкасались. Если чужаки сбиваются в стаи, то стаи эти крупнее всех в мире, даже тропических… Впрочем, вопрос бессмысленный: города превосходили всякое воображение. Наконец Джакерамафан отвалился от ящика и собрался вместе, благоговейно выдохнув: – Т-там целая вселенная. Мы можем бродить по ней вечность и не узнать… Она глянула на двух других приближенных. Проныра утратил привычную спесь; губы его были сплошь в чернильных пятнах. Лавки для черчения рядом с ним покрыты дюжинами набросков, некоторые четче прочих. Бросив когтестило, он перевел дух. – Я предложил бы принять это как данность и продолжать изучение. – Он начал собирать свои наброски и перевязывать в стопку. – Завтра отоспимся, и с ясными головами… Щепетильник отступил и растянулся по комнате; восхищенные глаза его покраснели по краям. – Хорошо. Но, дружище Проныра, наброски я попрошу оставить. – С этими словами он сгреб рисунки. – Вот этот и этот, видишь? Ясно, что мы там тыкались вслепую, как щенки, и получили много бессмысленных результатов. Иногда картиночный ящик просто заводил нас в тупик, но куда чаще мы видели вот такую картинку: пара чужаков танцует в лесу, издавая ритмичные звуки. Если теперь сказать… – он воспроизвел часть фразы, – то получим картинку с кучами палочек. В первой одна, во второй две и так далее. Древорезчица тоже это увидела. – Да. Фигура указывает на каждую и издает короткий звук. – Королева со Щепетильником уставились друг на друга, глаза их победно засверкали. Восторг от понимания, от обретения порядка в казавшемся беспредельным хаосе. Она уже двести лет себя так не чувствовала. – Чем бы эта штуковина ни была… она пытается учить нас языку двуногих.
Технологии чужаков и амбиции Стального. На фоне изучения иномирных артефактов и технологий в лабораториях Стальной Владыка осознает масштаб угрозы и потенциал захвата власти с помощью технологий чужаков. Параллельно с этим в плену у Когтей девочка Йоханна пытается найти информацию о брате, в то время как сам Джефри в замке находит поддержку у щенков с общим сознанием. Стальной манипулирует скорбящим богомолом Амдиранифани, используя его знания для управления кораблем и изучения иномирных устройств. Взаимодействие между Джефри и Амди раскрывает их стремление восстановить связь с домом и изучить человеческие привычки. В итоге Стальной планирует масштабную стратегию по подчинению врагов и экспансии к звездам, используя полученные данные о «дальнеговорителях». Группа завершает путь к Холму Звездолета, где герои пытаются освоить управление сложными механизмами корабля.
Подробный пересказ
Размышления Йоханны в плену. Йоханна Ольсндот находится в плену у примитивных, но опасных собакообразных существ, которых она называет Когтями. Девочка живет в хижине с садом, где она размышляет о гибели родителей, судьбе брата Джефри и планирует месть своим captors. Во время прогулки к ней приближается стая существ, которая, благодаря украденному даннику, пытается имитировать человеческую речь через детскую программу обучения. Йоханна решает вступить в диалог с ними, чтобы изучить их поведение и, возможно, узнать что-то о судьбе брата.
За следующие дни Йоханне Ольсндот выпало вдоволь времени для раздумий. Боль в груди и плече понемногу унималась; если двигаться осторожно, то в плече лишь саднило и пульсировало. Они вытащили стрелу и зашили рану. Когда ее связали, девочка уже опасалась наихудшего. На лапах стальные когти, в пастях ножи… Потом они стали ее резать. Она и не представляла, что бывает такая боль. От воспоминаний об агонии ее до сих пор трясло. Но в кошмарах эти минуты не возвращались. В отличие от других минут – мгновений гибели мамы с папой. Она воочию видела их смерть. А Джефри? Джефри мог выжить. Порой Йоханна целый день проводила в надежде. Она видела и горящие гибернаторы на земле рядом с кораблем… но дети внутри могли уцелеть. Потом вспоминала, как нападавшие без разбору жгли и рубили всех подряд, все живое вокруг судна… Она в плену. Пока что убийцы обращались с ней неплохо. Стража не вооружена, если не считать когтей и зубов, и держится поодаль, когда может. Они понимали, что девочка может сделать им больно. Они засунули ее в большую темную будку. Оставаясь в одиночестве, она мерила шагами помещение. Собакообразные – те еще варвары. Хирургические операции без анестезии они, вероятно, даже не считают пытками. Она не заметила никаких признаков электричества или летательных аппаратов. Вместо туалета – щель в мраморной плите, такая глубокая, что едва слышен плеск на дне. Оттуда все равно воняло. Существа эти вели такой же примитивный образ жизни, как люди в самые темные века Нюйоры. Технологии у них, кажется, никогда и не было, или же они ее начисто позабыли. При этой мысли Йоханна усмехнулась. Мама любила романы про аварии кораблей и приключения отважных героинь в затерянных мирах. Главное в такой ситуации – воссоздать технологию и починить звездолет. Мама… была… столь увлечена историей науки, что книжки читала именно ради таких подробностей. И Йоханна попала в такой же переплет. С важными отличиями: она мечтала не только о спасении, но и о мести. В этих тварях нет ничего человеческого, никого похожего на них в романах она не припоминала. Она бы поискала в своем даннике, но звери его утащили. Ха-ха, пускай поиграются. Быстро попадутся в капканы и окажутся в тупике. Сначала ее согревали только одеяла. Потом ей выдали одежду, скроенную по образцу ее скафандра, но из меховых лоскутков. Теплую и прочную, сшитую аккуратней, чем можно было ожидать. Девочка могла теперь прогуливаться снаружи. Сад за ее хижиной – лучшее, что было в этой дыре. Он был квадратной формы, со сторонами примерно по сто метров, и разбит на склоне холма. Здесь росло множество цветов и деревьев с длинными, словно перистыми листьями. Выложенные плиткой дорожки вились среди мха и дерна. Вообще-то, довольно мирное местечко, немного напоминавшее задний двор их дома на Страуме. Участок был огражден, но с высокого уголка удавалось заглянуть поверх стен. Стены прихотливо изгибались, кое-где Йоханна могла разглядеть их с другой стороны. Окна-бойницы смотрелись ожившими картинками с урока истории: через эти щелки можно было пускать стрелы или пули, не опасаясь, что в тебя попадут. Йоханна полюбила сидеть в закатную пору там, где аромат перистых листьев был особенно силен, и смотреть на залив поверх низкого участка стены. Она все еще толком не понимала, что именно видит. Да, там была гавань, а лес мачт напоминал ей о морских кораблях на Страуме. Улицы в городе широкие, но петляют из стороны в сторону, а дома стоят вкривь и вкось. Кое-где виднелись настоящие каменные лабиринты, но сверху был виден выход оттуда. Была и другая стена – высокая, уходившая вдаль, насколько хватало глаз. Холмы за ней кое-где покрыты снегом, вершины их были из серого камня. По городу бегали собакообразные. Наблюдая за одиночными экземплярами, их легко было принять за собак, правда, крысомордых и змеешеих. Но с определенного расстояния открывалась все же истинная природа. Они всегда двигались небольшими группами, не больше шести особей. В пределах стаи они соприкасались и действовали слаженно и изящно. Ни разу одна стая не подходила к другой ближе чем на десять метров. Издалека, откуда наблюдала Йоханна, члены стаи сливались воедино… легко было вообразить, как чудовище с множеством лап и голов осторожно пробирается по улицам, стараясь не приближаться к другим монстрам. Вывод стал очевиден: у них по одному разуму на стаю. И разум этот исполнен такого зла, что даже близости себе подобных не выносит. На пятый раз прогулка по саду получилась самой приятной, и она ощутила нечто близкое к радости. Цветы выбрасывали в воздух покрытые пушком семена. Заходящее солнце озаряло тысячи их, плывущих на слабом ветру, точно цукатинки в незримом сиропе. Йоханна представила, как бы себя повел Джефри: сначала сделал бы вид, что жутко взрослый, потом стал бы переминаться с ноги на ногу, подпрыгивать, а в конце концов сломя голову рванул бы по склону, пытаясь загрести побольше летающих пушинок и оглашая округу смехом… – Привет, мой свет, – произнес детский голос совсем рядом. – Ты как? Йоханна подскочила от неожиданности, так, что швы на ране едва не разошлись. Конечно, это всего лишь стая. Они – оно? – и вырезали из нее тогда стрелу. Вшивая компашка. Пятеро припали к земле, готовясь в случае чего свалить по-быстрому. Вид у них был такой же удивленный, как и у самой девочки. – Привет, мой свет, ты как? – снова прозвучал голос. Похоже на запись, но исходил он от одного из собакообразных: тот каким-то образом синтезировал звук гудящими проплешинами на плечах, ляжках и голове. Йоханна и раньше видела таких зверей, вроде говорящих попугайчиков. Но слова казались почти осмысленными. Голос был не ее, но она его уже где-то слышала. Уперев руки в боки, она смерила стаю взглядом. Двое уставились прямо на нее, остальные жадно наблюдали за происходящим. Одна собака нервно лизала лапу. Две позади – те, что унесли ее данник! Внезапно она вспомнила, откуда этот голосок. И поняла, какого ответа они ждут. – Я в порядке, – сказала она, – спасибо зарядке. А ты? У собак глаза полезли на лбы, и выглядело это забавно. – Всё отлично, как обычно! Оттарабанив заученное, стая издала булькающий вопль. Вниз по склону ей кто-то ответил. Там была еще одна стая, пряталась в кустарнике. Она знала, что, пока остается первая, та из кустов не вылезет. Значит, Когти – она их называла про себя этим именем, за когти на передних лапах, которые никогда не забудет, – действительно возились с Розовым Слоником, но в капканы не попались. Они сообразительней Джефри будут! Ясно, что в конце концов их выбросило в детский режим – программу обучения речи. Стоило догадаться. Получая идиотские ответы, данник модифицировал свое поведение, спускаясь поочередно в режим для маленьких и, если это не срабатывало, в совсем уж ползунковый, для детишек, которые даже самношка не знают. При небольшой помощи Йоханны стаи овладеют ее языком. А ей это надо? Стая подвинулась немного ближе: за девочкой постоянно наблюдали не меньше двух элементов. Готовности к атаке они не проявляли. Ближний упал на брюхо и поглядел на нее. Он казался милым и безвредным, если не считать когтей. – Меня зовут… – Короткое бульканье с обертонами, отдавшимися в голове Йоханны жужжанием. – А тебя как? Йоханна знала, что это всего лишь часть языкового сценария. Существо ни бельмеса не смыслит в том, что произносит. Это «меня зовут <…> а тебя как?» повторяли раз за разом детишки в программе. Растение бы и то выучило. Но у Когтей отменное произношение… – Йоханна, – ответила она. – Зьёханна, – повторила стая голосом Йоханны, но переврала. – Йоханна, – поправила Йоханна. Имя Когтя она даже не пыталась воспроизвести. – Привет, Йоханна! Давай поиграем в имена! Это тоже сценарная реплика, сдобренная идиотским энтузиазмом. Йоханна села на землю. Конечно, знание самношка даст Когтям власть над ней. Но только обучая их, она могла чему-то научиться сама. Узнать что-нибудь про Джефри. А если Джефри они тоже убили? Ну что же, все равно стоит их изучить, чтобы расквитаться по полной.
Маскарад Тиратект и планы Стального. На Тайном Острове Шкуродера Тиратект ведет двойную игру, притворяясь самим Шкуродером перед испуганной стражей, чтобы скрывать свою истинную личность. Она наблюдает за строительством новой крепости Стальным Владыкой, который стремится к власти, но испытывает глубокий страх перед наследием Шкуродера и угрозой со стороны пришельцев. Тиратект осознает, что её маскарад временен, и планирует уничтожить Движение Шкуродера, если ей удастся подорвать рискованный план Стального. В то же время Стальной размышляет над необходимостью устранить Шкуродера до того, как тот соберет все свои фрагменты, понимая, что ставки в этой игре могут привести к уничтожению всего мира.
У древорезчиков и затем, несколькими сутками позже, на Тайном Острове Шкуродера кончался длинный полярный день лета. Сперва появились легкие сумерки близ полуночи, но даже самые высокие холмы еще отбрасывали тень. Затем часы темноты стали увеличиваться. День бился с ночью, и ночь побеждала. Перистая листва в низких долинах окрашивалась в осенние цвета. Глядя днем на фьорд, можно было заметить по нижним склонам холмов оранжево-красные пятна; выше вересковая зелень незаметно сливалась с лишайниковой серостью и темными обнаженными скалами. Снежные же пятна ждали своего часа, и до него оставалось недолго. И каждый день на закате, сдвигая время своей прогулки на несколько минут, Тиратект обходила бастионы внешней крепостной стены Шкуродерова замка. Прогулка в три мили. На нижних стенах дежурили линейные стаи, а наверху – лишь несколько круговых дозорных. Стоило ей приблизиться, стаи с военной выправкой отходили в сторону. Впрочем, дело тут было не в одной лишь выправке: она замечала страх в их глазах. Трудно к этому привыкнуть. Насколько хватало памяти – двадцать лет, – Тиратект жила в страхе перед другими, стыдясь и влача груз вины, стремясь найти себе того, за кем можно следовать. Теперь все стало наоборот. Не то чтобы улучшилось. Она ведь понимала, какому злу продала душу. Она знала, отчего стража так ее боится. Они считали ее Шкуродером. Разумеется, себе она подобных заблуждений не позволяла. Жизнь ее в безопасности лишь до тех пор, пока не раскроется обман. Тиратект тяжко трудилась, подавляя свойственную ей тихую застенчивость. Не единожды с момента прибытия на Тайный Остров она ловила себя на предательском поползновении опустить, по старой привычке, головы и сомкнуть глаза. Вместо этого Тиратект старалась смотреть на окружающих взглядом Шкуродера. Бастионы обходила без шума, с видом таким же зловещим, как некогда Шкуродер. Свой – его – домен оглядывала тем же тяжким взором, как прежде: все головы устремлены вперед и вздернуты, словно видят нечто недоступное скудным умам подданных. Ни за что не должны они догадаться о подлинной причине прогулок: временами смена дня и ночи тут очень напоминала ей Республику. Она почти представляла себя снова дома, еще до Движения, до резни в Парламентской Чаше, до того, как ей перерезали глотки и повенчали обрубки Шкуродера с ошметками ее души. В золотых и охряных полях за каменными стенами она видела крестьян: те корпели над урожаем, гнали стада. Шкуродер правил землями далеко за пределами видимости, но провизию никогда не ввозил. Запасы зерна и мяса на складах все были заготовлены в двухдневной досягаемости от проливов. Стратегический замысел ясен, но сейчас это лишь милое вечернее зрелище: навевает воспоминания о доме и школе. Солнце склонилось в сторону, к горам; на поля легли длинные тени. Замок Шкуродера стал похож на остров среди моря теней. Тиратект чуяла морозец в воздухе. Вечером снова появится иней, но завтра с утра этот ложный снег исчезнет уже через час после восхода. Плотнее запахнув длинные куртки, она переместилась к восточной обзорной площадке. По ту сторону протоки вершина одного холма все еще озарена солнцем. Там сел корабль чужаков. Там он и остался, но теперь – в ограде из камня и дерева, которую Стальной начал возводить сразу после посадки. В каменоломнях на северной оконечности Тайного Острова работа кипела живее, чем при Шкуродере. Баржи, груженные камнем, постоянно курсировали между островом и материком. И даже сейчас, когда день сократился, строительство не прекращалось. Его Воззвания и более рутинные проверки суровей и дотошней, чем в пору Шкуродера. Стальной Владыка – убийца, нет, хуже: манипулятор. Однако с момента высадки чужаков Тиратект чуяла в нем смертельный ужас. И к тому были поводы. Даже понимая, что народ, которого так боится Стальной, способен в конечном счете истребить их всех, Тиратект втайне желала чужакам победы. Стальной и его шкуродерники атаковали звездостаю без предупреждения, движимые скорей алчностью, чем страхом. Они убили десятки пришельцев. В некотором смысле это хуже, чем то, что сотворили с нею самой. Тиратект пошла за Шкуродером по собственной воле. Друзья ее предупреждали. О Шкуродере ходили дурные слухи, и не все из них были правительственной пропагандой. Но ей так хотелось за кем-то пойти, отдать себя во имя Чего-то Большего… Ну что ж, ее использовали. Буквально, как инструмент. Тем не менее она бы могла этого избежать, а у стаи со звезд такого выбора не было: Стальной обошелся с нею как мясник. Значит, теперь Стального понукает страх. За первые три дня он покрыл летающий дом крышей, и внезапно на вершине холма возникло дурацкое подобие крестьянской фермы. Через некоторое время корабль чужаков скроется за каменными стенами. В итоге новая крепость может и превзойти размерами Замок на Тайном Острове. Стальной понимал, что, если кара за злодейство его не настигнет, быть ему самой могущественной стаей в мире. Именно поэтому Тиратект оставалась здесь и продолжала маскарад. Вечно он длиться не может, рано или поздно на Тайный Остров прибудут остальные фрагменты. Тиратект уничтожат, и Шкуродер оживет полностью. А может, она и до этого момента не дотянет. Два ее элемента от Шкуродера. Хозяин просчитался, думая, что двое пересилят тройку. Вместо этого сознание тройки обогатилось талантами двойки. Она помнила почти все, что случалось с великим Шкуродером, знала все его хитрости и пути измен. Два этих элемента наделили ее прежде невиданной интенсивностью восприятия. Тиратект рассмеялась про себя: в каком-то смысле она обрела то, что по наивности надеялась найти в Движении. Великий Шкуродер совершил именно ту ошибку, какую в гордыне своей полагал немыслимой. Пока двое под контролем, у нее шанс. Полностью бодрствуя, она не испытывала особых трудностей. Думала о себе как о ней, помнила жизнь в Республике четче, нежели переживания Шкуродера. Во сне все менялось, ее мучили кошмары. Воспоминания о пытках неожиданно наливались сладостью. Секс во сне должен успокаивать; для нее же он становился битвой. Она просыпалась избитая, изрезанная, точно отбивалась от насильника. Если эти двое вырвутся на свободу, если сочтут себя им… Дело нескольких секунд – разоблачить маскарад, чуть большего времени – убить тройку и принять в эту управляемую стаю остальные элементы Шкуродера. Но она оставалась здесь. Стальной намерен использовать чужаков и звездолет, чтобы распространить кошмар Шкуродера на всю планету. План рискованный и уязвимый со всех сторон. Если получится как-то подорвать его и уничтожить проклятое Движение Шкуродера, Тиратект это сделает. С другой стороны замка лишь западную башню еще озаряло солнце. Морды не показывались в окнах-бойницах, но явно смотрели оттуда: Стальной наблюдал за Фрагментом Шкуродера, за Шкуродером в Ожидании, как тот предпочел себя титуловать. Тот прогуливался по бастионам. Фрагменту ныне подчинялись все командиры стражи. Фактически они оказывали ему тот же почет, что и полному Шкуродеру. В некотором смысле Шкуродер создал их всех, и неудивительно, что в присутствии Хозяина их охватывает такой трепет. Даже Стального. Формируя его стаю, Шкуродер заставлял нарождающегося Стального покушаться на себя; каждый раз, когда Стальной терпел неудачу, самых слабых его элементов подвергали пыткам. Стальной понимал, что вбитое тогда чувство завязло в нем, и боролся с ним. Как ни крути, рассуждал он, Фрагмент Шкуродера в куда большей опасности: противостоя страху, Стальной может попросту не рассчитать сил и поступить жестче, нежели нужно. Рано или поздно Стальному следует решиться. Если не убить его сейчас, пока остальные фрагменты добираются до Тайного Острова, то Шкуродер соберется вместе. Двух элементов хватает, чтобы контролировать Стального, а вся шестерка легко уничтожит его власть. Хочет ли он смерти Хозяина? А если да, то существует ли безопасный способ… Разум Стального перебирал варианты, а глаза наблюдали за стаей в черных одеждах. Стальной привык играть по-крупному. Он рожден для крупной игры. Страх, смерть, победа – составляющие его жизни. Но никогда прежде ставки не были столь высоки. Шкуродер почти обратил в свою веру крупнейшую нацию континента, мечтал править миром… Стальной Владыка посмотрел через протоку на холм, где рос новый замок. В нынешней его игре завоевание мира станет тривиальным следствием победы, а уничтожение мира – вероятным следствием проигрыша.
Визит Стального на корабль. Стальной проникает внутрь захваченного летающего корабля чужаков, преодолевая жар и жуткую акустику помещений. Внутри он обнаруживает ряды гробов, в которых находятся живые, но находящиеся в состоянии глубокого анабиоза «щенки» богомолов. Герой осознает, что корабль служил транспортным средством для размножения и выращивания новой популяции врагов. Стальной приходит к выводу, что победа была случайной, и осознает масштаб потенциальной угрозы, которую несет в себе прибывающая стаia чужаков.
Стальной вскоре после нападения наведался внутрь летающего корабля. Почва вокруг звездолета все еще исходила паром и с каждым часом, казалось, нагревалась все больше. Крестьяне с материка судачили о демонах, проснувшихся под землей; от советников Стального поступали идеи немногим умнее. Белокурточникам приходилось обматывать тканью сапоги, чтобы подойти ближе. Стальной проигнорировал струи пара, с презрением отверг сапоги и прошелся под изогнутым корпусом. Снизу эта штука более или менее походила на обычный корабль, если не считать выдвижных стоек. Почти у центра виднелось что-то вроде сиськи, и расплавленная земля под этой сиськой булькала. Ряды сгоревших гробов выстроились вверх по склону. Несколько тел изъяли для вскрытия. В первые часы советники фонтанировали безумными теориями: предполагали, скажем, что богомолы – бегущие от битвы воины и явились похоронить своих мертвецов… И никто не осмелился толком сунуться внутрь. Серая лестница была из какого-то материала прочнее стали и легче перышка. Но это именно лестница, пускай даже ступеньки слишком высоки для обычного элемента. Стальной полез наверх, оставив внизу Шрека с присными. Сунул одну морду в люк и тут же отдернулся. Акустика внутри была жуткая. Теперь он по достоинству оценил жалобы белокурточников. Как чужаки это вообще выносят? Один за другим он пролез в отверстие. Эхо отзывалось воплями, хуже, чем от голого кварца. Стальной принудил себя успокоиться, как часто делал в присутствии Хозяина. Эхо стало тише, но сохранялось впечатление, что в помещении носится ревущая орда. Даже лучшие белокурточники не выдерживали тут дольше пяти минут. При этой мысли Стальной выпрямился. Дисциплина! Молчание не всегда значит покорность; охотиться тоже можно молча. Он оглянулся, не обращая внимания на ворчливые шепотки мыслей. Голубоватые полосы поперек потолка изливали свет. Привыкнув к нему, Стальной увидел то, что уже описывали гонцы: внутри две комнаты, а не одна. Он стоял в более просторной (на складе?). Через люк в дальней стене можно было попасть во вторую. Стены без стыков, сходятся под углами, отличными от внешних углов корпуса: возможно, там потайные пространства. По комнате гулял ветерок, но было куда теплее, чем снаружи. Еще никогда Стальной не бывал в месте, исполненном такого зла, такой мощи. Конечно, это акустический трюк. Если повесят звукопоглотители, установят боковые отражатели, такое чувство исчезнет. Но… В комнате стояли гробы, которые пощадил пожар. Место провоняло телесным запахом чужаков. В темных углах завелась плесень. Это до некоторой степени успокаивало: чужаки дышат и потеют, как все живые существа, и при всем могуществе не в состоянии держать берлогу в чистоте. Стальной прошелся вдоль гробов, установленных на рельсовых стойках. Тут, вероятно, было тесно, пока чужаки не вывезли часть гробов наружу. Неповрежденные гробы являли собою шедевры искусства. Из щелей по сторонам каждого гроба шел теплый воздух. Стальной понюхал: запах сложный, немного тошнотворный, но это явно не запах смерти. И пропитавший все запах пота богомолов исходил тоже не отсюда. В каждом гробу сверху имелось окошко. Какая честь для останков одного элемента! Стальной прыгнул на один из них и посмотрел вниз. Труп превосходно сохранился; в синем свете он казался замороженным. Склонив вторую голову над краем ящика, Стальной получил двойное изображение существа внутри. Оно было куда меньших размеров, чем те двое, убитые при атаке. Даже меньше, чем пленник. Некоторые советники Стального полагали, что это щенки, быть может, даже новорожденные. Предположение имело смысл: пленник ни разу не издавал мыслей. Отчасти принуждая себя, Стальной еще долго глядел мертвому чужаку в плоское нездешнее лицо. Собственные мысли отдавались непрестанным болезненным эхом, пожирали самообладание, вопили, приказывая уйти. Ничего, пусть поболит. Он и горшее вынес, а стаи снаружи должны знать, что Стальной крепче любой из них. Подчинив себе боль, можно прийти к интересным прозрениям… А потом пускай отлепят задницы от земли, зашторят комнаты и изучат содержимое. Стальной смотрел в лицо чужака почти без мысли. Крики, отдававшиеся от стен, немного утихли. Какое оно уродливое. Как они вообще едят? Он уже осмотрел обугленные тела снаружи, отметил маленькие челюсти и зубы, деформированные без видимой закономерности. Прошло несколько минут; шум и уродство сливались воедино, как во сне. И тут кошмар вырвал Стального из транса: лицо шевелилось. Изменение было незначительное, а происходило медленно, очень медленно. Но, следя за лицом несколько минут, перемену можно было заметить. Стальной свалился с гроба, и стены отразили жуткий вопль. Несколько секунд ему казалось, что звук его убьет. Потом он немного собрался с мыслями и затих. Снова подкрался к ящику. Уставился всеми глазами в кристаллическую глубину, застыл в ожидании, как стая на охоте… Перемена происходила регулярно. Чужак в ящике дышал, но в пятьдесят раз медленней нормального элемента. Он переместился к другому ящику и понаблюдал за существом внутри. Да, все они каким-то образом продолжают жить. Ящики просто замедляют их жизнь. Совершенно ошалевший, он поднял взгляд от ящиков. Значит, фонившее в комнате зло было не просто звуковой иллюзией, но абсолютной правдой. Чужаки-богомолы сели вдали от тропиков, занятых коллективами; вероятно, они приняли приполярный северо-запад за дикую глушь. Явились на корабле, набитом сотнями богомольих щенков. Эти ящики – вроде личиночьих коконов: стая приземляется, растит щенят вдали от цивилизации… У Стального шерсть встала дыбом. Если бы стая богомолов не растерялась, если бы войска Стального действовали менее агрессивно… Настал бы конец света. Стальной поплелся к наружному люку, и страхи его все громче отражались от стен. Ему пришлось остановиться на миг в орущей от ужаса тьме. Спускаясь по лестнице, он уже двигался осторожно, тщательно оправив куртки. Вскоре приближенным станет известно об опасности, но страха они в нем не увидят. Он легкой поступью пересек дымящий торфяник, вышел из-под корпуса. Не удержался от быстрого взгляда на небо. Один корабль, одна стая чужаков. Ей просто не повезло напороться на Движение. И даже в такой ситуации победа была во многом случайной. А сколько еще село кораблей, сколько еще сядет? Успеет ли он чему-то научиться у своей победы?
Визит в лаборатории и отчеты. Стальной возвращается в свое «орлиное гнездо» в замке, размышляя о природе угрозы со стороны корабля и ценности полученной информации. Получив от Шрека свежий доклад о плененных чужаках, он осознает, что враг стал для него полезным инструментом в изучении новых технологий. Стальной посещает лабораторное крыло замка, где в изоляционных ямах элементы лишаются рассудка для создания послушных стай. Особое внимание он уделяет Шреку — идеальному послушному существу, ради создания подобных экземпляров которого он готов на любые жертвы.
Стальной вернулся мыслями в настоящее, в свое орлиное гнездо на стенах замка. Первый визит на корабль, много десятидневок назад. Корабль оставался источником угрозы, но теперь Стальной лучше понимал ее природу и, как это обычно бывает с большими опасностями, видел грандиозные перспективы. Шкуродер в Ожидании скользил по крепостному валу в сгущавшихся сумерках. Стальной следил за стаей: вот она прошла под факелами и элемент за элементом спустилась по лестнице. От Хозяина в этом фрагменте жуть как много: он первым из всех понял много важного о высадке чужаков. Стальной обвел прощальным взглядом темнеющие холмы, развернулся и начал спуск по спиральной лестнице. Лестница была крутая и сильно изогнутая: обзорная площадка располагалась на вершине сорокафутовой башни. В ширину пролет едва достигал пятнадцати дюймов, потолок нависал в тридцати дюймах над ступеньками. Со всех сторон давил холодный камень, так близко, что эхо не мешало мыслить, но и так близко, что приходилось растягивать разум в длинную цепочку. Подъем по винтовой лестнице требовал искривленной напряженной позы, которая делала врага легкой добычей для защитников орлиного гнезда. Такова уж военная архитектура. Стальной считал подъем в тесноте и мраке приятным упражнением. Лестница выходила в общедоступный коридор десяти футов шириной, с ответвлениями каждые пятьдесят футов. Там его ждали Шрек и стражник. – Поступило свежее донесение от древорезчиков, – сообщил Шрек, протягивая листы шелковой бумаги. В свое время казалось страшным ударом, что другого чужака упустили к древорезчикам. Постепенно Стальной понял, что это поражение можно обернуть в победу. У него были агенты среди древорезчиков. Сперва он хотел было убить второго чужака – дело несложное. Но поступавшая на север информация его заинтересовала. У древорезчиков попадаются очень сообразительные стаи, они высказывали идеи, до которых Стальной с Хозяином, сиречь фрагментом Хозяина, сами не додумались бы. Таким образом, в стане древорезчиков фактически появилась запасная лаборатория Стального по изучению чужаков, и враги Движения служили ему не хуже любого другого инструмента. Ирония ситуации подкупала. – Отлично, Шрек. Отнеси в мою берлогу. Я скоро буду. Стальной жестом велел белокурточникам отойти в боковой коридор, те тут же рыскнули туда. Сам пошел дальше. Денек выдался напряженный, надо будет вознаградить себя чтением доклада за напитками. Пока же – другие дела, другие приятности. Хозяин приступил к постройке Замка на Тайном Острове более века назад, но Замок все еще рос. В самой старой его части, где обычный правитель разместил бы темницы, находились первые лаборатории Шкуродера. Многие, в том числе подопытные, все же приняли бы их за темницы. Стальной осматривал лабораторное крыло не реже раза в десятидневку. В данный момент он обходил нижние уровни. От света факелов стражника в разные стороны разбегались сверчки. Воняло гниющим мясом. Лапы Стального скользили там, где каменный пол покрывала слизь. В полу с определенными интервалами были устроены зарешеченные ямы. Каждая вмещала одного элемента, если плотно прижать лапы к телу. Каждая была плотно запечатана крышкой с небольшими отверстиями для воздуха. Среднестатистический элемент терял рассудок после трех дней такой изоляции. Получившееся в результате «сырье» применяли для построения стай с чистым разумом. Как правило, интеллектом они недалеко отстояли от растений, но Движению этого было достаточно. А иногда из ям выходили выдающиеся экземпляры. Скажем, Шрек. Шрек Бесцветный, как его называли некоторые. Шрек Бесстрастный. Стая, живущая вне боли и желаний. Шрек обладал верностью заводного механизма из плоти и крови. Гением он не был, однако Стальной с готовностью отдал бы восточную провинцию за еще пятерых таких. Соблазн повторения успеха заставлял Стального вновь и вновь заселять изоляторные ямы. Большую часть стаеошметков после атаки на чужаков он переработал именно так.
Осмотр лабораторий и экспериментов. Стальной осматривает лаборатории Тайного Острова, где Шкуродер проводит эксперименты по созданию новых форм мыслепоз и сверхстай. В ходе инспекции Стальной оценивает успехи Шкуродера и свои собственные секретные проекты по созданию существ с узкими сверхспособностями из новорожденных щенкостай. Особое внимание он уделяет эксперименту «Амдиранифани», в котором группа щенков обучается языку чужаков и взаимодействует с плененным богомолом. Стальной осознает колоссальный потенциал этого пленника как оружия и ключа к пониманию технологий пришельцев, решив использовать его для достижения мирового господства.
Стальной поднялся уровнем выше, где содержались наиболее интересные образцы. Мир следил за событиями на Тайном Острове с затаенным ужасом. Многие прослышали о нижних уровнях. Немногие, однако, понимали, сколь невелик вклад этих подопытных в науку Движения. Для тщательного анализа души требуется нечто большее, нежели препараторские скамьи, окруженные кровожадными потрошителями. В мире издавна бытовали великие вопросы, тревожа умы стай тысячи лет напролет. Как мы думаем? Почему мы верим? Почему одна стая гениальна, а другая – тупа? До Шкуродера философы убивали время в бессчетных спорах, не приближаясь к истине ни на шаг. Даже Древорезчик топтался вокруг, не осмеливаясь отклониться от традиционной этики. Шкуродер же решительно взялся за поиск ответов. В этих лабораториях допросу подвергали саму природу. Стальной шел через палату шириной около ста футов. Потолок поддерживали десятки каменных колонн. С каждой стороны высились темные разделительные щиты из аспидного сланца, водруженные на колесиках. Пещеру можно было полностью заблокировать или превратить в лабиринт любой сложности. Шкуродер экспериментировал со всевозможными мыслепозами. Долгие века, минувшие до него, лишь немногие позы считались эффективными: инстинктивная (головами вместе), кольцевая стража, различные рабочие позы. Шкуродер перебирал их дюжинами: звезды, двойные кольца, решетки. Большей частью они оказывались бесполезны и лишь вносили путаницу. В позе звезды один элемент слышал всех других, а остальные могли слышать только его. Фактически вся мысль транслировалась через элемента-концентратора. Он мог вообще не вносить никакого разумного вклада, но любые искажения нескорректированными проходили дальше. В результате возникал пьяный бред… Этот эксперимент, разумеется, был предан огласке. Но по крайней мере один – все еще засекреченный – работал на диво хорошо. Шкуродер расставил восемь стай на временных платформах, отсек их друг от друга сланцевыми ширмами, затем установил связь между элементами одной стаи и аналогами их в трех соседних. В каком-то смысле он создал стаю восьми стай. Стальной продолжал этот эксперимент. Если коннекторы были достаточно хорошо совместимы (а именно тут и крылась загвоздка), получалось существо куда умнее кольцевого стражника. Во многих отношениях не лучше обычной стаи головами вместе, но бывало, что его озаряли потрясающие идеи. Перед отбытием в Длинноозерье Хозяин вынашивал планы перестроить главный зал Замка так, чтобы заседания Совета протекали в этой позе. Стальной воздержался от такого шага, сочтя его излишне рискованным. Власть Стального над другими была не так прочна, как у Шкуродера. Не важно. Были и другие проекты, куда значимей. В комнатах впереди билось подлинное сердце Движения. Душа самого Стального родилась тут; все великие творения Шкуродера пришли в мир именно здесь. Последние пять лет Стальной соблюдал традицию… и улучшал ее. Он спустился по коридору, соединявшему отдельные лаборатории. На каждой двери имелся инкрустированный золотом номер. У каждой двери он останавливался, отворял ее и частично проходил внутрь. Подчиненные оставляли там отчеты о проделанной за десятидневку работе. Стальной быстро пробегал глазами каждый из них и выставлял нос на балкон, посмотреть лично, как идет эксперимент. Балконы были хорошо мыслеизолированы и затенены, позволяя наблюдать из укрытия. Единственная слабость Шкуродера, как считал Стальной, заключалась в навязчивом стремлении сотворить сверхстаю. Хозяин до того исполнился самоуверенности, что возмыслил применить к собственной душе любой успех такого рода. Стальной подобных иллюзий не питал. Общеизвестно, что ученики, дети стаераскола, приемыши, да кто угодно, превосходят своих учителей. Сам Стальной являл превосходное тому подтверждение, хотя Хозяину это пока не было известно. Стальной решил создать существ, обладающих только одной определенной сверхспособностью, а в остальных аспектах – недоразвитых, слабых. В отсутствие Хозяина он начал серию экспериментов. Работал Стальной с чистого листа, определяя линии наследования независимо от элементного состава. Его агенты покупали или воровали щенят, обладавших нужным потенциалом. В отличие от Шкуродера, который предпочитал, подобно природе, вливать щенят в уже существующие стаи, Стальной работал с полностью новорожденными стаями – щенкостаями, лишенными памяти или фрагментов души. Стальной с самого начала обладал над ними полной властью. Разумеется, смертность среди таких конструктов была очень высока. Щенят приходилось забирать от кормилиц, прежде чем они успели бы присоседиться к сознаниям взрослых. Получавшуюся стаю обучали исключительно на звуковом и письменном языках. Вся поступавшая в нее информация контролировалась. Стальной остановился у двери с номером 33: эксперимент по имени Амдиранифани. Математическое совершенство. Не единственная, но, без сомнения, самая успешная его попытка в этой области. Агенты Стального обшаривали Движение в поисках стай, наделенных талантом к абстрактному мышлению. Они заходили и дальше: самый знаменитый математик мира обитал в Длинноозерной Республике. Стая готовилась к расколу; у нее были несколько щенков от себя и математически одаренного любовника. Стальной похитил этих щенят. Они так удачно сочетались с другими его находками, что он принял решение сконструировать восьмерку. Если все сработает, как задумано, интеллектом эта стая превзойдет все создания природы. Стальной велел стражнику отвести факелы. Открыв тридцать третью дверь, он мягко скользнул одним элементом на край балкона. Посмотрел вниз, тщательно приглушая фон передней мембраны элемента. Солнечный свет угасал, но видны были сбившиеся вместе щенки. Они прижались к новому приятелю. То был богомол. Счастливая случайность – вот как бы это стоило назвать. Нежданная награда, выпавшая исследователю после кропотливых трудов. Он столкнулся с двумя проблемами. Первая нарастала уже год: Амдиранифани медленно угасал, его элементы впадали в обычный аутизм полностью новорожденных стай. Вторая: пленный чужак. Невероятная угроза, предельная тайна, колоссальная возможность. Как наладить общение с ним? Если этого не получится сделать, возможности манипулировать чужаком будут крайне ограниченны. И вот прихоть слепого случая в лице бесталанного прислужника одним махом решила обе проблемы. Приспособившись к темноте, Стальной увидел под грудой щенячьих тел чужака. Впервые услышав, что существо поместили в эксперимент, Стальной пришел в дикую ярость и немедленно отправил нерадивого слугу на переработку. Но шли дни, а эксперимент Амдиранифани выказывал большую живость, чем за всю предыдущую жизнь. Быстро стало ясно, что богомолы не живут стаями: это поняли после вскрытия чужацких трупов и наблюдения за выжившим пленником. У Стального оказался полный чужак. Чужак шевельнулся во сне, издав низкий горловой звук. Никаких иных звуков издавать он не умел. Щенкостая сместилась в новую позу. Щенки тоже спали, смутно о чем-то размышляя. Нижний их мыслеспектр представлял собой идеальную имитацию речи чужака… и в этом Стальному повезло больше всего. Эксперимент Амдиранифани освоил язык чужаков. Новорожденной стае этот язык представлялся всего лишь формой межстайного, а друг-богомол был щенкам явно интересней, чем слонявшиеся по балконам учителя. Фрагмент Шкуродера приписывал это телесному контакту, утверждая, что щенкостая подсознательно тянется к чужаку, словно к суррогатному родителю, пусть тот и безмыслен. Впрочем, не важно. Стальной перегнулся через перила другим элементом. Он стоял тихо, не думая про себя напрямую. В воздухе чуть заметно пахло щенками и по́том богомола. Эти двое – величайшее сокровище Движения, ключ к выживанию и великим достижениям. К этому моменту Стальной уже понял, что корабль чужаков не был частью флота вторжения. Пришельцы скорей походили на беженцев, собиравшихся второпях. Ниоткуда не поступало вестей о высадке новых стай, хотя шпионы Движения много где рыскали. Победа над чужаками тогда висела на волоске. Одним своим орудием богомолы уничтожили почти целый полк. В умелых челюстях такое оружие повергнет армии. Он не сомневался, что на корабле остались еще машины для убийства и некоторые из них работоспособны. «Жди и наблюдай, – посоветовал себе Стальной. – Позволь Амдиранифани обнаружить для тебя рычаги управления этим чужаком. Наградой станет весь мир».
Жизнь Джефри в комнате. Джефри Ольсндот оказался в просторной комнате, где он завел дружбу с восьмеркой щенков, обладающих общим сознанием и способностью имитировать человеческую речь. Мальчик быстро привык к их компании, научился взаимодействовать с ними и вместе с ними начал рисовать на специальной доске. Несмотря на одиночество и разлуку с семьей, Джефри нашел в щенках поддержку и надежду на то, что они помогут ему отыскать родных. Теперь он готовится к полноценному общению со стаей, чтобы использовать их помощь в своих поисках.
О забавных вещах мама говорила, что «это смешнее полной бочки щенков». У Джефри Ольсндота никогда раньше не водилось более одного домашнего любимца, и лишь однажды это был песик. Но теперь он понимал, что́ мама имела в виду. С самого первого дня, даже будучи страшно уставшим и напуганным, он не уставал восхищаться восьмеркой щенят. А те – мальчиком. Они лезли на него, тянули за одежду, расстегивали обувь, сидели на коленях или просто носились кругом. Трое или четверо все время смотрели на него. Глаза у щенят были розовые или карие и для таких головенок казались очень крупными. С первого дня щенки имитировали его голос. Получалось у них лучше, чем у страумлианских певчих птичек: что бы он ни сказал, щенки подхватывали фразу эхом или воспроизводили позднее. Когда он плакал, некоторые песики тоже хныкали и ластились к нему. Были тут и другие собаки, крупные: эти носили одежду и приходили через двери высоко в стенах. Потом спускали пищу, временами издавая странные шумные звуки. Еда на вкус была мерзкая, на плач Джефри собаки не реагировали, даже передразнивать не пытались. Минуло два дня, затем неделя. Джефри успел обследовать всю комнату. В общем-то, темницей ее называть нельзя: слишком просторная. Да и не позволяют узникам заводить любимцев. Он сообразил, что мир этот совсем дикий, расположен не на Просторе и, наверное, даже к Сети не подключен. Если мамы, папы или Йоханны нет рядом, то, наверное, собак даже некому научить самношку! Придется, видимо, самому Джефри Ольсндоту взяться за это дело, если он хочет отыскать родных. Теперь, стоило белокурточникам появиться на угловых балконах, Джефри принимался выкрикивать вопросы. Толку от этого было мало. Даже пес в одежде с красными полосками не отвечал. Зато откликались щенки! Они повторяли крики Джефри, иногда в точности, иногда – перемежая маловразумительными звуками. Джефри вскоре понял, что у щенков общее сознание. Бегая вокруг него, они всегда отсылали кого-нибудь посидеть в сторонке; грациозные шейки их выгибались туда-сюда – и те, кто носился, кажется, знали, что видят другие. За спиной спрятать ничего не удавалось: что замечал один щенок, сразу видели и все остальные. Он сперва подумал, что щенята общаются в диапазоне звука, который он не воспринимает, но все оказалось сложнее. Он наблюдал, как щенки стягивают с него обувь или чертят картинку – головы, пасти и лапы демонстрировали потрясающую координацию, как пальцы на человеческой руке (Джефри, конечно, не думал такими словами). Через несколько дней он стал воспринимать щенят как слитное существо, как своего друга. Одновременно мальчик заметил, что щенки стали комбинировать услышанные от него слова, порою в новых значениях. – Ты меня играть. – Фраза казалась бездумным набором слов, но произносилась обычно, когда щенята затевали развеселую игру с предметами мебели. – Ты мне рисовать. – По периметру всей комнаты в метре от пола тянулась рисовальная доска. Джефри в жизни не видел более грубого дисплея: доска была грязная, неоткалиброванная, стирала информацию не до конца, а сохранять вовсе не умела. Но Джефри устройство нравилось. Лицо и руки мальчика, как и губы большинства щенков, постоянно были перепачканы мелом. Они рисовали друг друга и сами себя. Щенки, в отличие от Джефри, рисовали неточно: собаки на их рисунках были крупноголовые, большелапые, с телами, словно слепленными вместе. Когда стая рисовала Джефри, руки тоже получались большими, а каждый палец – тщательно прочерченным. Джефри потерял семью, но взамен обрел стаю Щенков. День за днем солнечный кругослед карабкался выше по стенам. Теперь в комнате порою становилось темно. Не меньше одного раза в сутки поговорить со Щенками приходили другие стаи. Один из немногих поводов отвлечься от Джефри. Щенки садились под балконами, что-то высвистывали и пищали взрослым. Как в школьном классе! Потом ему спускали свитки, чтоб он их посмотрел, и забирали уже исчерченные. Джефри на уроках сидел тихо и слушал. Ерзал, конечно, однако на учителей больше не кричал. Еще немного, и со Щенками получится заговорить по-настоящему. Еще немного, и Щенки помогут ему отыскать маму, папу и Йоханну.
Разговор Стального и Амдиранифани. Стальной использует манипуляцию через ложь, чтобы установить контроль над чужаком Джефри, который находится в глубокой депрессии из-за гибели семьи. С помощью переводчика Амдиранифани Стальной пытается убедить скорбящего богомола помочь им в управлении кораблем и защите от империи древорезчиков. В ходе разговора выясняется, что Джефри обладает знаниями о пробуждении других детей и использовании корабельного ультраволновика для вызова подмоги. Несмотря на внутренние сомнения и наблюдение Фрагмента Шкуродера, Стальной решает обсудить эти возможности с Джефри.
Бывает, что ужас и боль – не лучшие учителя; обман же, когда срабатывает, оказывается самым эффективным и дешевым средством манипуляции. Как только Амдиранифани в совершенстве освоил язык богомолов, Стальной велел рассказать чужаку про обстоятельства «трагической гибели» родителей и однопометницы Джефри. Фрагмент Шкуродера возражал, но Стальной хотел установить быстрый и неоспоримый контроль. Теперь казалось, что Фрагмент Шкуродера все же был прав: надо было, что ли, хоть оставить чужака в надежде на выживание однопометницы. Стальной грустно взирал на экспериментальную стаю Амдиранифани. – Как мы можем ему помочь? Молодая стая доверчиво смотрела на него в ответ. – Джефри так страдает из-за гибели родителей и сестры. – Амдиранифани часто употреблял ненужные богомольские слова, например сестра вместо однопометница. – Он мало ест. Не хочет играть. Мне тоже очень грустно. Стальной следил за дальним балконом. Там стоял Фрагмент Шкуродера. Не прятался, но отвернул почти все морды от свечей. Пока что проницательность Фрагмента потрясала, а взгляд сейчас был почти как в старые времена, когда ошибка каралась увечьем или чем-то похуже. Ну и ладно. Ставки выше, чем прежде, и если подступающий к горлам Стального страх обострит мышление, это только к лучшему. Он отвернулся от балкона и придал всем мордам выражение сочувствия горю бедного Джефри. – Ты просто сделай так, чтобы оно – то есть он… понял. Никто не властен вернуть к жизни его родителей или сестру. Но мы знаем, кто их погубил. Мы делаем все, что в наших силах, чтобы защитить его от них. Дай ему понять, как это сложно. У древорезчиков многовековая империя. В открытом бою у нас мало шансов. Поэтому мы нуждаемся в его помощи. Надо, чтобы он научил нас пользоваться кораблем своих родителей. Щенкостая понурила голову. – Да, я попытаюсь, но… – Три элемента рядом с Джефри издали низкое ворчание. Богомол сидел, опустив голову и прижав к глазам свои щупальцелапы. Создание поникло духом уже несколько дней назад, все глубже замыкаясь в себе. Теперь богомол яростно затряс головой, издавая резкие звуки несколько выше тоном, чем обычно. – Джефри говорит, что не понимает, как работает корабль. Он всего лишь маленький… – стая не нашла эквивалента, – он правда очень молодой. Ну, как я. Вы понимаете. Стальной понимающе кивнул. Очевидное, но оттого не менее странное следствие синглетной природы чужаков. Каждый вынужден начинать щенком, с нуля. Каждый подобен щенкостайным экспериментам Стального. Родительское знание передается эквивалентом межстайной речи. В таких условиях легко околпачить, но сейчас эта особенность доставляла крайнее неудобство. – Но хоть что-то он может нам объяснить? Богомол снова заворчал. Стальному подумалось, что надо бы освоить этот язык: звуки совсем простые. Достойные жалости существа эти вынуждены общаться через пасти, словно птицы или лесные слизняки. Сейчас же он полностью зависит от Амдиранифани. Пока что это не страшно: щенкостая ему доверяет. Тоже, надо сказать, удача. В нескольких своих экспериментах недавнего времени Стальной попытался развить чистую любовь там, где Шкуродер сочетал ее со страхом; вероятность, что любовь окажется эффективнее, была невелика, но, к великому счастью, именно из этой контрольной группы вышел Амдиранифани. Даже его инструкторы избегали отрицательной стимуляции. Стая поверит всему, что он скажет… как и богомол, смел надеяться Стальной. Амдиранифани перевел: – Есть еще кое-что, он меня уже спрашивал. Джефри знает, как пробудить остальных детей… – в переводе буквально звучало как «остальные щенкостаи», – на корабле. Вы удивлены, о Стальной Владыка? Хотя кошмары о чудовищно смышленых богомолах перестали его мучить, Стальной бы не обрадовался, примись вокруг шнырять еще сто чужаков. – Я и не знал, что их так легко разбудить… Но сейчас этого делать нельзя. Мы и для одного Джефри с трудом добываем пищу. – И то правда: создание оказалось крайне привередливо. – Едва ли мы сможем прокормить еще нескольких. Снова ворчание и резкие крики Джефри. Потом: – И еще кое-что, господин мой. Джефри полагает, что корабельный ультраволновик можно приспособить для вызова подмоги. Тогда прилетят другие, вроде его родителей. Из тени высунулся Фрагмент Шкуродера. Парой голов он смотрел на богомола, остальными задумчиво разглядывал Стального. Стальной не отреагировал; хладнокровие он умел хранить лучше любой растянутой стаи. – Об этом стоит поразмыслить. Вероятно, нам с Джефри и тобой надо обсудить это поподробнее. Мне бы не хотелось возиться на корабле, рискуя что-нибудь там испортить. Слабая отговорка. Стальной заметил, как продолжавший наблюдать Фрагмент насмешливо дернул мордой. Амдиранифани переводил синхронно, и Джефри ответил тут же. – Ой, не надо беспокоиться. Он имеет в виду особый вызов. Джефри говорит, что обычный-то сигнал корабль… передает с момента посадки. Сам по себе. И тут Стальной задумался, а приходилось ли ему хоть раз слышать смертельную угрозу, высказанную с такой же невинной непосредственностью.
Прогулки Амди и Джефри. Амди и Джефри начинают проводить время на улице в замковом дворе, где они играют в салки и исследуют снег. Мальчик Джефри учит Амди человеческим привычкам, а Амди в свою очередь изучает мир через призму своих знаний и общения с другом. Во время совместных прогулок герои наблюдают за полярным сиянием и обсуждают устройство человеческих технологий и устройство мира. В ходе разговора они делятся переживаниями о своих семьях и планируют починить радиоустройства, чтобы однажды связаться с домом.
Теперь Джефри с Амди выпускали наружу погулять. Прежде Амди нервничал, когда ему доводилось выходить. Он не привык носить одежду. Всю свою жизнь – четыре года – он провел в одной большой комнате. Он читал про мир снаружи и интересовался им, но и немного боялся его. Человеческий же мальчик, казалось, стремился туда. Каждый день он все глубже уходил в себя, хотя плакать стал меньше. Он тосковал по родителям и сестре, но иногда принимался плакать оттого, что его держат взаперти. Поэтому Амди поговорил со Стальным Господином, и тогда их стали выпускать наружу почти ежедневно, хотя бы во внутренний дворик. Сперва Джефри просто сидел, не оглядываясь вокруг. Но Амди обнаружил, что ему самому нравится гулять, и каждый раз затягивал игру с другом еще ненамного. Стаи учителей и стражников стояли по углам двора на желтеющем мху и наблюдали. Амди – и в конце концов Джефри – получал удовольствие, поддразнивая их. В комнате, куда гости попадали по балконам, это не было особенно заметно, а сейчас стало ясно, что взрослые побаиваются Джефри. Мальчик был раза в полтора выше обычного элемента, стоящего на всех лапах. Стоило ему приблизиться, как обычная стая сбивалась в кучу и пятилась. Они не привыкли смотреть на кого-то снизу вверх. Амди думал, что это очень глупо с их стороны. Джефри такой высокий и худой – того и гляди опрокинется. А когда бежит, то похоже, что все время пытается удержаться от падения, и получается у него это плохо. Поэтому в первые дни Амди очень нравилось играть в салки. Когда ему приходилось догонять, он старался оттеснить Джефри к белокурточникам, у которых был самый надутый вид. Если они с Джефри все делали правильно, в игре появлялся третий участник: Джефри убегал от Амди, а белокурточники бегали от них обоих. Иногда ему становилось жалко белокурточников и стражников. Такие все из себя серьезные и взрослые. Неужели не понимают, как это здорово, что у тебя есть друг, с которым можно идти совсем рядом, которого можно потрогать? Бо́льшую часть суток стояла ночь. На несколько часов около полудня становилось светлее, а сумерки на «рассвете» и «закате» затмевали звезды и полярное сияние, но еще не позволяли различать цвета. Амди всю жизнь прожил в помещении, но геометрические причины ситуации понимал и любил ловить момент перемены света. Джефри зимняя тьма совсем не нравилась, пока не выпал снег. Амди дали первую в жизни смену курток. Стальной Господин велел сшить для человеческого мальчика специальную одежду, из плотной ткани, которая облегала все тело и согревала лучше любой шерсти. На одной стороне замкового дворика снегу намело всего шесть дюймов, зато в других местах сугробы лежали выше голов Амди. В укрытые от ветра стенные ниши вставили факелы, и свет их пламени золотисто отражался на снегу. Амди читал про снег, но никогда раньше его не видел. Ему нравилось разбрасывать снег по куртке. Он мог глядеть и глядеть на снег, пытаясь различить отдельные снежинки и не растопить их дыханием. Шестиугольный мотив, едва различимый стайным зрением, зачаровывал его. Но в салки было уже не так прикольно играть: человек с легкостью пробирался сквозь сугробы, где Амди барахтался. И еще много всего интересного умел. Например, лепить из снега шары и швырять их. Стражникам это очень не нравилось, особенно когда Джефри угодил снежками в пару элементов. Амди впервые увидел стражу в гневе. Амди носился по открытой ветру стороне двора, уворачиваясь от снежков и досадуя. Какие классные штуковины эти человеческие руки! Как бы ему хотелось иметь пару – нет, четыре пары! Он сомкнул круг с трех сторон и побежал на человека. Джефри метнулся на слежавшийся наст, да поздно: Амди перехватил его и сверху, и снизу, опрокинув двуногого прямо в снег. Битва, конечно, вышла потешная: Амди брыкался и делал вид, что грызет Джефри ноги и руки. Амди победил, и человеку сполна воздалось за его снежки, когда щенкостая напихала ему снега за шиворот куртки. Иногда они просто сидели и смотрели в небо, так долго, что спины и лапы начинали замерзать. Самый высокий сугроб отрезал свет факелов из замка, и за ним был хорошо виден небосклон. Сперва Амди очаровало полярное сияние, да что там – некоторых его учителей тоже. Они говорили, что в этой области мира небесные сполохи наблюдать лучше всего. Иногда сияние так слабело, что даже отраженный снегом свет факелов мог его заглушить. Иногда полыхало от горизонта до горизонта: зеленые полотнища света с розовыми кромками колыхались, словно на легком ветру. Он уже почти свободно общался с Джефри, но всегда – на языке людей. Человеку звуки межстайного давались плохо, даже имя Амди в его произношении едва можно было узнать. А вот Амди самношк понимал очень хорошо: так забавно, у них двоих теперь есть свой тайный язык. Джефри полярное сияние не слишком впечатляло. – У нас дома такое часто бывает. Это просто свет от… Он произнес незнакомое слово и глянул на Амди. Прикольные существа эти люди: не умеют смотреть в нескольких направлениях, поэтому голова и глаза у человека все время дергаются. – …ну, ты знаешь, от мест, где люди делают всякие штуки. Думаю, газ и отходы оттуда вылетают, потом солнце их подсвечивает и… – снова непонятное слово. – Мест, где люди делают всякие штуки? – В небе? У Амди был глобус; он знал, какого размера мир и как ориентирован относительно солнца. Если полярное сияние создается отраженным солнечным светом, то оно в сотнях миль над землей! Амди прислонился к сбитой в подушку куртке мальчика и весьма правдоподобно присвистнул. В географии он разбирался хуже, чем в геометрии, но… – Джефри, стаи не умеют работать в небесах. У нас даже летающих лодок нету. – Ну да, верно, ты не… Не знаю, что это такое. Но мне не нравится. Звезд не видно. Амди знал про звезды: Джефри ему рассказал. Где-то на звездах друзья родителей Джефри. Джефри несколько минут молчал. В небо он больше не смотрел. Амди подвинулся ближе, глядя, как трепещут в небе изменчивые сполохи. За их спинами в желтом факельном свете высился заостренный ветром гребень сугроба. Амди пытался понять, о чем друг думает. – Коммы из твоей лодки действительно сгодятся, чтобы позвать на помощь? Джефри ударил ладонью по земле: – Нет! Я же тебе говорил. Это просто радио. Думаю, что заставлю их работать, а что толку? Ультраволновик на борту остался. Он слишком большой, чтобы его перетаскивать. Я не понимаю, почему Стальной Господин меня туда не пускает. Ты знаешь, мне уже восемь лет, я большой, я соображаю, как это работает… мама его настроила как раз перед тем… перед тем… – Он умолк, слова утонули в знакомом отчаянии. Амди приник мордой к плечу Джефри. У него была теория насчет того, почему Стальной Господин упрямится. Этого объяснения он Джефри прежде не предлагал. – Может, он опасается, что ты просто возьмешь и улетишь, а нас бросишь. – Да что за чушь! Я тебя ни за что не брошу. Кроме того, на этой лодке не так просто взлететь. Она не предназначена для посадки на планету. Джефри иногда говорил очень странные вещи; кое-что Амди понимал неверно, а иногда услышанное оказывалось правдой. Это что же получается – у людей есть корабли, которые не садятся на землю? А где же они тогда швартуются? Амди чувствовал, как в его уме складываются вместе новые фрагменты понимания. Географический глобус Стального Господина представлял не весь мир, а лишь очень, очень маленький уголок истинного мироздания. – Я понимаю, что не бросишь. И ты тоже должен понять, чего опасается Стальной Господин. Он даже поговорить с тобой сам не может, только через меня. Мы должны доказать ему, что он может тебе довериться. – Я догадываюсь. – Если мы заставим радиоустройства работать, они пригодятся. Я знаю, что мои учителя в них не разобрались. У Стального Господина одно такое есть, но и он вряд ли разобрался. – Угу. Если найдем другое и запустим… Тем вечером стражникам повезло: двое их подопечных вернулись под крышу на диво рано. Стражники не стали спрашивать, чему этим обязаны.
Размышления и планы Стального. Стальной находится в своей защищенной берлоге, где он анализирует полученные данные и планирует дальнейшие действия. Изучая отчеты о находках Древорезчицы и свойствах иномирных технологий, он осознает потенциал «дальнеговорителей» и возможность подчинения чужаков. Стальной формулирует амбициозную стратегию: использовать технологии звездолета и гениальность слуги Амдиранифани, чтобы манипулировать врагами и обеспечить господство своего народа среди звезд. В финале он решает отправить первое стратегическое сообщение на другие корабли, готовясь к масштабной игре по захвату власти.
Берлога Стального первоначально принадлежала Хозяину. Она значительно отличалась от приемных залов замка. Не впадая в хор, любую ее комнату могла занять только одна стая. Не то чтобы, впрочем, резиденция была тесной: комнат насчитывалось пять, помимо ванной. Но, кроме библиотеки, ни одна в длину не превосходила пятнадцати футов. Потолки низкие, меньше пяти футов высотой, а гостевых балконов не предусмотрено вовсе. Слуги всегда начеку в двух коридорах, граничивших с покоями. Обеденный покой, спальня и ванная снабжены особыми люками, через которые можно отдавать приказания, а также принимать яства и напитки или ароматические мази. Главный лаз охранялся снаружи тремя стаями стражи. Разумеется, Хозяин ни за что бы не занял берлогу с единственным выходом. Стальной обнаружил восемь потайных ходов, из них три – в спальных покоях. Открывались они только изнутри, а вели в лабиринт ходов, которым Шкуродер источил стены замка. Никто, даже сам Хозяин, не исходил лабиринта полностью. За годы без Шкуродера Стальной в этом лабиринте кое-что поменял, в том числе и ходы, ведущие из берлоги. Покои были почти неприступны. На случай падения замка в кладовых имелся полугодовой запас; воздух поступал через сеть каналов, почти такую же обширную, как лабиринт тайных ходов Хозяина. И тем не менее Стальной чувствовал себя тут лишь в относительной безопасности. Сохранялась вероятность, что в берлоге больше восьми потайных ходов, и среди них такой, что открывается снаружи. Конечно, хор тут исключался. И вообще где бы то ни было. Единственный внестайный секс, какой он себе позволял, так это с синглетами, и то в рамках экспериментов. Слишком опасно смешивать свою личность с чужими. После обеда Стальной перебрался в библиотеку и расслабился, устроившись за читальным столом. Два его элемента потягивали напиток, а еще один курил смесь южных трав. Наслаждение, но тоже по расчету: Стальной знал, какие именно вредные пристрастия и у каких элементов обострят его воображение до крайности. А в игре, которую он вел сейчас, воображение обладало ценностью не меньшей, чем обычный интеллект, и в этой мысли Стальной все более утверждался. Стол меж его элементами был завален картами, отчетами шпионов с юга, докладами внутренней тайной стражи. А посреди свитков шелковой бумаги, как слоновокостный слизняк в гнезде, свернулось чужацкое радио. С корабля таких принесли два. Стальной подцепил штуковину со стола, провел носом по ее гладкой, изогнутой с боков поверхности. Лишь изделия из самой дорогой древесины, используемой для музыкальных инструментов или обрядовых скульптур, могли соперничать красотою с этим предметом. А богомол утверждал, что эта штука может передавать речь на десятки миль со скоростью светового луча. Если так… Стальной задумался, сколько проигранных битв можно было бы выиграть, располагая таким устройством, и сколько новых завоевательных походов – успешно осуществить. А если научиться делать такие дальнеговорители самим… Агенты Движения, разбросанные по континенту, окажутся так же близки, как и солдаты за углом берлоги Стального. Никто в мире перед ними не устоит. Стальной развернул свежее донесение от древорезчиков. По многим направлениям те добились со своей самкой богомола бо́льших успехов, чем Стальной – со своим чужаком. Наверное, та была почти взрослой. Что еще важнее, при ней оказалась чудесная библиотека, которую можно было опрашивать, как живое существо. Таких данников имелось еще три. Белокурточники Стального нашли то, что от них осталось, на пепелище рядом с кораблем. Джефри полагал, что корабельные процессоры вроде данника, «только тупее» (лучшего перевода Амди не подобрал), но пока что эти процессоры бесполезны. Располагая же данником, некоторые советники Древорезчицы уже научились общаться с богомолкой. За день они узнавали об иномирской цивилизации больше, чем слуги Стального – за десять. Он усмехнулся. Даже не подозревают, что обо всех важных открытиях на Тайный Остров прилежно отсылаются отчеты… Пускай себе возятся со своей игрушкой и своим экземпляром богомола; кое-что из найденного ими от него ускользнуло бы. И тем не менее он сетовал на судьбу. Стальной полистал донесение. Отлично. Богомолка Древорезчицы пока не идет на контакт. Он ощутил, как улыбка переходит в смех: создание подобрало забавное имя для народа Стай. В отчете это слово было записано фонетически; не важно: в переводе оно означает «шипы» или «когти». Она, видимо, испытывала особенный страх перед боевыми когтенакладками, которые солдаты надевали на передние лапы. Стальной задумчиво облизал черный лак на собственных наманикюренных когтях. Любопытно. Когти могут вселять страх, но они также неотъемлемая часть личного образа. Стальные накладки – их механическое продолжение и потенциально ужасают еще сильнее. Он мог бы дать такое имя элитному подразделению убийц… но не всем Стаям. В конце концов, есть среди народа стай слабые, нищие, добрые, наивные… а есть и такие, как Стальной со Шкуродером. Тот факт, что существо сочло стальные когти характеризующей чертой стай, проливал любопытный свет на богомолью психологию. Стальной вылез из-за стола и стал разглядывать фреску на стенах библиотеки. Она представляла вид с замковых башен. За картиной стены были проложены узорами слюды, кварца и волокна; эхо давало некоторое представление о том, что можно увидеть, глядя с каменных стен в пустоту. Аудиовизуальные картины в Замке встречались редко, а эта была особенно тонкой работы. Стальной глядел на нее и чувствовал, как спадает напряжение. На миг он дал волю воображению. Когти. А мне нравится. Если такими их видят чужаки, значит это правильное имя для его расы. Жалкие его советнички, а иногда и сам Фрагмент Шкуродера, все еще побаивались корабля со звезд. Несомненно, в корабле том заключена мощь, превосходящая все на свете. Но, преодолев первый приступ паники, Стальной понял, что чужаки лишены сверхстайных способностей. Они просто продвинулись по лестнице прогресса – Древорезчица обожала рассуждать на такие темы – куда выше, чем наука мира стай. Да, в данный момент цивилизация чужаков неведома, а оттого страшит. Да, вполне возможно, что чужаки способны испепелить всю планету. Но чем больше Стальной наблюдал за своим чужаком, тем лучше осознавал врожденные недостатки этой расы. Какой странный выкидыш творения – раса разумных синглетов. Каждого приходится взращивать с нуля, словно полностью новорожденную стаю. Памятью делиться они умеют только через слова и письменность. Каждый чужак рос, старился и даже умирал как целое. Стальной непроизвольно содрогнулся при этой мысли. Первые страхи, первые неверные выводы он уже давно преодолел и отбросил. Больше тридцати дней он вынашивает планы, как подчинить себе весь мир с помощью этого звездолета. Богомол сказал, что корабль сигналит другим. У некоторых прислужников Стального недержание бы от испуга началось. Ну и что? Рано или поздно эти другие корабли прилетели бы. Править миром? Эта цель утратила практический смысл. Пора замахнуться выше, к целям, которые даже Хозяин не осмеливался ставить. Без своей техники богомолы хрупки и смертны. Их легко завоевать. Даже сами они, кажется, это понимают. Стальные Когти, так это существо нас называет. Да будет так. Настанет день, Когти пробегут меж звезд и станут ими править. Но до той поры жизнь наполнится множеством опасностей. Весь потенциал стаенарода может быть уничтожен одним ударом, будто новорожденный щенок. Выживание Движения, а с ним и мира, зависит от множества факторов: превосходства в интеллекте и воображении, дисциплины и коварства. К счастью, этими талантами Стальной был наделен в полной мере. Стальной размечтался в сонной дымке, в полумраке, разгоняемом лишь сиянием свечей. Интеллект, воображение, дисциплина, коварство. Если все сделать правильно, чужаков можно науськать на врагов Стального… и убедить, чтобы подставили ему глотки сами. Головокружительно смелая, почти безумная идея, но может сработать. Джефри утверждал, что умеет обращаться с сигнальным устройством корабля. Сам-то справится? Стальной сомневался. Чужака легко было дурачить, особо умным он не кажется. Другое дело – Амдиранифани. Он унаследовал все черты своих гениальных предков. А учителя вбили в него верность и готовность к самопожертвованию, пускай и… в игривой форме. Страх не отточил его повиновения. Ну и пусть. Исключительно полезный инструмент. Амдиранифани сумел понять Джефри, а чужацкие артефакты изучил, кажется, даже лучше самого богомола. Игра стоит свеч. Придется пустить парочку на борт звездолета. Они пошлют его сообщение вместо автоматического сигнала тревоги. А каким оно будет, это первое сообщение? Слово за словом рождалась в его воображении самая важная и самая опасная речь за всю историю стаенарода.
Эксперимент со связью. Мальчик Джефри и его спутник Амди обнаруживают в экспериментальном крыле устройство связи и решают разыграть Стального Господина, транслируя через него шутливые сообщения. Несмотря на временное раздражение, Стальной Господин соглашается отправить героев на материк, где они вместе с ним преодолевают долгий путь к Холму Звездолета. По прибытии герои входят в странное помещение на корабле, где Джефри, преодолев страх, пытается найти утешение в воспоминаниях о родителях и управлении устройством.
В трех сотнях ярдов оттуда, глубоко в экспериментальном крыле, мальчику и стае щенят привалила удача в виде незапертой двери и возможности повозиться с коммом Джефри. Телефон был не из самых простых. Предназначался он для полевой работы и больниц, для дистанционного управления устройствами и для обычной голосовой связи. Методом проб и ошибок двое постепенно сузили круг возможностей. Джефри Ольсндот ткнул пальцем в цифры, возникшие на одной из панелей устройства. – Думаю, мы тут соединились с каким-то приемником. Он нервно оглянулся на дверь. Что-то ему подсказывало: их присутствие тут нежелательно. – Тот же самый узор символов на радио, которое забрал себе Стальной Господин, – заметил Амди, не оглянувшись на дверь даже одной головой. – Ручаюсь, если его нажать, то все, что мы скажем, прозвучит из его радио. И он поймет, что мы ему пригодимся… Так что нам делать? Тройка Амди носилась по комнате с таким видом, будто им разговор абсолютно безразличен. Но Джефри уже знал, что у людей это соответствует задумчивому хмыканью и взгляду в пространство. И еще один жест был ему знаком – вот этот взгляд искоса, аналог расплывающейся по мордам озорной улыбки. – Надо его удивить. Он всегда такой серьезный… – Ага. Стальной Господин очень важничает. Как и все взрослые тут. Они ему напоминали старших сотрудников Высокой Лаборатории. Амди сгреб приемник и глянул на мальчика с видом «cмотри, что сейчас будет». Перещелкнул носом тумблер в положение голосовой связи и произнес в микрофон длинную напевную руладу. На межстайную речь это было не очень похоже. Одним элементом Амди переводил сказанное на ухо Джефри. Мальчик едва удержался от хохота. У себя в берлоге Стальной Владыка предавался размышлениям. Воображение его, подогретое травяной настойкой, уносилось на свободу, играя с бесчисленными возможностями. Он разлегся на глубоких бархатных диванах, в безопасном уюте логова. Немногочисленные свечи неярко освещали расписанные пейзажами стены, отражались от полированной мебели. Вот сейчас созреет история, которую надо будет рассказать чужакам… От стола донесся шум. Сперва негромкий, словно пришедший из видений. На низких тонах, но с обертонами в мыслительном диапазоне, подобными отголоскам чужого разума. Ощущение чужого присутствия нарастало. В мое логово кто-то проник! Эта мысль пронзила его, как смертоносный скальпель Шкуродера. Элементы Стального в панике задрыгали лапами, сбрасывая туман курева и выпивки. Из этого безумия родился голос. Искаженный, лишенный тонов нормальной речи. Дрожащий, визгливый. Он провыл: – Стальной Владыка! Привет тебе от Стаи Стай, Господа Всемогущего! Частью себя Стальной уже выскочил через главный люк, окинул дикими взглядами коридор. Там были вооруженные стражники. Это его немного успокоило; ледяными иголками кольнул стыд. Что за чушь? Он повернул морду в сторону чужацкого устройства на столе. Эхо доносилось отовсюду, но источником звука служил дальнеговоритель. Стайной речи он не передавал: только высокие отрывистые звуки, подобные бессмысленному чириканью в среднемысленном диапазоне. Стоп. Фоном, едва уловимый, слабый звук… да, ворчливый кашель. Так смеялся богомол. Стальной редко выходил из себя. Гнев должен служить инструментом, но не подчинять себе. Но, прислушавшись к этому смеху и вспомнив слова, Стальной почуял, как от элемента к элементу вздымается лютая ярость. Почти инстинктивно он рванулся назад и хватил лапой по комму. Тот немедленно замолчал. Он оглянулся на стражников, застывших в приемной по стойке «смирно». Мыслешум их был приглушен сдерживаемым страхом. Кто-то за это поплатится жизнью. На следующий день после успешного эксперимента с радио Стальной Господин вызвал Амди и Джефри к себе. Они его убедили. Их отвезут на материк! Джефри позволят вызвать подмогу! Стальной важничал еще сильнее обычного. Он прочел длинную лекцию о том, сколь важно получить помощь и отразить атаку древорезчиков. Казалось, что небольшая шалость Амди его не слишком разгневала. Джефри вздохнул с облегчением. Дома папа бы с него за такое шкуру спустил. «Наверное, Амди прав. Стальной Господин такой весь из себя серьезный, потому что на нем большая ответственность, а вокруг много опасностей. Но в глубине души он, должно быть, очень милая личность». На следующий день Амди отправился в самое долгое путешествие за свою пока недолгую жизнь. Облаченные в ветровки, они ехали по широкой, вымощенной булыжниками улице к протоке под Замком. Возглавлял процессию сам Стальной Господин на запряженной тремя керхогами повозке. Он выглядел просто великолепно в своих красных куртках с полосами. Стражники, закутанные в белые меха, ехали по обе стороны, а мрачная Тиратект замыкала цепочку. Полярное сияние выдалось великолепнее всех, когда-либо виденных Амди, и яркостью превзошло полную луну над северным горизонтом. С карнизов свисали сосульки, кое-где до земли: сверкающие призрачным светом зеленовато-серебристые колонны. Затем они пересели в лодки и направились через пролив. Вода за бортом была похожа на черные, обжигающие холодом валуны. Высадились на противоположной стороне, в прямой видимости от Холма Звездолета, который был выше любого замка и доминировал надо всем. Каждая минута приносила новые впечатления и новые открытия. Путь на вершину холма отнял полчаса, хотя им помогали тянувшие повозки керхоги и пешком никто не шел. Амди осматривался во все стороны, восхищенный открывшимся в свете полярного сияния пейзажем внизу. Сперва Джефри, казалось, тоже восторгался видом, но у вершины перестал озираться и боязливо приник к новому другу, крепко, до боли, обняв его. Стальной Господин возвел вокруг корабля защитную пристройку. Внутри воздух оказался хотя и стоячий, но более теплый. Джефри остановился у основания узкой лестницы, глядя на льющийся из открытых дверей свет. Амди чувствовал, как мальчик дрожит. – Он что, боится того, на чем прилетел? – полюбопытствовала Тиратект. Но Амди уже изучил многие страхи Джефри и понимал причины его отчаяния. «Как бы я себя чувствовал, убей кто Стального?» – Нет. Он не боится. Он вспоминает, что здесь случилось. Стальной мягко заметил: – Скажи ему, что мы можем вернуться в другой раз. Не обязательно сегодня заходить внутрь. Джефри покачал головой, выслушав это предложение, но ответил не сразу: – Надо внутрь. Надо быть храбрым. И стал медленно подниматься, останавливаясь на каждом шаге, чтобы Амди неизменно окружал его. Щенки разрывались между сочувствием Джефри и желанием поскорее разведать, что же за грандиозная тайна сокрыта там, внутри. Наконец они пролезли в люк и вступили в странную берлогу двуногих. Свет был яркий, голубоватый, воздух теплый, как в Замке… и множество всяких загадочных штуковин. Они прошли на другой конец просторного зала, и Стальной Господин тоже просунул в люк несколько голов. Его мысли громким эхом отдавались от стен. – Я занавесил стены, Амди, но даже сейчас тут нет места более чем одному из нас. – А-ага. – Эхо придавало мыслям Стального странную жестокость. – Позаботься о себе сам и дай мне знать обо всем, что увидишь. Он отошел от люка, оставив там только одного элемента следить за ними. – Да-да, обязательно! Это впервые Амди кому-то, кроме Джефри, был по-настоящему нужен. Джефри молча бродил по залу меж своих спящих друзей. Он не плакал, и хандра его тоже оставила. Было похоже, что мальчик толком не понимает, где оказался. Он касался ладонями крышек, рассматривал лица внутри. «Так много друзей, – подумал Амди, – и все ждут пробуждения. На кого они похожи?..» – Стены? Не помню таких… – проронил Джефри, ощупывая тяжелые занавеси, которые нацепил здесь Стальной Господин. – Это чтобы тут стало тише, – пояснил Амди. Дернул ткань – ему стало интересно, что внутри. Стена была зеленая, словно бы каменная и стальная одновременно… и ее покрывали небольшие бугорки и полоски чего-то серого. – А это что? Джефри обернулся: – Брр! Плесень. Расползается. Хорошо, что Стальной Господин ее закрыл. Мальчик побрел дальше. Амди задержался на секунду, задрал к странной плесени несколько голов. Грибки и плесень создавали в Замке вечные проблемы; их все время вычищали (по мнению Амди, слишком уж тщательно). Он думал, что грибки чистенькие, вроде тех, что растут на самой твердой скале. Но эта штука была особенно странная. Некоторые отростки в длину достигали почти полудюйма, но формой напоминали затвердевшие дымные завитки. Часть Амди, которой он смотрел в другую сторону, увидела, что Джефри скрылся в соседнем помещении. Амди неохотно побежал за ним. В первый день они провели на корабле всего час. Во внутренней каюте Джефри распахнул волшебные окошки, из которых можно было смотреть во всех направлениях. Амди сидел, тараща на них глаза. Будто на небо слетал. Для Джефри они означали что-то иное. Он залез в свой гамак и уставился на панель управления. Лицо его напряглось. – Мне… мне тут нравится, – осторожно, мягко заметил Амди. Джефри покачался в подвеске. – Да… да. – Он вздохнул. – Я так боялся… но тут я ближе к… – Руки его потянулись к панели, что была ближе остальных. – Папа опустил эту штуку, он вот здесь сидел. – Он развернулся в гамаке, глянул на светящуюся панель наверху. – А мама настроила ультраволновик… Они все сделали. А теперь только мы с тобой остались, Амди. Даже Йоханна… Придется все самим…
Спасательная миссия и побег от Искажения. На фоне угрозы Страумлианской Погибели и Искажения на Вершине Запределья, Равна Бергсндот инициирует переговоры с Фам Нювеном для организации спасательной экспедиции к затонувшему кораблю с ребенком Джефри. Несмотря на загадочную природу Силы и опасности маршрута, группа готовится к вылету на корабле «Внеполосный-II», где Равну назначают экспертом по человеческой природе. Внезапная атака вражеского флота и катастрофа на Причалах вынуждают героев в спешном и опасном маневре спасать тяжелораненного Фам Нювена. После драматического прыжка в падающее судно и выхода на орбиту, герои успешно покидают зону поражения. В финале, преодолев критические повреждения корабля, Равна убеждает Синепанциря отправиться к Дну Запределья в поисках артефакта против Силы.
Подробный пересказ
Разговор наездников на пляже. На пляже Запределья наездники Синепанцирь и Зеленожка обсуждают опасность, угрожающую человеческому ребенку Джефри Ольсндоту. Герои размышляют о предстоящей спасательной экспедиции к Дну Запределья, осознавая масштаб рисков и значимость миссии в борьбе с распространяющейся Страумлианской Погибелью. Несмотря на страх перед неизвестностью и сложностью задания, наездники решают принять вызов ради спасения цивилизаций и получения огромной прибыли.
Парочка наездников нежилась в прибое. – Ты полагаешь, его жизнь в опасности? – спросило существо с тонкой зеленой стебленожкой. – Чья жизнь? – переспросило существо более крупное, обладавшее синеватой панцирной раковиной у основания. – Джефри Ольсндота, человеческого ребенка. Синепанцирь вздохнул про себя и сверился с тележкой. Приезжаешь на пляж от всего отрешиться, а Зеленожка начинает досаждать. Он просканировал память запросом Джефри опасность. – Разумеется, он в опасности, кривостволка! Ты глянь, какие сообщения от него поступают. – Ой, – озадаченно откликнулась Зеленожка. – Извини, что не до конца вспомнила. Только что надо беспокоиться за него, и всё. Она погрузилась в молчание. Спустя миг он услышал ее милый шелест. Прибой набегал на берег и откатывался, снова и снова, без конца. Синепанцирь открыл себя воде, попробовал на вкус кишевшую в волнах жизнь. Пляж поистине прекрасен. И вероятно, уникален – а в Запределье это высшая похвала. Когда пена стекала с тел, можно было видеть распростертое от края до края Причалов небо цвета индиго, где посверкивали искорки звездолетов. Когда же накатывал прибой, двое наездников погружались в бурлящую прохладу. Их окружали коралловые рифы и существа приливной зоны, возводящие тут свои крохотные жилища. В пору высокого «прилива» морское дно примерно на час казалось неподвижным. Потом вода отступала, и в свете дня становились различимы фрагменты стеклодна. А сквозь него, тысячью километров ниже, поверхность планеты – Земсторонье. Синепанцирь пытался очистить ум от повседневных тревог. С каждым часом беззаботного созерцания накапливается немного естественных воспоминаний. Но не получалось. Не могла избавиться от тревог и Зеленожка. Помолчав, он сказал: – Иногда я мечтаю сделаться меньшетележечным наездником. И простоять всю жизнь на месте, довольствуясь небольшой тележкой. – Да, – согласилась Зеленожка, – но мы решили тронуться в путь. Это означает отказ от кое-чего. Порою приходится запоминать события, случившиеся только раз или два. А иногда нам выпадают большие приключения. Я рада, Синепанцирь, что мы согласились на спасательную экспедицию. Значит, сегодня у них обоих нет особого настроения плескаться в море. Синепанцирь чуть опустил колеса тележки и подкатился ближе к Зеленожке. Он порылся в искусственной памяти тележки, просканировал общие базы данных. Там нашлось много сведений о катастрофах. Кто бы ни создал исходные тележечные базы, он придавал большое значение войнам, погибелям, искажениям. Они поражали воображение – и могли погубить. Синепанцирь понимал также, что в относительном масштабе события эти – лишь малая часть цивилизованного исторического опыта. Крупномасштабная погибель случалась не чаще раза в тысячелетие. Им не повезло оказаться с нею по соседству. За последние десять недель дюжина цивилизаций с Вершины Запределья выпала из Сети, поглощенная симбиотическим конгломератом, который теперь повсеместно обозначался как Страумлианская Погибель. Торговля на Вершине практически рухнула. Получив рефинансирование, они с Зеленожкой выполнили несколько рейсов, но все – в пределах Срединного Запределья. Оба всегда сильно осторожничали, но сейчас, как выразилась Зеленожка, величие не превозмочь. Орга Вриними готовила тайный рейс ко Дну Запределья. Поскольку они с Зеленожкой и так были посвящены в тайну, вполне естественно, что выбрали именно их. Прямо сейчас «Внеполосный-II» проходит переоснастку на вринимийских верфях. Корабль получит оборудование придонного люггера и кучу новых дроноантенн. Одним махом стоимость «Внеполосного-II» выросла в десять тысяч раз, и даже занимать ничего не пришлось! Если честно, это пугало сильней всего. Каждый шаг переоснастки был критически важен. Им придется спуститься до самого края Медленной Зоны. Даже в оптимальных условиях миссия медленная и утомительная, а свежие сводки указывали на активность зонной поверхности раздела. Если особенно не повезет, они окажутся не на той стороне, в области, где скорость света недосягаема. В таком случае единственной надеждой их останется новый ионный прямоточный двигатель. Синепанцирь считал условия сделки вполне приемлемыми. До встречи с Зеленожкой он уже летал на придонных люггерах и пару раз застревал Внизу. Но… – Я не меньше твоего обожаю приключения, – сказал он с прорвавшейся раздражительностью. – Слетаем на Дно, спасем разумных существ из дикарских когтей. Если наниматели не поскупятся, все это приемлемо. Но… что, если страумлианский корабль действительно так важен, как полагает Равна? Сейчас это кажется абсурдным, но убедила же она в этом Оргу Вриними. Вдруг там, Внизу, нечто способное повредить Страумлианской Погибели?.. И если Погибель того же мнения, туда наверняка спускается флот из десятка тысяч военных кораблей. Внизу, у Дна, толку от них немногим больше, чем от обычных, но их с Зеленожкой от смерти это не спасет. Зеленожка промолчала, если не считать слабого сонного шелеста. Она что, потеряла нить беседы? Но голос ее вернулся, пробившись сквозь толщу воды, и принес желанную поддержку: – Синепанцирь, я понимаю, что мы рискуем жизнью. И все равно хочу попытаться. Если выгорит, прибыль получим невероятную. Если эта штука может навредить Погибели… тогда это крайне важно. Мы поможем спастись десяткам цивилизаций – и наездникам на миллионах пляжей, между прочим. – Гм. Тебя ножка движет, а не тележка. – Возможно. Они наблюдали за распространением Погибели с самого начала. С каждым днем ужас и сочувствие проникали все глубже в естественные их умы. Так что Зеленожка (и Синепанцирь – отрицать он этого не мог) придавала большее значение борьбе с Погибелью, чем опасностям нового заказа. – Возможно. Опасения мои насчет спасательной миссии в большей степени аналитические – то есть продиктованные тележкой. Но… если бы можно было выждать год, полностью все осмыслить… думаю, мы все равно бы решили улететь. Синепанцирь раздраженно покатался взад-вперед, зачерпывая ветвями песок. «Она права. Она права». Но сказать вслух это он не осмеливался. Задание все еще страшило его. – Подумай, дружок: если это настолько важно, то, вероятно, нам окажут помощь. Ты знаешь, что Орга ведет переговоры с эмиссаром. Если повезет, обзаведемся эскортом производства Трансцендентной Силы. Представив себе парочку маленьких наездников, летящую ко Дну Запределья с подмогой из Трансценденции, Синепанцирь чуть не рассмеялся. – Будем надеяться.
Переговоры Равны с Фам Нювеном. Равна Бергсндот, сотрудница отдела рыночного анализа, получает данные о выжившем ребенке на борту затонувшего корабля беженцев. Она встречается с эмиссаром Фамом Нювеном, чтобы убедить его и его покровителя — Старика — помочь в организации спасательной экспедиции. Равна аргументирует необходимость помощи тем, что Погибель может отследить миссию, и просит предоставить специальное оборудование Трансцендентного производства. Несмотря на напускную ленивость и иронию, Фам Нювен соглашается на переговоры, в ходе которых обсуждаются технические детали и условия поддержки операции.
Надеялись не одни только наездники. Выше по пляжу Равна Бергсндот металась по своему кабинету. Мрачная ирония заключалась в том, что даже величайшие катастрофы порождают новые возможности для достойных. С падением Арбитражных Искусников Равну утвердили сотрудницей отдела рыночного анализа. Погибель распространялась, рынки Высокого Запределья рушились, интерес же Орги к информации о Страумлианском Искажении только возрастал. Ее «особый» опыт в людских делах неожиданно наделил девушку колоссальной ценностью, и не важно, что сам Страумлианский Простор ныне стал лишь малой частью Погибели. О себе Погибель мало что сообщала, но делала это зачастую на самношке. Грондр и его коллеги по-прежнему крайне нуждались в анализе Равны. Ну что ж, от нее и вправду была польза. Они засекли аварийный сигнал корабля беженцев и через девяносто дней поймали сообщение от выжившего человека, Джефри Ольсндота. Пока что обменяться удалось едва четырьмя десятками сообщений, но этого хватило, чтобы кое-что разузнать о Когтях, Стальном Владыке и злобных древорезчиках. И о том, что без ее помощи жизнь маленького человека оборвется. Забавно, однако в чем-то естественно: для нее эта единственная жизнь означала больше, чем весь ужас Искажения и даже падение Страумлианского Простора. Благодарение Силам, Грондр санкционировал спасательную экспедицию: появлялся шанс узнать побольше о Страумлианском Искажении. Кроме того, начальник вроде бы тоже заинтересовался Когтями – в Запределье групповые разумы встречались редко. Грондр засекретил всю операцию и добился поддержки своего руководства. Но всей его помощи могло не хватить. Если корабль беженцев и вправду так важен, как думает Равна, то спасателей, кем бы ни были они, поджидают чрезвычайные трудности. Равна вгляделась в прибой. Когда спадали брызги, становились видны торчащие из пены ветви наездников. О, как она им завидовала; если что не так, они просто вычеркивают раздражающий фактор из памяти. Наездники в Запределье были распространены повсеместно. Существовало много разновидностей, но данные генетического анализа подтверждали легенду: очень-очень давно наездники были одним видом. Когда-то, во внесетевую эпоху, они росли на берегах морей. Предоставленные самим себе, они развили интеллект, почти лишенный кратковременной памяти. Они покоились в прибое и размышляли так, что мысли не отпечатывались в сознании. Лишь повторяющийся в течение значительного периода стимул мог это сделать. Впрочем, такая особенность их интеллекта и памяти имела решающее значение при выживании вида, позволяя выбирать оптимальное место для посева, где следующее поколение сможет расти в безопасности и будет обеспечено пищей. Затем неведомая раса наткнулась на мечтателей и решила им «помочь», подтянуть. Кто-то создал для них подвижные платформы – тележки. На колесных тележках наездники могли перемещаться вдоль берега, действовать ветвями и щупальцами, словно зондами и манипуляторами. Располагая кратковременной памятью тележки, они обучались теперь достаточно сноровисто, чтобы не погибнуть в условиях подвижности. Равна отвела взор от наездников: кто-то летел к ней над линией деревьев. Ага, эмиссар. Может, вызвать Синепанциря с Зеленожкой из воды? Нет, не стоит. Пусть еще немного понежатся. Потом им туго придется, если Равна не сможет раздобыть специального оборудования… «Кроме того, я без свидетелей лучше управлюсь». Равна скрестила руки на груди и стала ждать, глядя в небо. Орга Вриними пыталась вызвать Старика на разговор, но сейчас Сила предпочитала действовать только посредством эмиссара. А он настоял на личной встрече. Эмиссар опустился на песок в нескольких метрах от девушки и отвесил поклон. Куртуазный эффект испортила кривая ухмылочка. – Фам Нювен к вашим услугам. Равна в ответ тоже слегка поклонилась и увела его в тенек своего кабинета. Если он рассчитывал, что встреча наедине заставит девушку понервничать, то угадал. – Спасибо, что явились, господин Нювен. У Организации Вриними есть важная просьба к вашему повелителю. – «Владельцу? хозяину? оператору?»). Фам Нювен плюхнулся в кресло и вальяжно растянулся в нем. С того вечера в «Бродячей компании» он избегал общества Равны. Грондр говорил, что Старик тем не менее оставил Нювена на Маршрутизаторе, заставляя копаться в архивах, где искал информацию о человечестве и его истоках. Раз уж Старик согласился ограничить пользование Сетью, такое поведение имело смысл: эмиссар выполнял для него первичную обработку данных средствами человеческого интеллекта, а потом подытоживал и выгружал наверх только то, в чем Старик действительно нуждался. Краем глаза наблюдая за ним, Равна делала вид, что работает с данником. Фам лыбился привычной ленивой усмешечкой. Она задумалась, осмелится ли когда-нибудь спросить у него, сколько в том… флирте… было от человека. Фам Нювен, интересно, хоть что-то к ней чувствует? Проклятье, а ему хоть понравилось? С точки зрения Трансцендентного существа он не более чем концентратор данных, уолдо[11]. А вот с ее точки зрения, в нем все еще слишком много человеческого. – Гм, э-э… Так вот, Орга продолжает отслеживать корабль страумлианских беженцев, хотя ваш повелитель утратил к нему интерес. Фам поднял брови в вежливом удивлении: – Правда? – Десять дней назад стандартный аварийный сигнал изменился. Поступило новое сообщение, очевидно, от выжившего члена экипажа. – Мои поздравления. Вы умудрились сберечь это в тайне даже от меня. Равна не клюнула на лесть. – Мы стараемся хранить эту историю в тайне от всех, уважаемый. По очевидным для вас причинам. Она развернула в воздухе между ними сводку сообщений. Вызовы и ответы, раскиданные на десятидневном промежутке. В переводе для Фама на трисквелин исчезли ошибки и описки оригинала, но тон остался прежним. От Орги переписку вела Равна. Все равно что разговаривать в темноте с незнакомцем. Легко себе представить по словам в верхнем регистре и восклицательным знакам, как срывается и плачет голос на том конце канала. Видео с ребенком она не получила, но в человеческом архиве Сьяндры Кей рыночные аналитики отыскали изображения родителей мальчика. Выглядели те обычными страумерами, но с карими глазами линденских кланов. Маленький Джефри, наверное, худощавый и темноволосый. Взгляд Фама Нювена скользнул по строчкам, задержался на заключительных: На миг ухмылочка пропала с его лица. – Бедный мальчишка, – пробормотал он. Потом, пожав плечами, провел рукой по одному сообщению. – Рад, что Вриними посылает спасательную миссию. Это так благородно с вашей стороны. – Не совсем, господин Нювен. Посмотрите на сообщения с шестого по четырнадцатое. Мальчик жалуется, что корабельная автоматика глючит. – Да, такое впечатление, что там всё как в Рассветную эпоху: клавиатуры и видеотерминалы, никакого распознавания голоса. Абсолютно недружественный интерфейс. Кажется, при крушении все навернулось, угу? Он нарочно прикидывался дурачком, но Равна решила это вытерпеть. – Вероятно, нет, учитывая происхождение судна. – Фам только улыбался, поэтому Равна продолжала пояснять «на пальцах»: – Процессоры, скорее всего, с Вершины Запределья или из Трансценденции, а в нынешнем окружении они оказались практически безмозглыми. Фам Нювен вздохнул: – И это согласуется с теорией наездников, не так ли? Вы продолжаете надеяться, что на этом корыте есть какая-то смертельно опасная для Погибели хренушечка. – Да! Смотрите. Какое-то время Старик активно интересовался всей этой историей. Почему же сейчас он практически потерял к ней интерес? Есть ли причины, по которым корабль не может оказаться ключом к разгадке тайны искажения? – Так Грондр объяснял недавнюю утрату Стариком интереса к происходящему. Равне Бергсндот всю жизнь травили байки о Силах, и всегда дошедшие через третьи руки. Теперь она может расспросить такую Силу лицом к лицу. Очень странное ощущение… Помолчав, Фам ответил: – Нет. Вы можете оказаться правы. Это маловероятно, однако возможно. Равна сообразила, что задерживает дыхание, и с шумом выдохнула. – Хорошо. Тогда наша просьба прозвучит разумно. Предположим, что затерянный на Дне корабль несет какие-то важные для Погибели артефакты или представляет для нее угрозу. Вероятно, Погибели уже известно о его существовании. Может, она даже ультраволновой трафик отслеживает из этой части Дна. Спасательная экспедиция выведет Погибель прямо на след, и миссия обернется для команды настоящим самоубийством, способным к тому же дополнительно усилить саму Погибель. – И что? Равна в сердцах стукнула по даннику, потеряв терпение. – И Орга Вриними просит у Старика помощи! Помогите нам организовать экспедицию так, чтобы Погибель до нее не добралась! Фам Нювен только головой покачал: – Равна, Равна… Вы говорите об экспедиции ко Дну Запределья. Сила там не помощница. Даже эмиссар будет в основном предоставлен самому себе. – Вы тут дурачка не изображайте, Фам Нювен. Там, на Дне, Погибель так же стеснена, как и вы. Мы просим предоставить нам оборудование Трансцендентного производства, разработанное с учетом таких глубин. В достаточных количествах. – Дурачка? – Фам Нювен подобрался, но тень ухмылочки на лице осталась. – Вы так привыкли обращаться к Силе? «В прошлом году я бы со страху померла при одной мысли о разговоре с Силой. О любом разговоре». Она откинулась в кресле и выдала ему собственную версию лениво-равнодушной улыбочки. – У вас там в голове трубопровод к богам, уважаемый, но я вам открою маленькую тайну. Я знаю, когда краник закручен, а когда отвернут. – Да? А как это? – с вежливым интересом. – Фам Нювен сам по себе парень смышленый, эгоцентричный и тактичный, как тумак по башке. – Ей вспомнились проведенные вместе часы. – И пока эта ваша надменность вкупе с глубокомысленными репликами тут, в эфире, я не переживаю. – Гм. Ваши рассуждения уязвимы для критики. Если Старик управляет мной напрямую, он может изображать дурачка с таким же успехом, как, – он насмешливо склонил голову, – мужчину вашей мечты. Равна стиснула зубы: – Это правда, но я заручилась некоторым содействием начальства. Мне позволено следить за уровнем загрузки трансивера. – Она сверилась с данником. – В настоящий момент Старик получает со всего Маршрутизатора менее десяти килобит в секунду… а это значит, друг мой, что дистанционный контроль отключен. И сегодняшняя порция дурацких шуточек – всецело на совести Фама Нювена. Рыжий фыркнул, слегка уязвленный. – Вы меня сделали. Да, я в автономном режиме. С тех пор, как Орга заставила Старика отступить. Но я вам вот что скажу: все эти десять килобит в секунду отведены сейчас под нашу с вами милую беседу. – Он сделал паузу, словно прислушиваясь. Помахал рукой. – Старик говорит: приветик! Равна невольно прыснула. В этом жесте, в самой идее о том, что Сила позволяет себе настолько банальные приколы, хватало идиотизма. – Ладно. Я рада, что он, гм, присутствует. Фам, слушай сюда. Мы не так много, по меркам Трансценденции, просим, а спасти это может целые цивилизации. Несколько тысяч кораблей. Одноразовых, роботизированных. Этого хватит. – Старик может вам их дать. Но они окажутся ничем не лучше судов местного производства. Фокусы… – он помолчал мгновение, словно удивленный выбором слова, – фокусы с Зонами нелегко даются. – Хорошо. Выигрываешь в количестве, жертвуешь качеством? Мы согласны на любые… – Нет. – Фам! Это же для Старика работа на несколько дней. Он уже истратил куда больше на изучение Погибели. Их единственная яростная ночь вместе могла обойтись дороже, но об этом она умалчивала. – Да. И большую часть гонорара получила Вриними. – Мы расплачиваемся с клиентами, которых вынуждены ущемлять ради вас! Фам, ты хоть объяснишь почему? С лица его стерлась ленивая ухмылка. Она быстро глянула на данник: нет, Фам Нювен не под контролем. Вспомнила, с каким выражением читал он почту от Джефри Ольсндота. Под напускной надменностью таился отличный парень.
Разговор Равны и Фама. Равна и Фам Нювен обсуждают судьбу Вершины Запределья, находящейся под угрозой Искажения, и роль Старика в этой ситуации. Фам объясняет Равне сложность устройства Силы и описывает Искажение как некое разрушительное соседство, которое Старик пытается контролировать. Равна в ответ ставит под сомнение подлинность биографии Фама, утверждая, что его прошлое — лишь искусная фальшивка, созданная Стариком из обрывков данных. Фам иронично парирует её слова, подчеркивая непостижимость масштабов знаний Силы, после чего покидает её. В финале Равна осознает, что Старик настолько превосходит человеческое понимание, что его равнодушие является единственной защитой для неё.
– Я попробую. Учти, что, даже выступая частью Старика, я стеснен рамками человеческих понимания и интерпретации. Ты права: Искажение пожирает Вершину Запределья. Вероятно, еще пятьдесят цивилизаций погибнет, прежде чем Сила утихомирится, и еще пару тысяч лет вокруг будет разноситься эхо катастрофы: отравленные звездные системы, искусственные расы с безумными поведенческими программами… Но, как ни противно мне такое говорить… ну и что? Старик больше сотни дней обдумывает эту проблему со всех сторон. Чертовски долгий срок для Силы, особенно для Старика. Он существует уже больше десяти лет, его мышление быстро претерпевает… перемены… которые сделают его недоступным для любого общения. Зачем ему этим заморачиваться? В университете это проходили, но Равна не сдержалась. На сей раз все по-настоящему. – Но в истории полно случаев, когда Силы помогали расам Запределья, порою даже индивидам. – Она уже навела справки насчет запредельцев, создавших Старика. То были разумные газовые мешки. Их сообщения в Сети не могли толком перевести даже лучшие программы Маршрутизатора. Вероятно, рычагов управления Стариком у них нет. Надо общаться напрямую. – Давай взглянем с другой стороны. Обычный человек и тот не нуждается в особых поводах, чтобы помочь страдающим животным. Ухмылочка Фама понемногу возвращалась. – Ты заводишь аналогию слишком далеко. Помни, что нет аналогий идеальных. Чем сложнее автомат, тем сложнее его поведенческие мотивировки. Однако… Ладно, вот тебе другая аналогия. Старик, в общем-то, достойный человек, у него красивый дом в престижном районе. Однажды рядом поселился мерзкий типчик, у которого весь участок завален ядовитым мусором. На месте Старика ты бы встревожилась, угу? Начала бы зондировать обстановку. Пообщалась бы с новым соседом, попыталась, так сказать, разобраться в происходящем. Орга Вриними наблюдала часть этого разбирательства. Но вот ты понимаешь, что твой новый сосед – полный псих. У него привычка такая: засирать хорошую землю и пожирать получившуюся гниль. Да, это неприятно. Воняет, животные травятся и так далее. Но, проведя расследование, ты приходишь к выводу, что твоей собственности это не повредит, а сосед согласен принять меры, чтобы не так воняло. В любом случае, поедая дерьмо, он сам себе вредит. – Он помолчал. – Эта аналогия кажется мне довольно точной. Преодолев первоначальное замешательство, Старик убедился, что Искажение следует известным мотивам, таким банальным и простым, что даже мы с тобой понимаем: оно плохое. В той или иной форме оно выныривает из архивов Запределья уже сотню миллионов лет. – Да твою ж мать, я бы просто собрала соседей и выгнала извращенца прочь из города! – Мы это обсуждали. Дорого… и могут пострадать разумные существа. – Фам Нювен плавно поднялся и улыбкой дал понять, что разговор окончен. – В общем, это всё, что мы хотели тебе сказать. Он вышел из тени деревьев. Равна побежала за ним. – Мой личный совет. Не принимай так близко к сердцу, Равна. Я это все видел, знаешь ли: от Дна Медленной Зоны до внутренних структур Трансцендентной Силы. У каждой Зоны свои неприятные особенности. Искажение – в термодинамическом, экономическом или любом другом смысле – зиждется на высоком качестве мышления и общения на Вершине Запределья. Ни одной цивилизации в Срединном Запределье оно не тронуло. Так глубоко внизу издержки, связанные с качеством связи и стоимостью аппаратуры, становятся слишком велики. Даже самое совершенное оборудование тупеет. Существо, желающее править здесь, вынуждено строить флоты, организовывать спецслужбы, сооружать громоздкие трансиверы… Ничем не лучше любой империи Запредельцев. Силе от этого никакой выгоды. – Обернувшись, он увидел мрачное лицо девушки. – Да полно тебе. Твоя-то прекрасная попка в безопасности. Он потянулся к ее заднице. Равна оттолкнула его и отступила на шаг. Она лихорадочно искала какой-нибудь способ встряхнуть чувака. Известны случаи, когда эмиссары влияли на решение повелителя. Родилось несколько идей, но плохо оформленных. Она не нашла ничего лучшего, как сказать: – И твой хвост тоже, угу? Ты говоришь, Старик готов отчалить… куда там отправляются на покой Силы? Он заберет тебя с собой или просто выбросит на улицу, как ненужного домашнего зверька? Выстрел наудачу. Фам Нювен только улыбнулся: – Тебе еще аналогии нужны? Нет, будет правильнее сказать, что он меня вместо себя тут оставит. Ну, как робозонд – выполнил задачу и летит себе. – Опять аналогия, на этот раз более почетная для него. – Если ждать осталось недолго, то я даже с охотой напрошусь к вам в спасательную экспедицию. Похоже, Джефри Ольсндот застрял в средневековье. Готов побиться об заклад, во всей Орге не сыщете лучшего эксперта по этим вопросам, чем я. Там, у Дна, вам едва ли кто пригодится больше, чем старомодный парень с опытом работы на Чжэн Хэ. Он говорил небрежно, раскованно, будто смелость и опыт ему приданы от рождения – а все остальные только и делают, что трусливо хвосты поджимают. – Правда, что ли? – Равна уперла руки в боки и насмешливо склонила голову. Это, пожалуй, уж слишком, если учесть, что вся его жизнь – подделка. – Ты считаешь себя маленьким принцем, который рос в мире интриг и убийств, а потом улетел с Чжэн Хэ к звездам. Ты не задумывался, как оно было на самом деле, Фам Нювен? Или Старик не дает тебе этого сделать, вежливо отстраняя? А я вот задумывалась, особенно после тех посиделок вечерком в «Бродячей компании». Знаешь что, милок? Ты можешь быть уверен лишь в нескольких вещах. Ты был космонавтом Медленной Зоны, а вернее, двумя или тремя космонавтами, потому что ни один труп не сохранился полностью. Ты и твои дружки за каким-то хреном залетели на самое Дно Медленной Зоны и там угробили себя. Еще что? А, вот. Восстановить корабельную память не удалось. Единственный сохранившийся материальный носитель – на каком-то азиатском языке Земли. И это всё. Понимаешь, все, на чем Старик построил свое мошенничество. Ухмылочка Фама стала малость примороженной. Равна развила успех, не дав ему и слова вякнуть: – Но не вини Старика. Он же малость торопился, угу? Ему пришлось убеждать Вриними и остальных, что ты настоящий. Он рыскал в архивах, кроил для тебя лоскутную реальность. Вероятно, послеполуденным отдыхом для этого пожертвовал, но ты же ему благодарен? По ниточке надергал – оттуда, отсюда. Да, в истории действительно фигурирует Чжэн Хэ[12]. На Земле, за тысячу лет до выхода в космос. Наверняка существовали колонии, основанные азиатами: такая экстраполяция напрашивается. У Старика отменное чувство юмора: он превратил всю твою жизнь в фантастический роман, вплоть до завершающей, трагической экспедиции. Я давно должна была тебя раскусить. Это же комбинация нескольких донюйорских легенд. – Переведя дух, она снова обрушилась на него: – Мне тебя жаль, Фам Нювен. Пока ты не слишком увлекся самоанализом, можешь задирать нос выше всех в космосе. А как насчет навыков, великих достижений и так далее? Ты к ним внимательней пробовал приглядываться? Уверена, что нет. Чтобы стать великим воином или профессиональным пилотом, нужно освоить миллион всяких мелких вещей, начиная с базовой подсознательной кинестетики. Старик, кропая свою фальшивку, нуждался только в воспоминаниях верхнего слоя и базовой личности. Ты глубже загляни, Фам. Думаю, там полно дыр. «Грезы о сверхспособностях не выдержат тщательной проверки». Рыжий, слушая ее, скрестил руки на груди и спокойно постукивал пальцем по рукаву. Когда поток слов Равны наконец иссяк, он снова улыбнулся – широкой, покровительственной улыбкой. – Глупышка ты, Равна. Ты даже сейчас не просекаешь, насколько Силы умнее нас. Старик – это тебе не тирания Срединного Запределья, которая забивает жертвам мозги ложной памятью. Даже подделка в Трансценденции сложнее и красочнее реальности, какой помнит ее человек. Откуда тебе знать, что моя реальность сфабрикована? Ты порылась в архивах Маршрутизатора и не нашла там моей Чжэн Хэ. – («Моей Чжэн Хэ». Он сделал паузу – вспоминает? Пытается вспомнить? Равне показалось, что на лице его мелькнула паника. Потом исчезла, стертая привычной ухмылочкой.) – Может ли кто из нас представить себе архивы Трансценденции, постичь, как глубоки знания Старика о человечестве? Орга Вриними пускай ему спасибо скажет, что пролил свет на мое происхождение. Сами бы ни за что этого не узнали. Мне вправду жаль, что не могу помочь. Пускай попытка дурацкая, но я бы и вправду хотел спасти детей. О Погибели не беспокойся: она близка к максимальному расширению. Даже будь у вас силы ее уничтожить, вы ничем не помогли бы несчастным, которых она уже поглотила. Он рассмеялся чуть громче уместного. – Ладно, я пошел. У Старика сегодня еще какие-то поручения. Ему не нравилась идея личной встречи, но я настоял. Преимущества автономного режима, видишь ли. Мы с тобой… нам с тобой было здорово вместе, ну я и решил, что неплохо еще поболтать. Я не думал, что ты на стенку полезешь. Фам включил свой антиграв и взлетел с песка, сопроводив отбытие кратким салютом. Равна уставилась ему вслед и поймала себя на том, что машет рукой. Фигура его удалялась. Покидая атмосферу Причалов, он активировал скафандр, и его силуэт на миг окружил бледный нимб. Проклятье. За ее спиной послышался шорох колес по песку. Синепанцирь и Зеленожка выбирались из воды. Косметические полосы по бокам тележек поблескивали от влаги, словно расплывшиеся радуги. Равна повернулась и пошла к ним. «Ну как мне им сказать, чтобы не рассчитывали на подмогу?» Старик в обличье Фама Нювена разительно отличался от Сил, какими она их себе представляла, сидя в аудиториях на Сьяндре Кей. Она воображала, что разница станет видна сразу же, по первым словам. Ха. Только теперь мелькнуло лицо за маской: существо, способное играть с душами, как программист – с интеллектуальной графикой, настолько превосходило Равну, что лишь его равнодушие послужило девушке защитой. «Tы еще радуйся, Равна-мотылек. Тебе лишь крылья огнем опалило».
Подготовка к миссии и переговоры. Корабль «Внеполосный-II» проходит переоснастку для выполнения опасной спасательной миссии в условиях Медленной Зоны. Равна занимается подготовкой базы данных и стратегических программ для спасения мальчика Джефри Ольсндота, а Грондр обеспечивает техническую поддержку и связь. Несмотря на первоначальные сомнения, Равну решают отправить в экспедицию как эксперта по человеческой природе. В финале героиня сообщает Джефри о готовности корабля и предупреждает о возможных трудностях в пути.
Следующие несколько недель дело на удивление спорилось. Невзирая на крах планов, связанных с Фамом Нювеном, Зеленожка и Синепанцирь от спасательной миссии не отказывались. Орга Вриними даже изыскала дополнительные ресурсы. Каждый день Равна отправлялась на дистант-экскурсию по верфи. «Внеполосный-II» не получит трансцендентной аппаратуры, но, когда переоснастка завершится, все равно станет поистине уникальным судном. Корабль парил в золотой паутине строительных лесов: миллиарды крошечных роботов переделывали корпус, придавая ему характерные очертания придонного люггера. Иногда корабль напоминал Равне хрупкую мошку, а порой – глубоководную рыбину. Переделанный, он сможет выдержать самые разные условия. Вдоль оси тянулись шипы, как у корабля на ультрадвигателях, корпус же стал удлиненным и сузился в середине – классический формфактор для таранного прямоточника. Придонные люггеры должны быть приспособлены к полетам в опасной близости от Медленной Зоны. Поверхность ее трудно обнаружить на расстоянии, еще тяжелее закартировать, ибо она подвержена мимолетным изменениям. Люггер вполне мог угодить в ловушку на глубине пары световых лет под поверхностью Медленной Зоны. Вот тогда и пригодятся ионные прямоточные двигатели, а также гибернаторы. Разумеется, по возвращении в родную цивилизацию данные окажутся безнадежно устаревшими, но, по крайней мере, ты хоть вернешься. Равна перемещала ракурс вдоль ультрашипов, торчащих в разные стороны от корпуса. Они были шире, чем у большинства кораблей на Маршрутизаторе. Не лучшая для Срединного или Высокого Запределья конструкция, но подходящие (то бишь пригодные для Придонного Запределья) компьютеры разгонят корабль почти до предельной в условиях Дна скорости. Грондр позволил Равне выделить под новый проект половину рабочего времени. Спустя несколько дней девушка поняла, что это не просто его прихоть. Она лучше всех справилась бы с этим заданием. Она знала людей и разбиралась в тонкостях работы с архивами. Джефри Ольсндота каждодневно требовалось подбадривать, а то, что он ей сообщал, было крайне важно. Даже если бы все шло по плану, даже не вмешайся искажение, работенка предстояла трудная. Мальчик и его корабль угодили в кровавую бойню. Чтобы их оттуда вытащить, потребуется принять быстрые и точные решения, а затем не колеблясь осуществить их. Понадобится эффективная бортовая база данных со стратегической программой. От Равны зависело, какие библиотечные материалы погрузить на корабль, соизмеряя легкодоступность локальных данных с разнообразием информации, доступной на ультраволновом канале с Маршрутизатора. Грондр часто появлялся в локалке, иногда в реальном времени. Он искренне желал им успеха. – Не беспокойся, Равна. Мы выделим под эту миссию часть полосы М00. Если антенный рой будет работать как положено, наездники получат постоянный канал связи с Маршрутизатором, тридцать килобит в секунду. Ты станешь их основным связником здесь, и мы отрядим тебе в помощь лучших наших стратегов. Если ничто… не вмешается, миссия пройдет без особых проблем. Еще четыре недели назад Равна не осмелилась бы просить о большем. Теперь же у нее вырвалось: – У меня есть идея получше. Отправьте меня вместе с наездниками. Все части рта Грондра клацнули синхронно. Такое проявление изумления она наблюдала у Эгравана и его коллег, но у Грондра – еще никогда. Он помолчал, потом ответил: – Нет, ты нам нужна здесь. Ты лучший наш эксперт по всему, что связано с человечеством. Новостные группы, посвященные Страумлианскому Искажению, генерировали больше ста тысяч постов в день, из них почти десять процентов касались человеческих дел. В тысячах сообщений повторялись старые идеи, другие авторы несли откровенную чушь или лгали. Автоматические системы рыночного анализа вполне справлялись, фильтруя посты не по теме и всякую чушь, но в том, что касалось человеческой природы, Равна не знала конкуренции. Половину времени она тратила на указания аналитикам и корректировку поисковых запросов о человечестве к архивам. Если ее отпустить с наездниками, замены долго не найдется. Но следующие несколько дней Равна понемногу подталкивала начальника к согласию. Кто бы ни полетел в спасательную экспедицию, ему придется сразу же столкнуться с людьми – детьми. Скорее всего, Джефри Ольсндот и наездника-то ни разу в жизни не видел. Равна возлагала надежды на этот, доводивший ее до отчаяния аргумент, но его одного не хватило бы, чтоб переубедить старого Грондра. Сыграли роль иные события. Шли недели, распространение Погибели замедлялось. Как и твердили здравый смысл, Старик и Фам Нювен, искажение приблизилось к естественным границам своих интересов. Признаки унизительной паники понемногу исчезали из коммуникационного трафика Вершины Запределья. Потоки слухов (и беженцев) из захваченных Погибелью областей иссякали. Разумных существ там не осталось, но места эти напоминали скорей кладбище, чем скотомогильник жертв моровой язвы. Новостные группы, посвященные проблеме Погибели, гомонили себе о катастрофе и дальше, скатываясь в бессмысленное пережевывание старых тем. А что нового им было обсуждать? Через десять лет в Погибельном Запределье воцарится физическая смерть. Затем начнется новая колонизация, с осторожным зондированием руин на предмет информационных ловушек и уцелевших обитателей. Но все это потом, в будущем, а сейчас вихрь сообщений о Погибели, проходящих через Маршрутизатор, постепенно рассеивался. Зато отдел рыночного анализа еще сильнее заинтересовался страумлианскими беженцами и их кораблем. Ни одна стратегическая программа (Грондр того пуще) не принимала всерьез идею, что корабль чем-то опасен для Погибели. Оставалась, однако, возможность, что находка принесет значительное коммерческое преимущество на этапе, когда Погибель пресытится трансцендентной забавой. Аналитиков заинтриговал и стайный разум Когтей. В этих обстоятельствах казалось разумным приложить максимальные усилия, то есть отпустить Равну с работы на Причалах и послать на полевое задание. И вот – подумать только! – детские мечты о квестах и спасательных походах вдруг стали явью. «Что еще интереснее, я не так уж и напугана!» Обычно Равна отстукивала послания Джефри на клавиатуре: это позволяло вжиться в положение бедного ребенка. Он неплохо владел собой, хотя выпадали дни, когда ответов от него не было (как странно думать о депрессии применительно к восьмилетнему ребенку). В другие дни клавиатура совсем выводила его из себя, и через двадцать одну тысячу световых лет ей виделось, как мальчишеские кулачки в отчаянии молотят по клавишам. Равна улыбнулась дисплею. Сегодня наконец можно обнадежить мальчика конкретным временем отлета вместо расплывчатых обещаний. Джефри наверняка понравится сообщение [59]. Она напечатала: «А стоит ли?» Последние посты в новостных группах на тему зонных границ указывали, что Дно проявляет необычную активность. Мир Когтей так близок к Медленной Зоне… Если эта «буря» усилится, условия полета ухудшатся. Один процент, что полет займет больше шестидесяти дней. Она отстранилась от клавиатуры. Готова ли она ему это сообщить? Черт. Лучше быть честной: от графика зависят усилия местных союзников Джефри. Она пояснила все «если» и «но», потом перешла к описанию корабля и его удивительной аппаратуры. Мальчик не любил много писать (кроме тех случаев, когда ему диктовал Стальной), но длинные послания от Равны ему явно нравились. «Внеполосный-II» проходил последние проверки. Ультрадвигатель переделали и протестировали, наездники отправились в испытательный полет за две тысячи световых лет, чтобы проверить работу антенного роя. Рой тоже в порядке. Они с Джефри большую часть полета будут на связи. Не далее как вчера на корабль загрузили припасы. (Слово из средневековой адвентюры. Но, отправляясь в такую даль, что даже реализуемой графике там не доверишься, лучше кое-что прихватить в готовом виде.) Завтра сотрудники Грондра упакуют в корабельную кладовую всякие гаджеты, которые по-настоящему пригодятся в спасательной миссии. «Стоит ли о них упоминать?» Некоторые устройства способны порядком напугать туземных друзей Джефри.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки. Равна, наездники Синепанцирь и Зеленожка отдыхают на пляже, обсуждая предстоящий отлет и текущие угрозы в секторе. Их прерывает появление Фам Нювена, который в измученном состоянии сообщает о начале масштабной атаки и предупреждает Равну о смертельной опасности. Вскоре Фам Нювен теряет сознание, а наездники фиксируют приближение вражеского флота и захват корабля «Внеполосный-II». Грондр по связи подтверждает критическое положение Маршрутизатора и призывает Равну немедленно бежать. Фрагмент завершается появлением в небе странного темного пятна, знаменующего начало разрушительного события.
Тем вечером Равна с наездниками закатили пляжную вечеринку. Ну, так это называлось, хотя напоминало скорей человеческую версию, чем характерную для наездников. Синепанцирь с Зеленожкой отъехали от воды на порядочное расстояние, остановившись на теплом и сухом песке. Равна поставила напитки на грузошарф Синепанциря. Они сидели на песке и любовались закатом. В принципе, вечеринка была праздничная: Равна получила разрешение улететь на «Внеполосном-II», а сам корабль почти готов к отлету. Но… – Миледи, вы действительно довольны, что улетаете с нами? – поинтересовался Синепанцирь. – Мы двое очень неплохо заработаем, а вы… Равна рассмеялась: – У меня командировочные. Она с большим трудом выбила себе командировку, и торговаться об оплате расходов не имело особого смысла. – И да, я этого действительно хочу. – Я рада, – сказала Зеленожка. – Я смеюсь, – заявил Синепанцирь. – Моя партнерша особенно радуется, что нашей пассажирке не придется скучать. После того происшествия с поборниками чистоты сертификатов двуногие нам, признаться, разонравились. Но теперь-то нечего бояться. Вы читали сообщения из Группы угроз за последние пятнадцать часов? Погибель прекратила разрастаться, края ее очертились четче. Искажение вступает в средний период развития. Теперь можно лететь, так я скажу. Синепанцирь строил обширные предположения о когтевых «стаях», о том, как выручить Джефри и остальных выживших. Зеленожка время от времени вставляла словечко. Она вела себя не так тихо, как обычно, однако продолжала казаться мягче и застенчивей партнера. Ее точка зрения была реалистичнее. Она радовалась, что отлет отложен до следующей недели: «Внеполосный-II» еще не прошел всех тестов, а Грондр к тому же взялся профинансировать за счет Орги небольшой флот кораблей-обманок. Пока что готовы пятьдесят, еще столько же подоспеют к концу недели. Причалы тонули во мраке. Разреженная атмосфера сокращала сумерки, но игра цвета была потрясающей. Пляж и деревья сверкали в горизонтальных лучах солнца, аромат вечерних цветов смешивался с соленым запахом моря. На дальней стороне его резко разграничивались темные и светлые контуры: то ли вринимийская иллюзия, то ли реальное оборудование Причалов – Равна так этого и не узнала. Солнце ускользало за море. По горизонту позади разливались оранжевые и красные тона, с ними контрастировала более широкая зеленая полоса, вероятно от ионизированного кислорода. Наездники не стали разворачивать тележки, чтобы полюбоваться закатом, – Равна знала, что они видят во всех направлениях, – но разговор прервался. Солнце садилось, и волноломы разбивали его на тысячу меньших осколков, сиявших в пене зеленоватым и желтым светом. Она понимала, что этим двоим сейчас бы хотелось оказаться именно в прибое. Она часто видела наездников на пляже в закатную пору – те сознательно выбирали зону самого высокого прилива. Когда вода отступала, ветви и стебли их становились похожи на протянутые в мольбе руки. В такие моменты Равна, пожалуй, могла понять меньшетележечных наездников, которые всю жизнь проводили, запоминая такие вот повторяющиеся моменты. Она послала усмешку зеленеющим сумеркам. Для тревог и планов времени всегда хватит. Потом. Они минут двадцать так просидели. Там, где линия пляжа мягко искривлялась, она увидела в сгущавшихся сумерках чьи-то фигуры. Офисные работники тоже выходили отдохнуть. Совсем рядом раздался хруст слежавшегося песка под чужими ногами. Она обернулась. Это был Фам Нювен. – Мы тут, – сказала она. Фам вразвалочку приблизился. Со времени последней их перепалки она его почти не встречала: надо полагать, некоторые уколы Равны задели Фама за живое. «Надеюсь, Старик заставил его забыть». Фам Нювен обладал отличными задатками настоящего человека; не стоило его оскорблять, целясь в недосягаемого повелителя. – Садись. Галактика взойдет через полчаса. Наездники пошелестели ветками: закат их так очаровал, что они только сейчас заметили посетителя. Фам Нювен остановился в паре шагов впереди Равны и упер руки в боки, глядя на море. Когда он обернулся, чтобы взглянуть ей в лицо, зеленоватый сумеречный отсвет придал его лицу жутковатое, болезненное выражение. Сверкнула привычная кривая ухмылка. – Думаю, я должен извиниться. «Старик, что ли, все же собрался оставить тебя среди людей?» Но Равна была тронута и с трудом отвела взгляд. – Думаю, я тоже должна извиниться. Не хочет Старик нам помогать – и не станет. Не надо было мне так злиться. Фам Нювен тихо рассмеялся: – Твоя ошибка куда меньше моей. Я все еще пытаюсь осмыслить, где и что пошло не так, но… Не уверен, что успею. Он отвернулся и взглянул на море. Равна, поколебавшись, встала и подошла к нему. Вблизи взгляд его казался остекленевшим. – Что не так? «Чтоб ты провалился, Старик. Если собираешься его оставить, не режь хвост по частям!» – Ты великий эксперт по Трансцендентным Силам, да? Ага, снова сарказм. – Ну… – У этих больших ребят случаются войны? Равна пожала плечами: – Слухи всякое доносят. Считается, что конфликты бывают, но не столь серьезные, чтобы называть это войнами. – В общем, так и есть. Противостояние ведется, но аспектов у него куда больше, чем у любого конфликта здесь, внизу. Преимущества сотрудничества обычно столь велики, что… Именно поэтому, отчасти, я и не принял искажение всерьез. Это существо достойно жалости: шелудивая псина, которая гадит в собственной конуре. Даже пожелай оно убить другие Силы, не сумело бы. За миллиард лет такого… Синепанцирь подкатился ближе. – Миледи, а кто это? К этой манере наездников выпадать из разговора она приноровилась лишь недавно. Если Синепанцирь потрудится синхронизироваться с кратковременной памятью тележки, то вспомнит. Но вопрос кольнул ее. «А и вправду, кто это?» Она глянула на данник, отслеживавший состояние трансивера все время с момента появления Фама Нювена. И… о Силы, три трансивера заняты одним пользователем! Она отшатнулась: – Ты! – Ага, я. Еще раз лицом к лицу, Равна. – Злобная плотоядная усмешка, пародия на самоуверенную улыбочку Фама. – Извини, я сегодня немного не в форме. – Он неуклюже постучал себя по груди. – Я использую глубинные инстинкты этого вот… короче, я слишком занят, сражаюсь за жизнь. С подбородка у него стекала слюна. Взгляд Фама то фокусировался, то уплывал. – Что ты делаешь с Фамом?! Эмиссар сделал шаг ей навстречу и споткнулся. – Расчищаю место, – произнес голос Фама Нювена. Равна продиктовала код телефона Грондра, ответа не последовало. Эмиссар покачал головой: – Орга Вриними сейчас очень-очень занята, просит меня оставить в покое их аппаратуру. Набираются храбрости выкурить меня силой. Они не верят тому, что я им говорю. – Он издал подобие смеха – сухой кашляющий звук. – Неважно. Теперь ясно, что атака здесь пройдет в форме смертоносной диверсии. Как тебе это, малышка Равна? Видишь ли, эта Погибель никакое не искажение второго класса, как я полагал. За оставшееся время могу только строить догадки… Это что-то очень старое и могучее. И что бы это ни было, оно меня поедом ест. Синепанцирь с Зеленожкой подкатились к Равне поближе. Ветви их издавали тихое царапанье. В тысячах световых лет оттуда, высоко в Трансценденции, Сила сражалась за жизнь. А они видели всего-навсего конвульсии слюнявого безумца. – Так что вынужден перед тобой извиниться, малышка Равна. Мог бы тебе и помочь, меня это все равно не спасло бы. – Голос его сорвался, он резко втянул воздух. – Но, помогая тебе, я в каком-то смысле… назову это местью, так тебе будет понятней. Я вызвал сюда твой корабль. Шевелите ластами и не пользуйтесь антигравом, тогда, может, и переживете следующий час. Голос Синепанциря казался одновременно перепуганным и насмешливым. – Переживем? Так глубоко внизу возможна только обычная атака, а ее следов что-то не видать. Перед ними в тихой, спокойной ночи стоял маньяк. Данник Равны не показывал ничего подозрительного, кроме вторжения Старика на широкополосный канал. Фам Нювен снова разразился кашляющим смехом. – А она вполне обычная, просто очень хитрая. Несколько граммов дестабилизирующего репликанта были рассеяны на протяжении недель. Теперь они оживают, синхронизируясь с атакой, которую вы увидите… Через пару часов эта пакость издохнет, но перед тем пожрет всю драгоценную вершинную автоматику Маршрутизатора… Равна, беги на корабль, или умрешь в следующую тысячу секунд. Лети. Если выживешь, иди ко Дну. И прими… – Эмиссар с трудом выпрямился и в последний раз улыбнулся. – И прими мой дар тебе, лучшее, что я могу преподнести. Улыбочка стерлась, остекленевший взгляд сменился удивленным… а затем отразил предельный ужас. Фам Нювен вдохнул полной грудью и успел издать короткий лающий вопль, прежде чем упал. Упал ничком, задергался и закашлял, задохнувшись песком. Равна снова выкрикнула код Грондра и подбежала к Фаму Нювену. Перевернула на спину, попыталась прочистить ему горло. Припадок длился несколько секунд, Фам сучил руками и ногами, и Равна получила от него пару увесистых оплеух, пытаясь удержать. Потом Фам обмяк, и дыхание его стало почти неслышным. – Он похитил «Внеполосный-II», – возвестил Синепанцирь. – Корабль в четырех тысячах километров, летит прямо на Причалы. Я стону. Мы разорены. Несанкционированный пролет в такой близости от Причалов карался конфискацией судна. Но Равна почему-то была уверена, что это уже не важно. – Есть признаки атаки? – бросила она через плечо. Приподняла голову Фама, чтобы дать ему продышаться. Наездники бессвязно пошелестели, потом ответила Зеленожка: – Там что-то странное. Все главные трансиверы прекратили обслуживать пользователей. – «Неужели Старик все еще ведет передачу?» – Локалка замусорена. Автоматика в чрезвычайном режиме, и многих сотрудников вызвали. Равна откинулась назад, поглядела в небеса. Ночная тьма, пронзенная дюжиной ярких точек света: к Причалам направляются корабли. Все вроде бы в порядке. Но теперь и ее данник показывал то, о чем говорила Зеленожка. – Равна, я занят, – защелкал из воздуха голос Грондра. Вернее, его автоответчика. – Старик захватил большую часть каналов Маршрутизатора. Берегись эмиссара. – («Поздновато!») – Мы потеряли контакт с внетрансиверными системами слежения. Отказы программ и аппаратуры. Старик заявляет, что мы атакованы. – Пятисекундная пауза. – На границе внутренней охраняемой зоны замечен флот. Всего в половине светового года. – Бррап! – изумился Синепанцирь. – На границе внутренней охраняемой зоны?! Да как они туда пролезли? – Он в панике поездил взад-вперед. Автоответчик Грондра вопрос проигнорировал. – Там не меньше трех тысяч кораблей. Разрушение трансиверов немину… Равна, наездники с тобой? – Все еще голос Грондра, но живее и срывается в стаккато. Это он сам. – Д-да. – Локалка подыхает. Системы жизнеобеспечения отказывают. Причалы падут. Мы бы отразили атаку флота вторжения, но гниль у нас внутри… Маршрутизатор гибнет. – Его голос стал резче, звонче. – Но Вриними выживет, и контракт есть контракт! Скажи наездникам, мы им заплатим… как-нибудь, когда-нибудь… Мы требуем… умоляем… выполнить намеченную миссию. Равна? – Да. Они слышат. – Беги! И он замолчал. – «Внеполосный-II» будет здесь через двести секунд, – сообщил Синепанцирь. Фам Нювен перестал дергаться, дыхание его выровнялось. Пока наездники оживленно переговаривались, Равна осмотрелась и вдруг сообразила, что смерть и разрушение очень далеки. Пляж и небо над ним выглядели почти так же мирно, как всегда. Последние лучи солнца сбежали с волн. Пена казалась тусклой полосой темно-зеленого света. То там, то сям на деревьях и дальних башенках зданий загорались желтые светильники. Но тревога явственно ширилась. Равна слышала чириканье данников; там и сям на берегу отдыхающие спешно гасили разведенные костры, а потом взмывали на антигравах либо к деревьям, либо прямо в небо, к дальним офисным центрам. С парковок у моря поднимались звездолеты, взлетая все выше и посверкивая в свете закатившегося солнца. Последнее мгновение спокойствия на Маршрутизаторе, и по небу расползлось сверкающее темное пятно. То был свет столь необычный, что Равне и не положено бы его видеть: вспыхнул он скорее в затылке, чем перед глазами. Она не смогла бы потом объяснить, чем он отличался от тьмы.
Побег от разрушающихся Причалов. Во время катастрофы Причалов Равна, Синепанцирь и Зеленожка пытаются спасти тяжелораненого Фама Нювена, пока мир вокруг них разрушается от мощных энергетических импульсов и обрушения ландшафта. Герои преодолевают опасные зоны с разломами и ураганными ветрами, чтобы добраться до спасательного корабля «Внеполосный-II». В ходе опасного маневра группа совершает прыжок в открытый люк падающего судна, где Равна теряет сознание от удара. В финале герои оказываются внутри корабля, продолжая путь к поверхности планеты в условиях свободного падения.
– А вот еще! – воскликнул Синепанцирь. На этот раз у самого горизонта Причалов: комок мрака диаметром около градуса. Края его полыхали черным на черном. – Это что такое? Равна не увлекалась боевкой, но приключенческих романов прочла достаточно. Она знала про бомбы из антиматерии и релятивистские кинетические снаряды. При срабатывании такого оружия видны яркие пятна света, иногда мигающего. С более близкого расстояния бомба – разрушительница миров показалась бы облекающей планету – только медленно, очень медленно, – радужной каплей. Она готовилась увидеть нечто в этом роде, что-то похожее на образы из книг. А это зрелище наводило скорей на мысли о дефекте зрения, чем о войне. Одним Силам ведомо, что увидели наездники, но Синепанцирь объяснил: – Ваши главные трансиверы… э-э, испаряются. Я так думаю. – Но до них же световые годы! Мы никак не могли бы… – Еще комок тьмы, даже вне поля зрения. Цвет менялся – разные оттенки пустоты. Фам Нювен снова слабо дернулся. Удерживать его пока было несложно, но… изо рта у него потекла кровь. Рубашка на спине промокла и воняла гнилью. – «Внеполосный-II» подлетит через сто секунд. Полно времени, у нас полно времени. – Синепанцирь не переставая ездил вокруг них, и это выдавало, насколько он встревожен. – Да, миледи, до них световые годы. Спустя много лет свет их гибели озарит небо для тех, кто останется здесь. Но лишь часть испаренного вещества трансиверов порождает свет. Остальная энергия переходит в ультраволновой импульс такой силы, что даже обычное вещество на него реагирует… Оптические нервы возбуждены перегрузкой… Фактически поток такой мощный, что сама ваша нервная система становится ультраприемником. – Он покрутился на месте. – Но не волнуйтесь. Нас так просто не взять. Мы быстры. Мы и не в таких передрягах бывали. Странно было слышать, как существо без собственной кратковременной памяти хвастается молниеносными рефлексами. Оставалось надеяться, что тележка компенсирует недостатки. Зеленожка прогудела до боли громко: – Вон там! Линия прибоя отступила дальше, чем когда бы то ни было. – Море падает! – кричала Зеленожка. Край воды откатился на сто метров, двести. Зеленая кромка горизонта проваливалась. – Корабль в пятидесяти секундах. Летим ему навстречу. Равна, ну же! Тут Равна совсем струхнула. Грондр сам сказал, что Причалы падут! В ближнем небе стало тесно: десятки судов спасались бегством. А в ста метрах зашевелился песок, проваливаясь в бездну. Она вспомнила, что говорил Старик, и внезапно поняла, какую ошибку допускают улетающие. Мысль эта рассекла путы страха. – Нет! Просто поднимемся на возвышенность. Ночь перестала быть тихой. От моря донесся рев, подобный растянутому стонущему удару колокола. Звук разносился быстро. Вечерний бриз перерос в ураган. Он пригибал деревья к воде, ломал ветки, швырялся в беглецов песком. Равна стояла на коленях, прижимая руки Фама к телу. Дыхания и пульса не было. Глаза смотрят в никуда. Прощальный дар Старика. «Будь прокляты все Силы!» Она подхватила Фама Нювена под плечи. И вскрикнула, чуть не выпустив его. Под рубашкой чувствовались пустоты там, где полагалось находиться плоти. По бокам стекало что-то мокрое, вонючее. Равна с трудом поднялась, волоча бесчувственное тело. – …Мы его еще часы так будем тащить! – заорал Синепанцирь. Поднялся в воздух, подстроил антиграв по ветру. Тележка и наездник неуверенно покачались и рухнули обратно. Их поволокло туда, куда дул ветер: в стонущую дыру на месте моря. Зеленожка преградила партнеру путь, укрыв его с обращенной к морю стороны, и не дала погибнуть. Синепанцирь выпрямил ствол, и двое покатились обратно, к Равне. Голос наездника уносило ветром: – …Антиграв… отказ! – А с ним и вся структура Причалов. Они тащились и катились прочь от воронки, в которую превратилось море. – Надо найти место, где посадить «Внеполосный-II»! Линия деревьев превратилась в неровную гряду холмов. Пейзаж менялся и перед глазами, и под ногами. Отовсюду слышался рокот, кое-где такой громкий, что Равна его подошвами чувствовала. Они избегали зыбучих участков и открывшихся повсюду ям. Ночь осветилась – то ли аварийная подсветка, то ли побочный эффект отказа антиправов, но меж дыр воссиял синий свет. Через отверстия можно было видеть облачную ночь Земсторонья тысячью километров ниже. Промежуточное пространство не пустовало: туда низвергались мелькающими призраками миллиарды тонн воды и почвы… и сотни гибнущих флаеров. Орга Вриними расплачивалась за постройку Причалов на антигравах вместо инерциальной орбиты. Трое с трудом продвигались вперед. Фам Нювен весил прилично, его было тяжело тащить, не говоря уже о том, чтобы нести, и Равну мотало в стороны при каждом шаге. Впрочем, он оказался все же легче, чем она предполагала. Это тоже пугало: ужели и вышние планы провалились? Бо́льшая часть антигравов отказала, некоторые же съехали с катушек: с вершин холмов срывало и уносило вверх целые пласты земли с деревьями. Порывы ветра налетали со всех сторон, сверху и снизу… но шум стал отдаленнее, а ярость немного спала. Искусственная атмосфера Причалов долго не протянет. Складной скафандр Равны проработал несколько минут и тоже стал выдыхаться. Через несколько минут совсем откажет, как и антиграв… и ей суждена та же участь. Она отвлеченно подумала: «И как только Погибель все это провернула?» Подобно Старику, Равна, вероятно, умрет, так и не узнав это. Стали видны факельные вспышки кораблей. В основном они направлялись на инерциальную орбиту или сразу уходили в ультрапрыжок; несколько зависли над распадающимся ландшафтом. Синепанцирь и Зеленожка ехали впереди. Эти двое использовали третью ось своих тележек, как Равна никогда бы не придумала: упирались в землю, отталкивались, ползли вверх по склонам, которые она, с Фамом на закорках, едва преодолевала. Они оказались на вершине, впрочем не очень обширной: то была часть офисного леса. Деревья торчали в разные стороны, будто шерсть взлохмаченного бродячего пса. Земля уходила из-под ног. Дальше-то куда? Наездники катались по вершине. Их могли спасти здесь или нигде. Равна опустилась на колени, сгрузив свою ношу на землю. Отсюда открывалась широкая панорама. Причалы стали похожи на исполинское, слабо колышущееся знамя, от которого с каждым взмахом отлетали обрывки. Но покуда фрагменты антиграв-основы кое-как держались, земля оставалась плоской, и это сбивало с толку. Вокруг их лесочка повсюду зияли дыры. На горизонте оторвался и улетел дальний край Причалов, длиной в сотню километров и шириной в десять; медленно поворачиваясь, он дрейфовал навстречу кораблям, которые могли бы их спасти. Синепанцирь прижался к Равне слева, Зеленожка – справа. Она извернулась, перенеся часть веса Фама на корпуса тележек. Если все четверо соединят скафандры, можно выиграть еще несколько ясных мгновений. – «Внеполосный-II»! – сказал наездник. – Я его опускаю! Что-то снижалось над ними. Факел корабля озарил землю сияющим бело-синим светом. По правде говоря, не рекомендуется стоять рядом с местом, куда намерен причалиться корабль на ракетном движке, да еще при почти нормальной силе тяжести. Часом раньше такой маневр был бы невозможен, и даже если бы кому и взбрело в голову совершить такое, его бы преследовали как злостного правонарушителя. Но сейчас никому нет дела до того, что ракетный факел прожжет поверхность Причалов или испепелит груз, доставленный за пол-Галактики. Но все же… куда именно Синепанцирь посадит эту штуку? Их окружали дыры и летающие обломки. Яростный свет полыхал прямо перед ними… Равна зажмурилась… Свет потускнел. В общей на четверых атмосфере крик Синепанциря прозвучал писком: – Давайте вместе! Равна прижалась к наездникам, и так они поползли/поехали вниз с холмика. «Внеполосный-II» парил посереди зыбучей ямы. Факел его пропал из виду, но сияние, окаймлявшее края дыры, резко очерчивало силуэт корабля, придавая шипам ультрадвигателя сходство с оперенными белыми арками. Огромный мотылек на сияющих крыльях… вне досягаемости. Если скафандры не откажут, можно будет добраться до края дыры. Но дальше что? Шипы не позволят кораблю подлететь ближе чем на сто метров. Хорошо тренированный (и совершенно чокнутый) человек мог бы прыгнуть, зацепиться за шип и спуститься по нему. Но наездники оказались чокнутыми на свой манер. Отраженный свет стал непереносимо ярок… и факел, мигнув, исчез. «Внеполосный-II» миновал дыру. Наездников это не смутило. – Быстрее! – скомандовал Синепанцирь. Равна догадалась, что они задумали. Весьма проворно для диковинной мешанины из колес и конечностей они переместились на край темнеющей дыры. Равна ощутила, что почва уходит из-под ног, а потом они упали. Причалы в толщину достигали сотен, а местами тысяч метров. Теперь клубок из людей и наездников пролетал их насквозь. Мелькали жуткие картины растерзанной внутренней структуры. Наконец они миновали разлом, продолжая падать. На миг дикая паника оставила Равну. В конце концов, это всего лишь свободное падение, самая обычная штука, уж всяко более мирная, чем разрушение Причалов. Держаться за наездников и нести Фама Нювена стало легче, и даже обобществленная атмосфера показалась лишь немного плотнее прежней. Глубокий вакуум и свободное падение имели одну особенность. Если не считать редких свихнувшихся антигравов, все падало с одинаковым ускорением; обломки летели спокойным, размеренным потоком. Через четыре-пять минут они врежутся в атмосферу Земсторонья. Скорость на входе – лишь три или четыре километра в секунду. Сгорят ли они? Может быть. Над облачной грядой мелькали сполохи. Окружавший космический мусор был преимущественно темным: просто тени в небе, на фоне гала-представления наверху. Но непосредственно внизу неслось что-то крупное, правильных очертаний… Это же «Внеполосный-II», носом вверх! Корабль падал вместе с ними. Каждые несколько секунд маневровый двигатель коротко вспыхивал красноватым огнем. Корабль сближался с командой. Если у него есть носовой люк, они, наверное, прямо туда и провалятся. Стыковочные огни блеснули, ярко высветив их. Расстояние десять метров. Пять. Да, люк там есть, и он открыт! Она видела внутри самый обычный шлюз… Что бы в них ни врезалось, оно было большое. Равна успела заметить, как над плечом вздымается нечто крупное, пластиковое. Обломок медленно вращался и задел их самым краем, но этого хватило. Фама Нювена вырвало у нее из рук, тело его сразу скрыла тень. Потом корабельный прожектор высветил его, и в тот же миг у Равны в легких закончился воздух. У них осталось всего три карманных атмосферных генератора, да и те отказывали. Этого не хватит. Сознание Равны стало меркнуть, зрение стало туннельным. Так близко. Наездники отцепились друг от друга. Она схватилась за корпуса тележек, и трое, растянувшись в цепочку, зависли над шлюзом. Тележка Синепанциря зацепила девушку: он опрометью ринулся в люк. От удара Равну закрутило и припечатало о Зеленожку, а саму наездницу подкинуло вверх. Все словно во сне. Где ты, паника, когда нужна? Держись крепче, держись крепче, держись крепче, бубнил чей-то голосок в сузившемся до предела сознании. Удар, толчок. Наездники тянули и пихали ее. А может, это корабль их всех тянул к себе. Как марионеток на единственной ниточке. …В конце туннеля, в который превратилось зрение Равны, показался наездник и схватил кувыркающееся тело Фама Нювена. Равна не заметила, как потеряла сознание. Следующее, что она помнила, это как судорожно глотает воздух, сплевывая рвоту, – уже в шлюзе. Вокруг успокаивающе сомкнулись плотные зеленые стены. Фам Нювен лежал на дальней стене, пристегнутый в контейнере первой помощи. Лицо его приобрело синюшный оттенок. Равна неловко оттолкнулась и полетела через шлюз к Фаму Нювену. Какая тут неразбериха: место резко отличалось от всего ею виденного на пассажирских и спортивных кораблях. Но это ведь разработка наездников. По стенам раскиданы липучки-присоски, и к одному такому скоплению прикрепила свою тележку Зеленожка. Они летели с ускорением около 1/12g. – Мы продолжаем снижаться? – Да. Если остановимся или поднимемся, нас раздавит. Всем летящим сверху мусором. – Синепанцирь пытается отвести корабль в сторону.
Побег из системы и прыжок. Корабль «Внеполосный-II» под управлением наездника Синепанциря и его спутницы Зеленожки совершает опасный маневр, чтобы избежать столкновения с обломками после катастрофы на Земсторонье. Несмотря на серьезные повреждения систем, герои успешно выходят на орбиту и совершают прыжок в глубокий космос, покидая зону поражения флота Искажения. В ходе полета Равна, находящаяся на борту, убеждает Синепанциря соблюсти контракт с погибшей Организацией Вриними и отправиться к Дну Запределья в поисках артефакта против Силы. Наездник, несмотря на осознание огромного риска, соглашается на этот опасный квест.
Они падали, как и всё вокруг, но пробовали маневрировать, увиливая из-под особо крупных обломков. До столкновения с Земстороньем еще оставалось время. По корпусу временами что-то скрежетало и звякало. То ли ускорение уменьшалось, то ли вектор смещался. Синепанцирь увиливал от крупных обломков… но не всегда удачно. Раздался протяжный надсадный стон, завершившийся гулким ударом, и помещение чуть повернулось вокруг Равны. – Бррап! Я потерял шип ультрадвигателя, – пожаловался Синепанцирь. – А еще два уже повреждены. Пожалуйста, пристегнитесь, миледи. Через сто секунд они влетели в атмосферу: вокруг корабля что-то зашипело, почти на грани слышимости. Для такого судна это все равно что трубный глас: маневрировать в атмосфере корабль был способен не более, чем пес – перепрыгнуть луну. Шум становился громче. Синепанцирь вел корабль на глубину, стараясь избавиться от летящего вокруг мусора. Сломались еще два шипа, потом всех придавило ускорением по главной оси. «Внеполосный-II» вырвался из гибельной тени Причалов и стал быстро подниматься, выходя на инерциальную орбиту. Равна смотрела в окна поверх веточек Синепанциря. Они только что миновали терминатор Земсторонья, летя по инерциальной орбите. Снова в свободном падении, но траектория полета закручивалась сама в себя, избегая столкновения с крупными твердыми объектами, такими, например, как само Земсторонье. О космических полетах Равна знала не больше, чем можно было ожидать от заядлой путешественницы и любительницы адвентюр. Было, однако, ясно, что Синепанцирь совершил чудо. Когда девушка попыталась его поблагодарить, наездник просто покатался туда-сюда по липким присоскам, мерно жужжа про себя. От смущения? Или просто отключился от разговора, как это им свойственно? Зеленожка отозвалась вместо него, застенчиво, но и с гордостью: – Знаете ли, дальнерейсовой торговлей мы на жизнь зарабатываем. Если вести себя осторожно, жизнь эта течет себе мерно и спокойно, но так или иначе – сквозь узкие места. Синепанцирь все время тренируется, программирует свою тележку на случай любой мыслимой передряги. Он мастер своего дела. В повседневной жизни наездники казались нерешительными, а когда пришлось туго, они действовали без колебаний. Равна задумалась, чей вклад тут больше: наездника или тележки? – Гррамп, – пробормотал Синепанцирь, – да мы не прошли узкое место, я просто отсрочил проход. У нас несколько шипов поломаны. А если не сумеют самовосстановиться? Тогда что делать? На Земсторонье все разрушено. Вокруг на сотню радиусов полно обломков. Не таких плотных, как рядом с Причалами, но скорость у них куда выше. – («Нельзя ожидать безопасной навигации в условиях, когда по случайным орбитам носятся миллиарды тонн мусора».) – А в любую минуту могут налететь твари Искажения, пожирая все живое. – Уркк! – Щупальца Зеленожки застыли в комичном беспорядке. Секунду она что-то шелестела самой себе. – Ой, ты прав. Я забыла. Я думала, мы уже в космосе. «В космосе, да, но на полигоне для стрельб». Равна глянула в окна рубки управления. Они летели над дневной стороной планеты, километрах в пятистах над главным океаном Земсторонья. Космос над размытым синим горизонтом не полыхал и не сверкал. – Не вижу признаков битвы, – с надеждой сказала Равна. – Извините. Синепанцирь сменил картинку в окнах на более интересную. Основную часть экрана занимали бессмысленные для Равны сводки систем навигации и ультраслежения. Глаза ее замерли на данных из медблока: Фам Нювен снова дышит. Корабельный автохирург полагал, что его удастся спасти. А еще всплыло окно состояния систем связи: картина атаки в нем была устрашающе ясна. Локальная сеть развалилась на сотню стонущих фрагментов. С поверхности планеты долетали лишь голоса автоматов, моливших о медицинской помощи. Грондр тоже там был. Равна заподозрила, что даже оперативники рыночной разведки погибли. Что бы ни ударило по Земсторонью, последствия атаки оказались даже смертоносней, чем на Маршрутизаторе. В ближнем космосе попадались редкие выжившие на кораблях и осколках хабитатов, но траектории не сулили им ничего хорошего. Без массированной и скоординированной подмоги им настанет конец за считаные часы, если не минуты. Директора Организации Вриними погибли, разрушились, не успев даже сообразить, что случилось. Беги, молил Грондр, беги. За пределами системы еще шла битва. Равна видела, как сыплются сообщения от сетей обороны Вриними. Без контроля и координации некоторые продолжали сражаться с флотом Искажения. Свет этих битв долетит сюда много позднее, чем защитников разобьют, гораздо позже, чем явится сам враг. «Сколько нам осталось? Минуты?» – Бррап! Гляньте на данные трассировки, – сказал Синепанцирь. – У Искажения почти четыре тысячи кораблей. Они просто сметают защитников. – Но там же почти никого не осталось, – сказала Зеленожка. – Остается надеяться, что не все они мертвы. – Нет, не все. Я вижу, как улетают несколько тысяч кораблей. Те, у кого есть смысл и силы бежать. – Синепанцирь поездил взад-вперед. – Увы! Смысл у нас, конечно, есть… но гляньте на данные по ремонту. – Одно из окон растянулось, заполнилось цветными узорами, которые для Равны мало что значили. – Два шипа все еще сломаны и восстановлению не подлежат. Три частично починились. Если не залечатся до конца, мы тут застрянем. Это неприемлемо! – Голос из вокодера поднялся до визга. Зеленожка подкатилась ближе и сплелась с ним ветками. Прошло несколько минут. Когда Синепанцирь снова заговорил на самношке, голос его стал тише. – Один шип починился. Может быть, может, может… – Он включил естественный вид. «Внеполосный-II» пролетал над южным полюсом Земсторонья, уходя в ночь. Орбита уводила их от самой гущи мусора с Причалов, но приходилось постоянно лавировать между обломками. Жуткое эхо битвы на окраине системы стихало. Организация Вриними превратилась в огромный агонизирующий труп. Вскоре явится убийца – поглумиться. – Два шипа починились. – Синепанцирь затих. – Три! Три починились! Пятнадцать секунд на перекалибровку, и мы прыгнем! Время это сильно растянулось, но потом все окна переключились на естественный обзор. Земсторонье и его солнце пропали. Вокруг лишь проколотая звездами тьма. За три часа они унеслись на полтораста световых лет от Маршрутизатора. «Внеполосный-II» догнал основную группу беженцев. На Маршрутизаторе всегда присутствовало колоссальное число звездолетов – по делам архивным или туристическим. Вокруг на световые годы растянулось тысяч десять кораблей. Но здесь, далеко от плоскости Галактики, звезды встречались редко, и до ближайшего убежища лететь было еще не меньше ста часов. Для Равны началась новая битва. Она глядела через палубу на Синепанциря. Наездник сучил ветвями, выкручивая их вокруг ствола прежде не виданным Равной способом. – Видите ли, миледи Бергсндот, Высшая Точка – отличная цивилизация, там встречаются двуногие. Там безопасно. И это поблизости. Вы могли бы прижиться. – Он сделал паузу. «Читает мои эмоции по лицу?» – Но… но если она для вас неприемлема, мы отвезем вас и дальше. Позвольте отыскать подходящий груз, и мы вернем вас на Сьяндру Кей. Как насчет этого? – Нет. Вы уже заключили контракт, Синепанцирь. С Организацией Вриними. Мы трое, – («и то, что останется от Фама Нювена»), – летим ко Дну Запределья. – Я трясу головой в недоумении! Мы получили задаток, но Орга Вриними мертва. Никто нам остатка не выплатит. Значит, и мы свободны от принятых обязательств. – Вриними не мертва. Вы слышали Грондра ‘Калира. У Орги были… есть филиалы по всему Запределью. Обязательства в силе. – Технически – да, но мы оба знаем, что эти филиалы не в состоянии полностью рассчитаться по контракту. Равна не сумела ему возразить. – У вас контракт, – только и сказала она, но без надлежащего напора. Давить на собеседника девушка никогда не умела. – Миледи, вами движет корпоративная этика Орги или просто гуманность? – Не… – Если честно, корпоративной этикой Орги Равна так и не прониклась. По этой причине она собиралась вернуться на Сьяндру Кей, завершив стажировку, и по этой же причине Орга сильно осторожничала во взаимоотношениях с человечеством. – Не важно, что мною движет! У вас контракт. Когда миссия казалась безопасной, вы горды были его заполучить. Ну что ж, миссия стала смертельно опасной, но соглашением такая возможность учтена! – Равна покосилась на Зеленожку. Пока что наездница отмалчивалась, даже ничего не шелестя партнеру. Сидела, тесно обхватив веточками центральный стебель. Может быть… – Послушайте, есть и другие причины соблюсти контракт, помимо этих. Искажение сильнее, чем можно было предполагать. Сегодня оно убило Силу. Оно действует в Срединном Запределье… У наездников долгая история, Синепанцирь, дольше, чем у многих рас. Искажение, возможно, положит ей конец. Зеленожка подкатилась к ней и немного развела ветки: – Вы… вы действительно думаете, что там, на корабле у Дна, мы найдем какую-то вещь, способную повредить Силе из Сил? Равна помолчала. – Да. И сам Старик так думал перед смертью. Синепанцирь сжался еще плотнее, подергался. Страдает? – Миледи, мы торговцы. Мы прожили долгую жизнь и много странствовали… и мы выжили, потому что никуда не лезли без надобности. Что бы там ни воображали себе романтики, торговцы не увлекаются квестами. Ваша просьба… немыслима. Как могут запредельцы надеяться одолеть Силу? «Но на такой риск ты и подписывался». Вслух Равна этого не сказала. Наверное, за нее это вымолвила Зеленожка: прошелестели ветки, и Синепанцирь снова дернулся. Мгновение Зеленожка безмолвствовала, затем что-то странное сделала с осями тележки, отлепилась от присоски и полетела, описывая плавную дугу. Колеса вращались в пустоте, пока она не перевернулась кроной вверх, заплетя опущенные ветки с ветвями Синепанциря. Они почти пять минут шелестели. Синепанцирь медленно развернул крону, расслабил веточки и погладил ими подругу. Наконец он произнес: – Ну что ж, хорошо… Один квест. Но запомни! Никогда больше!
Путь к Дну Запределья и судьбы союзников. На фоне катастрофы на Земсторонье группа героев на корабле «Внеполосный-II» отправляется в опасное путешествие к Дну Запределья для поиска артефакта. В то же время в мире Когтей Йоханна пытается выжить в суровых условиях, сталкиваясь с интригами Грамотея и предательством Проныры, которое приводит к гибели его фрагмента Джа. Параллельно Равна и её спутники анализируют угрозы со стороны Погибели и пытаются стабилизировать состояние тяжелораненого Фама Нювена. Несмотря на апатию Фама и осознание им потери индивидуальности, герои решают использовать технологии корабля для помощи союзникам в борьбе с врагами. В финале Равна выбирает стратегию технологической поддержки для защиты Джефри, осознавая высокую цену и неопределенность предстоящей миссии.
Подробный пересказ
Прибытие Йоханны в жилище. Йоханна в холодный и дождливый день преодолевает грязный склон к замковому подвостью, размышляя о суровости природы мира Когтей. Она сравнивает текущие условия с другими мирами и осознает смертельную опасность окружающей среды в отсутствие технологий. По прибытии в жилище героиня встречается со стаей Когтей, которая помогает ей переодеться и устроиться у огня.
Весна, мокрая, холодная, наступала мучительно медленно. Дождь лил уже восемь дней без передышки. Йоханна мечтала о перемене погоды – любой перемене – даже возврате к зимнему мраку. Она шлепала по раскисшему, превратившемуся в непролазную грязь мху. Была середина дня; оставалось еще часа три тусклого солнечного света. Шрамозадый утверждал, что, кабы не облачность, сегодня показалось бы прямое солнце. Иногда Йоханна начинала сомневаться, что увидит солнце снова. Главный двор замка располагался на склоне холма. Склон покрывали горы грязи и почерневшего снега, кое-где расчищенного и сваленного к стенам деревянных построек. Летом отсюда открывался чудесный вид. Зимой полярное сияние подсвечивало снежные поля зеленью и синевой, сверкало на льду замерзшей гавани, резко очерчивало силуэты холмов на фоне небосклона. Теперь за пределами городских стен все терялось в тумане и мороси. Облака нависали над головой грязным прохудившимся потолком. Она знала, что на каменных стенах замковой куртины полагается дежурить стражникам, но в эту собачью погоду они, наверное, прячутся за смотровыми щелями. Не видно было ни единой стаи, ни единого зверя. Если сравнивать со Страумом, мир Когтей покажется безжизненным – но, во всяком случае, тут лучше, чем в Высокой Лаборатории. Высокая Лаборатория располагалась на безвоздушной глыбе и крутилась вокруг красного карлика. Мир Когтей был живой и подвижный; выпадали дни, когда он выглядел теплым и радушным, как Страум в дни каникул. Йоханна понимала, что планета эта действительно приятнее для жизни, чем бо́льшая часть миров человечества – уж точно приятнее Нюйоры и, скорее всего, не хуже Старой Земли. Йоханна добралась наконец до своего обиталища, замерла на миг под нависавшими стенами и оглядела замковое подворье. Да, немного похоже на средневековую Нюйору, вот только в историях века принцесс и словом не упоминалась необоримая сила природы. Куда ни глянь, лил дождь. Даже холодный дождь может оказаться смертельной угрозой в отсутствие приличных технологий. Как, впрочем, и ветер. Море тут не для послеполуденных прогулок под парусом. Йоханна представила бушующие валы прибоя, которые сейчас бичует дождь… как они неустанно набегают на берег, снова и снова. Леса вокруг города тоже были опасны. Гуляй, сколько вздумается, но, если заблудишься, нет ни радиомаячков, ни обустроенных складов провизии. Потерявшись здесь, можно запросто погибнуть. Сказки Нюйоры обретали для девочки новый смысл: не требовалось чрезмерное воображение, чтобы изобрести элементалей, духов ветра, дождя и моря. Дотехнические переживания: если даже врагов у тебя нет, мир вокруг сам по себе смертоносен. А врагов у нее хватало. Йоханна открыла дверку и протиснулась внутрь. У огня расселась стая Когтей. Поднявшись, она помогла Йоханне сбросить куртку. Йоханна перестала пугаться острозубых пастей. Эта стая ходила у нее в повседневных помощницах; легко можно представить, что не челюсти, а руки ловко стягивают промасленную куртку за рукава и развешивают у огня. Йоханна стянула сапоги и штаны, взяла у стаи домашнюю одежду, которую ей «подали».
Разговор Йоханны с Грамотеем. Йоханна живет в доме Когтей, где она вынуждена сосуществовать со стаей прислужников, несмотря на глубокую неприязнь к ним и память об убийстве родителей. К ней приходит Грамотей, многоголовое существо, которое пытается наладить контакт, демонстрируя свои фантастические изобретения и планы по развитию технологий. Несмотря на его попытки расположить её к себе, Йоханна в порыве гнева обвиняет его в варварстве и выгоняет из дома. В итоге она осознает, что может противостоять Когтям и заставить их подчиняться своей воле.
– Обед. Сейчас, – сказала она стае. – Хорошо. Йоханна опустилась на подушку рядом с печной ямой. Когти оказались примитивнее людей Нюйоры. Мир их не был затерянной колонией, им даже по легендам не получалось ориентироваться. Дезинфекции еще предстояло войти в обиход. До Древорезчицы Когти просто выпускали из пациентов-жертв кровь… Йоханна понимала, что по меркам Когтей ее нынешнее жилье роскошно. Тщательно отполированное дерево встречалось далеко не в каждом доме. Узоры на колоннах и стенах – плод многочасовой работы. Йоханна положила подбородок на сложенные ладони и уставилась в огонь. Она едва сознавала присутствие стаи, снующей вокруг пламени и разогревающей горшочки с едой. Эта стая почти не говорила на самношке и в проекте изучения данника, затеянном Древорезчицей, явно не участвовала. Много недель назад Шрамозадый попросил разрешения поселиться здесь – действительно, разве стоит искать лучшую учительницу? Йоханну передернуло при этом воспоминании. Она знала, что Шрамозадый – лишь один из элементов стаи, что сам убийца папы тоже мертв. Йоханна это понимала, но каждый раз при виде «Странника» ей представлялся жирный, довольный собой убийца ее отца, прячущийся за спинами трех особей поменьше. Йоханна смотрела в огонь, вспоминая, какую трепку задала Страннику в ответ на это предложение. Она совсем потеряла над собой контроль, но выходка того стоила. Ей больше никто не предлагал разделить кров с «друзьями». Бо́льшую часть вечеров девочка проводила в одиночестве. А по ночам… Ей мерещились папа с мамой, совсем близко: может, как раз снаружи, ждут, пока она их заметит. Она видела их гибель, но что-то внутри ее отказывалось с этим мириться. Запахи стряпни развеяли привычный сон с открытыми глазами. Сегодня мясо с бобами и что-то вроде репчатого лука. Сюрприз. Пахнет вкусно; будь пища хоть немного разнообразней, Йоханне бы понравилось. Но свежих фруктов она не видела уже шестьдесят дней. Зимние блюда здесь были, мягко говоря, однообразны – солонина и овощи. Джефри бы на ее месте закатил скандал. Уже месяцы миновали с той поры, как шпионы Древорезчицы принесли весть с севера: Джефри погиб во время той атаки. Йоханна с этим свыклась – пришлось. В каком-то смысле одиночество всё… упрощало. Стая поставила перед ней тарелку с мясом и бобами, положила рядом что-то вроде ножа. Ладно. Йоханна неловко подцепила изогнутую рукоятку, приспособленную не для пальцев, а для челюстей, и принялась за еду. Она почти закончила трапезу, когда в дверь вежливо поскреблись. Прислуживавшая девочке стая булькнула в ответ. Гость отозвался и добавил на неплохом самношке (голосом, до жути похожим на ее собственный): – Привет, меня зовут Грамотей. Я поговорить с тобой немножко, хорошо? Стая-прислужница одним элементом обернулась к Йоханне, пока остальные наблюдали за дверью. Грамотей был тот, о ком она думала как о Напыщенном Клоуне. Он вместе со Странником захватил девочку в плен, но оказался так глуп, что она его почти не опасалась. – Ладно, – сказала Йоханна, уставясь на дверь. Ее прислужница (а может, стражница) схватила челюстями арбалеты, и все пять элементов утекли по лесенке на чердак; внизу места хватало только для одной стаи. Вместе с гостем в комнату ворвались холод и сырость. Йоханна села по другую сторону от очага, Грамотей принялся стягивать дождевики. Элементы стаи отряхивались шумно, почти как собаки, – удивительное зрелище, и лучше в это время было отойти подальше. Наконец Грамотей неторопливо расположился вокруг печной ямы. Под дождевиками у него были куртки с обычными пристежками, плечи и ляжки оставались голыми. Грамотей, кстати, еще и подбивал куртки над плечами, чтобы казаться плотнее. Одним элементом он принюхался к тарелке, остальными головами озирался туда-сюда, не глядя, однако, прямо на девочку. Йоханна опустила на стаю нацеленный взгляд. Ей все еще доставлял неудобства разговор со многими мордами; обычно она выбирала ближайшего элемента и обращалась к нему. – Ну? О чем ты хотел поговорить? Одна из морд наконец посмотрела на нее: – А? Ага, да. Я тут подумал зайти посмотреть, как у тебя дела. То есть… Буль-буль. Сверху отозвалась стая-служанка, вероятно отчитываясь о настроении девочки. Грамотей распрямился, четыре головы из шести поглядели на Йоханну. Остальные два элемента рыскали взад-вперед, словно обдумывая что-то важное. – Вот, взгляни. Ты единственный человек, которого я знаю, но я всегда старался изучать характеры. Я знаю, что ты здесь несчастлива… – Напыщенный Клоун мастерски владел искусством констатировать очевидное. – …И я это понимаю. Но мы стараемся помочь тебе, чем можем. Это не мы – те злые, которые убили твоих родителей и брата. Йоханна уперла руку в потолок и наклонилась к собеседнику. «Все вы тут бандюки. Просто так получилось, что враги у нас общие». – Я знаю. Я с вами сотрудничаю. Без моей помощи вы бы застряли в детском режиме данника. Я показала вам программы обучения чтению. Если в ваших башках есть хоть немного мозгов, к лету получите порох. Йоханне давно пора было сменить любимого Слоника на устройство посерьезнее. Но в нем оказалось много сведений по истории – рассказы о королевах и принцессах Темных веков, о том, как те подчиняли себе джунгли, отстраивали города и, наконец, сооружали звездолеты. Туманные отсылки пробуждали в учениках интерес к более сложным вопросам из истории технологии. Порох – одно из простейших изобретений. Когда погода улучшится, предстоят заманчивые экспедиции; Древорезчица знала, что такое сера, но в городе этого вещества было недостаточно. Пушки построить будет сложнее. Но потом… – Потом вы уничтожите своих врагов. Ваш народ добьется желаемого. Ну и чего ты ноешь? – Ною? – Напыщенный Клоун по очереди покачал головами вверх-вниз. Эти жесты беспокойства соответствовали лицевой мимике, но Йоханна пока плохо в них разбиралась. Сейчас он, кажется, в замешательстве. – Я не ною. Ты нам помогаешь, это правда. Но, но… – Теперь вокруг бегали три элемента. – Но я вижу больше остальных, почти как Древорезчица умела в старые дни. Я… я видел у тебя слово для этого… дилетант. Ну, ты знаешь. Учился всем наукам подряд и всесторонне одарен. Мне всего тридцать, но я прочел почти все книги мира, и… – Его головы поникли, уж не в смущении ли? – Я даже намерен сам написать книгу. Возможно, подлинную историю твоих приключений. Йоханна поймала себя на том, что улыбается. Обычно Когти представлялись ей варварами, нелюдями по облику и духу. Но если закрыть глаза, почти получалось вообразить себе на месте Грамотея приятеля-страумера. У мамы были друзья такие же безмозглые и самовлюбленные, как этот, мужчины и женщины, у которых в загашнике имелись сотни грандиозных планов и ни одного реализованного. На Страуме она старалась избегать общества таких зануд. А здесь… пожалуй, глуповатый Грамотей словно немного возвращал ее домой. – Ты пришел изучить меня для своей книги? Еще поочередные кивки. – Ну да, в общем, так. И еще я хотел поговорить с тобой о других своих задумках. Видишь ли, я всегда был склонен к… э-э… изобретательству. Я понимаю, в твоих глазах это мало что значит. Мне кажется, в Даннике заключено все, что только можно изобрести. Я там обнаружил многие из своих лучших идей. – Он вздохнул или изобразил вздох. Он говорил одним из научпоповских голосов данника. Когтям ничего не стоило имитировать звуки; зачастую это сбивало с толку. – Короче, я думал, как некоторые из них можно усовершенствовать… – Четыре элемента Грамотея опустились на животы перед печной ямой; похоже, разговор намечался долгий. Оставшаяся двойка перебежала на ту сторону ямы и протянула девочке стопку бумаги, скрепленную медными кольцами. Пока один говорил на той стороне очага, двое на противоположной осторожно переворачивали страницы и указывали Йоханне, куда смотреть. Да уж, идей у него на три короба да лукошко. Запрячь птиц в летающие лодки, сконструировать исполинские линзы и сжечь врагов сфокусированным солнечным светом… по некоторым идеям стало понятно, что он полагает атмосферу простирающейся за луну. Каждую идею Грамотей объяснял с занудной дотошностью, тыкая в рисунки и настойчиво поглаживая девочке руки. – Ты видишь, какие открываются возможности? Моя уникальная сметка вместе с подтвержденными Данником изобретениями. Кто знает, куда заведет нас это сочетание? Йоханна хихикнула, представив себе великанских птиц Грамотея, тянущих к луне линзы километрового диаметра. Он, похоже, счел это знаком одобрения. – Да! Не правда ли, потрясает? Моя самая свежая идея. Если бы не Данник, мне до нее никогда не додуматься. Это «радио», оно ведь передает звук на далекие расстояния и очень быстро, так? Почему бы не скомбинировать это с мощью мышления Когтей? Стая сможет мыслить как целое, даже разбежавшись на сотни, гмм, километров. А в этом что-то есть! Но если у них уйдут месяцы на изготовление пороха, даже со знанием точной формулы, то сколько десятилетий потребуется, чтобы внедрить радиосвязь? Грамотей без устали фонтанировал полуоформленными идеями. Йоханна уже больше часа сидела под струями этого фонтана. Бред, конечно, однако за последний год ей довелось испытать и более странные вещи. Наконец Грамотей начал выдыхаться, делать длинные паузы и чаще интересоваться ее мнением. Сказал: – Ну это же просто здорово, да? – А? Э-э, да, впечатляет. – Я знал, что тебе понравится. Думаю, ты не так уж сильно отличаешься от нас. Ты не вся такая в гневе, не все время… – Ты это о чем? – Йоханна оттолкнула мягкую морду и рывком поднялась. Собакообразное существо привстало на задних лапах, глядя на нее. – Я, ну… понимаю, что тебе есть кого ненавидеть. Кажется, что ты все время на нас гневаешься, а мы ведь пытаемся тебе помочь! Поработав с нами днем, ты замыкаешься в себе, не хочешь общаться дальше – хотя теперь я вижу, что это наша ошибка. Ты хотела, чтоб мы сами к тебе пришли, но была слишком гордячка сказать это напрямую. Знаешь ли, я неплохо разбираюсь в чужих характерах. Вот взять моего друга, которого ты прозвала Шрамозадым; на самом деле он очень классный. Я теперь могу говорить с тобой в открытую, раз мы друзья. Ему так хочется к тебе в гости, и… уркк! Йоханна медленно обошла очаг, оттеснив двойку Грамотея. Теперь все его элементы смотрели на девочку, выгибая шеи друг поверх друга и дико распахнув глаза. – Я не такая, как вы. Мне нет надобности с тобой болтать или обсуждать твои идиотские придумки! – Она зашвырнула записную книжку Грамотея в печь. Грамотей в ужасе подскочил к яме, принялся вытаскивать оттуда горящие записи. Бо́льшую часть спас и крепко прижал к себе. Йоханна продолжала надвигаться на него, наступая на лапы. Грамотей пятился, дергаясь и озираясь. – Вы тупые грязные мясники! Я вас ненавижу! – Она ударила кулаком по потолочной балке. – Людям не нравится жить, как животные! Мы не принимаем к себе убийц! Ты скажи Шрамозадому, скажи: если хоть раз припрется ко мне дружески поболтать, я… я ему башку расквашу, я ему все головы разобью! Грамотей прижался к стене, дико вертя головами. От него несся сильный шум. Кое-что на самношке, но слишком визгливо, неразборчиво. Одним из ртов он отыскал жердь поперек двери, откинул ее и вылетел в сумерки всеми шестью элементами, оставив дождевики внутри. Йоханна опустилась на колени и высунула голову за дверь. Снаружи моросило, висел туман. Лицо у нее тут же замерзло и вымокло, так что слез она не ощутила. Грамотей – шестерка теней в серой мгле – улепетывал вниз по склону, время от времени оборачиваясь на бегу. Через секунду его и след простыл. Она больше ничего не видела, кроме неясных очертаний соседних хижин и желтого света, льющегося наружу от огня. Странное дело. Угодив в засаду, она испытала ужас. Когти показались ей неумолимыми убийцами. Потом, в лодке, когда она врезала Шрамозадому… какое облегчение: вся стая рухнула, и девочке вдруг открылось, что она может дать им сдачи, может переломать им кости. Она больше не полагалась на их милость… Этим вечером она узнала еще кое-что. Даже не прикасаясь, она может сделать им больно. Во всяком случае, некоторым. Напыщенный Клоун смылся, струсив перед одной лишь ее враждебностью. Йоханна вернулась в задымленное тепло дома и захлопнула дверь. Ей бы сейчас впору торжествовать…
Разговор Грамотея и Странника в городе. Грамотей Джакерамафан, обладающий талантом к чертежам и наукам, пытается восстановить планы для работы с Йоханной и Данником, несмотря на недавние трудности в общении с ними. В ходе прогулки по городу с товарищем Странником он узнает, что Древорезчица высоко ценит его идеи, и обсуждает планы по победе над шкуродерниками. Находясь в толпе, Грамотей осознает, что шкуродерники могут использовать шпионов в городе, чтобы выкрасть или убить Йоханну. Он приходит к выводу, что необходимо организовать сеть контрразведки и предупредить союзников о скрытой угрозе.
Грамотей Джакерамафан никому не рассказывал о походе к Двуногой. Разумеется, стражник Проныры все слышал. На самношке эта стая, вероятно, ни бум-бум, но ссору видела. Так или иначе, слух разойдется. Несколько дней он слонялся вокруг замка. Много времени просидел над остатками записной книжки, пытаясь воссоздать чертежи. Его нескоро теперь допустят к Даннику, особенно в присутствии Йоханны. Грамотей понимал, что посторонним он кажется смельчаком, но в действительности решение напроситься в гости к Йоханне стоило ему немалых усилий. Он был уверен, что идеи его гениальны. Правда, лишенные воображения обыватели трендели, что он ошибается. Впрочем, Грамотею во многих отношениях повезло. Он родился при расколе стаи в Рангафире, на восточной границе Республики. Родитель его был богатым купцом. Джакерамафан унаследовал некоторые таланты, но усидчивости и терпения, необходимых в скучном повседневном деловодстве, был начисто лишен. Зато его стаебрат эти качества приобрел в избытке; семейное дело процветало, и брат (в первые годы) щедро делился с Грамотеем. С ранних лет Грамотей прослыл интеллектуалом. Он читал все подряд: книги по естественной истории, биографии, пособия для заводчиков. В итоге он собрал крупнейшую в Рангафире библиотеку, где было более двухсот томов. Уже тогда Грамотея посещали грандиозные идеи. Найди они достойное воплощение, братья стали бы богатейшими купцами на всем Востоке. Увы, неудачи и полное отсутствие воображения у брата обрекли ранние проекты Грамотея на провал. В конце концов брат выкупил его долю, и Джакерамафан уехал в Столицу. Не было бы счастья, да несчастье помогло. К тому времени он разросся до шестерки и жаждал повидать мир. К тому же… в столичной библиотеке насчитывалось целых пять тысяч книг, содержавших всю историю и опыт всего мира! Его личные записные книжки уже сами стали библиотекой. Университетские стаи, однако, не нашли для него времени. Составленный Грамотеем сводный очерк естественной истории отвергли все издатели, пришлось издавать отдельные фрагменты за свой счет. Было ясно, что сперва нужно достичь успеха в мире, живущем лишь действиями, а затем уже воплощать идеи, привлекая к ним должное внимание. Решив так, он подался в шпионы – выведать секреты Тайного Острова Шкуродера. Сам Парламент ему будет благодарен! С тех пор миновал почти год. То, что случилось за это время – вся эта история с летающим домом, Йоханной и Данником, – превосходило самые смелые мечты Грамотея (а Грамотей мог поклясться, что мечты эти уже были безудержно смелы). Библиотека Данника содержала миллионы книг. С помощью Йоханны он надеялся отшлифовать свои идеи, чтобы стереть шкуродерников с лица планеты. Вернуть Йоханне летающий дом. Даже небо его не остановит! А теперь так вот получить от нее по мордам… он поневоле ударился в самоанализ. Может, Йоханна просто рассердилась при упоминании Странника? Он был уверен: Йоханне Странник бы понравился, разреши она себе это. Впрочем… а вдруг его идеи не так уж и гениальны, по крайней мере в сравнении с человеческими? Мысль эта совсем испортила ему настроение. Тем не менее он закончил восстанавливать чертежи и даже придумал кое-что новенькое. Возможно, стоит прикупить еще шелковой бумаги. Тут явился Странник и вытащил его в город. Джакерамафан заготовил полдюжины объяснений тому, почему он больше не работает с Йоханной. Пару-тройку он испытал на Страннике, спускаясь вместе с ним в гавань по замковой дороге. Послушав минуты две, приятель обернулся к нему одной мордой: – Да ладно, Грамотей, когда захочешь снова, приходи. Рады будем тебя видеть. Грамотей отлично чувствовал отношение других к себе и, в частности, превосходно улавливал покровительственные нотки. Наверное, он помрачнел, потому что Странник продолжил: – Я сказал, как есть. Древорезчица и та о тебе спрашивала. Ей нравятся твои идеи. Была то сладкая ложь иль нет, но Грамотей повеселел. – Правда? Древорезчица нынешняя – зрелище жалкое, но Джакерамафан немногими восторгался так же, как Древорезчиком из хроник. – И что, никто на меня не сердится? – Ну, Проныра немного ворчит. Он сильно нервничает, что ему поручили охранять Двуногую. Но ты хотел того же, что и мы все. – Угу. Даже не будь Данника, Йоханна Ольсндот оставалась бы самым удивительным существом в мире: разум стайного уровня, но в единственном теле! Можно было подойти к ней вплотную, коснуться, и все это не мешало мысли. Сперва такая свобода настораживала, но затем все они быстро прониклись симпатией к гостье. Для стай телесная близость всегда сопряжена с безумием – сексуальным или боевым. А как было бы приятно сесть у огонька рядом с другом и завести неспешную интеллектуальную беседу! У Древорезчицы возникла теория, что цивилизация Двуногой от природы более эффективна, чем любая стайная, ведь людям так легко сотрудничать, они быстрее обмениваются знаниями и легче приступают к совместному труду. Йоханна Ольсндот, однако, оказалась для теории крепким орешком. Если Йоханна нормальный человек… что ж, удивительно тогда, как люди вообще умудряются хоть в чем-то сотрудничать. Иногда она бывала дружелюбна, обычно после работы с Древорезчицей. Она вроде бы понимала, что Древорезчица стара и немощна, поэтому реже принимала покровительственный вид, отпускала едкие замечания, искала любой повод для обиды. Но иногда вела себя так, как вчера вечером. – Как там с Данником? – спросил он, помолчав. Странник пожал плечами: – Как и прежде. Мы с Древорезчицей уже хорошо читаем на самношке. Йоханна нас обучила – в смысле, Древорезчицу, а та уже меня, – как использовать большую часть возможностей Данника. Там столько всего, что можно мир вверх дном перевернуть. Но сейчас важнее сконцентрироваться на изготовлении пороха для пушек. Вот на этом этапе у нас, надо сказать, стопорится. Грамотей понимающе кивнул. С аналогичной проблемой он сталкивался всю свою жизнь. – В любом случае, если справимся до середины лета, то, может, получится разбить армию Шкуродера и вернуть себе летающий дом до начала зимы. – Улыбка Странника растянулась на несколько морд. – А затем, друг мой, Йоханна позовет своих сородичей на помощь… и мы посвятим все свои жизни изучению внешников. Я обойду миры вокруг иных звезд! Об этом они уже говорили. Страннику такая идея явилась даже раньше, чем Грамотею. Они свернули с замковой дороги на Краеровную. Грамотей немного повеселел при мысли о скорой встрече с торговцем; может, тот сумеет помочь. Он впервые за несколько дней с интересом осмотрелся вокруг. Город древорезчиков был приличных размеров, немногим меньше Рангафира: в стенах и окружающих домах обитало почти двадцать тысяч стай. День выдался холоднее предыдущих, но сухой. Холодный свежий ветер гулял по рыночной площади, донося слабые запахи плесени, стоков, пряностей и свежераспиленного дерева. Над головами висели низкие темные облака, холмы вокруг гавани были в тумане. Явственно чувствовалось приближение весны. Грамотей забавлялся, продырявливая когтями слежавшийся у мостовой снег. Странник свернул в проулок. Тут стоял дым коромыслом, каждые семь-восемь ярдов попадались прохожие. У нужного Грамотею лотка стало еще хуже. Мыслезавесы были довольно тонкие, и в народе древорезчиков отыскалось больше любителей изящной словесности, чем где бы то ни было на памяти Грамотея. Он едва сохранял ясность мышления, проталкиваясь к лотку. Торговец восседал на высоком помосте с толстой обивкой; ему-то мыслерокот особо не мешал. Грамотей свел морды вместе, сконцентрировал внимание на ценах и товарах. В прошлой жизни он в этом неплохо разбирался. Бумагу он таки добыл, и даже по сходной цене. – Давай вернемся через Благостайную, – предложил он. Путь через центральную часть рыночного квартала был долгий. Грамотею под настроение даже нравилось бродить в толпе; он обожал изучать другие стаи. Город древорезчиков оказался не столь космополитичен, как иные в Длинноозерье, но сюда сходились торговцы со всего света. Он увидел несколько стай в наголовниках – из тропического коллектива. На одном из перекрестков краснокурточники из Восточного Дома оживленно препирались с подрядчиком. Когда стай собиралось так много и в такой тесноте, мир трепетал на грани Хора. Каждый держался собранно, сохраняя ясность мышления. Трудно было идти, не спотыкаясь о собственные лапы. Временами фоновые мыслешумы обострялись – это в те моменты, когда несколько стай вдруг синхронизировали мысли. Сознание дрейфовало, на миг можно было стать Одним среди Многих, элементом сверхстаи, равной Богу. Джакерамафан вздрогнул. Этим-то и манили тропики. Там стаи сбивались в своры, огромные групповые разумы, столь же глупые, сколь исполненные экстаза. Если слухи не лгут, жизнь в некоторых южных городах – непрестанная оргия. Они уже час бродили по рынку, когда Джакерамафана осенило. Грамотей резко тряхнул головами. Обернулся, потрусил в переулок, через него выбрался с Благостайной на параллельную улицу. Странник следом: – Тебе плохо в такой толпе? – Мне просто явилась одна идея, – сказал Грамотей. В такой тесноте – это дело немудреное, но идея была крайне любопытная… Несколько минут Грамотей молчал. Улица резко пошла в гору, потом стала петлять по Замковому Холму. Верхняя часть холма вдоль улицы была застроена домами богатых горожан. Со стороны гавани виднелись крыши зданий, выстроенных на следующем участке, там, где улица шла под гору. Дома были просторные, изукрашенные в технике роземолинга[13]. Лишь в нескольких местах на улицу открывались лавки. Грамотей сбавил шаг и растянулся так, чтобы не наступать себе на лапы. Он понимал теперь, как ошибся, пытаясь разъяснить свои творческие планы Йоханне. В Даннике слишком много изобретений. Но он здесь нужен всем, и прежде всего Йоханне. Трудность в другом: сами они об этом пока не знают. Наконец он заговорил со Странником: – Ты не задумывался, отчего шкуродерники еще не атакуют город? Мы с тобой нанесли Властителям Тайного Острова величайшее оскорбление в их истории. Мы в силах нанести им и окончательное поражение, у нас ключи от этого успеха. Йоханна и Данник. Странник поразмыслил. – Гм. Я полагал, их армия просто еще не готова. В ином случае они бы уже давно разгромили древорезчиков, разве нет? – Вероятно, однако ценой больших потерь. Теперь дело того стоит. – Он значительно посмотрел на Странника. – Нет, думаю, причина тут в другом… Они захватили летающий дом, но понятия не имеют, как его использовать. Они хотят вернуть Йоханну живой – почти так же сильно, как уничтожить нас всех. Странник горестно хмыкнул: – Если б Стальной так не усердствовал, истребляя всех двуногих, ему сейчас оказали бы любую услугу. – Да, и шкуродерники должны это понимать. Готов побиться об заклад, что у них всегда были шпионы в городе, но сейчас – больше, чем когда-либо. Ты видел те стаи из Восточного Дома? Восточный Дом, колыбель шкуродерничества. Еще до того, как зародилось Движение, суровый народ этих мест регулярно отбраковывал щенят, которые не отвечали установленным заводчиками стандартам. – Одну точно видел. Она с тем подрядчиком трепалась. – Правильно. А кто знает, сколько их тут еще рыщет, под особыми личинами? Жизнью клянусь, они собираются выкрасть Йоханну. Если догадаются, что мы вместе с ней затеяли, то наверняка попытаются попросту ее убить. Разве не ясно? Мы обязаны предупредить Древорезчицу и Проныру, организовать сеть контрразведки. – И ты все это заметил за время одной пробежки по Благостайной? – В голосе Странника сквозило то ли недоверие, то ли изумление. Грамотей не понял, что именно. – Э-э… нет. Озарившая меня идея не была столь явной. Но смысл в ней есть, ты не находишь? Несколько минут они брели в молчании. Наверху ветер задувал сильнее, но и вид отсюда впечатлял. Там, где не плескалось море, простирался бесконечный зеленовато-серый лес. Картина очень мирная… ибо это лишь прикрытие. Для игр, талантом к которым Грамотей был, по счастью, одарен. В конце концов, разве не сама политическая полиция Республики отрядила его на Тайный Остров с заданием? Он несколько десятидневок обивал их пороги, и наконец они прониклись. «Все, что сумеешь обнаружить, мы будем счастливы изучить». Вот как они сказали.
Разговор Странника и Грамотея. Странник раскрывает Грамотею секрет о том, что Проныра, начальник тайной стражи Древорезчицы, успешно внедрил агентов на Тайный Остров для получения планов высшего совета. Грамотей осознает масштаб этого шпионажа и решает предложить свои услуги Проныре, чтобы внести вклад в победу. В это же время Равна и другие герои на корабле «Внеполосный-II» спасаются бегством через Запределье, надеясь на возможность спасения тяжело раненого Фама Нювена.
Странник разбежался по дороге, явно размышляя над предложением Грамотея. Наконец ответил: – Думаю, что тебе… надо кое о чем узнать, хотя это должно было оставаться в строжайшем секрете. – Душой своей клянусь! Ну же, Странник, я не болтун. Грамотея несколько уязвило это вступление: ему не только не доверяли вполне, он еще и пропустил то, о чем догадались другие. Впрочем, второе обстоятельство не сильно его беспокоило: он давно понял, что Странник и Древорезчица любовники. Несомненно, она ему что-то доверила, а может, просто утечка мыслей случилась. – Ладно. Но учти: об этом никому ни звука. Ты в курсе, что Проныра – начальник тайной стражи Древорезчицы? – Ну да, конечно. – Для камергера это самоочевидная роль. – Учитывая, сколько тут шляется чужаков, я бы не сказал, что он успешен на этом посту. – О нет, он чрезвычайно успешен. Проныре удалось внедрить агентов на Тайный Остров, на самый верх – оттуда один шаг до Стального Владыки. Грамотей вылупился на собеседника. – Да-да, и ты понимаешь, что это означает. Через Проныру Древорезчице становятся известны все планы их высшего совета. Умело подбрасывая им дезинформацию, мы шкуродерников выманим, как болотных кур на просвет в камыше. Это величайшее преимущество Древорезчицы после союза с Йоханной. – Я… – «Я и не догадывался». – Так, значит, тайная стража работает спустя рукава лишь для виду… – Не совсем. Она должна казаться сплоченной и дотошной, но проявлять достаточно уязвимостей, чтобы шкуродерники предпочли шпионаж прямой атаке. – Странник усмехнулся. – Думаю, Проныра бы очень обиделся на твою критику. Грамотей выдавил смешок. Он был и пристыжен, и польщен одновременно. Поистине, Проныра величайший мастер шпионажа своего времени – а он, Грамотей Джакерамафан, его чуть было не раскусил. Остаток пути до замка Грамотей предпочел молчать, но разум его напряженно работал. Странник был ближе к истине, чем сам полагал. Секретность жизненно важна. Ненужных дискуссий, даже между старыми друзьями, следует избегать. О да! Необходимо предложить Проныре свои услуги. Новая роль уведет Грамотея в тень, но именно на этом поприще он может внести наибольший вклад в победу. И в конце концов даже Йоханне станет ясно, как он полезен. Вниз по колодцу ночи. Даже не погляди Равна в окна, сравнение напрашивалось бы. Маршрутизатор был сильно удален от плоскости Галактики, «Внеполосный-II» же снижался к ней – непрестанно замедляясь. Но им удалось спастись бегством. «Внеполосный-II» покорежило, однако при отлете с Маршрутизатора он выдавал ультраскорость почти пятьдесят световых лет в час. С каждым часом они снижались по Запределью, время работы компьютеров между микроскачками увеличивалось, а псевдоскорость падала. Тем не менее они продвигались к цели. Они были сейчас глубоко в Срединном Запределье. Признаков погони, к счастью, не замечалось. Кто бы ни занес Погибель на Маршрутизатор, про «Внеполосный-II» он не подозревал. Надежда. Равна чувствовала, как она нарастает внутри. Автохирург корабля заявлял, что Фама Нювена можно спасти: мозг еще работает. Жуткие раны на его спине зияли в тех местах, где располагались внедренные Стариком импланты, органические механизмы для подключения Фама к локальной сети Маршрутизатора и, следовательно, к самой Силе наверху. Но когда Сила была в той или иной мере убита, машинерия в теле Фама превратилась в гнилушки. Фам как личность, вероятно, сохранится. «Ты молись, чтобы так и случилось». Автохирург считал, что дня через три спина заживет настолько, что Фама можно будет оживить.
Анализ новостей и сетевых сообщений. Равна и её спутники анализируют новости в Известной Сети о катастрофе: уничтожении Маршрутизатора и убийстве Силы существом, известным как Погибель. Изучая сообщения из Страумлианского Простора, Равна находит видеообращение оратора Эвна Нильсндота, который заявляет о наступлении новой эры и возможности модификации любой расы для симбиоза с Силой. Несмотря на масштабные планы Погибели по переустройству галактики, Равна замечает на лице оратора признаки смерти, что вызывает у неё тревогу. Синепанцирь выражает опасение, что столь детальное и дорогое сообщение может быть «отравленной приманкой», предназначенной для манипуляции сознанием обитателей Запределья.
А тем временем Равна пыталась разузнать побольше о разворачивавшемся вокруг апокалипсисе. Каждые двадцать часов Синепанцирь с Зеленожкой отклоняли корабль от курса на несколько световых лет – подключиться к одной из главных линий Известной Сети и получить оттуда новости. Обычная практика для любого путешествия длительностью больше нескольких дней: торговцы и простые путешественники следили за новостями, имевшими отношение к задачам миссии. И если верить новостям (то есть мнению, доминировавшему в группах с заметным перевесом), Маршрутизатор был полностью уничтожен. «О, Грондр. О, Эграван и Сарале. Погибли вы или подчинены?» Некоторые участки Известной Сети оказались временно недоступны; отдельные внегалактические линки не удастся восстановить еще много лет. Впервые за тысячи лет произошло доказанное убийство Силы. О мотивах атаки выдвигались десятки тысяч предположений, и десятки тысяч прогнозов развития событий следовали за ними. Равна приказала кораблю включить фильтры, чтобы справиться с этой лавиной и вычленить суть. В сообщении со Страумлианского Простора смысла было уж точно не меньше: рабы Искажения громогласно блеяли о наступлении новой эры и бракосочетании трансцендентного существа с расами Запределья. Если оно способно уничтожить Маршрутизатор, убив при этом Силу, то препятствий его победному маршу не предвиделось. В некоторых постингах высказывали мнение, что создание, поработившее Страумлианский Простор, уничтожило Маршрутизатор скорей по старой памяти: что атака есть лишь эхо давней войны, удар по наследникам давно забытых рас. В таком случае возможно, что рабы на Страумлианском Просторе попросту вымрут, а затем исходная человеческая культура там сможет возродиться. Несколько комментаторов предполагали, что атака была предпринята с целью похищения архивов Маршрутизатора, но лишь двое заявили, что Погибель пыталась стащить оттуда какой-то артефакт или помешать сотрудникам Маршрутизатора им завладеть. Эти сообщения поступили от хронических теоретиков, цивилизаций, которые подсели на треп в группах новостей, как наркоманы. Тем не менее Равна отнеслась к ним внимательно. Никто не высказывал предположения, что артефакт находится в Нижнем Запределье; обычно считали, что Погибель ищет его на Вершине Запределья или в Нижней Трансценденции. От самой Погибели тоже исходил сетевой трафик. Сообщения по высокоуровневым протоколам отбрасывали все, кроме самоубийц, и за перенаправление их никто не взимал тариф. Впрочем, опасливое любопытство поспособствовало распространению некоторых сообщений. Это был своеобразный рекламный ролик Погибели: почти четыреста секунд несжатых полисенсорных данных. Исключительно дорогое сообщение било рекорды перенаправлений за историю Сети. Синепанцирь продержал «Внеполосный-II» на инфолинии почти два дня, чтобы скачать его полностью. Рабы Искажения выглядели обычными людьми. Почти половину всех сообщений с Простора составляли видеоролики – воззвания от ораторов-людей. Равна снова и снова просматривала самый длинный из них. Она даже узнала оратора: Эвн Нильсндот был чемпионом Страумлианского Простора в траэльной гонке. Титула у него теперь не было, имени, надо полагать, тоже. Нильсндот обращался к зрителям из кабинета, который, похоже, располагался в саду. Отойдя в сторону от картинки, Равна заглянула ему через плечо и увидела далеко внизу землю. Город был похож на Основной Страумли из записей. Несколько лет назад Равна с сестрой бредили этим городом, мечтая поучаствовать в великом приключении человечества на пути к Трансценденции. Центральная площадь города была скопирована с Поля Принцесс на Нюйоре; в рекламных объявлениях для иммигрантов утверждалось, что, как бы далеко ни залетели страумеры, фонтаны на Поле всегда будут бить, демонстрируя преемственность Страумлианского Простора с исходными человеческими цивилизациями. Фонтан пропал, а из глаз Нильсндота на Равну глядела смерть. – Этот субъект говорит от имени Силы, которая помогает, – сказал бывший герой. – Я хочу показать всем, что Я способна совершить даже с цивилизацией третьего сорта. Взгляните, как Я помогаю… Ракурс сместился, взмыл в небеса. Заходило солнце. Мегаметр за мегаметром на фоне закатного неба громоздились исполинские антиграв-структуры. Более грандиозного примера использования антигравитационных материалов Равна даже на Маршрутизаторе не встречала. И уж наверняка никакой мир Срединного Запределья не смог бы даже закупить нужное количество. – То, что вы видите позади Меня, суть лишь рабочий скелет для строительства, которое Я вскоре начну в системе Страумли. Когда оно завершится, пять звездных систем будут обращены в единый хабитат, а их планетный материал вместе с избыточным звездным веществом – перераспределен так, чтобы поддерживать жизнь и функционирование техники невиданным прежде на такой глубине образом; даже в Трансценденции такие проекты редкость. – Точка съемки возвратилась к Нильсндоту, одинокому человеку, оракулу божества. – Среди вас найдутся те, кого идея посвятить себя Мне оттолкнет. В долгосрочной перспективе все это не важно. Симбиозу моей Силы с умениями рас Запределья никто не сможет противостоять. Сейчас же Я обращаюсь к вам, желая умерить ваши опасения. То, что вы ныне зрите на Страумлианском Просторе, так же прекрасно, сколь и чудесно. Никогда более расы Запределья не останутся без присмотра Трансценденции. Те, кто присоединится ко Мне – а в конце концов присоединятся все, – станут частью Силы. Вам станут доступны материалы со всей Вершины и с Нижней Трансценденции. Вы станете плодиться и размножаться сверх пределов нынешней своей технологии. Вы поглотите все, что станет Мне противиться. Вы принесете в мир новую стабильность. При третьем или четвертом просмотре ролика Равна попыталась отстраниться от слов, сосредоточиться на выражении лица Нильсндота и сопоставить его с речами из памяти ее личного данника. Да, отличия не были плодом воображения девушки. Существо на экране лишилось души. Каким-то образом Погибель не заметила очевидного… а может, очевидно это лишь зрителям-людям, составлявшим ничтожно малую долю аудитории. Теперь во весь кадр – темное непримечательное лицо Нильсндота, обычные фиолетовые глаза: – Некоторые из вас могут спросить, как такое вообще возможно и почему миллиарды лет царила анархия, а Сила не оказывала подобной помощи. Ответ… сложен. Как и для многих значительных достижений, у этого – высокий порог входа. По одну сторону порога достижение крайне маловероятно, по другую – неизбежно. Симбиоз Помощи движим эффективной широкополосной двусторонней связью между Мной и существами, которым Я помогаю. Создания, подобные субъекту, который сейчас произносит Мои слова, должны реагировать так же быстро и точно, как рука или рот. Их глаза и уши обязаны посылать информацию за световые годы. Этого трудно добиться, особенно учитывая, что все компоненты должны уже быть размещены в нужных местах, чтобы система заработала. Но теперь, когда симбиоз налажен, продвижение ускорится. Почти любую расу можно модифицировать так, чтобы она получила Помощь. Почти любую расу можно модифицировать. Слова эти исходили от знакомого человека и были сказаны на родном языке Равны, но источник их находился чудовищно далеко. В аналитических выкладках не было недостатка. Образовалась целая группа новостей: Угроза Погибели, отколовшаяся от Группы угроз, группы по интересам Homo Sapiens и группы Автоматика тесного контроля. В те дни трафик группы превышал совокупные показатели пяти остальных. В этой части Галактики значительная доля трафика всех сообщений относилась к новой группе. Анализ речи, воспроизведенной ртом бедолаги Эвна Нильсндота, насчитывал уже больше битов, чем весь оригинал. Но после вычета флеймов и взаимоисключающих параграфов отношение сигнала к шуму в группе оказывалось прискорбно низким. Некоторые сообщения содержали откровенную чушь. Сети это было свойственно: многократный автоматический перевод часто маскировал фундаментальную чужеродность участников. Обычные непринужденные постинги приходили издалека, оказываясь настолько затуманенными расстоянием и культурными различиями, что общение становилось невозможно, хотя это не сразу можно было понять. Например: Ну и так далее. Десятки тысяч сообщений, сотни мнений. Сеть не просто так прозвали Сетью Миллиона Лжецов. Равна ежедневно обсуждала прочитанное с Зеленожкой и Синепанцирем, пытаясь свести все воедино и вычленить предпочтительную интерпретацию. Наездники неплохо разбирались в людях, но смерти на лице Эвна Нильсндота не заметили. И Зеленожка достаточно хорошо разбиралась в людях, чтобы понять: Равну никакой ответ не устраивает. Зеленожка поездила туда-сюда перед окном Сети, наконец вытянула веточку и коснулась ею женщины. – Наверное, сир Фам скажет, когда проснется. Синепанцирь расшелестелся и стал близок к панике: – Если это правда, значит Погибели все равно, знают или не знают люди и близкие к ним существа. В общем, это имеет смысл, но… – Мгновение он размышлял, жужжа вокодером. – Я не доверяю этому сообщению. Четыреста секунд широкополосной передачи, такой насыщенной, что она производит полносенсорное впечатление на разные расы. Колоссальный объем информации без всякого сжатия… Возможно, это отравленная приманка, которую мы, несчастные запредельцы, теперь растащили по своим гнездовьям. В новостях тоже мелькали подобные подозрения. Но сообщение не содержало очевидных внедренных структур и не обращалось напрямую к сетевой автоматике. Столь тонкий яд мог сработать на Вершине Запределья, но не так глубоко внизу. Оставалось простейшее объяснение, вполне пригодное даже на Нюйоре или Старой Земле: Погибель замаскировала под видео сигнал уже подготовленным агентам.
Предыстория Проныры и его роль. Грамотей Джакерамафан, стремясь к признанию и подвигам, тайно изучил устройство замка и распорядок дня стражи, чтобы впечатлить влиятельного камергера Проныру. Он сумел выследить Проныру в его потайной башенке и предложил свои услуги по выявлению шпионов, на что тот согласился, назначив его инструктором. Однако встреча закончилась предательством: Проныра устроил резню, в ходе которой наемник Грамотея был убит, а сам Джакерамафан получил тяжелые ранения и упал с высоты. В полусознательном состоянии, теряя элементы и память, Грамотей попытался доползти по скрытой тропинке к Йоханне, чтобы сообщить ей о случившемся.
Проныра в народе древорезчиков был хорошо известен, но в основном не тем, чем он действительно занимался. Он родился почти столетие назад, когда Древорезчик выделил от себя в особую стаю двух стратегов. В первые десятилетия Проныра управлял городскими лесопилками. На этом посту он внес некоторые остроумные усовершенстования в конструкцию водяных колес. У Проныры были в биографии романтические связи – как правило, с политиками и ораторами. В ходе замены отдельных элементов он склонился к публичной деятельности. Последние тридцать лет он занимал видное место в Совете Древорезчицы, а последние десять – служил камергером. На обоих постах он отвечал за гвардию и безопасность торговли. Ходили слухи, что, если Древорезчица когда-нибудь решит отречься или всеумрет, следующим главой Совета станет именно Проныра. Многие полагали, что в такой ситуации это будет меньшим из зол, хотя цветастые речи Проныры отравили уже не одно заседание Совета. Такова была публичная ипостась Проныры. Любой сколько-нибудь сведущий в вопросах безопасности догадывался, что камергер командует и шпионами Древорезчицы. Несомненно, у него полно информаторов на лесопилках и в порту. Но Грамотей понимал, что даже это – лишь прикрытие. Представить только: Проныра умудрился внедрить разведчиков во внутренний круг самого Шкуродера, разнюхал планы Шкуродера, его страхи и слабости, научился ими манипулировать! Проныра просто поражал Грамотея, с некоторой завистью отдающего должное его гению. Тем не менее это знание не гарантирует победы. Не все планы Шкуродера спускаются сверху. Некоторые вражеские операции низкого уровня осуществляют без отчетов, но вполне успешно. А для убийства Йоханны Ольсндот достанет и одной стрелы. И тут Грамотей Джакерамафан мог проявить себя. Он попросил переселить его в замковую куртину, на третий этаж. Разрешение оказалось нетрудно получить: новое обиталище было теснее прежнего, обивка на стенах грубее. Из единственной бойницы открывался довольно унылый вид на замковый двор. Однако ж новым задачам Грамотея сии апартаменты отвечали как нельзя лучше. Следующие несколько дней он совершал долгие прогулки по замку. Главные крепостные стены были прорезаны сетью туннелей, пятнадцати дюймов в длину и тридцати в высоту, так что Грамотей мог попасть почти в любое место куртины, не обнаружив себя для внешнего наблюдателя. Он рыскал по туннелям цепочкой, за пару мгновений перебегая от зубца стены к амбразуре и снова к зубцу, высовывая морду то там, то сям. Разумеется, там дежурила стража, но у Джакерамафана был допуск во внутреннюю часть замка. Кроме того, он изучил распорядок дня. Стражники знали, что Джакерамафан тут шляется, но понятия не имели зачем. Работа была тяжелая, на холоде, но усилия оправдались. Больше всего в жизни Грамотей мечтал о подвигах и великих свершениях. Увы, идеи его были столь глубоки, что другим стаям – даже тем, кого Грамотей искренне уважал, – оказывались недоступны. С Йоханной та же проблема. Ну что ж, через несколько дней он предстанет перед Пронырой и тогда… Шныряя по углам и выглядывая в бойницы, он всегда держал позади пару элементов, которые делали заметки. Десяти дней хватит, чтобы впечатлить самого Проныру. Официальную резиденцию Проныры окружали комнаты помощников и посты охраны. Не лучшее место для тайных переговоров. И потом, Грамотей уже больно обжегся на попытке пролезть напролом. Можно дни напролет обивать пороги вышестоящих, и чем тщательнее следуешь всем бюрократическим правилам, чем покорнее себя ведешь, тем больше тебя презирают. Иногда, однако, Проныра оставался в одиночестве. На старой крепостной стене, выходящей в лес, есть башенка… В конце одиннадцатого дня своей исследовательской миссии Грамотей угнездился всей стаей на этой башенке и стал ждать. Прошел час. Ветер утих. Из гавани наползал тяжелый туман, тянулся вверх по стене, подобный морской пене. Стало очень и очень тихо, как всегда бывает в сильный туман. Грамотей от скуки изучал старую башенку: и вправду заброшенная. Известняк крошился под когтями. Казалось, что некоторые кирпичи ничего не стоит просто выковырять из стены. Проклятье, а вдруг Проныра изменил привычке и сегодня не придет? Но Грамотей прождал еще полчаса, и терпение его было вознаграждено. Он услышал, как скрежещет сталь по спиральной лесенке. Мыслей не было слышно: чересчур сильный туман. Прошла минута. Потайная дверца распахнулась, наружу высунулась морда. Даже в тумане стало ясно, что Проныра неприятно изумлен: по яростному шипению. – Мир вам, господин! Это всего лишь я, верный Джакерамафан. Морда высунулась немного дальше. – А что здесь поделывает верный подданный, э? – О, я пришел увидеть вас, – со смехом отвечал Грамотей, – в потайном вашем кабинете. Но входите же, господин. В таком тумане места хватит нам обоим. Проныра элемент за элементом разместился на площадке башенки, просунувшись через потайную дверцу. Некоторым это далось нелегко: ножи и драгоценности цеплялись за дверь, ибо Проныру нельзя было назвать поджарым. Начальник секретной службы рассредоточился вдоль дальнего парапета, поза его недвусмысленно выражала подозрительность. От напыщенной, покровительственной манеры, которую он демонстрировал на прежних приемах, и следа не осталось. Грамотей про себя ухмыльнулся: вот так и надо привлекать чужое внимание! – Ну? – ровным тоном осведомился Проныра. – Господин, прошу вас прибегнуть к моим услугам. Полагаю, само мое присутствие здесь демонстрирует, какую пользу могу я сослужить Древорезчице в деле укрепления ее безопасности. Кто, как не талантливый профессионал, способен разведать, что эту башню вы используете в качестве потайной берлоги? Проныра вроде бы немного расслабился. Проявилась сухая усмешка. – А и вправду – кто? Я прихожу сюда как раз потому, что эту часть старой стены не видно из других мест замка. Здесь я позволяю себе… отдохнуть от бюрократической рутины и пообщаться с природой. Джакерамафан кивнул: – Я понимаю, господин, но кое в чем вы ошибаетесь. – Он указал мимо начальника секретной службы. – Вам не видно в таком тумане… На обращенной к гавани стороне замка есть место, откуда просматривается ваша башенка. – И что? Кто бы мог… а, ты про те гляделки, что привез из Республики? – Именно! – Грамотей полез в карман и торжественно извлек подзорную трубу. – Даже через двор я вас узнал. Дальнозорки сделали Грамотея знаменитым. Древорезчицу и Щепетильника приборы просто очаровали. К сожалению, Грамотей был вынужден, как честная стая, признать, что он не изобрел их, а купил в Рангафире. И уже не важно, что это он первый распознал важность изобретения, не важно, что прибор помог ему вызволить Йоханну… Поняв, что он не вполне понимает принцип работы устройства, они приняли одну дальнозорку в дар и обратились к собственным стекольщикам. Ну и ладно. В этой части света никто не владеет дальнозорками искуснее Грамотея! – Я следил не за вами в особенности, господин. То была лишь малая часть моего исследования. За десять последних дней я провел много часов, прогуливаясь по замку. Губы Проныры дернулись. – И то верно. – Осмелюсь утверждать, что не многие меня замечали, и я осторожничал, чтобы никто не увидел, как я пользуюсь дальнозоркой. В любом случае, – он вытащил из другого кармана записную книжку, – я сделал исчерпывающие записи. Я знаю, кто, куда и когда ходит почти весь световой день. А вы себе представьте, как эффективна окажется моя техника летом! – Он положил записную книжку наземь и толкнул ее Проныре. Тот, помедлив, отделил элемента и подтянул ее к себе. Особого энтузиазма Проныра не проявил. – Пожалуйста, поймите меня правильно, господин. Я знаю, вы оповещаете Древорезчицу о том, что происходит в высшем совете шкуродерников. Без ваших информаторов мы бы не устояли перед ними, и… – Кто тебе такое сказал? Грамотей поперхнулся. «Смелее же!» Он изобразил осторожную усмешку. – Никто. Я же профессионал, как и вы. Я умею хранить тайны. Но подумайте: в замке могут оказаться и другие подобные мне, и даже предатели. Вы, на вершине власти, можете и не подозревать о них. Подумайте, какой вред они способны причинить. Вам нужна моя помощь! По моему способу всех их можно выследить. Я с радостью обучу ему группу ваших сыщиков. Можно действовать и в городе, наблюдая с рыночных башен. Начальник тайной службы поерзал у парапета, рассеянно царапая кирпичи отсыревших стен. – Эта идея по-своему привлекательна. Чтоб ты знал: я полагаю, мы выявили всех агентов Шкуродера, мы им скармливаем дезинформацию… Забавно, когда твоя же ложь возвращается через агентов на той стороне. – Он коротко рассмеялся, глянул через парапет, поразмыслил. – Но ты прав. Если мы упустили агента, вхожего к Двуногой, с доступом к Даннику… это будет ужасно. – Он повернул к Грамотею еще несколько морд. – Хорошо, считай, что я тебя нанял. Могу выделить тебе четверых-пятерых, чтоб ты их, э-э, обучил своим методам. Грамотей не сдержался и чуть не заплясал от радости, устремив на Проныру все глаза. – Вы не пожалеете, господин! Проныра пожал плечами: – Вероятно, нет. А теперь вот что: кому еще ты рассказал о своих прогулках? Их всех надо привести и взять клятву молчания. Грамотей подтянулся: – Господин мой, я же вам сказал: я профессионал! Все эти сведения я хранил в тайне, ожидая подобного разговора. Проныра усмехнулся, поза его стала почти добродушной. – Отлично. Начнем же. Что-то – то ли слишком громкий голос Проныры, то ли слабый звук сзади – заставило Грамотея повернуть одну голову. Он увидел, как от парапета, выходящего на лес, к нему несутся быстрые тени. А потом, слишком поздно, услышал мысли врага. Засвистели стрелы, глотку Фана обожгло огнем. Он захрипел, но собрался вместе, метнулся через площадку к Проныре: – Помогите! Грамотей понял, что мольба бессмысленна, даже прежде, чем Проныра вытащил ножи и отстранился. Так он и стоял, спокойный, пока его наемник прыгал Грамотею в середку стаи. В какофонии боли и мыслешума еще билась одна ясная мысль: сказать Страннику! сказать Йоханне! Резня продлилась сущие мгновения, а потом… часть Грамотея утонула в чем-то красном и липком, часть же ослепла. Мысль Джакерамы разорвалась на фрагменты. Он потерял по крайней мере одного элемента: лужа крови вокруг обезглавленного Фана быстро увеличивалась. На холоде от нее шел пар. Боль… холод… тону, задыхаюсь… сказать Йоханне… Убийца и его наниматель отошли подальше. Проныра. Начальник тайной стражи. Главный предатель. Сказать Йоханне. Они стояли неподвижно… смотрели, как он истекает кровью. Чистюли. Не хотят пачкаться о меня мыслями. Подождут. Дождутся, пока разум его погаснет, пока шум утихнет… потом довершат начатое. Тихо, так тихо. Далекие мысли убийцы. Стоны, хрип. Никто не узнает… Почти все его элементы уже умерли. Джа тупо смотрел на двух незнакомцев. Один подошел поближе. Стальные когти на лапах, ножи в зубах. Нет! Джа отскочил прочь, поскальзываясь и оступаясь на чем-то мокром. Стая ринулась на него, но Джа уже влез на парапет, отбросил тело назад. Он падал и падал… пока не разбился о камни далеко внизу. Джа оттащил себя от стены. Спина страшно разболелась, потом онемела. Где я? Где я? Повсюду туман. Высоко над ним что-то бубнили голоса. В маленьком мозгу смешивались образы ножей и когтей. Сказать Йоханне! Он вспомнил… что-то вспомнил… из прошлого. Тропинка, скрытая глубокими зарослями. Если проползти по ней достаточно далеко, там в конце будет Йоханна. Джа медленно пополз по тропинке. С задними лапами что-то случилось: он их не чувствовал. Сказать Йоханне.
Спасение и состояние Джа. Йоханна и Древорезчица обсуждают планы по эвакуации звездолета, когда в замок приносят тяжело раненного Джа — фрагмент Грамотея, выживший после нападения. Несмотря на тяжелые травмы и невозможность общения, Древорезчица и стая Шрамозадого пытаются оказать существу медицинскую помощь и найти способ идентифицировать убийц. Однако Джа умирает от внутренних повреждений, что вызывает у Йоханны чувство вины и разочарование в способностях местных «врачей». В итоге девочка решает принять условия погибшего друга и начать доверять остальным существам в замке.
Йоханна раскашлялась. Куда ни кинь, всюду клин. Уже три дня у нее першило в горле и закладывало нос. Она не знала, пугаться или нет. В средневековье болячку на каждом шагу подхватить можно было. «Ага, и многие от них умирали». Она вытерла сопли и попыталась сосредоточиться на словах Древорезчицы. – Щепетильник уже приготовил немного пороху. Предсказания твоего Данника оправдались. К сожалению, он чуть элемента не лишился, пытаясь воспользоваться деревянной пушкой. Если пушки построить не удастся, то, боюсь… Неделю назад Древорезчица не нашла бы тут ласкового приема; все предыдущие встречи их проходили в замке. Но потом Йоханна заболела («наверняка это всего лишь простуда»), и теперь у нее сил не хватало даже за дверь выползти. Кроме того, визит Грамотея ее в каком-то смысле… пристыдил. Среди стай попадаются и достойные существа. «Так уж и быть, – решила девочка, – попытаюсь ужиться с Древорезчицей… и Напыщенным Клоуном». Покуда твари вроде Шрамозадого будут обходить ее стороной… Йоханна придвинулась к огню и взмахом руки отмела возражения Древорезчицы; порой эта стая так напоминала старшую из ее бабушек… – Подразумевается, что мы их изготовим. У нас полно времени до лета. Скажи Щепетильнику, чтоб осторожнее работал с данником и не искал коротких дорог. Вопрос в том, как нам с этими пушками эвакуировать мой звездолет. Древорезчица просияла. Даже слюнявый идиот прекратил тереться мордой о других и согласно покачал головой. – Я об этом уже говорила со Стр… с некоторыми своими советниками, прежде всего с Пронырой. В обычных условиях прорваться на Тайный Остров – сложнейшая задача. Морем быстрее, но по пути есть несколько поистине смертоносных участков. Через лес медленнее, и там полным-полно дозоров врага. Но нам повезло: Проныра отыскал несколько безопасных проходов. Попытаемся проскочить… Кто-то поскребся в дверь. Древорезчица склонила пару голов на звук. – Как странно, – сказала она. – Почему? – отсутствующим тоном спросила Йоханна. Подоткнув куртку на плечах, она поднялась. Два элемента Древорезчицы сопровождали ее к двери. Йоханна открыла, выглянула во мглу. Внезапно Древорезчица громко заговорила, забулькала – всеми элементами. Пришедший отступил. Что-то в нем было странное, и девочка не сразу сообразила, что именно. Она впервые видела одиночного собакообразного. Едва эта мысль отложилась в сознании, как бо́льшая часть Древорезчицы шмыгнула мимо нее за дверь. Затем сорвалась на крик служанка Йоханны, на чердаке. У Йоханны разболелись уши. Одиночный Коготь неуклюже повернулся на задних лапах и пополз прочь, но Древорезчица уже его окружила. Она повелительно прикрикнула, и вопли с чердака прекратились, сменившись топотом лап по деревянной лесенке. Служанка высыпала на открытое пространство, взведя арбалеты. По склону холма к ним устремились, бряцая оружием, другие гвардейцы. Йоханна подбежала к Древорезчице, готовая пустить в ход кулаки на защиту королевы. Но стая лизала незнакомца в шею, тыкалась в него мордами. Потом Древорезчица потянула Когтя за куртку: – Йоханна, помоги мне затащить его внутрь, пожалуйста… Девочка подцепила Когтя за бока. Шерсть промокла от дождя… и слиплась от крови. Они пронесли его через дверной проем и уложили на подушку возле печи. Существо с присвистом дышало – признак нестерпимой боли. Подняло на Йоханну глаза, распахнутые так широко, что стали видны белки. Ей показалось, что существо перепугано, но стоило Йоханне отступить, как присвист стал громче и Коготь вытянул к девочке шею. Она опустилась на колени рядом с подушкой. Коготь положил морду ей на руку. – Ч-что это т-так-кое? – Она осмотрела его тело ниже куртки. Ляжки Когтя вывернулись под странными углами, одна лапа безвольно свесилась к пламени. – А разве ты?.. – начала было Древорезчица. – Это часть Джакерамафана. – Приподняв свесившуюся лапу мордой, королева умостила ее на подушке. Гвардейцы и служанка Йоханны о чем-то громко переговорили. В двери показались элементы с зажженными факелами; водрузив передние лапы на плечи другим, они подняли факелы выше. Никто не пытался войти: места не хватило бы. Йоханна оглянулась на изувеченного Когтя. Грамотей? Тут она узнала куртку. Существо не сводило с нее глаз, похрипывая от боли. – Ты что, врача вызвать не можешь?! Древорезчица ответила отовсюду вокруг: – Я и есть врач, Йоханна. – Крутанув мордой в сторону данника, добавила мягче: – По крайней мере, здесь я сойду за врача. Йоханна вытирала кровь с шеи элемента, но кровотечение не прекращалось. – Ну а спасти его ты можешь? – Фрагмент – могла бы, но… – Один элемент Древорезчицы подошел к двери и о чем-то потолковал со стаями снаружи. – Мои гвардейцы ищут остальных… Йоханна, мне кажется, что он большей частью мертв. Если бы уцелели другие… ну, понимаешь, даже фрагменты держатся кучно. – Он что-то говорил? – Другой голос, на самношке. Шрамозадый. В дверь просунулась здоровенная уродливая морда. – Нет, – ответила Древорезчица, – и в мыслях у него полная неразбериха. – Дайте я послушаю, – предложил Шрамозадый. – Пошел отсюда, тварь! – сорвалась на крик Йоханна. Элемент, лежавший у нее на коленях, дернулся. – Йоханна, это же друг Грамотея! Позволь ему помочь. Стая Шрамозадого протискивалась внутрь, пока Древорезчица взбиралась по лесенке на чердак, освобождая место. Йоханна отняла руку от искалеченного Когтя и сместилась вбок, до самого дверного проема. Снаружи крутилось даже больше стай, чем она думала, и стояли они тесней, чем ей доводилось видеть прежде. В мглистой тьме факелы их напоминали флуоресцентные лампы. Взгляд ее метнулся обратно к печной яме. – Я за тобой слежу! Элементы Шрамозадого собрались вокруг подушки. Самый крупный лег рядом с израненным Когтем. Тот продолжал порывисто хрипеть. Шрамозадый булькнул. Ответили ему мерным, почти благозвучным ворчанием. Древорезчица отпустила какую-то реплику с чердака. Они со Шрамозадым некоторое время переговаривались. – И что? – спросила Йоханна. – Джа – фрагмент – он… не «рассказчик», – ответила Древорезчица. – Хуже того, – сказал Шрамозадый, – я и мыслезвуков его толком не разберу, по крайней мере сейчас. Я не улавливаю ни ощущений, ни образов. Не могу сказать, кто убил Грамотея. Йоханна вернулась в комнату и медленно подошла к подушке. Шрамозадый сместился в сторону, но искалеченного Когтя не оставил. Она опустилась на колени меж двух его элементов и потрепала синглета по длинной окровавленной шее. – Джа… – она выговорила звук как можно точнее, – будет жить? Шрамозадый провел по телу синглета тремя носами, мягкими нажатиями прощупывая раны. Джа дергался и свистел… но не при касаниях ляжек. – Не знаю. Почти вся эта кровь – просто брызги, вероятно от остальных элементов. Но у него спина сломана. Даже если выживет, только две лапы останутся подвижными. Йоханна мгновение размышляла над услышанным, пытаясь представить себе картину с точки зрения Когтей. Вывод ей не понравился. Для нее все это бессмысленно, поскольку она видит в Джа Грамотея, пускай и потенциального. Шрамозадый воспринимает его как обычного синглета, орган, изъятый у свежего трупа. И к тому же поврежденный. Она поглядела на Шрамозадого – на самого крупного из них, убийцу. – А как у вас заведено поступать с такими… отходами? Три головы повернулись к ней, и она увидела, как вздыбилась шерсть. Голос, имитирующий речь компьютера, стал высоким и пронзительным, зачастил: – Грамотей был мне добрым другом. Можно построить для Джа двухколесную тележку, на которой он будет таскать и, наверное, немного поворачивать задние лапы. Тяжелее подыскать ему стаю. Ты знаешь, что мы ищем остальных. Вдруг удастся кого-то собрать? Если же нет… ну что, я ведь только четверной, попробую его принять. – Говоря, он поглаживал израненного синглета одной мордой. – Не уверен, что получится. Грамотей не был достаточно бесшабашен, пилигрим из него никудышный. А такой, как есть, я вообще ему не подойду. Йоханна откинулась на подушку. В конце концов, не сошлось же на Шрамозадом все зло во Вселенной. – У Древорезчицы превосходные заводчики. Может, сумеют подобрать ему пару. Но ты пойми: взрослым элементам, особенно если они не рассказчики, тяжело реинтегрироваться. Синглеты вроде Джа часто умирают по собственной воле; просто отказываются от еды. А порой… Ты сходи при случае в гавань, посмотри на рабочих. Ты увидишь там довольно крупные стаи… с разумами идиотов. Они не в состоянии держаться слитно; малейшая неприятность – и брызнут во все стороны. Так заканчиваются неудачные попытки перестайки… – Шрамозадый говорил поочередно двумя элементами, потом и вовсе замолчал. Все морды стаи повернулись к Джа. Тот сомкнул глаза. Спит? Он еще дышал, но с едва заметным бульканьем. Йоханна глянула через комнату на люк, ведущий на чердак. Оттуда в дырку просунулась морда Древорезчицы. Перевернутая, она посмотрела на Йоханну. В другой ситуации девочка бы засмеялась. – Если не случится чуда, Грамотея сегодня убили, пойми это, Йоханна. Но если фрагмент выживет, если проживет еще хоть немного, мы поймаем убийцу. – А как, раз синглет не может общаться? – Он покажет. Я приказала Проныре, чтоб запер всех по местам. Когда Джа успокоится, мы заставим каждую стаю замка перед ним пройти. Фрагмент явно помнит, что случилось с Грамотеем, и стремится нам рассказать. Если убийцы среди нас, он их узнает. – И поднимет вой. Совсем как собака. – Да. В общем, перво-наперво надо поместить его под охрану… и надеяться, что наши врачи его выходят. Остальных элементов Грамотея нашли через пару часов, у парапета старой башни. Проныра высказал предположение, что пара стай вышла из лесу и взобралась на башню, наверное, подсмотреть, что творится в замке. По всем признакам разведчики были неопытные новички: оттуда и в ясную-то погоду ничего толком не увидишь. Но Грамотею фатально не повезло: надо полагать, он всполошил незваных гостей. Пятерых его элементов убили разными способами: застрелили, зарубили, обезглавили. Шестой – Джа – сломал позвоночник о выступ каменной стены, падая с башни. Йоханна прошлась туда на следующий день. Даже с земли на парапете были явственно различимы коричневатые потеки. Она порадовалась, что не в состоянии туда подняться. Джа умер ночью, но не от поползновений врага: все это время он был у Проныры под охраной. На следующие несколько дней Йоханна замкнулась в себе и молчала. По ночам немного плакала. Будь проклята их тутошняя медицина! Перелом позвоночника им-то распознать несложно, а вот в скрытых травмах, внутренних кровотечениях эти звери ни бельмеса не смыслили. Справедливости ради, Древорезчица прославилась теорией, что сердце перекачивает кровь по всему телу. Угу, проживет еще с тысячу лет – может, и станет из мясника врачом! Какое-то время она их всех ненавидела. Шрамозадого – за то же, что и прежде, Древорезчицу – за невежество, Проныру – за то, что подпустил шкуродерников вплотную к замку. И Йоханну Ольсндот – за то, что прогнала Грамотея, когда тот попытался с нею подружиться. А что бы сейчас сказал Грамотей? Он хотел, чтоб она им доверяла. Он говорил, что Шрамозадый и остальные не так уж и плохи. Однажды ночью, где-то через неделю после его смерти, она наконец более или менее примирилась с собой. Она лежала на подстилке, укутавшись тяжелой теплой одеждой. В янтарном свете печи мерцали настенные узоры. Ладно, Грамотей, твоя взяла. В память о тебе… я им доверюсь.
Наблюдение за Фамом Нювеном. После клинической смерти и восстановления в корабельном автохирурге Фам Нювен пребывает в состоянии апатии, наблюдая за полетом корабля «Внеполосный-II» из капитанской рубки. Сопровождающие его Равна Бергсндот и инопланетянка Зеленожка пытаются установить с ним контакт, пока корабль совершает сверхсветовые прыжки в поисках безопасности. Равна впадает в тревогу из-за растущей враждебности к человечеству в космосе и опасности, угрожающей мальчику Джефри, оказавшемуся в ловушке у Древорезчицы. Фам, погруженный в свои воспоминания, остается безразличным к происходящему, в то время как Равна осознает критичность ситуации и безнадежность положения своих спутников.
В памяти Фама Нювена почти ничего не удержалось от первых дней после смерти, после того, как боль от гибели Старика истаяла. Призрачные силуэты, безадресные слова. Кто-то сказал, что его выходили в корабельном автохирурге. Он ничего этого не запомнил. Зачем они принуждали тело дышать? Загадка. Хамство какое-то. Наконец животные рефлексы восстановились, тело задышало само. Глаза распахнулись. Зеленожка (Зеленожка?) сообщила, что мозг не пострадал и восстановление полное. Пустая оболочка, некогда бывшая живым существом, возражать не стала. То, что осталось от Фама Нювена, проводило много времени на капитанском мостике «Внеполосного-II». Отсюда корабль походил на толстую мокрицу. Такие в изобилии водились в соломе, устилавшей полы Большого зала в отцовском замке на Канберре. Малыши любили с ними играть. У жучков не было настоящих ног, вместо них – дюжина перистых шипов, торчащих из хитиновой грудины. Как ты его ни верти, шипы-антенны направляли жучка на верный путь, и существо продолжало ползти к цели, не ведая, что его перевернули. Шипы ультрадвигателей «Внеполосного-II», хотя и не так резко очерченные, тоже напоминали шипы тех мокриц. Корпус корабля был утолщенный, скользкий, немного суженный посередине. Значит, Фам Нювен очутился внутри мокрицы. Вполне подходящее местечко для мертвяка. Он сидел на мостике. Женщина частенько приводила его сюда; она, казалось, понимала, как его восхищает панорама. Вместо стен были экраны, лучше любых дисплеев в его торговой карьере. Когда окошки переключались на картинку с забортных камер корабля, качеством та не уступала виду с мостиков кораблей флота Чжэн Хэ, накрытых прозрачными кристаллическими куполами. Картинка напоминала примитивную фантастику или графический симулятор. Просидев тут достаточно долго, он замечал, как звезды в небе перемещаются. Корабль выдавал примерно десять гиперскачков в секунду: прыжок, перерасчет координат, снова прыжок. В этой области Запределья за каждый прыжок можно было переместиться на тысячную светового года – но при этом время перерасчета существенно возросло бы. На скорости же десяти скачков за секунду они делали тридцать световых лет в час. Прыжок человеческими органами чувств не воспринимался, а между скачками они пребывали в невесомости, сохраняя ту же собственную скорость, с какой оторвались от Маршрутизатора. Поэтому доплеровского сдвига, характерного для полетов на релятивистских скоростях, не возникало: звезды выглядели такими же чистыми и яркими, как ночью в пустыне или при космическом полете с низкой скоростью. Они неторопливо скользили в небесах, чем ближе, тем быстрее. За последние полчаса он преодолел большее расстояние, чем за полвека с Чжэн Хэ. Однажды на мостике появилась Зеленожка и стала менять окна. Как обычно, она обратилась к Фаму, весело шелестя, словно тут было с кем говорить: – Вот видишь? В центральном окошке ультраволновая карта области, которая находится как раз позади. – Зеленожка провела веточкой над панелью управления, многоцветные картинки заполонили стены. – И так для остальных пяти направлений пространства. Слова отдавались бессвязным шумом в ушах Фама. Он понимал их, но интереса не испытывал. Наездница помолчала, потом продолжила со странной настойчивостью. Так же упрямо пыталась к нему пробиться женщина, которую звали Равной. – Когда корабли уходят в прыжок… когда они снова появляются в нормальном пространстве, следует нечто вроде ультраволнового всплеска. Я проверяю, нет ли за нами хвоста. Все окна, даже то, что было у Фама прямо под носом, расцветились. Переливы цвета были мягкими: без ярких пятен или линейных текстур. – Понимаю, понимаю, – сказала она, отвечая за безмолвного собеседника. – Корабельные анализаторы все еще пережевывают данные. Но если кто-нибудь следует за нами на расстоянии ближе ста световых лет, мы его заметим. А если дальше… то, скорее всего, они не смогут заметить нас. Все это не имело значения. Фам был не прочь выкинуть проблему из головы, но звезд, на которые можно было глазеть, не осталось. Поэтому он смотрел на сияющие переливы цветов и волей-неволей размышлял о происходящем. Размышлял. Шутка юмора: так глубоко внизу никто особо ни о чем не думает. При Падении Маршрутизатора спаслись примерно десять тысяч звездолетов. Скорее всего, Враг не в курсе, какие именно. Атака на Маршрутизатор – лишь незначительный отголосок убийства Старика. Скорее всего, «Внеполосный-II» тоже улетел незамеченным. За каким, спрашивается, хреном Врагу сдались последние припрятанные Стариком воспоминания? Зачем этой твари охотиться за их суденышком? Тело его сотрясла дрожь. Бесспорный животный рефлекс. Равна Бергсндот постепенно начинала паниковать, и с каждым днем тревога только усиливалась. Для этого не было конкретных поводов: просто надежда постепенно угасала. Она старалась почаще бывать рядом с Фамом Нювеном, ежедневно говорить с ним, брать его за руку. Он ни разу не ответил, не удостоил ее даже взглядом, если не считать случайных. Зеленожка тоже пробовала его расшевелить. Она, конечно, инопланетянка, но прежнего Фама неподдельно заинтересовали наездники. В медицинском уходе он больше не нуждался, но существование вел растительное. И все это время их нисхождение ко Дну замедлялось, и неизменно – в немного большей степени, чем предсказывал Синепанцирь. А потом Равна решила почитать новости. Пожалуй, они-то и напугали ее больше всего. Теория «смертоносной расы» набирала популярность. Чем дальше, тем больше пользователей считали человечество разносчиком Погибели. Ублюдки даже обыграли статус «найденышей», который закрепился за человечеством. Расы-найденыши встречаются редко, но их нельзя счесть вовсе неизвестными. А теперь эти поборники «истребления паразитов» выдают Нюйорское чудо за источник смертельной угрозы. Те, кто жаждал «истребления паразитов», пока что единственные в открытую призывали к погромам. Но и в постах уважаемых пользователей порой проскакивала неявная поддержка их призывов: Даже от сообщений ситуативных сторонников человечества Равну бросало в холодный пот. И оставался еще маленький мальчик, угодивший в ловушку на дне колодца. Выпадали дни, когда связи с ним вообще не было. В другие, когда антенный рой «Внеполосного-II» нацеливался точно в нужную сторону, а причуды зонной погоды это позволяли, корабль мальчишки удавалось прослушать. И даже тогда сигнал был так слаб, так искажен, что фактическая скорость передачи не превышала нескольких бит в секунду. Джефри со своими проблемами мог оказаться незначительной сноской в хронике Погибели (а может, и того бы не удостоился: о нем ведь никто не знал), но для Равны Бергсндот эта переписка стала единственной отдушиной в тогдашней жизни. Мальчик был очень одинок, но Равна надеялась, что сейчас ему полегчало. Она узнала о его друге Амди, о вспыльчивой Тиратект и отважном Стальном Владыке, о гордых Когтях. Равна улыбнулась себе и про себя. Стены ее каюты отображали двумерную фреску: джунгли, глубоко во влажной мгле проступают очертания замка, возведенного меж корней исполинского мангрового дерева. Фреска была знаменитая, оригинал – аналоговый, созданный три тысячи лет назад. Сюжет картины отражал события еще более далекого прошлого – темных веков Нюйоры. Они с Линн бо́льшую часть детства провели, воображая себя в ту эпоху. А малыш Джефри угодил туда на самом деле. Мясники Древорезчицы не представляли собой угрозы космического масштаба, но своим соседям внушали смертельный ужас. Благодарение небесам, самой резни Джефри не увидел. Настоящее средневековье. Жестокое и беспощадное, пускай даже Джефри приютили довольно добрые существа. Нюйорский пример – лишь отдаленная аналогия. У Когтей стайный разум; даже старого Грондра ‘Калира это поразило. И за всеми посланиями Джефри Равна чувствовала обуревавшую подданных Стального панику. Орды Древорезчицы вернутся и на сей раз ударят по крохотному королевству Стального в полную силу. Раньше получалось, что «Внеполосный-II» прибудет туда за тридцать-сорок дней, и особого риска тут не было. Но теперь.. Что, если Равна прилетит на пепелище, оставленное Древорезчицей? «Ох, Фам, милый Фам. Если ты существовал в реальности, вернись ко мне, пожалуйста». Фам Нювен со средневековой Канберры. Фам Нювен, торговец из Медленной Зоны… «Как бы ты поступил в этой ситуации?» Гм…
Диалог на борту корабля. На борту корабля Равна обсуждает с наездниками Синепанцирем и Зеленожкой сроки прибытия к цели, которые из-за «зонного сдвига» в Медленной Зоне увеличились до ста двадцати дней. Героиня выражает обеспокоенность судьбой мальчика, находящегося в опасности, и предлагает использовать корабельную библиотеку для поиска кратчайших путей развития технологий, чтобы помочь ему отразить натиск врагов. В ходе беседы Фам Нювен, долгое время хранивший молчание, впервые заговорил и указал на необходимость создания пушек и радиосвязи как приоритетных технологий.
Равна понимала, что под броней показного спокойствия Синепанцирь волнуется не меньше ее. Хуже того, впадает в педантизм. В другой раз, когда Равна справилась у него, как дела, растение ударилось в технические подробности. Наконец Равна перебила: – Слушай, этот пацан там сидит на чем-то, потенциально способном запулить Погибель на ту сторону небес, а у него под рукой только луки и стрелы. Сколько нам еще туда лететь, Синепанцирь? Синепанцирь нервно покатался взад-вперед по потолку. У наездников в тележки встроены реактивные двигатели, потому с невесомостью они бы управлялись лучше большинства людей. Но предпочитали обходиться выдвижными присосками и кататься по стенам. Своего рода прикол. Сейчас это откровенно бесило. Но по крайней мере, есть с кем поговорить. Равна оглянулась через мостик туда, где сидел, бесстрастно глядя на главный экран, Фам Нювен. Как обычно, внимание его всецело занимали медленно ползущие по дисплею звезды. Он весь зарос, рыжая борода ярким пятном выделялась на лице, а длинные нечесаные волосы сбились в колтуны. Физически он оправился от ран. Автохирург даже возместил мышечную массу, прежде отгрызенную устройствами связи Старика. Фам теперь мог сам одеваться и питаться, но все еще не покидал личного мира иллюзий. Двое наездников пощебетали о чем-то, и наконец ответила Зеленожка: – Если честно, мы не знаем сколько. Запределье меняется по мере спуска. Каждый скачок длится немного дольше предыдущего. – Я знаю. Мы же к Медленной Зоне приближаемся. Но корабль на это и рассчитан; экстраполяция замедления должна быть легкой задачей. Синепанцирь опустил веточку от потолка до пола. Секунду пообщался с подругой (листва обоих растений заколыхалась), после чего вокодер наездника испустил смущенный человеческий вздох. – Да, в обычных условиях, миледи Равна. Но сейчас ситуация особенная… С одной стороны, кажется, что сами Зоны волнуются. – Что? – В этом нет ничего странного. Небольшие сдвиги происходят постоянно. Придонные люггеры как раз и предназначены для отслеживания перемен. Нам не повезло угодить прямо в центр нестабильной области. Равна, в общем-то, знала, что внизу, у Дна, поверхность Зоны турбулентна. Она просто не думала об этом в грандиозных терминах вроде «зонного сдвига», а еще – не понимала, насколько серьезна для них такая неустойчивость. – Хорошо, а насколько там все скверно? Насколько мы замедлимся? – Ох-ох. – Синепанцирь переместился к дальней стене: теперь тележка попирала колесами звезды. – Хотел бы я стать меньшетележечным наездником. Сколь многие проблемы доставляет мне высокое призвание. Хотел бы я сейчас оказаться на берегу, в прибое, на волнах старых воспоминаний. О прежних прибоях. Зеленожка заговорила вместо него: – Это не прилив, нельзя спрашивать, как высоко он доберется. Это шторм, и правильнее спрашивать: каково нам придется в такую бурю? В данный момент условия навигации здесь худшие за тысячу лет. Впрочем, мы отслеживали местные новости, и большинство комментаторов сходятся во мнении, что пик шторма уже миновал. Если иных проблем с продвижением не возникнет, мы прибудем к цели через сто двадцать дней или около того. Иных проблем. Равна устремилась к центру мостика и пристегнулась к своему насесту. – Ты про те повреждения, которые мы понесли, улепетывая с Маршрутизатора? Про шипы ультрадвигателей, да? Как они там? – Вроде бы неплохо. Мы не пытались разгонять их на полную: держались ниже восьмидесяти процентов расчетного максимума. С другой стороны, хороших средств диагностики у нас нет. Возможно, серьезная проблема разовьется внезапно для нас. – Это возможно, но отнюдь не обязательно, – настаивала Зеленожка. Равна кивнула. С учетом остальных трудностей не было смысла жаловаться на то, что от тебя не зависит. На Маршрутизаторе казалось, что перелет займет от силы тридцать или сорок дней. Теперь же… мальчишке на дне колодца придется набраться мужества надолго, как бы ей ни хотелось иного. Гм. «Пора переходить к запасному плану. Пора бы высказаться кому-нибудь вроде Фама Нювена». Она оттолкнулась от пола и устроилась рядом с Зеленожкой. – Ладно, получается, что при наилучших раскладах у нас уйдет сто двадцать дней. Если же зонный сдвиг усилится или нам придется остановиться на ремонт… – «На ремонт? Где?» Это еще больше задержит, но такая возможность оставалась. «Внеполосный-II» проектировался с расчетом на ремонты даже у Дна Запределья. – Ну, пускай сто двадцать. – Она покосилась на Синепанциря, но тот воздержался от обычных уточнений и замечаний. – Вы оба читали сообщения от мальчика. Он пишет, что его союзников могут одолеть, возможно, даже скорее, чем за сто дней. Мы должны ему как-то помочь… прежде, чем прибудем туда сами. Зеленожка зашелестела веточками – Равна сочла, что растение обескуражено. Она оглянулась через мостик на Фама – «Эй, ты же собаку на этом съел!» – чуть повысила голос. – Вы, наездники, можете и не осознавать проблемы, но в Медленной Зоне цивилизации, разделенные годами – столетиями – полета, с ней сталкивались уже миллион раз. Они переживали темные века. Скатывались до уровня столь же примитивного, как у этих стай, Когтей. Потом из внешнего мира к ним кто-нибудь прилетал и в краткие сроки восстанавливал технологию. Фам не обернулся; он сидел, уставясь на звезды. Наездники пошелестели, потом ответили: – Но как это нам поможет? Разве восстановление цивилизации не отнимает десятки лет? И потом, в мире Когтей нечего восстанавливать. Если верить этому ребенку, эта раса не имеет предшественников. Сколько времени у них уйдет, чтобы построить цивилизацию? Равна взмахом руки отмела возражения. «Вам меня не остановить, я оседлала волну». – Это сейчас не так уж важно. Мы с ними на связи, у нас на борту отличная библиотека по общим вопросам. Первооткрыватели действовали вслепую, не зная, куда идут. Даже археоинженеры Нюйоры многое поневоле изобретали заново. Но мы все знаем про аэропланы и тому подобное; у нас сотни вариантов, как добиться успеха. – Поставленная перед необходимостью, Равна внезапно уверилась, что успех придет. – Мы можем изучить все пути развития, отсечь тупиковые ветки. Более того, можем отыскать кратчайший путь из средневековья к определенным технологиям, которые помогут друзьям Джефри отразить натиск любых варваров. Равна выдохлась и замолчала, с улыбкой глядя на наездников: сперва на Зеленожку, потом на Синепанциря. Но молчаливый наездник – один из самых неблагодарных слушателей во Вселенной. Трудно было понять, смотрят ли они вообще на Равну. После паузы Зеленожка сказала: – Да, я понимаю. И раз в Медленной Зоне повторные изобретения так часты, бо́льшая часть нужной информации уже в корабельной библиотеке. И тут это случилось: Фам отвернулся от окна. Поглядел через палубу на Равну с наездниками. Он заговорил – в первый раз после бегства с Маршрутизатора. Более того, слова имели смысл, но Равна не сразу его уловила. – Пушки и радиосвязь, – сказал он. – А? А, да. – Она уставилась на него. Надо еще что-нибудь из него выжать. – А почему именно это? Фам Нювен пожал плечами: – На Канберре сработало. Но тут влез проклятый Синепанцирь, провякав что-то насчет поиска по библиотеке. Фам мгновение глядел на них без всякого выражения. Потом отвернулся к звездам, и мгновение утекло впустую.
Разговор Фама и Равны на мостике. На мостике звездолета Фам и Равна обсуждают природу сознания Фама и последствия его связи со Стариком. Равна убеждает его, что он остается человеком, несмотря на пугающие воспоминания и импланты, а Фам признается в своем чувстве потери и страхе стать лишь «дистанционно управляемым устройством». Герои делятся интимной близостью и обсуждают теорию «богосколка» — попытку умирающего Старика загрузить свои планы и программы в сознание Фама. В финале Фам осознает, что его будущее связано с выполнением миссии на Дне, где он может потерять свою индивидуальность, но Равна обещает оставаться с ним до конца.
– Фам? – раздался позади, совсем близко, голос Равны. Наездники уехали выполнять поручения – сколь бы бессмысленны они ни были, – полученные по итогам беседы, а она осталась на мостике. Мужчина не ответил. Мгновением позже она подплыла к нему и закрыла собой звезды. Он сфокусировал взгляд на ее лице – почти рефлекторная реакция. – Спасибо, что поговорил с нами… Ты нам нужен больше, чем когда бы то ни было. Он все еще мог видеть звезды. Вокруг силуэта девушки их осталось предостаточно, и они медленно смещались. Равна склонила голову – это означало дружескую озадаченность. – Мы можем тебе помочь… Он молчал. Кто говорил сейчас его устами? – Нельзя помочь мертвецу, – сказал он, не без удивления услышав собственный голос. Речь, наверное, так же рефлекторна, как фокусировка глаза. – Ты не мертв. Ты так же жив, как и мы. Слова хлынули из него бурным потоком; он не бывал так разговорчив за все дни после побега с Маршрутизатора. – И то правда. Иллюзия самосознания. Счастливы те автоматы, кто работает по тривиальным программам. Готов побиться об заклад, ты никогда не догадалась бы. Откуда тебе знать – изнутри? А снаружи, с точки зрения Старика… – Он отвел взгляд, потому что в глазах задвоилось. Равна подплывала все ближе, пока ее лицо не оказалось в считаных сантиметрах от его собственного. И парила в невесомости, лишь одной ногой касаясь пола. – Милый Фам, ты ошибаешься. Ты бывал на Дне, поднялся на Вершину, но не Посередине… Иллюзия самосознания? Обычный постулат любой практически применимой запредельской философии. У него есть как приятные, так и ужасающие следствия. Тебе ведомы лишь жуткие. Подумай, однако, что этой иллюзии в равной мере подвластны Силы. – Нет. Он способен создавать устройства. Вроде нас с тобой. – Смерть – это вопрос выбора, Фам. Она потянулась провести рукой по его плечу и запястью. Перспектива, как обычно при нулевой гравитации, сместилась: низ, казалось, ушел вбок, и он уже смотрел на нее снизу вверх. Вдруг он понял, что борода у него клочковатая, а длинные косматые волосы плавают вокруг лица. Посмотрел на Равну снова, припоминая все, что думал о ней. На Маршрутизаторе она показалась ему умной девчонкой; может, и глупее его самого, но не хуже большинства конкурентов из Чжэн Хэ. Но случались иные мысли: когда Старик смотрел на нее его глазами. Как обычно, его воспоминания ошеломляли: по облику одной этой женщины он сделал больше выводов, чем Фам – за всю свою прошлую и нынешнюю жизнь. Как обычно, его воспоминания были малопонятны. Даже его эмоции трудно было интерпретировать. Однако… о Равне он думал, как мог бы думать… о любимой собачке. Старик видел ее насквозь: Равной Бергсндот очень непросто манипулировать. Его удивляло/восхищало это качество. Впрочем, за всеми перепалками и возражениями он видел… подойдет ли человеческое слово доброта? Старик желал ей добра. В самом конце он даже попытался помочь. Какая-то догадка пролетела сквозь него, но он не успел ее осмыслить. Равна тем временем заговорила снова: – То, что с тобой случилось, само по себе ужасно, Фам, но и с другими такое происходило. Я читала. Силы тоже не бессмертны. Иногда они сражаются между собой, и бывают жертвы. Иногда они совершают самоубийства. Была такая звездная система, ее прозвали Удел Богов. Миллион лет назад она располагалась в Трансценденции. Ее посетила группа Сил. Случился зонный сдвиг. Внезапно система погрузилась в Переход на двадцать световых лет. Крупнейший сдвиг поверхности Зоны за всю историю. У Сил в Уделе Богов не было ни единого шанса. Все они погибли. Некоторые превратились в груды ржавых обломков, кучи гнили… другие деградировали до уровня обычных людей. – С этими-то что случилось? Она, поколебавшись, вложила меж его ладоней свою: – Сам увидишь. Но такое бывает, ты пойми. Для жертв – конец света. С нашей же точки зрения, человеческой… В общем, Фам Нювен – человек может считать себя счастливчиком. Зеленожка говорит, что отказ биомашинерии Старика не привел к устойчивому поражению органических тканей. Может, оно и есть, но довольно слабое. Вероятно, остатки этих имплантов просто растворятся со временем. Фам почувствовал, как у него из глаз текут слезы. И понял, что тоскует отчасти по его кончине. – Слабое поражение! – Он покачал головой, слезы сорвались с век и поплыли в воздухе. – У меня в голове теснится он, кишат его воспоминания. Воспоминания? Они заслоняли собой все прочее, но он не мог понять их. Деталей вообще не различал. Даже эмоций не постигал, если не прибегать к выхолощенным аналогам – радость, смех, удивление, страх, холодная, стальная решимость. Он потерялся средь этих воспоминаний, блуждал меж них, как идиот в соборе. Ничего не понимая, делал приседания перед иконами. Равна повернулась вокруг него, не расплетая ладоней. На миг Фам и девушка нежно соприкоснулись коленями. – Ты все еще человек, у тебя есть собственная… Голос ее оборвался под его взглядом. – Собственная память? – Осколки, неразборчивая мешанина: он сам в пятилетнем возрасте, сидит на соломе на полу Большого зала, вскидываясь, когда проходят взрослые: отпрыскам благородной крови не пристало возиться в грязи. Десять лет спустя: впервые в постели с Синди. Годом позже: первая в жизни летающая машина, орбитальный паром, который опустился на плацу рядом с отцовским замком. Десятки лет в космосе. – О да, Чжэн Хэ. Фам Нювен, великий торговец Медленной Зоны. Все воспоминания здесь. И насколько я знаю, все они – выдумка Старика, деза для сотрудников Маршрутизатора. Равна закусила губу, но ничего не сказала. Слишком честна, чтобы солгать. Даже теперь. Он потянулся убрать локон с ее лица: – Помню, ты тоже так говорила, Рав. Не надо стесняться: я бы в любом случае что-то такое заподозрил. – Ага, – тихо отозвалась она и посмотрела ему прямо в глаза. – Но ты вот что знай. Как человек человеку тебе говорю: ты теперь человек. Чжэн Хэ действительно могла существовать, и ты можешь оказаться тем, кем себя помнишь. Каким бы ни было твое прошлое, будущее может превзойти его величием. Призрачное эхо, скорее воспоминание, чем мысль, прокатилось в голове. На миг он словно бы поумнел и увидел ее по-новому. «Она же любит тебя, идиот!» Что-то похожее на смех. Дружеский смех. Он крепко ее обнял и прижал к себе. Такая настоящая. Почувствовал, как ее нога просунулась между его. Засмеялся. Безусловный рефлекс, как при прямом массаже сердца, мозг возвращается к жизни. Глупо, тривиально… но… – Я… я хочу обратно. – Он всхлипывал, но продолжал выталкивать из себя слова. – Во мне так много всего непонятного. Я потерялся в собственной голове. Она не ответила, вероятно, не понимая, о чем он. На миг пропало все, кроме ощущения ее тела в его объятиях. «О да, я так хочу обратно…» Равна еще никогда не занималась этим на мостике звездолета. Впрочем, у нее и своего звездолета никогда не было. Корабль не зря числится придонным люггером. Фам, увлекшись, выскользнул из ремней, и обоих закрутило в невесомости. Они натыкались на стены и сброшенную одежду, проплывали через облачка собственных слез. Спустя много минут головы их оказались всего в сантиметрах от пола, а тела – выгнуты к потолку. Она едва осознавала, что штаны ее реют, как знамя, зацепившись за лодыжку. Секс в невесомости мало походил на тот, что рисуют в романах. Опереться не на что, и потом… Фам отклонился от нее, ослабил объятия. Взъерошив его рыжие волосы, она заглянула в налитые кровью глаза. – Знаешь, – вымолвил он дрожащим голосом, – я и не догадывался, что могу так орать, чтоб челюсти свело. Она улыбнулась: – Значит, у тебя была роскошная жизнь. Выгнувшись в его руках, она нежно притянула Фама к себе. Несколько мгновений они просто парили в молчании, расслабленно соприкасаясь телами и не чувствуя ничего другого. – Спасибо, Равна, – сказал он затем. – Не за что. Мне было хорошо. Голос ее прозвучал мечтательно и серьезно, она крепче обняла Фама. Каким странным он с ней бывал – пугал, зачаровывал, раздражал. Но кое в чем она самой себе не признавалась – вплоть до этой минуты. В первый раз после побега с Маршрутизатора она ощутила подлинную надежду. Глупая физическая реакция… а может, и нет. В ее объятиях парень, рядом с которым меркнут герои любого приключенческого романа. И более того: человек, который был частью Силы. – Фам… как ты думаешь, что на самом деле случилось на Маршрутизаторе? Зачем Старика убили? Фам фыркнул, вроде бы естественным тоном, но руки его напряглись. – Ты меня спрашиваешь? Я тогда умирал, если помнишь… Хотя нет. Это Старик. Он тогда умирал. – Мгновение Фам молчал. Мостик медленно поворачивался вокруг них. Молча перемещались фоновые звезды. – Божественное мое естество страдало от боли, я это знаю. Он был в отчаянии, паниковал… Но также пытался что-то для меня сделать, пока не умер. – Голос его стал мягким, задумчивым. – Да. Я чувствовал себя старым разваливающимся чемоданом, который он торопливо набивал всяким хламом. Ну, все равно что пытаться десять килограммов уместить в мешке, куда влезают только девять. Он понимал, что причиняет мне вред, я ведь был его частью, но это уже не имело значения. – Он дрогнул в ее объятиях, лицо на миг сковал легкий испуг. – Я не садист. И он им не был, полагаю. Я… Равна покачала головой: – Думаю… думаю, он в тебя загружался. Фам опять умолк, пытаясь осмыслить ее предположение. – Ерунда какая-то. Во мне не хватит места для сверхчеловека. – Страх и надежда кружили друг подле друга. – Нет-нет, постой. Ты прав. Даже если умирающая Сила надеется возродиться, в нормальном мозгу ей попросту не уместиться. Старик пытался проделать что-то другое… Помнишь, как я молила Его помочь нам в полете ко Дну? – Да. Я – он – тебе сочувствовал, как ты бы сопереживала удирающим от хищника мелким животным. Он и не предполагал, что Искажение способно ему навредить, пока… – Ага, вот именно. Пока оно его не атаковало. Для Сил это оказалось полной неожиданностью; внезапно Искажение перестало быть малозначительной проблемой низших разумов. И тогда Старик попытался помочь – как смог. Он запихал в тебя все свои планы и поведенческие программы. Он столько всего в тебя спустил – ты чуть не умер, а выжив, толком не понимаешь, что в тебе. Я про такое читала, когда зубрила прикладную теологию. Может, легенда, а может, и быль. Это называется «богосколок». – Богосколок? – повторил он задумчиво. – Какое странное слово. Я помню панику Старика. Но если он поступил именно так, как ты говоришь, то почему не дал мне понять? Если во мне полное лукошко добрых советов, то почему все, что я вижу внутри… – взгляд его словно возвратился на несколько дней назад, – это мрак… мрак, в котором толпятся темные статуи с режущими кромками. Снова долгое молчание. Она почти физически чувствовала, как работает его мысль. Руки его крепко сжались, по телу пробежала дрожь. – Да, да. Это многое объясняет. Большую часть я до сих пор не понимаю, а может, и никогда не пойму. Старик под конец что-то понял. – Руки опять напряглись, он уткнулся лицом ей в шею. – Это… очень личное. Убийство Старика Искажением. Даже умирая, он чему-то научился. – Опять тишина. – Искажение, Равна, это что-то из глубокой древности. Ему, наверное, миллиарды лет. Угроза, о которой Старик мог только догадки строить, пока она не уничтожила его, но… Минута, другая, но Фам все никак не продолжит. – Не торопись, Фам, я подожду, сколько надо. – Угу. Он отстранился – глянуть ей прямо в лицо. – Пока что я знаю одно: Старик сделал это со мной не без причины. Нас не дурачат. Там, на Дне, что-то есть, на этом страумлианском корабле, и Старик считал, что оно и вправду очень важно. Он легонько погладил ее по лицу, но улыбнулся не радостно, а тоскливо. – Разве не понимаешь, Равна? Если ты права, сегодня я больше человек, чем когда-либо в будущем. Во мне полно богосколков, выгруженного Стариком материала. Бо́льшая часть его моему сознанию недоступна, но, если все сработает, так или иначе она вырвется наружу. Я стану его дистанционно управляемым устройством. Его роботом на Дне Запределья. Нет! Но она заставила себя пожать плечами. – Может быть. Но пока ты человек и у нас общая цель… до тех пор я тебя не покину.
Изучение теории прыжков. Равна и ее спутники изучают в библиотеке корабля «Внеполосный-II» теорию «прыжков с низкого старта», чтобы найти кратчайшие пути технологического развития для цивилизаций Медленной Зоны. Герои обсуждают возможность быстрого снабжения Королевства Тайного Острова пушками и радиосвязью для защиты Джефри от нападения древорезчиков. Несмотря на использование специальных программ, Синепанцирь и Зеленожка предупреждают о сложностях в поиске ресурсов и интерпретации технологий аборигенами. В итоге Равна выбирает оптимальный алгоритм действий и отправляет его вниз, осознавая, что успех спасения во многом зависит от удачи.
Равне было известно, что в корабельной библиотеке есть раздел о «прыжках с низкого старта». Оказалось, что изучению таких ситуаций посвящена целая академическая специальность. Помимо десятка тысяч примеров, там нашлись кастомизирующие программы и прорва унылой теории. Это в Запределье «проблема переоткрытия» тривиальна, а вот в Медленной Зоне за историю наблюдений встретилась почти любая возможная комбинация событий. Срок жизни цивилизации Медленной Зоны, как правило, составлял не более нескольких тысяч лет. Иногда затменную фазу преодолевали быстро, и всего за несколько десятилетий цивилизация восстанавливалась после глобальной войны или атмосферного загрязнения. В других случаях наблюдался откат в средневековье. И конечно, большинство рас так или иначе самоуничтожались, по крайней мере в изолированной звездной системе. Те же, кто не истребил себя (и даже кое-кто из тех, кому это удалось), так или иначе поднимались к утраченным высотам. Изучением вариаций на этом пути занималась прикладная история технологии. К несчастью как для ученых, так и для цивилизаций Медленной Зоны, достойное применение теоретические выкладки находили редко: изложенные в примерах события произошли за сотни лет до того, как вести о них достигли Запределья, засим немногие исследователи рисковали начинать полевую работу в Медленной Зоне, где поиск подходящего объекта и осуществление одного-единственного эксперимента могли стоить жизни. Впрочем, на миллионах университетских факультетов этим хобби увлекались энтузиасты науки. Одна из любимых забав состояла в том, чтобы разработать кратчайшие пути от заданного уровня технологии к максимально допустимому для Медленной Зоны. Приходилось учитывать множество деталей, например начальный уровень деградации, объем остаточных научных познаний (или уровень восприимчивости к ним), а также физическую природу расы. Историки аккумулировали свою теорию в прикладные программы, куда на вход следовало подать данные о текущем и желаемом состояниях культуры, чтобы на выходе получить последовательность шагов, представлявшую кратчайший маршрут к нужному состоянию. Через два дня все четверо снова собрались на командном мостике «Внеполосного-II». На сей раз каждому нашлось что сказать. – Итак, решаем, какие изобретения им туда спустить, чем таким наделить Королевство Тайного Острова для защиты… – …чтобы «Стальной Владыка» сумел это реализовать менее чем за сто дней, – подхватил Синепанцирь. Большую часть этих двух дней он провел, ковыряясь в программах библиотеки «Внеполосного-II». – Я остаюсь при своем: пушки и радиосвязь, – сказал Фам. Огневая мощь и средства коммуникации. Равна улыбнулась. Одних только человеческих воспоминаний Фама хватит, чтобы спасти детишек на планете Когтей. О планах Старика он больше не заговаривал. В представлении Равны планы Старика были своего рода волей рока: то ли они к добру, то ли ко злу, сейчас не поймешь. «Но даже судьбу можно перехитрить». – Что скажешь, Синепанцирь? – спросила она. – Могут ли они создать радио так быстро с нуля? – На Нюйоре радиосвязь возникла почти одновременно с орбитальными полетами: чуть ли не через век после начала эпохи возрождения. – О да, миледи Равна. Существуют простые приемы, которые, однако, трудно распознать, пока не достигнешь очень высокого уровня технологии. Например, квантово-торсионные антенны можно соорудить из серебряных и кобальтово-стальных решеточных массивов, правильно подобрав геометрию. К несчастью, чтобы ее просчитать, требуются солидные теоретические познания и умение решать сложные уравнения в частных производных особого вида. Многие цивилизации Медленной Зоны так и не добились этого. – Ну ладно, – сказал Фам, – но остается ведь еще и проблема перевода. Джефри, вероятно, уже слышал слово «кобальт», но как ему растолковать его аборигенам, если те понятия о кобальте не имеют? Не узнав побольше об их мире, мы даже не сумеем указать им, где искать кобальтовую руду. – Это осложнит дело, – признал Синепанцирь, – но программа учитывает такие препятствия. Стальной Владыка, кажется, знаком с понятием экспериментального перебора. Мы могли бы начертить ему дерево экспериментов для получения кобальта, исходя из описаний вероятных руд и результатов химических анализов. – Не так-то это просто, – возразила Зеленожка. – Некоторые химические анализы сами по себе требуют предварительных поисков и тестов. В других экспериментах должна проверяться токсичность. Мы куда меньше знаем о стаях, чем обычно при запуске программы. Фам улыбнулся: – Надеюсь, мы дождемся благодарности; я вот в жизни не слыхивал про «квантово-торсионные антенны». У Когтей аппаратура будет лучше, чем за всю историю Чжэн Хэ. Да, такой подарок им вручить можно. Вопрос в другом: вовремя ли он будет доставлен, чтобы Джефри и корабль удалось спасти из лап древорезчиков? Четверо раз за разом запускали программу. О самих стаях было известно крайне мало. Королевство Тайного Острова вроде бы достаточно податливо. Если стаи проявят готовность подчиняться всем указаниям, если им повезет найти близкие залежи критически важных веществ, то, действительно, пушки и радио у них появятся меньше чем через сто дней, пускай и в ограниченных количествах. С другой стороны, если стаи Тайного Острова угодят на самые неблагоприятные ветви поисковых деревьев, процесс растянется на несколько лет. Равне трудно было примириться с мыслью, что, несмотря на все старания их четверки, спасение Джефри от древорезчиков во многом остается вопросом удачи. Ох-хо-хо. В итоге она выбрала лучший алгоритм из составленных наездниками, перевела его на упрощенный самношк и отослала вниз.
Подготовка к войне и цена власти. На борту звездолета Стальной укрепляет позиции, подавляя Фрагмент Шкуродера и планируя создание столицы мира, в то время как дети Джефри и Амдиджефри поддерживают связь с Равной. Параллельно Йоханна и Древорезчица готовят армию Когтей к нападению на Тайный Остров, ускоряя производство пушек. После успешного испытания орудия Древорезчица теряет сознание, но позже Йоханна находит её в хижине в состоянии после тяжелых родов. В то время как на корабле решаются вопросы технологий и доминирования, в Когтях происходит биологическая трансформация лидера стаи. Оба сюжета сходятся в теме подготовки к решающему столкновению и трансформации существующих порядков.
Подробный пересказ
Инспекция стройки и внезапная стычка. Стальной инспектирует строительство крепости на Холме Звездолета, планируя превратить его в столицу мира и защитить от внешних угроз. Во время осмонки стройплощадки происходит внезапная стычка: рабочие-землекопы восстают против стражников, едва не подвергая опасности присутствующих на борту Амдиджефри и человека по имени Джефри. Стальной вмешивается в битву, спасает детей и в итоге разрешает им остаться на корабле, несмотря на риск и недавний инцидент.
Стальной всегда восхищался военной архитектурой. Ныне ему удалось сказать в этой области новое слово: он возводил крепость для защиты от атак не только с земли, но и с неба. Об угловатом корабле на подпорках пронюхал уже весь континент. Не успеет минуть лето, как появятся вражеские армии, стремящиеся захватить эту добычу или, на худой конец, уничтожить. И, что гораздо опаснее, появятся и Звездные Жители. Надо подготовиться. Стальной инспектировал стройку почти ежедневно. Каменная кладка почти полностью заменила палисадную ограду с южной стороны. На склоне холма, обращенном к Тайному Острову, заканчивалось строительство новой берлоги… «Уже закончилось», – проворчала его часть. А и вправду, стоило бы перебраться туда – безопасность Тайного Острова быстро превращалась в пшик. Холм Звездолета уже стал новым центром Движения, и не только в пропагандистских воззваниях. Даже самый наглый лжец не мог бы выдумать того, что эмиссары шкуродерников за границей называли оракулом Холма Звездолета. Кто бы ни стоял подле этого оракула, тот и получит в итоге мировое господство, и Стальной не смел утверждать обратное. Он уже казнил или перевел на другие посты нескольких адъютантов, заподозрив их в попытке сблизиться с Амдиджефри. О, Холм Звездолета! Когда здесь высадились чужаки, тут были одни камни да вереск. За зиму на холме возвели деревянное укрытие и ограду. Теперь же конструкция превращалась в замок, корону со звездолетом вместо жемчужины. Вскоре на холме возникнет столица континента, а затем и мира. А потом… Стальной воззрился в синюю бездну небес. Как далеко распространится его влияние потом, зависит от выбора слов и способа постройки замка. Хватит мечтать! Стальной Владыка одернул себя и спустился с новой стены по свежевысеченным каменным ступеням. Двор был площадью двенадцать акров, и покрывала его в основном влажная грязь. Она холодила лапы, но снег и слякоть уже сгребли в кучи вдоль тропинок, по которым бегали рабочие. Весна выдалась ранней, и солнце прогревало холодный воздух. Отсюда открывался вид на многие мили окрест, на Тайный Остров и океан, далеко вниз по изрезанному фьордами побережью. Последнюю сотню метров до звездолета Стальной прошел вверх по холму. Стражники сопровождали его с обеих сторон, а Шрек прикрывал повелителя сзади. Места хватало, чтобы не отгонять рабочих, – Стальной отдал приказ не прерывать стройку даже в его присутствии. В основном затем, чтобы и дальше дурачить Амдиджефри, а частично потому, что Движению и впрямь нужна была эта крепость, притом как можно скорее. А насколько скоро… хороший вопрос. Стальной смотрел во все стороны, но внимание сосредоточил на стройплощадке. Во дворе громоздились кучи тесаного камня и штабеля бревен. Почва оттаяла, и можно было рыть фундамент под внутреннюю стену. Там, где это все еще представляло трудности, инженеры Стального вливали в траншеи кипящую воду. Из ям шел пар, скрывая из виду лебедки и землекопов. Шум стоял хуже, чем на поле брани: скрипели подъемные механизмы, вонзались в землю лопаты, бригадиры отдавали приказы рабочим. И толпа была почти такая, как на поле брани, хотя далеко не столь хаотичная. Стальной пригляделся к стае землекопов на дне одной из траншей. Стая насчитывала тридцать элементов и держалась так тесно, что плечи их временами соприкасались. Огромная свора, но ничего похожего на оргию. Еще до Древорезчика гильдии строителей и фабрикантов проделывали нечто подобное. Стая из тридцати элементов внизу была, вероятно, не умнее тройки. Передний ряд в унисон взмахивал кирками, постепенно вгрызаясь в земляную стену. Когда головы и кирки их оказывались высоко над стеной, десять элементов сзади бросались вперед – отгребали свежевыкопанную землю и камни. Третий ряд, позади двух первых, выбрасывал эту кучу из ямы наверх. Поскольку земля была неоднородна, работа эта требовала сложной координации, однако умственных способностей стаи на это вполне хватало. Они могли так трудиться часами, меняя порядок первого и второго рядов каждые несколько минут. В прошлом гильдии ревностно оберегали секрет составления таких вот особых стай. После тяжелого рабочего дня бригада рабочих распадалась на обычные разумные стаи, и каждая удалялась домой, неплохо заработав. Стальной усмехнулся про себя. Древорезчик усовершенствовал старые приемы гильдеров, но решающее новшество применил Шкуродер (фактически позаимствовал у тропических стай). Зачем позволять рабочей стае распадаться после смены? Рабочие Шкуродера оставались слепленными вместе постоянно, в бараках столь тесных, что обратного разделения разумов не могло произойти. Результат получился отменный. Проведя так год-другой и пройдя отбраковку, исходные стаи рабочих бригад тупели настолько, что уже и сами бы не распались. Стальной некоторое время наблюдал, как тесаный камень кладут в новую яму и скрепляют известковым раствором. Затем кивнул дежурному белокурточнику и пошел дальше. Скважины фундамента тянулись до стен звездолетной ограды. Это и была самая хитрая часть конструкции, превращавшая замок в красивую ловушку. Еще немного сведений от Амдиджефри, и станет ясно, как именно ее построить. Дверь в звездолетный отсек была открыта, и в проеме, прижавшись спинами, сидел белокурточник. Стражник заслышал шум на миг раньше Стального: два его элемента расторгли позу и побежали глянуть за угол. Оттуда раздались крики – очень высокие, почти неслышные, – потом трубный боевой клич. Белокурточник спрыгнул со ступеней и помчался вокруг здания. Стальной и его гвардейцы устремились следом. Перед траншеей фундамента на дальней стороне корпуса он затормозил. Источник неразберихи стал ясен. Три белокурточника приволокли на допрос бригадного «рассказчика». Они отделили говорящий элемент от стаи и принялись лупить его дубинками. На столь близком расстоянии мыслевопли почти не уступали громкостью обычным крикам. Прочие элементы землекопа уже лезли из траншеи, разбиваясь на спецстаи и атакуя белокурточников кирками. «Как такое могло случиться?» Подумав, Стальной догадался. От фундамента внутренней стены должны были отходить самые секретные туннели замка, да вдобавок Стальной планировал разместить там еще более секретные ловушки на двуногих. Конечно, после завершения работ на столь ответственном участке от бригады надлежало избавиться. При всей своей тупости землекопы сообразили, что их ждет. В иной ситуации Стальной просто отошел бы в сторонку и принялся наблюдать. Подобные эксцессы дают немалую пищу для размышлений, выявляя слабые места подчиненных и подмечая, кто справляется с порученной работой слишком плохо, а кто – слишком хорошо. Но сейчас так поступить нельзя. Амдиджефри на борту! За деревянными стенами им не видно, а внутри их наверняка охраняют другие белокурточники, но… Прыгая вперед и выкрикивая команды прислужникам, Стальной увидел, как Джефри выбегает из отсека. На плечах его сидела пара щенков, остальные элементы Амди разбежались кругом. – Не подходите! – рявкнул Стальной и повторил на скверном самношке: – Опасность! Назад! Амди замер, но двуногий продолжал приближаться. Две стаи охраны шарахнулись с его пути, выполняя приказ ни в коем случае не касаться чужака. Еще миг, и кропотливая работа целого года погибнет. Еще миг, и Стальной потеряет весь мир по глупости и невезению. Пока задние элементы Стального кричали на двуногого, передовые взбирались на кучу камней. Он указал на лезущих из траншеи землекопов: – Убить посторонних! Стаи его личной охраны сгрудились вокруг повелителя, а несколько солдат во главе со Шреком кинулись вперед. Сознание Стального помрачилось от шума кровавой битвы. Это было не экспериментальное безумие, как в лабораториях под Тайным Островом. Смерть разила вслепую, во всех направлениях. Летали стрелы, вздымались кирки, резали копья. Элементы землекопа метались, с воплями рубя всех подряд. У них не было ни единого шанса на победу, но на тот свет они прихватили с собой многих. Стальной отпрянул от схватки, смещаясь в сторону Джефри. Двуногий продолжал бежать ему навстречу. Амди несся следом и кричал что-то на самношке. «Один безумец, одна неверно выпущенная стрела: двуногий погибнет, и тогда все потеряно». Никогда еще за всю свою жизнь Стальной так не боялся за другого. Устремившись к человеку, он окружил его всей стаей. Двуногий упал на колени и схватил Стального за шею. Лишь многолетняя дисциплина позволила Стальному удержаться и не прокусить чужаку горло – тот не нападал, а обнимал. Землекопа почти всего перебили, а оставшихся элементов Шрек уже так далеко отогнал, что угрозы они не представляли. Стражники Стального надежно прикрывали его ярдах в пяти или десяти, не больше. Амди сбился вместе, съежившись от мысленных воплей, но продолжал что-то кричать Джефри. Стальной пытался стряхнуть человека, но Джефри цеплялся за всех его элементов по очереди, иногда за две шеи одновременно. Чужак издавал булькающий хрип, совсем не похожий на самношк. Стальной изнемогал. «Не выдавать омерзения». Человек не почувствует, но Амди – может. Джефри раньше уже так делал, и Стальной пользовался преимуществом, которое ему это давало, хотя и дорого обходилось. Детенышу богомола нужен был физический контакт; на этом-то и зиждятся взаимоотношения Амди с Джефри. Если разрешить этой твари касаться себя, то как знать, вдруг оформится сходное доверие? Стальной провел головой и шеей по спине чужака – в лабораториях-темницах он видел, как родители поступают так со щенками. Джефри еще крепче вцепился в него и заелозил длинными умелыми лапами по шерсти Стального. Ощущение было очень странное, пускай и омерзительное. Обычно столь тесный контакт с другим разумным существом означал совокупление или бой, и в каждом случае места для рассудочной мысли не оставалось. А с человеком… существо это с очевидностью разумно, однако мыслешума нет. Вообще нет. Можно и думать, и чувствовать одновременно. Стальной закусил губу, пытаясь унять дрожь. Это было… …словно заниматься сексом с трупом. Наконец Джефри отступил назад, поднимая руку. Он что-то произнес, очень быстро, и Амди перевел: – Ой, Стальной Владыка, вы ранены! Смотрите, кровь. Лапа человека была красной. Стальной оглядел себя. Да, на одном огузке царапина. Он ее даже не чувствовал. Стальной отодвинулся от богомола и сказал Амди: – Ничего страшного. Вы с Джефри не пострадали? Дети быстро затараторили друг с другом – Стальной почти ничего не понял. – Мы в порядке. Спасибо, что защитили нас. Шкуродер скальпелями врезал в Стального умение быстро соображать: – Да. Но этого не должно было случиться. Древорезчики замаскировались под рабочих. Думаю, они уже много дней выжидали возможности напасть на вас. Когда мы раскрыли заговор, едва не опоздали… Не стоило вам выбегать на шум драки. Амди пристыженно понурил головы и перевел Джефри. – Извините. Мы переполошились, и… мы боялись, что вас могут ранить. Стальной успокаивающе загукал, одновременно оглядывая поле боя двумя элементами. «Где этот гребаный белокурточник, который в самом начале сдернул с лестницы? Я его заставлю…» Мысль оборвалась, когда он увидел Тиратект. Фрагмент Шкуродера смотрел на них из зала совещаний. Теперь, осознав это, Стальной понял, что Фрагмент наблюдает оттуда с самого начала битвы. Другим его поза ничего не сказала бы, но Стальной видел по выражению тел Фрагмента мрачное веселье. Они слегка кивнули друг другу. Стальной внутренне съежился: он чуть было все не потерял… и Шкуродер это заметил. – Возвращайтесь на Тайный Остров. Он просигналил стражникам, которые появились из-за корабля. – Еще не надо, Стальной Владыка, ну пожалуйста! – взмолился Амди. – Мы только что пришли. Скоро Равна должна ответить. Стальной скрипнул зубами, но так, чтобы дети этого не увидели. – Хорошо-хорошо, оставайтесь. Но давайте все будем вести себя осторожнее, ладно? – Ладно, ладно! Амди дал пояснения человеку. Стальной встал себе на плечи передними лапами и потрепал Джефри по макушке. Потом велел Шреку отвести детей внутрь. Пока те не скрылись из виду, он стоял и смотрел им вслед, старательно изображая позу любви и заботы. Затем развернулся и пошел, хлюпая по розовой жиже. «Ну-ка, где этот гребаный белокурточник?»
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера. На Холме Звездолета Стальной и Фрагмент Шкуродера обсуждают планы по подготовке к прибытию «Гостей» и противостоянию с Древорезчицей. Стальной демонстрирует доминирование над Фрагментом, подчеркивая его статус лишь частицы былого учителя, и сообщает о разработке оружия и технологий по инструкциям Равны. Герои планируют использовать слабости двуногих и манипулировать их родительской привязанностью для достижения своих целей. В финале Стальной раскрывает свой амбициозный план по созданию защитных сооружений, которые позволят скрыться от Гостей и обеспечить себе власть над миром, чем окончательно подавляет Фрагмент.
Зал совещаний на Холме Звездолета был маленьким, временным сооружением. Зимой там вполне можно было укрыться от холода, но при собрании больше чем трех стай там начинался дурдом. Стальной прошагал мимо Фрагмента Шкуродера и устроился на верхнем ярусе, откуда открывался наилучший вид на стройплощадку. Выдержав вежливую паузу, Тиратект вошла и поднялась на противоположный балкон. Впрочем, это было лишь притворством для наблюдателей снаружи; Шкуродер рассмеялся тихим шипящим смехом, как раз на такой громкости, чтобы Стальной услышал. – Дорогой мой Стальной, я задумываюсь: вправду ль ты мой ученик, или за время моего отсутствия тебя подменили? Ты нарочно пытаешься все испортить? Стальной зыркнул на него. Он-то был уверен, что поза его не выражает неловкости и вся она заперта внутри. – Это досадная случайность. Неумелые работники будут отбракованы. – О да. Ты всегда так говоришь, в любой трудной ситуации. Если бы ты так не усердствовал, избавляясь от землекопов, они, вероятно, не взбунтовались бы. И одной досадной случайностью стало бы меньше. – Прокол тут лишь в том, что они догадались. При постройке военных объектов без ликвидаций не обойтись. – Правда? Ты воображаешь, что я избавился от каждого строителя Тайного Острова? – То есть? Ты не стал? Но зачем… Фрагмент Шкуродера ощерился старой снисходительной ухмылкой: – А ты подумай, Стальной. В качестве упражнения. Стальной разложил перед собой на столике заметки и сделал вид, что изучает их. Потом поднял все глаза на другую стаю. – Тиратект, я отношусь к тебе с почтением, ибо в тебе – часть Шкуродера. Но запомни: ты жива, покуда я согласен это терпеть. Ты не Шкуродер в Ожидании. Эта весть прибыла поздней осенью, незадолго до того, как Ледовые Клыки сомкнулись на зиму: стаи, заключавшие остаток души Хозяина, так и не выбрались из Парламентской Чаши. Шкуродер в Полноте Своей ушел навеки. Стальной испытал неимоверное облегчение, и после этого Фрагмент сделался куда более сговорчив. – Никто из моих лейтенантов даже не пикнет, если я тебя убью. Полностью, включая даже элементов Шкуродера. «И если ты меня вконец достанешь, я так и поступлю, клянусь». – О, разумеется, дорогой мой Стальной. Ты здесь командуешь. На миг проявился страх другой стаи. «Помни, – приказал себе Стальной, – и никогда не забывай: это всего лишь фрагмент Хозяина. По большей части это скромная школьная училка, а не Великий Учитель с Ножом». Конечно, два элемента Шкуродера полностью подчинили себе стаю, и даже сейчас дух Хозяина витал в зале, хотя и смягченный присутствием Тиратект. Ею можно было управлять, и таланты Хозяина Стальной обратил себе на службу. – Ну и хорошо, – ровным тоном сказал Стальной. – Пока ты это понимаешь, Движению от тебя большая польза. В частности, – он порылся в заметках, – я хотел бы обсудить с тобой это грядущее Посещение. «Мне нужен твой совет». – Слушаю. – Мы убедили Равну, что ее драгоценному Джефри грозит реальная опасность. Амдиджефри сказали ей, что вокруг все время рыщут древорезчики и они вот-вот должны ударить превосходящими силами. – Но это действительно может произойти. – Да. Древорезчица действительно планирует атаку, и у нее собственный источник «магической» помощи. У нас же кое-что получше. – Он постучал носами по бумагам – советы поступали с начала зимы. Он вспомнил, как Амдиджефри принесли ему первые листы – с числовыми таблицами, инструкциями и диаграммами, – исписанные аккуратным, но детским почерком. Стальной и Фрагмент целыми днями бились над ними, пытаясь понять. Некоторые указания были очевидны. Рецепты Гостьи требовали столько золота и серебра, что хватило бы войну профинансировать. Но что это за «жидкое серебро»? Тиратект догадалась: Хозяин такую штуку использовал в своих республиканских лабораториях. В конце концов им удалось раздобыть необходимое количество. Для многих ингредиентов, однако, указывалась только методика получения. Стальной вспоминал, как Фрагмент корпел над ними, замышляя атаку на природу, будто на очередного врага. Рецепты полнились мистическими ингредиентами вроде «кальмарьего рога» или «замороженного лунного света». Указания Равны зачастую бывали еще загадочней. Инструкции внутри инструкций, с длинными отступлениями, описаниями экспериментов с распространенными материалами, чтобы определить пригодные для великого плана. Построить, испытать, снова построить. Похоже на метод самого Хозяина, но без тупиков. Кое-что почти сразу обрело смысл. У них появились взрывчатые вещества и пушки, которые Древорезчица полагала своим тайным оружием. Но столько еще было непонятно – и понятней не становилось. Стальной и Фрагмент проработали до вечера, планируя очередную серию испытаний и решая, где достать вновь затребованные Равной ингредиенты. Тиратект откинулась на своем балконе, издав шипящий вздох удовлетворения. – Этап за этапом. Вскоре у нас появится свое радио. У старой Древорезчицы не останется ни единого шанса… Ты прав, Стальной. С таким оружием можно покорить мир. Только вообрази: мгновенно получать доклады о положении дел в столице Республики и координировать действия войск, используя эту информацию. Движение воистину станет Разумом Господа. – Девиз старый, и ныне он мог воплотиться в жизнь. – Отдаю тебе должное, Стальной. Ты достойный выкормыш Движения. – («Нет ли в этой усмешке издевки Учителя?») – Радио и пушки даруют нам власть над миром. И это всего лишь крохи со стола Гостей. Когда они прибудут? – Осталось еще сто—сто двадцать дней. Равна снова пересмотрела сроки. Очевидно, даже у двуногих бывают трудности с полетами меж звезд. – Значит, только это время нам и отпущено, чтобы насладиться триумфом Движения. А потом мы обратимся в ничтожеств. Хуже дикарей. Как знать, не лучше ли отринуть дары и убедить гостей, что спасать тут нечего. Стальной воззрился в горизонтальные бойницы меж бревен. Отсюда была видна часть звездолетного укрытия, фундамент нового замка, а еще дальше – острова и фьорды. Вдруг он исполнился спокойствия и уверенности, какие не посещали его уже давно. Ему показалось правильным поделиться мечтой. – Ты правда не видишь, к чему я клоню, милая Тиратект? Я вот думаю, понял бы полный Хозяин – или же я и его превзошел? Поначалу выбора у нас не было. Звездолет автоматически начал посылать Равне какой-то сигнал. Мы могли бы его уничтожить. Возможно, Равна потеряла бы интерес. А если нет, нас бы вытащили отсюда, как рыбешек из ручья. Вероятно, я иду на великий риск, но в случае победы получу больше, чем ты можешь себе вообразить. Фрагмент, склонив головы, смотрел на него. – Я изучал этих людей: Джефри и – через посредство шпионов – ту, другую, у Древорезчицы. Их раса, возможно, древнее нашей, а трюки, которым они научились, придают им видимость всемогущества. Однако они подвержены врожденным порокам. Будучи синглетами, они столь ограниченны, что нам это даже представить трудно. Если получится сыграть на этих слабостях… Тебе известно, как заботятся о щенках обычные Когти. Мы достаточно часто манипулировали родительской привязанностью. А представь, каково людям. У них один детеныш – это уже ребенок. Подумай, какие рычаги воздействия это нам открывает. – Ты это серьезно? Равна даже не родительница Джефри. Стальной раздраженно отмахнулся: – Ты ведь всех переводов Амди не видела. – «Простак Амди, идеальный шпион». – Но ты права, цель посещения не в том, чтобы спасти единственного щенка. Я пытался понять, каковы их подлинные мотивы. На корабле в каком-то подобии смертного сна покоится сто пятьдесят один детеныш. Они лежат в чем-то вроде гробов. Гости отчаянно стремятся спасти детей, но им нужно еще что-то. Другое. Они не говорят об этом напрямую… но я подозреваю, что дело тут в механизмах самого корабля. – Исходя из всего, что нам известно, детей стоит счесть выводком, элементом плана вторжения. Старый страх, но после наблюдений за Амдиджефри Стальному удалось его отбросить. Какие-то ловушки он мог не заметить, но… – Если Гости нам лгут, то мы обречены. На нас будут охотиться, точно на зверей. Может быть, спустя много поколений мы научимся их трюкам, но все равно нам конец. С другой стороны, у нас достаточно оснований полагать, что двуногие слабы, и каковы бы ни были их цели, напрямую они нас не касаются. Ты была там в день высадки, куда ближе, чем я. Ты видела, как несложно оказалось заманить их в засаду, хотя корабль их неприступен, а единственным орудием они небольшую армию уложили. Очевидно, они не считали нас источником опасности. Их орудия могущественны, но они тоже чего-то боятся. А на звездолете находится что-то, что им от нас нужно. Тиратект, взгляни на фундамент нового замка. Я уверил Амдиджефри, что возвожу его, желая защитить звездолет от атак древорезчиков. Так оно и есть: позднее, летом, армия Древорезчицы сломает себе когти об эти валы. Но посмотри на основание куртины, которой я окружил звездолет. Когда явятся наши дорогие Гости, корабль уже полностью за нею скроется. Я испытывал корпус. Его можно проломить, сбросив несколько десятков тонн камня. Но Равне-то нечего тревожиться; это все лишь для защиты ее собственности, да-да. Рядом я сооружу открытый дворик, окруженный на диво высокими стенами. Для этого я попрошу помощи самой Равны, через Джефри. Дворик этот как раз вместит корабль Равны и тоже защитит его. Нам еще многое надо обустроить. Надо создать инструменты по описаниям Равны. Надо разгромить Древорезчицу, пока не прибыли Гости. Во всех этих делах мне нужна твоя помощь, и я рассчитываю получить ее. В итоге мы идеально укрепимся на случай, если Гости проявят вероломство. А если не проявят… ну, думаю, ты согласишься, что размахом помыслов я уж точно не уступил своему учителю. И впервые за все время Фрагмент Шкуродера не нашелся что ответить.
Работа в командной рубке. Джефри и Амдиджефри проводят время в командной рубке корабля, где они чувствуют себя в безопасности и выполняют важную миссию по поддержанию связи с Равной. Дети внимательно расшифровывают поступающие сообщения и переводят сложные математические таблицы, надеясь на скорое спасение. В ходе общения Амдиджефри делится мечтами о встрече с Равной и предлагает амбициозную идею — модифицировать радиосвязь для передачи мыслей на расстоянии. Несмотря на усталость и внешние события, герои остаются воодушевленными и преданными своей цели.
Командная рубка корабля была любимым местом для Джефри с Амди во всем домене Стального Владыки. Джефри тут по-прежнему одолевала грусть, но понемногу печальные воспоминания вытеснялись радостными… и надеждой на лучшее будущее. Дисплейные окна все так же зачаровывали Амди, хотя теперь в них можно было видеть лишь деревянные стены. Со второй вылазки они уже считали рубку своим частным королевством, вроде дома на дереве, который Джефри построил себе на Страуме. И действительно, рубка была такая тесная, что больше одной стаи в нее просто не поместилось бы. Обычно элементу стражника приходилось сидеть снаружи, у главного люка, но и такая обязанность для него была обременительна. В этом месте Джефри с Амди чувствовали себя важными. И несмотря на всю свою неугомонность, осознавали, каким доверием их облекли Стальной Владыка и Равна. Дети могли носиться во дворе, доводя стражников до исступления, но с оборудованием командной рубки обращались так же бережно, как это прежде делали мама и папа Джефри. На корабле, в общем-то, мало что оставалось беречь. Данники погибли; родители Джефри как раз вынесли их наружу, когда началась атака древорезчиков. За зиму Стальной Владыка перенес бо́льшую часть незакрепленных предметов к себе в замок для исследования. Гибернаторы теперь находились в безопасных холодных погребах поблизости. Амдиджефри ежедневно наведывались туда, глядели в знакомые лица, проверяли показания каждого диагностического дисплея. С момента атаки ни один спящий пока не умер. То, что оставалось внутри корабля, накрепко привязали к стенам. Джефри пометил панели управления и элементы системы управления кораблем, отвечавшие за ракетный двигатель, – от них стая старалась держаться подальше. Когда по приказу Стального Владыки стены занавесили, здесь стало тише. Багажа сородичей Джефри, спальных мешков и тренажеров тут уже не осталось, но было еще оборудование, закрепленное у стен в амортизационной подвеске. За истекшие месяцы Амдиджефри принесли сюда писчие принадлежности, одеяла и всякую всячину. Из вентиляционных решеток по периметру каюты всегда тянуло приятным ветерком. Они были здесь счастливы, до странного беззаботны, вопреки воспоминаниям, которые хранило это место. Здесь они могли что-то сделать для Когтей и тех, кто спал в холодном сне. И не было в этом мире другого места, откуда Амдиджефри могли общаться с человеком. В некотором смысле средства общения были такими же средневековыми, как замок Стального Владыки. Им пришлось полагаться только на плоский дисплей – ни тебе объема, ни цвета, ни картинок. Ничего, кроме букв и цифр, он показывать не умел. Зато был подсоединен к ультраволновому коммуникатору корабля и запрограммирован отслеживать спасателей. Средств распознавания голоса тоже не было; Джефри уже начал паниковать, когда сообразил, что нижняя часть экрана служит клавиатурой. Печатать слова побуквенно – трудоемкое занятие, хотя Амди насобачился это делать, стуча по клавишам четырьмя носами. А читать на самношке он теперь умел даже лучше самого Джефри. Амдиджефри проводили здесь много вечеров. Если со вчерашнего дня оставалось сообщение, они выводили его на экран постранично, чтобы Амди скопировал и перевел. Потом набирали на клавиатуре вопросы и ответы, переданные Стальным Владыкой. Потом долго ждали. Даже если на том конце линии уже дежурила Равна, ее сообщение иногда приходило лишь через несколько часов. Тем не менее связь после зимы заметно улучшилась и они почти чувствовали приближение Равны. Главным событием суток зачастую становились неформальные разговоры с ней. А этот день пока резко отличался от всех прочих. После атаки лжерабочих Амдиджефри еще полчаса трясло. Сам Стальной Владыка, защищавший детей, был ранен. Может, теперь везде опасно. Амдиджефри повозились с наружными дисплеями, пытаясь выглянуть через щелки в неровно сложенных стенах. – Если бы нам разрешали выглядывать наружу, мы бы могли предостеречь Стального Господина, – сказал Джефри. – Надо его попросить, чтобы сделал в стенах дырки. Мы будем вроде как часовые. Они стали обсуждать эту идею, а потом начало поступать свежее сообщение со спасательного корабля. Джефри влез в амортизационную подвеску рядом с экраном. Тут раньше сидел папа, и места вполне хватало. Два элемента Амди пролезли туда следом за мальчиком. Еще один прыгнул на подлокотник и умостил лапы на плечах Джефри, вытянув к экрану длинную шею, чтобы лучше видеть. Остальные возились с бумагой и стилосами. Сообщения ничего не стоило воспроизвести заново, но Амдиджефри охватывал восторженный трепет именно «в прямом эфире». Сначала пошел стандартный заголовок и все такое прочее – на тысячный раз совсем не интересно. А потом уже и сами слова Равны. Вот только это были не слова, а табличные данные, что-то там для радио. – Ну вот еще, – огорчился Джефри, – это числа. – Числа! – встрепенулся Амди. Он запрыгнул мальчику на колени свободным элементом, прижал нос вплотную к дисплею, перепроверяя то, что видел элемент у Джефри на плечах. Четверо на полу увлеченно строчили, переводя десятичные цифры на экране в ×, ○, | и Δ четверичной системы счисления Когтей. Джефри почти сразу понял, что Амди очень крутой математик. Но не завидовал ему. Амди сказал, что немногие Когти так способны к математике; Амди был очень особенной стаей. Джефри гордился, что у него такой друг. Маме с папой Амди бы понравился. Но… Джефри со вздохом расслабился в своем амортизационном гамаке. Числа приходили все чаще и чаще. Мама однажды читала ему повесть «Затерянные в Медленной Зоне», о том, как заблудившиеся исследователи возродили цивилизацию на затерянной колонии. Там герои просто собрали материалы и построили то, что им было нужно. В повести ничего не говорилось ни о точности вычислений, ни о дробях, ни о дизайне. Он отвернулся от экрана и погладил пару элементов Амди, сидевшую рядом. Один извернулся под его рукой, тела издали мерное ответное жужжание. Глаз они не открывали. Знай Джефри их хуже, подумал бы, что спят. Эти элементы Амди отвечали за связную речь. – Есть что интересненькое? – спросил Джефри, помолчав. Элемент слева открыл глаза и посмотрел на него. – Там то, о чем нам Равна говорила. Фокус с полосой пропускания. Если не сделать так, как надо, услышим только щелчки и писки. – А, ну да. – Джефри знал, что заново изобретенное радио на первых порах немногим лучше морзянки. Равна считала, что эту стадию им удастся перескочить. – А как ты думаешь, на кого Равна похожа? – Что? – Скрип стилосов по бумаге ненадолго прекратился: все внимание Амди переключилось на мальчика, хотя они об этом уже говорили. – Ну, она вроде тебя… только старше и выше? – Да, но… – Джефри знал, что Равна со Сьяндры Кей. Она взрослая, старше Йоханны, но моложе мамы. Но как она в действительности выглядит? – Я хочу сказать, она летит в такую даль, чтобы спасти нас и закончить то, что мама с папой пытались сделать… Она, наверное, очень хорошая. Скрип стилосов снова прервался, послание прокрутилось дальше. Придется снова его воспроизводить. – Да, – сказал Амди, помолчав. – Она… она, наверное, почти как Стальной Владыка. Приятно будет встретить кого-нибудь, кого обнять можно. Как ты – Стального Господина. Джефри немного обиделся. – Погоди, но ты же меня обнять можешь! Элементы Амди рядом с ним громко засопели. – Знаю, но… ну, я имею в виду, кого-нибудь взрослого… вроде как родителя. – Ага. Они еще около часа переводили и сверяли таблицы. Потом настало время переслать последние запросы Стального Владыки. Примерно четыре листа, аккуратно переписанные Амди на самношке. Обычно он сам любил набирать текст, согнувшись всеми мордами над клавиатурой и дисплеем. Но не сегодня. Он развалился на коленях и вокруг Джефри, но проверять набранное не спешил. Джефри то и дело слышал, как у него что-то резонирует в груди, а порой подвеска дисплея начинала издавать странные звуки в такт неслышимым, которыми обменивались элементы Амди. Джефри сообразил, что друг в глубокой задумчивости. Закончив набирать последнее сообщение, он добавил несколько вопросиков от себя. «Сколько вам с Фамом лет? Вы женаты? На кого похожи наездники?» Дневной свет, сочившийся из щелей, угасал. Вскоре землекопы бросят кирки и промаршируют в бараки за гребнем холма. А по ту сторону протоки, точно в сказке, воссияют золотом в предзакатной дымке башни Тайного Острова. Вот-вот явятся белокурточники, позовут Амди и Джефри ужинать. Два элемента Амди выскочили из гамака и принялись носиться друг за другом вокруг кресла. – Я все думал, я все думал! Эта штука от Равны, радио: почему она только для голоса? Она говорит, любые звуки – одно и то же, только на разных частотах. И мысли – тоже звуки! Если мы кое-что поменяем в таблицах, если нахлобучим передатчики и приемники мне на мембраны, почему бы не передать по радио мысль? – Ну, не знаю. Во многих обычных делах привычным ограничением выступала полоса пропускания, хотя Джефри смутно представлял себе, что это такое. Он взглянул на завершающие таблицы, все еще отображенные на дисплее. И вдруг его осенила такая идея, до какой многие взрослые в технологически развитых цивилизациях не додумались бы… – Я этими штуками пользуюсь каждый день, хотя не знаю точно, как они работают. Можем следовать ее указаниям, но откуда нам знать, что именно надо изменить? Амди возбужденно ерзал, как с ним бывало, когда ему на ум приходила какая-нибудь шалость или розыгрыш. – Нет-нет-нет! Нам и не надо все тут знать. – Еще три элемента прыгнули на пол и замахали Джефри листами бумаги. – Равна же не знает наверняка, как мы говорим. В инструкциях есть опции для небольших изменений. Я все думал… мне кажется, я понимаю, как эти изменения взаимосвязаны. – Он прекратил беготню и издал жалобный визг. – Проклятье, но я не могу объяснить как. Думаю, мы сумеем расширить эти таблицы, а потом изменить машину само… самоочевидным образом. А потом… – Амди на миг так восхитился, что потерял дар речи. – Ой, Джефри, был бы ты стаей! Ты себе представь: ставишь по элементу на вершине горы, а потом думаешь по радио. Мы на весь мир бы разошлись! Но тут снаружи кто-то забулькал на межстайном, а затем повторил на самношке: – Время идти кушать. Идем теперь, Амдиджефри. Хорошо? Это был господин Шрек; он неплохо владел самношком, хотя и хуже, чем Стальной Владыка. Амдиджефри подобрали раскиданные по рубке листы и аккуратно переложили в карманы курток Амди. Выключив дисплей и коммуникационное оборудование, они выбрались в главный ангар. – А ты думаешь, Стальной Господин нам разрешит? – Может, просто пошлем это обратно Равне? Белокурточник отошел от люка, и Амдиджефри вылезли наружу. Через минуту их озарили косые лучи закатного солнца. Дети почти не заметили этого, так их воодушевила грандиозная идея Амди.
Отношения Йоханны с Древорезчицей. После смерти Грамотея Йоханна начала проводить вечера в своей хижине с Древорезчицей, которая стала для неё близкой подругой. Девочка наблюдает за тем, как королева Когтей вместе с ней изучает информацию из данника, и осознает, что Древорезчица обладает выдающимся интеллектом. В ходе их ночных бесед Йоханна узнает о специфической биологии и истории стаи, а также о физическом увядании существ из-за их долгого бессмертия. Несмотря на свою власть, Древорезчица предстает перед Йоханной как одинокая и мудрая фигура, выбравшая свой путь в борьбе с судьбой.
Для Йоханны смерть Грамотея Джакерамафана многое изменила. В основном к лучшему. Кабы не убийство, перемен никогда не случилось бы… Именно это Йоханну и печалило. Она пустила Древорезчицу к себе в хижину вместо служанки. Наверное, Древорезчица изначально этого и хотела, но страшилась гнева девочки. Теперь и данник тоже хранился в доме. Вокруг круглосуточно дежурили не меньше четырех стай охраны, которые отряжал Проныра, и велись разговоры о строительстве казарм. Днем Йоханна встречалась и с другими, а иногда принимала того, кому требовался данник. Щепетильник, Проныра и Шрамозадый – Странник – в совершенстве выучили самношк. Говорили они так бегло, что девочка уже составила представление об их характерах. Вот Щепетильник, порывистый и очень умный; вот Проныра, такой же чванливый, каким показался ей некогда Грамотей, но лишенный живости и фантазии; вот Странник Викврэкшрам. Каждый раз, сталкиваясь с его здоровенным Шрамом, она чувствовала холодок. Тот всегда садился позади остальных и пригибался, чтоб не попадаться ей на глаза. Странник, несомненно, понимал, какой эффект оказывает его присутствие на девочку, и старался ее не раздражать, но даже после смерти Грамотея Йоханна эту стаю разве что с трудом терпела. В конце концов, не исключено, что в замке Древорезчицы предатели. Предположение Проныры о набеге шкуродерников ничем не подкреплено. Йоханна с подозрением наблюдала за Странником. По вечерам Древорезчица всех отсылала прочь, рассаживалась вокруг очага и задавала даннику вопросы, не имевшие к противостоянию со шкуродерниками никакого отношения. Йоханна сидела рядом и объясняла то, что Древорезчица не смогла понять сама. Как странно. Древорезчица у этих существ – кто-то вроде королевы. У нее есть огромный (примитивный, неуютный, уродливый, но все же огромный) замок. У нее десятки слуг. И тем не менее она проводит бо́льшую часть вечера в маленькой деревянной хижине, скорчившись рядом с Йоханной. Помогает с очагом и готовкой ничуть не меньше служанки, которая занималась этим прежде. Так и вышло, что у Йоханны появилась среди Когтей подруга – Древорезчица. Раньше Грамотей был ей другом, но она этого не понимала, пока он не погиб. Древорезчица была очень умная и очень странная. В некотором смысле – умнее всех, кого Йоханна знавала за свою жизнь, хотя девочка не сразу пришла к такому выводу. Йоханну не слишком удивила легкость, с какой Когти выучили самношк: в адвентюрах так всегда и бывало, да и потом, в даннике имелись обучающие языковые программы. Но теперь Йоханна вечера напролет смотрела, как Древорезчица работает с данником. По вечерам стая отвлекалась от военной тактики и химии, которыми занималась весь день на Совете. Вместо этого Древорезчица читала о Медленной Зоне и Запределье, об истории Страумлианского Простора. Она обучилась нелинейному чтению быстрее прочих. Иногда Йоханна просто сидела и восхищенно заглядывала ей за плечи: стая разделила экран на окна, и в главном данные прокручивались так быстро, что у Йоханны в глазах рябило. Примерно дюжину раз в минуту Древорезчица натыкалась на новые слова. Обычно из лексики самношка; тогда королева просто тыкала в непонятное слово носом, и в словарном окошке тут же всплывал перевод. Иногда возникала трудность концептуального характера, и тогда новые окна уводили стаю в новые области знаний, иногда на пару секунд, порой на многие минуты, а иногда ответвление становилось главной дорогой. В этом смысле Древорезчица стала тем, кем только мечтал сделаться Грамотей. Она часто задавала вопросы, на которые у данника не было ответов. Тогда они с Йоханной засиживались за беседой до глубокой ночи. На что похожа человеческая семья? Что исследователи со Страумлианского Простора стремились создать в Высокой Лаборатории? Йоханна перестала думать о стаях как о бандах змеешейных крыс-убийц. Далеко за полночь экран данника светился ярче посеревших углей в очаге и окрашивал шерсть Древорезчицы веселыми красками. Стая собиралась вокруг Йоханны, задрав головы, точно стайка детей вокруг учительницы. Но Древорезчица не была девчонкой. Она почти сразу показалась Йоханне старой. Ночные беседы и девочке помогали кое-что разузнать про Когтей. Стая рассказывала то, что не могла рассказать днем. Очевидные вещи для Когтей, о которых нет нужды заговаривать вслух. И девочка задумывалась, а есть ли вообще у королевы Древорезчицы кто-то, с кем можно поговорить по душам. Лишь один элемент Древорезчицы был стар физически, а двое едва вышли из щенячества. Но мысленному рисунку стаи было полтысячи лет, и это сказывалось. Душу Древорезчицы удерживали вместе узы едва ли прочнее силы воли. Платой за бессмертие стал инбридинг. Исходные элементы были здоровы, но прошло уже шестьсот лет… Один из молодых элементов все время пускал слюни, королева то и дело утирала ему морду. Темно-карие глаза другого заволокли бельма; Древорезчица объяснила, что он абсолютно слеп, но в остальном здоров и лучший ее «рассказчик». Самый старый элемент сильно одряхлел и все время хрипел. Древорезчица сказала, что, увы, он же самый талантливый и находчивый. Когда он умрет… Внимательно приглядевшись, Йоханна увидела знаки слабости у всей Древорезчицы. Даже пара самых здоровых элементов, сильных и пушистых, передвигались как-то не так, если сравнивать с обычными стаями. Может, у них позвоночники искривлены? К тому же эти двое явно были склонны к ожирению, что не добавляло оптимизма. Йоханна все это узнала не сразу. Древорезчица просто рассказывала ей, как живут Когти, и постепенно наружу выплывала ее собственная история. Казалось, что стая счастлива с кем-то поделиться, но Йоханна не чувствовала в Древорезчице жалости к себе самой. Древорезчица избрала свой путь, хотя кому-то он мог показаться кривой дорожкой, и выстояла в битве с судьбой дольше, чем любая другая стая в письменной истории. Если она о чем и жалела, то лишь о том, что исчерпала свою удачу.
Заседание Совета и обсуждение планов. Йоханна вместе с Древорезчицей посещает заседание Совета в Когтях, где обсуждаются планы нападения на Тайный Остров. Начальник тайной стражи Проныра сообщает, что враг ускоряет строительство крепости вокруг корабля Йоханны, что сокращает время на подготовку к атаке. Несмотря на споры членов Совета, Древорезчица принимает решение немедленно приступить к ускоренному производству пушек. Странник Викврэкшрам сопровождает Йоханну на встрече, выполняя роль переводчика и комментируя происходящее.
Архитектура Когтей изобиловала крайностями: то гротескно огромная, то слишком тесная для человека. Зал Совета Древорезчицы являл собою крайность первого рода – его трудно было назвать уютным местечком. В чашеобразном помещении без труда разместились бы три сотни человек. Вдоль стен тянулись отдельные балконы, на которых места хватило бы еще сотне людей. Йоханна частенько здесь бывала: тут протекала бо́льшая часть работы с данником. Обычно в зале присутствовали она сама, Древорезчица и стая, которой требовалась та или иная информация. Сегодня все было иначе. Строго говоря, работа с данником в расписании не значилась: день отвели под первую встречу Йоханны с членами Совета. В Совет входили двенадцать стай, и все они собрались здесь. Заняты были все балконы, а еще три стаи расположились на полу. Йоханна уже достаточно знала Когтей, чтобы понять: место это, с виду полупустое, заполнено так, что не протолкнешься. Стоял мыслешум пятнадцати стай. Звук пробивался даже сквозь плотные занавеси, временами жужжал у Йоханны в голове или отдавался вибрацией в ладонях, касавшихся перил. Йоханна стояла рядом с Древорезчицей на самом просторном балконе. Когда они явились, Проныра уже раскладывал чертежи на полу. Увидев, что все стаи Совета почтительно поднимаются, он глянул вверх и что-то сказал Древорезчице. Королева ответила на самношке: – Я знаю, это замедляет дело, но мне кажется, что так будет лучше. – И рассмеялась человеческим смехом. Странник Викврэкшрам стоял на соседнем балконе, словно был членом Совета. Интересно. Йоханна еще не разобралась почему, но Шрамозадый явно ходил у Древорезчицы в фаворитах. – Странник, тебя не затруднит переводить для Йоханны? Странник склонил в их сторону несколько голов. – А ты согласна, Йоханна? Девочка помедлила, потом кивнула. Это правильное решение. Странник владел самношком лучше всех Когтей, кроме разве что Древорезчицы. Садясь, Древорезчица взяла у Йоханны данник и раскрыла его. Йоханна бросила взгляд на экран: она сделала заметки! И даже не успела выдать своего удивления; королева заговорила опять, на этот раз булькающей межстайной речью. Спустя миг Странник начал переводить: – Пожалуйста, сядьте все. И держите головы ниже. Тут и так тесно. Йоханна сдержала усмешку. Странник Викврэкшрам оказался отличным переводчиком. Человеческий голос Древорезчицы он имитировал превосходно, передавая даже ироническую властность ее тона. Вокруг завозились, устраиваясь. Теперь с каждого балкона выглядывало не больше пары морд. Долетавший оттуда мыслешум в основном поглощался плотной обивкой балкона или занавесями вокруг зала. – Проныра, можешь продолжать. Проныра внизу поднялся и посмотрел во всех направлениях. Потом начал говорить. – Благодарю вас, – пришел перевод, теперь с имитацией голоса начальника тайной стражи. – Древорезчица попросила меня созвать это заседание по случаю срочных донесений с севера. Наши агенты докладывают, что Стальной взялся укреплять район вокруг корабля Йоханны. Буль-буль, перебил его кто-то. Щепетильник? – Это не новость. За этим нам и требуются пороховые пушки. Проныра ответил: – Да, мы уже некоторое время знаем об этих планах. Однако сроки завершения работ сдвинулись, и в новом проекте толщина стен значительно увеличена. Полностью окружив ими звездолет, Стальной, вероятно, прикажет его разобрать и перенести груз в свои лаборатории. Для Йоханны эти слова были словно удар под дых. Раньше был шанс отбить корабль, пускай и в тяжелом сражении. Завершить миссию родителей, может, даже спастись самой… Странник что-то добавил от себя и тут же перевел: – А каковы новые сроки? – Они уверены, что главные стены новой крепости будут возведены всего через десять десятидневок. Древорезчица опустила пару носов на клавиатуру и стукнула по заметке. Одновременно перегнулась через поручень и посмотрела вниз, на своего начальника тайной стражи: – Прежде Стальной бывал склонен к чрезмерному оптимизму. А объективную оценку можешь предоставить? – Да. Стены будут возведены в срок от восьми до одиннадцати десятидневок, считая от настоящего момента. Древорезчица: – Мы рассчитывали по крайней мере на пятнадцать. Это реакция на наши планы? Проныра внизу собрался плотнее. – Таково было наше первое подозрение, ваше величество. Но… как вы знаете, у нас имеются весьма особые источники информации… которые не следует обсуждать даже здесь. – Вот же хвастунишка. Я иногда задумываюсь, а есть ли у него вообще хоть что-нибудь. Я ни разу не видел, чтоб он свои задницы на полевое задание выволок. А? Йоханна не сразу поняла, что это Странник комментирует ответ Проныры. Посмотрела на него через перила. Из ложи высунулись три головы Странника, и две смотрели в ее сторону. Их выражение Йоханна узнала: ехидная усмешка. На замечание Странника никто больше не отреагировал; наверное, он так сфокусировал голос, что услышала одна Йоханна. Она недовольно глянула на него, и спустя миг он вернулся к обычному синхронному переводу: – Стальному известно, что мы планируем нападение, но об особом нашем оружии он не знает. Сдвиг сроков, вероятно, стал следствием случайных подозрений. К сожалению, нам не повезло. Трое или четверо членов Совета заговорили, перебивая друг друга. – Громко выражают свое недовольство, – подытожил Странник. – Я так и знал, что план провалится. А зачем нам вообще атаковать шкуродерников?.. и так далее. Древорезчица справа от Йоханны издала резкий шипящий свист. Жалобщики заткнулись. – Кое-кто здесь проявляет слабость духа. Мы обязаны атаковать Тайный Остров, потому что там – средоточие смертельной угрозы. Эту угрозу мы намерены уничтожить пушками Йоханны. Но если Стальной сообразит, как управлять звездолетом, он уничтожит нас первым. Один из элементов Древорезчицы, сидевший на полу ложи, ткнулся носом в колено Йоханны. Фокусированный голос Странника в ухе девочки фыркнул. – Это не учитывая такой малости, как вернуть тебя домой и установить контакт со звездами, но столь прагматично мыслящей аудитории она сказать подобного не может. Если ты еще не догадалась, то тебя сюда привели в том числе и затем, чтобы показать нытикам, что небеса хранят много больше, чем они себе в состоянии вообразить. – Он помолчал и переключился на перевод слов Древорезчицы: – Затевая эту кампанию, мы не ошиблись; ошибкой было бы воздержаться от нее, ошибкой не менее смертельной, чем поражение в битве. Итак… есть ли у нас шансы вовремя добраться до побережья с боеспособной армией? Королева указала носом на противоположный балкон: – Щепетильник, пожалуйста, покороче. – О-о, в перечне талантов Щепетильника краткость речей на последнем месте… ой, извини. – Это Странник опять взялся комментировать. Щепетильник выставил на всеобщее обозрение еще пару голов: – Мы с Пронырой уже обсуждали эту проблему, ваше величество. Собрать армию и дойти до побережья за десять десятидневок вполне реально. Трудности с производством пушек и, вероятно, обучением артиллеристов. За это отвечаю я. Древорезчица что-то резко бросила в ответ. – О да, ваше величество, порох у нас есть. И мощь его соответствует описаниям Данника. Стволы пушек – более сложная задача. До самого недавнего времени металл казенника трескался, остывая. Думаю, что смогу с этим сладить. Во всяком случае, у меня уже есть два ствола без таких недостатков. Я рассчитывал уделить испытаниям несколько десятидневок… – …но теперь мы не можем себе этого позволить, – вмешалась Древорезчица. Поднялась вся и оглядела Зал Совета. – Приказываю начать испытания полноразмерных пушек немедленно. Если все пройдет успешно, мы приступим к ускоренному выпуску. Изготовим столько, сколько успеем. А если нет…
Испытание пушки и последствия. Йоханна вместе с Древорезчицей и стаей Щепетильника наблюдает за испытанием новой пушки, скопированной по историческим образцам. Несмотря на опасения героини, Щепетильник производит выстрел, в результате которого орудие не взрывается, но ядро пробивает стену крепости. После успешного испытания в лагере начинается ликование, однако Древорезчица внезапно падает в обморок от шока или сердечного приступа. Йоханна в ужасе наблюдает, как королеву увозят в экипаже, осознавая собственную бессильность перед лицом происходящих событий.
Через два дня… Самое забавное: Щепетильник ожидал, что Йоханна перед испытанием осмотрит ствол. Стая возбужденно бегала вокруг установки, объясняя свои планы на скверном самношке. Йоханна ходила следом, напустив на себя серьезный вид и хмурясь. В нескольких метрах, почти скрытые уступом, за происходящим наблюдали Древорезчица и ее Совет. «Ну что, выглядит эта штука совсем как настоящая». Ее установили на небольшой повозке, которую отдачей должно было откатить в кучу грязи. Сам ствол, отлитый из цельного куска металла, в длину достигал метра, а его канал – десяти сантиметров в диаметре. С дульного конца закладывали порох и ядро, а поджигали через маленькое запальное отверстие у казенника. Йоханна провела рукой по стволу. Поверхность из свинцового сплава была неровной на ощупь; казалось, что в металле застыли катышки грязи. Даже стенки канала не идеально гладкие – а есть ли разница? Щепетильник продолжал молоть языками, объясняя, как использует при отливке соломенную подкладку, чтобы металл не трескался, остывая. Йоханне надоело. – Надо сначала испробовать ее с малым количеством пороха, – сказала она. Голос Щепетильника сделался заговорщицким, фокусированным: – Строго между нами: я это сделал. Сработало отлично. Теперь пора провести главное испытание. «Гм. Значит, не такое уж ты и трепло». Йоханна улыбнулась ближайшему элементу стаи, у которого на голове совсем не было черной шерсти. Щепетильник чем-то напоминал Йоханне ученых из Высокой Лаборатории: те тоже были с закидонами. Отойдя от пушки, Щепетильник громко спросил: – Ну что, начинаем? Двумя элементами он нервно оглядывал членов Высшего Совета в укрытии. – Мм, да, мне кажется, что все в порядке. – Как и должно было быть, конструкцию скопировали непосредственно с нюйорских моделей в учебнике истории Йоханны. – Но ты поосторожнее. Если что-то пойдет не так, эта штука может убить всех вокруг. – Да-да. – Получив официальное разрешение, Щепетильник рассыпался вокруг орудия и отогнал Йоханну за черту безопасности. Пока она возвращалась к Древорезчице, он продолжал болтать на языке Когтей: наверное, объясняет ход испытания. – Как думаешь, сработает? – тихо спросила у девочки Древорезчица. Она сегодня казалась еще дряхлее обычного. Для королевы постелили соломенную циновку поверх поросшей мхом и вереском земли за уступом. Большинство элементов лежали тихо, умостив морды между лап. Слепец, казалось, дремал; молодой слюнявый идиот устроился рядом с ним, нервно подергиваясь. Странник Викврэкшрам, как обычно, сидел поблизости, но на этот раз не переводил. Все его внимание было приковано к Щепетильнику. Йоханна подумала о соломе, которую Щепетильник использовал при отливке. Древорезчики искренне старались, но… Она покачала головой. – Я… кто его знает. Опустившись на колени, она выглянула из укрытия. Происходящее напоминало цирковое представление из учебника истории. Дрессированные звери и пушка. Даже цирковая палатка есть: Проныра настоял, чтобы место испытаний было скрыто от потенциальных наблюдателей в холмах. Конечно, враг что-то заметит, но чем меньше подробностей узнает Стальной, тем лучше. Стая по имени Щепетильник суетилась вокруг пушки, не переставая болтать. Два его элемента притащили бочонок черного пороха и стали засыпать заряд в ствол. За порохом последовал пыж из шелковой бумаги. Протолкнув пыж на место, зарядили пушку ядром. Остальными элементами Щепетильник разворачивал установку в сторону от палатки. Они разместили пушку на обращенной к лесу стороне замкового двора, между старой и новой крепостными стенами. Йоханне был виден участок зеленой травы ниже по склону, а над ним – низкие, моросящие дождем облака. До старого крепостного вала метров сто. Фактически – место убийства Грамотея. Даже если чертова пушка не разорвется при выстреле, спрогнозировать дальность полета ядра никто не возьмется. Йоханна полагала, что оно даже до стены не долетит. Щепетильник собрался у казенника, пытаясь разжечь длинный трут. У Йоханны вдруг оборвалось внутри: «Эта штука не сработает». Они все идиоты и любители, и она заодно. «А бедолага погибнет ни за что». Йоханна рывком поднялась. «Я должна его остановить». Кто-то удержал ее за пояс и дернул к земле; это оказался один из элементов Древорезчицы, толстячок, которому было трудно ходить. – Надо попытаться, – тихо сказала стая. Щепетильник наконец поджег трут и сразу заткнулся. Все его элементы, кроме белоголового, опрометью кинулись под прикрытие уступа. На миг Йоханне показалось, что его обуяла трусость, но потом девочка догадалась: человек, работая со взрывчаткой, тоже старается защитить свое тело, кроме руки, которой держит спичку. В случае неудачи Щепетильник отделается увечьем. Белоголовый элемент бросил взгляд на остального Щепетильника через примятый вереск. Он, казалось, не так испугался, как обратился в слух. В таком отдалении он не мог быть частью разума Щепетильника, но существо это наверняка умнее собаки, а остальные отдают ему какие-то приказы. Белоголовый развернулся и подошел к пушке. Последний метр он прополз на брюхе, укрываясь, как мог, за грязевой кучей позади тележки. Он поднес трут к стволу и наклонил его так, что пламя, коптившее на верхушке, медленно вползло в запальник. Йоханна скорчилась под прикрытием уступа… Звук взрыва отдался в ее ушах резким надрывным хлопком. Древорезчица вздрогнула всеми элементами, по палатке разнесся свист боли. «Бедняга Щепетильник! – Йоханна почувствовала, как наворачиваются слезы. – Надо посмотреть, что там; на мне тоже лежит часть ответственности». Она медленно поднялась и заставила себя посмотреть через вересковую полянку туда, где пушка стояла минуту назад… Как и теперь! Из дула и казенника вился толстый дым, но ствол остался цел. Более того, вокруг повозки бродил оглушенный Белоголовый, и белая шерсть его почернела от сажи. Остальные элементы Щепетильника помчались к Белоголовому. Пятерка торжествующе забегала вокруг пушки, прыгая друг через друга. Остальные на долгий миг замерли как вкопанные. Пушка не раскололась. Пушкарь уцелел. Что же до, так сказать, побочного эффекта… Йоханна перевела взгляд вверх по склону холма, куда смотрел ствол: на верху старой крепостной стены зияла метровая выбоина, которой там раньше не было. Да уж, Проныре придется попотеть, маскируя это от вражеских разведчиков! Ошеломленное молчание разорвал такой гвалт, какого Йоханна тут еще не слышала. К обычному бульканью примешивалось шипение почти на грани слышимости. В другом конце палатки две незнакомых ей стаи вбежали друг в дружку, на миг безмысленного торжества став одной огромной стаей, девяткой или десяткой. «Да, мы еще вернем корабль!» Йоханна повернулась приласкать Древорезчицу. Но королева не кричала от радости, как остальные. Она свела головы вместе, и стало видно, как ее колотит дрожь. – Древорезчица? Она погладила одного из элементов, большого и толстого, по шее. Тот дернулся, тело его свела судорога. Удар? Сердечный приступ? В памяти девочки всплывали имена древних убийц. А у стай такое бывает? Что-то не так, ужасно неправильно, а никто больше не заметил. Йоханна вскочила. – Странник! – заорала она. Через пять минут Древорезчицу вытащили из палатки. Там по-прежнему царил бедлам, но для ушей Йоханны – мертвенно-тихий. Она помогла королеве взойти в экипаж, но после этого ее больше к ней не подпускали. Даже Странник, с такой охотой переводивший накануне, отогнал девочку. – Все будет в порядке, – только и сказал он, забегая перед повозкой и хватая вожжи этих странных животных, как их там… Экипаж тронулся. Рядом бежали несколько гвардейцев. Йоханну снова, как обухом, ударило странностью, чуждостью мира Когтей. Случилось что-то отнюдь не рядовое. Возможно, умирает высокопоставленная персона. Вокруг дым коромыслом. Но… все крутятся сами по себе. Никто не может подойти ближе. Никто не может коснуться другого. Мгновение это пролетело, и Йоханна выбежала из палатки следом за экипажем. Стараясь не отставать, она мчалась через вереск вдоль раскисшей тропы, и у нее почти получалось. Все было мокрое, холодное, цвета серого ружейного металла. Все так настаивали на испытаниях… А что, если это какая-то новая хитрость Шкуродера? Йоханна споткнулась, шлепнулась в грязь, встала на колени. Карета повернула и выехала на мостовую, пропав из виду. Девочка поднялась и побежала по мокрой тропинке дальше, немного сбавив ход. Она была бессильна помочь, совершенно бессильна. У нее был друг – Грамотей, и Грамотея убили. У нее появилась подруга – Древорезчица, а теперь…
Путь к хижине. Йоханна добирается до хижины, где Древорезчица находится в состоянии после тяжелых родов. Героиня узнает, что Древорезчица приняла в себя новорожденных щенков, что станет началом ее трансформации в новую сущность. В разговоре с Древорезчицей и Странником Викврэкшрамом Йоханна осознает глубину их жертвы и чувствует теплоту семейной атмосферы. Несмотря на трагизм происходящего, Йоханна обретает утешение в этой странной, но искренней близости.
Йоханна брела по брусчатке меж замковых амбаров. Экипажа королевы не было видно, но слышался стук колес по камням. Мимо в обоих направлениях бегали гвардейцы Проныры, иногда останавливаясь и отходя в боковые стенные ниши – пропустить встречных. На вопросы Йоханны стражники не отвечали. Возможно, они не знали самношка. Йоханна едва не заблудилась. Она еще слышала стук колес, но экипаж явно куда-то свернул. Звук раздался снова, позади. Они везут Древорезчицу к Йоханне домой! Она повернула и уже через несколько минут поднималась по склону холма к двухэтажной хижине, которую последние недели делила с Древорезчицей. Йоханна выбилась из сил и не могла бежать, а потому просто брела вверх по холму, едва осознавая, что вся промокла и перепачкалась. Карета стояла в пяти метрах от двери. Стражники растянулись по всему холму, но арбалеты их не были взведены. Послеполуденное солнце пробилось через облака на западе, на миг осветило мокрый примятый вереск, сверкнуло на бревнах, ярко озарив их на фоне мрачного небосвода над холмами. Игра света и тьмы из разряда тех, которыми Йоханна в особенности восхищалась. «Пожалуйста, пускай с ней все окажется в порядке». Стража пустила ее внутрь. Странник Викврэкшрам стоял поперек двери, тремя элементами наблюдая за Йоханной. Четвертый, Шрамозадый, просунул назад в дверной проем длинную шею, глядя на то, что происходит внутри. – Она хотела, чтобы это случилось здесь, – сказал он. – Что с-с-случилось? – вырвалось у Йоханны. Странник пожал плечами на стайный манер: – Это от шока при выстреле пушки. Но могло произойти и от чего угодно другого. В том, как покачивались его головы, было что-то странное. Йоханна вдруг сообразила, вне себя от изумления, что стая улыбается, исполненная радости. – Я хочу ее увидеть! Йоханна кинулась к двери, и Шрамозадый порскнул прочь. Свет проникал в дом только через открытую дверь и щелевидные окна высоко под потолком; Йоханна дождалась, когда глаза привыкнут. Пахло чем-то… влажным. Древорезчица лежала кружком на подбитом матраце, который занимала ежевечерне. Йоханна подошла к ней и опустилась на колени. Стая нервно дернулась от ее прикосновения. Она была в крови, и посередке матраца виднелось что-то вроде клубка внутренностей. Йоханну затошнило. – Д-древорезчица? – очень тихо позвала она. Один элемент королевы подался к Йоханне и уткнул морду ей в руку. – Привет, Йоханна. Как… странно… что рядом со мной сейчас кто-то сидит. – У тебя кровь. Что с тобой? Мягкий, совсем человеческий смех. – Мне больно, но это хорошо… Глянь. Слепец держал в челюстях что-то маленькое, мокрое, а другой элемент это что-то вылизывал. Оно извивалось, оно было живое. И Йоханна поняла, отчего растолстели и стали так неуклюжи в последнее время элементы Древорезчицы. – У тебя щенок? – Да. И через пару дней будет еще один. Йоханна села на деревянный пол и закрыла лицо руками, чувствуя, как снова подступают слезы. – Но почему ты мне не сказала?! Древорезчица мгновение отмалчивалась. Вылизав щенка, она умостила его на брюшке элемента, который, надо полагать, приходился тому мамой. Новорожденный прижался к шерстке. Если он издавал какие-то звуки, то Йоханна их не слышала. Наконец королева ответила: – Я… не знаю, как тебе объяснить. Мне очень тяжело было. – Завести детей? Руки Йоханны стали липкими от пропитавшей подстилку крови. Конечно, ей и должно быть тяжело. Так начинается любая жизнь на планетах вроде этой. Рождается из боли, которая вынуждает искать поддержки других, из боли, которая ведет к радости. – Нет. Завести детей несложно, я рожала больше сотни раз, насколько помню. Но эти двое… положат мне конец. Ну как тебе объяснить? Вы, люди, не выбираете, продолжать ли себя; ваши отпрыски в любом случае вами не являются. Но для меня это конец души, прожившей шестьсот лет. Видишь ли, я собираюсь принять этих двоих в себя… и впервые за много веков не буду им одновременно матерью и отцом. Я стану новой. Йоханна поглядела на слепца и слюнявого. Шестьсот лет инцеста. Сколько бы еще протянула Древорезчица в здравом уме? Не буду им одновременно матерью и отцом. – А кто же отец? – не выдержала она. – А ты как думаешь? – Голос раздался сразу за дверью. Элемент Странника Викврэкшрама заглядывал внутрь одним глазом. – Когда Древорезчица принимает решение, то малым не довольствуется. Она была самой цепкой, самой слитной душой всех времен. Но теперь в ней кровь – гены, как сказал бы Данник, – стай всего мира, кровь одного из самых безбашенных пилигримов, когда-либо раскрывавших душу ветру. – И одного из самых умных, – добавила Древорезчица насмешливо и печально. – Новая душа окажется не глупее старой, и к тому же гораздо гибче. – А я тоже немножко беременный, – сказал Странник. – И мне ни капельки не жаль. Я слишком долго был четверкой. Представь себе, завести щенков от самой Древорезчицы! Может, я под это дело остепенюсь и осяду на одном месте. – Ха! Даже двоих моих не хватит, чтоб укротить твою душу пилигрима. Йоханна слушала их веселую болтовню. Они обсуждали странные, чужеродные вещи, но с юмором и теплотой, которые вдруг показались ей очень знакомыми. Она уже где-то… и тут она вспомнила. Когда Йоханне было всего пять, мама с папой принесли домой маленького Джефри. Йоханна не помнила ни слов, ни смысла сказанного, но говорили мама с папой таким же тоном, как сейчас Древорезчица со Странником. Йоханна села, опершись спиной о подушку, и напряжение этого дня оставило ее. Артиллерия Щепетильника и вправду работает; они еще могут отбить корабль. А даже если потерпят неудачу… все равно она чувствовала себя чуть-чуть дома. – А м-можно мне погладить твоего щеночка?
Путешествие «Внеполосного-II» и угроза Искажения. Корабль «Внеполосный-II» преодолевает опасные зоны галактики, сталкиваясь с техническими поломками и внутренними конфликтами экипажа. В ходе пути герои посещают систему Гармоничного Покоя, где сталкиваются с агрессивными существами и пытаются совершить секретную сделку. В результате внезапного исчезновения наездника Зеленожки Фам и Синепанцирь отправляются на поиски, что приводит к кровопролитной засаде и тяжелому ранению Фама. После операции в медотсеке выясняется, что наездники подвержены влиянию таинственного Страумлианского Искажения. Герои вступают в острый спор о методах борьбы с этой силой и судьбе пленников. В итоге, несмотря на глубокое недоверие, группа решает продолжать миссию по спасению мальчика Джефри.
Подробный пересказ
Путешествие и обсуждение маршрута. Корабль «Внеполосный-II» движется через галактическую плоскость к Дну Запределья, сталкиваясь с замедлением из-за «Великой зонной бури» и внутренних поломок судна. В ходе полета Равна, Фам и наездник Синепанцирь обсуждают техническое состояние корабля, мифы о происхождении наездников и риски, связанные с неполной диагностикой перед рейсом. Герои рассматривают варианты получения помощи в мирах Сьяндры Кей или в системе Гармоничный Покой, но в итоге решают продолжать путь на малой скорости, постоянно мониторя повреждения.
Путешествие «Внеполосного-II» начиналось с катастрофы, где часы и минуты отделяли жизнь от смерти. Первые недели прошли в ужасе и одиночестве, пока тянулось воскрешение Фама. «Внеполосный-II» быстро снижался к галактической плоскости, отдаляясь от Маршрутизатора. День за днем звездный вихрь выпрямлялся им навстречу, пока не стал сплошной полосой света. Таким Млечный Путь виден с Нюйоры и Старой Земли – и с большинства обитаемых планет Галактики. Двадцать тысяч световых лет за три недели, но это в Срединном Запределье. Теперь корабль двигался в галактической плоскости, а до цели на Дне Запределья оставалось еще шесть тысяч световых лет. Зонные интерфейсы примерно соответствовали эквимассовым поверхностям; в галактическом масштабе Дно представляло собою линзообразную поверхность и окружало бо́льшую часть галактического диска. «Внеполосный-II» летел в плоскости этого диска, держа курс более или менее постоянно к центру Галактики. Каждая неделя приближала их к Медленной Зоне. Что еще хуже, путь их (во всех вариантах) пролегал прямо через область массивного зонного сдвига. В сетевых новостях это называли Великой зонной бурей, хотя, разумеется, никакой физически ощутимой турбулентности там не регистрировалось. Но выпадали дни, когда преодолеть удавалось менее восьмидесяти процентов намеченного отрезка. Они рано поняли, что замедляет корабль не одна лишь буря. Синепанцирь выбрался наружу, осмотреть поврежденные при бегстве участки. – Так дело еще и в самом корабле? – Равна стояла на мостике и смотрела на звезды – движение их по небосводу стало неощутимым. Утвердительный ответ не принес ничего нового. Что же делать? Синепанцирь слонялся по потолку взад-вперед. Каждый раз, доезжая к дальней стене, он запрашивал управляющие программы корабля о состоянии шлюза в носовом люке. Равна метнула на него раздраженный взгляд. – Слушай, ты уже в который раз за три минуты проверил шлюз. Если ты и вправду считаешь, что там поломка, то исправь ее! Наездник затормозил, нерешительно шевеля ветками: – Но я только что выходил наружу, хочу увериться, что люк надежно загерметизирован. Ой, а что, я уже его проверил? Равна посмотрела на него и постаралась ответить помягче. На Синепанцире срывать гнев не стоит. – Ага. Не меньше пяти раз. – Извини. Он помедлил, прижал ветви к стволу, сосредоточился: – Я записал это в память. Иногда такая наездничья привычка умиляла, а временами откровенно раздражала. Когда наездники пытались думать о нескольких вещах одновременно, емкости кратковременной памяти тележки зачастую не хватало. Синепанцирь зацикливался особенно часто: выполнит какое-то действие и тут же об этом забудет. Фам усмехнулся, держась куда хладнокровнее Равны: – А почему бы вам, наездникам, не избавиться от них? – От чего? – Ну, корабельная библиотека утверждает, что эти гаджеты, тележки, у вас были еще до возникновения Сети. И с тех пор вы не улучшили дизайна, не избавились от этих дурацких колес, не обновили программы поиска? Мамой клянусь, даже боевой программист Медленной Зоны – например, я – запросто придумал бы конструкцию лучше вашей нынешней. – Это традиция, – сухо ответил Синепанцирь. – Мы благодарны тому, кто дал нам первые колеса и первые устройства памяти. – Гмм. Равна с трудом сдержала улыбку. Она уже неплохо изучила Фама и понимала, о чем он думает: в Трансценденции наездникам были доступны устройства куда совершеннее. Оставшиеся, вероятно, находят какое-то удовольствие в самоограничении. – Да, традиция. Многие наездники перестали быть собой, даже перешли в Трансценденцию. А мы ее чтим. – Зеленожка помолчала, а заговорив снова, показалась Равне даже застенчивей обычного. – Вы слышали про миф наездников? – Нет, – ответила Равна, невольно заинтересовавшись. В будущем она, без сомнения, узнает наездников не хуже, чем своих человеческих друзей, но пока что эти существа таили множество сюрпризов. – Немногие слышали. Не то чтоб это такая уж тайна; просто мы нечасто о ней упоминаем. Почти религия, но мы не проповедники. Четыре-пять миллиардов лет назад Некто построил первые тележки и возвысил первых наездников до разумного состояния. Это вполне доказано. Миф гласит, что Создатель и все его работы погибли. Были уничтожены кем-то или чем-то… катастрофой столь древней, что теперь даже не узнаешь, был ли это сознательный акт. О том, как выглядела Галактика в далеком прошлом, во времена Первораздела, судачили много. В конце концов, Сеть не могла существовать вечно, она должна была иметь начало. Равна, впрочем, никогда особо не верила в Древние Войны и Катастрофы. – Итак, – продолжала Зеленожка, – в каком-то смысле мы, наездники, считаем себя верующими. Мы ожидаем возвращения Того, Кто нас сотворил. Традиционная тележка, традиционный интерфейс – наши стандарты. Верность им питает наше терпение. – Именно так, – подтвердил Синепанцирь. – Хотя функции тележки просты, миледи, дизайн весьма изощренный. – Он перекатился в центр потолка. – Традиционная тележка требует высокой самодисциплины, концентрации на подлинно важном. Я только что беспокоился слишком о многом… – Резко оборвав фразу, он вернулся к упущенной нити беседы. – Два наших ультрашипа так и не самовосстановились после урона, понесенного на Маршрутизаторе. Еще три продолжают отмирать. Мы полагали, что падение скорости связано только с бурей, но теперь, внимательно изучив состояние шипов, я констатирую, что предупреждения от диагностических систем – не ложная тревога. – И положение ухудшается? – К сожалению. – Насколько еще оно осложнится? Синепанцирь свел все щупальца в пучок: – Миледи Равна, экстраполяции здесь ненадежны. Оно может ухудшиться несущественно или… Понимаете, «Внеполосный-II» не был полностью подготовлен к отлету. Требовалось провести заключительный этап диагностики. В некотором смысле именно вынужденное пренебрежение им беспокоит меня более всего. Мы не знаем, где прячутся баги и как могут себя повести, когда мы опустимся на Дно, где нормальную автоматику придется отключить. Надо внимательно следить за двигателями… и надеяться. Старый кошмар путешественников, особенно ко Дну Запределья: ультрадвигатель отключается и световой год становится делом не минут, но лет. Даже сумей они запустить ионный прямоточный двигатель и лечь в гибернаторы, к моменту прибытия Джефри Ольсндот уже тысячу лет как будет лежать в могиле, а тайна корабля его родителей – в глубине средневековой помойки. Фам Нювен махнул в сторону медленно сдвигающегося звездного поля. – Но ведь это Запределье. За час мы улетаем дальше, чем флотилия Чжэн Хэ – за десять лет. – Он пожал плечами. – Можно ведь где-нибудь починить корабль? – В нескольких местах. Равна вздохнула. Ничего себе быстрый и скрытный полет. На Маршрутизаторе корабль так и не успели загрузить запчастями и снабдить программами для работы в придонном режиме. Все это теперь рассуждения о неслучившемся. Она глянула на Зеленожку. – Есть идеи? – О чем? – поинтересовалась Зеленожка. Равна даже губу прикусила. Говаривали, что наездники – раса комедиантов. Так оно и оказалось, но ведь они обычно не нарочно… Синепанцирь пошелестел подруге. – А! Вы хотите знать, где мы можем получить помощь. Ну да, имеется несколько возможностей. Сьяндра Кей на расстоянии тридцати девяти световых столетий по направлению вращения, но по ту сторону бури. Мы… – Слишком далеко, – сказали в один голос Синепанцирь и Равна. – Да-да, но подумайте: миры Сьяндры Кей населены преимущественно людьми. Это и ваш дом тоже, миледи Равна. Мы с Синепанцирем хорошо знаем их. В конце концов, мы ведь именно там закупили криптогруз, с которым прибыли на Маршрутизатор. У нас там друзья, а у вас – семья. Даже Синепанцирь согласится, что там мы получим нужное, не привлекая лишнего внимания. – Да, получим! – нетерпеливо перебил Синепанцирь. – Но туда еще добраться нужно! – Хорошо, а какие еще есть варианты? – Они не так хорошо изучены. Я составлю список. – Ветви наездницы застучали по консоли. – Крайняя точка, до которой можно определяться с выбором, близка к нынешней нашей траектории. Это односистемная цивилизация. В Сети известна как… переводится как Гармоничный Покой. – Покойся с Миром, э? – сострил Фам. Но в итоге они порешили лететь на малой скорости, непрерывно мониторя поврежденные шипы, а остановку на ремонт пока отложить.
Жизнь и работа на корабле. Четверо путников продолжают долгое путешествие на корабле «Внеполосного-II», находя время для работы и общения с мальчиком Джефри на планете Когтей. Равна изучает библиотеку и планирует помощь союзникам, в то время как Фам занимается ремонтом, изучением языков и созданием защитного снаряжения. В ходе обсуждения новостей герои анализируют странные технологические успехи местных жителей и обсуждают теорию о том, что в сознании Фама скрыта опасная «контрмера» против Погибели. Несмотря на трудности и загадки, группа поддерживает внутренний уют, обсуждая истории прошлого и планируя дальнейшие действия.
Дни превратились в недели, а недели медленно сложились в месяцы. Четверо путников шли ко Дну. Двигатель продолжал сдавать, но медленно: примерно этого они и ожидали по расчетам диагностических систем «Внеполосного-II». Погибель расползалась по Вершине Запределья, атакуя сетевые архивы далеко за пределами непосредственной сферы влияния. Связь с Джефри улучшалась. В день поступало от одного до двух сообщений. Иногда, если антенный рой «Внеполосного-II» ориентировал себя в нужном направлении, мальчик и Равна могли общаться почти в реальном времени. На планете Когтей прогресс шел даже быстрее, чем надеялась девушка. Возможно, мальчик даже сумеет спастись сам. Путешествие должно было оказаться утомительным. Взаперти на тесном корабле в компании всего трех спутников, с единственной ниточкой, связывающей с внешним миром, да и та тянется лишь к перепуганному ребенку. Однако скучать не приходилось. Равна обнаружила, что для каждого всегда найдется работа. Сама девушка закопалась в корабельную библиотеку, составляя планы помощи Стальному Владыке и Джефри. Библиотека «Внеполосного-II» и рядом не стояла с Архивом Маршрутизатора или даже университетскими библиотеками на Сьяндре Кей, но без поисковой автоматики разобраться в ней тоже было бы немыслимо. А по мере продвижения автоматика требовала все более аккуратного подхода. Кроме того, в компании Фама жизнь просто не могла быть скучной. Он всегда занимался дюжиной дел и всем интересовался. – Время в пути – это дар, – говаривал он. – Сейчас у нас есть время собраться с мыслями и приготовиться к тому, что ждет нас впереди, чем бы оно ни оказалось. Он взялся за самношк. Учил он его, конечно, медленней, чем на Маршрутизаторе, но способности к языкам у чувака несомненно были, а Равна обеспечивала ему вдоволь практики. Ежедневно Фам проводил по нескольку часов в мастерской «Внеполосного-II», зачастую в компании Синепанциря. Реализуемая графика была ему в новинку, но спустя несколько недель он уже освоил игрушечные прототипы и продвинулся дальше. Скафандры он оснащал оружием и запасными источниками энергии. – Мы понятия не имеем, как там все повернется; силовая броня может нам пригодиться. В конце каждого дня они собирались в командной рубке: сравнить записи об успехах, обсудить свежие сообщения от Стального Владыки и Джефри, проверить двигатель. Для Равны то было самое счастливое… и временами самое тяжкое время суток. Фам, повозившись с дисплейной автоматикой, преобразил рубку в подобие замка. Вместо обычного окна комм-консоли возник роскошный камин. Звук гудящего пламени был сымитирован почти безукоризненно – оттуда даже шло немного тепла. Зал Фам воссоздал по памяти; он утверждал, что так выглядел замок на Канберре. От замков Нюйоры века принцесс конструкция, впрочем, не слишком отличалась (с тем исключением, что нюйорские замки стояли преимущественно на тропических болотах и камины там были редкостью). Наездникам вид зала тоже доставлял какое-то извращенное удовольствие, Зеленожка говорила, что имитация напоминает ей торговую стоянку времен первых полетов с Синепанцирем. Как путники после целого дня на трудной дороге, четверо друзей отдыхали в уюте фантомного зала. А переделав все дела, Фам с наездниками травили байки, часто засиживаясь далеко за «полночь». Равна, сидевшая рядом с Фамом, предпочитала отмалчиваться. Нет, она, конечно, смеялась, когда нужно, и подключалась к некоторым спорам. Как-то раз Синепанцирь принялся высмеивать веру Фама в шифрование с открытым ключом, и Равна привела несколько историй из своей практики, поясняя, на чем зиждется скептицизм наездника. Но, как уже было сказано, это время дня порой оказывалось для нее самым сложным. Конечно, рассказы увлекали. Синепанцирь с Зеленожкой облетели много миров, будучи прирожденными торговцами. Разводки, сделки, товары – суть их жизни. Фам слушал истории друзей, и вид у него бывал совершенно зачарованный… а потом он принимался рассказывать свои. О том, как был принцем на Канберре, а потом стал торговцем и изыскателем Медленной Зоны. И, вопреки очевидным ограничениям Медленной Зоны, повести о его приключениях затмевали даже похождения наездников. Равна улыбалась и всячески изображала энтузиазм. Потому что истории Фама были слишком уж невероятны. Сам он в них верил, но Равна просто вообразить себе не могла, чтобы один человек столько всего видел и совершил. Тогда, на Маршрутизаторе, она запальчиво заявила, что память у него поддельная – гнусная шуточка Старика. У нее это вырвалось в приступе гнева. Не раз с тех пор она жалела, что поддалась тому порыву… ведь ясно было, что это правда. Синепанцирь с Зеленожкой не замечали, но временами Фам запинался на середине рассказа, подходя к провалу в памяти, и Равна видела в его глазах едва сдерживаемую панику. В глубине души он тоже отдавал себе отчет, как обстоит дело; когда это случалось, Равну охватывало желание обнять его, утешить. Это как дружить со страшно искалеченным человеком: говорить-то с ним можно, однако лишь при взаимном условии не упоминать об уродстве. И Равна притворялась, что не замечает провалов, улыбалась и смеялась над рассказами. А ведь Старику не было никакой нужды так с ним поступать. Не обязательно было делать Фама великим героем. Он же отличный парень, хотя и вспыльчивый охламон. Настойчивостью он не уступал Равне, а смелостью превосходил ее. Как же искусно поработал Старик, создавая такого человека. Какую… Силу приложил. И как ныне Равна его ненавидела за столь мерзкую шутку над таким человеком. Богосколок Фама редко давал о себе знать, и Равну это очень радовало. Впрочем, пару раз в месяц Фам погружался в «сон с открытыми глазами». Следующие пару дней он только и носился с каким-нибудь новым проектом, зачастую не в состоянии объяснить, чего хочет. Но не более. От Равны он не отдалялся. – В конце концов богосколок может нас всех спасти, – обычно отвечал он, когда Равна набиралась мужества его спросить. – Нет, я не знаю как. Он стучал пальцем по лбу. – Тут до сих пор – захламленный чердак божества. Это не просто память. Иногда ему нужен весь мой ум, и места для самосознания не остается. Потом я не могу ничего объяснить, но… бывает иначе, иногда я что-то улавливаю. Что бы родители Джефри ни доставили на планету Когтей, эта штука опасна для Погибели. Зови ее противоядием… нет, лучше контрмерой. Нечто изъятое у Искажения в самом начале, при зарождении его в лаборатории страумеров. Искажение лишь много позже сообразило, чего лишилось. Равна только вздыхала. Трудно было себе представить весть столь ободряющую и в то же время пугающую. – Неужели страумерам удалось выхватить нечто подобное прямо из сердца Искажения? – Быть может. А возможно, это контрмера воспользовалась страумерами, чтобы скрыться от Искажения. Спрятаться в недосягаемых глубинах и ждать своего часа. Думаю, Рав, что план этот может сработать. По крайней мере, если я, то есть богосколок Старика, сумею туда добраться и помочь ей. Ты глянь в новости. Погибель всю Вершину перелопатила. Она за чем-то охотится. Атака на Маршрутизатор – слабый отголосок тех событий, побочный эффект убийства Старика. Но пока что она ищет не там. У нас есть шанс в виде контрмеры. Она вспомнила сообщения от Джефри. – Та гниль на стенах корабля Джефри. Думаешь, это она? Взгляд Фама стал отстраненным. – Да. Кажется, она совершенно пассивна, и он говорит, что она там с самого начала, что родители не разрешали к ней приближаться. Она внушает ему некоторое отвращение… И хорошо, потому что его друзья, Когти, тоже станут держаться от нее подальше. У нее сразу возникла тысяча вопросов. Несомненно, и у Фама тоже. Пока что ответа нельзя было найти ни на один из них. Но настанет день, они окажутся в присутствии этой неизвестности и мертвая рука Старика потянется к ней… через Фама. Равна вздрогнула и надолго замолчала. Проект создания пороховых пушек продвигался месяц за месяцем, точно по графику, составленному программой корабельной библиотеки. Когти без труда справлялись с ним: им очень редко приходилось возвращаться по дереву разработки в случае ошибок. Испытание сплавов, будучи ключевым этапом, замедляло процесс, но и тут главное уже было достигнуто. Стаи Тайного Острова соорудили первые три прототипа: орудия заряжались с казенной части и получились достаточно компактными, чтобы с ними могла орудовать одна стая. Джефри рассчитывал перейти к массовому производству через десять дней. С радиосвязью дела шли как-то странно. С одной стороны, по графику; с другой же… проект превзошел все ожидания Равны. После длительного периода устойчивого продвижения Джефри вдруг предложил свой план: полностью переработать таблицы акустического интерфейса. – Я думал, эти чудики в первый раз средневековье проходят, – сказал Фам Нювен, прочтя сообщение от Джефри. – Да. В принципе, они просто творчески переосмыслили то, что мы им подсказываем. Они хотят думать по радио. – Гм. Ну да, мы им показали таблицы для сети преобразователя… все на нетехническом самношке. И продемонстрировали, как незначительные изменения в таблицах сказываются на геометрии сети. Но ты только глянь: наша разработка давала им полосу в три килогерца – для голосовой связи вполне хватит. А ты говоришь, что новая таблица даст целых двести. – Да. Ну, так мой данник утверждает. Он насмешливо улыбнулся: – Ага! Вот где самая мякотка. Конечно, в принципе мы им дали всю нужную для редизайна сети информацию. Но, сдается мне, получение расширенной таблицы спецификаций эквивалентно решению… – он сосчитал столбцы и строки, – системы пятисот дифференциальных уравнений в частных производных. А наш малыш Джефри заявляет, что все данники уничтожены и даже бортовой компьютер толком не фурычит. Равна подняла голову от экрана: – Извини, не сразу сообразила. – «Когда привыкаешь к повседневным инструментам, забываешь, каково без них». – Ты… ты думаешь, это работа контрмеры? Фам Нювен поколебался, словно эта возможность ему на ум не приходила. Потом ответил: – Нет… нет, не ее. Я думаю, что этот Стальной Владыка нас водит за нос. Все, что у нас есть, это поток байтов от Джефри. Что мы в действительности знаем о происходящем? – Я тебе скажу что. Мы общаемся с маленьким мальчиком, который рос на Страумлианском Просторе. Бо́льшую часть его сообщений ты читал в переводе на трисквелин. При этом теряются специфические обороты и ошибки, характерные для ребенка, для которого самношк – родной язык. Подделать это могли только взрослые… но даже это маловероятно, так я тебе скажу, пообщавшись с Джефри двадцать с лишним недель. – Хорошо, предположим, что Джефри настоящий. Итак, мы имеем дело с восьмилетним пацаном, застрявшим на планете Когтей. Он сообщает нам то, что считает истиной. Я бы сказал, что кто-то его дурачит. Тому, что он видит собственными глазами, мы, вероятно, можем верить. Он утверждает, что разумными эти существа становятся только в стаях от пяти элементов или как-то так. Ладно. Поверим. – Фам демонстративно закатил глаза. Надо полагать, он уже успел прочесть, как редко встречается групповой разум по эту сторону Трансценденции. – Пацан говорит, что из космоса не видел ничего, кроме маленьких городов, и что все наземные постройки выглядят средневековыми. Примем это за чистую монету. Но! Каковы шансы, что эта раса настолько умна, чтобы решать в уме системы дифуров, воссозданные по намекам в твоем сообщении? – Ну, были же люди с такими способностями. – Она могла бы назвать один случай из нюйорской истории, еще пару – со Старой Земли. Но если у стай такие дарования – обычное дело, то эта раса умнее всех известных ей природных видов. – Значит, средневековье у них не первое? – Именно. Готов побиться об заклад, это колония, впавшая в темные века, вроде вашей Нюйоры или моей Канберры, только им подфартило очутиться в Запределье. У этих стайных песиков где-то работает компьютер. Возможно, он под контролем касты жрецов, возможно, у них больше ничего не осталось. Но они от нас что-то скрывают. – Но зачем? Мы бы им все равно помогали. А Джефри нам сообщил, что эта группа его спасла. Фам скорчил было старую снисходительную ухмылочку, но тут же посерьезнел. От этой привычки он искренне старался избавиться.
Размышления о ситуации и жизни на корабле. На борту корабля «Внеполосный-II» Фам и Равна обсуждают риски предстоящего контакта с королевством Тайного Острова и подозрительное поведение местного правителя Стального. Фам предупреждает о возможной ловушке и необходимости скрывать истинные цели миссии, в то время как Равна размышляет о странных способностях мальчика Джефри. Несмотря на постоянные технические проблемы и тревогу за судьбу беженцев, герои находят утешение в близости друг с другом. В финале Равна осознает, что, несмотря на трудности, она впервые за долгое время чувствует себя не одинокой и счастливой.
– Ты бывала на дюжине разных миров, Равна. И читала еще о тысячах, по крайней мере обзоры. Я знаю. Тебе наверняка известны такие сорта средневековья, о которых я никогда и понятия не имел. Но дело в том, что я там жил… так я думаю. – Последние слова он нервно пробормотал. – Я читала про век принцесс, – мягко сказала Равна. – Да… и я заранее извиняюсь за пренебрежение. В любой средневековой культуре клинок должен быть остер, как и мысль. Но для того, кто все это пережил, связь еще теснее. Понимаешь, даже если принять на веру все виденное и пересказанное Джефри, с этим королевством Тайного Острова что-то не так. – Ты про имена? – Шкуродер, Стальной, Когти, все такое? Грозные имена не обязательно что-то особенное значат. – Фам усмехнулся. – Знаешь, когда мне было восемь лет, я в числе прочих носил уже и такой титул: Властелин-Потрошитель. – Увидев лицо Равны, он торопливо добавил: – Нет-нет, ты что, я в этом возрасте видел от силы пару казней! Имена – лишь небольшой фрагмент картины. Я думаю об этом замке, каким описал его пацан: он, кажется, совсем рядом с кораблем. О засаде, из которой, как он считает, его спасли. Что-то не сходится. Ты спрашиваешь, какая им польза нас обманывать. Я смотрю с их точки зрения. Если там деградировавшая колония, они совершенно точно понимают, почему случился упадок. У них остались какие-то технологии, вдобавок они отъявленные параноики. На их месте я бы всерьез рассмотрел возможность заманить спасателей в ловушку, если те поведут себя беспечно или дадут слабину. А даже явись мы в полной силе… ты глянь, какие вопросы задает Стальной через Джефри. Он удочку закидывает. Пробует выяснить, что нам в действительности нужно: корабль беженцев, Джефри и дети в гибернаторах или что-нибудь на самом корабле. Когда мы прилетим, Стальной уже наверняка закончит прополку тамошней оппозиции. Нашими же стараниями. Думаю, что на планете Когтей нас ожидает тяжелый случай шантажа. «А я думала, мы тут хорошие новости обсуждаем. – Равна перелистала недавние сообщения. Фам был прав. – Мальчик говорит правду, какой он ее видит, но…» – Не понимаю, как можно изменить план. Если бы мы не взялись помогать Стальному против древорезчиков… – Угу. Мы слишком мало знаем, чтобы поступить иначе. Как ни крути, а древорезчики кажутся реальной угрозой для Джефри и корабля. Я просто предлагаю обдумать альтернативные возможности. А вот чего мы точно не должны делать, так это интересоваться контрмерой. Если туземцы поймут, как отчаянно мы в ней нуждаемся, мы пропали. И пора бы самим немного дыму пустить. Стальной там болтает насчет постройки посадочной площадки для нас. В стенах своего замка. «Внеполосный-II», само собой, туда не влезет, но стоит ему подыграть. Скажем Джефри, что мы в состоянии отстыковаться от ультрадвигателя, совсем как его контейнеровоз. Пускай Стальной себе строит безвредные ловушки… Он принялся насвистывать одну из своих странных «маршевых» мелодий. – А насчет радио… Почему бы не сделать Когтям комплимент за такое усовершенствование нашей разработки? Интересно, что они ответят. Фаму Нювену и трех дней не пришлось ответа ждать. Джефри Ольсндот заявил, что оптимизация – всецело его заслуга. Если верить мальчишке, потайных компьютеров там нет. Фама это не совсем убедило. – Хочешь сказать, что у нас там по воле случая Исаак Ньютон на линии? Равна не могла с ним спорить. Неимоверная удача, да, но… Она вернулась к ранним сообщениям. В языке и общих вопросах мальчик был вроде бы самый обычный для своего возраста. Но временами, когда ситуация требовала математической интуиции, а не формальной, заученной математики, Джефри выдавал потрясающие идеи. Некоторые беседы состоялись в отличных условиях, когда время ожидания ответа не превышало минуты. Все выглядело слишком естественно, чтобы подозревать ложь, что бы там ни воображал Фам Нювен. «Джефри Ольсндот, я очень хотела бы с тобой познакомиться». Всегда были какие-то хлопоты: проблемы с программой развития Когтей, страхи, что безжалостные древорезчики атакуют Стального Владыку, тревоги по поводу деградирующих двигательных шипов или зонной турбулентности, дополнительно замедлявшей продвижение «Внеполосного-II». Жизнь текла своим чередом, скучная, унылая и тревожная одновременно. А все же… Однажды ночью, примерно через четыре месяца полета, Равна проснулась в каюте, которую делила с Фамом. Возможно, ей что-то снилось, но она не помнила, что именно; впрочем, не кошмар. В комнате не было никаких шумов, ничего, что могло бы разбудить. Рядом громко похрапывал в своем гамаке Фам. Она подсунула ему руку под спину и нежно привлекла к себе. Дыхание его переменилось, он пробормотал что-то спокойное, неразборчивое. Равна считала, что секс в невесомости совсем не так доставляет, как судачили некоторые, но обычный сон рядом с кем-нибудь… в невесомости он куда уютнее. Легкие, нежные объятия, без усилий. Равна оглядела скудно освещенную каюту, пытаясь понять, что́ ее разбудило. Может, просто день трудный выдался: Силы свидетели, проблем выше крыши. Она уткнулась лицом Фаму в плечо. Проблемы всегда есть, но… кое в чем ей было лучше, чем когда-либо за много лет. Конечно, проблемы есть. Бедняжка Джефри… все эти смерти на Страумлианском Просторе и Маршрутизаторе… Зато у нее трое друзей и любовь. В крохотном корабле, идущем ко Дну, она чувствовала себя совсем не такой одинокой, как за все время после отлета со Сьяндры Кей. А может, даже и за всю жизнь. Может, и с проблемами получится разобраться. И тогда она поняла – с горечью и радостью одновременно, – что спустя много лет эти месяцы покажутся золотой, счастливой порой.
Прибытие в систему Покойся с Миром. Корабль «Внеполосный-II» прибывает в систему Покойся с Миром, где Равна и Фам Нювен планируют тайно получить ремонт двигателей, скрывая свое человеческое происхождение. Герои внимательно следят за новостями о военных действиях Альянса во Имя Защиты, выражая тревогу за безопасность человеческих колоний. После прибытия к «Ремонтной гавани святого Ринделла» в кольцевой системе, наездники Синепанцирь и Зеленожка выходят на переговоры с местными бивненогими для организации ремонта.
Наконец, по прошествии почти пяти месяцев, стало ясно, что без починки двигательных шипов нечего и думать о дальнейшем продвижении. «Внеполосный-II» с трудом выдавал четверть светового года в час там, где спокойно мог бы делать и два. И скорость только падала. До Гармоничного Покоя добрались бы без проблем, но не дальше. Гармоничный Покой. «Какое идиотское название», – подумалось Равне. Фам с легким сердцем окрестил его Покойся с Миром – тот еще прикол. В Запределье обживали почти все, что можно было заселить. Цивилизации гибли, расы вымирали, но снизу постоянно поднимались новые. Результат? Лоскутные, многовидовые системы. Молодые расы, только выкарабкавшись из Медленной Зоны, начинали грызню с последышами старых. Если верить корабельной библиотеке, Покойся с Миром издавна пребывает в Запределье. Традиция колонизации этой системы уходила в прошлое по меньшей мере на двести миллионов лет. Десять тысяч рас могли считать ее домом. Самые свежие записи указывали на присутствие сотни видов, и даже самая молодая раса – лишь остаток после дюжины эмиграций. Да уж, там, надо полагать, спокойно, как в хосписе. Делать нечего. «Внеполосный-II» сместился на три световых года по направлению вращения Галактики. Они спускались к Покойся с Миром по основной сетевой магистрали этого района. Новости будут доступны всю дорогу. С Гармоничного Покоя шел поток рекламных сообщений. По меньшей мере один вид высоко ценил импортные товары, за которые мог предложить услуги по ремонту и переоснастке кораблей. В объявлении утверждалось, что раса эта предприимчива и твердонога – что бы это ни значило. Наконец получилось поймать какое-то видео. Существа передвигались на чем-то вроде бивней, а под шеями у них рос пучок коротких рук. Объявление содержало отклики удовлетворенных сервисом пользователей Сети. Жаль, что по ссылкам не сходишь. Равна ограничилась кратким запросом на трисквелине – насчет общей диагностики и ремонта двигателей – и справилась, что с них возьмут в уплату. Тем временем дурные вести шли бурным потоком. За этим сообщением тянулся тред комментариев, где судачили, кого именно «истребители паразитов», сиречь Альянс во Имя Защиты, выбрали своей целью. Ходили слухи о военных приготовлениях. Сообщений было не так много, как сразу после Падения Маршрутизатора, однако их активностью заинтересовались несколько крупных новостных групп. Равна сглотнула и отвела взгляд от дисплея. – Как и раньше, треплются ни о чем, – сказала она с деланой беззаботностью, но получилось не слишком убедительно. Фам Нювен коснулся ее плеча: – Ага, именно. Настоящие убийцы не разглашают своих планов. Но в голосе его было больше сопереживания, чем уверенности. – Мы пока не знаем: может, это и вправду обычный треп. О перемещениях флотов достоверных сведений нет. Какой ущерб они могут причинить? Равна оттолкнулась от стола: – Надеюсь, не слишком сильный. Небольшие человеческие колонии есть в сотнях цивилизаций. Несомненно, они готовятся к худшему с тех самых пор, как началась вся эта шумиха с призывами истребить паразитов… Во имя Сил, хоть бы на Сьяндре Кей все было в порядке. Она уже больше двух лет не виделась с родителями и Линн. Сьяндра Кей будто осталась в другой жизни, но память о ней успокаивала Равну сильнее, чем девушка прежде осознавала. Теперь же… На другом конце мостика наездники возились с ремонтными спецификациями. Синепанцирь подкатился к людям: – За небольшие колонии действительно стоит опасаться, но Сьяндра Кей – преимущественно человеческая цивилизация; даже название это из людского языка. Любая атака на людей там будет означать нападение на всю цивилизацию. Мы с Зеленожкой часто торговали с ними под прикрытием коммерческой охранной службы. Лишь идиоты или буффоны возвестили бы о вторжении туда заранее. Равна, поразмыслив, успокоилась. Ну а дирокимам и лоферам нипочем любая угроза человечеству на Сьяндре Кей. – Да, мы там не в гетто. Изолированным человеческим поселениям, возможно, придется туго, но Сьяндра Кей в безопасности. – Блефуют они, не иначе. Не зря же Сеть прозвали Сетью Миллиона Лжецов. Равна бросила думать об опасностях, с которыми не могла бы справиться. – Одно ясно. Когда причалим на Гармоничном Покое, нельзя ничем выдавать, что мы люди. А это значило, что Равне и Фаму нельзя высовываться. Все переговоры предстоит вести наездникам. Они с Равной прочесали внешние программы корабля, выкорчевывая оттуда следы человеческого присутствия, скопившиеся после отлета с Маршрутизатора. А если на борт нагрянут с инспекцией? Что ж, от целенаправленного обыска не укрыться, но человеческие пожитки на всякий случай свалили в трюм, закамуфлированный под убежище для обитателей газовых гигантов. Если понадобится, двое человек сумеют туда ускользнуть. Фам Нювен проверил работу корабля и нашел многочисленные огрехи. Для программиста-варвара он был неплох. Впрочем, «Внеполосный II» стремительно погружался на глубину, где пределы возможного для компьютеров не так уж далеки от привычных Фаму. По иронии судьбы, одну улику закамуфлировать было невозможно: «Внеполосный-II» выглядел кораблем с Вершины Запределья. Да, в основе его лежали Срединные разработки и предназначался он для придонных рейсов, но элегантность исполнения выдавала интеллект почти сверхчеловеческого уровня. – Наше корыто выглядит словно секира фабричного производства, – заметил по этому поводу Фам Нювен. Процедура проверки службой безопасности на Покойся с Миром внушала надежды: на борт никто не запросился, только ограничение скорости выставили. «Внеполосный-II» вышел из скачка уже внутри системы, после чего переключился на ракетную тягу: совместить курс и скорость с новой целью, сердцевинной областью Гармоничного Покоя, где располагалась «Ремонтная гавань святого Ринделла». Фам прокомментировал: – Если ты святой, то должен быть честным малым, не? «Внеполосный-II» завис над эклиптикой, где-то за восемьдесят миллионов километров от единственной звезды системы Покойся с Миром. Они знали, что увидят, но зрелище все равно впечатляло. Внутри системы пыли и газа было не меньше, чем в областях активного звездообразования, хотя центральному светилу, звезде класса G, уже сравнялось три миллиарда лет. Звезду окружали миллионы колец, куда величественней, чем у любой планеты. Самое крупное и яркое при увеличении распадалось на мириады меньших. И даже в естественных цветах открывалась красочная картина: зеленые, красные, фиолетовые нити. Плоскость кольца вспарывали теневые озера и цветастые бугры, некоторые в миллион километров. Кое-где над плоскостью кольца торчали странные объекты (возможно, искусственные), такие высокие, что от них за пределы системы падала игольчатая тень. В окне инфракрасного обзора и на диаграмме собственного движения можно было различить более привычные структуры: за кольцами тянулся пояс астероидов, а еще дальше – единственная планета, газовый гигант со своей системой колец миллиона кликов[14] в диаметре, которые казались игрушечными. Других планет ни на экране, ни в справочном файле не было видно. Крупнейшие объекты в основном кольцевом поясе имели в длину триста километров, но их тут были тысячи. Следуя указаниям «святого Ринделла», они опустили корабль до плоскости колец и уравняли в скорости с крутящимся в системе мусором. Это потребовало жесткого ракетного маневра: перегрузка в 3g длилась почти пять минут. – Как в старые добрые деньки! – обрадовался Фам Нювен. Снова оказавшись в свободном падении, они осмотрели гавань. Вблизи местечко это не слишком отличалось от уже виденных Равной планетных систем. Объекты всех мыслимых размеров, вплоть до ширины ладони, бессчетные шарики льда – сталкиваются, слипаются, раскалываются. Скорость обломков была очень мала – хаос давно укрощен. В плоскости колец видимость упала до нескольких сотен метров, дальше все закрывал космический мусор. И не все обломки летали сами по себе. Зеленожка указала на белую линию, которая закручивалась вроде бы из бесконечности, проходила совсем рядом и уносилась в вечность на другой стороне. – Это похоже на единую структуру, – сказала наездница. Равна подобрала масштаб. В системах планетных колец такие вот «грязные снежки» иногда слипались в струнные объекты тысячи кликов длиной… Белая полоса заполнила окно. Дисплей сообщал, что ширина ее почти километр. Да уж, эта арка явно не из грязных снежков. Стали различимы корабельные шлюзы и коммуникационные узлы. Сверившись с картинкой, полученной на подходе к кольцам, Равна установила, что длина всего объекта более сорока тысяч километров. Арка зияла многочисленными разрывами, что и неудивительно: у такой структуры прочность на растяжение почти нулевая. Следуя локальным напряжениям, участки арки на краткое время расходились, но затем соединялись опять. Вся система в целом напоминала железные дороги старой Нюйоры, стыковку и расцепку вагонов. Следующий час ушел на осторожное перемещение к причалу вдоль арки. Единственной постоянной характеристикой структуры была линейность. Некоторые модули явно проектировались с расчетом на зацепление впереди и позади. Другие казались хаотично слепленными комками машинерии, перемешанными с грязным льдом. Последние несколько километров корабль плыл в лесу ультрадвигательных шипов. Две трети парковок были заняты. Синепанцирь открыл окно со сводкой тарифов «святого Ринделла». – Гм. Гмм. Вероятно, сир Ринделл не испытывает недостатка в клиентах. Он изогнул некоторые ветки в сторону кораблей снаружи. – Может, они ему металлолом сдают? – предположил Фам. Синепанцирь и Зеленожка спустились в грузовой трюм, готовясь к выходу за борт. Наездники летали вместе уже двести лет, а Синепанцирь вообще был потомственным звездоторговцем. Но сейчас парочка яростно спорила о лучших способах переговоров со святым Ринделлом. – Конечно же, дорогой мой Синепанцирь, Гармоничный Покой вполне типичен. Я местечко такого сорта и без тележки вспомню. Но дело наше тут совершенно нетипично. Синепанцирь что-то бессвязно пробурчал и запихнул себе в грузовой шарф еще одну связку товаров. Превосходная штука этот шарф. Материал прочный и эластичный, груз надежно защищен. Они следовали процедуре, привычной при контактах с новыми кольцевыми системами. Покамест она срабатывала. Наконец наездник отозвался: – Разумеется, различия есть. В этот раз нам особо нечего предложить за ремонт, а опыта коммерческих контактов с ними мы лишены. Если не включим лучшую свою торговую сметку, ничего от них не добьемся! – Он проверил сенсоры тележки, потом обратился к людям: – Надо ли переместить какие-то камеры? Вам хорошо видно? – Святой Ринделл сильно пожадничал – или просто поосторожничал – с каналом передачи данных. Донесся голос Фама Нювена. – Нет, все в порядке. Вы меня слышите? Голос звучал из микрофонов в тележках. Линия была зашифрована. – Да. Наездники выкатились из шлюзов «Внеполосного-II» на обитаемый сегмент арки святого Ринделла. Их окружили прозрачные окна естественного обзора, уходящие вдаль. Открылся вид на корабли клиентов святого Ринделла и кольца за гаванью. Солнце в окнах приглушили, но свет все равно лился очень яркий, будто сверхкорональный. Его источником, конечно, служили рои силовых спутников – кольцевые системы обычно не в состоянии так эффективно перерабатывать энергию своей звезды. На миг наездники замерли в своих колеях, очарованные невиданным морем: зрелище напоминало закат в мелком прибое. Тысячи мелких объектов, дрейфующих поблизости, походили на планктон в медленной приливной волне. На дороге было тесно. Телесное строение у местных оказалось довольно обычным, хотя Зеленожка ни один вид не опознала с уверенностью. Бивненогие, соплеменники святого Ринделла, преобладали. Через некоторое время один такой бивненогий отделился от стены рядом со шлюзом «Внеполосного-II» и что-то прогудел. В переводе на трисквелин получалось: – Для торговли идем мы сюда. На своих костяных конечностях он живенько переместился через главный зал к автомобилю с открытым верхом. Наездники устроились позади. Машина набрала скорость и понеслась по арке. Синепанцирь качнулся к Зеленожке: – Старая история, э? Ну и что проку теперь с их ног?
Путешествие к Гармоничному Покою. Наездники Синепанцирь и Зеленожка прибывают на Гармоничный Покой, где они пытаются договориться с бивненогими о ремонте корабля «Внеполосный-II». В ходе переговоров с торговым лидером святым Ринделлом выясняется, что ремонт осложнен дефицитом ресурсов и попытками продавца набить цену. Ситуация резко меняется с появлением агрессивных существ, похожих на гигантских бабочек, которые угрожают флотом и требуют немедленного начала работ. Равна и Фам, наблюдая за событиями через камеры, осознают растущее напряжение и потенциальную опасность для своих спутников.
Старая шутка наездников, никогда не терявшая свежести. Две или четыре ноги, сработанные эволюцией из плавников, челюстей или чего там еще, превосходны для перемещения по планете. А в космосе пользы от них немного. Машина двигалась на скорости около ста метров в секунду, слегка покачиваясь при перескоке с одного кольцевого сегмента на другой. Синепанцирь завязал оживленный разговор с их водителем. Зеленожка знала, что в этом он находит одну из наибольших радостей жизни. – А куда мы едем? А что это за существа там? А что именно ищут они здесь, у святого Ринделла? Он забрасывал спутника вопросами весело, с почти человеческой живостью. Когда кратковременная память его подводила, сверялся с тележечной. Бивненогий владел лишь азами трисквелина. Некоторых вопросов он явно не понимал: – Мы направляемся к старшему продажнику… вспомогательные создания… союзники нового крупного клиента… Синепанциря ограниченный словарный запас гида не смущал: его интересовали не столько ответы, сколько реакция бивненогого. Интересы большинства рас оставались для Синепанциря с Зеленожкой загадками. Несомненно, на Гармоничном Покое миллиарды иномирцев, непостижимых для наездника, человека или дирокима. Но даже простой диалог помогал сориентироваться в поиске ответов на два важнейших вопроса: «Что у тебя есть полезного для меня и как тебя заставить с частью этого полезного расстаться?» Вопросы Синепанциря заставляли собеседника раскрыться, выявляли параметры личности, способности и наклонности. В этой игре участвовали оба наездника. Пока Синепанцирь оживленно болтал, Зеленожка смотрела во все стороны. Регистраторы тележки работали во всех диапазонах, пытаясь сопоставить новое окружение с уже известными. Технологический аспект: что им нужно? Что будет работать? В таком месте, почти плоском, антиграв-ткань вряд ли пользуется спросом. Кроме того, здесь, на глубине Запределья, большая часть высокотехнологичных импортных товаров сверху почти немедленно выдыхается. Рабочие по ту сторону длинных окон носили стандартные вытянутые скафандры – модели Вершины, с генераторами силовых полей, протянули бы тут не дольше нескольких недель. Машина миновала замысловато изогнутые деревья (или что это было). Некоторые стволы закручивались вокруг стен арки, другие тянулись на сотни метров вдоль трассы. Бивненогие садовники летали над растениями, но признаков сельского хозяйства не было заметно: «деревья» сажали просто для красоты. Иногда за окнами проносились башенные структуры – вздымаясь над кольцом на тысячу километров, они отбрасывали узкие тени, замеченные командой «Внеполосного-II» еще на подлете. Голоса Равны и Фама перешептывались у нее в стволе, задавая Зеленожке вопросы насчет башен и гадая об их назначении. Зеленожка сохранила идеи людей в тележке, чтобы подумать на досуге, но толку с этого наверняка будет не много. Некоторые технологии явно сработали бы только на Вершине, другие казались слишком затратными даже для такой развитой цивилизации. Зеленожка за свою жизнь посетила восемь кольцевилизаций. Возникали они обычно после катастроф и войн (реже – по доброй воле строителей хабитата). Библиотека «Внеполосного-II» сообщала, что Гармоничный Покой перестал быть стандартной планетной системой миллионов эдак десять лет назад. Тогда начался спор о недвижимости: молодые пришельцы снизу решили захватить систему и уничтожить коренных обитателей. Лучше б они этого не делали: старперы оказались вполне боеспособны, и планеты разнесло в пыль. Молодежь, вероятно, уцелела, но по прошествии десятка миллионов лет потомки тех юных убийц наверняка одряхлели пуще всех рас системы. За это время через нее прошла добрая тысяча новых видов, и почти каждая раса кроила по своему усмотрению кольца и газопылевое облако, оставшиеся после битвы. Результат их активности уже нельзя было считать руинами, но он был древним, очень древним. Корабельная библиотека утверждала, что за последнюю тысячу лет ни одна раса не поднялась с Гармоничного Покоя в Трансценденцию. Это самое важное: нынешние цивилизации системы переживают упадок, состояние утонченного распада. Больше всего место это напоминало старую красивую заводь, которую привели в порядок и отгородили, закрыв от буйных волн прилива, чтоб те не повредили бонсайным камышикам. Вероятно, бивненогие из всех здешних обитателей самые бойкие. Наверняка они одни заинтересованы в торговле с внешним миром. Машина сбросила скорость и по спирали въехала в небольшую башню. – Своим Флотом клянусь, я бы многое отдал, чтобы сейчас быть с ними! Фам Нювен жестом обвел окна, демонстрирующие вид из тележечных камер. С тех пор как наездники отбыли, он прилип к дисплеям, глазея на диковинный ландшафт кольца и беспорядочно плавая от пола до потолка рубки. Равна еще не видела его столь заинтересованным и внимательным. Его воспоминания о карьере торговца, может, и подделка, но Фам явно искренен, считая, что мог бы там пригодиться. «Не исключено, что он прав». Фам отлепился от потолка и подлетел ближе к экрану. Казалось, начался серьезный торг. Наездников привезли в сферическое помещение диаметром около пятидесяти метров. Наверное, они парят у самого центра сферы. На внутренней поверхности везде торчали деревья, и наездникам приходилось плавать всего в паре метров от их верхушек. То там, то сям сквозь кроны проглядывала земля – мозаика цветочных клумб. Специалисты по продажам угнездились на самых высоких деревьях. Они сидели (висели?), зацепившись бивнеобразными конечностями за стволы. Бивненогие в Галактике попадались довольно часто, но таких Равна встречала впервые. Телосложением они отличались от привычных ей, и девушка до сих пор толком не поняла, как они на самом деле выглядят. У восседавших на деревьях ноги казались скелетными костепальцами, охватывающими стволы. Старший продажник – кажется, святой Ринделл собственной персоной – выделялся среди сородичей бивнями, на две трети покрытыми резьбой. В паре окон эта резьба была показана крупным планом; вероятно, Фам решил, что разобраться в этом искусстве будет полезно. Переговоры шли вяло. Трисквелин – распространенный язык, но так глубоко в Запределье программы-переводчики работают плохо, а святой Ринделл и его присные с этим торговым наречием были знакомы поверхностно. Равна же привыкла к четкому переводу (порою обманчиво легкому), даже сообщения по Сети, с которыми ей приходилось работать, были вполне понятны. Через двадцать минут стало ясно, что у святого Ринделла, кажется, и впрямь есть техническая возможность починить «Внеполосный-II». Дело тут было не только в привычке наездников терять нить беседы. А Фаму Нювену тягомотина нравилась: – Рав, прикинь, совсем как в Чжэн Хэ. Лицом к лицу с неизвестными чуваками, на языке, которого они толком не понимают. – Мы им уже несколько часов как послали запрос для ремонта. Чего они так тянут? Сказали бы уже: да – да, нет – нет. – Они цену себе набивают, – ответил Фам, расплываясь в улыбке. – Честнейший святой Ринделл, – он ткнул пальцем в бивненогого с роскошной резьбой, – пытается нас убедить, что работа сложнейшая… Господи, был бы я сейчас там… Даже Синепанцирь с Зеленожкой, казалось, переменились. Трисквелин их упростился, став немногим лучше, чем у святого Ринделла. Торг плелся по кругу. Работая на Вриними, Равна приобрела некоторый опыт продаж и переговоров. Но что значит – набивать себе цену? Есть базы данных с ценами и стратегией техподдержки, есть инструкции от сотрудников Грондра. Сделка либо заключается, либо нет. Равна мало в жизни видела бесед непонятней той, что сейчас происходила между наездниками и святым Ринделлом. – Впрочем, дело наше на мази… ну, я так думаю. Видишь ли, когда мы пришвартовались, эта костяная нога взяла образцы товаров Синепанциря. Теперь они точно знают, что у нас есть. Им что-то от нас надо. – Да? – Точняк. Святой Ринделл не ради забавы ругает наш товар. – Проклятье! А если у нас нет ничего такого, что им бы пригодилось? Экспедиция же не планировалась как торговая. Синепанцирь и Зеленожка наскребли «образцы товаров» по сусекам кладовой, отобрав то, без чего «Внеполосный-II» обошелся бы. В том числе – сенсорную автоматику и компьютерные железки для Дна Запределья. Без некоторых обойтись будет сложно. «Так или иначе, без ремонта мы никуда не улетим». Фам фыркнул: – Не-а. Святому Ринделлу что-то нужно. Иначе он бы не трепался… Видишь, как настойчиво он напоминает о потребностях «других клиентов»? Святой Ринделл очень человечен, я бы сказал. Тут по каналу связи с наездниками и впрямь послышалось что-то человеческое – вроде бы песенка. Равна повернула камеры Зеленожки на звук. С поросшего лесом «пола» сферы, напротив Синепанциря, поднялись новые действующие лица. – Какого… ой, красивые, – сказала Равна. – Бабочки. – Э? – В смысле, похожи на бабочек. Ну, знаешь? Такие насекомые с большими цветными крыльями. На гигантских бабочек, если точнее. Новоприбывшие телосложением напоминали людей, ростом были сантиметров сто пятьдесят, обросшие мягкой на вид коричневой шерстью. Крылья торчали у них за лопатками. Размах крыльев достигал почти двух метров, переливались они мягкими оттенками синего и желтого, на некоторых узор был особенно затейливый. Несомненно, крылья искусственные или продукт генной инженерии, потому что в гравитационном поле обычной планеты на таких не полетаешь. Но здесь, в невесомости… Трое мгновение задержались при влете в сферу, оглядывая наездников большими застенчивыми глазами. Затем, распахнув крылья, размеренными взмахами поднялись над лесом. Вид у них был жутко мультяшный. Носы задорные, кнопками, как у домашних йоракорнов, глаза большие и такие сконфуженные, что человеку-аниматору и не придумать. А голоса как у подростков в хоре. Святой Ринделл и его присные завертелись на своих насестах. Самый высокий из новоприбывших что-то пропел, мерно помахивая крыльями. Равна сообразила, что виртуозный трисквелин исходит из интерфейсного адаптера, настроенного на родной язык существа. – Приветствуем тебя, святой Ринделл! Наши корабли готовы к ремонту. Мы заплатили тебе сполна и очень спешим. Начните работу немедленно! Бивненогий, владевший трисквелином, перевел эти слова своему начальнику. Равна перегнулась через плечо Фама. – Может, у нашего милейшего ремонтника и впрямь полно заказов? – предположила она. – Может. Святой Ринделл прокрутился на верхушке своего дерева и ответил, вцепившись ручками в зеленые иголки: – Уважаемые клиенты, вы предложили нам оплату наших услуг, но полного согласия не получили. То, о чем вы просите, у нас в дефиците, и его запасы трудно… пополнить. Прекрасная бабочка издала высокий звук, подобный радостному смеху человеческого ребенка. Смысл его оказался совсем иным. – Времена меняются, слышь, Ринделл?! Вы вот что поймите: мы проволочек не потерпим. Тебе известна священная миссия моего флота. Вина за каждый час задержки ляжет на тебя. Подумай только, какой флот мы на тебя обрушим, если узнаем – нет, если просто заподозрим, – что ты уклоняешься от сотрудничества! – Бабочка взмахнула желто-синими крыльями и развернулась. Ее темные застенчивые глаза уставились на пару наездников. – А эти растения в горшках, они тебе кто, клиенты? Прогони их. Пока мы здесь, у тебя нет других клиентов! У Равны захватило дух. Оружия у бабочек вроде бы не было, но девушка вдруг испугалась за Синепанциря с Зеленожкой. – Надо же, – прокомментировал Фам. – Бабочки-вояки.
Утешение Равны и новости. Фам Нювен и Равна прибывают в ремонтную гавань, где наездники Синепанцирь и Зеленожка сообщают о присутствии в порту большого количества военных кораблей. Равна получает доступ к локальной сети и в ужасе узнает новости о катастрофе, в результате которой погибла вся семья девушки. Потрясенная Равна впадает в истерику, и Фам пытается утешить её, осознавая масштаб её потери.
Если верить часам, то обратная дорога отняла у наездников менее получаса. Фаму Нювену она показалась гораздо длиннее, хоть он и пытался держаться бодряком перед Равной. Наверное, они оба пытались: он знал, что девушка до сих пор считает Фама хрупкой оболочкой себя прежнего. Но бабочки-убийцы камерам наездников больше не попадались. Наконец грузовой шлюз открылся: Синепанцирь и Зеленожка были на корабле. – Я был уверен, что эти бивненогие просто блефуют насчет оживленного спроса, – сказал Синепанцирь. Казалось, ему не меньше Фама хочется обсудить происшествие. – Угу, я тоже так думал. В общем-то, я до сих пор не исключаю, что бабочки – лишь показуха. Слишком это все мелодраматично. Ветви Синепанциря зашелестели – Фам распознал аналог судорожной дрожи. – Это уж вряд ли, сир Фам. Это ведь апраханти. Один их вид приводит вас в ужас, разве нет? Нынче они редко встречаются, но звездные торговцы про них наслышаны. Впрочем… даже для апраханти выходка несколько хамская. Гегемония уже несколько столетий как в упадке. – Он что-то прошелестел кораблю, и в окнах появились ближайшие верфи ремонтной гавани. Снова шелест наездников, на сей раз Синепанцирь с Зеленожкой говорили между собой. – Все эти корабли, гм, однотипны. По виду с Вершины Запределья, как и наш, однако… военного оттенка. Зеленожка подкатилась ближе к окошку: – Их там двадцать. С какой стати ремонтировать столько двигателей одновременно? Военные корабли? Фам окинул их критическим взором. Он уже изучил основные характеристики судов Запределья. У этих тоннаж вроде бы солидный, да и сенсоры хитроумные… хм. – Хорошо, примем на веру, что эти бабочки – крутые типы. Они сильно напугали святого Ринделла и его присных? Наездники долго молчали. Фам не понял, то ли вопрос им показался сложным, то ли они потеряли нить беседы. Он перевел взгляд на Равну: – А что там в локалке? Интересно же узнать, что тут творится. Она уже возилась с коммуникатором. – Пока локальная сеть недоступна. Даже новости не почитаешь. А вот это Фаму было нетрудно понять, хотя весть не из приятных. Локальная сеть здесь состояла из ультраволновых вычислительной и коммуникационной компонент, охвативших весь Покойся с Миром. Структура в миллиарды раз сложнее любой известной Фаму, но в концептуальном плане – сходная с аналогами из Медленной Зоны. И Фам Нювен видел, что могут натворить вандалы с такими структурами; Чжэн Хэ убрала с пути как минимум одну надоедливую цивилизацию, испортив ей компьютерную сеть. Неудивительно, что святой Ринделл не пускает их в сеть Покойся с Миром. На время захода в гавань антенный рой «Внеполосного-II» был по необходимости отключен, поэтому от Известной Сети и групп новостей они тоже отрезаны. И вдруг Равна улыбнулась: – Эй! Они нам дали доступ на чтение, а может, и еще какой-нибудь. Зеленожка, Синепанцирь, проснитесь! Шелест. – Я не спал, – заявил Синепанцирь. – Я размышлял над вопросом сира Фама. Да, святой Ринделл определенно испуган. Зеленожка, по своему обыкновению, оправданий не искала, а вместо этого объехала партнера, чтобы лучше видеть окно комма, только что открытое Равной. Структурный мотив – проитерированные треугольники с аннотациями на трисквелине. Фаму это ни о чем не говорило. – Интересно, – сказала Зеленожка. – Я фыркаю, – заметил Синепанцирь. – Это более чем интересно. Святой Ринделл тот еще скряга, но платы за обслуживание он с нас не берет, даже бартерного процента. Он боится, но упускать нас не хочет. «Значит, было в привезенных с Вершины Запределья товарах нечто, убедившее его рискнуть даже перед лицом апрахантской угрозы. Надеюсь, это нечто нам не слишком нужно». – Ладно, Рав, ты глянь, нет ли… – Секундочку, – бросила девушка, – я только новости посмотрю. Она запустила поисковую программу, быстро пролистала выдачу консоли… и вдруг запнулась, побледнев: – О Силы! Нет! – Что там? Но Равна не отвечала, даже в главное окно новости не выводила. Фам уцепился за поручень рядом с ее консолью, подтянулся прочесть то, что читала она: В окне уместилось еще одно сообщение, своего рода обновление, но не от этих «истребителей паразитов»: – Нет, нет, нет! Равна бросилась к Фаму, крепко обхватила, спрятала лицо на груди. Плач мешался с неразборчивыми словами на самношке. Он чувствовал, как все ее тело дрожит мелкой дрожью. У Фама тоже наворачивались слезы. Как странно. Она была такая сильная, а он – хрупкий болванчик. Теперь все наоборот, ну и что он может сделать? Мама, папа, сестра… они все погибли, все! Они думали, что подобная катастрофа невозможна, а она взяла и случилась. Равна в мгновение ока потеряла мир, в котором росла, и осталась одна во Вселенной. «Со мной это уже давно стряслось», – пришла внезапная мысль, на удивление безэмоциональная. Фам зацепился ступней за палубу и стал осторожно баюкать Равну на руках, пытаясь ее успокоить. Горестные всхлипы постепенно затихали, но ее слезы все еще катились у него по груди. В том месте, куда Равна уткнулась лицом, рубашка промокла насквозь. Фам посмотрел поверх ее головы на Синепанциря и Зеленожку. Ветви наездников выглядели как-то странно… словно бы увяли.
Разговор в рубке и перелет. Фам и наездники обсуждают результаты переговоров со святым Ринделлом, в ходе которых выяснилось, что те готовы обменять услуги регенератора на ценный груз — «пережженные шпалеры». Чтобы избежать опасности в текущей гавани, герои решают перелететь в более удаленное место для совершения сделки. Корабль «Внеполосный-II» покидает систему Гармоничного Покоя, направляясь к новой точке встречи. Фам выражает обеспокоенность возможной агрессией со стороны Ринделла из-за угрозы истребителей паразитов, после чего уходит готовиться к предстоящим событиям.
– Послушайте, мы тут с Равной отлучимся ненадолго. Выясню у нее, что смогу, и вернусь. – Да, сир Фам. И ветви, казалось, поникли еще сильнее. Фам вернулся в рубку только через час и застал наездников погруженными в шелестящий разговор с «Внеполосным-II». Во всех окнах мельтешило что-то странное. Изредка проскакивали структурные мотивы или аннотации, понятные Фаму. По ним он догадывался, что смотрит на обычные диагностические экраны, только оптимизированные под восприятие наездников. Синепанцирь первым его заметил, резко подкатился к человеку и пискнул через вокодер: – Все в порядке? Фам склонил голову: – Спит. «Вообще-то, я дал ей снотворное и наказал кораблю следить, как бы чего не вышло». – С ней все будет в порядке. Ей так тяжело… но из нас всех она самая крепкая. Ветки Зеленожки прошелестели в аналоге улыбки. – Я часто об этом думала. Синепанцирь мгновение не шевелился. – Тогда за дело, за дело. Он отдал кораблю какую-то команду. Окна приняли вид, понятный и наездникам, и людям. – Пока вас не было, мы тут много чего выяснили. Святому Ринделлу действительно есть чего бояться. Корабли апраханти – малая часть флота этих истребителей паразитов. Некоторые до сих пор тащатся к Сьяндре Кей! «Надо же, вооружились до зубов, а убивать уже некого». – Значит, им надо на ком-нибудь отыграться. – Да. Очевидно, обитатели Сьяндры Кей оказали сопротивление и кое-кому удалось сбежать. Командующий этим соединением флота полагает, что их можно перехватить, если починить корабли. – А их вымогательство – не блеф? Разве могут двадцать кораблей разрушить Покойся с Миром? – Нет. Дело тут в репутации силы, которую они представляют, дополненной известиями о резне на Сьяндре Кей. Святой Ринделл их боится до оторопи, и так получилось, что им требуются те же регенераторы, в каких нуждаемся мы. Действительно, мы конкурируем с ними за услуги Ринделла. – Ветви Синепанциря хлопнули друг по дружке: такой энтузиазм он проявлял в случаях, когда наклевывалась выгодная сделка. – Но у нас, видимо, есть какой-то груз, настолько ценный для святого Ринделла, что он даже готов пойти на риск и околпачить апраханти. – Наездник выдержал театральную паузу. Фам перебрал в уме список товаров, который они предоставили покойникам, как он обозвал обитателей Гармоничного Покоя. «О боже, только бы не этот нижнезоновый ультраволновик». – Ладно, сдаюсь. Чего им надо? – Комплект пережженных шпалер! Ха-ха. – Э? – Фам припомнил эту позицию в перечне всякой всячины, которую наездники наскребли по сусекам корабля. – Каких таких пережженных шпалер? Синепанцирь сунул ветвь в сумку и вытащил оттуда что-то черное, неправильных очертаний. Протянул его Фаму. Предмет был мягкий на ощупь, сорок сантиметров на пятнадцать. Довольно легкий для своих размеров – от силы пару граммов весит. Искусственно умягченная… зола? Фам поддался любопытству: – А что эта штука делает? Синепанцирь затрясся, не зная, что сказать. Зеленожка ответила за него, немного смутившись: – Есть теории. Это чистый углерод, фрактальный полимер. Известно, что в грузах из Трансценденции он очень часто встречается. Мы думаем, это упаковочный материал для какого-то разумного груза. – Или экскременты этого груза, – прожужжал Синепанцирь. – Да ладно, не суть важно. А важно то, что некоторые расы Срединного Запределья его ценят очень высоко. Почему? Опять же, кто его знает. Народ святого Ринделла – явно не конечные пользователи: бивненогие слишком оборотистые ребята, чтобы просто покупать эти шпалеры. Итак, у нас триста комплектов этого чудесного товара. Более чем достаточно, чтобы святой Ринделл превозмог панический страх перед апраханти. Пока Фам отлучался успокоить Равну, святой Ринделл выступил с предложением. Слишком опасно залечивать повреждения регенератором в той же гавани, где висят корабли апраханти. Кроме того, главная бабочка уже потребовала, чтобы «Внеполосный-II» убрался. Поэтому святой Ринделл предложил им перебраться в гавань поменьше, на расстоянии примерно шестнадцати миллионов кликов вокруг системы Гармоничного Покоя. Вполне мотивированный перелет: так получилось, что именно это место выбрали себе для маленькой колонии в системе Гармоничного Покоя здешние наездники. Поселение их располагалось всего в паре сотен километров от второй гавани Ринделла. Там и пройдет встреча с бивненогими: регенераторы в обмен на двести семнадцать комплектов пережженных шпалер. Если окажется, что шпалеры в идеальном состоянии, Ринделл еще и запасную антиграв-ткань подкинет. После падения Маршрутизатора – очень кстати… «Однако, старина Синепанцирь в своем репертуаре, колесики-то у него крутятся будь здоров!» «Внеполосный-II» снялся с парковочного места и осторожно воспарил над плоскостью кольца. «Уходим на цыпочках». Фам внимательно следил за окнами ультраволновой связи и датчиками ЧП. Нет, корабли апраханти их не выцеливают: пробежались радаром в порядке рутинного сканирования, и только-то. Никто за ними не полетел. Великим воинам не до малютки-«Внеполосного-II» и его команды – растений в горшках. Тысяча метров от плоскости кольца. Три тысячи. Наездники, оживленно шелестевшие между собой и с Фамом, притихли. Ветви и стебли их выгнулись так, чтобы чувствительные поверхности смотрели во все стороны. Центральная звезда и облако силовых спутников заливали яростным светом одну сторону рубки. Они летели над кольцами, но все еще так близко. Как будто стоишь на пляже из цветного песка и смотришь, как солнце закатывается за бесконечно далекий горизонт. Наездники любовались зрелищем, мерно помахивая ветвями. Двадцать километров над кольцами. Тысяча. Включился основной факельный двигатель «Внеполосного-II», выдал ускорение, они полетели через систему. Наездники медленно вышли из транса. После прибытия во вторую гавань на ремонт уйдет еще часов пять – это при условии, что регенератор Ринделла не выдохся. Впрочем, святой торгаш божился, что регенератор недавно импортировали с Вершины и ничем не разбавляли. – Ладно, а шпалеры когда им отдать? – Когда ремонт закончим. Нам не позволят улететь, пока ребята святого Ринделла – или его заказчики – не убедятся, что шпалеры подлинные. Фам постучал пальцами по комм-консоли. Затея вызвала у него много воспоминаний, в том числе такие, что волосы на затылке дыбом вставали. – Получается, когда они получат товар, мы еще будем внутри ПсМ. Мне это не нравится. – Видите ли, сир Фам, вы занимались межзвездной торговлей исключительно в Медленной Зоне, где сделки тянутся десятилетиями или столетиями. Я восхищен вашим искусством больше, чем могу выразить, но жизненный опыт несколько исказил ваше восприятие ситуации. Тут, в Запределье, весьма дорожат своей репутацией. Мы мало знаем о мотивах святого Ринделла, но его ремонтное предприятие существует уже лет сорок, если не больше. Можно ожидать, что он будет торговаться, но вряд ли осмелится ограбить или убить нас. В противном случае торговцы бы уже прознали и его маленькое дело захирело бы. – Гмм. Смысла спорить не было, но Фам подозревал, что данный случай особый. У Ринделла и его покойников на пороге истребители паразитов. Ширятся слухи о том, какой хаос они посеяли на Сьяндре Кей. В такой обстановке ремонтникам, вполне возможно, откажет храбрость, как только они заполучат вожделенные шпалеры. Стоит принять меры предосторожности. Он удалился в корабельную мастерскую.
Наблюдение за сделкой из корабля. Фам и Равна наблюдают с корабля за тем, как наездники Синепанцирь и Зеленожка доставляют шпалеры для проверки представителям расы бивненогих в запущенной гавани. В ходе сделки выясняется, что Зеленожка внезапно исчезла в толпе торгового ряда, что вызывает тревогу у Фама и Синепанциря. Осознав серьезность ситуации, Фам решает активировать резервный план и вместе с Равной готовится к высадке на поверхность для поиска пропавшей спутницы.
Равна появилась в грузовом отсеке, когда Синепанцирь с Зеленожкой готовили шпалеры к отправке. Под глазами у нее были темные круги, почти синяки. Она обняла Фама в ответ на его приветствие, словно бы примериваясь. Выпускать не стала. – Я хочу вам помочь. Могу я вам чем-то помочь? Наездники отвлеклись от шпалер и подкатились к ней. Синепанцирь ласково провел веткой по руке Равны: – Миледи Равна, сейчас в вашей помощи нужды нет. У нас уже все, э-э, под рукой. Вернемся меньше чем через час, а потом сразу же улетаем. Однако они позволили ей проверить камеры и крепеж груза. Пока Равна осматривала шпалеры, Фам подлетел ближе. В штабелях скрученные углеродные блоки выглядели даже непонятнее, чем поодиночке. Стопка шпалер, больше метра в обхвате, напоминала трехмерную головоломку, вырезанную из антрацита. Вместе с пакетом запасных образцов она весила меньше полукилограмма. «А ведь эта штука наверняка горит, как трут». Фам решил отложить осмотр оставшихся шпалер (сотня с небольшим) до безопасного момента в космосе. Затем наездники проследовали с грузом через шлюз. Теперь следить за происходящим можно было только через их камеры. Эта вторая гавань, в общем-то, не была полноценным поселением бивненогой расы. Внутренняя полоса арки отличалась от мест, виденных ими в первую вылазку наездников. Наружные окна отсутствовали. Тесные захламленные проходы петляли меж стен неправильной формы, испещренных черными дырами. Везде летали насекомые, подчас натыкаясь на линзы камер. Фаму гавань показалась запущенной. Владельцев гавани видно не было, если, конечно, это вдруг не те бледные червяки, то и дело выставлявшие бесформенные головы (головы?) из нор в стенах. По голосовому каналу Синепанцирь высказал предположение, что это очень древние обитатели системы Гармоничного Покоя. Проведя здесь миллион лет и пережив сотню эмиграций в Трансценденцию, они могли сохранить разум, но более странный, чем все порождения эволюции в Медленной Зоне. Существ этих будет оберегать от физического вымирания древняя автоматика, однако они неизбежно обратятся внутрь себя, станут чрезмерно осторожны, посвятят все свое время абсолютно бессмысленным для постороннего наблюдателя заботам. Именно такие типчики чаще всего и клевали на шпалеры. Фам старался за всем следить. Наездникам предстояло проехать почти четыре километра от гаванного шлюза до места «валидации» шпалер. На этом отрезке Фам насчитал два шлюза, открывающихся наружу, и ничего особенно подозрительного не заметил; с другой стороны, почем ему было знать, что здесь представляет угрозу, а что нет? Он переключил «Внеполосный-II» на внешний обзор. С другой стороны кольца болтался крупный контрольный спутник, но кораблей в гавани видно не было. В электромагнитном и ультраволновом диапазонах все тихо, а доступные в локалке сообщения тоже не внушали подозрений оборонительным системам корабля. Фам отвлекся от сводок. Равна проплыла через палубу, решив выглянуть наружу. Ремонтники, несомненно, что-то делали, хотя зрелище не слишком впечатляло. Поврежденные шипы окутало бледно-зеленое сияние, немногим ярче ореола, который часто заметен вокруг корпусов на низких планетных орбитах. Девушка обернулась и тихо произнесла: – Они действительно его чинят? – Насколько можем… то есть да. Корабельная автоматика отслеживала процесс залечивания шипов, но сказать с полной уверенностью можно было только тогда, когда придется лететь на них. Фам так никогда и не узнал, зачем Синепанциря с Зеленожкой заставили проследовать через владения червеголовых. Если эти существа и были заказчиками шпалер, не исключено, что они попросту захотели присмотреться к продавцам. А может, это как-то было связано с воспоследовавшим вскорости предательством. В любом случае, наездники быстро преодолели этот участок и очутились в запруженном разнообразными чужаками торговом ряду. Там было тесно, как на базаре в низкотехнологичной цивилизации. У Фама челюсть отвисла. Куда ни глянь, новый класс разумных существ. Разумная жизнь во Вселенной развивается редко; за всю свою жизнь в Медленной Зоне Фам повидал лишь три нечеловеческих расы. Но Вселенная велика, и с ультрадвигателем поиск других форм жизни становится легким занятием. Запределье притягивало хлам, оставленный бесчисленными миграциями, накапливало его и в конечном счете разносило цивилизацию повсюду. На миг он позабыл про свои шпионские программы и настойчивые тревоги, дивясь чуду. Десять рас? Двенадцать? Чужаки обменивались привычными приветствиями. Даже на Маршрутизаторе он не видел ничего подобного. Впрочем, Гармоничный Покой – цивилизация на этапе стагнации. Эти расы обитают тут уже тысячи лет. Те, кто в состоянии взаимодействовать с внешним миром, давным-давно этому научились. Существ с большими жалостливыми глазами и крыльями бабочек нигде не было видно. С дальнего конца палубы донесся негромкий возглас удивления. Равна заинтересовалась окном, где транслировала картинку одна из боковых камер Зеленожки. – Что там, Рав? – Наездники. Видишь? Она указала в толпу и увеличила масштаб. На миг картинки вознеслись над головой девушки. В мимолетном хаосе Фам заметил очертания тележек и грациозных ветвей. Если не считать привычных уже косметических полосок и кисточек, выглядели они очень знакомо. – Ну да, там действительно есть небольшое поселение наездников. Фам связался с Зеленожкой и рассказал ей об увиденном. – Знаю. Мы… унюхали их. Я вздыхаю. Хорошо было бы найти время для встречи с ними. Найти друзей в такой дали… всегда приятно. Зеленожка помогала Синепанцирю протаскивать шпалеры вокруг аквариума на аэростате. Прямо впереди показались сотрудники Ринделла. Шестеро бивненогих восседали на стене вокруг… надо полагать, испытательного оборудования. Синепанцирь с Зеленожкой толкнули навстречу группе шар вспененного углерода. Существо с резьбой на бивнях наклонилось и провело по образцу маленькими ручками. Одну за другой шпалеры размещали на стенде. Синепанцирь подъехал ближе понаблюдать за испытанием, и Фам вывел картинку с его камер на главные окна. Прошло двадцать секунд. Переводчик Ринделла сказал на трисквелине: – Первые семь подходят. Образуют сцепленный септет. Только тогда Фам осознал, что задерживает дыхание. Следующие три «септета» тоже прошли проверку. Еще шестьдесят секунд. Он глянул на сводку диагностики с ремонтных сканеров. «Внеполосный-II» полагал, что работа закончена, осталось только подтверждение по локалке получить. «Еще несколько минут, и можем передать им воздушный поцелуйчик на прощание!» Но от проблем никуда не денешься. Святой Ринделл прицепился к двенадцатому и пятнадцатому комплектам. Синепанцирь долго и ворчливо спорил с ним, но замену из сумки с запасными шпалерами достал. Фам не понял, то ли наездник препирается из любви к искусству, то ли у него и вправду годных запасок в обрез. Двадцать пять комплектов прошли испытание. – А куда это Зеленожка поехала? – спросила Равна. – Что? Фам запросил картинку с камер Зеленожки. Она отъехала от Синепанциря на пять метров и продолжала удаляться. Фам в панике перетасовал ракурсы. Слева от Зеленожки обнаружился местный наездник; еще один, перевернутый, висел над ее тележкой, сплетя ветви в несомненно дружеской беседе. – Зеленожка! Наездница не ответила. – Синепанцирь, что происходит? Наездник снова ввязался в спор с бивненогими и оживленно замахал ветвями. Те забраковали еще один комплект. – Синепанцирь! Спустя миг голос наездника прозвучал по закрытой линии. Синепанцирь отвечал с запинками – так случалось, когда он бывал чем-то занят или обескуражен. – Пожалуйста, не отвлекайте меня сейчас, сир Фам. У меня осталось всего три комплекта на замену. Надо уломать этих субъектов удовольствоваться тем, что они уже получили. – А что с Зеленожкой? – вмешалась Равна. – Что с ней творится? Камеры наездников потеряли друг друга из виду. Зеленожка и ее спутники отделились от плотной толпы и воспарили над серединой торгового ряда. Эти наездники пользовались газовыми двигателями вместо колес. Видимо, они очень спешили. До Синепанциря наконец дошла серьезность положения. Картинка с его тележки пьяно завертелась: наездник заколесил вокруг сотрудников святого Ринделла, осматриваясь. Прошелестел что-то на своем языке, вернулся на частную линию. В голосе его прозвучали смущение и растерянность. – Ее нет. Ее нет. Я должен… должен был… Внезапно он отъехал назад к бивненогим и возобновил прерванную дискуссию. Через пару секунд наездник снова возник на закрытом канале. – Что мне делать, сир Фам? Сделка еще не закончена, а моя Зеленожка куда-то пропала. Или ее похитили. – Займись сделкой, Синепанцирь. С Зеленожкой все будет в порядке… Эй, «Внеполосный-II»! Резервный план! Фам сгреб гарнитуру и оттолкнулся от консоли. Равна полетела следом. – Ты куда? Он усмехнулся. – Наружу. Я тут подумал, что у святого Ринделла в трудную минуту может нимб отвалиться, и разработал планы на этот случай. Девушка пролетела за ним к люку в полу рубки. – Послушай, ты должна оставаться здесь, на палубе. Я могу прихватить только шпионское оборудование. Мне нужно, чтоб ты помогала. – Но… Он пролез в люк головой вперед, не дослушав ее возражений. Равна за ним не последовала, но спустя миг ее голос зазвучал в гарнитуре. Нервной дрожи в этом голосе не осталось; прежняя Равна пробивала себе дорогу из-под гнета новых проблем. – Ладно, я тебя прикрою. Но что нам делать? Фам летел по проходу, поочередно отталкиваясь руками, с такой скоростью, что салагу размазало бы по стенам. Впереди мрачно замаячили створы грузового шлюза. Фам осторожно хлопнул рукой по переборке прохода и перевернулся вверх тормашками. Зацепившись за выступы стены, он затормозил ровно настолько, чтобы при столкновении ему инерцией не перебило голени. В шлюзе его уже ждал подготовленный кораблем скафандр.
Путешествие к Зеленожке. Фам в грозном скафандре вместе с Синепанцирем отправляется в торговый ряд, чтобы найти пропавшую Зеленожку. После короткого общения с местными жителями и преодоления торговой зоны герои обнаруживают транспортную станцию, ведущую к колонии наездников. Там они встречают Зеленожку, которая сообщает, что ее пригласили в гости к местным жителям. Фам и Синепанцирь решают следовать за ней, но в процессе движения Фам теряет связь с Равной и переходит в режим повышенной боевой готовности, замечая вооруженных наездников.
– Фам, тебе нельзя наружу! – Она, очевидно, наблюдала за ним через шлюзовые камеры. – Они сообразят, что это человеческая экспедиция! Голова и плечи Фама скрылись за шлемом и воротником скафандра. Когда сомкнулся низ, швы затянулись сами собой. – Не обязательно. – «Да это уже и не имеет значения». – Тут полно двуруких и двуногих чудиков, а я снабдил свой выходной костюмчик кое-каким камуфляжем. Он ткнул подбородком в панель управления шлема и перезапустил дисплеи. На Маршрутизаторе у него были скафандры на силовых полях, рядом с которыми этот вакуумный бронескаф выглядел бы жалко. А вот в Чжэн Хэ за подобный скафандр не пожалели бы звездолета. Фам, вообще-то, склепал эту штуку, думая произвести впечатление на Когтей. Кажется, испытания начнутся раньше срока. Он включил подбородком наружный обзор, то, что видела сейчас Равна. Его фигура была непроницаемо-черной, ростом больше двух метров, руки оканчивались клешнями, отовсюду торчали шипы и острые лезвия. Эти недавние дополнения сделали контур фигуры менее человеческим и, как надеялся Фам, чертовски грозным. Фам загерметизировал люк и вылетел в колонию червеголовых. Вокруг вознеслись стены грязи. В мглистом воздухе, кишевшем роями гнуса, очертания их просматривались плохо. Равна сказала ему на ухо: – У меня низкоуровневый запрос, вероятно, автоматический: «Почему вы посылаете третьего переговорщика?» – Игнорируй. – Фам, поосторожнее. У старперских культур Срединного Запределья могут быть припасены крайне противные сюрпризы. Иначе бы они тут не выжили. – Я постараюсь не нарушать законов. «Пока ко мне не вздумают прицепиться». Он уже преодолел половину расстояния до торгового ряда. Вызвал подбородком врезку с камеры Синепанциря. Широкополосной связью Фам был обязан любезности локальной сети. Странно, что Ринделл еще не отключил эту услугу. Синепанцирь, кажется, продолжает переговоры. «Хочется верить, что это не подстава… по крайней мере, не с участием святого Ринделла». – Фам, картинка от Зеленожки пропала, когда она въехала в какой-то туннель. Ее локатор пока работает. Ворота торгового ряда раскрылись, и Фам оказался в базарной толпе. Даже сквозь броню долетал оглушительный гомон. Он двигался медленно, выбирая относительно свободные маршруты и стараясь держаться у путеводных веревок, пронизывавших рыночное пространство. Толпа ему не мешала: все расступались, некоторые едва ли не с панической поспешностью. Фам не знал, чем это вызвано, – лезвиями скафандра или следами «утечки» хлора. «Может, с этой утечкой я хватил лишку». Но он хотел походить на человека как можно меньше. Он сбросил темп, стараясь никого не задевать. В затылочном окне мелькнуло что-то подозрительно напоминающее лазерный прицел. Фам быстро укрылся за каким-то аквариумом. Равна сообщила: – Местные просто сделали тебе замечание. Если верить переводу, ты нарушаешь дресс-код. «Дело в моем хлоре? Или они засекли оружие?» – А что там снаружи? Бабочек не видать? – Нет. За последние пять часов никакой активности среди кораблей. Апраханти не видно, состояние комм-сети не меняется. Длинная пауза. Фоном с мостика «Внеполосного-II» долетал разговор Синепанциря с Равной. Слов было не разобрать, но тон возбужденный. Фам покрутился в скафандре, пытаясь нашарить выход на прямую связь. Потом Равна снова заговорила с ним: – Эй, Синепанцирь сообщает, что Ринделл одобрил сделку! Он отгружает антиграв-ткань. «Внеполосному-II» только что подтвердили окончание ремонта! Итак, они готовы к отлету, но три члена экипажа все еще в гавани, а одна вообще пропала. Фам перелетел через аквариум и наконец своими глазами увидел Синепанциря. Аккуратно маневрируя соплом скафандра, он подлетел к наезднику и опустился рядом с ним. Его появлению обрадовались примерно так же, как сколопендре на пикнике. Бивненогий резьбоносец в это время разглагольствовал через трисквелинского переводчика, постукивая своим произведением искусства по стене. Завидев Фама, чужак аж втянул шейные ручки и подобрал бивни. Остальные последовали его примеру. Вся компания стала поспешно удаляться по стене, прочь от Фама с Синепанцирем. – Наше дело здесь закончено, – сказал трисквелинский переводчик. – Мы не знаем, куда делся ваш друг. Синепанцирь умоляюще замахал ветками им вслед: – Н-но нам нужно хоть какое-то указание, где… кто… Бесполезно. Святой Ринделл и его веселая ватага ретировались. Синепанцирь издал резкий трескучий шелест досады. Ветви его немного изогнулись, а все внимание сосредоточилось на Фаме Нювене. – Сир Фам, у меня есть повод усомниться в вашем опыте торговца. Святой Ринделл мог бы нам помочь. – Может, и мог бы. – Фам следил, как бивненогие исчезают в толпе, волоча за собой шпалеры, как большой черный воздушный шар. «Хм. А вдруг святой Ринделл и вправду честный торговец?» – А какова вероятность, что Зеленожка вот так взяла и бросила тебя в разгар переговоров? Синепанцирь на миг впал в замешательство. – На обычной торговой стоянке – только если бы заметила какую-то исключительную возможность для прибыли. Но здесь я… Равна сочувственно заметила: – А если она, э-э, попросту забыла контекст? – Нет, – уверенно ответил Синепанцирь. – Тележка бы ни за что ей этого не позволила. Не в разгар тяжелых переговоров. Фам перетасовал окна в своем шлеме, поглядел во все стороны. Толпа по-прежнему расступалась перед ними. Местных стражей порядка видно не было. «А я их узнаю, если замечу?» – Хорошо, – сказал Фам. – У нас в любом случае проблема, независимо от моего вмешательства. Я предлагаю прогуляться. Попробуем найти Зеленожку. Трескучий шелест. – У нас нет особого выбора. Миледи Равна, пожалуйста, постарайтесь связаться с тем бивненогим, который знает трисквелин. Возможно, он выведет нас на местных наездников. Синепанцирь отлепился от стены и развернулся на двигателях. – Идемте, сир Фам. Синепанцирь провел его через торговый ряд, примерно в том направлении, куда удалилась Зеленожка. Путь можно было назвать каким угодно, только не прямым; вихляясь, как пьяные, они однажды чуть не вернулись в исходную точку. – Терпение, терпение, – ответил наездник, когда Фам пожаловался, что они слишком медленно движутся. Наездник не пытался пробраться через скопления чужаков. Если те не реагировали на вежливые взмахи веток, Синепанцирь просто облетал их. Фама он все время прикрывал собой, чтобы устрашающие бронелезвия не так бросались в глаза. – Сир Фам, вам могло показаться, что эти существа очень миролюбивы и ничего не стоит их растолкать. Это они между собой такие. Расы эти сосуществуют уже тысячи лет и выработали локальные правила соседства. С посторонними они в силу необходимости бывают весьма невежливы, иначе их бы давно отсюда выжили. Фам вспомнил предупреждение насчет дресс-кода и не стал спорить. За следующие двадцать минут торговец из Чжэн Хэ продал бы душу: на расстоянии вытянутой руки бродили представители дюжины различных разумных видов. Но, достигнув дальней стены, Фам уже весь извелся. Ему еще дважды сделали замечание по поводу дресс-кода. Единственной отдушиной оставалась услуга доступа к локальной сети, которую святой Ринделл пока не отключил, так что Равна могла обмениваться информацией: – Местная колония наездников примерно в сотне километров от торгового ряда. За стеной, у которой вы находитесь, что-то наподобие транспортной станции. Прямо впереди показался туннель, в котором исчезла Зеленожка. Было видно, что за ним – темнота космоса. Толкучка впервые поредела: мало кто удалялся в туннель, немногие же и покидали его. В затылочных окнах мелькнул лазерный огонек. – Нарушение дресс-кода. Четвертое предупреждение. Примерный перевод: «Пожалуйста, немедленно покиньте помещение». – Да уходим мы, уже уходим! Их окружила тьма, и Фам увеличил чувствительность окошек шлема. Сперва он подумал, что «транспортная станция» открыта вакууму, а местные используют сдерживающие поля, как на Вершине Запределья. Потом заметил, как ряды колонн сливаются в прозрачные стены. Они все-таки в старомодном замкнутом помещении, но вид… Эта сторона арки была обращена к звездам. Всего в нескольких десятках метров от него парили в пустоте, как рыбешки в океане, частицы кольца. В отдалении над плоскостью кольца вздымались постройки такие высокие, что на них ослепительно сверкало солнце. Источник самого яркого света, однако, находился почти над головами: синий океан, белые облака. Мягкий свет озарял все вокруг Фама. Везде, где случалось побывать Чжэн Хэ, подобное зрелище сочли бы добрым знаком. Впрочем, океан был не совсем настоящий: сферический контур не идеально ровный, поперек падает тень кольца. До маленького объекта было лишь несколько сотен кликов. Один из контрольных спутников, замеченных ими по пути сюда. Облачная атмосфера спутника была четко ограничена каким-то просторным куполом. Фам с трудом отвел взгляд: – Десять к одному, что там и обитают наездники. – Разумеется, – ответил Синепанцирь. – Вполне типичное для нас место. Впрочем, прибой в такой низкой гравитации вряд ли пришелся бы мне… – Дорогой мой Синепанцирь, сир Фам! Я здесь! Голос Зеленожки. Скафандр Фама подтверждал, что сигнал локальный, а не маршрутизируется через «Внеполосный-II». Ветки Синепанциря изогнулись во всех направлениях. – Зеленожка, с тобой все в порядке? Несколько мгновений они шелестели друг с другом, потом Зеленожка подытожила на трисквелине: – Сир Фам? Да, со мной все в порядке. Извините, что я вас так переполошила. Я видела, что сделка с Ринделлом идет успешно, а тут как раз местные наездники мимо проезжали. Замечательные ребята, сир Фам. Они нас пригласили остановиться в своей колонии. Всего на денек-другой. Чудесно же будет отдохнуть там перед дорогой. А еще я думаю, что они могут нам помочь. Совсем как в романтических квестах из постельной библиотечки Равны: на полпути к цели усталые путники находят прибежище и получают какой-нибудь волшебный подарок. Фам сказал по закрытому каналу, обращаясь к Синепанцирю: – Это действительно Зеленожка? И не под принуждением? – Это она, сир Фам, и она вполне свободна. Вы же слышали, как я с ней говорил. Я ее двести лет знаю. Никто ей ветви не выкручивает. – Тогда какого хрена ради она бросила нас? – Фам почти прошипел последние слова и сам этому удивился. Длинная пауза. – Это странно. Я предположил бы, что у местных наездников откуда-то имеется крайне важная для нас информация. Вперед, сир Фам. Но будем осторожны. Он покатил прочь, словно наугад. – Рав, а что ты… Тут Фам заметил, что на панели комм-датчика мигает красный огонек, и гнев его как рукой сняло. Как давно нет связи с Равной? Фам последовал за Синепанцирем, летя на газовых двигателях в темпе наездника и держась очень низко. Место было сплошь утыкано липкими присосками, которыми наездники пользовались в невесомости. В то же время оно казалось пустынным, заброшенным. Никого не видать, а ведь всего в сотне метров отсюда – свет и толпа народу. Тут буквально разило западней, хотя какой в ней смысл? Если «истребители паразитов» или их подручные заметили Фама с Синепанцирем, достаточно было бы просто поднять тревогу. Неужели все-таки подстава Ринделла? Фам включил лучеметы скафандра и активировал «контрмеры»; во все стороны упорхнули мошкамеры. Хватит на сегодня дресс-кодов. Синеватый лунный свет заливал равнину, высвечивая невысокие холмики и угловатые массивы какого-то оборудования. Поверхность была издырявлена ямами (входами в туннели?). Синепанцирь что-то бормотал насчет «прекрасной ночи» и того, как чудесно сейчас сидится в прибое на морском берегу в сотне километров над ними. Фам сканировал окружение во всех направлениях, искал зоны обстрела и ловушки. Одна из мошкамер показала лес безлистных ветвей: то были наездники, безмолвно замершие в лунном свете. До них оставалось еще два пригорка. Молчаливые, неподвижные, они стояли во мраке… может, просто любуются лунным светом? Увеличив картинку с камеры, Фам без труда опознал Зеленожку; та замыкала пятерку наездников. Он четко видел косметические полоски на ее тележке. Передняя часть тележки бугрилась выступом, как если бы в этом месте торчал стержень. Какой-то крепежный механизм? Фам подвел туда пару мошкамер. Оружие. Все наездники были вооружены.
Бой Фама с наездниками. Фам Нювен вступает в сложный бой с засадным отрядом наездников, в ходе которого он обнаруживает мину и отвлекает противников, используя тактическое преимущество. Несмотря на ранение и потерю большинства своих «мошкамер», Фам уничтожает нескольких врагов и устанавливает связь с командой, используя лучемет как передатчик. В финальной схватке Синепанцирь пытается спасти Зеленожку, но Фам, находясь в критическом состоянии и теряя сознание, наносит случайный выстрел. В результате боя Фам теряет сознание, в последний раз увидев корабль в небе.
– Мы уже на борту транспортника, Синепанцирь, – сказал голосок Зеленожки. – Ты его заметишь через несколько метров, он сразу за углом вентиляционной кучи. Наверное, имелся в виду пригорок, у которого сейчас находились человек и наездник. Но Фам знал, что никакого флаера там нет; Зеленожка и ее вооруженные напарники просто выманивают их. Коварство весьма искусное, но в то же время и очень низкотехнологичное. Фам чуть не выкрикнул предостережение Синепанцирю. Потом увидел, что на склоне холмика, всего в паре метров ниже того места, где находился наездник, смонтирован какой-то керамический прямоугольник. Ближайшая мошкамера опознала в нем взрывчатку, вероятно направленную мину. Рядом была установлена камера низкого разрешения – по сути, обычный сенсор движения. Синепанцирь как ни в чем не бывало проехал мимо, продолжая весело болтать с Зеленожкой. Они его пропустили. Нахлынули новые мрачные подозрения. Фам остановился, резко сдал назад, не касаясь почвы. Он не производил ни звука, кроме тихих выхлопов газовых двигателей. Отцепив одну из клешней, он заставил мошкамеру пронести ее вблизи минного сенсора… Вспышка бледного пламени и очень громкий звук. Хотя Фам был в пяти метрах, его задело ударной волной. Он успел заметить, как Синепанцирь, по ту сторону заминированного участка, прячет ветки под колеса. Рядом пронесся иззубренный металлический осколок. Неуправляемый: обратно для атаки он не вернулся. Взрыв уничтожил несколько мошкамер. Фам воспользовался суматохой, резко врубил ускорение и взлетел по ближайшему «холму». За ним обнаружилась неглубокая долина (проулок?), в конце которой стояли наездники. Засадный отряд поехал вперед, окружая холмик оцеплением и удовлетворенно шелестя между собой. Фам из любопытства не стал стрелять. Спустя миг в сотне метров от него показался Синепанцирь. – Фам? – растерянно звал он. – Фам? Засадный отряд проигнорировал Синепанциря. Трое наездников исчезли за холмом. Мошкамеры Фама показали, как они резко тормозят и напрягают ветки – внезапно поняли, что Фам ускользнул. Пятерка рассыпалась по местности, прочесывая ее в поисках человека. Обольстительных речей Зеленожки слышно не было. За холмом раздался резкий треск, полыхнул бластер. Кто-то перенервничал и напрасно нажал на спуск. А над всем этим летал Синепанцирь. Идеальная мишень, но его не трогали. В его речи смешивались трисквелин и трескучий наездничий шелест. То, что Фам понимал, отражало страх: – Почему вы стреляете? В чем дело? Зеленожка, отзовись! Параноика Фама Нювена это не обмануло. «Ты мне там наверху не нужен». Он выцелил наездника основным лучеметом, подумав, чуть сдвинул прицел и выстрелил. Вспышку обычным глазом не увидеть, но мощность импульса достигала нескольких гигаджоулей. Вдоль траектории выстрела воссияло плазменное облако, не достав до Синепанциря каких-то пяти метров. Высоко над тележкой наездника треснул хрустальный купол. Актиническая вспышка впечатляла: сверкающие фрагменты купола разлетелись тысячей лучистых осколков. Как только засветился купол, Фам отлетел в сторону. Синепанциря тоже отшвырнуло, но наездник восстановил равновесие и метнулся под прикрытие. В том месте, куда ударил луч, расцветала ослепительная корона плазмы, по мере остывания меняя цвет от голубого к оранжевому и красному. Света она по-прежнему давала больше, чем контрольный спутник наверху. Предупредительный выстрел Фама сработал точно перст указующий. Следующие пятнадцать секунд четверо наездников отчаянно обстреливали точку, откуда ударил луч. Воцарилась тишина, затем раздался слабый шелест. Пятерка воображала, что легко обыграет человека в прятки. Они пока не понимали, как хорошо он вооружен. Фам усмехнулся, пролистывая картинки с мошкамер. Он видел каждого противника, а также Синепанциря. Если здесь только эта четверка (пятерка?), проблем они не доставят. Но, без сомнения, вскоре подоспеет подкрепление, а с ним и реальная засада. Пробоина в потолке остыла и потемнела. Диаметр дыры достигал полуметра. Оттуда исходил шипящий звук ветра, и Фама передернуло даже под броней. Утечка воздуха пока не угрожала наездникам, но все же это ЧП, и на него отреагируют. Он осмотрел дыру. Снизу казалось, что там дует легкий бриз, а на самом деле уже в паре метров под пробоиной свирепствовало миниатюрное торнадо, закручивая и унося наружу пыль и обломки. А за пределами прозрачной оболочки, в космосе, за темным провалом виднелось сверкающее облако: солнце озаряло космический мусор, вылетавший из тени колец. В сознании скреблась какая-то новая идея… Ой. Пятеро наездников почти сомкнули оцепление. Один высунулся, заметил Фама и выпалил в него. Фам ответил: от наездника остались облачко перегретого водяного пара и обугленные ветки. Тележка не пострадала и поплыла меж холмами в пустоте; напарники погибшего в панике обстреляли ее. Фам снова передислоцировался, отлетев подальше от врагов. Он выгадал еще несколько спокойных минут. Посмотрел на сверкающее облако по ту сторону купола. О чем бишь?.. А, ну да. Если наездники ждут подкрепления, то почему бы и ему?.. Глядя на облачко, Фам маршрутизировал голосовую связь через спусковой контур лучемета. Начал было говорить, потом остановился… Лучше снизить мощность. Дьявол в деталях. Снова прицелился, выстрелил несколько раз и произнес: – Равна, я очень надеюсь, что ты глаза уже продрала. Мне нужна помощь… – И вкратце описал безумные события последних десяти минут. На сей раз мощность луча составляла менее десяти килоджоулей в секунду, даже воздух не засветился. Но, отраженный облачком снаружи, луч станет виден за тысячи кликов. Его увидят и на «Внеполосном-II», по ту сторону хабитата. Наездники снова смыкали кольцо. Проклятье. Фам не мог поставить сообщение в очередь на передачу; импровизированный передатчик был ему нужен сейчас позарез. Фам перелетал из долинки в долинку, держась за тележкой наездника, который оторвался от остальных. Он был один против троих (четверых?). Он превосходил их в огневой мощи и доступе к информации, но если не повезет, его срежут одним выстрелом. Он выбрал следующую цель. «Спокойно, осторожно…» По руке Фама ударил световой хлыст, да так, что броня вспыхнула цветами побежалости. Человек дернулся, брызнули белые раскаленные капли металла. Он рванул между холмиков, поливая огнем наездников внизу. Лучи сходились на нем, но он уже вылетел под прикрытие. Враги работали чертовски быстро, словно у них имелась система автонаведения. А может, так оно и было. Тележки. Тут пришла боль. Фам сложился в три погибели, задыхаясь. Если рана вроде тех, какие ему припоминались, значит плоть прожжена до кости. Из глаз потекли слезы, накатила тошнота. На миг он отключился, но тут же пришел в себя. Еще секунда-две – и он не очнется. Наездники приближались, но от последней жертвы его лучемета остались только обломки тележки в медленно остывающем кратере. Автоматика скафандра затянула дыру в броне. Фам почувствовал холодок: броня вколола ему обезболивающее. Боль утихла. Он облетел вокруг пригорка, стараясь держаться так, чтобы никто из троицы врагов его не заметил. Они уже догадались про мошкамеры: каждые несколько секунд сверкала вспышка и вершина очередного холмика превращалась в раскаленный шлак. Они стреляли из пушек по воробьям, но мошкамер становилось все меньше. Выбивают его главный козырь. Где этот Синепанцирь? Фам попереключал картинки с уцелевших мошкамер, потом вернулся к обзору из скафандра. Мерзавец все еще летал высоко над полем битвы, и дружбаны-наездники его не трогали. «Он им докладывает, что я делаю. – Фам сменил позу, неуклюже выцеливая лучеметом крохотную фигурку. Поколебался. – Раскис ты, Нювен». Синепанцирь вдруг полетел вниз, взмахнув грузовым шарфом. Очевидно, включил двигатели на полную. Фоновые взрывы от лучевых ударов и бульканье кипящего металла заглушали его полет. Он пикировал прямо на ближайшего наездника засадного отряда. Не долетая до земли тридцати метров, Синепанцирь выпустил что-то длинное, угловатое. Этот предмет отделился от его тележки, а сам Синепанцирь нырнул вбок и скрылся за холмами. Одновременно и куда ближе к Фаму что-то хлопнуло и заскрежетало. Фам выслал одну из немногих уцелевших мошкамер осмотреть склон. Он углядел силуэт тележки и ветки, бессильно распластанные по раздавленному стволу. Вспышка света. Мошкамера сдохла. Значит, остались только два врага, в том числе Зеленожка. Секунд десять никто не стрелял, но тишина не восстановилась. Пузырился и трескался, остывая, сияющий металл на предплечье скафандра. Высоко наверху со свистом уносился в дыру воздух. На уровне земли шелестели вихри, не позволяя удерживаться на месте: приходилось все время маневрировать газовыми движками. Фам помедлил, позволяя вихрю тихо вынести себя прочь из неглубокой долины. Вон там. Тихое шипение – это не его двигатели. Вот снова. Два наездника брали его в «вилку» с разных сторон. Они явно не знали его точной позиции, но координировали свои действия. Боль накатывала и опадала, а с нею и связность мысли. Короткими импульсами набегали тьма и агония. С анестетиками Фам связываться больше не рисковал. Он увидел, как над ближним холмом высунул кончики ветвей какой-то наездник. Замерев, Фам пригляделся. Наверное, наездник может видеть ровно столько, чтобы отслеживать движения… Две секунды. Последняя мошкамера Фама показала, как сбоку тихо подлетает еще один враг. В любую секунду двое могут соединиться и броситься на него. Фам бы сейчас что угодно отдал за боевую мошкамеру. Он столько корпел над самопальным оружием, а до такого не додумался. Ну и ладно. Он выжидал, пока сознание более-менее прояснится, чтобы вознестись над противником и выстрелить. Громкий треск ветвей – тут кто-то есть! Мошкамера Фама показала Синепанциря: наездник ехал под сходящимися стенами в сотне метров от них. Он менял укрытия, но оставался ближе к Зеленожке, чем к другому. А что за треск? Мольба? Проведя с наездниками пять месяцев, Фам все равно почти не понимал их языка. Зеленожка – неизменно тихая, застенчивая Зеленожка – ничего не ответила, но, повернув свой лучемет, окатила наклонные стены струей огня. Третий наездник чуть высунулся из-за холма, тоже собираясь выстрелить туда. Он бы уложил Синепанциря на месте, если бы этим движением не подставился под выстрел Фама Нювена. И Фам выстрелил точно в тот миг, когда наездник показался из укрытия. Теперь остается только один шанс. Если развернуться и выпалить в Зеленожку, пока та не расправилась с Синепанцирем… Маневр несложный, перевернуться вверх тормашками, зависнуть вниз головой, прямо над Зеленожкой и позади нее. Но для Фама в его нынешнем состоянии простых маневров не существовало; он завертелся слишком быстро, ландшафт замелькал и стал удаляться. Впрочем, вот же Зеленожка, выцеливает его своим оружием, порядок… Тут возник Синепанцирь: мчится к ним на полной скорости меж колонн, все еще сверкавших от залпа Зеленожки. Он громко закричал Фаму: – Молю, не убивайте ее, не убивайте!.. Зеленожка поколебалась, потом навела оружие на Синепанциря. Фам нажал на спуск, не переставая вращаться. Луч дергался, бил по земле. Сознание ускользало. «Целься! Целься же!» Он пропахал землю сверкающей расплавленной стрелой, и та уткнулась во что-то темное, горбастое. Крохотная фигурка Синепанциря продолжала катиться через поле боя навстречу Зеленожке. Потом Фам слишком резко повернулся, а припомнить, как меняется угол обзора, не сумел. Перед глазами медленно проплыло небо. Голубоватая луна, рассеченная посередке резкой тенью. Совсем близко – корабль с перистыми шипами, похожий на огромную мокрицу. «Во имя Чжэн Хэ… где это я?..» И он отключился.
Разговор Фама и Равны в медотсеке. Фам Нювен приходит в сознание в медотсеке после тяжелой операции и узнает от Равны, что его левая рука почти полностью уничтожена. Он быстро осознает опасность ситуации и, используя свои командные права, изолирует наездников, включая Синепанциря, чтобы предотвратить их действия. В ходе разговора с Равной и Синепанцирем Фам анализирует детали недавней засады и приходит к выводу, что их преследует не просто группа наездников, а некое внешнее влияние — Страумлианское Искажение. Он предполагает, что наездники были порабощены этой силой, которая стремится к возвращению своего древнего Создателя.
Он видел сны. Его снова разжаловали из капитанов и отрядили в корабельную теплицу, ухаживать за растениями в горшках. Эх, грусть-печаль. В обязанности Фама входило поливать растения и следить, чтобы они вовремя расцветали. Но затем он заметил, что у горшков есть колеса; растения заезжали ему за спину, чего-то выжидали, переговаривались трескучим шелестом. Раньше они казались ему красивыми, а теперь стали зловещими. Фаму прежде нравилось кормить и поливать растения: они ему всегда были симпатичны. А теперь он один на всем корабле знал, что они – враги всего живого. Фам Нювен не единожды просыпался в окружении медицинского оборудования. Тесные гробообразные баки, скучные зеленые стены, проводки и трубки – со всем этим он почти свыкся. На сей раз все было иначе; он не сразу сообразил, где находится. Над ним склонялись гибкие тонкие деревца, слегка колыхаясь на теплом ветру. Ему казалось, что он лежит на мягчайшем мху посреди небольшой полянки над прудом. В воздухе над гладью пруда висело жаркое летнее марево. Очень приятное местечко, вот только листья какие-то шерстистые, а подобный оттенок зеленого Фаму еще не встречался. Он был дома, но дом этот принадлежал кому-то другому. Фам потянулся коснуться ближайшей ветки, но рука его уткнулась в незримую преграду сантиметрах в пятидесяти от лица. Выгнутая стенка. Как бы ни были замысловаты картинки, автохирург мало отличался от прочих на его памяти. Где-то по ту сторону головы прозвучал щелчок; идиллия растаяла, теплый ветерок утих. Кто-то – Равна – парил над его цилиндрической капсулой. – Привет, Фам. Она просунула руку внутрь автохирурга, сжала его ладонь. Нерешительно поцеловала. Вид у девушки был измученный, словно она недавно много плакала. – Привет и тебе, – ответил он. Память возвращалась рывками. Он попытался оттолкнуться от постели и обнаружил еще одно сходство с автохирургами Чжэн Хэ: его пристегнули. Равна вымученно рассмеялась: – Хирург, отстегни его. Спустя миг Фам воспарил над ложем. – Он меня все еще держит за руку. – Нет, это лубок. Твоя левая рука еще долго будет отрастать, Фам. Ее почти полностью сожгли. – Ах вот оно что. Он опустил взгляд и увидел, что левая рука притянута к боку белым коконом. Он вспомнил перестрелку и догадался, что сны его были отчасти порождены кошмарной реальностью. – Сколько я тут провалялся? В голосе его звучала тревога. – Около тридцати часов. Мы уже удалились от Гармоничного Покоя более чем на шестьдесят световых лет. Все отлично, только вот такое впечатление, что все на свете за нами гонятся. Сон. Он стиснул кисть Равны здоровой рукой: – Наездники! Где они? «О Флот, только бы не на борту». – Т-то, что осталось от Зеленожки, в другом хирурге. Синепанцирь… «Почему он оставил меня в живых?» – подумал Фам, оглядывая каюту. Они были в медотсеке. Отсюда метров двадцать до любого оружия. Так. Есть кое-что поважнее оружия: командные права консоли управления «Внеполосным-II»… если еще не поздно. Фам вытолкнул себя из хирурга и полетел прочь. Равна последовала за ним. – Фам, полегче. Ты же только что из хирурга. – Что они тебе рассказали про ту перестрелку? – Бедная Зеленожка не в состоянии говорить, Фам. Синепанцирь рассказал, в общем, то же самое, что и ты: Зеленожку похитили вымогатели-наездники, заманили вас в ловушку. – Гм, гмм, – бессодержательно промычал Фам. Может, еще есть шанс. Возможно, Синепанцирь еще не переметнулся на сторону врага. Фам торопливо перемещался вдоль оси корабля, отталкиваясь одной рукой. Через минуту он добрался до мостика. Равна следом. – Фам, в чем дело? Нам еще столько всего надо обсудить… «Ты чертовски права». Он нырнул в командную рубку и занял место у консоли. – Корабль, ты узнаешь мой голос? – Фам, что ты… – начала было Равна. – Да, сир. – …тут вытворяешь? – Командные привилегии, – произнес он. На время отлучки наездников они были ему предоставлены. – Еще в силе? – Действительны. Наездники за тридцать часов могли превосходно подготовиться к обороне. Слишком легко, слишком просто. – Отключить командные привилегии наездников. Изолировать их. – Исполнено, сир, – ответил корабль. Вранье! Но что еще он может сделать? Панический страх захлестнул его с головой… и вдруг обернулся предельным хладнокровием. Он ведь из Чжэн Хэ… и в нем богосколок. Оба наездника пребывали в одной и той же каюте: Зеленожка лежала во втором корабельном автохирурге, идентичном тому, из которого только что вышел Фам. Он открыл окошко каюты. Синепанцирь сидел рядом с хирургом. Ветви его казались увядшими, как в тот миг, когда пришло известие о Сьяндре Кей. Он выгнул их так, чтобы попасть на видео. – Сир Фам… корабль говорит, что вы отменили наши привилегии? – Фам, что происходит? – Равна утвердила ногу на полу и пожирала его яростным взглядом. Фам проигнорировал оба вопроса. – Как там Зеленожка? – спросил он. Ветви отвернулись, вроде бы пожухли еще сильнее. – Она будет жить… Благодарю вас, сир Фам. В той ситуации… немногие бы справились лучше вас. Я и не рассчитывал на большее. «А что я сделал?» Он вспомнил, как стрелял по Зеленожке. Он что, сдвинул прицел? Заглянул внутрь хирурга. Устройство заметно отличалось от человеческих: почти весь объем заполнен водой, а ветки пациента погружены в турбулентный поток воздушных пузырьков. Зеленожка спала (наверное), вид у нее был более хрупкий, чем ему запомнилось, ветви ее бездумно колыхались в воде. Некоторых недоставало, но ствол ее, кажется, не пострадал. Взгляд Фама проследовал вниз по стволу, к точке обычного сочленения наездницы с тележкой. Ствол оканчивался жгутом хирургических трубок. И Фаму припомнилось, как в последний связный миг перестрелки он отстрелил Зеленожке тележку. «Как себя чувствует наездник, которому не на чем ехать?» Он отвел взгляд в сторону: – Я удалил твои командные права, потому что я тебе не доверяю. «Бывший друг, орудие моего врага». Синепанцирь не ответил, вместо него заговорила Равна: – Фам, без помощи Синепанциря я бы ни за что тебя с хабитата не вытащила. А потом мы застряли в Покойся с Миром. Проклятый спутник орал о нас благим матом на всю систему – они догадались, что мы люди. Апраханти пытались взять гавань штурмом и уничтожить нас. Без Синепанциря мы бы ни за что не уломали местную службу охраны разрешить нам ультраскачок – а в противном случае нас бы разнесли на куски сразу на выходе из плоскости кольца. Мы бы все там упокоились, Фам. – Ты знаешь, что там произошло? Лицо Равны немного смягчилось. – Да. Но тут же дело в тележках. Подвела техника. Несложно отсоединить от механических сочленений кибернетическую начинку. Те наездники крутили ее колеса и стреляли из ее оружия. Вот как. В окошке за спиной Равны он видел Синепанциря. Тот хранил молчание, ветвями не шевелил. Торжествует? – Это не объясняет, почему Зеленожка заманила нас в ловушку. – Фам поднял руку. – Да, я знаю, под принуждением и все такое. Но, Равна, тут такая маленькая деталь: ее никто не заставлял. Она сама. С энтузиазмом. – Он снова посмотрел через плечо девушки. – Ее никто не вынуждал это делать. Не так ли ты мне говорил, Синепанцирь? Длинная пауза. – Да, сир Фам, – наконец ответил наездник. Равна повернулась, отплыла в сторону, чтобы видеть обоих. – Но… но это все равно чушь. Зеленожка с нами была с самого начала. Она бы тысячу раз могла уничтожить корабль или послать весть наружу. Зачем устраивать эту идиотскую засаду? – Да, почему они не предали нас раньше… Пока она не задала этот вопрос, Фам не знал ответа. Факты были перед ним, но в стройную теорию не укладывались. А теперь все сошлось воедино: засада, сны в автохирурге, даже парадоксы. – Потому что раньше она предательницей не была, я думаю. Мы ускользнули с Маршрутизатора беспрепятственно, никто о нас не узнал, а уж про наш пункт назначения – и подавно. Наверняка и на Гармоничном Покое никто не ожидал, что появятся люди. – Он помолчал, пытаясь собраться с мыслями. Засада… – Засада была не такая уж и глупая… но ее готовили впопыхах. У врага не было запасного плана. Оружие примитивное, самое простое… – (вспышка озарения), – и вот почему. Я готов побиться об заклад, что, если покопаться в ошметках Зеленожкиной тележки, окажется, что лучемет ее переделан из какого-нибудь режущего инструмента. А единственный сенсор на клейморной мине – датчик движения и он явно из гражданской аппаратуры. Все гаджеты слеплены вместе на скорую руку теми, кто специально к битве не готовился. О нет, врага застало врасплох наше появление. – Думаешь, апраханти могли… – При чем тут апраханти! Судя по твоим словам, они вломились только после перестрелки, когда спутник наездников заголосил о нашем присутствии. Кто бы это ни был, к бабочкам он отношения не имеет. У него чуток агентов там, чуточку тут, во множестве звездных систем: обширная сеть информаторов, которые ловят все сколько-нибудь интересное. Они заметили нас. У них почти не было ресурсов, но все же местная ячейка попыталась захватить наш корабль. И о нашем появлении они дали знать, только потерпев поражение в прямой схватке. Они не хотели позволить нам уйти, любой ценой. – Он ткнул рукой в окошко ультраволновика. – Если я правильно понял, у нас на хвосте больше пятисот кораблей. Взгляд Равны метнулся к дисплею и обратно. – Да, – ответила она бесстрастно, – это часть главной флотилии апраханти и… – И будет еще больше, вот только не все эти корабли будут бабочкиными. – То есть? Зачем наездникам злоумышлять против нас? Заговор этот бессмыслен. У них даже государства никогда не было, что уж говорить про межзвездную империю. Фам кивнул: – Всего-навсего мирные обители, как та контрольная луна. Во множестве поливидовых цивилизаций по всему Запределью. – Он понизил голос. – Не-ет, Рав, наш истинный враг сейчас – не наездники, а то, что ими управляет. Страумлианское Искажение. Ошеломленная тишина. Он заметил, как тесно прижимает к стволу ветки Синепанцирь. Знает. – Это единственно возможный мотив, Равна. Зеленожка и вправду была верна нам, была нашей подругой. Я думаю, лишь малая доля наездников порабощена Искажением. Когда Зеленожка с ними столкнулась, они и ее перевербовали. – Н-невозможно! Фам, это Срединное Запределье. Зеленожка смелая и упорная. Никакая промывка мозгов ее бы так быстро не поменяла. Но в глазах девушки проступали ужас и отчаяние. Так или иначе, а правда будет кошмарна. «А я все еще здесь, жив и говорю с ней. Аргумент в пользу богосколка. Быть может, шанс еще есть!» И он заговорил, одновременно соображая, как следует отвечать. – Зеленожка была верна нам, однако ж ее полностью перевербовали за считаные секунды. Это не просто взломанная тележка или какой-нибудь наркотик. Такое впечатление, что наездник и его тележка изначально были запрограммированы на отклик. – Он посмотрел на Синепанциря, пытаясь предугадать реакцию наездника на то, что он скажет дальше. – Наездники давным-давно ожидают возвращения своего Создателя. Раса эта очень древняя, возможно, древнее всех, кроме разве таких, кто уже из ума выжил. Они живут повсюду, но небольшими группами. Неизменно миролюбивые, неизменно практичные. А когда-то в самом начале их истории, несколько миллиардов лет назад, предки наездников угодили в эволюционную ловушку. Их Создатель построил первые тележки и сотворил первых наездников. Теперь, думается, понятно, кто это был и зачем так поступил. Да-да, я знаю, что известны и другие случаи возвышения. Но этот оказался поразительно стабилен. Большие тележки – дань традиции, как говорит Синепанцирь, но слово это обычно применяют к цивилизациям на куда более коротких временны`х отрезках. Современные большие тележки полностью идентичны моделям миллиардолетней давности. Эти устройства можно построить в любом месте Запределья, но происходит разработка, несомненно, с Вершины или из Трансценденции.
Спор о судьбе наездников. Фам, Равна и наездник Синепанцирь обсуждают природу технологий «Искажения» и судьбу наездников, которых Фам считает необходимо уничтожить. Фам настаивает на публикации правды о тайном оружии Погибели в Сети, однако Равна категорически отказывается из-за страха перед возможными последствиями для миллиардов жизней. В ходе конфликта Равна устанавливает систему самоуничтожения корабля, вынуждая Фама пойти на компромисс и оставить наездников в живых. В итоге герои решают продолжать миссию по спасению Джефри, оставаясь в состоянии взаимного недоверия и скрытой борьбы.
Один из первых щелчков по самолюбию, полученных им в Запределье. Он просмотрел технологические схемы тележек (на самом деле – результаты вскрытия). Снаружи казалось, что это чисто механическая конструкция, у нее даже движущиеся части были! Сопроводительный текст пояснял, что изготовить ее можно почти на любой фабрике, едва ли более продвинутой, чем некоторые заводы Медленной Зоны. А вот электроника представляла собой хаотичную мешанину компонентов, не проявлявшую ни модульной, ни иерархической структуры. И тем не менее она работала, притом куда эффективнее устройств, придуманных интеллектами человеческого уровня. О починке же или отладке, если не считать кибернетической компоненты, не могло идти и речи. – В Запределье никто не понимает всех возможностей тележек, не говоря уж о требованиях, которые накладывает адаптация к ним на самих наездников. Не так ли, Синепанцирь? Наездник сильно стукнул ветвями по центральному стволу и снова яростно затрещал. Фам его таким еще не видел. Ужас? Ярость? Голос Синепанциря из вокодера искажали нелинейные помехи: – Ты смеешь спрашивать? Ты смеешь спрашивать? Да как тебе не стыдно спрашивать меня, который помог… Голос подскочил до высоких частот, и наездник умолк, сотрясаясь всем телом. Фаму, торговцу из Чжэн Хэ, стало нестерпимо стыдно. Наездник знал, понимал и… заслуживал лучшей участи. Наездников придется уничтожить. Нет смысла слушать его оправдания. Рука Фама дернулась отключить связь, потом замерла. «Нет. Это твой последний шанс увидеть… работу Искажения». Взгляд Равны метался между человеком и наездником, и Фам понимал, каково ей. Лицо девушки исказилось му́кой, такой же, как после известия о гибели Сьяндры Кей. – Ты утверждаешь, что изначальные тележки изготовлены Искажением. – И оно модифицировало наездников. Это было давным-давно. Конечно, не тем экземпляром Искажения, который создан страумерами, но… Погибель – таково было другое общепринятое имя Искажения. Оно точнее отвечало точке зрения Старика. Какой бы трансцендентной ни была природа Искажения, вело оно себя скорей как болезнь. Возможно, чтобы одурачить Старика… Но теперь Фам понял: Погибель жила в спорах, таилась там невероятно долгое время. Пряталась в архивах, выжидала шанса на размножение. И она создала себе помощников для поры расцвета… Он посмотрел на Равну и вдруг еще кое-что понял. – Рав, у тебя было тридцать часов на размышления. Ты видела запись с камер моего скафандра. Ты же должна была догадаться если не обо всем, то о большей части. Она потупилась. – О меньшей, – наконец вымолвила она. Во всяком случае, больше не пытается отрицать. – Ты знаешь, как мы должны поступить, – сказал он тихо. Богосколок несколько ослабил хватку. Теперь ясно, что делать, и его воля будет исполнена. – А как? – уточнила Равна, будто не поняла его. – Мы обязаны сделать две вещи. Во-первых, запостить это в Сеть. – И кто нам поверит? «Сеть Миллиона Лжецов». – Много кто. Как только присмотрятся внимательнее, поймут, что мы правы… и примут необходимые меры. Равна покачала головой. – Нет, – едва слышно ответила она. – Надо выложить это в Сеть, Равна. Наше открытие способно спасти тысячи миров. Мы обнаружили тайное оружие Погибели. – По крайней мере, для Срединного и Нижнего Запределья. Она лишь снова покачала головой. – Но если мы прокричим эту правду вслух, то погубим миллиарды! – Это самооборона. Он осторожно оттолкнулся от потолка, снова притянул себя к палубе. У нее на глазах выступили слезы. – Точно такие же аргументы выдвигали уб-бийцы м-моей семьи, моих планет… Я н-не б-буду в этом участвовать. – Но мы-то говорим правду! – Фам, я устала от погромов. Вежливое, почти невероятное упрямство. – Ты сама примешь такое решение, Рав? У нас есть информация, которую другие – лидеры, поумнее нас – вольны будут использовать, чтобы принять решение. Ты не дашь им сделать выбор? Она помедлила, и на миг Фаму показалось, что цивилизованная, привыкшая к порядку часть ее личности возьмет верх. Но затем подбородок девушки упрямо вздернулся. – Да, Фам. Я отказываю им в этом выборе. Он пробормотал что-то невнятное и отчалил назад к консоли. «Нет смысла спорить, когда нужно действовать». – И, Фам, Зеленожку и Синепанциря мы не убьем. – Рав, у нас нет выбора. – Пальцы его плясали над сенсорной панелью. – Зеленожку уже перевербовали; мы понятия не имеем, восстановится ли ее состояние после гибели тележки и не выйдет ли Синепанцирь из-под контроля. Мы не можем ни продолжать полет с ними вместе, ни отпустить их. Равна подплыла сбоку, не сводя взгляда с его рук. – Ф-фам, осторожнее, а то не тех убьешь, – сказала она тихо. – Как ты заметил, у меня было тридцать часов, чтобы подумать о моих решениях, тридцать часов, чтобы поразмыслить о твоих. – Ну что ж. Фам отстранился от консоли. Гнев (богосколок?) на миг овладел им. «Равна, Равна, Равна», – с прощальной интонацией прозвучал голос в его голове. Затем все внутри заледенело. Он-то боялся, что наездники захватили корабль, но за них это сделала, причем по доброй воле, эта бедная дурочка. Фам медленно подлетел к ней. Почти рассеянно принял боевую стойку. – И как ты собираешься помешать мне сделать то, что я должен?.. Но он уже понял. Она не отступила, даже увидев его руку в сантиметрах от своего горла. На заплаканном лице ее читалась решимость. – Как ты думаешь, Фам? Пока ты был в хирурге… я тут все поменяла. Причини мне вред, и тебе воздастся сторицей. – Девушка окинула взглядом стены за его спиной. – Убей наездников, и ты… ты умрешь. Они долго смотрели друг на друга, прикидывая расклад. Возможно, в стенах и нет никакого оружия. Он мог бы ее убить, не успеет она и глазом моргнуть. Но корабль можно запрограммировать на его убийство тысячью способов. И если это так, то выживут только наездники. Полетят ко Дну за своим призом. – Ну и что нам теперь делать? – спросил он наконец. – Как и прежде, спасать Джефри. Мы вернем контрмеру. Я ограничу возможности наездников. «Перемирие с монстрами при посредничестве идиотки». Фам оттолкнулся от стены и облетел Равну, как неодушевленный предмет. Вылетая в коридор, он услышал позади всхлип. Следующие несколько дней они старательно избегали друг друга. Фаму оставили поверхностный доступ к модулям управления кораблем. Он обнаружил, что весь прикладной уровень пронизан программами самоуничтожения. Но, что странно (и что вызвало бы у него досаду, будь он на это способен), изменения датировались часами после его стычки с Равной. Она блефовала. «Благодарение Силам, я этого не знал». Мысль не успела оформиться, как тут же исчезла. Ну и ладно. Шарада продлится до самого конца. Игра обманов и уверток. Фам исполнился мрачной решимости победить в ней. У них на хвосте целые флоты, вокруг него одни предатели. «Но, клянусь Чжэн Хэ и богосколком, Искажение проиграет. Наездники проиграют. И Равна Бергсндот, при всем ее мужестве и великодушии, проиграет тоже».
Подготовка к войне и подвиг в пути. Пока Тиратект и Стальной готовят стратегическую ловушку для Древорезчицы и совершенствуют технологии защиты от мыслезвуков, армия королевы выдвигается на север. В ходе опасного похода группа сталкивается с агрессивной стаей волков, в битве с которой Йоханна и Странник демонстрируют исключительное мужество. После уничтожения гнезда хищников Древорезчица проводит церемонию награждения, отметив подвиг Йоханны и Щепетильника. Ночью между королевой и девочкой происходит доверительный разговор о бремени лидерства и цене единства рас. Параллельно с этими событиями Фам и Равна решают судьбу наездников, готовясь к дальнейшей миссии по спасению Джефри. Все сюжетные линии переплетаются в преддверии масштабного столкновения сил.
Подробный пересказ
Разговор Тиратект и Стального. Тиратект, находясь в состоянии внутренней борьбы с остатками личности Шкуродера, осматривает строящийся замок Стального и анализирует планы по уничтожению Древорезчицы. Она осознает, что Древорезчица скоро прибудет с армией, и обсуждает со Стальным стратегию ловушки, в которую должна попасть противница. Герои обсуждают странные изменения в сообщениях Равны и решают использовать радиосвязь, чтобы получить дополнительную информацию от «данника» Древорезчицы. В ходе разговора Тиратект дает Стальному советы по управлению детьми и подчеркивает важность сохранения их доверия.
Тиратект проигрывала битву в себе самой. О, битва была далека от завершения; точнее будет сказать, что прилив сменился отливом. Поначалу ей удавались небольшие победы; однажды, скажем, она оставила Амдиджефри одних играть с коммуникатором, а дети даже не поняли, что это Тиратект им его подсунула. Но то дела давних десятидневок, а ныне… Выпадали дни, когда она полностью теряла контроль над собой. А другие, вроде бы самые счастливые, начинались с того, что ей казалось, будто власть эта восстановлена. Было непонятно, что принесет новый день. Тиратект шла по строительным лесам, поднявшимся выше стен нового замка. Место это, несомненно, новое, но замком его считать сложно. Стальной возводил его в панической спешке. Южные и западные стены очень толстые, испещрены многочисленными ходами. А северная кое-где представляла собой просто деревянное заграждение, кое-как подпертое каменной кладкой. За отпущенное Стальному время не получилось бы сделать больше. Тиратект помедлила, принюхиваясь: пахло свежераспиленным деревом. Вид с Холма Звездолета был как никогда прекрасен. Дни постепенно удлинялись, закат и восход теперь разделяли только сумерки. Снег ужался до обычных летних пятен, и вереск в тепле понемногу зеленел. Тиратект обозревала округу на целые мили, до голубоватого туманного моря и прибрежных островов. Здравый смысл подсказывал, что атака на новый замок, даже недостроенный, окажется чистой воды самоубийством: для этого требовалось собрать целое полчище. Она горько усмехнулась собственным мыслям. Разумеется, Древорезчица здравого смысла не послушается. Старуха воображала, что ее оружие, способное пробивать дыры в стенах на расстоянии сотен футов, секретно. Разведчики Стального продолжали докладывать, что Древорезчица, проглотив наживку, пустилась со своей маленькой армией и наскоро сляпанной артиллерией через горы. Тиратект спустилась по пристенной лестнице во двор. Раздался далекий гром. К северу от Ручейной Лощины пушкари самого Стального начали утренние учения. При подходящем воздухе их даже было слышно. Испытания вблизи крестьянских хозяйств не проводились. О новом оружии знали только изолированные от внешнего мира рабочие да слуги Движения высокого ранга. Стальной имел в своем распоряжении уже тридцать пушек и вдоволь пороха для них. Основной проблемой была нехватка личного состава. На близком расстоянии пушки грохотали так, что артиллеристы рисковали оглохнуть. Но что это за оружие! Пушки били почти на восемь миль, втрое дальше, чем поделки Древорезчицы. Они умели стрелять «бомбами», начиненными порохом, которые взрывались от столкновения с целью. В северных холмах появились участки, где от непрерывного огня в лесу образовались проплешины, а оползни обнажили скальное основание. И вскоре, быть может даже сегодня, у шкуродерников тоже появится радиосвязь. «Будь ты проклята, Древорезчица!» Конечно, Тиратект никогда не встречалась с Древорезчиком, но Шкуродер знал эту стаю очень хорошо. Древорезчик приходился Шкуродеру основным родителем. «Благородный Древорезчик» родил его и облек властью. Это Древорезчик обучил его свободе мысли и эксперимента. Древорезчик должен был понимать, что гордыня Шкуродера подтолкнет его дойти до пределов, куда родитель боялся ступить. И это Древорезчик обязан был казнить Шкуродера или хотя бы разбить на фрагменты, как только жуткая натура последнего дала о себе знать. Вместо этого Шкуродеру позволили удалиться в изгнание… и там он создал тварей вроде Стального, а те принялись порождать собственных монстров, пока не установилась иерархия безумия. А теперь Древорезчица вознамерилась исправить эту ошибку – с почти вековым запозданием. Плетется сюда со своими игрушечными пушками, самоуверенная идеалистка. Попадет прямо в расставленную Стальным ловушку, и никто из ее бойцов не выживет. Если бы была хоть какая-то возможность предупредить Древорезчицу! Тиратект до сих пор оставалась тут лишь потому, что дала самой себе обет низвергнуть Движение Шкуродера. Знай Древорезчица, какой прием ей здесь уготован, догадайся она о предателях в собственном стане… был бы шанс. Прошлой осенью Тиратект едва не отправила на юг анонимное послание. Некоторые торговцы посещали оба королевства, и память Шкуродера подсказывала ей, кто из них более или менее независим. Она чуть не передала одному такому листок шелковой бумаги: рассказ о том, что случилось при посадке звездолета и как выжил Джефри. Она разминулась со смертью меньше чем на сутки: Стальной показал ей донесение с юга, о другой двуногой и успехах Древорезчицы в работе с «данником». В донесении были подробности, которые мог знать лишь кто-то из ближнего круга Древорезчицы. Кто? Она не осмелилась спросить, но догадалась, что это Проныра: Шкуродер внутри Тиратект хорошо помнил своего родственника. Они… заключали сделки. Проныра ничего не унаследовал из подлинных талантов их общего родителя, зато приспособленчества в нем было с лихвой. Стальной показал ей тот доклад хвастовства ради, желая доказать Тиратект, что ему удалось деяние, на какое Шкуродер и не замахивался. Это был удар. Тиратект похвалила Стального с большей, чем обычно, искренностью… и отложила идею послать весточку южанам в долгий ящик. Если у Древорезчицы шпион в ближайшем окружении, эта попытка обернется самоубийством. И сейчас Тиратект трусила через внешний замковый двор. Тут предстояло еще много работы, но рабочие команды были числом поменьше. Стальной построил по всему двору бревенчатые хижины. Многие пустовали. Стальной рассчитывал убедить Равну посадить корабль в особое место внутри замковых стен, рядом с внутренним донжоном. Внутренний донжон. Единственное, что в этом замке отвечало стандартам Тайного Острова. Красивое сооружение, ничего не скажешь. Конечно, оно могло сойти за то, чем выставлял его Стальной в глазах Амдиджефри: убежище, призванное защитить от опасности корабль Джефри, святилище для поклонения ему. Вот центральный купол из тесаного камня на изящных консолях, диаметром не меньше главного зала твердыни на Тайном Острове. Тиратект пробежалась вокруг него, оглядывая парой глаз. Стальной хотел облицевать купол лучшим розовым мрамором. Он будет виден с неба за десятки миль. Центральным же элементом плана Стального – на случай, если спасатели отклонят приглашение приземлиться в западне, – были вмонтированные в купол ловушки. Шрек и парочка шкуродерников высокого ранга стояли на лестнице, ведущей в главный зал замка. Увидев Тиратект, они подобрались и спешно отползли прочь на брюхах… но не так торопливо, как осенью. Они знали, что остальные Фрагменты Шкуродера погибли. Тиратект едва сдержала усмешку, проходя мимо них. Как бы слаба она ни была, при всех своих трудностях она бы с этими субчиками запросто разделалась. Стальной уже ждал ее внутри. Самые важные совещания они так и проводили: наедине, только Стальной и Тиратект. Она понимала, в чем тут соль. Поначалу Стальной ее отчаянно боялся – ее, единственное на свете создание, которое не мог бы убить. Целыми десятидневками он метался между стремлениями припасть перед ней на животы и расчленить на элементы. Забавно было видеть, что вбитые в него Шкуродером много лет назад клинья все еще на местах. Затем пришла весть о гибели остальных Фрагментов. Тиратект перестала быть Шкуродером в Ожидании. С тех пор она каждый день ожидала смерти. Но в каком-то смысле ее положение стало даже безопасней. Стальной уже не так ее боялся и удовлетворял потребность в личных советах менее пугавшими его способами. Тиратект стала демоном в кувшине: она обладала мудростью Шкуродера, но угрозы, как Шкуродер, не представляла. В этот вечер Стальной источал какую-то расслабленность и приветствовал Тиратект спокойным кивком. Она тоже кивнула. Во многих аспектах Стальной был ее, то бишь Шкуродера, лучшим творением. Сколько сил тот положил, создавая Стального. Сколько стай можно было бы сложить из элементов, которыми пришлось пожертвовать в поисках идеальной комбинации – Стального. Она, то есть Шкуродер в ней, стремилась взрастить безжалостное и великолепное существо. Ныне Тиратект узрела правду. Шкуродерством своим Шкуродер сотворил несчастную забитую шавку. Как ни странно, временами Стальной казался ей из всех жертв Шкуродера наиболее заслуживающим сострадания. – Главное испытание? – спросила Тиратект. Наконец-то радио готово, по крайней мере так кажется. – Совсем скоро. Я хотел посоветоваться с тобой насчет сроков. Мои источники сообщают, что армия Древорезчицы уже в пути. Двигаясь в разумном темпе, они прибудут через пять десятидневок. – И это почти за три десятидневки до прилета корабля Равны. – Именно так. Мы избавимся от старого врага задолго до того, как игра пойдет по-крупному. Но… что-то странное было в последних сообщениях от двуногой. Как ты думаешь, они могли нас заподозрить? Возможно ли, чтобы Амдиджефри им что-то выдали? Такую неуверенность Стальной раньше, при Шкуродере в Ожидании, старался маскировать. Тиратект расселась, прежде чем ответить: – Если бы ты потрудился лучше изучить язык двуногих, дорогой мой Стальной, или позволил это мне, мы бы знали больше. Зимой Тиратект строила отчаянные планы, чтобы поговорить с детьми наедине или передать на корабль предупреждение. Нынче у нее сложилось двойственное мнение на сей счет. Амдиджефри так невинны, так прозрачны. Если бы дети сообразили, что Стальной замышляет предательство, то не сумели бы скрыть своего знания. А как поступили бы спасатели, проведав, что Стальной на деле – мерзавец? Тиратект видела такой звездолет в полете. Даже посадка его была страшным оружием. Кроме того… «Если план Стального сработает, мне не придется полагаться на добрую волю чужаков». Вслух Тиратект заметила: – Пока великолепный спектакль тебе удается, подвоха от детей опасаться нечего. Ты разве не видишь, как они тебя любят? На миг ей показалось, что Стальному польстила похвала, но затем верх взяла своеобычная подозрительность. – Не знаю. Амди, такое впечатление, то и дело меня поддразнивает, точно разгадал мою игру. «Бедняга Стальной». Амдиранифани – величайший его успех, а он этого так и не понял. В этом отношении, единственном, Стальной превзошел своего Хозяина. Он переоткрыл и усовершенствовал технику, доступную прежде только Древорезчику. Фрагмент посмотрел на своего бывшего ученика почти голодным взглядом. «Эх, вот бы его перекроить; должно же существовать сочетание любви и привязанности со страхом и шкуродерством». Плод этих трудов был бы подлинно достоин имени Стального. Тиратект пожала плечами: – Поверь мне на слово. Продолжай в том же духе, и оба останутся тебе верны. Что до второй части твоего вопроса, то я тоже отметила некоторые перемены в тональности сообщений Равны. Она кажется уверенней в оценке сроков прибытия, но с ними все равно что-то не так. Не думаю, что они стали подозрительней прежнего; они ведь поверили, что Джефри сам разработал ту идею Амди насчет радио. Между прочим, отличный ход: эта ложь потешила их чувство превосходства. В честном бою мы, вероятно, победили бы их, но об этом они догадываться не должны. – Так почему они внезапно так встревожились? Фрагмент пожал плечами: – Терпение, дорогой мой Стальной, терпение и наблюдение. Вероятно, Амдиджефри тоже это заметили. Ты мог бы слегка намекнуть им, чтобы уточнили причину. Я предполагаю, что у двуногих иные поводы для беспокойства. – Он сделал паузу и повернул к Стальному все головы. – А не мог бы твой «источник» у Древорезчицы разнюхать, в чем причина? – Возможно, я попрошу его об этом. Данник – единственное весомое преимущество Древорезчицы. – Стальной мгновение посидел в молчании, нервно кусая губы. Внезапно встряхнулся, словно сбрасывая многочисленные тревоги, облекшие его. – Шрек! Застучали лапы. Откинулась дверца, Шрек просунул внутрь морду: – Да, властелин! – Тащи сюда эти радиомантии. Потом спроси у Амдиджефри, не будут ли они так любезны спуститься поговорить.
Испытание радиомантий. Шкуродер и его помощники Стальной и Тиратект проводят испытания новых радиомантий, предназначенных для защиты от мыслезвуков. Несмотря на протесты щенка Амди, который хочет испытать устройство первым, Тиратект добровольно соглашается стать подопытной из-за своей ценности для экспериментов. После облачения в мантии Тиратект обнаруживает, что устройство успешно изолирует её от внешних мыслезвуков, позволяя ей находиться в непосредственной близости от других существ без потери рассудка. Успешный тест подтверждает работоспособность технологии, вызывая восторг у Амдиджефри.
Радио – чудесная штука. По утверждению Равны, базовая конструкция доступна цивилизации ненамного продвинутей шкуродерников. В это не верилось. Процесс разработки был так сложен и многоступенчат, содержал столько непонятных обходных петель. Но вот и результаты: восемь черных, как ночь, квадратов ярд на ярд. Странный материал прошит золотыми и серебряными нитями. По крайней мере, в этом тайны нет: Шкуродер пожертвовал на эксперименты часть собственных богатств. Явились Амдиджефри. Они бегали по центральному залу, тыкались в радиомантии, кричали на Стального и Фрагмент Шкуродера. Иногда приходилось себе напоминать, что в действительности это не слитная стая и двуногий – не элемент ее, но они так притерлись друг к дружке, как возможно только в стае. Амди часто отвечал на заданные Джефри вопросы, используя в ответах местоимение «я-стая». Но сегодня они, кажется, разошлись во мнениях. – Прошу вас, господин, позвольте мне первому попробовать! Джефри гаркнул ему что-то на самношке. Когда Амди не перевел, мальчик повторил фразу медленнее, обращаясь напрямую к Стальному. – Нет. Это [непонятное слово, непонятное слово] опасность. Амди слишком [непонятное слово] мал ростом. И, кроме того, времени [непонятное слово] обрез. Фрагмент напряг слух, пытаясь разобрать сказанное. Проклятье. Рано или поздно незнание языка двуногих выйдет ему боком. Стальной выслушал человека, потом издал великолепный вздох, долженствующий изобразить терпение. – Амди. Джефри. Пожалуйста. В чем проблема? Самношк Стального Фрагмент Шкуродера понимал лучше, чем болтовню человеческого щенка. Амди мгновение колебался. – Джефри думает, что радиокуртки для меня слишком большие. Но смотрите, они же не сползают! Амди нервно запрыгал вокруг одного из темных, как ночь, квадратов, без всякой осторожности вытряхивая его из бархатного чехла на пол. Потом напялил самому крупному элементу своей стаи на плечи и спину. Радиокуртка стала похожа на просторную мантию; портные Стального добавили на плечах и животе застежки. Но одеяние это малышу Амди было явно велико. Куртка окружила его, как палатка. – Видите? Видите? Головенка высунулась наружу, поглядела сперва на Стального, потом на Тиратект. В глазах щенка была мольба. Джефри что-то сказал, Амди сердито тявкнул в ответ и перевел: – Джефри обо всем так беспокоится, но кто-то же должен протестировать радио! У нас тут небольшая проблема со скоростью. Радио работает гораздо быстрее звука. Джефри боится, что слишком уж быстро, и если так, то стая, которая наденет куртки, придет в мыслесмятку. Глупость какая. Ну разве оно может оказаться быстрее мысли головами вместе? Последняя фраза прозвучала с вопросительной интонацией. Тиратект улыбнулась. Щенкостая не умела врать, но Фрагмент догадался, что Амди знает ответ на этот вопрос и он противоречит его умопостроениям. На другом конце зала сидел и слушал, склонив головы, Стальной. Само добросердечие и терпение. – Прости, Амди. Слишком опасно испытывать его на тебе. – Но я смелый! И я хочу вам помочь. – Извини. Когда мы убедимся, что это безопасно… Амди яростно взвизгнул тоном куда выше нормальной межстайной речи, почти в мыследиапазоне. Закрутился вокруг Джефри, толкая его и тычась в ноги. – Коварный предатель! – завопил он и продолжил сыпать оскорблениями уже на самношке. Чтобы успокоить их, ушло десять минут. Амди и Джефри мрачно уселись на пол, переругиваясь на самношке. Тиратект наблюдала за парочкой и за Стальным с другого конца зала. Если бы ирония проявляла себя звуком, они бы все уже оглохли. Все свои жизни Шкуродер со Стальным экспериментировали на других, чаще всего доводя этих других до гибели. А тут у них жертва, которая просто вопиет, чтоб ее погубили… но ей надо отказать. Это не обсуждается. Даже если бы Джефри не воспротивился, Амди представляет собой слишком большую ценность, чтобы на нем ставить опыты. Более того, Амди восьмерка. Чудо уже то, что такая крупная стая вообще функционирует. Какие бы угрозы ни несло радио, для Амди они стократ сильней. Значит, им нужна подходящая жертва. Которую не жалко. Конечно, в темницах под Тайным Островом таких полно. Тиратект вспоминала стаи, которых обрекла на смерть. Как ненавидела она Шкуродера в его расчетливой жестокости! «Я куда хуже Стального. Я сотворила Стального». Она перебрала в сознании мысли последнего часа. Денек не задался: из тех, в которые Шкуродер покидал мрачные закутки ее разума и власть его становилась сильнее, покуда не вытесняла рациональное мышление, и тогда она становилась им. Ну ничего, еще несколько секунд она продержится. «Что можно сделать за это время?» Достаточно сильная душа могла бы отринуть себя самое, стать иной личностью… в конце концов, покончить с собой. – Я… я испытаю радио. Не успев оформить эти слова, она услышала, как произносит их. «Дура ты, дура». – Что?! – изумился Стальной. Но что сказано, то сказано, и Стальной услышал. Фрагмент Шкуродера сухо ощерился. – Я сам посмотрю, что умеет это радио. Позволь мне испытать его, дорогой мой Стальной. Они вынесли радиомантии во двор, разложив под прикрытием звездолета. «Увидят только Амдиджефри, Стальной и я, кем бы меня сейчас ни считать. – Фрагмент Шкуродера рассмеялся, почуяв страх. – Дисциплина. Думай, сучка. В этом спасение». Он встал посередине и позволил человеку облачить себя в радиокуртки. Странно было видеть совсем рядом разумное существо, да вдобавок выше себя ростом. Невероятно умелые лапы Джефри свободно закрепили куртки на его спинах. Изнанка была мягкая и глушила мысли. В отличие от обычной одежды, радиомантии закрывали мембраны. Мальчик пытался объяснить, как это работает. – Видите? Вот это, – он потянул за уголок мантии, – надеваете на голову. Внутри [непонятное слово] звука в радио. Мальчик стал натягивать ткань ему на голову, и Фрагмент попятился. – Нет! Я думать не могу. Фрагмент сохранял сознание, только стоя очень тесно и всеми головами внутрь. Слабейшие элементы его уже чувствовали панику одиночества. Элементы, принадлежавшие Тиратект, сегодня получат неплохой урок. – О, простите. Джефри отвернулся и заговорил с Амди: что-то про старую модель. Амди стоял головами вместе всего в тридцати футах. На мордах его проступила озабоченность: его раздражало, что им пренебрегли, и нервировало, что он так далеко от двуногого. Но по мере приготовлений он понемногу оттаивал. Глаза щенков наливались откровенным восторгом. Фрагмент почувствовал симпатию к Амди: волна нежности налетела и пронеслась почти незамеченной. Амди придвинулся: мантии заглушали мыслезвуки Фрагмента, и щенкостая этим воспользовалась. – Джефри говорит, что нам, наверное, не стоило переделывать радио под мысль, – сказал он. – Но так же гораздо лучше. Я это знаю! И, – добавил он с неприкрытым ехидством, – можно ведь испытать на мне. – Нет, Амди. Пусть будет так, как мы решили. – Голос Стального был исполнен сочувствия. Лишь Фрагмент Шкуродера увидел, как по мордам пары элементов владыки расползается широкая ухмылка. – Ну ладно. – Щенки еще подползли. – Не бойтесь, Владычица Тиратект. Мы эти радио долго на солнце продержали, в них много силы. Чтобы заработало, вы просто затяните все ремешки, даже шейные. – Что, все одновременно? Амди передернуло. – Да, так будет лучше. Иначе скорости не согласуются, и… – Он что-то бросил двуногому. Джефри наклонился: – Этот ремешок сюда, а вот этот сюда. – Он указал на лямки, которыми нужно было притягивать клобук. – А потом вот этот затяните пастью. – Чем сильнее тянуть, – добавил Амди, – тем громче радио. – Хорошо. Фрагмент Шкуродера собрался вместе. Поерзал в куртках, затянул плечевые и брюшные ремешки. «Проклятое безмыслие». Казалось, что куртки сейчас приплавятся к его мембранам. Он оглядел себя остатками ясного ума. Куртки были прекрасны: мрачны, как одеяние чародея, но с просверками золота и серебра, как мантия владыки шкуродерников. Прекрасные орудия пытки. Даже Стальной бы до такого возмездия не додумался. Или он мог? Фрагмент схватил пастями ремни клобуков и потянул. Двадцать лет назад, когда Тиратект только собралась в стаю, она любила бродить со своим родителем по травянистым дюнам близ Звонкого Озера. То было еще до их ссоры, до того, как одиночество погнало Тиратект в Столицу Республики, на поиски «смысла жизни». Но не все берега Звонкого Озера были сплошь пляжами и дюнами. Далеко на юге тянулись Скалы, где ручейки пробивались к озеру сквозь каменную гряду. Иногда, особенно после стычки с родителем, Тиратект уходила туда, вверх по течению, где гладкие отвесные стены ущелья вздымались над быстрой водой. Своего рода епитимья: в некоторых местах вода отполировала камень, как стекло, и звука он вообще не поглощал. Там стенало эхо, во всех диапазонах вплоть до мыслезвуков. Было похоже, что Тиратект вдруг окружили копии ее самой, а за ними и копии этих копий, и все думают на одной и той же частоте, но вразнобой. Разумеется, эхо часто доставляет неудобства среди каменных стен без обивки и штор, особенно если геометрия выбрана неверно. Но те скалы отражали звук идеально: самая жуткая каменоломня на свете. И там были участки, где форма скал усиливала этот эффект… Тиратект, забредая туда, не могла отличить своих мыслей от эха. Все рычало и гремело в резонанс, с едва уловимой задержкой. Сперва было так больно, что она тут же пускалась наутек. Но заставляла себя возвращаться снова и снова, пока не приучилась мыслить даже в самых узких ущельях. Радиокуртки Амдиджефри немного напоминали Звонкие Скалы. «Достаточно, чтобы я уцелела». Тиратект пришла в себя, лежа кучей друг на дружке. С тех пор как включилось радио, прошли, быть может, секунды. Амди и Стальной во все глаза смотрели на нее. Человек тряс одного элемента Тиратект, выкликал ее по имени. Тиратект лизнула мальчику лапу, потом частично поднялась. Она слышала только свои мысли… но раздражали они не меньше межскального эха. Она снова отползла в стороны. Частью элементов выблевала в грязь. Мир расплылся, расфокусировался. «Вот она, мысль, хватай ее, хватай!» Вопрос времени и координации. Она вспомнила: Амдиджефри рассказывали, какое радио быстрое. В некотором смысле проблема, обратная тому случаю с вопящими скалами. Она затрясла головами, приноравливаясь. – Минутку, – выговорила она едва слышно. Огляделась. Медленно. Если сосредоточиться и не дергаться, то думать можно. Внезапно она увидела, что все мембраны закрыты мантиями. Ей бы сейчас валяться оглохшей, изолированной. А мысли спутаны не больше, чем после кошмара. Она снова поднялась на все лапы и медленно вышла на пустое пространство между Амди и Стальным. – Слышите меня? – спросила она. – Да, – сказал Стальной. Он боязливо отодвигался. Разумеется. Плащи приглушали звук, подобно плотной обивке: все в мысленном диапазоне должно полностью поглощаться. Но самношк и межстайный – низкие звуки, на них это не сказывается. Она остановилась, набрала воздуха. Услышала пение птиц, скрежет пилы: где-то в дальнем конце внутреннего двора пилили бревно. А Стальной ведь всего в тридцати футах. Его мыслешум должен был стать громкой помехой, задурить головы. Она потянулась, прислушалась к себе. Ничего, кроме ее собственных мыслей и едва уловимого жужжания словно бы отовсюду. – А мы-то думали, это нам только в бою поможет, – сказала она удивленно. Повернулась всеми элементами и пошла к Амди. Он стоял в двадцати футах, теперь в десяти. Мыслешума нет. У Амди глаза полезли из орбит. Щенкостая не испугалась, восьмерка даже сделала шаги навстречу. – Ты же знал? – спросила Тиратект. – Ты ведь знал заранее? – Я надеялся. Ой как я надеялся. Он подошел ближе. Пять футов. Восьмерку и пятерку разделяли считаные дюймы. Он вытянул нос и потерся с Тиратект мордами. Мыслезвуки пробивались сквозь мантию, но не громче, чем в пятидесяти футах. Мгновение они восторженно глазели друг на друга. Нос к носу, а оба сохраняют рассудок! Амди торжествующе подскочил и влетел в середку Тиратект, путаясь у нее под лапами. – Джефри, получилось! – заорал он на самношке. – Работает. Работает!
Испытание радиотелепатической связи. Тиратект проводит испытание радиотелепатической связи, проверяя возможность передачи мыслей на большие расстояния. Несмотря на опасения Стального, она успешно растягивает свои элементы по территории замка, сохраняя при этом четкость координации и ясность сознания. В ходе эксперимента она достигает поразительных результатов, ощущая возможность охватить своим взором огромные пространства. В финале Тиратект осознает колоссальный потенциал новой технологии для расширения империи и величия своего народа.
Тиратект шарахнулась от него, чуть не обезмыслев. То, что сейчас произошло… За всю историю мира такого не бывало. Если мыслящие стаи смогут работать так тесно… Следствия открытия множились в ее сознании. Головы снова закружились. Стальной подвинулся ближе, выдержав по дороге мимолетное объятие Джефри Ольсндота. Он как мог изображал радость, но ясно было, что он не понял смысла случившегося. И, в отличие от Тиратект, не осознал его значения. – Прекрасный результат для первой пробы, – сказал он. – Но, наверное, болезненный? – Два его элемента смерили ее резкими взглядами. – Надо снять с тебя эти плащи. Отдохни немного. – Нет! – в один голос сказали Тиратект с Амди. Она одарила Стального улыбкой. – Но мы ведь еще толком не испытали ее, разве нет? Наша цель – связь на больших расстояниях. «Во всяком случае, мы так думали». Фактически, даже если качество связи будет не лучше разговорного, Тиратект все равно сочла бы успех грандиозным. – О… – Стальной неуверенно улыбнулся Амди и украдкой глянул на Тиратект. Джефри все еще висел на двух его элементах, обхватив за шеи. По Стальному было видно, что он готов лопнуть от негодования. – Тогда начинай помедленнее. Мы не знаем, что произойдет, если ты выйдешь за пределы дальности. Тиратект отцепила двойку от Амди и отошла на несколько шагов. Мысль оставалась ясной и потенциально обескураживающей. Но она уже приспособилась. Теперь сохранять равновесие было несложно. Она отошла двойкой еще на тридцать футов, почти до предела мышления в идеальной тишине. – А такое впечатление, что я до сих пор головами вместе, – поразилась она. Обычно, если разойтись на тридцать футов, мысли так сбивались, а задержка так возрастала, что координировать свои действия уже становилось трудно. – Как далеко я еще могу уйти? – пробормотала она Амди. Тот издал человеческое хихиканье и наклонил к ней морду: – Не знаю. Должно хватить хотя бы до внешнего вала. – Хорошо, – сказала она обычным голосом, обращаясь к Стальному, – посмотрим, удастся ли мне рассыпаться еще немного. Двойка отошла на десять ярдов. Она уже растянулась на шестьдесят футов! Стальной вытаращился на нее: – А теперь? Тиратект засмеялась: – Мысль четкая, как и прежде. Она развернулась двойкой и пошла прочь. – Стой! – рявкнул Стальной, вскочив на все лапы. – Это слишком… – Потом вспомнил, кто его слушает, и ярость его поутихла, став вежливым беспокойством за ее здоровье. – Это слишком опасно для первого опыта. Возвращайся! Тиратект лучезарно усмехнулась ему оттуда, где сидела рядом с Амди. – Но, Стальной, я никуда и не уходила, – сказала она на самношке. Амдиджефри смеялись не переставая. Она растянулась на сто пятьдесят футов. Двойка перешла на осторожную трусцу – и она увидела, как Стальной давится пеной на губах. Мысль ее оставалась четкой, поразительно ясной, даже лучше, чем головами вместе. Насколько же быстро это радио? Она пробежала рядом со Шреком и его гвардейцами, дежурившими на краю испытательной площадки. – Приветик, Шрек! Как жизнь? – сказала она одним элементом в его обалделые морды. Стальной, не отходя от Амди и остальных ее элементов, заорал, приказывая Шреку следовать за ней. Трусца превратилась в проворный бег. Тиратект расщепила себя, послав одного элемента к северной стороне внутреннего двора, а другого к южной. Шрек и компания, слегка оправившись от шока, побежали следом. Ее разделил купол внутреннего донжона, изящная каменная громада. Радиомысли утонули в щелчках и жужжании. – Не могу думать, – пробормотала она Амди. – Потяни за ремешки. Прибавь мыслям громкости. Тиратект потянула, и жужжание стихло. Вновь обретя равновесие, она забегала вокруг корабля. Один ее элемент вбежал туда, где велись строительные работы. Мастера ошеломленно уставились на него. Одиночный элемент обычно означал либо смертельный несчастный случай, либо свихнувшуюся стаю. В любом случае его надо было схватить. Но элемент Тиратект носил тяжелую мантию с золотыми нитями. А по пятам ее бежали Шрек и гвардейцы и приказывали всем расступиться. Она повернула голову к Стальному, и в голосе зазвенела радость. – Я будто лечу! Она пронеслась через брызнувших врассыпную рабочих, подбежала к южной и западной стенам. Она была повсюду и продолжала разбегаться. В эти секунды рождалась история, которая переживет ее саму и станет легендой в умах ее потомков тысячу лет спустя. Стальной плюхнулся наземь. События окончательно вышли из-под его контроля. Все гвардейцы Шрека убежали к дальней стене внутреннего донжона. О происходящем они с Амдиджефри могли судить только по словам Тиратект – и суматохе. Амди носился вокруг нее. – Где ты сейчас? Ты где? – Почти у внешней стены. – Дальше не выходи, – тихо сказал Стальной. Тиратект едва услышала его. Еще несколько секунд она упивалась этой радостной мощью. Взбежала по внутренней лесенке. Гвардейцы попятились, некоторыми элементами свалившись во двор. Шрек еще следовал за ней, крича, чтоб поберегла себя. Один ее элемент достиг парапета. Другой. Она задохнулась от возбуждения. – С тобой все в порядке? – спросил Амди. – Я… – Тиратект огляделась. С южной стены она видела себя в замковом дворе: черные с золотом пятнышки, она сама и Амди. За стенами на северо-востоке простирались леса и долины, убегали дороги к Ледовым Клыкам. К западу за Тайным Островом – туманные внутренние воды. Она уже тысячу раз созерцала эту картину глазами Шкуродера. Как любил он это место, свой домен. Ныне же… словно оживший сон. Как далеко разнесены ее глаза! Стая растянулась почти на ширину замка. Возник параллакс, и от этого казалось, что до Тайного Острова считаные шаги. Новый замок раскинулся вокруг нее, будто игрушечная модель. «О Стая Стай Всемогущая, я смотрю глазами Бога». Солдаты Шрека приближались. Он отправил две стаи обратно в замок, за указаниями. – Еще пару минут, пожалуйста. Я спущусь через пару минут. Она сказала эти слова одновременно солдатам у частокола стройплощадки и самому Стальному во дворе. Потом обернулась, взглянула на свой домен. Она растянула свою двойку менее чем на четверть мили. Задержка была неощутима; координация мыслей такая же резкая, как головами вместе. А ведь ремешки клобука еще не затянуты до упора. А если рассредоточить всю пятерку, разбежаться на мили? Весь Север станет ее личными покоями. А Шкуродер? Ах да, Шкуродер. А где он, кстати? Воспоминания его остались, но… Тиратект припомнила, как теряла сознание сразу после включения радиосвязи. Мышление с такой жуткой скоростью требует особой подготовки. Наверное, Владыка Шкуродер в молодости никогда не гулял меж узких скал. Тиратект усмехнулась. Наверное, лишь ее разумы способны справиться с радио. В таком случае… Тиратект опять оглядела окрестности. Шкуродер построил великую империю. Правильно применяя новые разработки, можно сделать ее бесконечно величественней за счет грядущих побед. Он обернулся к солдатам Шрека: – Очень хорошо. Теперь я готов вернуться к Стальному Владыке.
Путешествие и разговоры о щенках. Армия Древорезчицы под руководством Проныры выдвигается на север по сухопутным тропам, стремясь избежать дозоров шкуродерников. В пути Йоханна наблюдает за перемещениями ледников и помогает Древорезчице ухаживать за новорожденными щенками. В ходе разговора Странник и Древорезчица обсуждают особенности воспитания потомства, объясняя Йоханне специфику коллективного сознания и важность интеграции щенков в стаю. Герои размышляют о будущем малышей и о том, какие черты характера они унаследуют от своих родителей.
В дни высокого лета армия Древорезчицы выступила на север. Собирались в спешке, так что Проныра и себя и подчиненных загнал почти до изнеможения. Нужны были пушки – Щепетильник изготовил семьдесят стволов, из которых отобрали тридцать надежных. Нужны были пушкари, которых предстояло обучить и отыскать безопасные позиции для стрельбы. Нужно было сколотить фургоны и прикупить керхогов. Несомненно, весть об этих приготовлениях давно уже ушла на север. Город древорезчиков портовый, невозможно же остановить всю торговлю. Проныра не раз поднимал этот вопрос на заседаниях Совета: Стальному известно, что они выступают в путь. Фокус в том, чтобы напустить шкуродерникам туману в морды относительно точной численности, времени выступления армии и подлинных целей похода. – У нас одно крупное преимущество над врагом, – заявлял он. – Мы располагаем агентами в высших кругах его власти. Мы знаем то, что ему становится известно о нас. От шпионов нельзя было утаить главное, но подробности – особое дело. Армия уходила по сухопутным дорогам материка: дюжина фургонов тут, несколько отрядов там. Всего примерно тысяча стай, но вместе они не сойдутся вплоть до лесных дебрей. Проделать первую половину пути по морю было бы легче, но у шкуродерников дозорные посты высоко в горах вокруг фьордов. О любом перемещении кораблей, даже в акваториях Древорезчицы, узнают на севере. Поэтому они выбрали лесные тропы на участках, которые Проныра зачистил от вражеских агентов. Сперва все шло довольно резво, по крайней мере в отрядах с фургонами. Йоханна ехала в одном из арьергардных, вместе с Древорезчицей и Данником. «Я сама уже начинаю относиться к нему словно к оракулу, – подумала Йоханна. – Жаль, что эта штука не умеет на самом деле предсказывать будущее». Погода была прекраснее любой, какую довелось Йоханне видеть на планете Когтей: бесконечный день. Странно, что нескончаемая светлая красота заставляла ее нервничать, но с этим девочка бессильна была справиться. Слишком уж похоже на первые дни в этом мире, когда все… пошло не так. В первые переходы, еще на своей территории, Древорезчица убивала время, показывая и называя на самношке для Йоханны каждый новый горный пик. Королева за шестьсот лет хорошо узнала свои владения. Даже снежные пятна (из тех, что держались все лето) были ей хорошо знакомы. Она показала Йоханне свиток для набросков, который везла с собой. На каждой странице – зарисовка определенных снежников в один и тот же день лета каждого следующего года. Если быстро перелистывать страницы, немного похоже на грубую анимацию. Йоханна видела, как пятна сдвигаются, нарастают в течение десятилетий, затем отступают. – Стаи, как правило, не живут так долго, чтоб это ощутить, – говорила Древорезчица. – Но для меня эти вечные снежники – почти живые существа. Видишь, как они перемещаются? Как волки, которых гонит прочь с нашей земли солнечное пламя. Они рыщут, кружат, растут. Временами сливаются воедино, и тогда к морю начинает ползти новый ледник. Йоханна засмеялась с некоторым беспокойством: – Они побеждают? – Последние четыреста лет – нет. Лето часто выдается жарким и ветреным. В долгосрочной же перспективе?.. Не знаю. Впрочем, мне это уже не очень важно. – Она отвлеклась покачать двух щенят и добродушно рассмеялась. – Малыши Странника еще даже думать не умеют, а я уже теряю свое чувство истории! Йоханна потянулась погладить ее по шеям: – Но они ведь и твои малыши тоже. – Знаю. Большинство моих щенков были от других стай, но этих первых я впускаю в себя. Слепец ткнулся мордой в одного из них. Щенок дернулся и издал высокий звук, почти на грани слышимости для Йоханны. Йоханна взяла другого щенка на колени. Когти-малыши скорее напоминали детенышей морских млекопитающих, чем собачьих щенков. И развивались они, кажется, гораздо медленнее щенка, который жил у них с Джефри в доме. Им до сих пор было тяжело сфокусировать взгляд. Йоханна медленно поводила пальцами взад-вперед перед глазами кутенка – его попытки уследить за жестом были уморительны. Прошло уже шестьдесят дней, а щенки Древорезчицы еще не умели толком ходить. У королевы была особая пара курток с боковыми карманами для щенят. Бо́льшую часть дня щенки проводили там, уткнувшись мордами в ее животы и посасывая молоко. В каком-то смысле отношение Древорезчицы к отпрыскам мало отличалось от человеческого. Она сильно нервничала, когда щенки убегали за пределы ее поля зрения. Она старалась их укачивать и играла с ними в игры, развивающие координацию движений. Часто укладывала обоих на спины и всей восьмеркой теребила им лапки, а потом неожиданно толкала кого-то из них в пузико. Двое яростно дрыгали лапками во все стороны, отражая нападение. – Покормлю того, кому последнему трону лапку. Странник достоин меня. Эти двое уже немножко мыслят. Видишь? – Она указала на щенка, который свился в клубок, уходя от неожиданного тычка. В иных аспектах родительское поведение Когтей было чуждо Йоханне и почти пугало. Ни Странник, ни Древорезчица не говорили со щенками в слышимом диапазоне, но то и дело, казалось, касались их ультразвуковыми «мыслями», словно зондируя. Некоторые мысли были так просты и размеренны, что в стенках маленького фургона рождался резонанс. Под ладонями Йоханны гудело дерево. Как мамина колыбельная, но ясно было, что цель тут иная. Малыши реагировали на звуки, извиваясь в сложных ритмах. Странник говорил, что интеграция в сознательное мышление стаи отнимет еще тридцать дней, но щенят для этого уже тренировали и натаскивали. Часть каждого из бесконечных дней они стояли лагерем, и солдаты по очереди дежурили линейными часовыми. Даже в переходах отряды часто останавливались – то тропу расчистить, то дождаться разведчиков, то просто отдохнуть. Однажды на привале Йоханна уселась рядом со Странником в тени дерева, похожего на сосну, но пахнущего медом. Странник забавлялся со своими малышами, помогая им подняться на лапы и пройти несколько шагов. Она чувствовала по вибрациям в черепе, что Странник обменивается мыслями с потомством. Внезапно щенки показались ей не детьми, а марионетками. – Почему ты им не позволяешь играть самим или с их… – «Братьями? Сестрами? Как назвать родичей, рожденных в другой стае?» – Со щенками Древорезчицы? Странник добросовестно изучал людские обычаи, даже старательнее Древорезчицы. Самая свободомыслящая стая из всех Йоханне известных… в конце концов, он же сумел интегрировать убийцу, значит обязан быть гибким. Но ее вопрос Странника просто ошеломил. Вибрация у Йоханны в голове вдруг прекратилась. Он негромко рассмеялся. Очень человеческий смех, хоть и немного наигранный. Странник часами смотрел интерактивные сценки в даннике – в учебных целях или забавы ради, Йоханна не знала. – Играть? Самим по себе? О… я понимаю, тебе это кажется естественным. Для нас это было бы извращением… нет, даже хуже, потому что в извращениях кто-то черпает удовольствие. Но вырастить щенка синглетом, пусть даже в двойке… это значит сделать тупым животным нормального элемента. – Хочешь сказать, у щенят никогда не бывает собственной жизни? Странник склонил головы и уселся поудобнее. Одним элементом он продолжал возиться со щенками, но вниманием его уже завладела Йоханна. Ему нравилось разбираться в людской экзотике. – Порою случаются трагедии – щенок остается сиротой. Часто поделать с этим ничего нельзя; существо это вырастает слишком независимым для интеграции в какую-либо стаю. В любом случае жизнь у него очень одинокая и пустая. Я сам помню, как это неприятно. – Вы многое теряете. Я знаю, ты смотрел передачи про детей из данника. Так грустно, что вам никогда не бывать молодыми и дурашливыми. – Эй, я этого не говорил! Я много раз бывал юн и дурашлив; у меня стиль жизни такой. Большинство стай так живут, если у них несколько молодых элементов от разных родителей. – Пока они беседовали, один из щенков Странника доковылял до края одеяла, на котором сидели девочка и стая. Неловко вытянул шею, принюхиваясь к цветам у корней близстоящего дерева. Когда щенок сунул нос в чашечку цветка, в голове у Йоханны снова зажужжало. Движения малыша обрели новую степень координации. – Ух ты! Я через него цветок обоняю. Готов об заклад побиться, не дойдем мы еще до Шкуродерова Тайного Острова, а уже будем видеть глазами друг друга! Щенок вернулся, и малыши затеяли какой-то танец на одеяле. Головы Странника качались им в такт. – Такие умнички! – Он усмехнулся. – Ну, не так уж мы от вас и отличаемся, Йоханна. Знаю, люди тоже гордятся детьми. Мы с Древорезчицей себе тут думаем, что может получиться из наших с нею. Она такая умная, а я… ну, немножко тронутый на головы. Может, эти двое сделают из меня гениального ученого? А Древорезчицу ее двое – заразят охотой к перемене мест? Хе-хе, Древорезчица великая заводчица, но даже ей пока неясно, какими станут эти новые души. Ах, не могу дождаться, когда снова стану шестерным!
Путешествие и столкновение с волками. Странник, Грамотей и Йоханна сопровождают армию королевы в походе к гавани города древорезчиков через суровые и дикие земли. Путешествие осложняется жаркой погодой, труднопроходимым рельефом и внутренними спорами между королевой и проводником Пронырой из-за выбора маршрута. В ходе движения группа сталкивается с агрессивными существами, которых Странник называет волками, и вступает в хаотичную битву. В решающий момент Йоханне приходится помогать Страннику с пушкой, чтобы отразить атаку противника.
Странник, Грамотей и Йоханна добрались до гавани города древорезчиков из домена Шкуродера всего за трое суток. По суше армия добиралась туда, где начались приключения Йоханны, целых тридцать дней. Отложенный на карте, путь казался извилистым, петлял меж фьордов и отклонялся в разные стороны. Тем не менее первая десятидневка прошла на диво легко. Погода сохранялась сухая и теплая. Как будто день той засады растянули во времени до бесконечности. Суховейное лето, так называла его Древорезчица. Должны бы налетать периодические бури, ну хотя бы облака наползать. Но нет, солнце водило круги над лесным шатром, снова и снова, а когда армия выбиралась на открытое пространство (никогда – надолго, и лишь в тех случаях, когда Проныра гарантировал безопасность), небо оставалось ясным и почти безоблачным. Вообще-то, погода стала даже чуть неприятна. В полдень бывало откровенно жарко. Суховей дул не переставая. Сам лес высох так, что с огнем следовало обращаться с предельной осторожностью. Вечный безоблачный день нес угрозу: их продвижение было видно за километры. Щепетильника это особенно тревожило. Он не ожидал перестрелки, но солдат натаскать хотел на открытом месте. Официально Щепетильник числился членом Совета и главным инженером королевы. Но с поры приснопамятного опыта с пушкой он настаивал, чтоб величали его не иначе как «командующий артиллерией». Йоханне старший инженер всегда казался резким и нетерпеливым. Элементы его все время пребывали в движении, причем имели манеру резко менять направление. С Данником он возился почти столько же времени, сколько Странник Викврэкшрам и королева, но человеческой культурой совсем не интересовался. – Он думает только о машинах, – однажды прокомментировала Древорезчица, – но я его таким и спроектировала. Еще до твоего прилета он много всякого изобрел. Щепетильник просто влюбился в свои пушки. Большинству стай стрельба доставляла боль. Произведя первый залп, Щепетильник повторял его раз за разом, совершенствуя конструкцию ствола, рецептуру пороха и форму снарядов. Шерсть его зияла десятками опаленных залысин – от пороха. Он заявлял, что грохот пушек освежает разум, но все остальные почти в один голос твердили, что от этого звука едет крыша. На привалах Щеп сновал повсюду, мотаясь вдоль линии пушкарей и донимая их придирками. Он расценивал даже краткую остановку как возможность для учений, поскольку в настоящем бою скорость реакции окажется жизненно важна. Он разработал для пушкарей специальные эполеты, вроде ушных затычек артиллеристов Нюйоры. Низкозвуковых ушей они не прикрывали – только мембраны на лбу и плечах элемента-гармаша. Честно говоря, эполеты все равно здорово оглупляли, но в моменты залпа это себя оправдывало. Щепетильник носил свои постоянно, однако не застегивал. Было похоже, что из морды и плеч у него прорезались нелепые крылышки. Может, он считал их своего рода знаками отличия – и скоро стаи-артиллеристы стали носить эполеты не снимая. Через некоторое время даже Йоханна признала, что тренировки приносят плоды. По крайней мере, пушкари научились по команде слаженно разворачивать пушки, набивать туда закладку – имитацию пороха и ядер, – а завершать это эквивалентом звука БУММ! Пороха в поход взяли куда больше, чем провизии. Стаи кормились в лесу. У Йоханны почти не было опыта жизни в походе на поверхности планеты. Неужели леса везде тут так богаты? Нечего и сравнивать с урбанизированными лесопарками Страума, где требовалась особая лицензия на право сойти с отмеченных троп, а большинство «диких животных» являлись попросту механическими имитациями нюйорских оригиналов. Мир этот превосходил древнюю Нюйору дикостью. В конце концов, Нюйора была обжита, а только потом впала в средневековье. Когти же никогда не имели городской цивилизации континентального масштаба. Странник оценивал население планеты примерно в тридцать миллионов стай. Северо-запад только начали обживать. Дичь водилась повсюду. А Когти охотились по-звериному. Солдаты рыскали в подлеске, и любимым способом охоты у них была травля на истощение, когда жертву загоняли до предела сил. Не самый практичный метод, но Когтям он доставлял не меньшее удовольствие, чем охота с засады. Йоханне это не нравилось. Типичное средневековое извращение или характерное сугубо для Когтей? Когда позволяло время, солдаты не пользовались кинжалами и арбалетами. Истинную усладу они получали, перегрызая жертвам глотки, вспарывая животы когтями и клыками. Не то чтобы лесные обитатели были совсем беззащитны: противостояние длилось миллионы лет эволюции. Почти любое животное умело издавать ультразвуковой визг, вышибавший у стай все мысли. Некоторые участки леса Йоханне казались молчаливыми, но армия пробегала их чуть ли не рысью, когда солдаты и ездовые то и дело извивались под невидимым натиском. А попадались в лесу звери и хитрее… Двадцать пять дней с начала похода. Продвижение армии замедлил переход через самую крупную долину из пока встреченных. Посередине, почти скрытая из виду лесом, несла воды к западному морю бурная река. Таких стен, как в этой долине, Йоханна в парках Страума никогда не видела; в поперечном сечении под прямым углом к потоку они имели форму буквы U. На высоте почти отвесные, крутые, как скалы, затем становятся пологими и переходят в равнину близ речных берегов. – Это ледник их прорезал, – пояснила Древорезчица. – Тут выше по течению есть места, где я видела, как это происходит. И она показала Йоханне иллюстрацию из данника. Это случалось все чаще; Странник, Древорезчица и порою даже Щепетильник узнавали из современной школьной программы такое, о чем Йоханна и понятия не имела. Они уже пересекли несколько долин поменьше. Спуск всегда представлял трудности, но пока что удавалось найти удобные тропы. Проныра вывел армию к этой долине, и они остановились у ее края. Древорезчица и советники расположились на опушке. Совсем рядом путь обрывался. Позади, в нескольких метрах, сидела Йоханна, Странник Викврэкшрам расселся вокруг нее. Деревья на такой высоте немного напоминали Йоханне сосны. Листья узкие, острые, держатся круглый год. Древесина, однако, была вся в белых пузырях, бледного оттенка. Всего же необычнее – цветы. Пурпурные и фиолетовые, они росли у обнаженных корней деревьев. В мире Когтей не водилось насекомых вроде пчел, но между цветков неутомимо сновали крохотные, с палец, млекопитающие. Их были тысячи, и ничем, кроме цветов и сладостного аромата, они не интересовались. Йоханна, сидя среди цветов и наслаждаясь видом, краем уха слушала булькающую перепалку королевы с Пронырой. На сколько же километров отсюда видно? Воздух был поразительно прозрачный, как нигде больше в мире Когтей. Долина, казалось, терялась в бесконечности на западе и востоке. Серебряная нитка реки местами показывалась из-под лесного покрова на дне ущелья. Странник толкнул ее носом и показал на королеву. Древорезчица ожесточенно мотала мордами над ущельем. – Они там спорят. Хочешь, переведу? – Давай. – Древорезчице этот маршрут не нравится. – Затем голос Странника изменился, имитируя говорящую на самношке королеву. – Эта дорога ничем не прикрыта. На той стороне кто угодно может засесть и пересчитать все наши фургоны. Даже за много миль. – Своим голосом: – Миля – это километр с хвостом. Проныра возмущенно тряс головами. Он что-то булькнул: Йоханна знала, что эти звуки выражают гнев. Странник фыркнул и снова изменил голос, подделываясь под начальника тайной стражи: – Ваше величество! Мои разведчики обшарили всю долину и дальнюю стену. Угрозы нет никакой. – Я знаю, ты совершил много чудес, но… Ты всерьез утверждаешь, что обыскал всю северную стену? До нее пять миль, и я с юных лет помню, что там десятки пещерок. Ты сам должен это помнить. – И вот тут он заткнулся! – рассмеялся Странник. – Да ладно тебе, просто переводи. – Йоханна уже умела интерпретировать тона и язык поз. Временами даже отдельные аккорды стайной речи понимала. – Гм-мф. Ну хорошо. Королева устроила щенков поудобнее и села. Тон ее стал примирительным: – В пасмурную погоду или ночью мы бы попробовали, но… Ты помнишь старую тропу? Двадцать миль вглубь материка? Она, верно, вся заросла. А обратная дорога… Проныра забулькал, гневно зашипел: – Я вас уверяю, тут безопасно! Мы целые дни потеряем на старой тропе. Если опоздаем в домен Шкуродера, вся моя работа пойдет впустую. Вы обязаны пройти здесь! – О-о, – прошептал Странник, не удержавшись от комментария. – Старый пень хватил лишку. Головы королевы резко вздернулись. Странник сказал, в совершенстве имитируя ее человеческий голос: – Я понимаю твое беспокойство, стая крови моей. Но пройдем мы там, где я велю. Если для тебя это невыносимо, я приму твою отставку с сожалением и благодарностью за труды. – Но я вам нужен! – Не до такой степени. Йоханна вдруг сообразила, что эта ссора может их разбить без единого выстрела. «Где б мы были без Проныры?» Она затаила дыхание, приглядываясь к двум стаям. Элементы Проныры сновали кругами, стараясь не бросать на Древорезчицу сердитые взоры. Наконец он понурил все морды. – Гм. Я приношу вам извинения, ваше величество. Пока вы находите мои услуги необходимыми для себя, прошу оставить меня на посту. Древорезчица тоже расслабилась. Приласкала щенков. Те ответили в лад ее настроению, ворочаясь в карманах и шипя. – Ты прощен. Я ценю независимость твоих суждений, Проныра. До сих пор твои советы приносили колоссальную пользу. Проныра чуть заметно улыбнулся. – А я не думал, что у этого тупицы мозгов хватит пойти на попятный, – сказал Странник на ухо Йоханне. Чтобы переместиться на старую тропу, потребовалось двое суток. Как и предсказала Древорезчица, тут все заросло. Более того, кое-где и тропы-то не было, а вместо нее из бугристой земли тянулась густая молодая роща. Спуск этой дорогой обещал отнять несколько дней. Если Древорезчица и сожалела о принятом решении, то не при Йоханне. Королеве было шестьсот лет; она часто сетовала на приходящую с возрастом косность. Теперь Йоханна лицезрела превосходный пример этого явления. Выходя к размывам, стаи принимались рубить деревья и сооружать переправу. Каждый переход отнимал сутки. Но даже оставайся тропа на месте, продвижение все равно было бы выматывающе медленным. Уже никто не ехал в фургонах. Край тропы осыпался, и колеса повозок зачастую повисали над пустотой. Йоханна видела справа, всего в нескольких метрах, кроны деревьев. На волков напоролись через шесть дней обходного пути, почти спустившись на дно долины. Волки. Во всяком случае, так называл их Странник; Йоханне они больше напоминали песчаных крыс. Почти километр проделали без осложнений. Даже под прикрытием деревьев чувствовался ветер: сухой и жаркий, он неустанно задувал в низины. Растаяли последние снежинки, а от северной стены тянуло дымком. Йоханна шла рядом с фургоном Древорезчицы. Странник бежал в десяти метрах позади, иногда перебрасываясь с ними парой слов. (Королева последние несколько дней отмалчивалась.) Неожиданно сверху раздался визг – сигнал тревоги у Когтей. Через секунду сотней метров выше что-то прокричал Проныра. В просветах меж деревьев Йоханна видела, как солдаты звена сразу над ними заряжают арбалеты и открывают огонь по склону. Сквозь лесной полог пробивались пятна солнечного света, но он мельтешил и рябил, мешая разглядеть то, что так переполошило солдат. Хаос, но… там, вверх по склону, были существа – не Когти! Маленькие, коричневые или серые, они перебегали из тени в свет и снова сливались с подлеском. Они лавиной ринулись на бойцов со стороны, противоположной направлению огня. – Развернитесь! Развернитесь! – закричала Йоханна, но голос ее утонул в гаме. Да и кто бы ее понял? Древорезчица всеми элементами наблюдала за битвой. Схватила Йоханну за рукав: – Ты там наверху что-то видишь? Где? Йоханна принялась сбивчиво объяснять, но тут подоспел Странник. Его громкое бульканье вознеслось над битвой. Кинувшись назад, где пытался расчехлить пушку Щепетильник, он заорал: – Йоханна, помоги! Древорезчица поколебалась, потом разрешила: – Ладно. Может, и вправду все так плохо. Помоги ему с пушкой, Йоханна.
Битва у гнезда волков. Йоханна и Странник с группой элементов оказываются в окружении стаи волков у гнезда на холме. Чтобы спастись, герои решают выжечь гнездо с помощью пушки, которой управляет обученный элемент Белоголовый. Несмотря на трудности с координацией и атаки хищников, Йоханне удается произвести выстрел, уничтожающий основную угрозу. После взрыва волки разбегаются, а Йоханна отбивается от оставшегося мелкого зверя, пока ситуация постепенно стабилизируется.
До повозки с пушкой всего пятьдесят метров, но по склону холма. Она сорвалась на бег. На тропинку рядом рухнуло что-то тяжелое. Элемент солдата! Коготь дергался и вопил. Его грызли полдюжины комков меха размером с песчаную крысу, и шерсть элемента была вся в крови. Еще один элемент грянулся оземь рядом. И еще один. Йоханна спотыкалась о них, но продолжала бежать. Викврэкшрам стоял головами вместе лишь в паре метров от Щепетильника. Все его взрослые элементы были вооружены ножами и стальными когтями. Он жестом велел Йоханне прижаться к земле рядом. – Мы налетели на гнездо этих, э-э, волков. – Говорил он с трудом, сглатывал слова. – Должно быть, между этим местом и тропой наверху. Такой пригорок, типа башни замка. Надо выжечь гнездо. Видишь? Сам он явно не видел, но осматривался всеми элементами. Йоханна глянула вверх по склону. Шум сражения поутих, зато звуки агонии Когтей стали громче. Йоханна показала: – Имеешь в виду вон ту темную штуку? Странник не ответил. Его элементы дергались, разевая пасти и беспорядочно болтая ножами. Йоханна отскочила, чтобы не порезаться. Себя Странник уже ранил. Звуковая атака. Она оглянулась на тропу. Она уже год с небольшим прожила среди стай, и сейчас те… обезумели. Некоторые стаи распадались, разбегались врассыпную во всех направлениях, на такие расстояния, что на связность мышления можно не надеяться. Другие, в том числе Древорезчица в своем фургоне, сжались в клубки, не поднимая голов. Сразу за ближним рядом деревьев по холму текла серая волна. Волки. Сам по себе каждый комочек меха выглядел вполне невинно. А вместе… Йоханну на миг парализовало зрелище волков, разрывающих глотку одному элементу. Йоханна одна из всей армии сохраняла рассудок, а потому понимала, что сейчас умрет. Выжечь гнездо. На тележке рядом с нею остался только один элемент Щепетильника, старенький Белоголовый. Тупица не тупица, а эполеты надел и тыкался мордой в ствол. Выжечь гнездо. Может, не такой он и тупица! Йоханна вскочила в фургон. Тележку сорвало бы с обрыва, кабы не встречное дерево, но девочка едва ли это заметила. Она подняла ствол, как видела на учениях. Белоголовый потянул за мешок с порохом, но одной пары челюстей тут было недостаточно. В отрыве от стаи он был словно без рук и мозгов. Существо воззрилось на Йоханну широко распахнутыми глазами, полными отчаяния. Она схватилась за другой конец мешка, и вместе они засыпали порох в дуло. Белоголовый отбежал обратно к боеприпасам, стал тыкать носом в ядро. Умней собаки, да вдобавок обученный. «Может, вдвоем и сладим!» Всего полуметром ниже Йоханны ярились волки. Одного или двух она бы отогнала, но их там были десятки. Волки без разбору рвали и терзали элементы. Тройка Странника окружила Шрамозадого и щенков, но отбивалась бездумно, только когтями и зубами. Кинжалы и стальные накладки-когти стая потеряла. Йоханна с Белоголовым протолкнули ядро в ствол. Белоголовый подскочил к казеннику и взялся за маленькое пушкарное огниво. Его он мог взять, обойдясь только одной пастью, потому что поджигать порох должен был только один элемент. – Стой, дурень! – отпихнула его Йоханна. – Надо нацелить эту штуку! Белоголовый обиженно глянул на нее. Он не понял, за что его стукнули. Трут он отпустил, но огниво в пасти удержал. Высек огонь и целенаправленно забегал вокруг казенника, пытаясь пролезть мимо Йоханны. Она снова оттолкнула его и посмотрела на склон. Темный выступ. Это, верно, и есть гнездо. Она навела ствол и присела за ним. Лицо девочки оказалось всего в нескольких сантиметрах от неугомонного Белоголового с огнем. Голова элемента в пушкарном эполете таки пролезла вперед, и пламя лизнуло трут. Йоханну чуть не сбило с тележки. На миг она потеряла способность соображать от боли в ушах. Перекатилась, села, отчаянно кашляя в дыму. Она ничего не слышала за визгливым звоном огромного колокола, который бил снова и снова. Фургончик качался, одним колесом сползая с обрыва. Белоголовый лежал плашмя под казенником. Она отвела пушку и погладила Когтя по голове. У него – или у нее? – шла кровь. Йоханна еще несколько секунд посидела, приходя в себя, пытаясь понять, чья эта кровь и что вообще она здесь делает. На краю сознания вопил голос: Нет времени, нет времени! Она с усилием поднялась на колени, встала, огляделась. С болезненной неспешностью возвращалась память. Вверх по склону деревья расщепило, сквозь листву проглядывала свежесодранная светлая кора. За деревьями, на месте гнезда, бугрилась земляная куча. Они «выжгли» его, но бой еще не унялся. На тропе оставались волки, только теперь они бежали кто куда. Пока Йоханна смотрела, десятки их подскочили к пропасти и кинулись вниз, разбившись о камни и деревья. А Когти теперь дрались по-настоящему. Странник подобрал свои клинки. С порезанных морд и лезвий капала кровь, но он сражался. В тележку влетело и шлепнулось под ноги Йоханне что-то серое, окровавленное. «Волк» не достигал в длину и двадцати сантиметров, шерсть у него была грязно-серая и коричневая. Он походил на домашнего зверька, но маленькие челюсти хищно заклацали, пытаясь прокусить девочке щиколотку. Йоханна уронила на него ядро.
Церемония награждения. После успешного уничтожения волчьего гнезда армия Древорезчицы собралась в лагере для проведения торжественной церемонии награждения. Королева одарила стаи медалями, при этом каждый раз один элемент выступал вперед для получения награды от лица всей группы. В финале церемонии Йоханна вместе с Белоголовым, элементом Щепетильника, вышла к королеве, чтобы получить высшую награду за спасение экспедиции. Несмотря на сильный страх перед разрывом сознания, Щепетильник преодолел себя и вместе с девочкой принял заслуженное признание перед всей армией.
Следующие три дня армия Древорезчицы собирала потерянную амуницию и зализывала раны. За это время Йоханну просветили насчет волков. То, что сделали они с Белоголовым, намертво остановило наступление. Несомненно, прижиганием гнезда они спасли множество жизней и саму экспедицию. «Волки» были ульевыми созданиями и в этом не слишком походили на Когтей. Групповое мышление для стай стало залогом высокого интеллекта; Йоханна ни разу не встречала мыслящей стаи крупнее шестерки. А волчьим гнездам интеллект особо не требовался; Древорезчица говорила, что в некоторых гнездах тысячи элементов – они уж точно разворошили большое. Интеллект своры не достигал человеческого. Более того, в чисто рациональном отношении свора была не смышленей стайного синглета. С другой стороны, модели поведения волков оказывались куда гибче. Они могли действовать порознь на значительных расстояниях. В пределах сотни метров от гнезда, однако, они служили просто придатками многоэлементной «царице» улья, и там в их верности никто не сомневался. Странник слышал легенды о гнездах почти стайного ума, о лесных жителях, которые поставляли ближним гнездам еду в обмен на прикрытие. Пока в гнезде действовал живой источник высокочастотного шума, рабочие волки могли действовать скоординированно, не хуже одиночных Когтей. Но стоило убить гнездо, и своростая распадалась, как дешевая, плохо скомпонованная сеть звездообразной топологии. Гнездо без труда ввергло в смятение армию Древорезчицы. Оно спокойно выждало, пока солдаты окажутся в самой «громкой» его близости. Затем рубежные волки синхронизированно мимикрировали под звуковых «призраков», одурачив стаи, которые принялись без толку палить в сторону, противоположную гнезду. А когда нападение действительно началось, гнездо облучило Когтей звуковой волной мыслепомех. Атака оказалась куда мощнее, чем на участках «звуковой вони», какие солдатам уже встречались в этом лесу. «Вонючки» мешали Когтям болезненно громким, даже пугающим шумом, но он не шел ни в какое сравнение с умопомрачительным хаосом атаки из волчьего гнезда. От засады пострадало более сотни стай. Некоторые, в основном стаи с малышами, сбились в кучу. Другие, как Щепетильник, «брызнули врассыпную». Долгие часы после атаки фрагменты возвращались и реинтегрировались. Таких Когтей здорово перетрясло, но они хотя бы остались невредимыми. Солдаты, которых атака не задела, прочесали окрестные склоны вдоль и поперек в поисках раненых элементов своих товарищей. Кое-где долина достигала в глубину двадцати метров. Упав с обрыва, элементы разбивались о камни, если им на пути не подворачивалась растительность. В конце концов обнаружили пятерых мертвых элементов и подобрали двадцать серьезно раненных. Потеряли два фургона. Тележки разломались, а керхоги пострадали так тяжело, что на их выживание рассчитывать не приходилось. Великое счастье, что залп не спровоцировал лесной пожар. Трижды солнце описало на небосклоне размашистую перекошенную арку. В глубине леса, у реки, армия Древорезчицы зализывала раны в лагере. Проныра выставил на северной стене долины дозорных с сигнальными зеркалами. Место самое безопасное, какое только можно найти так далеко к северу. И несомненно, из самых прекрасных. Роскошного вида, как из высокогорного леса, нет, но рядом звенит река, да так громко, что заглушает собой вздохи суховея. У корней низинных деревьев цветы не росли, и все равно растения отличались от известных Йоханне. Подлеска не было, лишь мягкий синий «мох», который, по утверждениям Странника, тоже являлся частью деревьев. Подобно парковому газону, он устилал все вплоть до самой реки. В последний день отдыха королева созвала всестайное собрание – не присутствовали только разведчики и часовые. Йоханна не видела столько Когтей в одном месте со дня убийства ее семьи. Но эти не сражались. Насколько хватало глаз, на синем мшистом ковре сидели стаи, каждая не менее чем в восьми метрах от соседа. На какое-то абсурдное мгновение девочке представился Парк Первопоселенцев, что в Овербю[15]. Семейные пикники на травке, у каждой традиционное покрывало и коробочки для еды. Но «семьи» были индивидуальными стаями, и это не банкет, но военное построение. Ряды стай загибались арками, и все сидели мордами к королеве. Странник Викврэкшрам расположился в десяти метрах позади, в тенечке; никакой официальной роли консорт королевы не исполнял. Слева от Древорезчицы лежали выжившие в нападении элементы, все в бинтах да шинах. В некотором смысле видимый глазом урон был не самым жутким. Попадались те, кого Странник называл «ходячими ранеными». Синглеты, двойки, триплеты – все, что осталось от некогда слитных стай. Кое-кто пытался принять позу почтительного внимания, но остальные лишь стонали, время от времени заглушая своим бормотанием речь королевы. Они все были похожи на Грамотея Джакерамафана, только живые. Кое-где обломки стай уже сливались, пробуя уложиться в новых индивидов. Иногда это даже срабатывало, как в случае Странника Викврэкшрама. Но большинству предстояла еще долгая дорога к душевной реинтеграции. Йоханна сидела рядом со Щепетильником в первом ряду, перед королевским помостом. Командующий артиллерией стоял навытяжку на стайный лад: ляжки на земле, грудь высоко, почти все головы смотрят вперед. Щеп отделался легким испугом. Белоголового подпалило в паре мест, а один элемент растянул плечо, падая с тропы. Пушкарные эполеты Щепетильник носил с прежним гонором, однако в позе его чувствовалась тревога – а может, это у них такая военная стойка в готовности получить медаль за подвиг. Королева облачилась в особые куртки. Каждая голова смотрела в особый сектор аудитории. Йоханна все еще не понимала межстайного языка, а заговорить на нем, наверное, никогда не сумеет без механических помощников. Но звуки в основном попадали в ее диапазон слышимости: «низкие» частоты девочка разбирала куда лучше высоких. Даже без мнемоаффекторов и грамматических генераторов она уже кое-чему выучилась. Уловить эмоциональную окраску было легко; например, раскатистое арк арк арк служило стайным аналогом аплодисментов. Что до отдельных слов, то они больше напоминали аккорды, одиночные ноты, каждая со своим значением. Теперь, слушая очень внимательно (и без Странника рядом, который бы ей переводил в синхрон), девочка даже понимала некоторые из них. К примеру, сейчас Древорезчица хвалит соратников. Одобрительное арк арк арк донеслось со всех сторон. Будто группа морских львов. Королева сунула морду в стоявший перед нею кубок и вытащила какую-то резную штучку, зажав ее в зубах. Произнесла стайное имя, многоаккордный тумптититум. Прослушав его достаточно долго, Йоханна смогла бы это имя уже повторить, как «Джакерамафан», или даже уловить часть смысла, как в «Викврэкшрам». Из переднего ряда вылез и затрусил в сторону королевы синглет. Остановился он почти нос к носу с ближайшим элементом Древорезчицы. Та что-то сказала насчет его отваги и двумя элементами прицепила деревянную фенечку – брошь? – ему на куртку. Синглет сноровисто развернулся и побежал обратно в стаю. Древорезчица выудила из кубка следующую награду и вызвала другую стаю. Йоханна склонилась к Щепетильнику. – Что происходит? – удивленно спросила она. – Почему медали получают только синглеты? – «И как им удается подойти так близко к другой стае?» Щепетильник держался куда скованней большинства стай и почти игнорировал ее. Теперь голова одного элемента повернулась к ней. – Ш-ш-ш! Он начал было отворачиваться, но девочка схватила его за одну из курток. – Глупышка, – наконец отозвался он. – Награда для целой стаи. Один элемент выходит ее получить. Если выйдет больше – сдуреют. Ага. Одна за другой три стаи «выдвинули» элемента принять награду. Некоторые шли четко, как солдаты-люди в исторических анимациях. Другие начинали движение бойко, но затем сбивались с шага и робели, приближаясь к Древорезчице. Наконец Йоханна не выдержала: – Щ-щепетильник, а когда нам медали дадут? На этот раз он даже не обернулся, всеми мордами глядя на королеву. – В последнюю очередь, конечно. Мы с тобой выжгли гнездо и спасли саму Древорезчицу. Он весь дрожал от напряжения. И был безумно испуган. Внезапно Йоханна догадалась почему. Видимо, Древорезчице нетрудно сохранять рассудок в присутствии только одного элемента другой стаи. Но работает ли это в обратную сторону? Отослать одного своего элемента в другую стаю означало частично лишиться разума и положиться на милость этой стаи. Если так посмотреть… что ж, Йоханне вспомнились исторические романы, которые она любила проигрывать. На Нюйоре, в Темные века, дамы, удостоенные аудиенции у королевы, по обычаю отдавали ей меч и преклоняли колено. Так они изъявляли верность. Здесь то же самое, но, взглянув на Щепетильника, Йоханна поняла, что церемония хотя и чисто формальная, однако устрашающая. Еще три медали обрели владельцев, а затем Древорезчица пробулькала аккорды, слагавшие имя Щепетильника. Командующий артиллерией стоял прямой, как палка, издавая тонкий жалобный свист. – Йоханна Ольсндот, – проговорила Древорезчица и добавила на своем языке: выйдите, мол, вперед. Йоханна встала. Щепетильник и элементом не повел. Королева засмеялась человеческим смехом. Она держала две полированные броши. – Йоханна, я тебе потом на самношке все объясню. Просто выйди вперед с одним из элементов Щепетильника. Щепетильник? Неожиданно они очутились в центре внимания, под тысячами взглядов. Порыкивание и фоновая болтовня прекратились. Йоханна себя так неуютно не чувствовала с тех пор, как играла первую колонистку в школьной пьесе «Высадка». Наклонясь так низко, что могла бы коснуться головой одного из элементов Щепетильника, она позвала: – Пойдем, парень. Мы с тобой великие герои. Тот вылупился на нее: – Не могу. – Почти неслышно. Щегольские эполеты и задор удальца не могли скрыть истинных чувств. Щепетильник был напуган до смерти. И не сцены он боялся. – Я не могу себя снова разрывать так скоро. Я не могу. Позади них раздалось бульканье: то были артиллеристы Щепетильника. «Всех Сил ради, лишь бы они против него не повернулись! Добро пожаловать в средневековье. Вот же идиоты. Щепетильника на фрагменты разнесло, а он им задницы спас, и теперь…» Она обняла его двойку руками за плечи: – Мы это вместе сделали, ты и я. Помнишь? Головы кивнули. – Кое-что. Та часть меня была одна… ни за что бы сама это не сделала. – Правильно. Как и я. Но вместе мы выжгли волчье гнездо. Щепетильник мгновение глядел на нее, вращая глазами. – Да. Мы это сделали. – Он поднялся на лапы, резко дернул головами, так что заглушки хлопнули. – Да! – И придвинул к ней Белоголового. Йоханна выпрямилась. Они с Белоголовым вышли на открытое пространство. Четыре метра. Шесть. Она слегка поглаживала элемента по шее. Отойдя от остального Щепетильника на двенадцать метров, Белоголовый сбился с шага. Поднял голову, помотал ею, озираясь, увидел Йоханну и двинулся дальше, медленней. Йоханна мало что запомнила из церемонии, потому что смотрела в основном на Белоголового. Древорезчица произнесла длинную непонятную фразу. Каким-то образом у них на воротниках появились богато украшенные резьбой деревянные медали, и они пошли обратно к остальному Щепетильнику. Потом девочка снова осознала присутствие толпы. Те растянулись под пологом леса, насколько хватало глаз, и каждая стая весело приветствовала их, а громче всех кричали Щеповы пушкари.
Разговор Йоханны и Древорезчицы в палатке. Ночью в лагере Йоханна приходит в палатку к Древорезчице, чтобы поговорить по душам после прошедших событий. Королева признается героине в своих опасениях: она осознает уязвимость своих войск и сомневается в правильности выбранного пути, но при этом использует подвиг Йоханны и Щепетильника как символ единства разных рас для поддержания верности подданных. В ходе доверительного разговора Древорезчица делится своими внутренними переживаниями о лидерстве и усталости, признаваясь, что боится потерять душевную стойкость. В финале героини засыпают, оставив тему сложных политических и личных решений на потом.
Полночь. Тут, на дне долины, в нескончаемом дне бывала пора, когда солнце на три-четыре часа опускалось за северную стену. Не ночь, даже не сумерки. Дым пожаров на северной стене сгустился. Йоханна могла обонять его. Она прошла от бивуака пушкарей к центру лагеря и палатке Древорезчицы. Там было тихо; она слышала, как пищат в кустарниковой поросли какие-то зверушки. Празднество продлилось бы дольше, но все понимали, что уже через несколько часов придется взбираться на северную стену ущелья. Поэтому веселье уже почти улеглось, лишь кое-где раздавались взрывы хохота или попадалась навстречу стая навеселе. Йоханна шла босиком, перекинув через плечо сапоги. В такую засуху подошвам было приятно ступать по мягкому мху. Сквозь разрывы в лесном пологе проступало затянутое дымом небо. Удалось почти забыть то, что произошло, и отвлечься от того, что предстояло. Стражники, охранявшие палатку Древорезчицы, не остановили девочку, лишь окликнули вполголоса. Ну да, не так уж много людей тут слоняется. Королева высунула морду наружу: – Заходи, Йоханна. Древорезчица расселась в своей обычной позе, кружком, со щенками в центре. Было совсем темно, лишь немного света проникало от входа в палатку. Йоханна плюхнулась на подушки, где привыкла спать. Весь день и вечер после награждения она выжидала момента поговорить с Древорезчицей по душам. Но… пушкари на пиру были так счастливы. Йоханна не решилась разрушать атмосферу. Древорезчица склонила голову, глядя на нее. Двое щенков повторили движение. – Я тебя видела на пиру. Ты трезвенница. Еда наша тебе в основном подходит, но пива ты не пьешь. Йоханна передернула плечами. «И вправду, почему?» – Детям не положено выпивать, пока им не исполнилось восемнадцать. Таков был обычай, и родители ему следовали. Йоханне пару месяцев назад сравнялось четырнадцать; Данник напомнил ей об этом в точный час. Она задумалась. Не случись всего этого, живи она, как прежде, в Высокой Лаборатории или на Страумлианском Просторе, старалась бы удрать с подружками из дому, вкусить запретных плодов? Вероятно, да. Но здесь, где она предоставлена самой себе и уже прослыла великой героиней, она и капли в рот не взяла… Может, потому, что мамы с папой тут нет и, если следовать их пожеланиям, они вроде как рядом. На глаза навернулись слезы. – Мм. – Древорезчица вроде бы не заметила. – Странник тоже так говорил. – Она потыкалась носами в щенят и усмехнулась. – Думаю, в этом есть резон. Этим двоим пива не дают, пока они не подрастут, хотя сегодня вечером они наверняка от меня чуток насосались. – В палатке слегка пахло пивом. Йоханна резким движением утерла слезы. Ей не хотелось сейчас говорить о подростковых проблемах. – Ты знаешь, сегодня ты со Щепетильником нехорошо поступила. – Я… да. Но я с ним это предварительно обсудила. Он не хотел, но мне показалось, что он… упрямится, правильное слово? Если б я знала, как ему тяжко, то… – Он там на глазах у всех чуть не распался. Если я правильно понимаю, это его опозорило бы, разве нет? – Да. Честь в обмен на верность на глазах равных себе – это важно. По крайней мере, так правлю я. Странник или Данник, вероятно, подскажут дюжину других способов управления. Пойми, Йоханна, мне нужен был этот акт Обмена, и вы со Щепетильником должны были при нем присутствовать. – Да, я знаю. Мы двое спасли ваши задницы. – Прикуси язык! – Голос ее стал жестче, и Йоханна вспомнила, что говорит со средневековой королевой. – Мы в двух сотнях миль от моих границ, почти в сердце домена Шкуродера. Через несколько дней мы столкнемся с врагом и в большинстве своем погибнем неизвестно за что. У Йоханны внутри все оборвалось. Если не получится пробиться на корабль и закончить начатое родителями… – Пожалуйста, Древорезчица! Оно того стоит! – Я понимаю. И Странник понимает. Большинство членов Совета соглашаются с нами, хотя и не без оговорок. Но Совет говорит с Данником. Мы видели ваши миры, видели, на что способна ваша наука. С другой стороны, мои подданные, – она махнула головой в сторону лагеря за выходом из палатки, – следуют за мной, потому что верят, а еще из преданности. Для них положение смертельно опасное, а цель не вполне ясна. – Она помолчала, хотя двое щенят еще мгновение принужденно жестикулировали. – Я, если честно, не понимаю, как вы убеждаете свой народ идти на такой риск. Данник рассказывает о воинской повинности. – То было на Нюйоре, в давние времена. – Не важно. Суть в том, что мои войска тут, потому что они верны мне, по большей части – именно мне лично. Шестьсот лет я оберегала их; воспоминания и предания ясно свидетельствуют об этом. Я не единожды видела сокрытую опасность, и не единожды советы мои спасали тех, кто к ним прислушивался. Вот что держит здесь бо́льшую часть солдат и пушкарей. Каждый волен вернуться. Что они должны думать, если первое наше «сражение» произошло, когда мы, подобно неопытным… туристам… напоролись на волчье гнездо? Не окажись вы со Щепетильником волею счастливого случая в нужном месте в нужное время, я бы погибла. Странника бы убили. Наверное, треть армии бы тут полегла. – Не мы, так кто-то другой, – тихо ответила Йоханна. – Возможно. Хотя не думаю, чтобы кто-то другой отважился выстрелить по гнезду. Ты понимаешь, какой эффект это способно оказать на моих подданных? Если несчастный случай в лесу чуть не погубил нашу королеву и наше удивительное оружие, то что же сулит нам стычка с мыслящим врагом? Вот какой вопрос гложет многих. Если бы я на него не ответила, мы бы не вышли из этой долины, по крайней мере в северном направлении. – И ты раздала медали. Верность за отвагу. – Да. Но ты многого не поняла, потому что не владеешь нашим языком. Я там долго распиналась насчет их великого подвига. Я раздала медали серебряного дерева всем, кто проявил себя, отражая атаку. Это помогло кое-кого успокоить. Я снова толкнула речь насчет мотивов похода – о чудесах, обещанных Данником, и про то, как солоно нам придется, если Стальной продолжит в том же духе. Но они это уже слышали, и говорила я о вещах довольно абстрактных. А потом я показала им кое-что новое – вас со Щепетильником. – Нас? – Я вознесла вас выше неба. Синглеты часто проявляют отвагу. Иногда они полуразумны или умеют говорить. Но в одиночку фрагмент Щепетильника мог бы лишь хорошо рубить клинком, не более. Он умел пользоваться пушкой, но возможности управлять ею у него одного не было. Сам по себе он бы и не сообразил, куда стрелять. А ты – Двуногая. Во многих аспектах ты беспомощна. Думать ты способна лишь в одиночку, но не мешаешь другим своими мыслями. Вместе вы совершили деяние, непосильное любой стае в разгар атаки из волчьего гнезда. И я сказала войскам: узрите, на что способны представители двух рас, действующие сообща и закрывающие уязвимые места другого! Вместе мы еще на шаг приблизимся к Стае Стай. Как там Щепетильник, между прочим? Йоханна едва заметно улыбнулась: – Вроде отошел. Как только выбрался оттуда и принял медаль, – девочка коснулась собственной броши, приколотой к воротнику, красивого изделия с резной картинкой города древорезчиков, – так сразу изменился. Ты бы его видела потом на пирушке с пушкарями. Им тоже воздалось за верность по чести, а потом они ка-ак вжарили по пивку… Щепетильник всем рассказывал направо и налево, какие мы молодцы. Он даже заставил меня показывать… Ты в самом деле считаешь, что армия поверила твоим словам о сотрудничестве людей и Когтей? – Думаю, да. На родном языке я бываю весьма красноречива. Я себя такой сделала. – Древорезчица помолчала. Щенки ползали по ковру и тыкались мордами в ладони Йоханны. – Кроме того… это может оказаться правдой. Странник в этом уверен, во всяком случае. Ты спишь со мной в одной палатке и сохраняешь способность мыслить. Мы с ним этого не можем; с другой стороны, мы оба живем долго и, наверное, не глупее людей или прочих созданий Запределья, описанных Данником. Но вы, синглеты, можете находиться вплотную друг к другу, и при этом думать и работать. Бьюсь об заклад, по сравнению с нами синглетные расы куда быстрее развивают науку. Но теперь, с твоей помощью, мы тоже станем меняться быстрее. – Щенята отползли назад, Древорезчица уронила головы на лапы. – По крайней мере, я убеждала в этом подданных… Постарайся поспать. На земле рядом с палаткой уже сверкали пятнышки солнечного света. – Ладно. Йоханна стянула верхнюю одежду. Легла рядом и укуталась легким одеялом. Большинство элементов Древорезчицы уже, казалось, уснули. Как обычно, у одного-двух глаза оставались открыты, но интеллект их был ограничен – а сейчас и эти выглядели очень утомленными. Забавно: Древорезчица так настойчиво тренировалась с Данником, обучаясь выражать человеческим голосом не только смысл сказанного, но и эмоции. И сейчас голос ее был таким усталым, таким грустным. Йоханна высунула руку из-под одеяла, погладить по голове ближайшего элемента Древорезчицы – слепца. – Ты веришь в то, что сказала им? – мягко спросила она. Один из «караульных» посмотрел на нее, и отовсюду раздался очень человеческий вздох. Древорезчица ответила еле слышно: – Да… но я так боюсь, что для меня самой это уже не важно. Я шестьсот лет была уверена в себе. Но то, что случилось на южной стене… это недопустимо. Если бы только я послушалась Проныры и двинула армию Новой Дорогой… – Но нас там могли бы заметить… – Да. Куда ни кинь, всюду клин, так получается? У Проныры агенты в высших кругах шкуродерников. Но к повседневным обязанностям он подчас относится небрежно. Я это знала и считала, что сумею компенсировать его промашки. Старая Дорога оказалась куда в худшем состоянии, чем мне помнилось. Если бы последние несколько лет тут кто-то ездил, волки бы не появились. Если бы Проныра правильно расставлял караульных или я с ним обходилась бы как следует, нас не застигли бы врасплох. А вместо этого нас чуть не разбили наголову… и единственный оставшийся у меня талант, как погляжу, служит теперь тому, чтоб дурачить тех, кто мне все еще доверяет, полагая, что я знаю свое дело. – Она открыла еще пару глаз и улыбнулась жестом. – Удивительно. Я даже со Странником так не откровенничаю. Это что, еще одно «преимущество» человеческой модели отношений? Йоханна погладила слепого по шее: – Возможно. – Как бы там ни было, я верю в то, что сказала им, но опасаюсь, что душевной стойкости воплотить это в жизнь уже лишилась. Вероятно, мне стоило бы отречься в пользу Странника или Проныры; надо об этом поразмыслить. Йоханна удивленно вскинулась, но Древорезчица шикнула на нее: – А теперь спи, будь добра.
Кризис на «Внеполосном-II» и интриги Стального Владыки. На корабле «Внеполосный-II» Равна, Фам и Синепанцирь пытаются выжить в условиях преследования флотами и технических катастроф, вызванных действиями Фама. Несмотря на внутренние конфликты и недоверие, герои ищут способы установить связь с союзниками и использовать тактические маневры против флота Погибели. Ситуация осложняется попаданием в аномальную Медленную Зону, где команда вынуждена бороться с системными сбоями и растущим напряжением. Параллельно на борту корабля Амдиджефри герои сталкиваются с опасным ростом плесени, пока ожидают связи с Равной. В то же время Стальной Владыка планирует уничтожение армии Древорезчицы, используя манипуляции Шкуродера. Шкуродер, преодолевая влияние внутренних сущностей, тайно укрепляет свою власть и подчиняет себе стаю для выполнения секретных приказов.
Подробный пересказ
Размышления Равны в каюте. Равна находится на корабле «Внеполосный-II», который активно преследуют три флота, включая силы Альянса, Сьяндры Кей и загадочное Искажение. Анализируя новости в Сети, героиня осознает масштаб угрозы и понимает, что их миссия обладает космической значимостью. Несмотря на осознание потенциальной опасности и «искры зла» в Синепанцире и Зеленожке, Равна решает продолжать считать их союзниками и защищать. В условиях деградации бортового оборудования и растущего давления она борется с чувством вины и страхом перед неизбежным столкновением.
Когда-то Равна лелеяла надежду, что их маленький корабль доберется до самого Дна незамеченным. Теперь все поменялось, и это тоже. В данный момент «Внеполосный-II» отслеживался, как никакой другой звездолет Сети. Наверное, миллион рас наблюдал за погоней. Из Срединного Запределья в их сторону развернулись исполинские антенные рои. Там выцеливали их следящими лучами и слушали новости (как правило, лживые) с кораблей преследования. Равна не могла напрямую прослушать эту дезу, но передачи из Запределья не оставляли в этом сомнений. Можно было даже на главную магистраль не заходить. Равна ежедневно уделяла какое-то время чтению новостных групп, пытаясь вернуть утраченную надежду, доказать самой себе, что поступает правильно. Теперь было совершенно ясно, что за ними гонится. Фам и Синепанцирь оказались правы. В Сети же без конца спорили, каковы причины погони и что преследователи пытаются найти. Как обычно, правда, что под нею ни понимай, могла скрываться под горами разносортной лжи. Равна сжала зубы. Самое скверное, что факты в этом сообщении не перевраны. Злобным и лживым было лишь их истолкование. И нельзя было понять, то ли постаралась чья-то теневая пропаганда, то ли святой Ринделл сам в это верит (хотя Ринделл, казалось, никогда особо не доверял бабочкам). В одном все комментаторы новостных групп сходились: за «Внеполосным-II» гонится не только флотилия Альянса. Рой ультраволновых следов виден был любому наблюдателю за тысячу световых лет. За кораблем летели, самое меньшее, три флота. Три! Альянс во Имя Защиты, продолжавший громогласно обвинять и хвастаться, хотя некоторые его и подозревали в совершении геноцида по корыстным мотивам. За Альянсом летела флотилия Сьяндры Кей, то, что оставалось от сил родного мира Равны; вероятно, во всей Вселенной ей некому больше доверять, кроме них. А сразу за этим флотом – еще один, молчаливый. Сообщения из разных источников подтверждали, что летит он с Вершины Запределья. На Дне у флота будут проблемы, но сейчас он шел быстрее всех. Мало кто сомневался, что снарядило его Искажение. Присутствие этой флотилии служило лучшим аргументом для Вселенной в пользу теории, что «Внеполосный-II» или его цель обладают космической значимостью. Спорили о том, почему это так. Предположения на этот счет сыпались со скоростью пяти тысяч постов в час. Загадку штурмовали с миллиона разных подходов, иногда настолько чужацких, что авторы даже считали наездников и людей представителями одного вида. По крайней мере пятеро участников треда были газообразными обитателями звездных корон. Еще в парочке Равна подозревала расы, не внесенные в общий каталог и столь застенчивые, что они, наверное, впервые высунулись в Сеть. Компьютер «Внеполосного-II» значительно поглупел по сравнению с тем, каким он был в Срединном Запределье. Равна уже не могла переложить на него фильтрацию сообщений в поисках нюансов и намеков. Вообще говоря, если в сообщении не было перевода на трисквелин, оно зачастую оказывалось нечитабельно. С основными торговыми языками бортовой переводчик все еще справлялся, но и в этих случаях работал медленно, сдабривая результаты альтернативными значениями и всякими «варкалось, хливкие шорьки». Еще одно знамение близости Дна Запределья. Эффективный перевод с естественных языков требует почти разумных программ. Тем не менее, будь конструкция лучше проработана, можно было ожидать лучшего. Автоматика бы медленно деградировала под влиянием глубинных ограничений. Вместо этого отдельные устройства отключались без предупреждения, а уцелевшие начинали глючить и тормозить. Эх, если бы переоснастку удалось завершить до Падения Маршрутизатора! «Сколько раз я уже на это сетовала?» Оставалось надеяться, что преследователям приходится не легче. Так что теперь Равна применяла корабельную автоматику лишь для простейшей фильтрации сообщений группы Угроз. После этого тоже оставалась в основном чушь, будто авторы погоду пытались предсказать. Некоторые сообщения дразнили любопытство, например: До какого-то момента Равна почти понимала мысль автора: аблятивный диссонанс был расхожим понятием прикладной теологии. Но затем сообщение резко обессмыслилось, как бывает во сне, когда раскрывается великая тайна. Попадались посты и не дурацкие, и не туманные. Как обычно, Сандор на Зоо многое понимал чертовски верно: Равна откинулась в гамаке и некоторое время глядела на дисплей. Сандорская арбитражная разведка оказалась в числе самых проницательных участников этой новостной группы… Но даже ее прогнозы теперь сулили неминуемый крах того или иного толка. И такие сплошь деловитые, аналитические. Равна знала, что Сандор – поливидовая организация, с филиалами по всей Вершине Запределья. Но не Сила. Против Искажения, которое низвергло Маршрутизатор и убило Старика, Сандору при всех ресурсах не выстоять; захочет враг их поглотить, так и схрумкает. В сандорских выкладках звучали интонации пилота гибнущего корабля, который понимает опасность и не тратит время на испуг. «О Фам, вот бы сейчас поговорить с тобой, как раньше!» Она свернулась в клубок – в невесомости это несложно. Тихо, безнадежно заплакала. За последние пять дней они обменялись от силы сотней слов. Жили, словно каждый приставил другому пушку к виску. В общем-то, так оно и было – она об этом позаботилась. Работая вместе, Фам, Равна и наездники хотя бы делили груз опасности. Теперь они расколоты, а враги настигают. Какая польза от Фамова богосколка против тысячи вражеских кораблей под управлением Погибели? Она невесть сколько парила в воздухе. Всхлипы прекратились, сменившись молчаливым отчаянием. Она снова задумалась, а правильно ли поступила. Она угрожала Фаму, вступившись за Синепанциря с Зеленожкой и их расу. Она утаила предательство – наверняка крупнейшее за историю Известной Сети. Имеет ли право один человек нести такую ответственность? Фам ее об этом спросил. Она ответила, что да. Но… Вопрос мучил ее каждый день. И каждый день она искала выход. Она тихо утерла слезы. В истинности слов Фама она не сомневалась. В Сети встречались самодовольные комментаторы, утверждавшие, будто Погибель, при ее масштабе, не может нести зло, а является лишь трагической катастрофой. Концепция зла, доказывали они, применима лишь в меньших масштабах, на уровне вреда, который причиняют друг другу разумные существа. До Гармоничного Покоя их аргументация казалась просто фривольным словоблудием. Теперь Равна понимала, что доводы эти ошибочны и откровенно опасны. Погибель создала наездников, чудесную миролюбивую расу. На миллиарде планет они не совершили ничего дурного. И тем не менее этих друзей потенциально можно было превратить в чудовищ, поработив их разум. При мысли о Синепанцире и Зеленожке Равну захлестывал страх. Она понимала, что те отравлены, заражены, пускай сами по себе и отличные ребята. То была искра зла трансцендентных масштабов. Она сама втянула Синепанциря с Зеленожкой в эту миссию; они не напрашивались. Они были ей друзьями и союзниками, и она не позволит причинить им вред только потому, что они могут измениться. Наверное, она слишком начиталась свежих новостей. Наверное, устала в очередной раз взвешивать одни и те же вероятности. Равна медленно выпрямилась, перечитала последние сообщения. Итак, она верила, что Фам прав насчет исходящей от наездников угрозы. Она знала, что эти двое – потенциальные враги. Она отшвырнула это знание, желая спасти их расу и их самих. Возможно, она ошиблась, но придется извлекать преимущества из того, что есть. «Если ты рискнула их пощадить, потому что считаешь их союзниками, ну так веди себя с ними соответственно. Воспринимай их как друзей. Мы тут все пешки на доске».
Разговор с наездниками в каюте. Равна посещает каюту наездников, где Синепанцирь показывает ей Зеленожку, которую он восстановил после катастрофы. В ходе беседы Зеленожка в состоянии шока признается, что она и другие наездники были мгновенно подчинены «Погибелью» через контакт с их тележками, подтверждая опасения Фама Нювена. Равна убеждает Фама в необходимости сотрудничества с наездниками, и он, несмотря на глубокое недоверие, соглашается работать сообща ради достижения общей цели.
Равна осторожно оттолкнулась и полетела к двери каюты. Каюта наездников располагалась сразу за рубкой управления. После катастрофы на Покойся с Миром эти двое не покидали ее. Спускаясь по проходу к их двери, Равна почти ожидала, что из тени появится какой-нибудь робот, которого Фам сварганил из подручных материалов. Она понимала, что он делает все, чтобы «защитить себя». Но ничего такого не произошло. «Как отнесется он к моему посещению наездников?» Она представилась. Спустя миг появился Синепанцирь. Тележка его была без косметики, в каюте позади царил бедлам. Он приветствовал ее короткими взмахами ветвей: – Миледи? – Синепанцирь. – Она дружески кивнула ему. Половину времени она себя проклинала за то, что доверяет наездникам, другую половину – терзалась, что оставила их в одиночестве. – Как там Зеленожка? Неожиданно ветви Синепанциря сложились вместе в эквиваленте улыбки. – А, вы догадались? Она первый день на новой тележке… Я вам покажу, если хотите. Он проложил им путь среди оборудования, установленного в каюте. Оно напоминало корабельную аппаратуру, которой пользовался Фам, сооружая себе бронескаф. Если Фам это увидит, наверняка потеряет остатки самообладания. – Я над нею трудился каждую минуту с тех пор… как Фам запер нас. Зеленожка находилась в соседней каюте. Ствол и ветви ее торчали из серебристого горшка. Колес у горшка не было, как и других элементов традиционной тележки. Синепанцирь проехал по потолку и протянул ветвь вниз, к своей подруге. Прошелестел ей что-то. Спустя миг пришел ответ. – Эта псевдотележка очень ограниченна, двигаться не способна, резервных источников питания не имеет. Я скопировал ее с меньших тележек: простая модель, разработанная дирокимами. Она ни для чего не пригодна, кроме как сидеть и смотреть в одну сторону. Зато снабжена кратковременной памятью и модулем фокусировки внимания… Мы снова вместе. – Он суетился вокруг Зеленожки, касаясь ее веток своими и указывая на построенный для подруги гаджет. – Сама Зеленожка не очень пострадала. Иногда я думаю… что бы там ни говорил Фам, в последний момент, наверное, он просто не смог ее убить. – Речь наездника стала нервной, словно он боялся возражений Равны. – Первые дни я очень переживал, но хирург справился отлично. Он ее долго выдерживал в сильном прибое, позволяя медленно мыслить. Когда я приделал ей эту псевдотележку, Зеленожка стала… вроде как зарядку делать. Тренировать память. Повторять то, что хирург ей говорил. Псевдотележка обеспечивает ей доступ в новую память почти на пятьсот секунд. Этого достаточно, чтобы естественный ум передал мысль в долговременную память. Равна подлетела ближе. На ветвях Зеленожки появились одеревеневшие участки – наверное, рубцы. Зрительные поверхности следили за Равной. Наездница знала, что девушка здесь, и вид у нее был дружелюбный. – Может ли она говорить на трисквелине, Синепанцирь? Ты подключил вокодер? – Что? – Он пожужжал. Забывается или нервничает? Равна не могла понять. – Да-да. Минуточку… Раньше не было нужды. Никто не хотел с нами разговаривать. Он повозился с импровизированной тележкой. – Привет, Равна, – пришел ответ спустя миг. – Я… узнаю тебя. Ветви шелестели в такт словам. – Я тоже тебя узнаю. Мы… я рада, что ты снова с нами. Голос из вокодера был какой-то странный, тоскливый, что ли. – Да. Мне трудно объяснить. Я хочу с вами поговорить, но я не уверена… я, случайно, не ерунду несу? Синепанцирь вытянул длинное щупальце так, чтобы Зеленожка не увидела. Скажи, что нет. – Нет, Зеленожка. Я тебя отлично понимаю. – И Равна мысленно пообещала себе никогда больше не злиться на Зеленожку за ее забывчивость. – Хорошо. – Ее ветви выпрямились, и она замолчала. – Вот видите? – сказал из вокодера Синепанцирь. – Я весело смеюсь. Даже сейчас Зеленожка переписывает этот разговор в долговременную память. Пока что процесс идет медленно, однако я совершенствую псевдотележку. И я уверен, что замедление связано прежде всего с эмоциональным шоком. – Он и дальше гладил Зеленожку по ветвям, но наездница больше ничего не произнесла. Равна задумалась, насколько показным был оптимизм Синепанциря. Позади наездников были дисплейные окошки, настроенные на их органы чувств. – Вы следите за новостями? – спросила Равна. – Да, конечно. – Я… я себя такой беспомощной чувствую. «И такой идиоткой, что тебе это говорю». Но Синепанцирь не обиделся. Казалось, смена темы его обрадовала: он предпочел более абстрактные поводы для уныния. – О да. Мы прославились. Три флотилии гонятся за нами, миледи. Ха-ха. – Непохоже, чтобы они особенно быстро нас догоняли. Синепанцирь тряхнул ветками, как человек – плечами. – Сир Фам проявляет себя вполне компетентным капитаном. Боюсь, однако, что по мере спуска ситуация осложнится. Вершинная автоматика корабля станет глючить. Все большее значение начнет обретать то, что вы называете «ручным управлением». «Внеполосный-II» построен для моей расы, миледи. Что бы сир Фам о нас ни думал, у Дна лучше нас с ним никто не управится. И другие нас постепенно догонят, по крайней мере те, кто хорошо разбирается в устройстве своих кораблей. Об этом она не подумала, да и в Сети бы наверняка не вычитала. Жаль, что новости дурные. – Но в-ведь Фам это понимает? – Думаю, что должен. Но он в плену собственных страхов. Что он может сделать? Если бы не вы, миледи Равна, он бы нас уже убил. Вероятно, если выбор у него будет между смертью в течение часа и решением довериться нам, у нас появится шанс. – Тогда будет уже поздно. Послушай, даже если он тебе не доверяет и полон мрачных подозрений насчет наездников, мы все равно должны что-то придумать. – И Равна поняла, что иногда не нужно ни менять образ мысли других, ни даже подставлять им другой объект ненависти. – Фам хочет попасть на Дно, отбить свою контрмеру. Он полагает, что, если вами завладела Погибель, цель у нее та же. Но он может до некоторой степени… «Согласиться на сотрудничество, отсрочив решительную схватку до тех пор, пока необходимость в ней, возможно, отпадет». Не успела Равна закончить, как Синепанцирь уже замахал на нее ветками. – Мною Погибель не завладела! Зеленожкой не завладела! И расой наездников тоже! – Он облетел подругу и подкатился по потолку вплотную к Равне, пока шелестящие ветки его не уткнулись ей прямо в лицо. – Прости, это всего лишь потенциальная… – Чушь! – Вокодер орал на пределе громкости. – Мы налетели на выродков. В каждой расе такие есть: они способны убить ради выгоды. Они похитили Зеленожку и подменили программу в ее вокодере. Фам Нювен миллиарды наездников уничтожил бы, поверив в свои выдумки! Он замахал ветками и потерял дар речи. Равна еще не видела, чтобы ветви наездника меняли оттенок, а тут они потемнели. Понемногу он успокоился, но больше ничего не сказал. А потом Равна услышала звук, который мог исходить из вокодера. Жалобный стон. Звук нарастал, переходя в отчаянный вой. Покруче любых спецэффектов Синепанциря. Это стонала Зеленожка. Крик едва не достиг болевого порога, а потом оборвался, сменившись сбивчивым трисквелином: – Это правда! Ох, Синепанцирь, всей нашей жизнью клянусь, правда… Из вокодера послышались статические помехи. Зеленожка отчаянно затрясла ветками, вертя ими во все стороны, как обезумевший человек вращает глазами навыкате или что-то истерически лепечет. Синепанцирь тут же вернулся к ней по стене, полез было переналаживать новую тележку. Зеленожка отогнала его взмахом ветвей и продолжила обычным голосом из вокодера: – Я была в ужасе, Синепанцирь! Это был ужас, чистый ужас. И он не прекращался… – Голос ее на миг сорвался, перешел в треск, но на этот раз Синепанцирь не двинулся с места. – Я помню все, что со мной было, кроме последних пяти минут. И, любовь моя, все, что говорил Фам, – правда. Я была тебе верна, как и ты мне, уже двести лет, и тебя бы совратили так же быстро, как и меня. – Слова хлынули стремительным потоком, точно вода, пробившая плотину. В основном осмысленные. Ужас глубоко запечатлелся в ней, и Зеленожка только сейчас отходила от жуткого шока. – Я сразу за тобой стояла, помнишь, Синепанцирь? Ты весь ушел в переговоры с бивненогими, так глубоко закопался, что даже не заметил. А я увидела, как приближаются другие наездники. Думала, просто поздороваться захотели – так далеко от дома. Потом один из них коснулся моей тележки. Я… – Зеленожка замялась, ветви ее затрещали, она снова начала: я была в ужасе, я была в ужасе... Спустя минуту: – Синепанцирь, это как будто тебе в тележку внезапно закачали новые воспоминания. Новая память, новое отношение к миру. Тысячелетней глубины. И не мое. Мгновенно, мгновенно. Я не теряла сознания. Я мыслила так же ясно, я помнила все, что со мной раньше происходило. – А когда ты воспротивилась? – тихо спросила Равна. – Воспротивилась? О, миледи Равна, я не сопротивлялась. Я стала их… Нет. Не их, потому что их тоже подчинили. Мы стали бездушными предметами, интеллект наш перешел на службу чьим-то целям. Мы были мертвы и одновременно живы, потому что понимали это. Я бы вас убила, я бы Фама убила, я бы убила Синепанциря. Вы знаете, я пыталась. И я старалась преуспеть. Вы себе не представляете, Равна. Вы, люди, говорите о насилии. Но вы понятия не имеете… – Длинная пауза. – Нет, не совсем. На Вершине Запределья, внутри самой Погибели: наверное, там все живут так, как довелось мне. Дрожь не прекращалась, но жесты веток больше не были бесцельны. Она что-то говорила на родном языке и нежно поглаживала ветви Синепанциря. – Вся наша раса, любовь моя. Точно так, как Фам говорит. Синепанцирь поник, и Равну замутило, как при вести о гибели Сьяндры Кей. Тогда погибли ее миры, ее семья, ее жизнь. Синепанцирю пришлось хуже. Равна подлетела немного ближе. Она почти могла коснуться ветвей Зеленожки. – Фам говорит, что дело тут в больших тележках. «Диверсия миллиардолетней давности». – Да, главным образом в них. «Великий дар», который мы, наездники, так почитаем… Тележки разработаны для управления нами, но я боюсь, что и нас самих переделали. Когда моей тележки коснулись, то сей же миг перевербовали. Мгновенно. Все, что я ценила, обессмыслилось. Мы – разумные бомбы, триллионами разбросанные повсюду в пространстве, но нас никто не считает угрозой. Нас намерены использовать выборочно. Мы – тайное оружие Погибели, специально для Нижнего Запределья. Синепанцирь дернулся и произнес сдавленно: – Значит, все, что утверждает Фам, верно. – Нет, Синепанцирь, не все. – Равна припомнила последнее, леденящее душу противостояние с Фамом Нювеном. – Факты истинны, но толкует он их неверно. Пока ваши тележки не совращены, вы ничем не отличаетесь от тех существ, с которыми я решилась путешествовать ко Дну. Синепанцирь скосил зрительные поверхности, уводя их от Равны: эквивалент сердитого пожатия плечами. Вместо него ответила Зеленожка: – Пока тележки не совращены. Но как легко оказалось это сделать, как неожиданно я стала рабыней Погибели! – Да, но разве это может случиться иначе, как при прямом контакте? Разве вас можно «изменить», просто дав почитать сетевые новости? Равна мрачно язвила, но бедная Зеленожка восприняла вопрос всерьез. – Нет, новости по стандартному протоколу нам ничего не сделают. Но передача, направленная на оборудование тележки, – может. – Значит, мы в безопасности. Ты теперь не ездишь на большой тележке, а Синепанцирь… – Потому что меня не коснулись, но откуда тебе это знать? Гнев его по-прежнему был оттенен затаенным стыдом, но стал безнадежным, обратился куда-то очень далеко. – Нет, любовь моя, тебя не касались. Я бы знала. – Да. А почему Равна должна тебе верить? «Все это может оказаться ложью… – подумала Равна. – Но Зеленожке я верю. Я верю, что мы четверо во всем Запределье только и можем уничтожить Погибель. Если бы Фам поверил!» И это вернуло ее к вопросу: – Ты говоришь, отрыв сокращается? Синепанцирь утвердительно взмахнул ветками: – Как только спустимся еще чуть ниже, они нас догонят за считаные недели. «И тогда уже будет не важно, кто перевербован, а кто нет». – Думаю, надо нам поболтать с Фамом Нювеном. С его богосколком и всем остальным. Равна не представляла себе, как завершится их противостояние. Вполне возможно, что Фам совсем оторвался от реальности и попробует их убить, стоит им только появиться на мостике. Вероятнее, впрочем, яростный спор, полный угроз. И все сначала. Но… он был почти прежний, как Фам до Гармоничного Покоя. Он впустил их в рубку и ничего не сказал, когда Равна тщательно устроилась между ним и наездниками. Не перебивая, он выслушал объяснения Зеленожки в пересказе Равны. – Эти двое нам не угроза, Фам. И без их помощи нам ко Дну не добраться. Он кивнул и поглядел в окна. Некоторые пестрели звездами в естественном обзоре, но бо́льшая часть была отведена под ультраволновое слежение: можно сказать, портреты врагов, догонявших «Внеполосный-II». Отстраненное выражение на миг исчезло с лица Фама, и показался человек, который ее любил. Он был в отчаянии. – Рав, ты правда во все это веришь? Но почему? Но тут же снова опустилось забрало, и лицо стало спокойным, далеким. – Не обращай внимания. Очевидно вот что. Если не работать сообща, до мира Когтей ни за что не доберемся. Синепанцирь, я принимаю твое предложение. Работаем сообща, принимая меры предосторожности. «Пока я не сумею без опаски от тебя избавиться», – услышала Равна невысказанные слова за этой вялой вежливостью. Решающая схватка откладывалась.
Разговор Равны и Фама. На корабле «Внеполосный-II» Равна, Синепанцирь и Фам продолжают опасный путь к планете Когтей, опасаясь преследования флота Погибели. Между Фамом и Синепанцирем сохраняется напряженная атмосфера из-за недоверия и методов управления кораблем, которые Фам превратил в сложную систему ловушек. Равна пытается убедить Фама принять помощь Синепанциря и поддержать Зеленожку, однако Фам, движимый страхом перед возможным предательством и влиянием Погибели, предпочитает действовать в одиночку. Несмотря на внутренние конфликты и тяжелое эмоциональное состояние героев, они стремятся достичь цели, чтобы спасти своих друзей и доставить важные технологии.
По оценкам Фама и Синепанциря, им оставалось меньше восьми недель пути до планеты Когтей. Если зонная погода не переменится. Если их за это время не настигнут. Менее двух месяцев после уже проведенных в полете шести. Но то будут иные дни. Каждый день бросал вызов, таил противостояние под пленкой цивилизованных взаимоотношений, которую время от времени разрывали прямые угрозы насилием – например, когда Фам обнаружил новую аппаратуру в мастерской Синепанциря. Фам переселился в командную рубку; покидая ее, он запирал люк личным идентификационным ключом. Он уничтожил (или считал, что уничтожил) все остальные средства привилегированного доступа к корабельной автоматике. Они с Синепанцирем почти все время сотрудничали… но не так, как в былые времена. Каждый шаг давался им с трудом. Синепанцирь объяснял все, но не имел права ничего демонстрировать. Порою их стычки доходили до края, когда Фам вынужденно выбирал из двух зол меньшее. Ибо с каждым днем преследователи чуть сокращали отставание: две банды убийц и то, что осталось от флота Сьяндры Кей. По всей видимости, часть Коммерческой охраны уцелела, сохранила боеспособность и теперь жаждала отомстить Альянсу. Равна как-то предложила Фаму выйти с Коммерческой охраной на связь, чтобы убедить тех повернуть оружие против Погибельного флота. Фам посмотрел на нее без всякого выражения. – Пока не требуется, а может, и никогда не потребуется, – сказал он, отворачиваясь. В каком-то смысле ответ его принес облегчение: битва эта, несомненно, оказалась бы самоубийственной. Равна не желала остаткам своего народа погибнуть во имя ее. Итак, «Внеполосный-II» успевал на планету Когтей раньше врага, но каким кратким получалось это опережение! Бывали дни, когда Равна срывалась в горестный плач. Мысли о Джефри с Зеленожкой, однако, помогали ей держать себя в руках. Эти двое нуждались в ней. Еще несколько недель в пути не уменьшат этой потребности. Оборонительные планы Стального Владыки воплощались в жизнь. Когти даже достигли определенных успехов с этим широкодиапазонным радио. Стальной сообщал, что главные силы Древорезчицы уже выступили на север; гонку со временем вели несколько участников. Равна долгие часы копалась в библиотеке «Внеполосного-II», пытаясь придумать, какие еще изобретения пригодятся друзьям Джефри. Некоторые устройства, вроде подзорных труб, несложно было изготовить, но другие… Овчинка не стоила выделки. Даже если Погибель одержит победу, флот ее может проигнорировать разборки туземцев, занимаясь уничтожением «Внеполосного-II» и возвращением контрмеры. Зеленожка понемногу поправлялась. Поначалу Равну терзали опасения, что это улучшение лишь мнимое. Ежедневно она проводила много времени рядом с наездницей, пытаясь добиться прогресса в общении. Зеленожка блуждала где-то далеко – так ведут себя разбитые инсультом люди на стадии восстановления. В общем-то, после членораздельной первой беседы о пережитом ужасе наездница даже несколько регрессировала. Возможно, недавнее улучшение действительно привиделось Равне и она, охваченная сочувствием, просто выдала желаемое за действительное. Синепанцирь настаивал, что Зеленожка поправляется, но вел себя при этом со своим обычным упрямством. Две недели, три – стало ясно, что интерфейс взаимодействия наездницы с новой псевдотележкой понемногу приживается. Зеленожка осмысливала происходящее, постоянно фиксировала в памяти важные переживания… Она даже помогала Равне. Иногда наездница замечала то, что от девушки ускользало. – Сир Фам не единственный боится нас, наездников. Синепанцирь тоже испуган, и страх этот рвет его на части. Он даже мне в этом не признается, но полагает, что нас могли инфицировать независимо от тележек. Он отчаянно стремится убедить меня, что Фам ошибался, а заодно и самого себя. Она долго молчала, поглаживая веточкой по руке Равны. В каюте слышались звуки моря, но прибоя корабельная автоматика воссоздать не могла. – Я вздыхаю. Мы обязаны вообразить себе прибой, дорогая моя Равна. Где-нибудь всегда есть прибой, что бы ни стряслось на Сьяндре Кей, что бы ни случилось с нами. Наедине с подругой Синепанцирь был сама сердечность, но стоило ему остаться с Равной, как прорывался гнев: – Нет-нет, я не протестую против курса, проложенного сиром Фамом. По крайней мере, сейчас. Возможно, мы бы сумели продвинуться чуть дальше, если б я сидел за штурвалом, но самые быстрые суда преследователей все равно нагоняли бы нас. Тут дело в другом, миледи. Вы знаете, как ненадежна здесь, внизу, автоматика. Фам же уродует ее еще больше. Он написал собственные программы и установил поверх существующих инструкций систем безопасности. Он превратил рабочую среду корабельной автоматики в нагромождение ловушек. Равна и сама это видела. Подступы к мастерским и командной рубке «Внеполосного-II» производили впечатление военных блокпостов. – Ты знаешь, чего он опасается. Если ему так спокойнее… – Дело не в этом, миледи. Я бы ему позволил все, что угодно, рискни он принять мою помощь. Но его действия попросту опасны. Наша придонная автоматика и так ненадежна, а он дополнительно ее корежит. В случае непредвиденных осложнений рабочая среда, скорее всего, попросту отрубится. Последствия могут быть любыми – отказ термоконтроля, утечка воздуха и так далее. – Я… – Разве он не понимает? Фам не контролирует ничего! – Голос из вокодера сорвался в нелинейный писк. – Он властен разрушать, и ничего более! Ему нужна моя помощь. Он был моим другом. Разве он не понимает? Фам понимал… о да, Фам понимал. Они с Равной пока еще общались. Таких тяжелых споров у нее ни с кем в жизни не бывало. Временами, однако, споры приближались к рациональной дискуссии. – Я не одержим, Равна. По крайней мере, не в том смысле, в каком Погибель контролирует наездников. Моя душа мне принадлежит. Он отвернулся от консоли и слабо улыбнулся ей, признавая уязвимость подобных заверений. Но улыбки вроде этой убеждали Равну, что Фам Нювен еще жив и иногда говорит с нею. – А как насчет богосколка? Я же вижу, как ты часами напролет просто сидишь и смотришь на дисплей слежения, роешься в библиотеке или читаешь новости, – сканируя информацию на скорости куда выше человеческой. Фам пожал плечами: – Я изучаю наших преследователей, пытаюсь выяснить, кто какими кораблями управляет, какая у них боевая мощь. Подробностей я не знаю. В такие минуты самосознание отдыхает. И разум Фама полностью превращается в процессор, выполняющий загруженные Стариком программы. Несколько часов в состоянии фуги, бывало, дарили прозрение, достойное Силы, но даже его он потом не мог вспомнить. – Я отдаю себе в этом отчет. Что бы такое ни было этот богосколок, он очень специфичен. Он неживой – в каком-то отношении даже не очень разумный. Повседневные функции, вроде управления кораблем, он возлагает на старого доброго Фама Нювена. – И мы, Фам, хотим тебе в этом помочь, в частности – Синепанцирь, – тихо говорила Равна. В этом месте Фам обычно впадал в ледяное молчание или взрывался от ярости. Сегодня он лишь грустно нахохлился. – Равна, Равна. Я понимаю, он мне нужен… И да, я рад, что он мне нужен. Мне не пришлось его убивать. Пока. Губы Фама мгновение дрожали, и Равне почудилось, что он вот-вот разрыдается. – Богосколку Синепанцирь неизвестен… – Это не богосколок. Не он заставляет меня действовать подобным образом. Я действую, как действовал бы любой на моем месте при столь высоких ставках. Он говорил без гнева. Может, есть еще шанс. Возможно, получится его урезонить. – Синепанцирь и Зеленожка лояльны нам, Фам. Не считая происшествия на Гармоничном Покое… Фам вздохнул: – Да, я много об этом размышлял. Они прибыли на Маршрутизатор со Страумлианского Простора. Они обратили внимание Вриними на корабль беженцев. Это пахнет подставой, но если даже так, то их, вероятно, использовали вслепую. Возможно, противники Погибели. В любом случае тогда они еще не были одержимы, иначе Погибель бы с самого начала знала про мир Когтей. А Погибель ничего не знала до самого Гармоничного Покоя, пока не перевербовали Зеленожку. Синепанцирь же остался верен даже тогда. Он знал, как работает моя броня – например, как я высылаю дистанционные устройства, – и мог бы предупредить их, но не стал. Равну охватила нежданная надежда. Он и вправду о многом размышлял, и… – Дело тут исключительно в тележках, Фам. Это взведенные капканы. Но мы здесь в изоляции, а Зеленожкину ты спалил. Фам уже качал головой: – Это не просто тележки. Погибель и к самим наездникам приложила лапу, хотя бы частично. Не могу себе представить, как бы иначе произошла сверхъестественно быстрая перевербовка Зеленожки. – Д-да, мы рискуем. Но это малый риск в сравнении с… Фам не шевельнулся, но что-то в нем отдалилось от нее, отвергая возможное предложение поддержки. – Малый риск? Этого мы не знаем. Ставки слишком высоки. Я за соломинку хватаюсь. Если не прибегнуть сейчас к помощи Синепанциря, флот Погибели нас вышибет из пространства. Если же слишком ему довериться, он – или какая-то часть его – может предать нас. У меня ничего нет, кроме богосколка и пригоршни воспоминаний, которые… достоверны менее всего прочего. – Последние слова он произнес едва слышно. Поднял холодный отчаянный взгляд на девушку. – Но я намерен сражаться тем, что у меня есть, Рав, и таким, какой я есть. Как-нибудь я доставлю нас на планету Когтей. Как-нибудь я дотащу богосколок Старика к тому, что там нас ожидает.
Кризис на корабле и планирование действий. На корабле «Внеполосный-II» из-за обновлений программного обеспечения и действий Фама происходит каскад технических отказов, приводящий к пожару в мастерской и серьезным повреждениям систем. После восстановления корабля Фам анализирует траектории движения трех преследующих их флотов, включая остатки сил Сьяндры Кей. Герои осознают, что флот Сьяндры Кей стремится к столкновению с Альянсом ради мести, и рассматривают возможность использования этого стремления для борьбы с истинным врагом — флотом Погибели.
Еще через три недели прогнозы Синепанциря начали сбываться. В Срединном Запределье «Внеполосный-II» держался бойко, и даже поврежденный ультрадвигатель сдался не сразу. Теперь из корабельных программ так и лезли баги. Большинство не имели ничего общего с самопальными программами Фама. Окончательная проверка оборудования так и не состоялась, и доверия придонная автоматика «Внеполосного-II» в любом случае не заслуживала. Однако ее глюки осложнялись отчаянными попытками Фама перекроить систему безопасности. В корабельной библиотеке имелись исходники общей придонной автоматики. Фам несколько дней работал не покладая рук – переделывал их для «Внеполосного-II». Когда настала пора применить обновления, все четверо собрались на мостике. Синепанцирь пытался помочь, Фам подозрительно следил за всеми его действиями. Через тридцать минут вниз по главному коридору раздалось приглушенное буханье. Равна не обратила бы внимания, но ничего подобного на борту «Внеполосного-II» ей раньше слышать не доводилось. Реакция Фама и наездников была близка к панической, необъяснимые стуки в ночи космопроходцев напрягают. Синепанцирь метнулся к люку, сунул туда ветки: – Я ничего не вижу, сир Фам. Фам быстро просмотрел выдачу диагностических утилит. Из-за обновлений форматы покорежились и перемешались. – Я тут вижу некоторые тревожные сигналы, но… Зеленожка начала что-то советовать, но Синепанцирь уже вернулся и затрещал: – Я им не верю. Любое такое происшествие уже отразилось бы в детальном отчете со снимками. Что-то не в порядке, очень сильно не в порядке. Фам секунду смотрел на него, потом отвернулся к диагностическим дисплеям. Прошло пять секунд. – Ты прав. Окно отчета о состоянии зациклилось. Выдает старые результаты. Он лихорадочно переключал картинки с разбросанных по «Внеполосному-II» камер. Отвечала едва ли половина, но что они показывали! Водный резервуар корабля превратился в затянутую туманом ледяную пещеру. Оттуда-то и доносились глухие удары – тонны воды вылетали в космос. Еще дюжина вспомогательных подсистем жизнеобеспечения сбрендила, и… и вдобавок свихнулся блокпост возле мастерской. Лучеметы вели непрерывную стрельбу на малой мощности. Однако, невзирая на очевидный урон, диагностические индикаторы по-прежнему сияли зеленым или янтарным или вообще не отвечали. Фам запросил вид из мастерской. Там был пожар. Фам отстегнулся и оттолкнулся от потолка. На миг Равне показалось, что он сейчас бросится прочь с мостика. Потом он овладел собой и мрачно принялся тушить огонь. Следующие несколько минут на мостике царила тишина, временами прерываемая тихой бранью Фама: никакое из очевидных решений не срабатывало. – Каскад отказов, – пробормотал он пару раз. – Автоматика огнетушителей вырубилась… Не могу откачать из мастерской воздух. Мои лучеметы там все пережгли. Пожар на корабле. Равна видела изображения подобных катастроф, но они всегда казались ей маловероятными. Разве может пламя долго продержаться в сердце абсолютного вакуума? К тому же при нулевой гравитации пожар сам задохнется и без откачки воздуха. Камера из мастерской показывала размытую картинку в прямом эфире: да, пламя выжирало кислород и некоторые листы изолирующей пены едва-едва обгорели, изолированные возникшими пустотами. Но пожар продолжал распространяться, медленно продвигаясь туда, где еще был воздух. Кое-где тепловая турбулентность обогащала его кислородом, и выгоревшие было области вспыхивали снова. – Вентиляция все еще работает, сир Фам. – Знаю. Не могу ее отключить. Механизм заплавило в открытом положении, наверное. – Все же думаю, что ошибка программная. – Синепанцирь мгновение помолчал. – Попробуйте вот так… – Указания наездника Равне ничего не говорили. Какие-то низкоуровневые команды. Но Фам кивнул, и пальцы его заплясали над консолью. В мастерской языки пламени, подбираясь к корпусу, прогрызали конструкционную пену. Теперь они лизали внутренние части брони, на которую Фам потратил столько времени. Последняя версия была готова лишь наполовину. Равна вспомнила, что Фам планировал приделать к доспехам реактивные двигатели… Там же окислители! – Фам, а броня герме… Огонь был в шестидесяти метрах и скрыт дюжиной переборок. Раздался взрыв: далекий тупой удар, издалека – так, ничего особенного. Но в камере было видно, что броня разлетелась на части и пламя, торжествуя, воссияло еще ярче. Через несколько секунд Фам закончил вводить рекомендованные Синепанцирем команды, и вентиляция в мастерской отключилась. Огонь продолжал пожирать остатки брони еще полчаса, но дальше по мастерской не распространялся. На расчистку пепелища, оценку ущерба и проверки, не затаилась ли где новая напасть, ушло еще двое суток. Бо́льшая часть мастерской была уничтожена огнем. На планете Когтей придется обойтись без брони. Фам спас один из лучеметов, стерегших подступы к мастерской. Классический каскад случайных взаимосвязанных ошибок охватил весь корабль. Они потеряли пятьдесят процентов запаса воды. Посадочная шлюпка лишилась почти всей вершинной автоматики. Ракетный двигатель «Внеполосного-II» сильно пострадал. В межзвездном пространстве это было не страшно, однако заключительный этап путешествия предусматривал компенсацию скорости при ускорении 0,4g. Слава небесам, антиграв уцелел, и в гравитационных колодцах, то бишь на планете Когтей, маневрировать можно будет без труда. Равна понимала, как близка была гибель, и с ужасом наблюдала за Фамом. Она боялась, что он примет случившееся за новое, окончательное доказательство измены наездников и совсем слетит с катушек. Как ни странно, случилось противоположное. Боль и отчаяние Фама были очевидны, однако с цепи он не сорвался, а лишь принялся блуждать по кораблю, бесцельно ковыряясь в обломках. Он теперь чаще говорил с Синепанцирем. Автоматику модифицировать еще не позволял, но советы принимал охотнее. Вместе они восстановили корабль до некоего подобия прежнего, допожарного вида. Равна спросила Фама на этот счет. – Я не изменил своего мнения, – ответил он наконец. – Я вынужден был уравновешивать риски и просчитался. А может, равновесия никакого и нет. Может быть, Погибель нас одолеет. Богосколок слишком многое доверил Фаму сделать самостоятельно. Теперь паранойя его несколько ослабевала. В семи неделях пути от Гармоничного Покоя и менее чем в неделе от того, что их ожидало на планете Когтей, Фам впал в многодневную фугу. Прежде он был сильно занят бесплодными попытками проверить всю автоматику, какая могла им пригодиться у Когтей. Сейчас Равна не могла его даже поесть дозваться. Дисплей навигатора показывал три флота, размеченные по интуитивным догадкам Фама и данным новостных групп: агенты Погибели, Альянс во Имя Защиты и остатки Коммерческой охраны Сьяндры Кей. Смертоносные чудовища и останки их жертвы. Альянс регулярно отсылал бюллетени о своем продвижении в новостные группы. Коммерческая охрана Сьяндры Кей ответила парой кратких опровержений, по большей части храня молчание: к пропаганде они либо не привыкли, либо, что вероятнее, не интересовались ею. Коммерческой охране больше ничего не осталось, как искать личного возмездия. А Погибельный флот? В новостях он о себе не заявлял. Сопоставляя данные по срокам вылета и потерянным кораблям, Наблюдатели войны пришли к выводу, что собрана флотилия в спешке, из подручных судов, контролировавшихся Погибелью внизу на момент известия Гармоничного Покоя о катастрофе. Равна же знала, что Наблюдатели войны кое в чем ошиблись: флот Погибели не был безмолвен. Тридцать раз за последние недели он отправлял сообщения «Внеполосному-II»… В формате данных для программ управления тележкой. Фам велел кораблю отбрасывать все такие сообщения непрочитанными – и беспокоился, следует ли судно его приказу. В конце концов, «Внеполосный-II» спроектирован наездниками. Но му́ка, терзавшая его, ушла с поверхности на глубину. Фам целыми часами сидел, уставясь в экран. Вскоре остатки флотилии Сьяндры Кей сблизятся с флотом Альянса. Хотя бы эти мерзавцы поплатятся за всё. Но ведь останутся Погибельный флот и по меньшей мере часть сил Альянса… Быть может, фугу вызвало отчаяние беспомощного богосколка. Прошло три дня, и Фам пришел в себя. Лицо его слегка заострилось, но выражение приобрело более вменяемое, чем в предыдущие недели. Он попросил Равну привести на мостик наездников. Когда это было сделано, Фам показал им заполнившие окошко ультраволновые следы. Три флотилии выстроились в подобии цилиндра, глубиной пять световых лет и диаметром три. Дисплей показывал только часть этого объема, сердцевинную зону, где разместились самые скоростные суда преследователей. Текущее местоположение каждого отмечалось искоркой света в начале бесконечного следа меньших, тускнеющих огоньков – ультраволновой отпечаток корабельного двигателя. – Я отметил наиболее вероятные траектории каждого флота красным, синим и зеленым. Самые быстрые корабли собрались в комок такой плотный, что в разрешении навигатора он казался белесым, с торчащими наружу цветными нитями. Были и другие тэги, а также аннотации, смысла которых Фам, как признался Равне, и сам не понимал. – Передний фронт этой оравы – быстрейшие из быстрых – продолжает сокращать отставание. Синепанцирь нерешительно предложил: – Мы могли бы немного улучшить скоростные показатели, доверь вы мне управление. Ненамного, но… Ответ Фама был, по крайней мере, вежливым: – Нет, я о другом думаю. О предложении, которое Равна высказала раньше. Такая возможность всегда оставалась, и… я… думаю, время ее рассмотреть. Равна подлетела ближе к дисплею, разглядывая зеленые следы. Распределение их приблизительно отвечало тому, что сообщали новостные группы о Коммерческой охране Сьяндры Кей. «Все, что осталось от моего народа». – Они пытаются выйти на огневой контакт с Альянсом уже сто часов. Их с Фамом взгляды пересеклись. – Да, – тихо согласился он. – Бедняги. В буквальном смысле – флот из порта Отчаяние. На их месте я бы… – Его лицо снова стало бесстрастным. – Есть у тебя предположение об их вооружении? Вопрос был скорее риторический, но задавал тему для обсуждения. – Наблюдатели войны полагают, что Сьяндра Кей ожидала неприятностей с момента, когда Альянс впервые бросил клич «истребить паразитов». Коммерческая охрана была дальнекосмическим оборонительным эшелоном. Их флотилия состоит из переделанных грузовозов, оснащена была оружием местного производства. Наблюдатели войны заявляют, что, ожидай Альянс серьезного сопротивления, он бы выдвинул в бой такие силы, что Коммерческая охрана все равно бы с ними не сладила. Проблема в том, что на случай атаки с разрушением планет Сьяндра Кей приготовлений не вела вообще. И когда появился флот Альянса, наши выдвинулись им навстречу… – …пока кинетические боеголовки летели прямо в сердце Сьяндры Кей. «В мое сердце»[16]. – Да. Вероятно, Альянс разгонял их неделями. Фам Нювен коротко рассмеялся: – Командуй я флотом Альянса, я бы немного занервничал. Они в меньшинстве, а переделанные грузовозы здесь, внизу, по скорости ничем не хуже любых других кораблей. Бьюсь об заклад, любой пилот со Сьяндры Кей без раздумий пожертвует собой, лишь бы отомстить. – Эмоциональный всплеск утих. – Хм. Истребить все суда Альянса или Погибели, не говоря уж про обе цели, им не под силу. Бессмысленно… – Взгляд его неожиданно заострился на Равне. – Если оставить все как есть, флот Сьяндры Кей в конце концов поравняется с Альянсом и попытается выбить их из этой юдоли. Равна только кивнула. – Говорят, что через двадцать часов или около того. – А затем у нас на хвосте останется только флот Погибели. Но если уговорить твоих людей сразиться с истинным врагом… Равна не раз в кошмарах видела эти планы. Все, что осталось от Сьяндры Кей, гибнет, спасая «Внеполосный-II»… пытаясь спасти их. Вероятность, что сьяндранцам повезет уничтожить все корабли Погибели, была очень мала. Но они прилетели сюда сражаться. Почему бы не обратить их стремление к настоящей цели? Так нашептывал ей кошмар. Каким-то образом эти подначки совпадали с планами богосколка. – У нас проблемы. Они не знают, что мы здесь делаем и зачем третий флот за нами гонится. Что бы мы ни крикнули им, обернувшись, нас подслушают.
Планы Фама и переговоры с наездниками. Фам планирует использовать фрагмент секретного шифра Сьяндры Кей, находящийся в трюме корабля «Внеполосного-II», для установления защищенной связи с преследователями. Несмотря на скептицизм Синепанциря, Фам намерен обратиться к конкретному наезднику из флота Аньяры, чтобы убедить его перейти на их сторону. В ходе обсуждения персонажи анализируют технические возможности передачи сигнала и вспоминают мифологическое происхождение названия флота.
Ультраволновик мог вести направленную передачу, но большинство преследователей уже слишком близко. Фам кивнул: – Нужен способ поговорить с ними наедине. Нужно уговорить их сразиться за нас. – Слабая улыбка. – И я считаю, что у нас как раз имеется для этого необходимое… оборудование. Синепанцирь, помнишь ту ночь на Высоких Причалах? Ты нам тогда рассказал про «испорченный груз» со Сьяндры Кей. – Действительно, сир Фам. Мы перевозили треть шифра, сгенерированного Коммерческой охраной Сьяндры Кей для нужд дальней связи. Он все еще тут, в корабельном трюме, хотя без остальных двух третей бесполезен. В расчете на единицу массы криптосубстраты были величайшей ценностью межзвездной торговли – но, будучи скомпрометированы, практически обесценились. Где-то в грузовых файлах «Внеполосного-II» – одноразовый шифр для коммуникационного оборудования Сьяндры Кей. Фрагмент шифра. – Бесполезен? Может, и нет. Даже треть шифра обеспечит нам безопасную связь. Синепанцирь колебался. – Я не хотел бы вас понапрасну обнадеживать. Ни один вменяемый пользователь не примет такую передачу. Да, связь будет безопасна, но у другой стороны нет способа проверить личность собеседника. Взгляд Фама вновь обратился к Равне и вновь – слабая улыбка. – Если прислушаются, думаю, я смогу их убедить… Тонкость в том, что я хочу обратиться лишь к одному из них. Фам объяснил, что имеет в виду. Наездники в продолжение речи Фама слабо шелестели. Проведя с ними столько времени, Равна уже кое-что понимала – а может, просто изучила их личности. Синепанцирь, как обычно, тревожился: идея казалась ему нереализуемой. Зеленожка умоляла выслушать. Но когда Фам закончил объяснения, наездник возражать не стал. – На расстоянии семидесяти световых лет ультраволновая связь между кораблями вполне возможна и без антенного роя. Вероятно, видеосвязь тоже удастся наладить. Но вы правы, луч, расширяясь по мере распространения, охватит все корабли центрального флотокластера. Если получится точно установить принадлежность определенного судна флотилии Сьяндры Кей, то ваш замысел будет реален; корабль воспользуется флотскими кодами для перенаправления передачи. Но, если честно, я обязан вас предупредить, – продолжал Синепанцирь, отмахнувшись от Зеленожки, – что профессиональные связисты, скорее всего, не ответят на ваш запрос с предложением беседы. Даже не распознают таковой в передаче. – Не глупи, – сказала наконец Зеленожка тихим, но решительным голосом из вокодера. – Ты всегда так говоришь, если только не с клиентами о завершении сделки. – Бррап. Да. Отчаянные времена, отчаянные меры. Я и сам не прочь попробовать, но я боюсь… Я требую не обвинять наездников в измене, сир Фам. Я ставлю вам такое условие. Фам Нювен улыбнулся ему: – Я так и думал. Флот Аньяры. Так называли себя остатки Коммерческой охраны. Аньярой назывался корабль из древнечеловеческой мифологии, из донюйорских преданий, восходящих предположительно ко временам тувинско-норвежских кооперативов астероидного пояса Солнечной системы Старой Земли[17]. В этом мифе Аньяра была крупным кораблем, отправившимся в межзвездные бездны как раз перед гибелью родной цивилизации. Экипаж видел агонию родной системы, а потом, уходя все дальше и дальше в бесконечную тьму, погибал и сам, от постепенного отказа систем жизнеобеспечения. От этой картины кровь стыла в жилах; вероятно, потому-то образ и удержался в культуре по прошествии тысячелетий. Когда погибла Сьяндра Кей, а Коммерческая охрана совершила вынужденный исход, миф об Аньяре неожиданно обрел новое содержание.
Связь с кораблем Внеполосного-II. Групп-капитан Кьет Свенсндот на борту боевого корабля «Эльвира» наблюдает за маневрированием флота Коммерческой охраны в глубоком Запределье, осознавая бессилие своего судна в текущем сражении. В ходе поиска целей экипаж принимает зашифрованный сигнал от корабля «Внеполосный-II», который оказывается видеообращением от выживших сьяндранцев. После краткого разговора с девушкой по имени Равной Бергсдот Свенсндот решает установить контакт, чтобы использовать свой корабль как маршрутизатор для связи с ними.
«Но до конца мы этой пьесы не сыграем». Групп-капитан Кьет[18] Свенсндот уставился на дисплей навигатора. На сей раз цивилизация была убита, а не просто погибла, и убийцы были в досягаемости. Уже много дней командование флота маневрировало, подбираясь вплотную к Альянсу. Дисплей показывал, что успех уже очень близок. Бо́льшая часть кораблей Альянса и Сьяндры Кей сливалась в сверкающий клубок ультраволновых следов – и был там третий флот, безмолвный. Глядя на дисплей, легко было обмануться и решить, что битва уже начинается. Фактически корабли противников делили одно пространство, проходя друг от друга в каком-то миллиарде километров, но оставались разделены миллисекундами времени. Все суда шли на ультрадвигателях, совершая около дюжины скачков за секунду. И даже на Дне Запределья за каждый скачок пролетали ощутимую долю светового года. Чтобы вступить в бой с врагом, который уклоняется от огневого контакта, требовалось идеально совместить векторы скоростей и наводнить пространство боевыми автономниками. Групп-капитан Свенсндот перелистнул окно, запросив позиции кораблей, которым уже удалось синхронизироваться с Альянсом. Почти треть флота. Еще пара часов, и… – Проклятье! – Он отпихнул планшет через рубку, и дисплейник закувыркался. Старший помощник поймал его и отправил обратно. – Обычное проклятие или новое? – поинтересовался Тиролль. – Обычное. Извини. И то правда. У Тиролля с Глимфреллем хватало своих проблем. Несомненно, в Запределье остались еще разбросанные поселения людей, сокрытые до поры от Альянса. Но дирокимы уцелели только на флоте Коммерческой охраны. Если не считать сорвиголов вроде Тиролля и Глимфрелля, вся их раса проживала в обителях грез Сьяндры Кей. Что до Кьета Свенсндота, то он служил в Коммерческой охране уже двадцать пять лет. Начинал в те времена, когда корпорация состояла из горстки наемников. Тысячи часов он положил, чтобы стать лучшим боевым пилотом в организации. Но в бою побывал только дважды. Кто-то бы на его месте пожалел. Свенсндот и его начальники воспринимали это как награду за отличную работу. Опыт Свенсндота позволил ему пробиться в пилоты лучших кораблей Коммерческой охраны, вплоть до собственного. «Эльвиру» капитан купил за часть колоссальных бонусов, выплаченных Сьяндрой Кей при первых угрозах Альянса. «Эльвира» – это вам не переделанный грузовоз, а вооруженный до последнего винтика боевой корабль. Он мог похвастаться лучшими интеллект-процессорами и ультрадвигателями, какие только способны работать в Запределье на глубинах Сьяндры Кей. В команде служили всего трое, а сражение пилот мог вести в одиночку, при помощи искусственного интеллекта. Боезапас «Эльвиры» составлял более десяти тысяч самонаводящихся бомб, каждая умнее целого двигателя среднестатистического грузовоза. Отличная награда за двадцать пять лет безупречной службы. Свенсндоту даже позволили дать кораблю имя. А теперь… Что ж, та Эльвира, скорее всего, мертва. Вместе с миллиардами других сьяндранцев, которых Коммерческой охране полагалось защитить, она была на Херте, во внутренней системе. Термоядерные боеголовки живых не оставляют. А красавец-корабль, носивший ее имя, в это время рыскал за полгода от пределов системы, тщетно выискивая врагов. Их там не было. В честном бою Кьет Свенсндот и «Эльвира» проявили бы себя блестяще. Вместо этого им пришлось гнаться за врагом ко Дну Запределья. Каждый новый световой год уводил их все дальше от областей космоса, для которых создавалась «Эльвира». С каждым световым годом процессоры работали все медленнее (если вообще работали). Здесь, внизу, переоборудованные грузовозы – едва ли не оптимальный выбор. Тупые, неуклюжие, обслуживаемые десятками человек, они продолжали работать. А «Эльвира» уже отстала на пять световых лет. Именно грузовозы пойдут в атаку на флот Альянса. Кьет снова окажется в положении беспомощного наблюдателя и будет смотреть, как гибнут друзья. Свенсндот в сотый раз воззрился на дисплей системы слежения, замышляя мятеж. Альянсу тоже пришлось несладко: «высокоэффективные» суда тащились позади центровой стаи. Но ему было приказано блюсти позицию и координировать наступление более проворных кораблей флотилии. Что ж, придется подчиниться приказам… напоследок. Но когда битва закончится, а флот погибнет, уничтожив перед тем столько альянсовцев, сколько сумеет, – вот тогда Кьет Свенсндот задумается о личном возмездии. Кое-какие планы он возлагал на Тиролля и Глимфрелля. Уговорит ли он их бросить погоню за остатками Альянса и вернуться в Срединное Запределье, где «Эльвире» равных нет? Звездные системы тех, кто прикрывался Альянсом во Имя Защиты, уже были идентифицированы достаточно точно. Убийцы хвастались своими злодеяниями. Вероятно, так они рассчитывают заполучить себе приверженцев. Но могут явиться и гости вроде «Эльвиры». Бомбы во чреве корабля способны уничтожить планету, хотя они и не так быстры, как использованные на Сьяндре Кей. Впрочем, даже сейчас Свенсндота мутило при мысли о таком способе воздаяния. Нет. Цели надлежит выбрать более тщательно: корабли, идущие в новые флоты Альянса, и плохо защищенные конвои. «Эльвира» продержится дольше, если будет нападать исподтишка, не оставляя свидетелей. Он неотрывно глядел на экран, игнорируя собравшуюся в уголках глаз влагу. Всю жизнь он подчинялся законам. Зачастую его работа и состояла в том, чтобы предотвращать такие акты возмездия… А сейчас ему ничего в жизни не осталось, кроме мести. – Кьет, я кое-что особенное поймал. – На вахте был Глимфрелль. В принципе сигналы должна отслеживать автоматика, и в нормальной рабочей среде «Эльвиры» так и происходило. Теперь это занятие, скучное и изнуряющее, свалилось на экипаж. – Что там опять? – спросил Тиролль. – Снова какая-то чухня из Сети? – Нет. Это передача с того придонного люггера, за которым тут все гонятся. Никто другой это быть не может. Свенсндот поднял брови. Он переключился на загадку с невероятным, едва осознаваемым удовольствием. – Характеристики сигнала? – Сигнальный процессор корабля считает, что передача узконаправленная. Вероятно, мы – единственный адресат. Сигнал мощный, полоса пропускания достаточная для двумерного видео. Если бы только наш прожорливый ЦСП нормально работал… Я бы знал… – ‘Фрелль издал короткую трель, которая у его расы соответствовала нетерпеливому бормотанию под нос. – Ийя! Сигнал зашифрован по верхнему слою. Синтаксическая кодировка видео – сорок пять. Вообще-то, он утверждает, что использовал треть шифра Компании годичной давности. На миг Свенсндот подумал, что ‘Фрелль полагает сообщение само по себе разумным, но здесь, на дне, такое совершенно невозможно. ‘Фрелль, вероятно, прочел это по его взгляду: – Простите мое просторечие, начальник. Я это в описании фрейма вычитал… – По его дисплею что-то пронеслось. – Ага, с шифром дела такие: Компания разработала его и сопутствующие фрагменты для нужд межсудовой связи в конвоях. – Раньше, до атаки Альянса, это был высший уровень шифрования в организации. – Третью часть так и не доставили. Весь шифр был сочтен скомпрометированным, но, чудо из чудес, у нас осталась его копия. ‘Фрелль и ‘Ролль испытующе глядели на Свенсндота крупными темными глазами. Стандартная политика – в пору стандартных приказов – предписывала игнорировать передачи, зашифрованные скомпрометированными ключами. Если бы сигнальщики Компании блох не выкусывали, испорченный шифр вообще бы не попал на борт и проблема решилась бы сама собой. – Расшифрровать, – коротко бросил Свенсндот. События последних недель продемонстрировали вопиющую некомпетентность Компании в делах военной разведки и связи. А вдруг эта некомпетентность принесет и какую-то пользу? – Есть, капитан! Глимфрелль стукнул по клавише. Где-то в сигнальном процессоре «Эльвиры» длинная последовательность псевдослучайного шума расщепилась на фреймы и наложилась на псевдослучайный шум во фреймах входящих данных. После заметной паузы (будь проклято это Дно) окно коммуникатора показало двумерную видеотрансляцию: – …повторяем сообщение в четвертый раз… Она говорила на самношке, на чистейшем херте-сьяндранском диалекте. Говорила… У него чуть сердце не выскочило из груди, когда он снова увидел Эльвиру живой. Медленно переведя дух, он заставил себя успокоиться. Темноволосая, стройная, с фиолетовыми глазами – совсем как Эльвира. И как миллион других женщин Сьяндры Кей. Сходство, несомненно, присутствовало, но весьма отдаленное: раньше он бы ни за что не обманулся. На миг Кьет увидел Вселенную за пределами флота обреченных и цели за пределами возмездия. Потом, насилу собрав мысли в кучу, впился глазами в экран. Девушка произнесла: – Мы повторим его еще трижды. Если вы не ответите, мы попробуем связаться с другим кораблем. Она отлетела от камеры, показав, что у нее за спиной. Каюта была просторная, но с низким потолком. Господствовал в ней дисплей ультраволнового навигатора, но Свенсндот не обратил на него внимания. В каюте находились два наездника. У одного на тележке полосы: выдают опыт торговых миссий на Сьяндре Кей. Второй, вероятно, меньшетележечный, тележка у него была маленькая, без колес. Камера повернулась, сфокусировалась на четвертой фигуре. Человек? Если и так, то явно не нюйорской линии. В иное время его появление произвело бы фурор во всех человеческих цивилизациях Запределья. Теперь же Свенсндот, краем сознания отметив этот факт, лишь насторожился. Девушка продолжила: – Вы видите здесь людей и наездников. Мы и есть экипаж «Внеполосного-II», больше никого. Мы не сотрудничаем с Альянсом во Имя Защиты или Погибелью. Но именно за нами гонятся их флотилии здесь, внизу. Если расшифровали это сообщение, то, скорее всего, вы со Сьяндры Кей. Нам надо поговорить с вами. Пожалуйста, отвечайте, используя завершающий фрагмент одноразового шифра, которым закодировано наше сообщение. – Картинка дернулась, лицо девушки снова заполнило экран. – Мы повторяем сообщение в пятый раз. Мы повторим его еще дважды… Глимфрелль выключил звук: – Если это так, у нас еще около ста секунд. Что делать, капитан? Внезапно «Эльвира» перестала быть никчемушным тормозом. – Поговорим с ними, – ответил Свенсндот. Отклик и новый запрос отняли считаные секунды. Затем… пятиминутный разговор с Равной Бергсндот убедил Кьета, что слова ее необходимо повторить перед командованием флота. Его корабль будет просто маршрутизатором, но все же хоть как-то, а пригодится.
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств. Групп-капитан Свенсдот и Фам Нювен ведут переговоры с командованием через нестабильный канал связи, где из-за технических сбоев и старых данных изображения офицеров выглядят мультяшными. В ходе обсуждения Фам пытается убедить команду вfh опасности «Погибели», однако Владелица Лимменде и Ян Скритс выражают недоверие, опасаясь, что Нювен может быть агентом врага. Переговоры прерываются из-за потери связи, после чего Свенсдот осознает, что на флагмане могли произойти кадровые изменения. В финале Равна Бергсдот подтверждает ужасающие события на Маршрутизаторе, признавая полное разрушение системы под действием Погибели.
Командование отвергло полную видеоссылку с «Внеполосного-II». Кто-то на флагмане был твердо убежден в необходимости следовать стандартным процедурам – и скомпрометированные шифроключи им там поперек зоба встали. Даже Кьету пришлось переключиться в боевой режим: на дисплее появилось цветное изображение высокого разрешения. Внимательно вглядевшись, легко было распознать в нем скверную эвокацию. Кьет узнал Владелицу Лимменде[19] и Яна Скритса, начштаба, но выглядели картинки устаревшими на несколько лет. Это «Эльвира» подгоняла старое видео под переданные анимационные ключи. Канал реальной связи сузился меньше чем до четырех килобит в секунду; командование не хотело рисковать. Бог его знает, что они там видели вместо Фама Нювена. Человек с кожей цвета дыма уже несколько раз объяснил свою идею. Преуспел он ничуть не больше, чем до него – Равна Бергсндот. Залихватская манера его постепенно уступала место отчаянию. – …Я же вам говорю, они оба ваши враги. Конечно, это Альянс во Имя Защиты уничтожил Сьяндру Кей, но Погибель спровоцировала ситуацию, в которой это стало возможным. Мультяшная фигура Яна Скритса переглянулась с Владелицей Лимменде. «Господи, какая же на Дне хреновая эвокация», – подумал Свенсндот. Когда Скритс заговорил, движения губ даже не отвечали словам: – Мы тоже читаем группу Угроз, господин Нювен. Угроза Погибели стала предлогом к уничтожению наших миров. Мы не намерены в неразберихе рубить направо и налево, а уж тем более – ввязываться в бой с теми, кто враг нашему врагу… Или вы утверждаете, что Погибель заодно с Альянсом во Имя Защиты? Фам сердито пожал плечами: – Нет. Понятия не имею, в каких они отношениях. Но вам следует понять, что Погибель – источник зла куда большего, чем этот «Альянс». – О да. Это вся Сеть утверждает, господин Нювен. Но те события отдалены от нас тысячами световых лет. Известия о них даже в Срединное Запределье доходят с чужих слов, претерпевая множество неизвестных интерпретаций, хотя, возможно, в них есть зерно правды. Сеть не просто так прозвали Сетью Миллиона Лжецов. Лицо незнакомца потемнело. Он произнес громкую сердитую фразу на языке, лишенном сходства с нюйорской ветвью. Речь его была тоновая, взлетала и падала, словно щебет дирокимов. С видимым усилием овладев собой, он продолжил на самношке, причем акцент его резко усилился: – Да. Но я вам говорю: я видел Падение Маршрутизатора. Погибель страшнее всего, что вы можете себе представить. Гибель Сьяндры Кей – лишь побочный эффект ее действий. Вы поддержите нас против Погибельного флота? Владелица Лимменде утонула необъятными телесами в командирской подвеске. Они с начштаба переглянулись и о чем-то неслышно поговорили. Взгляд Кьета блуждал по экрану; за спиной Лимменде на дюжину метров просматривался мостик флагманского корабля. Там тихо сновали младшие офицеры, кое-кто искоса наблюдал за разговором. Картинка была резкая, детализированная, но любые движения превращали ее в издевательски мультяшную. Кьет заметил людей, которых, он это знал точно, перевели с флагмана еще до гибели Сьяндры Кей. Процессоры «Эльвиры» принимали узкополосный сигнал от флотского командования, смешивали с детализированным (и устаревшим) фоновым изображением и выводили на дисплеи. «Никаких больше эвокаций, – пообещал себе Свенсндот, – по крайней мере, пока не выберемся отсюда, снизу». Владелица Лимменде глянула обратно в камеру: – Простите мне застарелую полицейскую паранойю, но я полагаю, что вы можете оказаться агентами Погибели. – Лимменде воздела длань, словно желая оборвать возражения, но рыжеволосый лишь ошалело глазел на нее. – Если вам поверить, то придется принять на веру и тот факт, что в звездной системе впереди имеется опасное сокровище, за которым мы тут все и гонимся. Более того, отсюда следует, что и вы, и так называемый Погибельный флот в полной мере способны воспользоваться преимуществами этой добычи. Если мы сразимся с ними по вашему наущению, уцелеют немногие из нас. Приз достанется вам. Мы опасаемся, что вы не те, за кого себя выдаете. Фам Нювен молчал несколько мгновений. Гнев медленно изгладился с его лица. – Хорошо, Владелица Лимменде, я согласен с вашим замечанием. Вы очертили дилемму. Есть ли выход? – Мы со Скритсом обсуждали его. Независимо от наших действий, ставки высоки и для нас, и для вас. Альтернативы, впрочем, много ужаснее. Мы склонны последовать вашему совету и вступить в битву, если перед этим вы повернете к нам свой корабль и позволите нашим офицерам взойти на борт. – В смысле, пропустить вас вперед? Лимменде кивнула. Фам открыл рот, закрыл его, но ничего не произнес. У него, кажется, язык отнялся. Равна ответила: – Если у вас не получится, мы потеряем все. Сейчас у нас есть хотя бы шестидесятичасовая фора. Нам может хватить этого времени, чтобы разобраться с артефактом, даже если Погибельный флот уцелеет. Лицо Скритса искривилось в анимационной ухмылке. – Вам не усидеть на двух стульях. Хотите, чтобы мы всем рискнули под ваше честное слово? Мы с готовностью умрем за вас, но должны знать, что не стали пешками в игре чудовищ. – Последние слова он произнес странным тоном, с прорвавшейся яростью. Картинка с флагмана при этом не двигалась, за вычетом нескольких плохо синхронизированных движений губ. Глимфрелль перехватил взгляд Свенсндота и указал на комм-панель: там зажглись тревожные индикаторы. Голос Скритса продолжал: – И, групп-капитан Свенсндот, я приказываю, чтобы дальнейшие переговоры с неизвестным кораблем осуществлялись… Картинка застыла, и больше начштаба ничего не сказал. Равна: – Что случилось? Глимфрелль щебетофыркнул: – Мы теряем связь с командованием. Наша эффективная полоса пропускания сузилась до двадцати бит в секунду и продолжает ужиматься. Последняя фраза Скритса, впрочем, не заняла бы и ста – по приближенным оценкам программ «Эльвиры». Кьет сердито махнул в сторону экрана: – Вырубите эту хреномуть. По крайней мере, не придется больше мучиться с этой придурковатой эвокацией. Кроме того, капитан не хотел слышать приказа Яна Скритса, потому что догадывался, каким тот будет. Тиролль уточнил: – Эй, но почему бы не оставить ее включенной? Разницы мы все равно не заметим. Глимфрелль тихо хихикнул, оценив шутку брата, но длинные пальцы его заплясали над комм-панелью, и на дисплее возникли звезды. Два дирокима терпеть не могли бюрократов. Свенсндот, не обращая на них внимания, переключился в оставшееся комм-окно. По каналу связи с Фамом и Равной шло широкополосное видео почти без дополнительной интерпретации; значит, и ответный сигнал не пострадает от идиотских артефактов. – Простите. Последние несколько дней у нас со связью кошмар. Видимо, эта зонная буря самая сильная за много столетий. И она лишь усиливалась; дисплеи ультраволнового навигатора запестрили случайным шумом. – Вы потеряли связь со своим командованием? – спросила Равна. – На некоторое время – да. – Он глянул на Фама. У рыжего взгляд все еще был немного обалдевший. – Поймите, мне тоже жаль, что так все повернулось, но Лимменде со Скритсом славные люди. Вы просто попробуйте встать на их точку зрения. – Странное дело, – перебил его Фам. – Там картинки были странные. – Тон его сделался ледяным. – Вы про сигнал, который мы вам перенаправили от командования? – Свенсндот стал объяснять про узкую полосу и глюки корабельных процессоров здесь, внизу, на Дне. – Значит, у них наше изображение тоже было низкого качества… Интересно, каким они меня восприняли? – Гм… – Хороший вопрос. Вот Фам Нювен: рыжие всклокоченные волосы, дымчато-серая кожа, звонкий напевный голос. Если переданы такие ключи анимации, то дисплей в командной рубке флагмана мог показать совсем не того человека, с каким сейчас говорил Кьет. – Нет, погодите. Эвокация работает иначе. Уверен, они вас видели прекрасно. Понимаете ли, сперва пересылают несколько картинок высокого разрешения, которые потом используются как основа анимации. Фам посмотрел на него словно на идиота, как бы предоставляя Кьету шанс подумать еще раз. Проклятье, но ведь так оно и есть; нет сомнений, Лимменде со Скритсом видели рыжеволосого человека. Кьета беспокоило кое-что другое. Лимменде и Скритс выглядели устаревшими. – Глимфрелль! Проверь необработанный поток данных от командования. Они нам картинки посылали для синхрона? Глимфрелль справился за секунды. Удивленно присвистнул: – Нет, начальник. Но шифр был правильный, поэтому наша автоматика просто подставила старую анимацию из объявлений. – Он что-то бросил Тироллю, двое обменялись оживленным щебетом. – Здесь, внизу, ничего ж толком не пашет. Может, еще какой баг вылез. Непохоже, впрочем, чтобы Глимфрелля убедило собственное заявление. Свенсндот повернулся к дисплею с трансляцией от «Внеполосного-II». – Слушайте, канал связи с флотским командованием полностью закриптован, одноразовые шифросхемы, и я им доверяю больше, чем той, какую мы используем сейчас. Я не верю, что это инсценировка. – Но к горлу Кьета поднималась тошнота. Как в первые минуты Битвы за Сьяндру Кей, когда он догадался, что их провели, когда понял, что все, кого он пытается защитить, обречены. – Эй, ну я же могу вызвать другие корабли. Мы проверим местонахождение флагмана… Фам Нювен поднял бровь: – Может, это и не была инсценировка. Он не успел ничего добавить, потому что наездник, восседавший на большой тележке, принялся кричать на них. Он прокатился по потолку каюты и распихал людей, пробиваясь к камере. – У меня вопрос! – Голос из вокодера был сбивчивым, почти неразборчивым. Чужак сухо щелкал щупальцами друг о дружку, звук был неприятнее всего, что Кьету доводилось слышать. – Мой вопрос: есть ли на борту главного корабля вашей флотилии наездники? – Да зачем вам… – Отвечайте на вопрос! – Почем я знаю? – Кьет поразмыслил. – Тиролль, у тебя друзья в штабе Скритса. Там на борту есть наездники? Тиролль издал несколько икающих тактов: – А’а’а’а. Да. Наняты в срочном порядке – фактически беженцы. Сразу после битвы. – Больше ничем не можем помочь, дружище. Наездник молча затряс ветвями, щупальца его сникли. – Спасибо, – тихо промолвил он. Потом укатился прочь и пропал из виду камеры. Фам Нювен тоже куда-то делся. Равна в панике озиралась. – Погодите минутку! – сказала она в камеру, и перед Кьетом появилась опустевшая командная рубка «Внеполосного-II». На пределе слышимости оттуда доносились звуки сбивчивой перепалки. Голоса были человеческие и вокодера. Потом девушка вернулась. – Что все это значит? – спросил Равну Свенсндот. – Н-ничего такого, с чем мы не могли бы справиться… Капитан Свенсндот, сдается мне, вашим флотом теперь командуют не те, за кого вы их принимаете. – Возможно. —«И скорее всего». – Надо подумать. Она кивнула. Мгновение они молча переглядывались. Так странно вдалеке от дома, пережив крушение всех надежд… увидеть настолько знакомое лицо. – Вы правда были на Маршрутизаторе? – спросил он и тут же понял, что вопрос идиотский. Впрочем, присутствие девушки помогало перебросить мостки от привычного и надежного прошлого к опасному и непонятному настоящему. Равна Бергсндот кивнула: – Да… и все там было так, как вы читали. У нас даже был прямой контакт с Силой… И этого не хватило, групп-капитан. Погибель уничтожила всё. В этом новостные группы не лгут. Тиролль откинулся за своей навигационной консолью: – И чем же в таком случае вы способны навредить Погибели здесь, внизу? Слова прозвучали издевательски, но широко распахнутые глаза ‘Ролля смотрели серьезно. Пожалуй, он таким образом умолял указать ему скрытый смысл всей этой бойни. Дирокимы не были ключевой расой цивилизации Сьяндры Кей, но, бесспорно, древнейшей. Миллион лет назад они прорвались из Медленной Зоны, колонизировав три системы, которые людям однажды предстояло назвать Сьяндрой Кей. Задолго до прибытия человека они погрузились в медитативное самосозерцание. От опасностей дирокимские системы оберегали древняя автоматика и помощь дружественных молодых рас. Еще полмиллиона лет, и раса эта, вероятно, ушла бы из Запределья: либо вымерла, либо эволюционировала бы в нечто иное. Обычный сценарий, немного сходный со смертью от старости, но не столь беспощадный.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону. Равна Бергсндот и Кьет Свенсдот обсуждают предания дирокимов о Фентролларе и судьбу Фам Нювена, после чего Кьет предлагает оказать Равне поддержку в обход командования. Внезапно связь с «Внеполосным-II» прерывается, и корабль попадает в Медленную Зону из-за мощного зонного прилива. Несмотря на панику и осознание опасности, Синепанцирь анализирует данные и предсказывает скорое окончание аномалии. В ожидании выхода из зоны Фам и Равна пытаются справиться с последствиями происшествия и планируют дальнейшие действия.
О таких дряхлых расах бытовало поверье, что все представители их тоже из ума выжили. Это было не так: любая достаточно крупная популяция допускает вариативность. Всегда найдутся желающие повидать мир снаружи и немного позабавиться там. С такими, как Глимфрелль и Тиролль, человечество уживалось превосходно. И Бергсндот, казалось, поняла дирокима. – Вы слышали о богосколке? – Нет, – ответил Кьет, но заметил, как встрепенулись оба дирокима. Несколько секунд они щебетали друг другу что-то на диалекте, выражающем изумление. – Да, – произнес наконец ‘Ролль на самношке голосом таким близким к благоговению, какой только доводилось Кьету от них слышать. – Вам известно, что мы, дирокимы, уже давно пребываем в Запределье. Мы основали в Трансценденции немало колоний; некоторые развились в Силы… А однажды… Нечто вернулось к нам оттуда. Конечно, это была не Сила. Скорей оно напоминало дирокима-безумца. Однако знания и деяния его стали для нас источником великих перемен. – Фентроллар? – задумчиво уточнил Кьет. Он вдруг вспомнил это предание. Описанные в легенде события случились за сто тысячелетий до пришествия человечества на Сьяндру Кей, но в дирокимских обителях оставались темой жарких споров. – Да, – ответил Тиролль. – Даже сейчас народ наш расходится во мнениях, кем был Фентроллар – даром или проклятием, но он основал хабитаты грез и Старую Религию. Равна кивнула: – Нам на Сьяндре Кей лучше прочих известен этот случай. Учитывая все последствия, может, и не самый счастливый… – И она поведала им о Падении Маршрутизатора, о том, что произошло со Стариком и во что превратился Фам Нювен. Дирокимы перестали болтать и слушали, затаив дыхание. Наконец Кьет сказал: – Значит, Ню… – он запнулся на имени, не менее странном, чем все в этом парне, – Нювену известно, что там такое на Дне? Что он намерен с ним сделать? – Я… я не знаю, групп-капитан. Фам Нювен сам не знает. Озарения приходят урывками. Я ему верю, потому что сама кое-что видела… но я не знаю, как убедить вас. Она порывисто вздохнула. Кьет вдруг сообразил, каким странным местом, похожим на камеру пыток, должен быть этот «Внеполосный-II». Это неожиданно придало рассказу убедительности. Нечто, способное уничтожить Погибель, и должно оказаться невероятно странным. Кьет задумался, как бы сам повел себя взаперти с подобным существом. – Миледи Равна, – начал он официально и высокопарно. «В конце концов, я и так замышляю мятеж». – Я, э-э, располагаю связями среди друзей во флоте Коммерческой охраны. Я могу проверить ваши подозрения и… – («ну же!») – даже оказать вам определенную поддержку в обход командования. – Спасибо, сир. Спасибо вам. Глимфрелль вмешался: – На канале связи с «Внеполосным-II» сильные помехи. Кьет оглядел окна. Все экраны ультраволнового слежения показывали случайный шум. Буря усиливалась, что бы ее ни вызвало. – Равна Бергсндот, непохоже, что нам долго осталось беседовать. – Да. Мы теряем сигнал… Групп-капитан, если ничего не получится, если вы не сумеете за нас заступиться… Ваши люди – все, что осталось от Сьяндры Кей. Мне было приятно повидать вас и дирокимов… я так давно не видела знакомых лиц, не встречала людей, которых действительно понимаю. Я… – Пока Равна говорила, изображение девушки пошло пикселями и распалось на низкочастотные компоненты. – Фьюуу! – присвистнул Глимфрелль. – Полоса пропускания ниже плинтуса. В сигнале с «Внеполосного-II» не было ничего особенного, и корабельные процессоры, реагируя на проблемы со связью, переключились на низкоуровневое кодирование. – «Внеполосный-II», прием. У нас проблемы на этом канале. Предлагаю завершить сеанс. Окошко посерело, и по нему побежали символы самношка. – Да. Но это не просто проблемы со свя… Глимфрелль ожесточенно забарабанил по своей комм-панели. – Ничего. Ноль, – сказал он. – Нет сигнала. Тиролль высунулся с боевого поста навигатора: – Это куда хуже, чем проблемы со связью. Наши компьютеры не могут инициировать ультраскачок уже больше двадцати секунд. До этого они делали пять прыжков за секунду и пролетали более светового года в час. Теперь… Глимфрелль откинулся в подвеске: – Эй, эй, Медленная Зона приветствует вас! Медленная Зона. Равна Бергсндот оглядывала командную рубку «Внеполосного-II». У нее было неосознанное представление о Медленной Зоне как о царстве кретинов с арифмометрами, юдоли удушающей тьмы, озаренной в лучшем случае факелами. На самом-то деле все не слишком переменилось. Потолки и переборки были подсвечены так же, как и раньше. Из окошек глядели звезды (вот только теперь они еще долго не сдвинутся). Наиболее явственным знамением перемены стали дисплеи «Внеполосного-II». Сфера ультранавигатора монотонно мигала, в красной строчке отсчитывалось время с момента последнего обновления. По навигационным окнам ползли строки выдачи диагностических программ с корабельных процессоров. Раз за разом повторялось голосовое сообщение на трисквелине: – Внимание. Обнаружен переход в Медленную Зону. Выполните обратный скачок! Внимание. Обнаружен переход в Медленную Зону. Выполните… – Да вырубите вы его! – Равна вцепилась в пристежку и опустила себя на пол. Ее подташнивало, хотя то мог быть симптом вполне естественной паники. – Ни фига себе придонный люггер. Мы влетели прямиком в Медленную Зону, а он только и может, что задним числом предупреждения выдавать! Зеленожка переместилась к ней «на цыпочках», цепляясь за потолок щупальцами. – Даже придонные люггеры бессильны в таких ситуациях, миледи Равна. Фам отдал кораблю какую-то команду, и большая часть дисплеев очистилась. – Даже самая сильная зонная буря редко вздымается выше нескольких световых лет. Мы сейчас в двух сотнях световых лет над границей Зоны. Вероятно, мы попали под чудовищный прилив, какие только в архивах описаны, – сказал Синепанцирь. Слабое утешение. – Мы знали, что подобное возможно, – сказал Фам. – В последние несколько недель все шло наперекосяк. – Для разнообразия, он на этот раз не выглядел огорченным. – Ну да, – бросила Равна. – Замедления мы могли ожидать, но не Медленной же Зоны! – «Мы в ловушке». – Где тут ближайшая пригодная для жизни система? Десять световых лет? Пятьдесят? – Видéние тьмы налилось новым содержанием. Звездное поле за стенами корабля перестало быть дружелюбным, успокаивающим зрелищем. Бесконечная пустота окружала их. Ползя в ней на скорости пренебрежимо меньше световой, они как в гробу, заживо похоронены. Отвага Кьета Свенсндота и его флота пропадет втуне. Джефри Ольсндота никто никогда не спасет. Фам тронул ее за плечо. Он впервые за много… дней… прикоснулся к ней. – Но мы все еще можем достичь мира Когтей. Это же придонный люггер, помнишь? Мы не в ловушке. Да полно тебе, ионный прямоточник на этом корыте лучше всех двигателей Чжэн Хэ. А я-то считал себя тогда самым свободным человеком во Вселенной. Десятилетия в пути, по большей части – в гибернаторах. Таков был мир Чжэн Хэ, мир из воспоминаний Фама. У Равны захватило дух, но потом напряжение разрешилось слабым смешком. Колоссальная тяжесть спала с плеч Фама, по крайней мере до поры. Он снова человек. – Что смешного? – не понял Фам. Она покачала головой: – Все мы смешны. Не обращай внимания. – Пара медленных вдохов. – Ладно. Думаю, я уже в состоянии соображать. Итак, случился зонный сдвиг. То, что обычно, даже в состоянии бури, перемещается на световой год за тысячу лет, вдруг взяло и взлетело на двести. Да уж! Люди и через миллион лет будут об этом в архивах читать. Не уверена, что мне польстит… Мы знали, что близится буря, но тонуть я не подписывалась. На глубине многих световых лет под поверхностью моря… – Аналогия с морской бурей не вполне точна, – заявил Синепанцирь. Наездник все еще сидел в дальнем конце рубки, куда удалился после обмена репликами со сьяндранским капитаном. Вид у него все еще был подавленный, хотя свои обычные надоедливые уточнения он вносил исправно. Сейчас Синепанцирь изучал навигационный дисплей, видимо проигрывая на нем запись, непосредственно предварившую прилив. Он сделал картинку плоской и медленно перекатился по потолку. Когда он проезжал мимо Зеленожки, та нежно погладила его веточками. Синепанцирь подал Равне плоский дисплей и продолжил тоном лектора: – Даже в бурю поверхность воды на море никогда не искажается так, как зонная в случае значительных возмущений интерфейса. Свежие новости из Сети указывают, что фрактальная размерность поверхности близка к трем… Представьте себе пену из распылителя. – Он тоже не сумел уклониться от аналогии с бурей. Да, за прозрачными стенами звезды сияли недвижимо и спокойно, а самым громким звуком оставался шелест воздуха из корабельных вентиляторов. А все ж их поглотил Мальстрём. Синепанцирь махнул веткой по дисплею. – Через несколько часов, вероятно, вернемся в Запределье. – Как? – Смотрите. Плоскость дисплея построена по данным о местоположениях: корабля, которое мы считаем флагманом сьяндранской флотилии, корабля, с которым мы связывались напрямую, и нашим. – Три корабля образовали вытянутый треугольник; вершины, соответствующие кораблям Лимменде и Свенсндота, были близки. – Я отметил времена разрыва связи. Заметьте, что линк на флагман Коммерческой охраны вырубился за сто пятьдесят секунд до того, как прилив накрыл нас. По характеристикам входящего сигнала и его запросам на смену протокола я предполагаю, что и нас, и другой корабль захлестнуло почти одновременно. Фам кивнул: – Ага. Самые далекие сайты отключаются последними. Это означает, что прилив пришел сбоку. – Именно! – Синепанцирь ткнул в дисплей веткой со своего насеста на потолке. – Эти три корабля – как зонды в стандартной методике картирования Зоны. Не сомневаюсь, что записи навигатора подтвердят мою мысль. Равна воззрилась на график. Дальняя вершина треугольника, «Внеполосный-II», смотрела почти точно в центр Галактики. – Наверное, это исполинская отвесная волна, перпендикулярная поверхности. – Гигантская волна, которая расплывается в стороны! – сказала Зеленожка. – И потому она, скорее всего, быстро схлынет. – Да. Дольше всего прослеживаются радиальные изменения. У нее же должен быть быстро спадающий хвостовой профиль. Через несколько часов мы его минуем – и вернемся в Запределье. Значит, гонка со временем продолжится. Первые часы прошли в смятении чувств. «Через несколько часов» – такова была оценка Синепанциря. Они слонялись по мостику, поглядывая на часы и заново начиная оборванные разговоры. Фама снова что-то напрягало. В любой момент их могло опять вынести в Запределье. И что тогда делать? Если перевербованы лишь несколько кораблей, Свенсндот сумеет организовать атаку. Но какой с нее прок? Фам снова и снова просматривал ультраволновые записи, изучая расположение всех кораблей в округе. – Но когда мы выберемся, когда мы выберемся… Я знаю, как поступить. Не знаю почему, но знаю как. Больше он ничего не мог объяснить. В любой момент… Смысла перенастраивать аппаратуру не было; все равно потребуется делать это заново. Однако по прошествии восьми часов… – Может, и дольше посидим тут. Целый день, скажем. Как в исторических романах. – Может, хозяйством стоит заняться? «Внеполосный-II» проектировался с расчетом как на Запределье, так и на Медленную Зону, но вторая из этих сред рассматривалась как маловероятная, аварийная. На корабле имелись специальные процессоры для Медленной Зоны, но автоматически они не включались. С помощью Синепанциря Фам отключил высокоэффективную автоматику; это оказалось несложно, если не считать нескольких автономных устройств с голосовым управлением, которые так отупели, что не воспринимали команд отключения.
Ожидание в глубине прилива. Корабль «Внеполосный-II» попадает в мощный галактический прилив, из-за которого системы управления и интеллектуальные анализаторы устройства начинают давать сбои. Равна, Фам и Синепанцирь обсуждают масштабность катастрофы и пытаются составить прогнозы, основываясь на исторических данных о подобных аномалиях. Пока команда планирует дальнейшие действия и ищет способы заручиться поддержкой союзников, Равна вынуждена справляться с техническими проблемами и беспокойством за судьбу своих товарищей. Процесс ожидания затягивается, и герои осознают, что ситуация может оказаться гораздо сложнее и дольше, чем они предполагали.
При каждом обращении к новой автоматике у Равны по спине пробегал холодок. В каком-то смысле это пугало ее не меньше первоначальной потери ультрадвигателя. Ее представление о Медленной Зоне как о пещере тьмы с редкими факелами было, конечно, плодом кошмарного бреда. С другой стороны, картинка царства кретинов с арифмометрами наперевес в чем-то соответствовала действительности. Производительность вычислительных устройств «Внеполосного-II» по мере снижения неумолимо падала, но теперь… Голосовое управление визуализаторами отключилось: устройства реализуемой графики были новому «Внеполосному-II» не по зубам, во всяком случае, в режиме полной интерпретации. Интеллектуальные контекст-анализаторы, позволявшие работать с корабельной библиотекой, будто с личными воспоминаниями, тоже перестали функционировать. В конце концов Равна даже выключила музыку и художественные заставки – без отклика на контекст и настроение они казались ей слишком тупыми… постоянно напоминали своим поведением, что лишены собственных мозгов. Даже простейшие функции разладились. Взять хотя бы голосовое и жестовое управление: на сарказм и жаргонные словечки эти устройства больше не реагировали. Теперь, чтобы ими пользоваться, требовалась определенная дисциплина. А Фаму это даже нравилось. Напоминало Чжэн Хэ. Двадцать часов. Пятьдесят. Все наперебой заверяли друг друга, что бояться нечего. Но Синепанцирь признал, что его первоначальная оценка – через несколько часов – была нереалистичной. Учитывая высоту «цунами» (не менее двухсот световых лет), казалось вероятным, что размах его не меньше нескольких световых веков – такое соотношение отвечало историческим прецедентам. Вот только одна трудность с этими аналогиями: само по себе событие не имело прецедентов. Поверхности раздела Зон в основном следовали распределению плотности вещества в Галактике. Из года в год профили их почти не менялись, и лишь через много эпох, после смерти всех звезд, кроме самых маленьких, медленная просадка границ должна была открыть галактическое ядро Запределью. В любой конкретный момент времени состояние бури охватывало, быть может, одну миллиардную поверхности раздела. Обычная буря смещала ее на световой год за десятилетие в ту или иную сторону, плюс-минус. Такие бури оказывали значительное воздействие на ежегодные экономические показатели множества миров. Гораздо реже, примерно раз в сто тысяч лет на всю Галактику, случались бури, серьезно искажавшие контуры поверхностей раздела; такие приливы перемещались со скоростью куда выше световой. По этим-то трансверсальным сдвигам Фам с Синепанцирем и строили масштабную экстраполяцию. Самый быстрый прилив двигался примерно со скоростью светового года в секунду на расстояниях менее трех световых лет; самый крупный взметнулся на тридцать световых лет, со скоростью менее светового года в сутки. Так что же было известно о чудовищах вроде той волны, что захлестнула их? Немногое. В корабельной библиотеке имелись невнятные рассказы со слов третьих лиц о приливах столь же мощных, но четкие показатели фрактальной размерности и скорости распространения там не приводились. Трудно полагаться на предания стомиллионолетней давности; промежуточные языки были почти недоступны. А если бы и так, что с них толку-то? Новая, дебильная версия «Внеполосного-II» автоперевод естественных языков выполнять не умела. Ковыряться в корабельной библиотеке было бессмысленно. Когда Равна пожаловалась на это Фаму, тот ответил: – Все могло быть и хуже. Что собой в действительности представляло Перворазделение? Это было пять миллиардов лет назад. – Никто не знает. Фам постучал пальцем по дисплею с выводом библиотечных данных. – Ну так я тебе скажу: есть мнения, что это был «величайший из великих приливов». Такой мощный, что захлестнул все расы, способные его зарегистрировать. Иногда величайшие катаклизмы проходят незамеченными – ибо никто не выжил, чтобы поведать об этих ужасах. Хорошенькое дело! – Извини, Равна. Честно говоря, я думаю, что мы уже через денек-другой выберемся, если и угодили во что-то вроде этих древних катастроф. Лучше всего сейчас заниматься планами. У нас перерыв в битве. Воспользуемся преимуществами недолгого перемирия. Надо подумать, как заручиться поддержкой тех кораблей Коммерческой охраны, которые пока не перевербованы. – Да-да… В зависимости от хвостового профиля спадающей волны «Внеполосный-II» может потерять существенную долю форы. «Но я нюхом чую, что Альянс в панике. Эдакие приспособленцы мигом улепетнут, сверкая пятками, стоит им только вывалиться обратно в Запределье». Совет Фама позволил ей убить еще двадцать часов. Все это время Равна сражалась с полудурками, которые выдавали себя за стратегических планировщиков «Внеполосного-II». Даже если прилив прямо сейчас схлынет, может оказаться уже слишком поздно. В игре участвовали и те, для кого прилив перерывом на отдых не был: Джефри Ольсндот и его друзья-Когти. С момента последнего сеанса связи миновало семьдесят часов; Равна пропустила их уже три. Если она сама паникует, каково приходится Джефри? Возможно, Стальной и сумеет его защитить, но время на планете Когтей утекает, а с ним и доверие местных. Когда прошло сто часов в глубине прилива, Равна заметила, что Синепанцирь с Фамом проверяют ионный прямоточный двигатель «Внеполосного-II»… Некоторые перерывы длятся вечно.
Ожидание связи и плесень. На борту корабля Амдиджефри и его элементы в тревожном ожидании пытаются установить связь с Равной, которая пропустила запланированные сеансы связи. В ходе исследования каюты персонажи обнаруживают, что плесень на стенах начала стремительно расти и разрушать конструкцию. Один из элементов Амди случайно касается нароста, и волоконца грибка проходят сквозь его череп, причиняя легкую боль. Несмотря на опасную находку, герои вынуждены оставаться на корабле, так как связь с «Внеполосным-II» так и не устанавливается.
Летняя жара на время спала, стало почти прохладно. Воздух был все еще иссушен и пах дымом, но ветра поутихли. Впрочем, Амдиджефри в своей берлоге на борту корабля мало интересовались погодой. – Задержки с ответом бывали и раньше, – сказал Амди. – Она объясняла про ультраволновую… – Так Равна еще ни разу не опаздывала! – По крайней мере, ни разу с зимы. В голосе Джефри звучали страх и нетерпение. Сеанс связи был намечен на середину ночи: Стальной Владыка ждал технических данных сверху. Тем утром разговор не состоялся, а теперь Равна пропустила еще и вечерний сеанс, когда им обыкновенно выпадало время поболтать. Дети внимательно просмотрели все установки комма. Прошлой осенью они кропотливо скопировали их вместе с выдачей диагностических утилит первого уровня. Все выглядело так же, за исключением какой-то хреновины, которая называлась «детектор несущего сигнала». Будь у них данник, дознались бы, что это означает. Они для пробы поменяли некоторые параметры и тут же вернули все как было, когда это не принесло эффекта. Может, произведенные изменения попросту не успели подействовать. А может, они и впрямь что-то испортили. Весь день после полудня они сидели в командной рубке, поочередно впадая в страх, скуку и фрустрацию. Через четыре часа скука на время победила. Джефри спал беспокойным сном в гамаке своего отца, а двойка Амди свернулась у него на руках. Остальными элементами Амди лениво слонялся по каюте, разглядывая консоль управления ракетным двигателем. Не-ет… при всей самоуверенности он не рискнет сунуть туда носы. Еще один элемент оттянул стенную занавесь. Так можно было видеть, как растет плесень. Она разрасталась очень медленно. Но со времени последней проверки серая масса заметно увеличилась. Ее слой за шторой сделался толстым. Амди растянул себя цепочкой между стеной и завесой. Там было темно, хотя через дырку в потолке проникало немного света. В большинстве мест плесень не достигала в толщину и дюйма, но здесь утолщилась до пяти-шести – ого! Совсем рядом с любопытствующей мордой Амди со стены свисал крупный нарост. Размерами он не уступал шапкам декоративного мха на стенах замковых приемных. Из грибковой массы торчали тонкие серые волоконца. Он чуть не окликнул Джефри, но двум элементам в гамаке было так удобно… Он просунул за штору еще пару голов – осмотреть диковинку. Стена за нею тоже выглядела непривычно… как будто плесень ее разъела. А сам грибок словно дымчатый – но волоконца, которые Амди осязал носами, были твердые, сухие. В носу защекотало. Амди замер от удивления. Глядя на себя сзади, он увидел, как пара волоконец прошла сквозь череп элемента! Но боли не было, лишь легкая щекотка. – Что там? Что? – вскинулся Джефри, ощутив сквозь дрему, как напрягается Амди вокруг него. – Тут что-то очень странное, за шторой. Я коснулся этого большого комка плесени, а он… Продолжая говорить, Амди осторожно пятился от стены. Боли он не испытывал, но тревога пересилила любопытство. Он почувствовал, как волоконца медленно выскальзывают из его головы. – Я же тебе сказал, нельзя нам играть с этой штукой. Она грязная. Хорошо еще, что не воняет! – Джефри выскочил из гамака, прошагал через рубку и включил свет. Носовой элемент Амди потерял равновесие и шарахнулся от грибка. Что-то щелкнуло, и резкая боль обожгла губу. – Ух ты, какая она большая стала! – Потом, услышав свист боли от Амди: – Ты в порядке? Амди отступил: – Думаю, да. Кончик последнего волоконца застрял у него в губе. Жегся он слабее, чем крапива, на которую Амди не повезло напороться пару дней назад. Амдиджефри осмотрели рану. То, что осталось от дымчатого шипа, выглядело твердым и хрупким. Джефри проворно вытащил его. Затем двое обернулись и уставились на стенный нарост. – Не-е, она реально расползается. Похоже, что стенку проела. Амди коснулся кровоточащей ранки на морде: – Ага. Я теперь понимаю, почему твои предки тебе говорили держаться от нее подальше. – Может, попросим Стального Владыку ее соскрести? Двое полчаса ползали за стенными занавесями и обивкой. Серая масса расползалась повсюду, но так вольготно ей было лишь в одном месте. Амдиджефри вернулись на нее поглазеть и даже потыкали сложенными в трубочки предметами одежды. Носами и пальцами, однако, рисковать никто больше не хотел. В тот день только и оставалось, что глазеть на плесень. «Внеполосный-II» на связь так и не вышел. На следующий день жара вернулась. Прошло еще двое суток. От Равны по-прежнему ни слова.
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера. На Холме Звездолета в условиях экстремальной жары и засухи Стальной Владыка обсуждает стратегические планы с элементом Шкуродера. Владыка выражает недовольство задержкой войск Древорезчицы и решает использовать Проныру, чтобы замаскировать уничтожение человечицы Древорезчицы и уничтожить её армию в Марграмском Перевале. Параллельно Стальной обсуждает судьбу детей с элементом, который должен помочь им справиться со страхами перед прибытием «звездожителей». В то же время Шкуродер, терпя физические муки от ношения радиомантий, тайно манипулирует событиями, стремясь вернуть себе былое могущество.
Стальной Владыка мерной поступью обходил стены замка на Холме Звездолета. Стояла середина ночи, солнце зависло примерно в пятнадцати градусах над северным горизонтом. Шерсть была мокрой от пота; лето выдалось самое жаркое за декаду. Суховей дул тридцатые сутки подряд. Желанным отдохновением от холодов севера эта жара быть перестала. На полях лютовала засуха. Во фьордах вспыхивали пожары, к северу и югу от замка поднимался коричневатый дым. Сперва красный оттенок его был даже занятен: какое-то разнообразие на фоне бескрайней синевы или белесых морских туманов. Но лишь поначалу. Когда загорелся восток Ручейной Лощины, все небо заалело. Целый день с небес сыпался пепел и воняло паленым, перебивая все запахи. Некоторые утверждали, что воздух теперь хуже, чем в грязных трущобах южных городов. Дежурившие на стене гвардейцы отступили, пропуская их. И не только из почтения или страха перед Стальным. Они все еще не привыкли к элементам в мантиях, а Шрекова легенда их не слишком успокоила. Стального Владыку сопровождал синглет – в цветах Владыки. Существо не издавало мыслешума и двигалось невероятно близко к своему повелителю. Стальной сказал синглету: – Размеренность в работе – залог успеха. Я помню, как ты меня этому учил. «Сталью во мне вырезáл». Элемент искоса посмотрел на него: – Как мне помнится, я говорил, что залог успеха – способность изменять график работы и приспосабливаться. Слова произнесены безукоризненно чисто. Синглеты иногда умели внятно говорить, но даже самые способные бессильны были поддерживать осмысленный разговор. Шрек без труда убедил солдат, что наука Шкуродера позволила создать расу сверхстай и элементы в мантиях индивидуально так же умны, как целая стая. Хорошее прикрытие для их реального дела. Внушает почтение и маскирует истину. Элемент подошел еще ближе. Так близко к Стальному еще никто не бывал, не считая моментов убийства, изнасилования или избиения. Помимо воли Стальной закусил губы и растянулся вокруг источника опасности. Да, синглет в мантии чем-то напоминал труп: мыслезвуков вообще слышно не было. Стальной стиснул челюсти и произнес: – Да. Истинный гений побеждает, даже если все графики летят в мусорку. Он отвернулся от элемента Шкуродера и оглядел южный горизонт в красном зареве. – Каковы свежайшие прогнозы срока прибытия Древорезчицы? – Ее лагерь пока в пяти днях пути к юго-востоку. – Проклятая дура! Трудно поверить, что она тебя родила. Проныра ей так все облегчил; ее войска с игрушечными пушками уже десятидневку назад должны были подойти сюда… – И угодить на бойню. По графику. – Да! Задолго до прибытия наших дружков с неба. Вместо этого она плетется вглубь страны и потом валяет там дурака. Элемент Шкуродера пожал плечами под темной мантией. Стальной знал, что радиомантия так же тяжела, как выглядит. Его радовало, что другой вынужден платить столь тяжкую цену за свое всеведение. Подумать только, в такую жару закутать все элементы до мембран. Он легко мог себе представить, как скверно Шкуродеру… а в помещении – унюхать. Они миновали одну из пушек. Многослойный ствол металлически сверкал. Орудие било втрое дальше жалких поделок Древорезчицы. Пока та возилась с Данником, полагаясь на интуицию человеческого детеныша, Стальной получал прямые и ясные указания от Равны с дружками. Сперва он испугался их размаха, сочтя Гостей могущественными настолько, чтобы с ними ничего нельзя было поделать. Сейчас… чем больше он узнавал о Равне и остальных, тем явственней понимал их уязвимость. Они не умели ставить на себе эксперименты, самосовершенствоваться. Негибкие, косные тупицы. Иногда они проявляли примитивную хитрость – например, Равна уходила от вопросов, касающихся того, что им в действительности нужно на корабле, – но за всеми сообщениями (и приложениями для человеческого щенка) читалось отчаяние. Еще несколько дней назад все шло как по маслу. Отойдя от пушкаря на приличное расстояние, Стальной сказал элементу Шкуродера: – А от наших «спасателей», как и прежде, ни слуху ни духу. – Именно. – Еще одно отклонение от графика, притом важное и неподконтрольное. – Равна пропустила четыре сеанса. Два моих элемента сейчас вместе с Амдиджефри. – Синглет указал мордой в сторону купола внутренней твердыни. Жест получился ужасно неуклюжим – без участия других морд и глаз язык тела сильно оскудевал. «Мы просто не приспособлены действовать поэлементно». – Через несколько минут звездники пропустят и пятый. Дети уже в отчаянии, знаешь ли. Голос элемента звучал сочувственно. Стальной Владыка почти бессознательно раздался в стороны, подальше от него. Стальной помнил этот тон с ранних версий своей личности. И еще он помнил, что за ним следовало – ножи и смерть. – Тиратект, я хочу, чтоб они были счастливы. Мы исходим из предположения, что связь рано или поздно возобновится. Тогда они нам понадобятся. – Стальной оскалился на синглета шестью парами челюстей. – И чтоб без твоих старых фокусов! Элемент едва заметно вздрогнул: это движение Стальному душу согрело больше, чем ползание на животе десятка тысяч других. – Разумеется. Я просто считаю, что тебе стоит к ним наведаться. Помочь им обуздать страхи. – Вот ты этим и займешься. – О… мне они не слишком доверяют. Я тебе уже говорил, Стальной. Они тебя любят. – Ха! А тебя видят насквозь до дна злобной твоей душонки, э? Стальной был очень доволен собой. Он преуспел там, где методы самого Шкуродера результатов не дали бы. Он научился манипулировать жертвами без угроз или пыток. Самый безумный эксперимент Стального – и уж точно самый выигрышный. Но… – Пойми, нет у меня времени с ними нянчиться. Утомительное занятие – болтать с этой парочкой. Ему стоило изрядных трудов сдерживаться, терпеть «обжималки» Джефри и розыгрыши Амди. Стальной изначально настоял, чтоб никого другого к детям не пускали. Они слишком важны, чтобы показывать их кому попало; малейшая неточность выдаст им истинное положение вещей и разрушит всю затею. За исключением Тиратект, никому постороннему с детьми встречаться не разрешалось. Но Стальному каждая следующая встреча давалась тяжелей предыдущей, становясь испытанием на прочность. Трудно было мыслить, превозмогая кипящий гнев, – а именно это чувство вызывала у Стального почти любая беседа с детьми. Как все упростится, когда прибудут звездники. Тогда инструменту по имени Амдиджефри найдется иное применение. В их дружбе и доверии нужда отпадет. С каким же облегчением он примется их пытать и мучить, подкрепляя свои требования. Разумеется, если чужаки так и не прилетят или… – Надо же что-то предпринять! Я не намерен плыть по течению будущего. – Стальной ударил лапой по ограждению с внутренней стороны парапета, оставив на дереве глубокие зазубрины от сверкающих когтей. – С чужаками мы справиться не сумеем, так давай разберемся с Древорезчицей. О да! – Он ухмыльнулся элементу Шкуродера. – Какая ирония судьбы, не так ли? Сотню лет ты вынашивал замыслы ее уничтожить. Ныне я в этом могу преуспеть. Но то, что стало бы для тебя величайшим триумфом, для меня лишь утомительный побочный эффект временной задержки более грандиозных планов. Элемент в мантии не слишком впечатлился. – Все немножко изменилось, когда с небес упали эти дары. – О да, прямо мне в челюсти. Но я же везунчик, разве нет? – Он некоторое время трусил, презрительно фыркая про себя. – Да. Пора Проныре привести свою доверчивую королеву на бойню. Может, одно с другим совместится, но… Думаю, что решающая битва должна пройти к востоку отсюда. – Марграмский Перевал? – Точно. Силы Древорезчицы при подъеме тесно стянутся вместе. Мы наведем на перевал пушку, установленную за вершинной грядой Перевала. Мы их всех там положим. Это достаточно далеко от Холма Звездолета; если даже звездожители явятся в то же самое время, мы сумеем решить обе задачи. – Синглет ничего не ответил, и спустя миг Стальной обернулся к нему. – Да, дорогой мой наставник, я понимаю, что иду на риск. Я отдаю себе отчет, что наши силы придется раздробить. Но у нас на пороге армия. Они недопустимо запоздали, это правда, но даже Проныре не по силам развернуть их и отправить восвояси. А если он попытается настоять на своем, королева может… Ты знаешь, как она поступит? – …Нет. Она всегда отличалась непредсказуемостью. – Она даже может его сместить, раскрыв измену. Итак, шансы наши невелики, если не расправиться с нею сейчас. Ты с Дальноведчиком Ранголитом? – Да. Двумя элементами. – Вели ему связаться с Пронырой. Пускай приведет армию королевы на Марграмский Перевал через два дня, самое позднее. Импровизируй, как тебе угодно, – ты лучше знаешь те места. Когда обе армии соберутся там, проработаем более тонкие детали. – Чудесное ощущение – командовать обеими сторонами сражения! – И еще одно. Это важно, и Проныра должен исполнить приказ в течение суток. Я хочу, чтобы человечицу Древорезчицы убили. – А какой от нее вред? – Идиотский вопрос. – «Особенно от тебя». – Мы не знаем, когда прибудут Равна с Фамом. Пока не зажмем их челюстями, эта Йоханна под боком представляет опасность. Прикажи Проныре замаскировать все под несчастный случай, но чтоб Двуногой не стало! Шкуродер был повсюду. О таком богоподобии он мечтал с тех самых пор, как отщепился от Древорезчицы. Один его элемент общался со Стальным, двое лениво слонялись по звездолету с Амдиджефри, а еще двое пробирались через невысокий лесок сразу к северу от лагеря Древорезчицы. Рай может обернуться и агонией, и с каждым днем пытку становилось тяжелее выносить. Во-первых, лето выдалось невыносимо жарким, невиданным на Севере. А радиомантии были не просто жаркие и тяжелые. Они укутывали мембраны всех его элементов. И от обычной неудобной одежды отличались тем, что снять их хотя бы на миг означало обезуметь. Первые тренировки длились не более часа-двух. Но затем он отправился в пятидневную экспедицию с Дальноведчиком Ранголитом, поставляя Стальному немедленные сведения о расположении сил врага и обеспечивая возможность мгновенно распоряжаться по всей стране вокруг Холма Звездолета. Когда все закончилось, Шкуродер двое суток приходил в себя, зализывая потертости и ссадины от радиомантий. Последнее его упражнение во всеведении длилось уже двенадцать дней. Не снимая мантий, он ввергал себя в необоримую пытку. Ежедневно один элемент, по очереди, снимал радиоплащ, чтобы вымыться и дождаться замены подкладки. И ежедневно Шкуродер на час терял рассудок; в такие моменты слабовольная дурочка Тиратект приходила в себя и пыталась восстановить контроль над стаей. Это все ерунда, конечно. Когда один элемент отключался, оставалось только четверо. Попадались четверки с нормальным интеллектом, но Шкуродер/Тиратект такой не имели. Мылись и переодевались они в безмысленном тумане. И разумеется, Шкуродер не стал умнее, чем был, даже растянувшись повсюду. После первых утомительных экспериментов он наловчился воспринимать звуковые и зрительные впечатления из совершенно разных мест, но вести несколько разговоров одновременно ему все еще было нелегко. Пока он препирался со Стальным, остальные элементы, бывшие при Амдиджефри или отряде Ранголита, предпочитали помалкивать. Стальной Владыка наконец унялся. Шкуродер шел вдоль парапетов в обществе своего бывшего ученика. Если Стальной опять сочтет нужным что-то вякнуть, сразу оторвет Шкуродера от текущей беседы. Шкуродер осторожно ухмыльнулся (следя, чтобы элемент при Стальном этого не выказал). Стальной думает, что Шкуродер сейчас общается с Дальноведчиком Ранголитом. О, так оно и будет… через несколько минут. Одно из преимуществ нынешнего положения состояло в том, что никто не мог точно знать, чем Шкуродер занят. Если действовать осторожно, он снова вернется к власти. Опасная игра, да и мантии сами по себе опасны. Продержи мантию вдали от солнечного света несколько часов, и она разрядится, отрезая носителя от стаи. Еще хуже было со статикой – человеческое слово. Второй комплект мантий убил надевшую его стаю, и звездожители толком не поняли почему, списав все на «проблемы интерференции».
Разговор с детьми и Стальным. Шкуродер борется с внутренними сущностями, в частности с Тиратект, чье влияние искажает его эмоции и мешает устанавливать доверительные отношения с окружающими. На корабле дети Амди и Джефри в слезах просят Шкуродера через Тиратект добиться у Стального разрешения остаться на борту. После этого Шкуродер вместе с Ранголитом и разведчиками переправляется через ледяной горный поток. В процессе пути Шкуродер утешает детей, осознавая, что его внутренние сущности разрушают возможность завоевать их искреннее доверие.
Шкуродер подобных крайностей не испытал. Но временами, поднявшись на самые дальние пики с Ранголитом или в моменты, когда мантия подсаживалась… он слышал жуткие вопли в глубине разума, будто к нему подкралась разом дюжина стай. Звуки эти означали нечто среднее между безумием совокупления и яростью убийства. Тиратект эти моменты вроде бы нравились; она появлялась из смятения, обволакивая его тихой ненавистью. Обычно она шныряла на задворках сознания, вставляя слово там, движущую эмоцию сям. После статики было тяжелее; выпадали дни, когда она перехватывала контроль почти безраздельно. Будь у него в запасе спокойный год, Шкуродер бы изучил Ти, Ра и Тект, чтобы выполнить ампутацию. Наверное, придется убить Текта, белоухого элемента; особым умом тот не отличался, но каким-то образом скреплял тройку. При должной замене Шкуродер станет еще могущественней, чем был до резни в Парламентской Чаше. Пока же ему приходилось терпеть; душерезка на себе самом – жуткое занятие, даже для Хозяина. Итак… осторожнее, осторожнее. Надо держать мантии заряженными, не отлучаться надолго и никому не показывать все нити замысла. Пока Стальной думал, что Шкуродер общается с Ранголитом, тот говорил с Амди и Джефри. Лицо человека было в слезах. – Уже ч-четыре раза Р-равна не выходила на связь. Ну что с ней случилось? Голос его сорвался на визг. Шкуродер и не знал, что аппарат, каким люди производят похожие на отрыжку звуки, обладает такой гибкостью. Амди собрал вокруг мальчика большинство элементов и стал лизать Джефри щеки. – Может, у нас ультраволновик поломался. – Он беспомощно поглядел на Шкуродера: у щенков тоже глаза были на мокром месте. – Тиратект, пожалуйста, попросите Стального. Пусть позволит нам остаться на корабле целый день. Возможно, сообщения поступают, но не фиксируются. Шкуродер со Стальным спустился по лестнице северного вала и пересек плац. Частью сознания он улавливал ворчливый гундеж спутника насчет скверной выправки солдат при построении на плацу. По крайней мере, Стальному хватило ума проводить показательные казни на Тайном Острове, подальше отсюда. Шкуродер с Ранголитом и разведчиками переплывал горный поток. Даже высоким летом, в разгар суховейного сезона, тут уцелели снежные пятна, и потоки, питаемые ими, были холодны, как лед. Шкуродер с Амдиджефри подался вперед, позволив двойке Амди прижаться к себе. Дети любили физический контакт, а больше у них никого постороннего для этого не было. Извращение, спору нет, но Шкуродер жизнь свою выстроил, манипулируя чужими слабостями, так что ему было в целом приятно, если не считать боли. Он издал плечами глубокое урчание, поглаживая лежащего рядом щенка. – Хорошо, я попрошу Стального Владыку, когда в следующий раз увижу его. – Спасибо. Щенок ткнулся в его мантию и, к счастью, тут же отбежал. У Шкуродера в этом месте под мантией была сплошная ссадина. Возможно, Амди это почувствовал, но… чем дальше, тем больше дети отдалялись от Шкуродера. Реплика в разговоре со Стальным была неохотным признанием правды: эта парочка ему и впрямь не доверяла. Винить за это следовало Тиратект. Сам по себе Шкуродер без труда завоевал бы любовь Амдиджефри; он был лишен убийственной ярости и легкоранимого самолюбия Стального. Шкуродер умел болтать удовольствия ради, искусно сплетая правду с выдумкой. Одним из величайших талантов его было сопереживание – истинные садисты всегда одарены этим диагностическим качеством. Но стоило ему расчистить почву и склонить их к доверию, как вылезали Ти, Ра или Тект, искажая его выражение или корежа начатую фразу. Возможно, следует удовольствоваться подрывом доверия детей Стальному (воздерживаясь при этом от прямых обвинений в его адрес). Шкуродер со вздохом погладил Джефри по руке:
Путь к лагерю Ранголита. Шкуродер вместе с отрядом Ранголита пробирается через горы к командному пункту, где он тайно передает разведчику важные приказы о перемещении войск. В ходе беседы Шкуродер испытывает внутреннюю борьбу с личностью Тиратект, которая пытается перехватить контроль над его сознанием. После ожесточенного ментального столкновения Шкуродер подавляет волю Тиратект, окончательно подчиняя себе стаю и обретая преимущество. Завершив разговор с Ранголитом, он осознает свою растущую власть и формулирует новые задачи для выполнения.
– Равна появится, это точно. Человек шмыгнул носом и потянулся погладить Шкуродера по голове там, где мантия не закрывала шерсть. Так они некоторое время сидели в уютной тишине, и внимание Шкуродера постепенно уплыло… в лес, к отряду Ранголита. Отряд шел в гору уже минут десять. Остальные были налегке и к подобным упражнениям привычны. Элементы Шкуродера отставали. Он издал шипение в сторону передового. Тот сдал назад, остальные шустро расступились. Остановился в пятнадцати футах от Шкуродера, считая по ближнему элементу. Головы солдата покачались: – Чего изволите… повелитель? Этот был из новеньких; ему рассказали про мантии, но Шкуродер видел, что солдат толком ничего не понимает. На темных мантиях сверкали золотые и серебряные нити – цвета владык домена. Но присутствовала только пара элементов Шкуродера; в обычных стаях такой фрагмент с трудом мог бы поддержать разговор, а уж о приказах и речь не заходила. Не меньше смущало солдата, как догадывался Шкуродер, отсутствие мыслешума. Нежить, так называли двойку между собой некоторые бойцы, полагая, что их никто не слышит. Шкуродер указал вверх по склону; линия деревьев была лишь в нескольких ярдах. – Дальноведчик Ранголит на другой стороне. Мы пройдем напрямик, – вяло произнес он. Часть собеседника уже глядела в том направлении. – Но, господин, это не очень разумно. – Боец говорил медленно. Чтоб ты провалилась, тупорылая двойка, добавляла его поза. – Плохие стаи увидят нас. Шкуродер зыркнул на него: двумя элементами это сложновато сделать как следует. – Солдат, разве ты не видишь золото на моих плечах? Даже один мой элемент стоит вас всех. Если я приказываю срезать путь, значит так и поступим, даже если придется ползти на животах по острой гальке. – На самом-то деле Шкуродер точно знал, где расположены посты Проныры. Тут можно было без опаски пройти по открытой местности. А он очень устал. Передовой все еще не был уверен, кто такой Шкуродер, но видел, что элементы в темных мантиях источают такую же угрозу, как любая стая властителей в полном составе. Он униженно пополз восвояси. Отряд развернулся и через несколько минут пересек вершину холма, выйдя на вересковую пустошь. Командный пункт Ранголита менее чем в полумиле… Шкуродер со Стальным вошел во внутренний донжон. Камень был свежетесаный, стены возводились в лихорадочной спешке, что было характерно для замка в целом. В тридцати футах над головами своды сходились с контрфорсами, и там в камне были проделаны небольшие дыры. Вскоре их, как и щели в стене по периметру взлетно-посадочного поля, заполнят порохом. Гостеприимные Челюсти, так называл их Стальной. Он обернулся к Шкуродеру одной головой: – Что поделывает Ранголит? – О, прости. Он в отлучке. Должен быть здесь, то есть в лагере, с минуты на минуту. Шкуродер изо всех сил старался скрывать, что сам участвует в вылазках. Это не воспрещалось, но Стальной, несомненно, потребовал бы объяснений. Шкуродер с бойцами Ранголита продирался через влажный тяжелый вереск. Ветер дул с подтаявшего снежника, принося приятную прохладу, и холодные язычки его проникали даже под проклятые мантии. Ранголит выбрал удачное место для командного пункта, разбив лагерь в небольшой ложбине на краю крупного озерца, которое летом полностью вскрывалось ото льда. В сотне ярдов располагался крупный подтаявший снежник, оттуда по холму в озерцо стекали ручейки, и воздух тут был приятно прохладным. Палатки лагеря еще не показались, но с такой высоты от края ложбины открывался превосходный вид на три стороны света, с центром на юге. Снабжению с севера почти ничто не угрожало, и даже если лес внизу загорится, командный пункт уцелеет. Дальноведчик Ранголит возился с сигнальными зеркальцами, смазывая механизм. Один из его адъютантов лежал на вершине холма, свесив морды вниз и оглядывая местность в подзорные трубы. Завидев Шкуродера, Ранголит отвлекся, но не испугался. Как и многие разведчики, проводившие большую часть времени в далеких отлучках, он не слишком пересекался с ужасами замковой политики. Кроме того, Шкуродер сразу наладил с ним панибратские отношения в духе «мы бойцы, а они – штабные крысы». Ранголит принялся было костерить передового: – Еще раз увижу, как рыщешь по открытой местности, зады надеру! – Это моя вина, Дальноведчик, – влез Шкуродер. – У меня важные новости. Они отошли подальше от солдат, в сторону личной палатки Ранголита в низине. – Видел что-нибудь интересненькое? – заговорщицки усмехнулся Ранголит. Он давно уже понял, что Шкуродер – не гениальная двойка, а часть стаи, остальные элементы которой в замке. – Когда у тебя следующий выход на Понурого? – Это была кодовая кличка Проныры. – Сразу после полудня. Он не пропустил ни одного за четыре дня. Южане, кажется, засели все в одном большом лагере. – Все изменится. – Шкуродер повторил приказы, переданные ему Стальным для Проныры. Слова давались тяжко. Предательница внутри его запротестовала; он чувствовал признаки ее серьезной атаки. – Ничего себе! Вы собираетесь всех перебросить к Марграмскому Перевалу меньше чем за два… Ладно, мне лучше не знать. Под мантиями двойка Шкуродера ощетинилась. Есть пределы фамильярности. Ранголит полезен, но потом, когда все закончится, его полезно будет переделать во что-нибудь… менее кустарное. – Это все, повелитель? – Да… постой. – Шкуродер вздрогнул: нерешительность была для него нехарактерна. Трудность с этими мантиями в том, что иногда так сложно вспомнить нужные вещи… О Стая Всемогущая, только не это! Опять Тиратект вылезла. Стальной приказал убить девчонку Древорезчицы. Учитывая сложившиеся обстоятельства, ход вполне оправданный, но… Шкуродер со Стальным яростно замотал головами, сжав зубы. – В чем дело? – спросил Стальной Владыка. Мытарства Шкуродера с радиомантиями доставляли ему явное наслаждение. – Ничего особенного, повелитель. Статика. – На самом деле никакой статики не было, но Шкуродеру казалось, будто он вот-вот распадется. Да что же дало этой дуре такую мощь? Шкуродер с Амдиджефри клацал челюстями снова и снова, открывал и закрывал пасти. Дети испуганно отскочили. – Все в порядке, – сказал он мрачно, хотя два его тела аж стукнулись друг о дружку. Действительно, Йоханну Ольсндот целесообразно было бы оставить в живых по целому ряду причин. В долгосрочной перспективе это поможет заручиться поддержкой Джефри. Почему бы Шкуродеру не обзавестись тайной союзницей среди людей? Если подделать сообщения о смерти Двуногой для Стального и… «Нет, нет!» Шкуродер овладел собой, отшвырнув эти рассуждения. Приемчики, какие он сам применил к Тиратект, теперь обернулись против него же. «Со мной это не сработает. Я повелитель лжи». Но тут она снова пошла в атаку, и все мысли из него выбило, точно ударом дубины. Его элементы – со Стальным, с Ранголитом, с Амдиджефри – все как один издавали тихие невнятные звуки. Стальной Владыка бегал вокруг, не понимая, то ли подтрунивать, то ли тревожиться. Ранголит вытаращился на него с искренним любопытством. Дети подошли и коснулись его. – Вам больно? Вам больно? Человек просунул эти замечательные руки под радиомантию и слегка погладил окровавленную шерсть Шкуродера. Мир расплылся в статических помехах. – Не надо. Не делай так. Ты можешь хуже сделать, – послышался голос Амди. Щенки тянули к нему мордочки, пытаясь помочь с мантиями. Шкуродер чувствовал, как его отпихивают, сталкивают в бездну забытья. Теперь Тиратект перешла в лобовую атаку, не пытаясь обольстить или усовестить его, и… … и восхищенно осмотрелась. «Столько дней прошло, и я снова стала собой. Я контролирую стаю». Хватит убивать невиновных. Если кто и должен подохнуть, так это Стальной и Шкуродер. Голова ее поворачивалась, следя за движениями Стального, выбирая элемента, который отошел дальше всех. Она подобрала под себя лапы, готовясь вцепиться ему в глотку. «Подойди еще чуть-чуть ближе… и сдохни, тварь». Последнее мгновение ясности ума Тиратект не заняло, вероятно, и пяти секунд. Ее атака на Шкуродера была актом отчаяния, она отдала все силы, не оставив ничего в резерве для внутренней обороны. Готовясь прыгнуть на Стального, она уже ощутила, как ее душу тянут назад и вниз, как из тьмы внизу поднимается Шкуродер. Лапы элемента дернулись и обмякли, она стукнулась мордой о камень… …и Шкуродер снова перехватил контроль. Атака слюнтяйки его изумила. Она и вправду пожалела тех, кого следовало бы убить, так пожалела, что готова была пожертвовать собой, уничтожив Шкуродера. И тем подписала себе смертный приговор. Самоубийственные порывы никогда еще не помогали подчинить себе стаю. Искренняя решимость ее ослабила контроль над подсознанием и указала Хозяину шанс, которым тот воспользовался. Он овладел стаей снова и обрел значительное преимущество. Нападение Тиратект оставило ее беззащитной. Глубинные ментальные барьеры, окружившие тройку ее бывших элементов, неожиданно истончились, будто кожура перезрелого фрукта. Шкуродер прорвался сквозь мембрану, вонзил когти в плоть ее разума, разметал его на ошметки и растоптал. Трое, составлявшие ядро ее личности, останутся жить, но души, отдельной от его собственной, уже никогда не обретут. Шкуродер со Стальным растянулся плашмя, сделав вид, что потерял сознание, и судороги его унялись. Пусть Стальной Владыка подумает, что тот лишился чувств. За это время на ум придет наиболее правдоподобное объяснение. Шкуродер с Ранголитом медленно поднялся, хотя оба элемента еще не вышли из позы стесненной мысли. Он стянул их вместе. Тут объяснений не требовалось, но лучше, чтобы Дальноведчик не заподозрил в нем душевного расстройства. – Мантии – мощный инструмент, дорогой Ранголит; временами даже слишком. – Да, повелитель. Шкуродер позволил себе улыбнуться. Мгновение он молчал, наслаждаясь готовыми прозвучать словами. Нет, от слабовольной дуры не осталось и следа. Это была ее последняя, и лучшая, попытка перехватить контроль. Последняя и самая грубая ошибка. Улыбка Шкуродера поползла дальше, зацепив двойку с Амдиджефри. Ему вдруг подумалось, что он никого не приказывал убивать с тех самых пор, как вернулся на Тайный Остров. Следовательно, кровь Йоханны Ольсндот станет первой на трех его мордах. – Дальноведчик, есть еще одно задание для Понурого. Необходимо устранить… И пока он объяснял задание в подробностях, по элементам его расползалось приятное тепло верного решения.
Трагедия и пленение Йоханны. Йоханна, работающая в полевом госпитале Когтей, пытается заботиться о тяжелораненых пациентах, несмотря на суровые условия. Во время общения со Странником Викврэкшрамом на нее совершает нападение сумасшедшая стая фрагментов Кратци, в ходе которой девочка оказывается раздавлена массой тел. Благодаря своей способности устанавливать эмоциональную связь с окружающими, Йоханна выживает, после чего Проныра решает перевезти ее в свою берлогу для обеспечения безопасности. Однако Проныра оказывается предателем и берет девочку в плен, используя ее как политический инструмент в своих амбициях против Стального. Ситуация меняется, когда Странник вмешивается в допрос, угрожая Проныре наказанием от королевы Древорезчицы. В итоге Проныра отпускает Йоханну как залог, и Странник уводит ее в безопасное место для обсуждения дальнейших планов.
Подробный пересказ
Йоханна в госпитале. Йоханна проводит день в полевом госпитале, где она кормит раненых и одиночных элементов (синглетов), несмотря на их тяжелое состояние и низкий приоритет в лечении. Девочка посещает различных пациентов, включая тройку, сохранившую остатки интеллекта, и Черныша — тяжело калеченного пушкаря, который наконец согласился поесть. Несмотря на суровые условия и специфику медицины Когтей, Йоханна стремится помочь пострадавшим, надеясь, что они смогут быть воссозданы в новые стаи.
Единственное приятное последствие задержки – раненым выпала передышка. Теперь Проныра обнаружил дорогу в обход шкуродерников, и солдатам не терпелось сняться с места, но… Йоханна провела последний день в полевом госпитале. Госпиталь состоял из неправильных прямоугольников, каждый примерно шестиметровой ширины. Некоторые были уставлены драными палатками – там помещали тех, кто сохранил еще достаточный для заботы о себе уровень интеллекта. Других окружили простыми выгородками, по изгороди на элемента, бывшего некогда частью слитной стаи. Синглетам ничего не стоило перепрыгнуть ее, но большинство смутно понимали ее предназначение и оставались внутри. Йоханна катила по госпиталю уставленную снедью тележку, останавливаясь, чтобы покормить то одного пациента, то другого. Тележка была для нее великовата, иногда застревала меж корней. Но с такой работой она справлялась лучше любой стаи, и ей нравилось чувствовать себя полезной. В лесу вокруг госпиталя то и дело фыркали керхоги, которых запрягали в фургоны, или орали артиллеристы, грузившие пушки и паковавшие инвентарь. Из карт, продемонстрированных Пронырой на Совете, следовало, что следующие денька два будут жаркими во всех смыслах, но в конце концов армия выйдет на высоту глубоко в тылу ничего не подозревающих шкуродерников. Она остановилась у первой маленькой палатки. Тройка, занявшая ее, услышала шаги девочки и уже выскочила наружу, наматывая вокруг тележки небольшие круги. – Йоханна, Йоханна! – кричала тройка ее же голосом. Все, что осталось от одного из младших стратегов Древорезчицы. Когда-то он владел самношком. Первоначально стая состояла из шести элементов, но половину убили волки. Выжившие были «рассказчиками» – интеллектом достигавшими уровня пятилетнего ребенка, хотя и с необычным словарным запасом. – Спасибо за еду. Спасибо тебе. Тройка тыкалась в нее мордами. Она потрепала их, прежде чем потянуться в тележку и достать горшочки с теплым мясом. Двое тут же сунулись туда, но третий отошел в сторонку и сел поговорить. – Я слышал, у нас скоро бой. «Не для тебя, но…» – Да. Мы пойдем по высохшему водопаду, как раз на востоке отсюда. – Уй, ой, – сказал синглет. – Уй. Ой, это плохо. Плохо видно, нет контроля, засады боюсь. – Вероятно, фрагмент сохранял некоторые воспоминания о прежней своей тактической работе. Но Йоханна не могла ему втолковать аргументы Проныры. – Не беспокойся, мы все сделаем правильно. – Ты уверена? Ты обещаешь? Йоханна улыбнулась живым останкам некогда симпатичной в общении стаи: – Да. Я обещаю. – Ах-ах-ха… Ну хорошо. – Все трое уткнулись мордами в горшочки. Этим на самом-то деле повезло. Осколок стаи проявлял значительный интерес к происходящему вокруг. Не менее важен был и его почти детский энтузиазм. Странник говорил, что такие фрагменты в конце концов легко собираются в нормальную стаю, если за ними правильно ухаживать и дать завести щенка-двух. Она перетащила тележку еще на несколько метров, к огороженному участку – символическому коралю для синглета. Там слабо воняло дерьмом. Некоторые синглеты и двойки потеряли способность ухаживать за собой; да и в любом случае отхожая яма всего в сотне метров. – Эй, Черныш, Черныш! – Йоханна постучала пустым горшочком по краю тележки. Из кустов высунулась морда; иногда это создание даже и так не реагировало. Йоханна опустилась на колени, чтобы глаза ее были ненамного выше черношерстной морды. – Черныш? Элемент выбрался из кустов и медленно направился к ней. Все, что осталось от одного из пушкарей Щепетильника. Йоханна с трудом его припоминала: красивая шестерка, вся из крупных, сильных элементов. Но сейчас даже «Черныш» мало походил на себя прежнего: ему на задние лапы упал ствол. Он таскал безногий огузок на маленькой тележке с тридцатисантиметровыми колесами… вроде наездника, только с передними конечностями. Она поставила перед ним горшочек с едой и повторила звуки, которым научил ее Странник. Черныш последние три дня отказывался от еды, но сегодня подъехал поближе, чтобы она его погладила. Через минуту он таки опустил морду в горшок. Йоханна усмехнулась: приятная неожиданность. Странное местечко этот госпиталь. Год назад он бы девочку напугал; даже сейчас подход Когтей к раненым был ей неприятен. Продолжая гладить Черныша по склоненной голове, Йоханна оглядела просвет в лесной чаще: палатки, пациентов, фрагментов. Это и вправду госпиталь. Хирурги делали что могли, спасая жизни, хотя в отсутствие анестетиков медицина тут была жутким ремеслом. В известном смысле вполне средневековым, каким его описывал в применении к человечеству данник Йоханны. Но у Когтей имелись свои отличия. Место это скорее служило складом запчастей. Медики старались выходить стаи. Для них синглеты были просто обломками, которые можно использовать, наскоро приводя в рабочее состояние другие фрагменты, даже если те долго и не продержатся. Если синглет был ранен, то по шкале врачебных приоритетов его автоматически уносило в самый низ. – Там мало что можно спасти, – объяснял ей один врач через Странника, – а если б и можно было, разве ты захотела бы принять в себя калеку-полудурка? Он слишком устал, чтобы заметить абсурдность вопроса. С его морд капала кровь; он часами напролет работал, спасая раненых для уцелевших стай. Кроме того, многие раненые синглеты менее чем за десятидневку прекращали есть и умирали. Даже проведя с Когтями год, Йоханна не вполне с этим свыклась. Каждый синглет напоминал ей Грамотея; она желала им лучшей участи, чем последнему его фрагменту. Она взяла на себя кормление и проводила с одиночными ранеными не меньше времени, чем с более крупными фрагментами. И это приносило результаты. Она могла приблизиться к пациенту, не раздражая его мыслешумом. Ее помощь давала заводчикам время изучить невредимых синглетов и более крупные осколки стай, чтобы затем попытаться составить здоровые. И теперь, быть может, этот элемент не уморит себя голодом. Она сообщит о нем Страннику. Тот чудеса творил, подбирая комбинации, и казался Йоханне единственной стаей, способной отчасти разделить чувства девочки к раненым синглетам. – Если они не отказываются от еды, это часто служит признаком силы разума; даже искалеченными они могут принести стае пользу, – говорил Странник. – Меня в путешествиях вдоль и поперек увечили; нельзя предугадать и соломки подстелить, когда именно ужмешься до тройки за тысячи миль от знакомых мест. Йоханна поставила рядом с кормом миску воды. Помедлив, калека повернулся на своей тележке и сделал несколько маленьких глотков. – Держись, Черныш, мы тебе найдем стаю, которой ты сможешь стать.
Драка в госпитале. Охранник Читиратт патрулирует госпиталь, ожидая момента, когда Кратци — сумасшедшая стая фрагментов — совершит убийство Двуногой (Йоханны) по приказу Начальника. В это время Йоханна общается со Странником Викврэкшрамом, обсуждая уход одного из пациентов, и внезапно подвергается нападению со стороны Кратци. В ходе жестокой драки Йоханна оказывается раздавлена массой тел, а Читиратт в изумлении наблюдает, как всплеск убийственной ярости охватывает всех обитателей госпиталя. В финале Йоханна приходит в сознание под защитой Странника, в то время как Читиратт остается доволен «трагическим» исходом.
Читиратт был там, где ему было приказано быть, патрулируя свой участок точно по графику. И все же он немного нервничал. Он всегда по крайней мере одной головой следил за этой человечицей, за Двуногой. Никаких подозрений его поза вызвать не могла. Ему полагалось охранять участок, то есть – смотреть во все стороны. Он нервно перекладывал арбалет из челюстей в сумку и обратно. Еще несколько минут… Читиратт снова обошел госпиталь. Это было несложное задание. Хотя здесь пожары пощадили лес, вся крупная живность тем не менее сбежала вниз по течению, от суховея. Тут, вблизи реки, земля поросла мягким кустарником, колючки попадались редко. Обходя госпиталь, он почти мог вообразить себя на юге, в зеленых владениях Древорезчицы. Вот несколькими сотнями ярдов восточнее велась тяжелая работенка – там готовили к подъему на перевал фургоны и амуницию. Фрагменты понимали: что-то происходит. Там и сям головы их выныривали из палаток и поднимались с подстилок. Они следили, как грузят фургоны, вслушивались, ловя знакомые голоса. Самые тупые рвались выполнять воинский долг; он даже загнал трех почти здоровых синглетов назад в кораль. От таких обломков никакой пользы. Когда армия возьмется покорять Марграмский Перевал, госпиталь оставят здесь. Читиратт с радостью бы остался тоже. Он достаточно давно служил Начальнику и просек, от кого в действительности исходят приказы. Читиратт подозревал, что с Марграмского Перевала вернутся немногие. Он повернул к Двуногой три пары глаз. Это последнее задание было самым опасным за всю его карьеру. Если все пройдет, как задумано, можно попросту потребовать, чтобы Начальник оставил его при госпитале. «Но будь осторожен, старина. Проныра бы не достиг нынешнего положения, если бы не зачищал следы». Читиратт видел, что сталось с тем выходцем из восточных земель, который совал носы в дела Начальника. Какая же тормознутая эта человечиха! Она с этим синглетом уже пять минут булькает. По тому, сколько она проводит с ними времени, можно подумать, будто сексом занимается! Ну что ж, скоро узнает цену такой близости. Он начал было взводить арбалет, потом передумал. «Несчастный случай, несчастный случай. Помни, все должно выглядеть, словно несчастный случай». Ага. Двуногая собирала объедки и миски с водой, грузила их в тележку. Читиратт неприметно скользнул по периметру госпиталя, расположась на виду у двойки Кратци – фрагмента, который и должен совершить убийство. Кратциниссинари был пехотинцем, пока не лишился фрагментов Ниссинари. С Начальником или тайной стражей его ничто не связывало. Но он был известен как сумасшедшая стая, состоящая в основном из сук, стая, неизменно балансирующая на краю боевого безумия. Обычно увечье до двух элементов такие стаи смягчало. В этом случае… что ж, Начальник утверждал, что Кратци специально натаскали и он как взведенный капкан. От Читиратта требовалось лишь присутствовать там, нести бдительную стражу. Он быстро продырявит Кратци мозги стрелами… но, увы, уже не успеет спасти Двуногую. Человечиха неуклюже тащила тележку через кустарник в сторону следующего пациента, которым и был Кратци. Двойка выбралась из своей норы, выкрикивая неразборчивые приветствия, которых даже Читиратт толком не понял. Впрочем, звучали в них полутонами грозные нотки убийственной ярости под покровом показного дружелюбия. Конечно, Двувногая не уловила их. Еще миг, и она опустится к земле, поставить еду… Читиратт чуть не поддался соблазну застрелить ее, если Кратци подведет. Он мог выдать это за трагический промах. Двуногая ему действительно не нравилась. Человечиха внушала страх: такая высокая, движется неуверенно-механически. Он уже понимал, что она гораздо уязвимей стай, но думать о такой умной синглетке по-прежнему было жутковато. Он отогнал искушение чуть ли не быстрей, чем оно возникло. Нечего и говорить, он поплатится за подобное, даже если его оправданиям о несчастном случае поверят. Нет, сегодня у него нет настроения для альтруистических порывов. Кратци сделает работу сам, своими зубами и когтями. Одна голова Кратци смотрела примерно на Читиратта. Вот Двуногая взяла горшки, отвернулась от повозки с кормом… – Привет, Йоханна, как ты там? Йоханна подняла голову от горшочков и увидела на краю госпиталя Странника Викврэкшрама. Он подошел так близко, как мог, не мешая пациентам думать. Охранник, стоявший там за мгновение до этого, отошел при появлении Странника и остановился на несколько метров дальше. – Отлично, – сказала она. – Ты помнишь того, на тележке? Он сегодня немного поел. – Хорошо. Я подумывал насчет того, чтоб слить его с той тройкой на другом конце госпиталя. – Увечным врачом? – Да. От Треллелака одни самки остались. Я слушал их мысли и… Объяснял Странник на превосходном самношке, но Йоханна мало что понимала. Стайная селекция пестрила терминами, для которых даже Странник не мог подыскать аналога, понятного человеку. Одно было очевидно: поскольку Черныш самец, есть вероятность, что у него и тройки, оставшейся от врача, вскоре появятся щенки, которые и дополнят стаю. Остальное – дело «резонанса настроений» и «смешения слабостей с достоинствами». Странник говорил, что сам не заводчик, а так, любитель, но, что любопытно, многие врачи (и даже сама Древорезчица) часто его слушались. Он в странствиях повидал многое. Предложенные им «запчасти» приживались чаще всего. Наконец Йоханна сделала рукой жест: помолчи, мол. – Хорошо. Когда я всех тут накормлю, попробуем. Странник скосил пару голов внутрь госпиталя: – Тут что-то странное творится. Не могу «пальцем показать», но… все фрагменты следят за тобой. Даже сильнее обычного. Ты это чувствуешь? – Нет, – ответила Йоханна, пожимая плечами. Она опустилась на колени – поставить рядом с ущербной двойкой пациента воду и корм. Пара аж вибрировала от нетерпения, хотя вела себя вежливо и вперед не лезла. Краем глаза Йоханна уловила странное движение охранника – тот склонил две средние головы, и… И ее словно двумя огромными кулаками ударили в лицо и грудь. Йоханна упала, двойка оказалась сверху. Девочка вскинула окровавленные руки, закрываясь от разящих когтей и клыков. Когда Читиратт подал сигнал, оба Кратци бросились друг на друга, почти случайно опрокинув человечиху на спину. Их зубы и когти рвали воздух и собственные тела не меньше, чем Двуногую. На миг Читиратт застыл в удивлении. Может, она и не мертва еще. Потом опомнился и перепрыгнул ограду, на лету вскидывая и заряжая арбалет. Пожалуй, первым выстрелом придется промазать – Кратци кромсал Двуногую, но не так, чтобы… И вдруг возможность стрелять в двойку пропала. Кратци и человечиху захлестнула рычащая черно-белая волна. Каждый здоровый фрагмент госпиталя, казалось, ринулся в атаку. Всплеск убийственной ярости был куда сильнее, нежели у обычных стай. Читиратт отскочил в изумлении перед этим зрелищем и его мыслешумом. Казалось, что даже пилигрима это зацепило; стая пронеслась мимо Читиратта и забегала вокруг свалки тел. Странник так и не рискнул ворваться в самую сечу, но кидался туда-сюда, выкрикивая слова, терявшиеся в общем гаме. Из своры вырвался координированный мыслевопль такой силы, что Читиратта в двадцати ярдах оглушило. Свора будто съежилась, провалилась внутрь, и большинство ее элементов неожиданно успокоились. Подобие огромного зверя из двух дюжин тел внезапно развалилось на смятенную, окровавленную ораву случайных элементов. Пилигрим все еще бегал по краю драки, каким-то чудом сохраняя рассудок и память о цели. Его крупный элемент, весь в шрамах, нырял в толпу, разил когтями тех, кто еще продолжал сражаться, вырывался обратно и кидался снова. Пациенты потихоньку отползали от страшного места. Некоторые тройки и двойки ужались до синглетов, другие же, напротив, прибавили в числе. Почва была залита кровью. Погибло не менее пяти элементов. Посередине валялась пара колес от протезной тележки. Пилигрим не обращал внимания. Четверка стояла, окружив кровавую кучу в самом центре и склонившись над нею. Читиратт ухмыльнулся про себя. Двуногую раздавило, ай-яй, какая трагедия. Йоханна ни на миг не теряла сознания, но боль и удушающая тяжесть десятков тел выбили из головы связные мысли. Наконец давление ослабло. Где-то на фоне общего гвалта слышались крики на нормальном межстайном. Она подняла глаза и увидела стоящего вокруг Странника. Шрамозадый сидел на ней верхом, закрывая от нападения, его морда оказалась в считаных сантиметрах от ее лица. Он склонился над ней и облизал лицо. Йоханна улыбнулась и попыталась заговорить.
Спасение Йоханны в госпитале. Во время совещания Проныра и Щепетильник узнают о массовой драке в госпитале, где Йоханна подверглась нападению со стороны пациентов. Проныра прибывает на место и выясняет у Странника Викврэкшрама, что девочка выжила благодаря своей способности устанавливать эмоциональную связь с пациентами. Осознав серьезность угрозы и риск повторения трагического сценария из «Грамотея», Проныра решает перевезти Йоханну в свою берлогу для обеспечения безопасности. Девочка, осознавая опасность и не желая смерти, пытается протестовать, но Проныра берет ситуацию под контроль.
Проныра все устроил так, чтобы оказаться на совещании с Древорезчицей и Щепетильником. В данный момент «командующий артиллерией» был по уши занят тактическими премудростями, показывая с помощью Данника свои планы наступления на Марграмский Перевал. Тут снизу, от реки, налетел шквал яростных воплей. Щепетильник с омерзением оторвал морды от Розового Слоника. – Ну что опять такое… Шум нарастал, и это уже была не мелкая потасовка. Проныра с Древорезчицей, не переставая обмениваться тревожными взглядами, вытянули шеи посмотреть, что там, за деревьями. – Драка в госпитале? – предположила королева. Проныра уронил планшет и бросился прочь, крикнув охранявшим место совещания стаям, чтоб оставались с королевой. Пробегая через лагерь, он видел, что бродившие вокруг гвардейцы уже несутся в госпиталь. Все шло гладко, как программа в Даннике… но почему такой гвалт? На последних сотнях ярдов Щепетильник обогнал его и вырвался вперед. Артиллерист ворвался в госпиталь и замер, ошеломленный. Проныра бросился на открытое место, готовясь выказать горестное изумление и готовность к немедленным действиям. Странник Викврэкшрам стоял вокруг тележки с кормом для пациентов, чуть позади него – Читиратт. Пилигрим склонился над Двуногой, лежащей в самом центре поля бойни. «Во имя Стаи Стай, что тут стряслось? Начать с того, что крови слишком много…» – Все назад, кроме врачей! – рявкнул Проныра на солдат, которые теснились на краю поляны. Прошел по выбранному пути, обходя пациентов, мысливших громче всех. У многих были свежие раны, на бледной коре деревьев виднелись темные пятна крови. «Что-то пошло не так». Меж тем Щепетильник обежал госпиталь по периметру и уже оказался всего в паре дюжин ярдов от Странника. Большая часть его стаи смотрела на землю рядом с Викврэкшрамом. – Это же Йоханна! Йоханна! – Казалось, еще миг – и этот придурок кинется на колья ограды. – Думаю, с ней все в порядке, Щепетильник, – сказал Викврэкшрам. – Она тут кормила одну двойку, а та сбрендила и напала на нее. Какой-то врач осматривал место драки. На земле валялись три трупа, но по количеству крови было видно, что это не всё. – Интересно, что она такого сделала, чтобы их спровоцировать? – Говорю тебе, ничего! Но стоило ей упасть, как половина госпиталя сюда слетелась и атаковала этих вот, как их там. Он ткнул носом в неузнаваемые останки. Проныра воззрился на Читиратта, следя в то же время, не появится ли Древорезчица. – А ты что скажешь, солдат? – спросил он. «Ну, Читиратт, только не обделайся тут». – В-все было точно так, как пилигрим говорит, господин мой. Я никогда ничего похожего не видел. – Он был искренне ошеломлен случившимся. Проныра подошел к Страннику: – Странник, можно мне взглянуть? Викврэкшрам колебался. Он обнюхивал девочку, проверяя, нет ли ран, требующих немедленной помощи. Потом та слабо кивнула ему, и пилигрим отошел в сторону. Проныра приблизился к ней, сама серьезность и забота. Внутри же он кипел от ярости. Он никогда о таком не слышал. Но даже примчись ей на помощь весь гребаный госпиталь, она уже должна быть мертва; пара Кратци ей за полсекунды горло вырвала бы. Его план ему казался защищенным от дураков (и даже теперь провал не принес непоправимого ущерба), но Проныра только теперь начинал понимать, где допустил ошибку. Человечиха уже много дней была в тесном контакте с этими пациентами, даже с Кратци. Никакой врач-Коготь не сумел бы к ним приблизиться и коснуться их так, как Двуногая. Даже некоторые здоровые стаи поддавались этому влиянию; на фрагментов же она воздействует ошеломляюще. В глубине души большинство пациентов считали чужачку своей частью. Он оглядел Двуногую с трех сторон, понимая, что пятьдесят стай следят за каждым его движением. Очень мало крови принадлежало самой Двуногой. Порезы на шее и руках были длинными, но неглубокими: бесцельные взмахи лап. В последнее мгновение внушенная Кратци ненависть отступила перед осознанием человечихи как своего элемента. Но даже случайный взмах лапы мог бы вскрыть ей глотку. Проныра прикинул, не поместить ли ее под заботу тайной стражи. В случае Грамотея уловка сработала, но сейчас риск будет очень велик. Странник стоял нос к носу с Йоханной, и любые заявления насчет «неожиданных осложнений» его насторожат. «Нет. Даже превосходные планы иногда проваливаются. Считай это уроком на будущее». Он улыбнулся девочке и сказал на самношке: – Сейчас ты в полной безопасности. «В данный момент и к великому несчастью». Голова девочки дернулась в сторону Читиратта. Щепетильник рыскал взад-вперед вдоль изгороди так близко, что Читиратту со Странником пришлось отступить. – Я в это не верю! – громко заявил артиллерист. – Наша самая важная персона подверглась такой атаке. Тут смердит вражеским заговором! Викврэкшрам вылупился на него: – Но как? – Не знаю! – заорал Щепетильник отчаянно. – Но ей защита нужна не меньше медицинской помощи! Проныра пускай найдет, где ее спрятать! Пилигрима довод явно впечатлил и заставил занервничать. Он склонил голову в сторону Проныры и произнес с нетипичной для себя вежливостью: – Что скажешь? Конечно, Проныра все это время следил за Двуногой. Удивительно, как мало способны маленькие люди скрывать, куда направлено их внимание. Йоханна посмотрела сперва на Читиратта, теперь на Проныру. Ее подвижные глазки сузились. Проныра за последний год особо поработал, изучая человеческую лицевую мимику, как на Йоханне, так и по ролевым сценкам из Данника. Она что-то заподозрила. И возможно, поняла кое-что из речи Щепетильника. Спина ее выгнулась, рука слабо приподнялась. К счастью для Проныры, получился у нее не вопль, а шепот такой слабый, что он и сам едва расслышал: – Нет… не надо… как Грамотея… Проныра высоко ценил тщательные планы. Но он знал, что даже самые ценные схемы надо приспосабливать к обстановке. Он глянул вниз на Йоханну и улыбнулся с правдоподобнейшей симпатией. Слишком рискованно убивать ее, как фрагмента Грамотея, но альтернативы, как он понимал теперь, гораздо хуже. Благодарение небесам, Древорезчица все еще плелась с той стороны лагеря. Он кивнул Страннику и собрался вместе. – Боюсь, что Щепетильник прав. Как именно ей помочь, я пока не знаю, но пускать все на самотек нельзя. Мы перенесем Йоханну ко мне в берлогу. Сообщите королеве. Он снял со спин мантии, чтобы осторожно укрыть девочку для последнего в ее жизни путешествия. Лишь глаза ее протестовали. Йоханна то приходила в себя, то снова теряла сознание, ужасаясь неспособности выкрикнуть вслух свои подозрения. Самые громкие вопли ее звучали шепотками. Руки и ноги ее могли только подергиваться, и даже эти движения сковывали мантии Проныры. «Может, сотрясение мозга?» – всплыло объяснение из абсурдно рационального уголка разума. Все так отдалилось и потемнело…
Пленение и допрос Йоханны. Йоханна приходит в сознание в заброшенной хижине, где ее удерживает в плену предатель Проныра — многоголовый монстр из тайной стражи Древорезчицы. Проныра допрашивает ее, раскрывая свои амбиции по захвату власти и сообщая, что ее брат Джефри, скорее всего, жив. Ситуация меняется, когда к хижине прибывает Странник, который угрожает Проныре суровым наказанием от королевы Древорезчицы в случае смерти пленницы. В итоге Проныра вынужден оставить Йоханну в живых, чтобы использовать ее как инструмент в своих политических играх и планах по противостоянию Стальному.
Йоханна проснулась у себя в хижине, в городе Древорезчицы. «Какой жуткий сон! – Ей привиделось, что ее всю изодрали, обездвижили, а Проныра оказался предателем. Она попыталась сесть, но не получилось. – Проклятые простыни закрутились». Она полежала секунду в тишине, продолжая стряхивать обескураживающий сон. – Древорезчица? – попробовала позвать Йоханна, но вырвался лишь слабый стон. Какой-то элемент пошевелился у очага. Комната была слабо освещена, и что-то в ней было не так. Йоханна лежала не на обычном своем месте. Мгновение апатии; она постаралась сориентироваться в темных стенах. Интересно. Потолок ужасно низкий. Воняет сырым мясом. У нее ныла щека, на губах чувствовалась кровь. Она не у Древорезчицы, а этот кошмар… Три головы – Когти – склонились над ней. Неясные силуэты. Одна придвинулась, и в тусклом свете Йоханна узнала черно-белый узор на морде. Проныра. – Отлично, – сказал он, – ты пришла в себя. – Где я? – Слова получились вялые, невнятные. Ужас вернулся к ней. – В заброшенной арендаторской хижине на восточном конце лагеря. Я ее занял. В качестве логова для тайной стражи, ну ты понимаешь. Он говорил на самношке спокойно и бегло, одним из стандартных голосов Данника. В одной пасти у него был клинок, и лезвие тускло отсвечивало в полумраке. Йоханна извивалась в коконе из мантий, пытаясь закричать. Что-то с ней было неправильно: будто кричишь, не набрав воздуха. Одним элементом Проныра бегал по чердаку хижины. По морде его плясали пятнышки дневного света, когда он по очереди выглядывал в узкие щелки между бревен. – Ага, хорошо, что ты не притворяешься. Я вижу, ты каким-то образом догадалась о моей… второй работе. Хобби. Но крики, даже громкие, тебе не помогут. У нас мало времени на разговоры. Уверен, что королева вскоре явится… но прежде я тебя убью. Какая жалость. Скрытые ранения оказались неожиданно серьезными и привели к трагическому исходу. Йоханна не совсем понимала, что он говорит. При каждом движении головой перед глазами все плыло. Она все еще не могла припомнить, что там случилось на госпитальной поляне. Проныра каким-то образом оказался предателем, но как… Воспоминания ускользали, боль затмевала их. – Ты убил Грамотея, ведь так? Зачем? Голос ее стал громче прежнего. Она поперхнулась кровью в глотке и откашляла ее. Мягкий человеческий смех послышался отовсюду вокруг. – Он узнал обо мне правду. Забавно, что этот олух единственный меня раскусил… Или ты спрашиваешь в более общем смысле? – Три морды рядом придвинулись, клинок коснулся щеки Йоханны. – Бедная Двуногая, я не уверен, что ты поймешь ответ. В какой-то мере – ради власти. Я читал, что в Даннике написано про мотивы человеческого поведения, весь этот «фрейдизм». Мы, Когти, устроены намного сложней. Я почти весь из самцов, ты этого не знала? Опасная штука, когда ты одного пола. Безумие рыщет рядом. Но я так решил. Я устал быть изобретателем средних талантов, устал жить в тени Древорезчицы. Сколь многие из нас – ее отпрыски, и она доминирует над нами всеми. Она была довольна, скажу тебе, когда я пошел в тайную стражу. У нее как раз недоставало нужной комбинации элементов. Она считала, что наличие в стае только одной самки сделает меня управляемо-сдвинутым. Его часовой сделал очередной круг, выглядывая в щелки. Снова прозвучал человеческий смешок. – Я долго строил планы. Я не только против Древорезчицы действую. Властная сторона ее души обитает по всему приполярному побережью. У Шкуродера почти столетие форы передо мной; Стальной новичок, но у него империя, построенная Шкуродером. Я сделал себя незаменимым для всех. Я начальник тайной стражи Древорезчицы… и самый ценный шпион Стального. Если все правильно разыграть, я стану обладателем Данника, а остальные погибнут. Клинок опять уткнулся ей в лицо. – Думаешь, что могла бы помочь мне? – Он всмотрелся в ее залитые ужасом глаза. – Очень сомневаюсь. Если бы мой план сработал полностью, ты бы уже валялась мертвая. – По комнате прокатился вздох. – Но он провалился, и я вынужден убивать тебя сам. Что ж, не исключено, что это к лучшему. Данник – кладезь информации обо всем на свете, но о пытках в нем едва упоминается. В некоторых отношениях вы так хрупки, вас так легко убить. Вы умираете прежде, чем вам вырывают разум. Однако мне известно, что боль и ужас испытывать вы можете; фокус в том, чтобы применить насилие, не убивая. Ближняя тройка расселась в непринужденных позах, как человек для серьезного разговора. – И есть у меня вопросы, на которые ты можешь дать ответ, но которые я прежде ставить не осмеливался. Стальной, знаешь ли, очень уверен в себе, и не только потому, что у него шпион в стане Древорезчицы, сиречь я. У этой стаи есть еще какое-то преимущество. Мог он заполучить другой Данник? Проныра сделал паузу. Йоханна молчала, то ли от ужаса, то ли от омерзения. Этот монстр убил Грамотея. Морда, сжимавшая кинжал, придвинулась, скользнула между Йоханной и одеялами. Боль пронзила кисть девочки. Она вскрикнула. – Ага, Данник говорил, что в этом месте человеку больно. Нет нужды отвечать, Йоханна. Ты знаешь, какова, по моему мнению, тайна Стального? Я полагаю, выжил кто-то из твоих близких. Вероятнее всего, маленький брат, учитывая твои рассказы о побоище. «Джефри? Жив?» На миг боль отступила, да и страх почти отхлынул. – Но как… Проныра пожал плечами на стайный манер: – Ты же не видела его мертвым. Ты можешь быть уверена, что Стальной нуждался в живом Двуногом, а почитав про холодный сон в Даннике, я глубоко сомневаюсь, что он мог бы оживить кого-то из спящих. А какой-то секрет у него есть. Он интересуется информацией из Данника, но ни разу не потребовал, чтоб я украл для него само устройство. Йоханна смежила веки, будто отрицая само существование предателя. «Джефри жив!» Ее захлестнули воспоминания. Джефри радостно играет, плачет, храбрится на борту корабля беженцев… она-то думала, что никогда этого не вспомнит. На миг эти воспоминания показались более реальными, чем насилие и раны последних минут. «Но как мог бы Джефри помочь шкуродерникам? Остальные данники просто сгорели. Там что-то еще, и даже сам Проныра этого не понимает». Проныра сгреб ее за подбородок и встряхнул: – Глаза разуй… Я научился читать по ним, я хочу видеть… Гм, не знаю, поверила ты мне или нет. Не важно. Было бы время, я бы разузнал, как именно он мог помочь Стальному. У меня есть вопросы поважнее. Данник – ключ ко всему, это ясно. Менее чем за полгода мы с Древорезчицей и Странником получили колоссальную информацию о вашей расе и ее цивилизации. Осмелюсь утверждать, что мы знаем вас лучше, чем вы сами себя, и, как мне порою кажется, лучше, чем собственную планету. Когда резня утихнет, победителем выйдет стая с Данником. Этой стаей намерен стать я. И я частенько задумывался, нет ли там других паролей или программ, которые я мог бы запустить, чтобы они следили за моей безопасностью… «Нянькин код». Следившие за ней головы покачались в стайной усмешке. – А-а, значит, таки есть! Не было бы счастья, да несчастье помогло… этим утром. Я бы никогда не узнал… – Речь его разбилась на резкие диссонирующие аккорды. Два элемента Проныры подскочили к часовому, кружившему на чердаке вдоль оконных щелок. Затем тихий голос в ее ухе продолжил: – Это Странник, он еще далеко, но приближается… Не знаю. Лучше бы тебя сразу убить. Глубокая рана в незаметном месте. – Нож просунулся дальше. Йоханна что есть силы заворочалась в коконе, пытаясь увернуться от острия, но тщетно. Потом клинок убрался, скользнув по ее коже. – Ну ладно, послушаем, что Странник имеет нам сказать. Нет смысла убивать тебя, если он не настоит на том, чтобы увидеть тебя лично. Он вставил ей в рот кляп и туго затянул его тесемки. Мгновение тишины, нарушаемой лишь цоканьем когтей по гравию рядом с хижиной. Затем снаружи, из-за деревянных стен, донеслось булькающее ворчание стай. Йоханна сомневалась, что когда-нибудь научится различать стаи по голосам, но… разум ее с трудом продирался сквозь эти звуки, пытаясь расшифровать сливающиеся друг с другом аккорды. – Йоханна (что-то вопросительное, скрип) безопасно. Проныра булькнул в ответ: – Приветствую, Странник Викврэкшрам. Йоханна (вибрирующая трель) без видимых повреждений (что-то грустное) не уверен (писк). И предатель прошептал ей на ухо: – Теперь он спросит, не нужна ли мне помощь в уходе за тобой, и если примется настаивать… нашу беседу придется прервать преждевременно. Но Странник лишь издал сочувственное хоровое ворчание. – Да этот олух тут просто так расселся, – раздраженно зашептал Проныра. Еще мгновение тишины, и Странник сказал человеческим голосом, голосом Джокера из Данника, на чистом, разборчивом самношке: – Проныра, старина, не делай глупостей, а? Проныра испустил звук вежливого удивления и сомкнулся вокруг девочки. Лезвие проткнуло кожу Йоханны меж ребер еще на сантиметр: ей казалось, что там впилась колючка. Она чувствовала, как лезвие трепещет, ощущала дуновение дыхания элемента с кинжалом на своей окровавленной коже. Странник продолжал спокойным, доверительным тоном: – В смысле, мы же в курсе, что ты затеял. Твоя стая в госпитале раскололась и все немногое, что знала, выложила Древорезчице. Ты думаешь, она поверит твоему вранью? Если Йоханна умрет, тебя на куски порежут, понял? – Он загудел тоном тревожного сигнала Данника: – Я ее хорошо знаю, свою королеву. Она такая грациозная… но откуда, по-твоему, почерпнул Шкуродер свою зловещую изобретательность? Убей Йоханну, и ты узнаешь, насколько гений королевы превосходит в этом отношении таланты Шкуродера. Нож отодвинулся. Еще один элемент Проныры подскочил к оконным щелкам, а двое рядом с Йоханной ослабили хватку. Он мягко провел лезвием по ее коже. «Размышляет? Действительно ли Древорезчица так страшна в гневе?» Четверка у щелей смотрела во все стороны; Проныра явно пересчитывал свою охрану и что-то лихорадочно планировал. Ответил он на самношке: – Угроза выглядела бы убедительней не из вторых лап. Странник коротко фыркнул: – О да. Но мы догадались, что случится, если королева посетит тебя лично. Ты осторожен; ты бы сей же миг прикончил Йоханну и потом изощрялся бы в фальшивых объяснениях, не зная даже, что королеве все известно. Но при виде скромного пилигрима вроде меня… Я знаю, ты мнишь меня дураком, немногим сообразительнее Грамотея Джакерамафана. – Странник запнулся на этом имени, на миг сбившись с небрежного тона. – В любом случае, теперь ты в курсе. Если сомневаешься, отправь своих псов за опушку и посмотри, как королева тебя обложила. Если убьешь Йоханну, тебе не жить. Кстати, а наш разговор на эти темы вообще имеет смысл? – Да. Она жива. – Проныра вытащил кляп у Йоханны. Она закашлялась и повернула голову. По щекам текли слезы. – Странник, ой, Странник! – Слова прозвучали немногим громче шепота. Она болезненно вдохнула, сконцентрировалась на создании звука. Перед глазами плясали светлые пятна. – Эй, Странник! – Да, Йоханна. Он тебе сделал больно? – Немножко. Я… – Достаточно. Она жива, Странник, но это легко исправить. Проныра не стал вставлять кляп. Йоханна видела, как он нервно потирает лапами морды, бегая по чердаку. Он провизжал что-то насчет «патовой ситуации». Странник ответил: – Проныра, говори на самношке. Я хочу, чтобы и Йоханна тебя понимала. А ты на самношке можешь вилять не хуже, чем на стаеречи. – Как пожелаешь. – Голос предателя звучал непринужденно, однако элементы его не прерывали нервного бега. – Королева должна понять, что положение патовое. Я убью Йоханну, если мне не гарантируют должного обхождения, без дураков. Но Древорезчица в любом случае не посмеет меня тронуть. Ты хоть понимаешь, какой капкан расставил Стальной на Марграмском Перевале? Я единственный знаю, как его обойти. – Подумаешь! Я все равно не собирался идти этой дорогой. – Да, Странник, но твое мнение тут веса не имеет. Ты безродная дворняжка. Древорезчица понимает, как опасна ситуация. Силы Стального обладают всеми преимуществами, которые я отрицал, а вдобавок я пересылал им любую информацию, какую мне удавалось выудить из Данника. – Мой брат жив, Странник, – сказала Йоханна.
Переговоры с Пронырой. Странник и Проныра ведут переговоры на чердаке, в ходе которых предатель предлагает свое сотрудничество королеве Древорезчице в обмен на безопасность. Проныра соглашается отпустить Йоханну как залог, после чего его стражники доставляют девочку в берлогу. Странник забирает раненую Йоханну и уводит ее в безопасное место, где они обсуждают предательство Проныры и планы по его дальнейшему противодействию.
– О… Ты предатель-рекордсмен, Проныра, э? Все, что ты нам говорил, было враньем, а Стальной знал о нас всю правду. Ты серьезно полагаешь, что мы не посмеем тебя за это убить? Смешок, и Проныра перестал носиться по чердаку. «Он видит, что снова оказался хозяином положения». – И даже более того, вам нужно мое сотрудничество. Всех моих элементов. Видишь ли, я преувеличил число вражеских агентов в стане Древорезчицы, но они тут действительно есть. Не исключено, что Стальной внедрил и других, о которых я не знаю. Если вы меня хотя бы просто арестуете, шкуродерникам немедленно станет это известно. Бо́льшая часть моей информации утратит ценность – а вы столкнетесь с немедленной атакой превосходящих сил противника. Видишь? Я нужен королеве. – А почем нам знать, что ты не врешь? – В этом-то и вся соль, э? И сравнима задача по сложности только с гарантией моей безопасности по завершении похода. Не сомневаюсь, что твой дворняжий умишко с нею сладить не способен. Мне нужно поговорить с Древорезчицей. Там, где нас никто не услышит и не помешает. Передай ей мое предложение. Она не сможет содрать шкуры с предателя, но если пойдет на сотрудничество с ним, то сохранит свои! Снаружи молчали, только на деревьях поблизости раздавался птичий щебет. Внезапно Странник рассмеялся. – Дворняжий умишко, так? Ну что ж, Проныра, ты меня сделал в этом плане. Я обошел весь мир, мне полтысячи лет, но из всех негодяев, предателей и гениев не было никого, равного тебе по бесстыжей наглости! Проныра издал аккорд – непереводимый, но выражавший мрачное удовлетворение. – Я польщен. – Отлично. Я передам королеве твои условия. Надеюсь, вы там двое что-нибудь да сообразите… А, еще одно. Йоханна должна пойти со мной. Таково требование королевы. – Требование королевы? Мне это больше напоминает дворняжью сентиментальность. – Возможно. Однако тем самым ты докажешь серьезность своих намерений. Рассматривай это как залог сотрудничества. Проныра обернулся к Йоханне всеми мордами, молча поглядел на нее, еще раз – напоследок – пробежался вдоль щелей. – Хорошо, я отпущу ее. Двое прыгнули ко входу в берлогу, еще пара перетащила Йоханну туда по земляному полу. Голос Проныры прозвучал совсем близко и очень тихо: – Гребаный Странник. Живая, ты только проблемы мне будешь создавать у королевы. Перед глазами у нее проплыл кинжал. – Не лезь ко мне, ясно? Я собираюсь выйти сухим из воды. Он откинул дверку. В лицо Йоханне ударил ослепительный дневной свет. Она прищурилась, разглядела стену хижины и нависшие ветки. Проныра тащил и перекатывал носилки с девочкой по лесной подстилке, не переставая обмениваться со стражниками повелительным бульканьем. Они со Странником некоторое время вежливо беседовали, назначая срок, в который пилигрим должен будет вернуться. Потом Проныра элемент за элементом залез к себе в берлогу. Подошел Странник, сгреб носилки с Йоханной за ручки. Один из его щенков высунулся из кармана и обнюхал ее лицо. – Ты в порядке? – Не уверена. Меня в голову ударили… и дышать трудно. Он ослабил путы на ее груди, а остальными элементами потянул прочь от хижины. В тени деревьев было мирно и прохладно… … и повсюду маячили стражники Проныры. «Сколько же у него клевретов?» Два часа назад Йоханна считала их своими защитниками. Теперь же каждый взгляд в ее сторону вызывал у девочки дрожь. Она перекатилась к центру носилок, снова почувствовав тошноту, уставилась вверх: меж веток и листвы мелькало дымное небо. Какие-то зверьки вроде страумлианских древобельчиков гонялись друг за другом, рассерженно чирикая. «Забавно. Почти год назад меня тащили Грамотей со Странником, я была ранена еще тяжелее, и меня все пугало, прежде всего они сами». Теперь же… Йоханну ничье появление в жизни так не радовало. Даже Шрамозадый, трусивший рядом, внушал ей спокойствие и уверенность. Страх понемногу отступал. Осталась ярость, хотя более рассудочная, чем год назад. Она понимала, что произошло; участники игры были ей знакомы, предательское убийство не было случайностью. После всех предательств Проныры, после всех его душегубств, после того, как он замышлял их всех погубить… его собираются отпустить! Странник и Древорезчица посмотрят на это сквозь лапы! – Он убил Грамотея, Странник. Он Грамотея убил… – «Разрезал на фрагменты, догнал сбежавшие останки и добил прямо у нас в руках». – И Древорезчица ему это спустит? Как так можно?! Как ты так можешь? Снова наворачивались слезы. – Ш-ш, ш-ш. Перед нею замаячили две головы Странника. Посмотрели на нее сверху вниз, нервно подергиваясь. Она потянулась к ним, взъерошила короткий плюшевый мех. Странника трясло! Один его элемент придвинулся ближе и заговорил голосом, далеким от уверенного: – Йоханна, не знаю я, как поступит королева. Ей об этом ничего не известно. – Ка… – Ш-ш. – Голос его стал едва различимым жужжанием, пробился сквозь ладонь: – Его стражники все еще видят нас. Он может догадаться… Знаем только мы с тобой, Йоханна. Не думаю, чтобы кто-нибудь еще сообразил. – Но та стая, которая расколо… – Блеф. Сплошной блеф. Я в своей жизни много чего вытворял, но эта затея по отвязности идет сразу после нашей с Грамотеем вылазки к твоему кораблю… Когда Проныра тебя увез, я начал размышлять. Ты не так уж сильно пострадала. И все это сильно напоминало случай с Джакерамафаном, но у меня не было улик. – И ты никому не сказал? – Нет. Я такой же олух, как бедняга Грамотей, не правда ли? – Он посмотрел во все стороны. – И если бы прав я был, то он оказался бы достаточно глуп, чтобы не убивать тебя сразу же. Я так боялся опоздать… «И опоздал бы, не окажись Проныра таким чудовищем, каков он есть». – В любом случае, я раскрыл его почти так же, как бедолага Грамотей: волею случая. Но если пройдем еще семьдесят метров, то не умрем, как Грамотей. И все, что я вешал на уши Проныре, станет правдой. Она погладила ближайшего элемента по плечу и оглянулась. Халупа в кольце стражников скрылась за опушкой. «И Джефри жив!»
Битва за выживание и рождение флота Аньяры. Групп-капитан Кьет Свенсндот и его команда на корабле «Эльвира» выходят из Медленной Зоны, где узнают о поражении Альянса и мятеже Владычицы Лимменде. В условиях политического хаоса Свенсндот готовит независимое командование, пока команда фиксирует появление цели «Внеполосный-II». Вступая в масштабное сражение с флотом Погибели ради спасения Равны Бергсдот, «Эльвира» использует тактику синхронных прыжков и дронов, неся тяжелые потери. Несмотря на мощные удары и временную потерю управления, экипаж восстанавливает системы корабля и одерживает победу ценой половины состава. После боя Сьяндра Кей официально объявляет о создании флота Аньяры из Коммерческой охраны. В ходе итоговой конференции героини решают продолжать путь к цели, осознавая масштаб трагедии и необходимость поиска нового дома.
Подробный пересказ
Наблюдение за движением флотов. Групп-капитан Кьет Свенсндот на корабле «Эльвира» вместе с дирокимами Глимфреллем и Тироллем выходит из Медленной Зоны и начинает отслеживать движение флотов. Анализ данных показывает, что преследователи теряют фору, а новости сообщают о поражении Альянса и возможном мятеже Владычицы Лимменде. Свенсндот осознает, что командование флагмана Лимменде захвачено врагом, и начинает готовить собственное независимое командование флотилии. В финале команда фиксирует появление цели «Внеполосный-II» и получает зашифрованное видео от Равны Бергсндот.
Кьет Свенсндот был один на мостике «Эльвиры», когда Прилив миновал. Они уже давно проделали все нужные приготовления, а двигателей для Медленной Зоны, окружившей их, корабль не имел. Тем не менее групп-капитан большую часть времени проводил именно тут, пытаясь добиться хоть сколько-нибудь вменяемой реакции от уцелевшей автоматики. Полуидиотическое программирование помогало убить время не хуже узелкового вязания и, подобно ему же, наверняка восходило к истокам человеческой цивилизации. Разумеется, сам момент подъема из Медленной Зоны прошел бы абсолютно незамеченным, не поставь они с дирокимами тревожные сигнализаторы. Как только это случилось, шумовые и световые сигналы привели капитана в состояние столь бодрое, что волосы дыбом встали. Он стукнул по панели корабельного интеркома: – Глимфрелль! Тиролль! Тащите сюда хвосты! Когда братья возникли в командной рубке, данные предварительного расчета уже красовались на навигационных экранах, а последовательность скачков ожидала подтверждения. Двое, с улыбками до ушей, влетели на мостик и пристегнулись к боевым постам. Несколько мгновений их оживленное чириканье перемежалось свистом дирокимского наслаждения. За последние сто с небольшим часов они уже не раз репетировали процедуру, а с убогой автоматикой работы предстояло выше крыши. Понемногу дисплейные окна рубки обрели резкость. Вначале изображение было размытым и неясным: ультраволновые сенсоры отслеживали индивидуальные следы, постепенно улучшая оценку векторов и расстояний. В окне коммуникатора прокручивалась, разрастаясь, лента входящих сообщений от остальных кораблей флотилии. Тиролль поднял глаза от консоли. – Слышите, начальник, графики прыжка вполне себе ничего, по крайней мере для первой пробы. – Отлично. Отправь и разреши автодополнение. В часы внутри Прилива они решили, что первоочередной целью остается погоня. А что потом? Об этом спорили долго, а групп-капитан Свенсндот размышлял еще дольше. Штатные ситуации кончились. – Есть, капитан! – Длинные пальцы дирокима заплясали над консолью, а ‘Ролль присовокупил несколько голосовых команд. – Бинго! Диагностика показала пять выполненных скачков. Десять. Кьет несколько секунд смотрел в окно естественного обзора. Изменений не видно, не видно… а потом одна из ярчайших звезд сместилась, неуловимо скользнула по небосклону. «Эльвира» набирала скорость, как жонглер – уверенность по ходу номера. – Эй, эй! – Глимфрелль склонился глянуть на плоды трудов брата. – Мы выдаем один и две десятых светового года в час. Это лучше, чем было до Прилива. – Отлично. Связь и устройства слежения? «Где все остальные и куда направляются?» – Да-да. Я над этим работаю. Тонкая фигура Глимфрелля опять склонилась к панели. Несколько секунд он провел в молчании. Свенсндот взялся листать почту. От Владелицы Лимменде пока ничего. Двадцать пять лет Кьет прослужил в Коммерческой охране Сьяндры Кей и под началом Лимменде. Отважится ли он на мятеж? И если да, то кто за ним пойдет? – Хорошо. Дела обстоят так, начальник. – Глимфрелль вывел свой анализ состояния корабельных систем в главное окно. – В общем-то, мы все угадали верно. Если и хуже, то ненамного. – Они почти сразу поняли, что сдвиг – явление беспрецедентное в истории; дироким не это имел в виду, говоря «хуже». Короткие пальцы его прочертили по экрану расплывчатую синюю линию. – Мы предположили, что передний фронт Прилива движется по нормали к этой линии. Это согласуется с наблюдением, что он накрыл Владычицу Лимменде за четыреста секунд до «Внеполосного-II», а нас – еще через десять секунд после него. Теперь, если предположить, что хвостовой профиль аналогичен таковым для обычных приливов – но в миллион раз крупнее, – тогда мы, а затем и другие корабли флотилий преследования вынырнем задолго до «Внеполосного-II». – Он указал на единственную сияющую точку – «Эльвиру». Впереди и вокруг появлялись десятки новых: корабельные детекторы фиксировали начальные этапы ультраскачков. Было похоже, что от корабля во тьму тянется холодное пламя. В конце концов Лимменде и ядро безмолвного флота тоже вернутся к делу. – Наш скачковый регистратор показывает примерно такую картину. Бо́льшая часть кораблей погони выйдет из Прилива раньше «Внеполосного-II». – Гм. Значит, они потеряют часть форы. – Угу. Но если они направляются туда, куда мы и думаем, – к звезде класса G, до которой было восемьдесят световых лет, – то успеют первыми, прежде чем их уничтожат. – Он остановился, указывая на туманное облачко, расползавшееся от светоносного пучка. – Не все продолжают погоню. – Да… – Свенсндот, слушая отчет ‘Фрелля, продолжал читать новости. – Если верить Сети, Альянс во Имя Защиты покидает поле боя. Победителем. – Что? Тиролль резко дернулся в пристежке. Его большие темные глаза утратили часть привычной смешливости. – Вы меня слышали. Кьет показал братьям сообщение. Двое быстро прочли его. ‘Фрелль бормотал себе под нос: …стараниями отважных командиров… убегавшие силы врага понесли значительный урон… Глимфрелля затрясло. Куда делся его прежний легкомысленный тон! – Даже не заикнулись о Приливе. Все это – трусливая ложь! Голос его взвился за пределы обычного речевого диапазона, и он продолжил уже на своем языке. Кьет кое-что понимал. Дирокимы, покидавшие обители грез, отличались легким нравом, хотя были склонны к легкому сарказму и эксцентричным выходкам. Поведение Глимфрелля сейчас мало от них отличалось, если не считать высокотонового свиста и оскорблений таких цветастых, какие Свенсндоту от него еще не доводилось слышать: «выползки червивой коровьей лепешки… убийцы безобидных грез…» Это и на самношке звучало внушительно, а на дирокимском «выползки червивой коровьей лепешки» рождали сенсорную ассоциацию, от которой по каюте, того и гляди, вонь эдакой гадости поползет. Голос Глимфрелля взмывал все выше и выше, пока не вырвался за пределы слышимости. Вдруг дироким обмяк, затрясся и глухо застонал. Дирокимы умеют плакать, но Свенсндот прежде никогда этого не видел. Глимфрелль покачивался в объятиях брата. Тиролль глянул на Кьета через плечо Глимфрелля: – Куда теперь ведет нас возмездие, групп-капитан? На миг Кьет не нашелся что ответить. – Я позже сообщу, лейтенант. – Он посмотрел на дисплеи. «Послушай и понаблюдай еще немного, и тогда, быть может, сообразишь». – Тем временем веди нас к центру погони, – добавил он мягко. – Есть, капитан. Тиролль нежно погладил брата по спине и отвернулся к своей консоли. Следующие пять часов команда «Эльвиры» наблюдала, как флот Альянса в беспорядке удирает наверх. Это даже отступлением нельзя было назвать, а только паническим бегством. Великие приспособленцы не гнушались вероломными убийствами и без раздумий кидались в погоню за легкой добычей. Теперь, столкнувшись с перспективой угодить в ловушку Медленной Зоны или погибнуть меж звезд, они драпали кто куда. Их бюллетени для новостных групп, как и прежде, источали браваду, но маневр замаскировать не могли. Комментаторы, ранее сохранявшие нейтралитет, подметили несоответствие; чем дальше, тем больше их приходило к выводу, что Альянс под контролем Апрахантской Гегемонии и, вероятно, стремится отнюдь не к бескорыстному противостоянию с Погибелью. Строились нервные предположения, кого Альянс выберет следующей своей целью. Крупные трансиверы продолжали отслеживать продвижение флотилий. Не нужно было даже на основную магистраль вылетать. Новостной трафик превратился в широкий водопад, и «Эльвира» в нынешнем своем положении не справлялась с ним. Тем не менее Свенсндот старался следить за новостями. Где-то может промелькнуть идея, отыскаться ключ… Большинство участников Наблюдателей войны и группы Угроз гибель Сьяндры Кей и Альянса сами по себе интересовали мало. В основном они страшились Погибели, которая продолжала расползаться по Вершине Запределья. Никому из высокожителей не удалось с нею совладать, и ходили слухи, что две Силы, вздумавшие вмешаться, уничтожены. Кое-кто (пропагандисты Погибели?) одобрял новый порядок на Вершине, пускай даже основанный на повсеместном паразитизме. Фактически только внизу, где шла погоня за «Внеполосным-II», Погибель еще не восторжествовала. Неудивительно, что на эту тему поступало десять тысяч сообщений в час. С геометрией отлива «Эльвире» невероятно повезло. Начинали они в отстающих, а теперь обрели фору в несколько часов перед главными силами. Глимфрелль и Тиролль работали интенсивно, как никогда прежде: следили, как всплывают флотилии, и подтверждали другим судам Коммерческой охраны, что «Эльвира» та, кем кажется. Покуда Скритс и Лимменде не всплывут из Медленной Зоны, Кьет Свенсндот за старшего в организации. Более того, многие командиры знали его лично. Кьет был не тем человеком, из каких получаются адмиралы: чин групп-капитана он получил в награду за исключительное летное мастерство на защите Сьяндры Кей. Он всегда без колебаний подчинялся нанимателям. Но не сейчас. Групп-капитан воспользовался преимуществами служебного ранга. Он запретил гнаться за кораблями Альянса. («Дождитесь, пока сможем действовать согласованно», – распорядился Свенсндот.) Появляясь из прилива, флотилия получала новые планы, в том числе и на случай гибели флагмана. Кьет намекнул некоторым командирам, что это отчасти так и есть, что флагманский корабль Лимменде захвачен врагом, а силы Альянса каким-то образом оказались прислужниками этого истинного противника. Очень скоро Кьет уже не волен будет уйти с дороги своей «измены». Флагман Лимменде и ядро Погибельного флота всплыли из Медленной Зоны почти одновременно. В командной рубке «Эльвиры» прозвучал сигнал: поступило и прошло расшифровку сообщение приоритетной важности. – Источник: Лимменде, флагман. Приоритет: «Разрушитель звезд», – сказал корабль. Глимфрелль вывел сообщение на главный экран, и Свенсндот почувствовал, как по шее ползет холодок уверенности. Боевая разнарядка даже по меркам Коммерческой охраны была проста. Лимменде хотела разделить флот и отослать его прочь не мешкая, кроме как для уничтожения «замаскировавшихся предателей». Кьет спросил у Глимфрелля: – Что там с кодами валидации? Дироким, казалось, вернулся в привычное расположение духа. – Все чисто. Мы бы вообще не получили этого сообщения, не используй отправитель сегодняшний одноразовый шифр… Начинают поступать запросы от остальных, командир. Аудио и видео. Они спрашивают, что делать. Кьет не имел бы ни единого шанса поднять мятеж, если бы за последние несколько часов не подготовил его. Владычице Лимменде повиновались бы беспрекословно, будь Коммерческая охрана подлинно военной организацией. Однако она ею не была, и многие командиры задумывались над вопросами Кьета. На таких расстояниях видеосвязь несложна, а одноразовые шифры флотилии обслужили бы даже очень интенсивный трафик. Но «Лимменде» выбрала для послания приоритетной важности текстовую почту. С военной точки зрения та была ничуть не хуже, если шифр в порядке, однако Свенсндот именно это и предсказал: здесь, внизу, подменное командование флагманского корабля не отважится показать лица, понимая, что идеальная видеомаскировка невозможна. Приказы будут отдавать в текстовом виде или через обращения, которые внимательного наблюдателя тоже насторожат. За такую соломинку сейчас хватались Кьет и его друзья. Кьет вглядывался в световой пучок, представлявший флот Погибели. Эти не колебались. Ни один корабль не отступил в безопасные вышины. Кто бы ни командовал флотилией, повиновались ему беспрекословно, как редко бывает у людей. Он все поставил на карту в погоне за одним маленьким звездолетом. «И что дальше, групп-капитан?» Чуть впереди этого мазка холодного света возникла единственная искорка. – «Внеполосный-II»! – воскликнул Глимфрелль. – До него шестьдесят пять световых. Начальник, я получаю от них зашифрованное видео. Тот же искалеченный одноразовый шифр с «исключающим ИЛИ», что и прежде. – Он вывел сигнал в главное окно, не дожидаясь указаний Кьета. Это была Равна Бергсндот. Фоном шли странные звуки – возня и крики, словно спорили человек и наездник. Бергсндот тоже на кого-то кричала, отвернувшись от камеры. Похоже, за время после первого разговора с Кьетом дела у них пошли совсем наперекосяк.
Координация боя и тактическое управление. Групп-капитан Кьет Свенсндот и его команда вступают в масштабное сражение с флотом Погибели, чтобы спасти Равну Бергсдот. Используя тактику синхронных прыжков и рои боевых дронов, силы Свенсндота наносят врагу первые удары, несмотря на превосходящую мощь противника. В ходе боя союзники несут потери, а Свенсндот вынужден принимать сложные тактические решения в условиях дефицита времени. Ситуация осложняется внезапным появлением новых кораблей Лимменде, что заставляет команду «Эльвиры» перейти к предельно концентрации на управлении дронами для выживания.
– Сейчас это уже неважно, говорю ж тебе! Пусть его. Мы сейчас свяжемся… – Наверное, девушка заметила ответный сигнал Глимфрелля. – Они здесь! Фам, Силами прошу тебя, ну пожалуйста! – Сердито махнув рукой, она обернулась в камеру: – Групп-капитан, мы… – Знаю. Мы сами недавно вышли из Прилива. Мы сейчас почти у центра погони. У нее захватило дух. Конечно, эти сто часов она строила планы, но оказалась застигнута врасплох. «Как и я». – Это уже кое-что, – сказала она спустя миг. – Прежние договоренности в силе, групп-капитан. Нам нужна ваша помощь. За нами гонится Погибель. Пожалуйста! Свенсндоту в глаза бросился индикатор: хитрюга Глимфрелль ретранслирует передачу всем кораблям флотилии, кому может доверять. Отлично. Он вкратце рассказал о событиях последних часов, но куда важнее для него сейчас было просто видеть Равну Бергсндот на экране коммуникатора, видеть кого-то со Сьяндры Кей, кто выжил и нуждается в их помощи. «Ты можешь всю оставшуюся жизнь искать возмездия в Срединном Запределье, но убьешь ты одних стервятников. А за Равной Бергсндот, возможно, гонится истинный виновник». Бабочки давно уже смотались, продолжая оглашать всю Сеть победными реляциями. Приказу «Лимменде» пуститься за ними в погоню подчинилось менее одного процента кораблей Коммерческой охраны. Проблемы это не представляло; Кьета Свенсндота беспокоили те десять процентов, что остались позади и пристроились к флоту Погибели. Вероятно, не все они порабощены врагом: просто повинуются приказам тех, кого считают командованием. Трудно будет по ним стрелять. А стрелять придется, в этом сомнений не осталось. Боевые маневры на ультрадвигателях – дело нелегкое, особенно если противник пытается избежать столкновения. Флот Погибели не прекращал погони за «Внеполосным-II», и две флотилии рано или поздно должны были сойтись в одной области пространства. До поры до времени раскиданные на просторах кубических светолет, они сближались с каждым прыжком, поскольку флот Аньяры, ведомый групп-капитаном, оказался лучше приспособлен к полетам на немощных двигателях в такой Глубине. Некоторые суда уже приблизились к врагу (или к местам, где тот был либо появится) на расстояние нескольких сот миллионов километров. Активировались системы целеселекции. До первой стычки оставалось несколько сот секунд. – Теперь, когда апраханти сбежали, у нас численное превосходство. Нормальный противник бы… – Погибель – что угодно, но не нормальный противник. Это заявил рыжеволосый чувак. Хорошо, что Глимфрелль не пересылал картинку с его изображением на остальные суда флотилии Свенсндота. Незнакомец держался заносчиво и отчужденно; сейчас, казалось, его обуяла мания высмеивать любую идею, высказанную Свенсндотом. – Погибель не считается с жертвами, пока у нее остается шанс опередить нас. Свенсндот пожал плечами: – Тогда мы сделаем все, что сможем. Первый огневой контакт через семьдесят секунд. Если у них нет в распоряжении чего-нибудь эдакого, мы выйдем из перестрелки победителями. – Он смерил собеседника острым взглядом. – Или ты на это и намекаешь? Вдруг Погибель… – Продолжали разлетаться вести о расползании Погибели по Вершине Запределья. Несомненно, она обладает трансчеловеческим интеллектом. Безоружный человек способен одолеть стаю псов, хотя те многократно превосходят его числом. Так и Погибель?.. Фам Нювен покачал головой: – Нет-нет, нет. Здесь, Внизу, тактика Погибели куда примитивнее твоей. На Вершине у нее колоссальное преимущество; там она вертит рабами, как пальцами руки. Здесь же, Внизу, ее создания подобны плохо синхронизированным уолдо. – Нювен нахмурился, глядя куда-то мимо камеры. – О нет, чего нам стоит опасаться, так это ее стратегических измышлений. – Голос его внезапно сделался отстраненным, это резко контрастировало с недавним нетерпением и, пожалуй, пугало. Не спокойствие храбреца перед лицом угрозы, а, скорее, беззаботность идиота. – До огневого контакта сто секунд… Групп-капитан, у нас есть шанс, если вы сконцентрируетесь на нужных целях. В верхней части картинки показалась Равна, положила руку на плечо рыжего. «Богосколок, – говорила она, – тайное оружие против врага». Богосколок, послание гибнущей Силы. Хлам или сокровище – кто может знать наверняка? «Проклятье. Если те ребята – плохо синхронизированные уолдо, кем в таком случае хочет сделать нас Фам Нювен?» Но Кьет махнул Тироллю: пускай отметит цели, указанные Нювеном. Девяносто секунд. Время принимать решение. Кьет жестом обвел красные отметки Тиролля, раскиданные в гуще вражеского флота. – Есть в этих целях что-нибудь особенное, ‘Ролль? Дироким мгновение размышлял, насвистывая что-то себе под нос. В окошках перед ним мучительно медленно проплывали данные корреляционного анализа. – Нет, эти корабли ни быстрейшие, ни крупнейшие. Нам потребуется лишнее время, чтобы перенацелиться на них. – «Суда командования?» – Ага, вот еще одно. Некоторые из них обладают высокой собственной, а не остаточной скоростью. – «Корабли с ионными прямоточными движками? Разрушители планет?» – Гм. – Свенсндот еще секунду смотрел на дисплей. Тридцать секунд, и «Люнснар»[20], корабль Йо Хауген, синхронизируется с первой целью. Но не с той, какую указывал Нювен. – Глимфрелль, прикажи «Люнснару» сменить позицию и перенацелиться. Полная смена целей. Огоньки, обозначавшие корабли Аньяры, медленно скользили по периферии Погибельного флота, выискивая новые цели. Прошло двадцать минут. Немало капитанов высказали возражения. Коммерческая охрана создавалась не для настоящей войны. Особенность эта, приведшая Кьета Свенсндота к успеху, порождала также нескончаемые споры и контрпланы. Вдобавок по каналу связи с Владелицей Лимменде сыпались угрозы: уничтожить мятежников… истребить всех, изменивших компании… Шифр правильный, но тональность абсолютно чуждая мягкосердечной, меркантильной Гиске Лимменде. По крайней мере, теперь всем было ясно, что не зря заподозрили Лимменде. Йоханна Хауген первой синхронизировалась с новыми целями. Глимфрелль открыл новое окошко, с потоком данных от «Люнснара». Обзор почти естественный, ночное небо и медленно движущиеся звезды. «Люнснар» отделяло от цели менее тридцати миллионов километров, но рассинхронизация составляла почти миллисекунду. Хауген прибывала в нужную точку чуть раньше или чуть позже скачка противника. – Высылаю дронов, – сказал голос Хауген. Добавился вид «Люнснара» с расстояния нескольких метров: его передавала камера на одном из первых вооруженных беспилотников. Корабль был едва различим: темная масса, заслонившая звезды, громадная рыба в глубинах бескрайнего моря. Рыба принялась метать икру. Картинка замерцала, «Люнснар» то исчезал, то возникал снова, когда дрон на миг выходил из синхрона. Из корабельных ангаров вылетел рой синих огоньков. Боевые дроны. Рой окружил «Люнснар», выполняя автокалибровку и выцеливая врага. Окутавшее «Люнснар» сияние медленно гасло: дроны один за другим теряли синхронизацию с кораблем в пространстве-времени. Тиролль открыл новое окошко: сфера диаметром сто миллионов кликов, с центром в «Люнснаре». Вражеский корабль метался внутри сферы – красная точка, похожая на обезумевшее насекомое. «Люнснар» загонял добычу на скорости в восемь тысяч световых. Временами цель на миг исчезала, когда синхронизация сбивалась, в другие моменты «Люнснар» и цель накладывались друг на дружку, когда корабли десятую долю секунды проводили на расстоянии менее миллиона километров. Диспозицию беспилотников корректно отображать не удавалось. Косяк их растянулся по мириадам траекторий, вытянув сенсоры в поисках вражеского судна. – Что насчет цели? Тоже роится? Тебе поддержка нужна? – спросил Свенсндот. Тиролль пожал плечами на дирокимский манер. Они наблюдали за происходящим в трех световых годах от «Эльвиры». Откуда им знать? Но Йо Хауген ответила: – Да нет, не думаю, что этот субчик роится. Я потеряла всего пять дронов, не больше, чем при случайном огне по своим. Поглядим… – Она замолчала, хотя ультраволновой след и сигнал «Люнснара» сохраняли прежнюю интенсивность. Кьет заглянул в другие окошки. Пять кораблей Аньяры уже вступили в бой, три завершили роение. Нювен на «Внеполосном-II» молча наблюдал. Богосколок сделал свое дело, Кьет и его люди стали игрушками его судьбы. Хорошие и дурные вести приходили вперемешку, стремительно: – Я его сделала! – Это Йо Хауген. Красной точки внутри выпущенного «Люнснаром» роя больше не было. Вражеское судно прошло за несколько тысяч километров от одного из дронов. За миллисекунды обсчета нового скачка дрон почуял присутствие противника и взорвал себя. Это не погубило бы врага, успей тот прыгнуть до прихода ударной волны; прежде такие недопромахи уже случались. На этот раз не успел. Родилась новая звездочка: свету ее еще годы ползти до основной сферы битвы. Глимфрелль издал придушенный свист: непереводимое ругательство. – Мы потеряли «Абльсндота» и «Хольдера», начальник. Наверное, их цель противоройнула. – Отправь туда «Гливинга» и «Транс». – В сознании Кьета завязался плотный болевой узелок ужаса. Гибли друзья. Кьет раньше уже сталкивался со смертью, но не такой. В полицейских операциях, если не считать спасательных миссий, погибнуть не мог никто. И все же… он отвлекся от сводки с поля битвы: бросить новые корабли на цель, показавшую клыки. Тиролль тем временем по своей инициативе занялся другими. В долгосрочной перспективе они могут проиграть, сосредоточившись на нескольких малозначительных целях, но пока… враг несет урон. Впервые со времени Падения Сьяндры Кей Коммерческая охрана сумела дать сдачи. Хауген: – О Силы, а этот парень был шустряк! Дрон второй волны словил его ЭМ-спектр в момент взрыва. Его цель летела с истинной скоростью пятнадцать тысяч километров в секунду. Сбойнувшая боеголовка? Проклятье. Надо будет потом эти отловить, когда основную сферу боя зачистят. Тиролль: – На дальнем краю сферы боя у врага еще потери. Он перегруппировывается. Они догадались, что мы… Глимфрелль издал торжествующий свист. – Давай, давай! Ой. Начальник, мне кажется, Лимменде сообразила, что это мы тут мозговой центр… Над местом Тиролля открылось новое окошко. Сферический обзор вокруг «Эльвиры», диаметр пять миллионов километров. Там возникли два новых корабля. В окошке они были помечены флажками Лимменде. Один из этих кораблей не откликнулся прежде на призывы Свенсндота. В командной рубке «Эльвиры» на миг стало очень тихо. Торжествующие возгласы и вопли паники с других кораблей флота словно бы отдалились. Свенсндот и его команда заглянули в лицо смерти. – Тиролль, сколько у них до роения?.. – Уже! Дрон промазал на десять миллисекунд. – Тиролль, завершить текущие боевые задания! Глимфрелль, пускай «Люнснар» и «Транс» примут командование, если потеряют с нами контакт. Эти корабли уже выпустили своих дронов, и все капитаны знали Йо Хауген лично. Потом у Кьета все мысли другие вылетели из головы, и он всецело окунулся в управление дронороем «Эльвиры». В локальном тактическом окне облачко автономников понемногу рассеивалось, окрашиваясь разными кодовыми цветами опережения или отставания от корабля-матки. Атакующие корабли идеально уравняли псевдоскорости. Три корабля раз за разом прыгали на малую толику светового года, и так десять раз в секунду. Подобно камушкам, скачущим по глади пруда, они размеренно прыгали из точки в точку реального пространства, но расстояние между ними никогда не превышало пяти миллионов километров. Разделяли их теперь только миллисекундная разница во времени скачка да то обстоятельство, что свет попросту не успевал долететь от одного корабля к другому за краткий миг, проведенный в каждой прыжковой точке.
Итоги сражения и восстановление. Корабль «Эльвира» получил мощный удар от взрыва автономника, из-за чего экипаж временно потерял управление флотом Аньяры и оказался в критическом состоянии. Несмотря на серьезные повреждения корпуса и электроники, Тиролль и дирокимы смогли восстановить основные системы корабля после долгой перезагрузки. В ходе сражения большая часть целей была уничтожена, однако цена победы оказалась высокой — погибла половина друзей Свенсндота. В итоге «Эльвира» осталась в строю, но с частичными необратимыми повреждениями и в отдалении от основного флота.
Командную рубку озарили три актинические вспышки, от Свенсндота и дирокимов упали тени. Это был не свет самого залпа, а экстренный сигнал от дисплея о близкой детонации. Спасайся кто может – только так можно было его понимать. Ну да, они бы рассинхронизировались… и потеряли тактическое управление флотом Аньяры. Тиролль и Глимфрелль спрятали голову от главных окон, прикрывая глаза от сияния близкой смерти. Но свистящие голоса их не сбились, и «Эльвира» продолжала рассылать команды другим кораблям. В сфере битвы одновременно протекали десятки схваток, а без «Эльвиры» поставлять точную информацию и контролировать действия их флота сейчас будет некому. Каждая секунда на связи, какую им удавалось выгадать, дарила Аньяре прикрытие и преимущество. Если они сейчас вывалятся из эфира, «Люнснар» и «Транс» потратят драгоценные минуты, восстанавливая контроль, и воцарится хаос. Почти две трети выбранных Фамом Нювеном целей уже были уничтожены. Но дорогой ценой: половина друзей Свенсндота погибла. Враг понес существенные потери, обороняя эти цели, но в основном сохранил боеспособность. И тут по «Эльвире» словно врезал невидимый кулак, с такой силой, что Свенсндота вдавило в амортизационные ремни. Вырубилось все освещение, даже дисплеи. Потом пол засветился тускло-красным. В этом неверном свете стали видны силуэты дирокимов на фоне маленького монитора. ‘Ролль тихо присвистнул. – Начальник, мы выбыли из игры, ну, пока она продолжается… Я и не подозревал, что в такой близости можно промазать. «Возможно, это и не промах. – Кьет вылез из подвески, пролетел через каюту, завис вниз головой над маленьким монитором. – Возможно, нам конец». Где-то совсем рядом взорвал себя автономник, и «Эльвира» не успела отпрыгнуть подальше от ударной волны. Глухой удар мог означать, что внешние слои корпуса, поглотив мягкое рентгеновское излучение вражеской боеголовки, развалились. Он уставился на красные символы, медленно марширующие по экрану аварийной диагностики. Вероятно, электроника сдохла; велики также шансы, что им самим досталась приличная доза облучения. Вентилятор разгонял по рубке вонь горелой изоляции. – Ийя! Ты только глянь. Лишних пять наносекунд, и нас вообще не задело бы. Мы фактически успели увернуться от ударной волны! И электроника каким-то образом продержалась до конца скачка. Гамма-поток через командную рубку составил триста бэр. В ближайшие часы это не скажется, да и корабельный автохирург легко их подлатает. А кстати, как там хирург и остальная автоматика «Эльвиры»? Тиролль ввел с клавиатуры несколько длинных команд: распознавание голоса не работало. По экрану пополз ответ. Тиролль толкнул брата локтем в бок: – Эй, ‘Фрелль, похоже, ‘Вира успела все чистенько отключить. Бо́льшую часть мы восстановим! Дирокимы слыли безудержными оптимистами, но в данном случае Тиролль недалек был от истины. Их столкновение с дроном было из тех, что случаются раз на миллиард; корабль зацепило взрывом лишь самую чуточку. Проработав полтора часа, дирокимы выполнили перезагрузку на защищенном процессоре монитора и вызвали к жизни одну функцию за другой. Кое-что пострадало необратимо: например, автоматика коммуникатора утратила способность к распознаванию речи, а шипы ультрадвигателя по одну сторону корпуса частично оплавились. (Как ни странно, паленым тянуло из сбрендившей автоматики: этот аварийный сигнал, вообще-то, должен был отключиться вместе с остальными устройствами «Эльвиры».) Они очутились далеко позади флота Погибели.
Послевоенная конференция и переговоры. После кровопролитного сражения с флотом Погибели командование Сьяндры Кей провело конференцию, в ходе которой было официально объявлено о превращении Коммерческой охраны во флот Аньяры. Капитаны и офицеры, включая Кьета Свенсндота, обсуждали тяжелые потери и стратегию дальнейшего выживания в условиях хаоса после Великого Прилива. В ходе переговоров с Равной Бергсндот было решено продолжать путь к цели, несмотря на риск гибели и отсутствие четкого плана. В финале героиня попрощалась с флотом, оставив Свенсндота с осознанием масштаба их трагедии и надеждой на поиск нового дома.
А Погибельный флот уцелел. Узел огоньков, представлявший его, ужался в размерах, но продолжал безостановочное движение по прежней траектории. Бой давно окончился. Остатки Коммерческой охраны оказались рассеяны на четыре световых года от покинутой сферы битвы, а ведь начинали сражение, имея численное превосходство. Если бы дрались, как задумано, могли бы победить. Вместо этого они уничтожили все корабли, обладавшие существенной собственной скоростью, но вывели из строя только половину прочих. Некоторые крупнейшие корабли врага тоже уцелели, и теперь уже у них было четырехкратное превосходство перед оставшимися у флота Аньяры судами такого же класса. Погибель без труда добила бы Коммерческую охрану, пожелай она того. Но это, видимо, было сочтено отвлекающим занятием, а если враг в чем и был неизменен, так именно в жажде погони. Тиролль и Глимфрелль часы напролет корпели над аппаратурой связи, пытаясь выяснить, кто погиб, а кого можно попытаться спасти. На пяти кораблях полностью отказали двигатели, но команда выжила. Места гибели некоторых судов были известны, и Свенсндот посылал туда корабли с незадействованными дронороями – подобрать обломки. Большинство выживших воспринимали потом поединки кораблей как интеллектуальное упражнение, освежающее ум, но хаос и разрушение этой битвы были так же реальны, как и в любом планетном сражении, только размазаны по объему пространства триллионократно большему. Наконец время чудесных спасений и печальных открытий миновало. Сьяндранское командование собралось на общем канале обсудить общее будущее. Конечно, уместнее было называть это тризной – по Сьяндре Кей и флоту Аньяры. В разгар совещания открылось новое окошко, продемонстрировав мостик «Внеполосного-II», и оттуда молча взглянула Равна Бергсндот. Глашатая богосколка нигде не было видно. – Ну и что теперь делать? – вопросила Йоханна Хауген. – Проклятые бабочки давно улетели. – Ты уверена, что мы спасли всех, кого можно было? – спросил Ян Тренглетс. Свенсндот проглотил сердитую отповедь, готовую сорваться с уст. Командир «Транса» зациклился на этом вопросе: он слишком многих друзей потерял в сражении. Всю оставшуюся жизнь Яна Тренглетса будут донимать кошмары с кораблями, медленно гибнущими во мраке. – Мы все учли, вплоть до распыленных остатков, – ответила Хауген по возможности мягко. – Сейчас вопрос в том, что делать дальше. Равна демонстративно откашлялась: – Дамы и господа… Тренглетс воззрился на нее, и его тоска перешла в ослепительную ярость. – Какие мы тебе господа, гребаная сука?! А ты нам не принцесса, смерть за которую радостна и почетна. Тебя бы сейчас спалить на хер, и дело с концом! Женщину будто смяло гневом Тренглетса. – Я… – Ты нас втянула в эту самоубийственную бойню! – завопил Тренглетс. – Ты заставила нас атаковать второстепенные цели! А потом сидела сложа руки и ничем нам не помогала. Погибель в тебя вцепилась, точно акула в кальмара. Да если б ты хоть раз отклонилась от курса, хоть на самую малость, ты бы увела Погибельный флот с нашего пути! – Сомневаюсь, что это помогло бы, уважаемый капитан, – сказала Равна. – Погибели, похоже, более интересна наша цель. Звездная система прямо по курсу «Внеполосного-II», до которой было всего пятьдесят пять световых лет. Беглецы доберутся туда на пару дней раньше гонителей. Йо Хауген передернула плечами: – Ты хоть соображаешь, чем обернулся идиотский план битвы твоего дружка? Если б мы атаковали продуманно, от флотилии врага осталась бы щепотка против теперешней. Если бы после этого враг все равно продолжил погоню, то, вероятно, мы сумели бы тебя прикрыть и на этой… на этой планете Когтей. – Казалось, Хауген пробует странное название на вкус, размышляя, что оно может означать. – Теперь же… теперь я туда ни за какие коврижки не полечу. Даже остатки вражеского флота запросто нас перебьют. Она покосилась на Свенсндота. Кьету стоило немалых трудов не отвести взгляда. Можно вешать собак на «Внеполосный-II», но в конечном счете решение принял групп-капитан Кьет Свенсндот. Это он заставил флот поступать так, как он поступил. Самопожертвование Аньяры оказалось напрасным. Он удивился, что Хауген, Тренглетс и другие вообще взялись с ним разговаривать. – Предлагаю продолжить конференцию позже. Встречаемся через тысячу секунд, Кьет. – Я буду на связи. – Ну и славно. – Не сказав Равне Бергсндот ни слова, Йо отключилась. Мгновением позже исчезли Тренглетс и остальные капитаны. Остались Свенсндот, двое дирокимов и Равна Бергсндот в окошке с «Внеполосного-II». Бергсндот наконец вымолвила: – Когда я была девчонкой на Херте, мы иногда играли в похитителей и Коммерческую охрану. Я всегда себе воображала, как ваша компания спасает меня от опасностей страшней самой смерти. Кьет невесело улыбнулся: – Ну что ж, ты получила свою спасательную миссию. – «А ты ведь даже не клиентка». – Это самая-самая масштабная битва за всю нашу историю. – Простите, Кье… групп-капитан. Он разглядывал ее темные черты. Вылитая сьяндранка, даже глаза фиолетовые. «Это не симуляция. Здесь подобное невозможно». Он поставил все на кон в уверенности, что это не подделка. Он все еще так думал. Но… – А что твой друг говорит? Фам Нювен не показывался с тех самых пор, как в начале битвы его богосколок осуществил столь впечатляющее вмешательство. Взгляд Равны скользнул в сторону от камеры. – Он не слишком разговорчив, групп-капитан. Он тут бродит, расстроен даже больше, чем ваш капитан Тренглетс. Фаму помнится, что он был абсолютно уверен в обоснованности своих требований, но теперь он ломает себе голову почему. – Гмм. – «Поздновато спохватился». – А что ты собираешься делать? Знаешь ли, Хауген права. Мы бы просто в мясорубку себя швырнули, рискни и дальше гнаться за флотом Погибели до самого конца. Между прочим, и ты тоже. Вы опередите их от силы на пятьдесят пять часов. Ну что ты успеешь за это время? Равна Бергсндот снова посмотрела на него, и на лице девушки постепенно проступило отчаяние – того и гляди разрыдается. – Я не знаю. Я… не знаю. Она замотала головой, уткнулась лицом в ладони, разметав темные волосы. Наконец она подняла голову, кое-как привела в порядок прическу. Сказала спокойно, но очень тихо: – Но мы летим вперед. Мы за этим сюда прибыли. Может, что и получится… Ты знаешь, здесь, внизу, что-то есть, и Погибель рыщет в поисках этого. Вдруг нам хватит пятидесяти пяти часов, чтобы разобраться и сообщить в Сеть? И… и у нас еще остается богосколок Фама. «Твоего злейшего врага?» Вполне вероятно, Фам Нювен – порождение Сил, конструкт. Он и выглядел так, словно его слепили по перевранному описанию человека. «Но как ты отличишь богосколок от обычного безумия?» Она пожала плечами, словно отвечая на его сомнения – и соглашаясь. – А что собираетесь делать вы, Коммерческая охрана? – Коммерческой охраны больше нет. Почти все наши клиенты погибли. Мы убили владелицу компании – во всяком случае, подбили ее корабль и суда, которые оставались ей верны. Ныне мы – флот Аньяры. – Таково было официальное имя, выбранное по итогам только что закончившейся конференции. Было в нем что-то мрачно-горделивое – отголосок древних времен, до Сьяндры Кей, до Нюйоры, эхо древнейшей истории человеческой расы. Ибо ныне они действительно стали затерянной флотилией, оторвались от своих миров, отреклись от клиентов и бывших лидеров. Сто кораблей полетят… – Мы это уже обсудили. Кое-кто вызывался сопровождать тебя на планету Когтей. Некоторые стремятся вернуться в Срединное Запределье и до конца дней своих охотиться на бабочек. Большинство же собирается возродить Сьяндру Кей. Найти место, где нас не заметят, где никому не будет до нас дела. А еще все согласились, что дальнейшее дробление флота Аньяры не имеет смысла, как и очередное самопожертвование. Когда все на этом сошлись, стало ясно, что делать. Недавний Великий Прилив хаотически вспенил этот участок Дна, перемешал Запределье и Медленную Зону. Пройдут века, прежде чем сюда доберутся зонографические суда сверху и составят приемлемого качества карты нового межзонного интерфейса. В его складках и щелях прятались новые миры, только что вынырнувшие из Медленной Зоны, миры, где могла родиться новая Сьяндра Кей. «Как ее назвать – Нюсьяндра Кей?» Кьет глянул через мостик на Тиролля и Глимфрелля. Те были заняты – возились, выводя из спящего режима основные навигационные процессоры. Для встречи с «Люнснаром» это не так важно, однако, если маневрировать смогут оба корабля, многое упростится. Братья не подавали виду, что слышат разговор Кьета с Равной. А может, и вправду не обращали внимания. Решение командования Аньяры для них в известном смысле было судьбоноснее, чем для людей. В Запределье, несомненно, выжили миллионы людей (и кто знает, сколько еще в Медленной Зоне заселенных людьми планет, далеких родичей Нюйоры, далеких потомков Старой Земли). А вот дирокимы по эту сторону Трансценденции остались только в Аньяре. Хабитаты грез погибли вместе со Сьяндрой Кей, унеся в небытие целую расу. На кораблях Аньяры уцелела по меньшей мере тысяча дирокимов: пары братьев и сестер, разбросанные по сотне бортов. Самые что ни на есть сорвиголовы своей расы. Теперь они стояли перед величайшим в жизни вызовом. Парочка с «Эльвиры» уже подыскивала себе друзей среди выживших, чтобы вымечтать новую реальность. Равна с тоской слушала его объяснения. – Групп-капитан, зонография – занятие муторное, а ваши корабли почти на пределе своих возможностей. В этой пене будете рыскать много лет, а нового дома, может статься, так и не обрящете. – Мы принимаем меры. Покинем все корабли, кроме тех, где имеются ионные прямоточные двигатели и гибернаторы. Будем работать скоординированными группами; никого не оставят больше чем на пару лет. – Он пожал плечами. – А если так и не найдем… – «Если умрем во тьме меж звезд, когда наконец откажут системы жизнеобеспечения». – Ну что ж, хотя бы оправдаем принятое имя – Аньяра. Думаю, шанс у нас есть. – «О тебе и этого, пожалуй, не скажешь». Равна медленно кивнула: – Хорошо, пусть. Мне… будет легче от этого знания. Они проговорили еще несколько минут. Подключились Тиролль и Глимфрелль. Они были у самого центра чего-то очень важного, но, как это всегда бывает с деяниями Сил, никто толком не понимал, что произошло и какие плоды принесет. – Встреча с «Люнснаром» через двести секунд, – напомнил корабль. Равна услышала его, кивнула. Подняла руку в прощальном жесте. – Всего вам хорошего, Кьет Свенсндот, Тиролль и Глимфрелль. Дирокимы просвистели ответное пожелание удачи, и Свенсндот тоже поднял руку. Окошко с изображением Равны Бергсндот закрылось. …Кьет Свенсндот помнил ее лицо всю оставшуюся жизнь, но с годами все чаще принимал его за Эльвиру.
Осада замка и спасение Джефри. Корабль «Внеполосный-II» под управлением Фама и Равны прибывает к планете Когтей, где они получают сигнал о помощи от заблокированного в замке Джефри. В это время Древорезчица ведет наступление на позиции Стального Владыки, который, находясь в состоянии эмоционального потрясения, готовит жестокие меры по уничтожению пленников. Герои пытаются скоординировать действия: Фам совершает опасные полеты на шлюпке, а Странник и Йоханна пробираются к замку, чтобы найти ребенка. Внутри крепости Джефри и его спутники обнаруживают потайные туннели и пытаются бежать от планов Стального, но сталкиваются с нефтяным пожаром. В ходе ожесточенного сражения наездник Синепанцирь совершает самопожертвование, выводя детей из зоны огня и погибая в пламени. В финале, осознав масштаб трагедии и приближение флота Погибели, Фам решает проникнуть в замок для окончательного спасения группы.
Подробный пересказ
Прилет на планету и радиосвязь. Корабль «Внеполосный-II» под управлением Фама и Равны прибывает к планете Когтей, столкнувшись с проблемой высокой остаточной скорости, которую пришлось компенсировать вручную. Несмотря на технические трудности и близость вражеского флота, герои выходят на орбиту и устанавливают радиосвязь с Джефри. Мальчик сообщает Равне, что они оказались в ловушке и подвергаются немедленной атаке со стороны Древорезчиков, нуждаясь в срочной помощи.
– Это мир Когтей. Фам, я его вижу! Главное окошко показывало естественный обзор системы: до солнца менее двухсот миллионов километров, и свет его проникал на мостик. Позиции обнаруженных планет были отмечены мигающими красными стрелками. Но лишь одна из них, на удалении всего двадцати миллионов километров, «земного типа». При выходе из межзвездного прыжка бо́льшую точность позиционирования обеспечить невозможно. Фам не ответил, только глянул в окно с таким выражением, словно в этом зрелище было что-то неправильное. После битвы с Погибелью в нем стал виден внутренний надлом. Он был так уверен в своем богосколке – и так разочарован последствиями его вмешательства. Он глубже обычного погрузился в себя. Казалось, он думал теперь только о том, достаточно ли быстро они летят и какой урон им способны причинить оставшиеся силы врага. К Синепанцирю и Зеленожке он теперь относился с еще большим подозрением, словно угроза от них превысила ту, что приближалась с кораблями преследователей. – Проклятье, – пробормотал Фам. – Ты глянь на остаточную скорость! Семьдесят километров в секунду. Позиционирование проблемы не представляло, но… – Компенсация скорости будет стоить нам времени, сир Фам. Фам повернулся к Синепанцирю и уставился на него. – Мы это уже обсуждали с местными три недели назад, разве не помнишь? И ты тогда гасил ее. – А вы проверили мою работу, сир Фам. Это, наверное, снова какой-то системный баг… хотя на уровне простой баллистики я ничего подобного не ожидал. Инверсия знака: семьдесят кликов в секунду остаточной скорости вместо нуля. Синепанцирь подплыл ко вспомогательной консоли. – Возможно, – ответил Фам. – А теперь, Синепанцирь, покинь, пожалуйста, мостик. – Но я могу вам помочь! Нам следует связаться с Джефри, заново согласовать скорости и… – Синепанцирь, катись вон с мостика. У меня больше нет времени за тобой присматривать. Фам нырнул через разделяющее их пространство, но Равна перехватила его совсем рядом с наездником. Она парила, разделив их собой, и быстро говорила в надежде урезонить, усмирить задир: – Все в порядке, Фам. Он сейчас уйдет. Она коснулась одной рукой дико вибрирующих ветвей Синепанциря. Спустя миг наездник сник: – Уезжаю. Уезжаю. Она еще раз коснулась его, ободряя, и не отплывала в сторону, пока удрученный наездник не убрался. Когда он уехал, Равна повернулась к Фаму: – Разве это не мог быть баг навигатора, Фам? Он вроде бы не услышал вопроса. Как только затворился люк, Фам вернулся к пилотской консоли. Последняя оценка «Внеполосного-II» показала, что флот Погибели менее чем в пятидесяти трех часах от планеты. А теперь им придется тратить время зря, компенсируя скорость, которую надо было погасить еще три недели назад. – Кто-то или что-то нам сильно гадит… – бормотал Фам, заканчивая вводить команду. – Может, и впрямь баг. В следующий раз, когда будем гасить скорость, придется управлять всем вручную. По «Внеполосному-II» разнеслись сигналы тревоги: предстояла перегрузка. Фам полистал дисплейные окна в поисках незакрепленных предметов, достаточно крупных, чтобы представлять опасность. – Ты тоже пристегнись. Он нашел таймер и поставил его на пять минут. Равна метнулась через мостик, развернула складную подвеску для невесомости и пристегнулась. Она слышала, как Фам объявляет по каналу общей связи предупреждение о перегрузке. Затем включился двигатель, и пристежку лениво сдавило. Ускорение 0,4g – все, что еще мог выдержать бедняга «Внеполосный-II». Когда Фам говорил о ручном управлении, он имел в виду именно то, что сказал. Главное окошко словно гвоздем приколотили в центре рубки. Обзор больше не менялся по прихоти пилота, аннотаций или вспомогательных схем тоже не было. Насколько возможно, окно показывало естественный вид вдоль центральной оси «Внеполосного-II». На периферии окна сохраняли фиксированную привязку к этой картинке. Взгляд Фама метался между ними, а пальцы плясали над консолью. Он летел практически на собственных органах чувств, никому больше не доверяя. Однако применение ультрадвигателю Фам все же находил. От цели корабль отделяло двадцать миллионов кликов – расстояние субмикроскопического скачка. Фам Нювен возился с параметрами двигательной установки, пытаясь выполнить точный скачок интервалом меньше стандартного. Каждые несколько секунд пятно солнечного света сдвигалось на долю градуса, ползая сперва по левому плечу Равны, а потом по правому. Восстановить связь с Джефри в этих условиях не представлялось возможным. Внезапно в окошке под ногами появилась планета – огромная, выпуклая, вся в синеве и крутящихся белых вихрях. Мир Когтей, как и обещал Джефри Ольсндот, был планетой стандартного земного типа. После месяцев, проведенных в космосе, после известия о гибели Сьяндры Кей, Равна почувствовала, как у нее захватило дух. Океан; планета была преимущественно водной, но вблизи терминатора виднелись темные массы суши. Над лимбом планеты она заметила единственный маленький спутник. Фам перевел дыхание: – Десять тысяч километров. Отлично, если не считать, что мы летим на семидесяти кликах в секунду. – Планета словно разбухала под ее взглядом, затягивала их в себя. Фам еще несколько секунд смотрел на нее. – Не беспокойся, мы пролетим как раз над… э-э… северным лимбом. Шар под ними продолжал распухать, затмевая луну. Ей всегда нравился вид Херте, родной планеты Равны в Сьяндре Кей. Но у того мира океаны были меньше, и гладь их исчеркали оставленные дирокимами следы. А эта планета была прекрасна, как Маршрутизатор, только выглядела поистине девственной. Солнце озаряло небольшую полярную шапку, и от нее к югу в сторону терминатора тянулась береговая линия. «Я смотрю на северо-западное побережье, и прямо там Джефри!» Равна коснулась клавиатуры, запросив у корабля одновременный сеанс связи в ультраволновом и радиочастотном диапазонах. – Ультраволновой сигнал, – произнесла она спустя миг. – И что слышно? – Сигнал искажен. Наверное, просто пинг. Пинг на сигнал «Внеполосного-II». Джефри в эти дни жил совсем рядом с кораблем; иногда она получала ответы почти сразу, даже в пору планетной ночи. Приятно будет снова поговорить с ним, даже если… Планета Когтей заполнила все окна по курсу и сторонам, а лимб ее превратился в слегка изогнутый горизонт. Она увидела, как цвета местных небес переходят в черноту космоса. На фоне моря в деталях прорисовались полярная шапка и айсберги. Стали видны тени облаков. Равна взглянула вдоль побережья на юг: острова и полуострова были расположены так тесно, что различить их она не могла. Темные горы и глетчеры, разорванные черными полосами. Зеленые и коричневые долины. Она попыталась вспомнить географию планеты, восстановленную по рассказам Джефри. Тайный Остров? Но здесь очень много островов. – Радиосвязь с поверхностью планеты, – сказал корабль. Одновременно красная стрелка нацелилась в точку рядом с берегом. – Принять голосовой вызов в реальном времени? – Да, да! – крикнула Равна и стукнула по клавиатуре, когда корабль не отреагировал сразу же. – Эй, Равна! Привет, Равна! – Возбужденный голос мальчика раскатился по рубке. Он звучал именно так, как представляла себе девушка. Равна отстучала на клавиатуре запрос двусторонней связи. От Джефри их отделяло менее пяти тысяч кликов, хотя корабль продолжал нестись к планете со скоростью семьдесят километров в секунду. Достаточно близко для радиосвязи. – Привет, Джефри! – ответила она. – Мы наконец прилетели, но нам нужна… «Нам нужна любая помощь, какую твои четвероногие друзья способны предоставить» – как это сказать быстро и понятно? Но у мальчика на земле были свои резоны: – …Нам нужна помощь, Равна! Древорезчики нас атакуют. Прямо сейчас! Послышался стук, словно передатчик сшибли на пол. Заговорил другой голос, странно неразборчивый и визгливый: – Это Стальной, Равна. Джефри прав. Древорезчица… Почти человеческий до этого, голос исчез в булькающем шипении. Спустя миг она услышала Джефри: – Засада. Это называется «засада». – Да… Древорезчица устроила нам большую, большую засаду. Они нас со всех сторон обложили. Если ты не поможешь, через несколько часов нам конец.
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником. Древорезчица руководит войсками в ходе сражения против Стального, используя тактические данные предателя Проныры для успешного уничтожения вражеских позиций. В ходе диалога с артиллеристом Щепетильником она принимает решение переходить в наступление, чтобы избежать окружения и быстро завершить войну. Несмотря на опасения Щепетильника по поводу эффективности вражеских пушек и активности партизан Шкуродера, королева настаивает на решительных действиях ради спасения ребенка и победы.
Древорезчице никогда не хотелось становиться воином. Но удержание власти в течение полутысячи лет требовало от нее разных умений, и вести войну она научилась. Некоторые умения – скажем, доверять штабу – пришлось позабыть на эти несколько дней. Действительно, на Марграмском Перевале получилась засада, но не та, какую планировал Стальной Владыка. Она поглядела через уставленное палатками поле на Проныру. Стая была в берушах, скрывавших позу, но Древорезчица видела, что спеси в Проныре заметно поубавилось. Допрос пошатнет чью угодно самоуверенность. Проныра понимал, что жизнь его на милости королевы. Впрочем… отвратительно было думать, что Проныра, на чьей совести столько предательств и убийств, останется в живых. Она осознала вдруг, что двое элементов поддались ярости, оскалились и стиснули зубы. Щенки съежились, уходя от незримой угрозы. Над палаточным городком сгустилась вонь потной шерсти и стоял мыслешум от множества скученных стай. Чтобы успокоиться, ей пришлось приложить немалое усилие. Облизав щенят, Древорезчица несколько мгновений размышляла о приятном, словно задремав с открытыми глазами. Да, обещание, данное Проныре, придется выполнить. Возможно, оно того стоит. Проныра мог лишь строить предположения о тайнах внутреннего круга Стального, но тактика врага была ему известна куда лучше, чем предполагали шкуродерники. Проныра в точности знал, где и в каком количестве затаились вражеские солдаты. Армия Стального исполнилась самоуверенности: ну как же, у них такие великолепные пушки и такой ценный шпион. Когда стаи Древорезчицы обрушились на них, то застали врасплох и легко рассеяли; а вдобавок бойцы королевы захватили в качестве трофеев несколько чудесных шкуродерских пушек. Орудия продолжали бить с холмов, выцеливая склады боеприпасов, указанные пленными пушкарями Стального. Предательство Проныры дорого ей обошлось, но узник-Проныра еще может обеспечить победу. – Древорезчица? – Это был Щепетильник. Она махнула ему подойти ближе. Главный артиллерист отодвинулся от жаркого солнца и сел на расстоянии тесной близости – двадцать пять футов. В бою было не до учтивостей. Мыслешум Щепетильника выдавал его тревогу и смятение. Он посмотрел на нее: изможденный, радостный и обескураженный одновременно. – Ваше величество, мы очистили от врагов подъем к замковому холму, – отрапортовал он. – Ответный огонь почти подавлен. В стенах замка появились бреши. Больше не будет замков на этой земле, моя королева. Мы бы и собственными пушками справились. Она качнула головами в знак одобрения. Щепетильник большую часть времени проводил, копаясь в Даннике в поисках способов производства – не только пушек. Древорезчица же читала о том, к чему приводят изобретения. К этому моменту она знала о воздействии оружия на общественный уклад куда больше Йоханны, изучив эффекты всех его видов – от самого примитивного до такого странного, что и оружием-то оно вовсе не казалось. Тысячу миллионов раз оборонительные замковые технологии уступали технологиям вроде этих пушек, отчего же в ее мире должно быть иначе? – В таком случае мы перейдем в наступление… Над затененным палатками пространством раскатился свистящий гул: редкий выстрел противника в их сторону. Она прижала к себе щенков, выждала мгновение. В двадцати ярдах от нее Проныра собрался вместе и припал к земле. Но когда ядро долетело до лагеря, то упало далеко позади, на холме. Это даже могло быть их собственное. – …и нашим войскам надлежит воспользоваться смятением в стане противника. Стальной должен понять: старые приемчики с захватом заложников и пытками ему пользы не принесут, а как раз наоборот. «Скорее всего, отвоевать звездолет и спасти ребенка получится. Вопрос в том, какой ценой для обоих?» Оставалось надеяться, что Йоханна так и не узнает, с какими угрозами и опасностями будут сопряжены следующие несколько часов. – Да, ваше величество, будет исполнено. – Но Щепетильник не поднялся, чтобы уйти, и вид у него стал еще более озабоченным и понурым. – Древорезчица? Я опасаюсь… – Чего? Мы оседлали волну. Надо лететь вперед, пока она несет нас. – Да, ваше величество… но пока мы летим вперед, нам вгрызаются в бока и огузки. Вражеские дальноведчики и пожары… Щепетильник был прав. Шкуродерники в тылу армий Древорезчицы действовали с убийственной точностью. Их было не очень много; вражеские силы в основном полегли на Марграмском Перевале или разбежались. Те, кто вгрызался армии во фланги, были вооружены обычными арбалетами и секирами… но координация у них оказалась исключительная. Тактика выше всяких похвал; она чуяла за ней разум Шкуродера. Каким-то чудом ее злобный отпрыск уцелел и теперь, как древняя чума, снова надвигался на мир. Если дать им время, его партизаны серьезно повредят линиям снабжения Древорезчицы. Если дать время. Ее двойка встала и посмотрела Щепетильнику прямо в глаза, подчеркивая важность слов: – Тем больше оснований продолжать наступление, друг мой. Мы вдали от дома. Наши силы и запасы ограниченны. Если не одержать быструю победу, нас окружат и разрежут на куски. «Шкуры с нас сдерут». Щепетильник поднялся, кивнул, соглашаясь с приказом: – Так говорит и Странник. Йоханна рвется на штурм замка… Но там что-то не так, ваше величество. Даже если мы пойдем в наступление, примите во внимание вот что. Я работал десять десятидневок, выцепил из Данника все, что смог, и построил пушки. Ваше величество, я знаю, как это нелегко. Но орудия, захваченные нашей армией на Марграмском Перевале, бьют втрое дальше, а весят вчетверо меньше. Как они умудрились этого добиться? – В голосе его звучали аккорды зависти и унижения. – Предатель, – продолжил Щепетильник, мотнув мордой в сторону Проныры, – считает, что у них в плену брат Йоханны, но сама Йоханна говорит, что ничего, подобного Даннику, у них быть не может. Ваше величество, у Стального имеется еще какое-то преимущество, и мы о нем ничего не знаем.
Разговор Стального с синглетом. Стальной, находясь в замке под угрозой нападения Древорезчицы, пытается справиться с гневом и разработать план обороны. Он встречается с элементом Шкуродера — синглетом, который сообщает об успехах в тылу врага и предлагает использовать прибывающих звездников для уничтожения противника. Стальной решает делегировать переговоры с «щенками» (Амдиджефри и Равной) синглету, чтобы избежать личного раздражения от их ласк. После этого он обсуждает с советниками детали укрепления замка и подготовку к встрече с союзниками.
Не помогали даже показательные казни. Ярость Стального нарастала день ото дня. В одиночестве он метался вдоль парапета, мало что соображая от гнева. С тех пор как Шкуродер кроил его ножами, гнев еще не овладевал им так полно. «Приди в себя, пока он не изрезал тебя еще сильнее», – сказал внутри голос из ранних лет Стального. Он зацепился за эту мысль, собрался с мыслями. Глянул вниз на собственный кровавый плевок и ощутил на губах вкус пепла. На трех плечах следы зубов – он себя покусал. Еще одна привычка, от которой Шкуродер его давно отучил. Гнев следует направлять вовне, а не обращать на себя. Стальной машинально облизал места укусов и подошел к парапету. На горизонте моря за темно-серой дымовой завесой не было видно островов. Последние несколько дней ветер дул к берегу, и в горячем дыхании его чувствовался привкус дыма. А теперь сами ветра, казалось, обжигали, хлестали замок огненными плетьми, осыпали его дымным пеплом. Последние сутки дальняя сторона Горькой Кручи пылала не переставая. Сегодня стали видны склоны холмов: коричневые и черные, увенчанные дымными султанами, стелющимися к морю и горизонту. В пору высокого лета часто случались лесные пожары и дожди из пепла. Но в этом году природа напоминала ему Стаю Войны – божество, которое сеет пламя на своем пути. Пожары вспыхивали там, куда падали ядра проклятых пушек. А кроме того, этим летом нельзя было ретироваться в прохладу Тайного Острова и оставить гребаную чернь дышать дымом. Стальной абстрагировался от боли в плечах и задумчиво побежал вдоль парапета дальше. Неожиданно ему удалось настроиться чуть ли не на аналитический лад. Проныра предал своего покупателя и изменил собственной измене. Стальной учитывал, что Проныру могут раскрыть, и внедрил в стан врага шпионов, которые должны были предупредить об этом. Но признаков не было… никаких признаков, до самой катастрофы на Марграмском Перевале. А теперь кинжал предательства Проныры извернулся и падал лезвием им на головы. Древорезчица прибудет очень скоро, и не в роли жертвы на бойне. Кто бы мог предположить, что ему и впрямь потребуется помощь звездников против Древорезчицы? Он так тяжко трудился, стремясь заманить южан в ловушку до прибытия Равны. Но теперь ему и вправду требовалась подмога с небес, а до ее прибытия еще пять часов. Стальной чуть было не поддался гневу снова. Неужели все эти щенячьи нежности с Амдиджефри окажутся напрасны? «О, когда все кончится, как же я на этой парочке отыграюсь. Они заслужили смерти больше, чем кто бы то ни было». Они так часто проявляли неповиновение. Они все время вынуждали его держаться паинькой. Такое впечатление, что это они повелевают Стальным. Он стерпел от них больше унижений, чем от десятка тысяч обычных обидчиков! В замковом дворе раздавался шум: работали стаи, напряженно покрикивая друг на друга. Стонал и скрежетал камень. Профессионалы империи Шкуродера уцелели. Еще несколько часов, и бреши в стенах будут заделаны, а с севера подвезут новые пушки. Великий план будет спасен. «Пока я жив, план все еще можно реализовать, что бы там ни случилось». В шуме почти потерялся цокот когтей по ступеням внутренней лестницы. Стальной повернул все головы в ту сторону. Шрек? Но Шрек сперва доложил бы о себе. Потом Стальной расслабился: цокал только один комплект когтей. Это был синглет. Элемент Шкуродера поднялся по лестнице и отвесил Стальному поклон. Без остальных жест вышел кривоватым. Мантия элемента казалась такой же чистой, как всегда, черной и золотой. Солдаты трепетали перед элементами в мантиях, синглетами и двойками с разумом выше, чем у самой умной стаи. Даже лейтенанты самого Стального, посвященные в тайну мантий (даже Шрек!), относились к элементам с почтением и робостью. Вдобавок Стальной отчаянно, как никогда прежде, нуждался в услугах Фрагмента Шкуродера. Он был ему нужней кого угодно, кроме разве что доверчивых звездников. – Какие вести? – Разрешите сесть, повелитель? – Нет ли за этими словами сардонической ухмылки Шкуродера? – Разрешаю, – прорычал Стальной. Синглет опустился на камни в наглой позе. Но Стальной видел, что тот дрожит от усталости; Фрагмент рассредоточил себя по всему домену еще без малого двадцать дней назад. Не считая кратких перерывов, все это время он носил мантии. Пытка тьмой и золотом. Стальной видел этого элемента без мантии, когда того купали. Шерсть у синглета на плечах и ляжках выпала, и прямо в центрах залысин, где мантия давила сильнее всего, образовались кровоточащие ссадины. Без мантии синглет захлебывался безмысленной болью. Стальному нравилось за ним наблюдать, хотя к речи этот синглет и не был особо расположен. Было похоже, что он, Стальной, стал Тем, Кто Учит Ножом, а Шкуродер – его учеником. Синглет мгновение помолчал. Стальной слышал его тяжелое хриплое дыхание. – Последний день прошел удачно, Владыка. – Только не здесь! Мы потеряли почти все пушки. Мы заперты в стенах замка. – «А звездожители опаздывают». – Я имел в виду, вон там. – Синглет обвел носом пространство за парапетом. – Ваши разведчики отлично обучены, повелитель, и командиры у них тоже смышленые. Сейчас я рассыпан в тылу и на флангах Древорезчицы. – Синглет изобразил жест частичного смеха. – В тылу и на флангах. Забавно. Я вижу армию Древорезчицы, подобно единственной вражеской стае. Наша пехота – словно когти на моих лапах. Мы глубоко вгрызлись в королеву, владыка. Я поджег лес на Горькой Круче. Только я вижу, куда распространяется этот пожар и как его применить нам на пользу, уничтожая врага. Еще через четверо суток от снабженцев королевы никого не останется. Она попадет нам в лапы. – Слишком долгий срок, если нас убьют сегодня. – О да. – Синглет насмешливо склонил морду в сторону Стального. «Да он надо мной издевается». Как тогда, под ножом Шкуродера, когда Стальному ставили задачу, за ошибку в решении которой следовала кара – смерть. – Но Равна и ее дружки ведь прибудут через пять часов, разве нет? Стальной кивнул. – Отлично. В таком случае я гарантирую, что они на несколько часов опередят решающее наступление Древорезчицы. У тебя в лапах простодушный Амдиджефри. Кажется, придется лишь сдвинуть график и ужать его. Если Равна как следует отчаялась… – Звездники в отчаянии. Я в этом уверен. – Точные причины этого Равна утаивала, но было ясно, что она в отчаянии. – И если тебе удастся задержать Древорезчицу… – Стальной принудил все свои элементы сконцентрироваться на изменении плана. Он смутно чувствовал, как отступают старые страхи. Строя планы, он всегда получал удовлетворение. – Трудность в том, что мы вынуждены делать два дела сразу, притом успех зависит от точности координации. Раньше нам просто требовалось имитировать осаду и заманить звездолет в Челюсти замка. Он мотнул головой на замковый двор. Каменный купол над приземлившимся кораблем был установлен еще в середине весны. Сооружение немного пострадало от обстрела, и часть мраморной облицовки осыпалась, но прямых попаданий не было. Рядом тянулось поле Челюстей: достаточно просторное, чтобы корабль спасателей туда сел, но окруженное каменными колоннами – клыками Челюстей. Если взорвать пороховые заряды в нужных местах, клыки сожмут спасателей. Это будет отчаянная мера, на случай, если не удастся выманить и убить людей, как родителей дражайшего Джефри. Стальной любовно вынашивал этот план много десятидневок, опираясь на советы Амдиджефри о человеческой психологии и способах нормальной посадки звездолетов. Но сейчас… – Сейчас нам действительно нужна их помощь. То, что я у них прошу, должно сыграть двойную роль: одурачить их и уничтожить Древорезчицу. – Трудно добиться всего сразу, – согласился Фрагмент. – Почему бы не разыграть сценку в два акта, причем первый – воздерживаясь от обмана? Пускай они уничтожат Древорезчицу, а потом уже разберемся, как с ними поступить? Стальной задумчиво постучал когтем о камень. – Да. Трудность в том, что, случись им слишком много увидеть… Они, вероятно, не так наивны, как Джефри. Он говорит, что в истории человечества были замки и войны с ними. Если будут здесь слишком много летать, увидят то, чего никогда не видел или не понимал Джефри… Возможно, удастся уговорить их опуститься в замке и вынести орудия на стены. Как только поймаем их в Челюсти, они станут нашими заложниками. Проклятье, это потребует по-настоящему тонкой игры с Амдиджефри! – Просветленное спокойствие планирования сменилось на миг порывом ярости. – Мне все тяжелее управляться с этой парочкой. – Они же оба щенки, во имя Стаи Стай. – Фрагмент помолчал мгновение. – Хотя, разумеется, Амдиранифани умнее любой стаи, какую мне доводилось видеть. Ты думаешь, он так умен, что сумеет разгадать твой план, даже будучи по-детски… – здесь Фрагмент употребил слово из самношка, – наивен? – Нет, я не об этом. Их шеи у меня в челюстях, а они до сих пор этого не поняли. Ты права, Тиратект, они меня действительно любят. – «И я ненавижу их за это». – Когда я вокруг него, человечий щенок так и лезет ко мне; он так близко, что мог бы мне глотку перерезать или глаза выколоть, но он лишь ластится и играет. И ожидает от меня ответной ласки. Да, они поверят во все, что я им наплету. – Остынь, дорогой мой ученик. Искусство манипуляции состоит в том, чтобы проявлять мнимые эмоции, не позволяя чужим эмоциям касаться тебя. – Как обычно, Фрагмент остановился на краю допустимого. Стальной почти неосознанно зашипел в ответ: – Не смей… меня… учить! Ты не Шкуродер. Ты Фрагмент! Ты кусок дерьма! Теперь ты вообще фрагмент фрагмента! Одно мое слово, и тебя разрежут на тысячи кусков и ты сдохнешь! – Он попытался унять дрожь, охватившую все элементы. «Почему я до сих пор его не убил? Я ненавижу Шкуродера больше всех на свете, и это так легко сделать». Но Фрагмент был так полезен: зачастую лишь его вмешательство спасало замыслы Стального от краха. И Стальной его контролировал. Если ужас синглета и был наигранным, то игра вышла правдоподобная. – Сядь и сиди, ты! Мне нужны твои советы, а не поучения. Будет так – останешься жить… Я не могу больше дурачить этих щенков, и причина не имеет для тебя значения. Может, несколько минут подряд мне это и будет удаваться, особенно если рядом другие стаи и щенки держатся от меня подальше, но вот этих непрерывных ласк я уже не вынесу. Еще час таких забав, и я… и я начну их убивать. Короче, с Амдиджефри говорить будешь ты. Объясни им «ситуацию». Объясни… – Но… – Синглет изумленно уставился на него. – Я стану за вами наблюдать; я не отдам их тебе в полную власть. Ты просто будешь моим посредником. Фрагмент сник, не скрывая больше боли в плечах: – Как прикажете, Владыка. Стальной оскалился всеми челюстями: – Именно. И помни, я буду при всех мало-мальски важных событиях, особенно при переговорах по радио. – Он махнул синглету отойти от парапета. – А теперь ступай возиться с детьми; научись и ты себя контролировать. Когда синглета след простыл, Стальной позвал к парапету Шрека. Следующие несколько часов прошли в обсуждении планов обороны. Стального приятно удивила ясность ума, возникшая после того, как он сбросил с плеч тяжесть проблемы со щенками. Советники, казалось, тоже это почуяли и так расслабились, что временами позволяли себе существенные дополнения к плану. Там, где бреши заделать было невозможно, решили устроить ловчие ямы. Пушки с севера подвезут до конца дня, а один из помощников Шрека разрабатывал альтернативную схему снабжения водой и провиантом. Отчеты дальноведчиков показывали, что активность в тылу противника постепенно нарастает; еще до Холма Звездолета древорезчики потеряют бо́льшую часть амуниции. Уже сейчас залпы поутихли, и редко какое ядро долетало до холма. Солнце поднималось в южном небе. Стальной вернулся на парапет, обдумывая, что сказать звездникам.
Путешествие к планете Когтей. Стальной и Фрагмент Шкуродера планируют рискованную операцию, в ходе которой Стальной намерен использовать секретные знания для достижения цели, несмотря на растущее недоверие к Шкуродеру. Корабль «Внеполосный-II» под управлением измученного Фама совершает опасные прыжки через систему, пытаясь уйти от преследования флота Погибели. Равна и Фам наблюдают за приближением планеты Когтей, осознавая сложность предстоящей миссии и риск уничтожения Джефри Ольсндота. В финале герои достигают цели, но сталкиваются с необходимостью принятия критического решения в условиях ограниченного времени.
Совсем как в первые дни, когда планы срабатывали на ура и успех был невероятен, однако достижим. Тем не менее… по краю сознания все время после разговора с синглетом скребли коготки страха. Стальной делал вид, что командует. Фрагмент Шкуродера делал вид, что подчиняется. Но даже будучи раскидан на много миль, Фрагмент казался более цельным, чем когда бы то ни было. Недавно он даже стал самодовольничать, почти… наглеть. Фрагмент Шкуродера отвечал за силы домена по всему югу от Холма Звездолета, а с сегодняшнего дня, когда Стальной сам ему это приказал, еще и за Амдиджефри: синглет ежедневно будет рядом с ними. И неважно, что приказ исходил от Стального. Не важно, что Фрагмент, такое впечатление, дунешь – и свалится. В полноте своего гения Великий мог бы и лесного волка убедить, что Шкуродер – царица его улья. «Почем мне знать, какие разговоры ведет он с другими стаями? А что, если шпионы мне скармливают подготовленную им ложь?» Непосредственные заботы немного отступили, и коготки страха вонзились глубже. «Да, он мне нужен. Но места для промахов стало куда меньше». И вдруг, поразмыслив с минуту, он испустил радостный аккорд согласия с рискованной затеей. Если понадобится, Стальной покажет, чему научился, экспериментируя со вторым комплектом мантий; это знание он от Шкуродера-Тиратект тщательно скрывал. Если понадобится, Фрагмент узнает, что смерть может быть стремительна, как радиопередача. Даже компенсируя скорость, Фам продолжал работать ультрадвигателем. Это экономило им часы полета, но корабль на такую рулетку рассчитан не был. «Внеполосный-II» прыгал по всей системе. Им требовался один по-настоящему удачный скачок. (А один по-настоящему НЕудачный мог их убить, приведя в недра планеты. Именно по этой причине пилоты от подобных игр обычно воздерживались.) Бедолага Фам часы напролет копался в бортовой автоматике и играл в рулетку с ультрадвигателем, так что руки у него заметно дрожали. Каждый раз, стоило планете Когтей появиться на виду – зачастую не более чем далекой точкой синего света, – он секунду смотрел на нее. Равна видела, как его грызут сомнения: память твердила, что с низкоуровневой автоматикой он должен управляться отлично, однако были на «Внеполосном-II» и почти непрошибаемо примитивные процедуры. А может, память о пилотском мастерстве и о Чжэн Хэ – лишь дешевая подделка. – Погибельный флот. Сколько еще? – спросил Фам. Зеленожка смотрела в окно навигатора из каюты наездников. За последний час ее в пятый раз об этом спрашивали, но голос наездницы оставался спокойным и тихим. Возможно, повторение вопроса казалось ей вполне естественным. – Дистанция сорок девять световых лет. Оценочное время подлета сорок восемь часов. Еще семь кораблей сошли с курса. Равна вычла в уме: оставалось сто пятьдесят два корабля преследователей. Вокодер Синепанциря загудел громче, перебивая подругу: – За последние двести секунд они несколько увеличили скоростные показатели, но я это склонен отнести на счет локальных вариаций придонной структуры. Сир Фам, вы справляетесь отлично, однако я свой корабль знаю. Если вы позволите мне управлять им, мы выиграем еще немного времени. Пожалуйста… – Заткнись. – Фам ответил резко, но, похоже, автоматически. Этот разговор повторялся, обычно обрываясь, почти всякий раз, как Фам запрашивал сведения о подлете флота Погибели. В первые недели путешествия Равна считала богосколок носителем сверхчеловеческих качеств. А оказалось, что это именно осколки, фрагменты, загруженная в панике автоматика. Возможно, она работает как надо, а может, свихнулась и рвет Фама на части своими промахами. Старый цикл сомнений и страхов внезапно разорвало вторжение мягкого голубого света. Планета Когтей! Наконец скачок получился удивительно точным, почти таким же, как пять часов назад: всего в двадцати тысячах километров висел узкий длинный полумесяц, край дневной стороны планеты. Остальная масса ее казалась темным пятном на звездном фоне, если не считать слабого полярного сияния у южного полюса. Джефри Ольсндот на другом конце мира, в царстве полярного дня. Радиопереговоров до входа в атмосферу не будет, а как переделать ультраволновик для ближней связи, Равна так и не придумала. Она отвернулась от экрана. Фам все еще глядел вверх, в небо за ее спиной. – Фам, а нам хватит сорока восьми часов? Не получится ли так, что мы просто разрушим контрмеру? «А с нею уничтожим Джефри и народ Стального Владыки…» – Возможно. Однако есть и другие варианты. Должны быть. – Последние слова он произнес совсем тихо. – За мной уже гонялись. Я и не в таких передрягах побывал. Он не смотрел ей в глаза.
Ожидание связи и разговор с Равной. Джефри и стая Амдиджефри находятся в осажденном донжоне, ожидая прибытия корабля Равны. В поисках развлечения и исследования территории стая обнаруживает в стенах потайные туннели, оставленные Стальным Владыкой для бегства. После короткого разговора с Синглетом Тиратект, Джефри и Амди наконец устанавливают радиосвязь с Равной. В ходе разговора Равна проверяет эмоциональное состояние Джефри и задает ему странный вопрос о геометрических объемах.
За последние два дня Джефри видел небо не более часа. Они с Амди сидели в относительной безопасности под огромным каменным куполом, что высился над кораблем беженцев, но отсюда нельзя было выглянуть наружу. «Если бы не Амди, я бы тут и минуты не высидел». В каком-то смысле пришлось даже хуже, чем в первые дни на Тайном Острове. Убийцы мамы, папы и Йоханны подступили на считаные километры. Они отбили у Стального Владыки несколько пушек, и обстрел не прекращался часами; от залпов дрожала земля, а однажды что-то даже врезалось в стены донжона. Их обеспечивали пищей, и когда парочка не сидела в командной рубке корабля, то бродила снаружи, забираясь в комнаты спящих детей. Джефри выполнял простые процедуры техобслуживания, которые заучил, но, заглядывая в прозрачные гробы капсул холодного сна, каждый раз отчаянно пугался. Было такое впечатление, что некоторые дети совсем не дышат. Температура внутри казалась слишком высокой. А они с Амди не знали, как им помочь. Внутри ничто не менялось, но сейчас появился повод для радости. Равна прервала долгое молчание. Амдиджефри со Стальным Господином поговорили с ней напрямую! Через несколько часов прилетит корабль! И даже обстрел прекратился, словно Древорезчица догадалась, что время ее истекает. Еще три часа. Предоставленный самому себе, Джефри так разволновался бы, что хоть на стены лезь. В конце концов, ему уже девять: взрослый человек со взрослыми проблемами. Но с ним был Амди. Стая кое в чем оказалась значительно умнее Джефри, но щенки были такие малыши – им лет пять по человеческим меркам, как прикинул Амдиджефри. Кроме как в минуты тяжких раздумий, щенкостая на месте усидеть не могла. Поговорив с Равной, Джефри собрался было сесть и предаться озабоченным размышлениям, но Амди принялся гоняться сам за собой вокруг пилонов. Там и сям раздавались крики голосами Джефри и Равны, а потом Амди якобы случайно наскочил на мальчика. Джефри подпрыгнул и сердито глянул на разыгравшихся щенят. «Честное слово, совсем ребенок. – И тут же другая мысль, приятная и грустная одновременно: – Не таким ли я казался Йоханне?» Теперь на нем тоже лежит ответственность. Например, надо проявлять выдержку. Когда один из элементов Амди пробежал мимо, Джефри сгреб извивающееся тельце в охапку. Он поднял щенка на уровень плеч, а остальная стая в восторге налетела на него, тычась мордами со всех сторон. Они повалились на сухой мох и несколько секунд потратили на потешную драку. – Пошли посмотрим, пошли посмотрим! – Надо оставаться здесь. Равна и Стальной Господин нас просили. – Не беспокойся. Мы вспомним, когда надо будет. – Ладно. – «А куда это он намылился?» Парочка вышла на сумрачную галерею – туда падал только свет из верхнего ряда окон да отблески факелов, – проложенную вдоль стены изнутри. Насколько мог судить Джефри, они остались в одиночестве. Ничего необычного. Стальной Господин очень тревожился, чтобы к кораблю не проникли шпионы Древорезчицы. Даже его собственные солдаты здесь появлялись редко. Амдиджефри уже обследовали внутреннюю стену. По ту сторону штор камень был холодный и влажный. Наружу выходили отверстия – для вентиляции, – но располагались они на высоте почти десятка метров, где стена донжона уже закруглялась, переходя в купольный свод. Камни были свежетесанные, даже не отшлифованые. Стаи Стального трудились в страшной спешке, торопясь закончить строительство до подхода войск Древорезчицы. В этой части цитадели не было ни отшлифованных стен, ни богато украшенных штор. Впереди и позади Амди принюхивался к щелям меж камней, заполненным свежим известковым раствором. Щенок на руках Джефри испустил довольное хихиканье. – Ха! Прямо над головой. Я знал, что этот камень неплотно сидит, – сказала стая. Джефри отпустил друга полностью собраться у тайника. Стена тут выглядела так же, как везде, но Амди царапался в нее пятью парами лап. – Если ты выковыряешь его, что толку-то? – Джефри видел каменные блоки, когда их укладывали в стену. В толщину такая каменюка достигала пятидесяти сантиметров, и клали их чередующимися рядами. Сковырнут один – а дальше все равно сплошная стена. – Хех-хех, не знаю. Я оставил это дело на потом, когда нам нечем будет заняться… Ой, известка жжется! – Он еще поскребся и вытащил из стены камень размером с голову Джефри. Между блоков действительно имелся проход, и Амди вполне мог в него пролезть. Элемент стаи юркнул в тесную пещерку. – Доволен? – Джефри пригнулся к дыре и попробовал что-то рассмотреть внутри. – Догадайся, что тут? – пискнул от возбуждения элемент стаи совсем рядом с его ухом. – Тут нет новых камней, а есть туннель! – Щенок протиснулся мимо Джефри и пропал во мраке. Потайные ходы? Слишком уж похоже на нюйорскую сказку. – Джефри, лаз достаточно просторен для взрослого элемента. Ты тоже мог бы пролезть на четвереньках. – Еще два элемента Амди пролезли в туннель. Возможно, обнаруженный лаз и был достаточно просторен для человеческого ребенка, но на входе пришлось тесно даже щенкам. Джефри не оставалось выбора, кроме как смотреть во тьму. Часть стаи, оставшаяся у входа, рассказывала о своих открытиях: – …Туннель очень, очень длинный. Я пару раз сам себе мешал думать. Верхний мой элемент метрах в пяти выше, у тебя над головой. Прикольно. Я весь растянулся. Амди говорил тоном даже глупей своего обычного дурашливого. Еще два элемента сунулись в лаз. Намечалось нешуточное приключение, но Джефри в нем участия принять не мог. – Не уходи слишком далеко, там может быть опасно. Один из пары оставшихся щенков глянул на него снизу вверх: – Не беспокойся. Не беспокойся. Туннель там не просто так проложен. Такое впечатление, что его прорезали нарочно, когда укладывали стену. Это специальный потайной ход, который Стальной Владыка оставил для бегства. Я в порядке. Я в порядке. Хахахооо… – И еще один щенок исчез в дыре. Спустя миг туда пролез и последний, но далеко не ушел, чтобы Амди мог поддерживать разговор. Стая отчаянно дурачилась, что-то распевая сама себе визгливо-скрипучим голоском. Джефри понимал, что так он веселит сам себя, люди для таких игр не созданы. В такой позе ум Амди путался до невозможности и рождал странные мысли. «Вот черт». Сейчас, когда Амди возится внутри стены, стая наверняка чувствует себя еще забавнее: щенки так прочно отрезаны от чужих мыслей, что обмениваться могут только своими, и поэлементно. Дурашливый мотивчик доносился из дыры еще некоторое время, а потом Амди заговорил почти осмысленно: – Эй, туннель местами разветвляется. Передовой наткнулся на развилку. В одну сторону лаз идет вниз… Эх, было бы у меня достаточно элементов пойти в обе стороны! – Но у тебя недостаточно! – Хей-хо, тогда сегодня пойду вверх. – Несколько секунд тишины. – Там дверка! Вроде комнатной двери, но высотой с элемента. Не заперто. – Амди ретранслировал скрежет камня о камень. – Ха! Вижу свет! Еще несколько метров, и ход открывается в бойницу. Ветер совсем рядом. – Он передал шум ветра и крики морских птиц с Тайного Острова. Чудесные звуки. – Ой-ой-ой, придется растянуться до предела, но я хочу выглянуть… Джефри, я вижу солнце! Я снаружи. Сижу на камне, выступающем из купола. Я все вижу на юг. Слышь, тут так дымно… – А что на склоне холма? – спросил у ближнего элемента Джефри; шерсть его, вся в белых пятнышках, была почти незаметна в дыре. Ну хоть связь с Амди не прерывалась. – Склон чуть потемнел с последней десятидневки. Я не вижу там солдат. – Звук залпа из пушки. – Ой, тут стреляют! Ударило по эту сторону гребня холма. Там кто-то есть, но мне не видно. «Древорезчица: явилась наконец». Джефри вздрогнул, злясь, что ничего не видит, и страшась того, что мог бы увидеть. Его преследовали кошмары о Древорезчице, о том, что она сделала с мамой, папой и Йоханной. Картинки неизменно расплывчатые… и словно бы из памяти. «Стальной Владыка задаст жару этой Древорезчице». – Ой-ой-ой, старая карга Тиратект бредет через двор. – Из дыры послышался шум – Амди торопливо возвращался. Нет смысла выдавать Тиратект, что в стенах есть потайные ходы. Наверняка ее элемент просто прикажет им держаться подальше. Один, двое, трое, четверо… половина Амди вылезла из стены. Четверка бродила вокруг, словно кемарила на ходу. Джефри не понял, из-за чего: то ли от умственной растяжки, то ли их на время отрезало от другой половины. – Веди себя нормально, веди себя нормально! Тут появилась вторая четверка, и Амди пришел в себя. Он оттащил Джефри от стены и рысью устремился обратно. – Давай садись у комма. Прикинемся, что все время пытались Равну дозваться. Амди прекрасно знал, что корабль не выйдет на связь еще как минимум минут тридцать. Вообще-то, именно он и проверил для Стального Владыки расчеты Равны. Тем не менее он стремительно взлетел по трапу и стащил вниз радио. Парочка уже вставляла антенну в усилитель, когда распахнулись общедоступные двери на западной стороне донжона. Против дневного света показались силуэты стражника и одного из элементов Тиратект. Часовой отступил, закрыл двери и запер. Синглет в мантии потрусил к ним по моховому ковру. Амди выбежал навстречу и затрещал насчет того, как они пытались наладить связь. Джефри подумал, что стая перебарщивает. Щенки не до конца оправились от вылазки. Синглет глянул на присыпанную известковой пылью шерсть Амди. – Ты ведь в стенах лазил, да? – Э? – Амди оглядел себя, заметил пыль. Обычно он бывал хитрее. – Угу, – пристыженно пробормотали щенки и отряхнулись. – Вы же не скажете, ну правда? «Черта с два», – подумал Джефри. Самношк Тиратект был даже лучше, чем у Стального, и, кроме Владыки, лишь эта стая утруждала себя разговорами с парочкой. Но еще до переодевания в радиомантии Тиратект легко выходила из себя и начинала командовать. У Джефри когда-то были такие няньки. Стая Тиратект до какого-то момента вела себя чудесно, а потом начинала язвить или хамить. В последнее время поведение Тиратект немного улучшилось, но Джефри недолюбливал ее. Элемент ничего не ответил. Он медленно уселся, словно у него болел крестец. – Нет, не скажу. Джефри озадаченно переглянулся с одним из щенков. – А для чего этот туннель? – застенчиво поинтересовался мальчишка. – Во всех замках есть потайные ходы, особенно в моем… в домене Стального Владыки. Нужны для бегства, для слежки за врагами. – Синглет покачал головой. – Ладно, пустое. Амдиджефри, ваше радио нормально работает? Амди покосился на дисплей комма. – Думаю, да, просто еще принимать нечего. Видите ли, корабль Равны должен погасить скорость и… Мм, может, я вам лучше расчеты покажу? – Но Тиратект явно не интересовали исписанные мелом доски. – Смотря по обстоятельствам, как там ультрадвигатель… короче, мы уже скоро выйдем с ними на радиосвязь. Но входящего сигнала на экранчике комма видно не было. Они несколько минут провели в ожидании. Элемент Тиратект уткнул морду в лапы и вроде бы уснул. Каждые несколько секунд тело его подергивалось, точно ему снился сон. Джефри задумался: чем сейчас заняты остальные? Тут экран засветился зеленым. Прозвучал каркающий звук, словно устройство откашливало сигнал от фонового шума. – …над вами через пять минут, – произнес голос Равны. – Джефри, ты слушаешь? – Да! Мы здесь. – Дай мне Стального Владыку, пожалуйста. Тиратект подвинулся к комму: – Его здесь сейчас нет, Равна. – Кто это? Тиратект захихикал; другого смеха от этой стаи Джефри никогда не слыхал. – Кто я? – Он издал стайный аккорд, который для Джефри прозвучал как «Тиратект». – Или вам нужно принятое имя, как «Стальной»? Не подберу точного аналога. Можете называть меня… господином Скорняком. – Тиратект снова захихикал. – Сейчас я говорю за Стального. – Джефри, там с тобой все в порядке? – Да-да. Слушай господина Скорняка. – «Какое странное имя». Из комма донесся невнятный шум. Кажется, мужской голос с кем-то спорит. Потом Равна вернулась, голос у нее стал напряженный, как у мамы, когда ее что-то злило. – Джефри… каков объем шара диаметром десять сантиметров? Амди в продолжение разговора нетерпеливо прыгал. Последний год он только и слушал от Джефри истории о людях и все гадал, на кого окажется похожа Равна. Теперь был его выход. Он прыгнул к панели и улыбнулся Джефри.
Полет Фама на шлюпке. Корабль «Внеполосный-II» завис над Холмом Звездолета, где группа беженцев под предводительством Стального Владыки оказалась в окружении вражеских войск Древорезчицы. Чтобы спасти людей, Фам Нювен вместе с наездником Синепанцирем отправился на шлюпке в опасный полет над полем боя. Несмотря на трудности с управлением и плохую видимость, Синепанцирь успешно вывел судно к врагам, а Фам открыл огонь из лучемета, уничтожая противников.
– Равна, это просто. – Он говорил голосом Джефри, притом совершенно бегло. – Ответ: пятьсот двадцать три целых пятьсот девяносто восемь тысячных кубических сантиметра… или тебе еще десятичные знаки нужны? Приглушенный разговор. – …Нет, достаточно. Ладно, господин Скорняк. У нас снимки с прошлого пролета мимо планеты и примерный радиопеленг. Вы где точно находитесь? – Под куполом замка на вершине Холма Звездолета. Он у самого побережья… Вмешался мужской голос. Фам? Он говорил с забавным акцентом. – Я по карте посмотрел. Мы пока не видим вас непосредственно. Слишком сильный туман. – Это дым, – ответил элемент в мантии. – Враги с юга подошли почти вплотную. Ваша помощь нужна немедленно… – Синглет опустил голову, отклонился от комма. Глаза его пару раз закрылись и открылись. Думает? – Хм, да. Без вашей помощи мы с Джефри пропадем, и этот корабль тоже. Пожалуйста, садитесь во двор замка. Вам известно, что мы специально укрепили его к вашему прибытию. После посадки мы могли бы воспользоваться вашим оружием… – Ни за что, – тут же ответил мужчина. – Просто укажите нам, где хорошие ребята, а где плохие, и мы обо всем позаботимся. Голос Тиратект стал вкрадчивым, как у ребенка, который что-то клянчит у родителей. «Он и в самом деле изучил нас». – Нет-нет, я не хотел вас оскорбить. Действительно, поступайте, как вам удобно. А насчет вражеских сил очень просто: все, кто у замка на южном склоне холма, и есть враги. Один пролет вашего корабля на… гм, факеле… обратит их в бегство. – Я не могу лететь на факеле в атмосфере. Джефри, а твой папа и впрямь посадил корабль на двигателе? Без антиграва? – Да, сир. У нас ведь только движок и остался. – Гениальный счастливчик. Равна: – Может, просто пролететь над ними в паре тысяч метров? Это их отпугнет. – Да, это может оказаться… – начал Тиратект. Распахнулись двери на северной стороне донжона. На фоне дневного света обрисовались силуэты Стального Владыки. – Дай я с ними поговорю, – бросил он. Цель всего путешествия лежала лишь в двадцати километрах под «Внеполосным-II». Так близко, но преодолеть эти двадцать тысяч метров, вероятно, окажется не легче, нежели перекинуть мостик через бездну в уже пройденные двадцать тысяч световых лет. Они зависли на антиграве прямо над Холмом Звездолета. Мультиспектр «Внеполосного-II» работал фигово, но в моменты, когда дым уносило ветром, корабельная оптика помогала пересчитать иглы на деревьях внизу. Равна видела, как наступают на замок по южному склону войска Древорезчицы. В лесах, окаймлявших фьорд с юга, прятались еще войска, и у них, кажется, была пушка. Было бы чуток времени в запасе, они бы и этих выцелили. Времени, однако, не осталось вовсе. Времени и доверия. – Сорок восемь часов, Фам. После этого прилетит флот и обрушится на нас. – Может, богосколок сотворит чудо, может быть; но, ошиваясь здесь, наверху, этого не узнать. Попытайся. – Фам, тебе придется кому-то довериться. Фам оглянулся на нее, и на миг Равна перепугалась, что он сейчас совсем рассвирепеет. – Хочешь, чтоб мы сели во двор замка? Рав, средневековые мерзавцы не глупее виденных тобой в Запределье. Они бы даже бабочек кой-чему научили. Стрела в голову убьет тебя не хуже бомбочки с антиматерией. «Опять ложная память?» Но Фам прав. Она перебрала в голове недавний разговор. Вторая стая, Стальной, настаивала несколько резче правдоподобного. Он хорошо обращался с Джефри, но откровенно впал в отчаяние. Она ему поверила: полет на большой высоте и вправду не отпугнет древорезчиков. Надо спуститься и окатить их огнем. А единственным огнестрелом в их распоряжении остался лучемет Фама. – Ну ладно. Делай, о чем вы там со Стальным договорились. Пролетишь в шлюпке над войсками Древорезчицы и спалишь их лазером. – Рав, ну твою ж мать, ты же знаешь, что я не умею летать на шлюпке! Никто из нас не умеет, а без автоматики… А вот теперь мягко: – Без автоматики тебе придется положиться на Синепанциря, Фам. На лице Фама проступил ужас. Она потянулась к нему. Фам долго молчал и, казалось, не замечал ее. – Да. – Голос низкий, сдавленный. И: – Синепанцирь! Двигай сюда. Для Фама с Синепанцирем места в посадочной шлюпке «Внеполосного-II» вполне хватило. Суденышко проектировалось под нужды наездников. Если бы вершинная автоматика работала, Фам бы управился с ним без труда. Ребенок бы управился. А теперь шлюпка не могла сама обеспечить устойчивости полета, и «ручное» управление осложняло жизнь даже Синепанцирю. Проклятая автоматика. Проклятая оптимизация. Бо́льшую часть взрослой жизни Фам Нювен провел в Медленной Зоне. За эти десятилетия ему доводилось управлять космическими кораблями и орудийными системами, способными стереть с лица планеты феодальную империю внизу. Сейчас, располагая оружием несоизмеримо более мощным, он даже с дурацкой шлюпкой разобраться не в состоянии. В кабине экипажа Синепанцирь занял место пилота. Раскинул ветки по сети подставок и элементов управления. Он отключил все дисплеи, кроме главного, и в этом окошке появилась картинка в естественных цветах с носовой камеры шлюпки. «Внеполосный-II» парил в нескольких сотнях метров над ними, то появляясь, то исчезая из виду, когда шлюпку дергало вниз и вбок. Нервозность – суетливость, как Фаму показалось, – словно смыло с Синепанциря, как только ему доверили управление. Голос из вокодера стал отрывистым и сосредоточенным. Кончики веток замелькали по консоли: Фам бы так не сумел, даже убей он всю жизнь на тренировки с этим корытом. – Благодарю вас, сир Фам… Я оправдаю оказанное мне доверие… Шлюпка клюнула носом; в двадцати километрах внизу и прямо впереди возникло изрезанное фьордами побережье. Полминуты они провели в свободном падении, а ветви наездника то и дело ерзали на подставках. «Увлекся фигурой высшего пилотажа?» Нет: – Простите, простите. Перегрузка. Фама вдавило в сиденье: ускорение то падало до десятых долей g, то подскакивало до едва переносимого. Пейзаж перед глазами завертелся, на миг мелькнул «Внеполосный-II» – крохотная мошка в небе над головой. – А нужно ли их убивать, сир Фам? Вероятно, уже одним появлением над полем боя мы… Нювен скрипнул зубами: – Ты просто спускайся. Этот Стальной был непреклонен, когда речь заходила о том, чтобы выжечь весь склон холма. И несмотря на все Фамовы подозрения, в этом стая могла оказаться права. Им противостояли орды убийц, без колебаний атаковавшие звездолет; древорезчикам нужно преподать хороший урок. Шлюпка опускалась километр за километром. Даже в естественном обзоре стали различимы укрепления Стального: неправильный многоугольник вокруг корабля беженцев и гораздо более крупный – на острове в нескольких километрах западнее. «Не так ли выглядел замок моего отца с посадочных шлюпок Чжэн Хэ?» Но у этого замка высокие стены обрывались отвесно. Очевидно, у Когтей понятия не было о порохе, пока Равна им не подсказала. В долине к югу от замка набух клуб темного дыма, медленно расползаясь к морю. Даже без цифрового увеличения Фам видел там горячие точки: оранжевую бахрому темных занавесей. – Вы на высоте двух тысяч метров, – сказал голос Равны. – Джефри говорит, что заметил вас. – Свяжи меня с ними. – Попробую, сир Фам. – Синепанцирь засуетился, и оставленная без внимания шлюпка ушла в штопор. Фаму доводилось видеть листья, падавшие менее хаотично. Писклявый детский голосок: – С в-вами п-порядок? Только не разбейтесь! А это уже Стальной, помесью голосов Равны и ребенка: – На юг держите! На юг держите! Огнеметом их. Быстро сожгите! Синепанцирь уже следовал этому указанию. Шлюпка влетела в дым. Несколько секунд они летели вслепую. Не успел Фам ругнуться на Синепанциря, как наездник развернул шлюпку и вылетел в чистый слой воздуха. Потом резко набрал высоту, завис, и они оглядели битву. После тридцати недель переговоров и планов Фам впервые увидел Когтей. Даже с высоты было очевидно, что эти разумные существа отличаются от всех ранее попадавшихся ему. Группки из четырех, пяти или шести особей держались так тесно, что производили впечатление единого паукообразного создания. И эти стаи разделяло по десять-пятнадцать метров. В дымном сумраке сверкнула пушка. Стая орудийного расчета двигалась согласованно, координированно, как рука: вот она откатила ствол, вот пропихнула в дуло новый заряд. – Но если это враги, сир Фам, откуда у них пушки? – Украли. – «Но почему они заряжаются с дула?» Он не успел обдумать эту мысль. – Вы прямо над ними, Фам! Я вижу, как вы то скрываетесь в дыму, то вылетаете. Вас сносит к югу со скоростью пятнадцать метров в секунду, вы теряете высоту. – Это говорил ребенок, с обычной для него сверхъестественной точностью. – Убейте их! Убейте их! Фам вывернулся из ремней и пролез к люку, где смонтировал лучемет. После пожара в мастерской уцелела только эта штука, но Господним соизволением так вышло, что именно с нею Фам умел обращаться. – Держи высоту, Синепанцирь. Если опрокинешь меня, я и тебя запросто смогу зажарить! Он откинул люк и закашлялся от едкого дыма. Потом антигравы Синепанциря вынесли шлюпку на открытое пространство, и Фам перечеркнул бегущие стаи лучом лазера.
Йоханна и Странник на поле боя. Йоханна вместе со Странником и его стаей пробирается через поле боя к замку Стального, чтобы найти корабль. Девочка стремится к цели вопреки опасениям Странника, который пытается уберечь её от неизвестного оружия противника. В ходе продвижения они сталкиваются с разрушительными лучевыми атаками и вынуждены маневрировать между огнем из замка и угрозой с неба. В финале Йоханна замечает приближающийся аппарат, который начинает обстреливать союзников девочки, направляя мощный луч прямо в её сторону.
Сперва Древорезчица хотела, чтобы Йоханна осталась в базовом лагере. Ответ Йоханны был подобен пушечному залпу. Девочка до сих пор немного удивлялась своей реакции. Она с первых дней в этом мире не была так близка к тому, чтобы накинуться на стаю. Никто не посмеет ее удержать от поисков Джефри! В итоге они достигли компромисса: Йоханне в охрану придали Странника. Пока остается под его присмотром, может следовать за армией в бою. Йоханна вглядывалась в клубящийся дым. Проклятье! Странник всегда был таким беззаботным весельчаком. По собственному признанию, его за годы жизни многократно убивали по частям, а теперь он ее даже к пушкам Щепетильника не подпускает. Они вдвоем бежали по терраске на склоне холма. Несколько часов назад тут в подлеске случился пожар, до сих пор стоял пряный запах горелого мха. А с этим запахом возвращалась память о тех ужасах годичной давности, прямо здесь, когда… Доверенные гвардейцы сопровождали их, перебегая в двадцати метрах по обе стороны. Тут вроде бы можно было не опасаться вражеских шпионов, а шкуродерники уже много часов не вели ответного огня. Но Странник настрого запретил ей подходить ближе. Совсем не так, как в прошлом году. Тогда солнце сияло в синем небе, а воздух был чист – и тогда убили ее родителей. Теперь они со Странником вернулись, а небо из синего стало желтовато-серым, и мох на склоне холма выгорел до черноты. Стаи, бежавшие рядом, теперь были ее союзниками. И у нее оставался шанс… – Да пусти же ты, блин! Что бы со мной ни сталось, Слоник-то у Древорезчицы! Странник встряхнулся жестом стайного отрицания. Один его щенок высунулся из кармана куртки и словил девочку за рукав. – Погоди немножко, – в десятый раз повторил Странник. – Дождись гонца от Древорезчицы. Тогда мы… – Мне нужно наверх! Я одна тут знаю корабль! – «Джефри, Джефри. Лишь бы Проныра насчет тебя угадал…» Она извернулась, чтобы закатить Шрамозадому оплеуху, а когда это произошло, ей опалило спину, и в дыму что-то ярко сверкнуло. Снова. Снова. Донесся громовой раскат. Странник прижался к ней. – Это не пушки! – крикнул он. – Двух моих чуть не ослепило. Давай. – Он окружил Йоханну, чуть не сбив с ног, и потащил, поволок вниз по склону. Секунду-другую Йоханна бежала вместе с ним, ошеломленная, и не сопротивлялась. Стаи эскорта куда-то запропали. Сражение на холме прекратилось. Громовой раскат всех утихомирил. Когда дым немного рассеялся, Йоханна увидела одну из пушек Щепетильника: ствол торчал из лужицы расплавленного металла. Пушкаря разорвало в клочья. Да уж, это не артиллерия. Йоханна стала вырываться из хватки Странника. Не артиллерия. – Это из космоса! Странник, это, наверное, был факел двигателя. Странник снова сгреб ее и побежал дальше. – Нет, не факел! Факел я слышал. Эта штука тише, и ее кто-то направляет. Раздалась длинная очередь взрывов. «Скольких бойцов Древорезчицы сейчас убило?» – Они, наверное, решили, что мы нападаем на корабль. Странник, если ничего не сделаем, они нас тут всех положат! Челюсти стаи ослабили хватку на рукавах и штанинах. – Ну и что делать? Если будем тут слоняться, нас так и так прикончат. Йоханна поглядела в небо. Флаеров не видно, правда, дыму столько… Солнце казалось тусклым кроваво-красным шаром. «Если бы спасатели знали, что убивают друзей. Если бы они только увидели». Она уперла ноги в землю. – Странник, а ну выпусти меня сейчас же! Я пойду вверх по склону, выберусь за дымовую завесу. Он остановился, но продолжал ее цепко удерживать. Четыре взрослых морды и две щенячьих смотрели прямо на Йоханну, во всех взглядах читалась неуверенность. – Странник, пожалуйста. Это единственный способ. По холму вниз бежали стаи. Некоторые в крови, другие распались на фрагменты. Перепуганные глаза Странника долгое мгновение глядели на нее. Потом он отпустил девочку и ткнулся ей в руку носом. – Я так и знал, что встречу на этом холме свою смерть. Сначала Грамотей меня сюда притащил, а теперь ты… Вы все с ума посходили. – По элементам стаи расползалась знакомая усмешка. – Лады, двум смертям не бывать! – Двое, те, что без щенят, устремились вверх по холму, разведывая кратчайшую дорогу. Йоханна и остальные побежали следом. Они двигались по слегка наклонной терраске. Летняя жара иссушила прохладную болотистую почву, которая помнилась Йоханне по моменту высадки, и горелый мох утаптывать было легко. Путь не представлял бы особого труда, но Странник выбирал самые заросшие пригорки, приседая каждые несколько секунд и оглядываясь во всех направлениях. Они достигли края терраски и начали подъем. Тут склон сделался таким крутым, что Йоханне временами приходилось цепляться за ремни на куртках Странника и позволять стае затащить ее наверх на себе. Они задержались у ближайшей пушки. От орудия мало что осталось. Йоханна никогда раньше не видела, как стреляют, только в кино, однако брызги металла и обгоревшие лохмотья плоти недвусмысленно указывали на какое-то лучевое оружие. Холм рассекала полоса таких кратеров, довершая царящее на уже выжженной земле разрушение. Йоханна прислонилась к гладкому скальному выступу. – Вот только через этот перелезем, и мы на следующей террасе, – сказал ей на ухо голос Странника. – И быстрее, я слышу, там стреляют. Он спустил двоих своих вниз, протягивая ремни Йоханне. Девочка вцепилась в них и прыгнула. Мгновение Йоханна и стая покачались на краю четырехметровой впадины, а потом девочка оказалась на коричневатом, не тронутом огнем мху. Странник сгрудился вокруг, заслонив ее собой. Она выглянула между его лап. Отсюда уже просматривались внешние стены замка Стального. Лучники стояли на бастионах, не прячась, пользуясь замешательством войск Древорезчицы. В общем-то, потери королевы были не так велики, но даже невредимые стаи пустились в бегство. Солдаты Древорезчицы не трусы, Йоханна могла в этом поклясться, но сейчас им противостоял неуязвимый противник. Над ее головой дым рассеивался, проступила лазурь. Участок поля боя впереди уже оказался в просвете. В годы на Страуме до отлета в Высокую Лабораторию Йоханна с матерью частенько ходили в походы на болота Бигбю. Сенсорами походных рюкзаков они без труда засекали шюггвингов[21], так что ее заметят, даже если автоматика флаера и не настроена на поиск человека внизу. – Ты что-нибудь видишь? Взрослая четверка Странника скоординированными парами голов поглядела в разные стороны. – Нет. Либо их флаер очень далеко, либо за дымовой стеной. «Вот черт. – Йоханна поднялась с колен и побежала прямо к стенам замка. – Туда-то наверняка смотрят!» – Древорезчице это не понравится. Две стаи солдат королевы уже бежали к ним, привлеченные целеустремленными действиями, а может, присутствием Йоханны. Странник жестом отогнал их. Одни в чистом поле меньше чем за две сотни метров от замковой стены. Ну как не заметить, даже невооруженным глазом? И действительно, их заметили: что-то мягко зашипело, в торф слева уткнулась метровая стрела. Шрамозадый схватил Йоханну за плечо и пригнул к земле. Элементы сдвинули щиты в нужную позицию, и под прикрытием этой самодельной баррикады Странник побежал назад. Назад, в дым. – Нет! Параллельно стенам! Я хочу, чтоб меня было видно. – Ну ладно, ладно. – Вокруг мягко зашептала смерть. Йоханна держала руку на плече элемента, пока они бежали через поле, и почувствовала, как Шрамозадый сбился с шага. Стрела вонзилась ему в плечо, в сантиметрах от мембраны. – Я в порядке! Пригнись, пригнись. Передовая линия войск Древорезчицы покатилась к ним – по террасе бежала дюжина стай. Странник метался вверх-вниз по склону, и вопли его доставляли физическую боль. Приказывал не подходить, кричал об опасности с неба. Это их не остановило. – Они хотят увести тебя из-под обстрела. Вдруг обстрел из замка прекратился. Странник оглядел небо. – Возвращается! С востока, может, в километре от нас. Она посмотрела в ту сторону. По небу летело что-то бугристое, наверное, для перемещения в космосе, хотя ультрадвигательных шипов она не заметила. Аппарат болтался и дрожал в полете. Выхлопных струй видно не было. «На антиграве идет? Это что, не люди?» Мысли перекрывало радостное смятение. Из мачтового выступа на брюхе корабля сверкнула бледная вспышка, и вокруг бегущих ей на выручку стай ударили гейзеры грязи. Снова прозвучал раскат грома, но теперь луч двинулся прямо через ряды ее друзей, прямо к ней.
Оборона замка и маневры на поле боя. Во время осады замка Стальной и его союзники пытаются отбить атаку вражеских сил, используя поддержку космонавтов и местных воинов. Благодаря удару с воздуха и последующему взрыву порохового погреба, противник отступает, однако ситуация остается критической из-за появления новых сил врага. Стальной координирует действия с Равной и Фамом, который ведет опасный маневр на шлюпке, используя лучемет для зачистки склона от преследователей. В ходе боя Фам замечает в рядах врага человеческую фигурку и вынужден экстренно прекратить огонь, чтобы не задеть ее.
Амдиджефри стояли на бастионе. Стальной прятал от парочки гневные взоры. Делать нечего; Равна ясно потребовала, чтобы Джефри направлял удар по радио. Эта человечиха не так уж и глупа. Впрочем, не важно. Армия всегда одинаково выглядит, своя или чужая. И очень скоро армия за этими стенами прекратит свое существование. – Как результаты первого пролета? – четко прозвучал голос Равны из комма. Но ответил не Джефри: по бастионам разбежалась восьмерка Амдиранифани. Некоторые уселись на зубцах, упражняясь в стереоскопическом зрении, другие глазели на Стального и радио. Не было смысла ему что-то запрещать. И Амди ответил голосом Джефри: – Порядок. Я насчитал пятнадцать импульсов. Только десять попаданий. Я бы и то лучше справился. – Черт подери, это лучшее, на что я способен с [непонятные слова]. – Голос принадлежал не Равне. Стальной слышал в нем гневные нотки. «Каждому найдется причина возненавидеть этих щенков». Эта мысль его приятно согрела. – Пожалуйста, – сказал Стальной. – Стреляйте снова. Снова. Он глянул через парапет. Атака с воздуха очистила от вражеских сил край ближней террасы. Зрелище было впечатляющее: будто туда пришелся залп огромной пушки или одновременно опустились двадцать звездолетов. И это сделал крохотный кораблик, болтающийся в воздухе, как сорванный лист. Линия наступления противника распалась, враги обратились в паническое бегство. Вверху и внизу на стенах замка его собственные солдаты плясали от радости. После потери пушек ситуация сложилась отчаянная; нужно было их приободрить. – Лучники, Шрек! Вели им стрелять по отступающим. – И на самношке: – Передние ряды врага продолжают наступление. Они… они… – Как сказать «уверены в себе»? – Они нас убьют, если вы не поможете. Человеческий щенок недоуменно воззрился на Стального. Если сейчас уличит его во лжи, то… В следующее мгновение Равна ответила: – Не знаю. Насколько мне видно, мы их как следует оттеснили от ваших стен. Я не хочу устраивать бойню… – Быстрый разговор с человеком во флайере, кажется, даже не на самношке. Стрелок был явно недоволен. – Фам отлетит на несколько километров, – продолжила она. – Как только враг снова атакует, мы тут же придем на выручку. – Ссссст! – Высокая шипящая речь Шрека ударила, как дубинка. Стальной в ярости обернулся. «Да как он…» Но лейтенант стоял, в изумлении показывая на центр поля боя. Конечно, Стальной и туда парой глаз смотрел, но не обратил особого внимания на… другую Двуногую! Человечиха спряталась за сопровождавшей ее стаей: к счастью, Амдиджефри не успели этого заметить. «Благодарение Стае Стай, что эти щенки близоруки!» Стальной подался вперед, окружив часть Амди, а другим крикнул убираться с парапета. Оба элемента Тиратект подскочили к ним, хватая ослушников за шкирку. – Вниз! – заорал Стальной на стайной речи. На миг воцарилось замешательство: его собственные мыслезвуки смешались со щенячьими. Амди отшатнулся, явно раздраженный шумом и неласковым обращением. Стальной добавил на самношке: – Там еще пушки подвезли. В укрытие, пока вас не задело! Джефри перегнулся через парапет: – Но я не вижу… К счастью, там особо и нечего было видеть. В данный момент. Двуногая продолжала прятаться за стаей охраны Древорезчицы. Шрек взял человеческого щенка в челюсти и лапы, и они с одним из элементов Тиратект унесли протестующую парочку вниз по лестнице. По дороге Тиратект уже принялась разукрашивать выдумку Стального, рассказывая о войсках, которые видит под холмом. – Взорвать малый пороховой погреб! – вполголоса скомандовал Стальной Шреку. Погреб был почти пуст, но его взрыв, возможно, убедит космонавтов лучше, чем слова. Оставшись в одиночестве, Стальной мгновение молча трясся. Никогда еще он не был так близок к провалу. Лучники обстреливали вражескую стаю и Двуногую из бойниц. К сожалению, те были почти недосягаемы. Со двора долетел взрыв: Шрек подорвал малый погреб. Получилось неплохо, куда внушительней залпов вражеской артиллерии. Одна из внутренних башен раскололась и рухнула. Во дворе пролился каменный дождь, самые мелкие обломки задели Стального на бастионе. Равна что-то быстро кричала на самношке, Стальной не понял, что именно. Все его планы и надежды балансировали на лезвии клинка. Придется рискнуть всем. Стальной прислонился к комму плечом и произнес: – Извините. У нас тут все очень быстро происходит. Под прикрытием дыма подошло много древорезчиков. Можете убить всех на склоне холма? «Видят ли звездники сквозь дым?» Это тоже риск. Стрелок ответил: – Попробую. Следите. И третий голос, монотонный и невыразительный даже по человеческим стандартам: – Еще пятьдесят секунд, сир Стальной. У нас трудный вираж. «И хорошо. Сконцентрируйтесь на полете и стрельбе. Не надо слишком пристально всматриваться в тех, кого убиваете». Лучники отогнали человечиху назад, почти в дымовую завесу. Ей на помощь бежали другие стаи. Когда звездники, завершив маневр, вернутся, там возникнет много целей, и человечиха среди них потеряется. Двумя элементами он заметил, как летающая машина космонавтов снижается сквозь дым. Гостям толком не видно, в кого они стреляют. Под брюхом аппарата сверкнула бледная вспышка. Будто коса, она двинулась к войскам Древорезчицы по склону холма. Фама подбрасывало на его насесте, пока Синепанцирь разворачивал шлюпку к цели. Летели они не очень быстро; поток воздуха не мог быть быстрее тридцати метров в секунду. Но каждую секунду суденышко выдавало скачки и кульбиты. Был момент, когда Фам чуть не вывалился из люка, успев схватиться за турель лучемета. «Через сорок с небольшим часов сюда прибудет самая жуткая сила во Вселенной, а я собак наугад стреляю». Как зачистить склон холма? Скулеж Стального еще отдавался у него в ушах. Равна с «Внеполосного-II» тоже толком ничего не видела сквозь дым. «Обошлись бы лучше совсем без автоматики, чем с этим ублюдочным гибридом возиться». Хорошо хоть лучемет на ручном управлении. Фам обнял турель одной рукой, а другой наводил. Он увеличил угол раствора луча: против брони лазер будет бесполезен, хотя сможет выжигать глаза, опалять шкуру и шерсть. Зато на уровне земли охват луча теперь составлял десятки метров. – Пятнадцать секунд, сир Фам, – сказал ему в ухо голос Синепанциря. На этот раз они летели совсем низко. В разрывах дымовой завесы стоп-кадрами мелькали участки поля битвы. Земля по большей части обгорела дочерна, однако встречались скальные выступы и даже покрытые сажей снежники в расщелинах и тенистых впадинах… То там, то сям валялись груды собачьих трупов или торчал ствол искалеченной пушки. – Сир Фам, впереди целая свора. Они бегают у замка. Фам наклонился в люк и посмотрел вперед. Кипеш затевался метрах в четырехстах. Стаи бежали параллельно замковым стенам, и склон в этом месте щетинился древками стрел. Он нажал гашетку, заметая лучом поле боя под шлюпкой. Под пересохшим верхним слоем мха было еще полно воды, и луч вздымал фонтаны пара. Но дальше пучок расширялся и был малоэффективен. У обреченных стай оставалось несколько секунд, прежде чем Фам как следует прицелится. Время для осторожных подозрений. Откуда это у врагов пушки, заряжающиеся с дула? Их они должны были изготовить сами – в мире, где огнестрелом и не пахнет. А Стальной – классический средневековый интриган, Фам этого типа за тысячу световых лет раскусил. Как пить дать, они сейчас делают за мерзавца грязную работу. «Заткнись. Со Стальным разберешься потом». Немного отклонив луч, Фам выстрелил снова, на сей раз – по живой плоти. Он целился чуть вперед, в сторону замка; может, не все они погибнут. Высунул голову дальше в турбулентный воздушный поток, присмотрелся внимательней. Перед наступавшими стаями протянулась пустая стометровая полоса, а на ней – одинокая стая из четырех собак и… человеческая фигурка, тонкая, темноволосая, прыгает и машет руками. Фам рванул ствол вверх, ударил о корпус, одновременно ставя лучемет на предохранитель. Отраженная вспышка зацепила его горячей волной и опалила брови. – Синепанцирь! Сажай шлюпку! Сажай!
Переговоры по каналу связи. Равна и Фам обсуждают по каналу связи подозрительные действия Стального и его возможную роль в нападении на Древорезчицу. Несмотря на сомнения в честности Стального, Фам настаивает на необходимости попасть на его корабль ради получения важной информации. В это время группа под руководством Амди и Джефри движется по замковой лестнице к наружному валу, пока Равна и Фам планируют дальнейшую стратегию.
– Плохое понимание. Ей солгали. Равна пыталась разгадать по голосу подлинную обстановку. Самношк Стального оставался скрипучим, тон – жалобным, хнычущим, как у ребенка. Таким же, как и раньше. Но после того, что недавно случилось, россказни его выглядели крайне неубедительно. Он либо величайший притворщик в Галактике, либо… говорит правду. – Человечице, скорее всего, причинили боль и солгали у Древорезчицы. Это объясняет многое, Равна. Без нее Древорезчица не атаковала бы. Без нее все было бы безопасно. Голос Фама на их с Равной личном канале: – Рав, во время нападения девочка была в обмороке. Но она мне чуть глаза не выцарапала, когда я предположил, что, может, со Стальным и Древорезчицей все наоборот. А стая, которая ее сопровождает, насчет Стального более чем уверена. Равна вопросительно воззрилась через рубку на Зеленожку. Фам не знал, что наездница здесь. Как тяжело. Зеленожка – островок спокойствия в океане безумия, и «Внеполосный-II» ей знаком несравнимо лучше Равны. Стальной заговорил, прервав ее колебания: – Видите, ничего особо не изменилось, только к лучшему. Еще одним живым человеком больше. Как вы можете сомневаться в нас? Поговорите с Джефри; он поймет. Мы сделали все, что в наших силах, для детей в… – Бульканье, и (другой?) голос продолжил: – Холодном сне. – Конечно, конечно, нам очень нужно снова с ним поговорить, Стальной. Это послужит лучшим доказательством твоих добрых намерений. – Хорошо. Подождите несколько минут, Равна. Но, понимаете ли, он и моя страховка на случай вашего предательства. Я знаю, как вы, звездожители, могущественны. Я… боюсь вас. Нам нужно, – булькающие переговоры с кем-то, – поддерживать друг друга против наших страхов. – Гм. Мы что-то придумаем. Просто дай нам поговорить с Джефри. Сейчас же. – Да. Равна переключила каналы: – Что думаешь, Фам? – У меня вопросов нет. Эта Йоханна не наивная дурочка вроде Джефри. Мы всегда подозревали, что Стальной – скользкий типчик. Мы просто кое-что неверно поняли. Место посадки в центре его владений. Он и есть убийца. – Голос Фама упал почти до шепота. – Но, черт подери, это, возможно, ничего и не меняет. У него корабль. Мне надо туда. – Это еще одна засада. – Знаю. Ну и что? Если доберусь до контрмеры, оно… может оправдать потраченные силы. – «Что стоит добавить к самоубийственной миссии еще одну, такую же?» – Я не уверена, Фам. Если мы ему дадим все, чего он требует, он нас убьет, не допустив на корабль. – Он попробует. Ты ему просто зубы заговаривай. Возможно, получится его засечь и выбить чуваку мозги. – Тон Фама не располагал к оптимизму. Тиратект не повела их обратно на корабль и в покои тоже не проводила. Они спускались по замковой лестнице в том секторе твердыни, который примыкал к наружному валу. Впереди шла часть стаи Амди, затем Джефри с остальными щенками, а замыкал процессию синглет Тиратект. Амди продолжал ныть: – Я не понимаю. Я ничего не понимаю. Мы же можем ему помочь. – Я не видел ни одной вражеской пушки, – сказал Джефри. Синглет пустился в объяснения, хотя они казались еще более натянутыми, чем обычно.
Побег через туннели. Джефри, щенки Амди и элемент Тиратект продвигаются по темным туннелям, где Тиратект раскрывает правду о преступлениях Стального Владыки и сообщает о живой Йоханне. Герои слышат через ретрансляцию угрожающие планы Стального и решают бежать, чтобы спастись от его гнева. Тиратект указывает им путь к выходу через систему лазов, предупреждая о необходимости держаться вверх. В финале группа пролезает в узкий проход, оставляя Тиратект позади и направляясь к поверхности.
– А я видел, то есть одним из своих элементов в долине. Мы бросаем в битву все подкрепления. Мы обязаны выстоять, иначе никто из нас не выживет и спасать будет некого. Сейчас вам лучше оставаться здесь. – Откуда ты знаешь? – спросил Джефри. – Ты можешь поговорить со Стальным? – Да, один из моих элементов все еще наверху, с ним. – Тогда скажи ему, что мы ему поможем. Мы даже лучше твоего говорим на самношке. – Сейчас скажу, – быстро ответил элемент в мантии. Бойницы в стенах исчезли. Единственными источниками света оставались факелы, торчавшие через каждые десять метров туннеля. Воздух тут был холодный и пах плесенью; неприкрытые камни поблескивали от влаги. Крохотные двери были не из отполированного дерева, а решетчатые, и за ними тянулась темнота. «Куда мы идем?» Джефри вдруг припомнились темницы из преданий, вроде того, где предательство погубило Вторую Величайшую и Графиню Озера. Амди вроде бы ничего такого не чувствовал. При всей своей озорной натуре щенкостая отличалась доверчивостью; щенки полностью полагались на Стального Владыку. Родители Джефри, однако, никогда его так не воспитывали и даже во время бегства из Высокой Лаборатории так себя не вели. Вдруг мальчик увидел Стального Владыку под иным углом зрения, словно у того отпала нужда сюсюкать. Кроме того, Джефри никогда по-настоящему не доверял зловещей Тиратект, чей элемент теперь откровенно трусил. «На склоне холма не было никаких новых угроз». Страх, упрямство и подозрительность разом перевесили. Джефри упер руки в боки и перегородил дорогу элементу в мантии: – Мы дальше не пойдем. Нам не сюда надо было. Мы хотим поговорить с Равной и Стальным Владыкой! – Внезапное облегчение: – А ты не такой большой, чтобы нас задержать! Синглет резко дернулся, потом сел, опустил голову и подмигнул: – Ага, так ты мне не доверяешь? Имеешь право. Вы никому не вправе доверять, кроме себя самих. – Взгляд элемента переместился с Джефри на щенков, потом вниз по залу, через который они как раз проходили. – Стальной не знает, что я вас сюда привел. Признание получилось таким непринужденным и неожиданным, что у Джефри дух захватило. Он с трудом сглотнул: – Ты привел нас сюда, чтобы убить. Все элементы Амди глазели на Тиратект, вылупив зенки от ужаса. Синглет качнул головой в подобии стайной усмешки: – Думаешь, я предатель? Ну наконец-то у тебя проявилась здоровая подозрительность. Я тобой горжусь. – И синглет снова гладко зажурчал: – Вас, Амдиджефри, окружают предатели. Но я не из них. Я намереваюсь вам помочь. – Я знаю. – Амди ткнулся синглету в морду. – Вы не предатель. Вы единственная были, кроме Джефри, кого я мог потрогать. Нам всегда хотелось вас полюбить, но мы… – Ах-ха, но вы считали необходимым меня подозревать. Ну что ж, иначе вы бы уже умерли. – Тиратект оглядел щенкостаю и насупленного Джефри. – Твоя сестра жива, Джефри. Она там, снаружи, и Стальной все это время знал, что она выжила. Он убил твоих родителей; он совершил почти все преступления, какие повесил на Древорезчицу. Амди отшатнулся, затрясся в испуганных отрицаниях. – Ты мне не веришь? Забавно. Когда-то я считался мастером лжи: своим языком я мог рыбу заманить себе в пасти. Ныне же, когда сработает лишь правда, я не в состоянии вас околпачить… Слушайте. Внезапно синглет заговорил человеческим голосом Стального. Стальной рассказывал Равне, что Йоханна жива, и просил прощения за атаку на нее, которой только что потребовал. Йоханна. Джефри рванулся к элементу Тиратект и упал на колени рядом. Не размышляя, он схватил элемента за горло и стал трясти. Тот, пытаясь освободиться, защелкал клыками. Амди подбежал к мальчику и резко потянул его за рукава. Джефри, очнувшись, отпустил синглета. Морда элемента оказалась в сантиметрах от его лица, и в темных зрачках отразился свет факелов. – Человеческие голоса так легко подделать… – говорил Амди. – Конечно, – пренебрежительно фыркнул Фрагмент. – И я не утверждаю, что это прямая передача. То, что ты слышал, прозвучало несколько минут назад. А вот о чем мы со Стальным говорим прямо сейчас. – Слова самношка оборвались, и по залу раскатилась булькающая стайная речь. Даже проведя с Когтями почти год, Джефри толком не понимал их языка и уловил лишь основной смысл аккордов. Похоже, говорили две стаи. Одна требовала что-то сделать, привести Амдиджефри (аккорды, слагавшие имя, он различил четко). Амдиранифани внезапно замер, точно окоченел, вслушиваясь всеми ушами в ретранслируемые звуки. – Прекрати! – завизжал он. В зале тут же воцарилась гробовая тишина. – Ой, Стальной Владыка, ой, Стальной Владыка… – Все щенки прижались к Джефри. – Он говорит, что сделает нам больно, если Равна его не послушает. Он хочет убить звездников, когда те приземлятся. – Из распахнутых глаз текли слезы. – Я не понимаю… Джефри сгреб Мантию за шиворот: – Может, он и этот разговор подделал? – Не знаю. Я бы точно не смог так правдоподобно говорить за две стаи. – Тела щенят дрожали, прижимаясь к Джефри. Послышался тонкий детский плач, знакомый противный звук хныканья потерявшегося ребенка. – Что нам делать, Джефри? Джефри не отвечал, вспоминая – и наконец понимая – те первые минуты, когда войска Стального спасли его (или пленили?). Воспоминания, впоследствии приглушенные добрым отношением, выползали из закутков. «Мама, папа, Йоханна. Но Йоханна еще жива, она за стенами…» – Джефри? – Я тоже не знаю. М-может, спрячемся? Мгновение они просто переглядывались, и наконец отозвался Фрагмент: – Можно поступить лучше. Вам уже известно о ходах в стенах. Если знаете, где они открываются, можете перебраться почти в любое место. И даже выйти наружу. «Йоханна». Амди перестал хныкать. Три щенка пристально уставились на Тиратект: спереди, сзади, сбоку. Остальные еще жались к Джефри. – Мы тебе все еще не доверяем, Тиратект, – сказал мальчик. – Ну и хорошо, хорошо. Я лоскутная стая, знаете ли. Мне не всегда можно доверять. – Покажи нам все лазы. – «И позволь решить самим». – Времени нет… – Ладно, но ты начни. А покамест ретранслируй то, что говорит Стальной Господин. Синглет нахохлился и возобновил передачу. Зазвучали несколько потоков стайной речи. Элемент в мантии с трудом поднялся на все лапы и повел детей по боковому туннелю, где пристенные факелы почти все уже догорели. Самый громкий звук здесь производила мерно капающая со стен вода. Туннель возвели меньше года назад, но во всем, кроме несглаженных краев камней, он казался древним. Щенки снова расплакались. Джефри потрепал по спинке элемента, который припал к его плечу. – Амди, пожалуйста, переводи мне. Спустя миг Амди неохотно зашептал на ухо: – Стальной Господин снова спрашивает, где мы. Тиратект говорит, что нас завалило, когда во внутреннем крыле рухнул потолок. – И действительно, несколькими минутами раньше раздался звук падающих камней, но очень далеко. – Стальной Господин отослал остальных элементов Тиратект помогать господину Шреку, чтобы нас откопали. Стальной Господин какой-то… другой стал. – Может, это и не он, – прошептал в ответ Джефри. Долгое молчание. – Нет. Это он. Он просто очень рассержен и говорит странные слова. – Напыщенные? – Нет. Страшные. О том, что будет резать и убивать… Равну, тебя и меня. Он… не любит нас, Джефри. Синглет остановился. В этом месте горел последний факел, а дальше не было видно ничего, кроме смутных контуров. Элемент указал в какую-то точку стены. Амди подтянулся туда и толкнул камень. Тиратект продолжала говорить, ретранслируя разговоры снаружи. – Ага, – сказал Амди, – тут проход. И ты тоже пролезешь, Джефри. Думаю… Тиратект сказала человеческим голосом: – Космонавты возвращаются. Я вижу их шлюпку… Я вовремя смылся. Стальной что-то подозревает. Еще несколько секунд, и он бы отдал приказ учинить облаву. Амди заглянул в темный лаз. – Нужно туда пролезть, – сказал он тихо и печально. – Угу. – Джефри опустил руку потрепать Амди по плечу. Элемент подвел его к дыре с острыми краями. Если втянуть плечи, можно протиснуться. Один из щенков уже заползал туда. Остальные сбились в кучу. – Надеюсь, дальше туннель не сужается. Тиратект ответил: – Не должен. Все эти лазы рассчитаны на стаи в легких доспехах. И вот что важно: на развилках держитесь проходов, уходящих вверх. Следуйте все время наверх, и в конце концов выберетесь наружу. Летательный аппарат Фама… мм.. менее чем в пятистах метрах от стены. Джефри даже голову повернуть не мог, чтобы увидеть Тиратект. – А если Стальной Владыка отправит погоню? Короткое молчание. – Скорее всего, он этого не сделает, если не пронюхает, где именно вы вошли. Слишком долго придется вас искать. Но, – голос внезапно стал мягче, – наверху имеются отверстия. На случай, если внутрь проникнут вражеские солдаты, должен быть способ их убить прямо в туннелях. Залить туда нефть. Джефри даже не испугался, такой странной ему показалась идея. – Тогда надо спешить. Он протиснулся в лаз, а остальные элементы Амди полезли за ним. Он уже углубился в каменную стену на несколько метров, когда услышал от входа голос последнего щенка: – А с вами все будет в порядке, Тиратект? «Или это очередная уловка?» – подумал Джефри. Синглет ответил своим сухим, циничным тоном: – Я намерен приземлиться на лапы. А вы, пожалуйста, помните, что это я вам помог. После этого проход закрылся, и они поползли вперед, во тьму.
Спасательная операция и наблюдение. Фам, Йоханна, стая Странник и наездник Синепанцирь на шлюпке ведут скрытную спасательную операцию, пытаясь найти Джефри в замке Стального. В ходе наблюдения они замечают, что Стальной теряет самообладание и готовит применение нефти для уничтожения пленника внутри крепости. Пользуясь дезориентацией врага, Странник передает по громкоговорителям стайные сигналы, чтобы отвлечь внимание защитников. Группа решает двигаться к замку, чтобы найти ребенка до того, как Стальной успеет применить смертоносные методы.
«Переговоры, ага». Фам не сомневался, что идея Стального о «взаимно безопасном месте встречи» была просто прикрытием новых козней. Даже Равну не обманули очередные предложения этой стаи. По крайней мере, ясно, что Стальной импровизирует: все его предыдущие планы и схемы провалились. К сожалению, впускать он их по-прежнему отказывался. Фам бы с радостью отдал жизнь за несколько спокойных часов наедине с контрмерой, но западня Стального могла их погубить, не дав и шанса проникнуть на борт. – Продолжай облет, Синепанцирь. Я хочу, чтобы вид нашей шлюпки его напрягал. Но под выстрел не подставляйся. Наездник взмахнул веткой в знак согласия, шлюпка подпрыгнула над ковром мха, пролетела метров сто параллельно замковым стенам и снова снизилась. Они оказались на нейтральной полосе между армиями Стального и Древорезчицы. Йоханна Ольсндот изогнулась заглянуть ему в лицо. В шлюпке было тесновато; Синепанцирь растянул ветви по наездничьей консоли на носу, Фам и Йоханна устроились позади, а стая по имени Странник заняла все оставшееся место. – Даже если обнаружите передатчик, не стреляйте, пожалуйста. Там рядом может быть Джефри. Стальной уже двадцать минут рассыпался в клятвенных заверениях, что Джефри Ольсндота вот-вот приведут. Фам посмотрел в испачканное, заплаканное лицо девочки: – Мы не станем стрелять, если не будем уверены, в кого попадем. Девочка коротко кивнула. Ей не могло быть больше четырнадцати, но боевые задатки у нее ого-го. Половина его знакомых по Чжэн Хэ бились бы в падучей после такой переделки. А остальные едва ли сумели бы доложить обстановку лучше, чем это сделали Йоханна с приятелем. Фам покосился на стаю. К этим ребятам трудно было привыкнуть. Сперва ему показалось, что у двоих псов растут дополнительные головы, но потом он понял, что это морды щенков, носимых в карманах курток. «Странник» рассыпался по всей кабине; с каким его элементом заговорить? Он обратился к морде, смотревшей в его сторону. – Есть идеи, что делать со Стальным? Стая говорила на самношке лучше самого Фама: – Стальной и Шкуродер хитрее всех и вся, виденного мной в Даннике Йоханны. А Шкуродер притом хладнокровен. – Шкуродер? Не припомню личности с таким именем… Там был какой-то «господин Скорняк», мы с ним говорили. Кто-то из помощников Стального. – Он достаточно хитер, чтобы прикинуться мелкой сошкой… эх, вот нам бы сейчас сесть и обсудить это с Древорезчицей. – В его интонации слышалась тщательно замаскированная просьба. Фам мельком подумал, многим ли стаям свойственна такая гибкость. Если выйдут в космос, из них получатся торговцы – палец в пасть не клади. – Извини, нет времени. На самом-то деле, если не прорваться прямо сейчас, потеряем все. Лишь бы Стальной об этом не догадался. Головы стаи слегка передвинулись. Самый крупный элемент, у которого из куртки торчал обломок стрелы, придвинулся к девчонке. – Ну, если всем заправляет Стальной, шанс у нас остается. Он умен, но в трудной ситуации у него крыша едет. Узнав, что вы обнаружили Йоханну, он наверняка хвосты себе кусает от злости. Выведите его из равновесия, и он еще не таких ошибок наделает. – Он может убить Джефри, – резко ответила Йоханна. «Или взорвать звездолет». – Равна, как там Стальной? Голос Равны ответил из коммуникатора: – Никак. Его угрозы стали несколько менее завуалированными, а самношк теперь сложнее разбирать. Он пытается навести на вас пушку, стоящую к северу от замка; не думаю, что он понимает, насколько далеко мне видно… И он все еще не привел Джефри к передатчику. Девочка побледнела, но промолчала. Рука ее украдкой потянулась сжать одну из лап Странника. Синепанцирь в продолжение спасательной операции был очень немногословен. Сперва потому, что все ветки его были заняты маневрированием, а потом оттого, что девочке и стае столько требовалось всякого рассказать. Фам заметил, что ближние элементы Странника вежливо обнюхивают наездника. Тот не противился; у его расы был богатый опыт контактов с инопланетниками. Но теперь наездник издал резкое «бррап», призывая к вниманию. – Сир Фам, там перед замком какая-то заварушка. Странник уже смотрел туда: одна морда держала подзорную трубу, другая следила за происходящим в окуляр. – Да. Открываются главные ворота для войск. Но зачем Стальному высылать новые силы сейчас? Древорезчица их попросту перемелет. И вправду, враг выпускал пехоту. Стаи вылетали на поле битвы из широкой дыры, формация их была нацелена вперед подобно стреле; так выходили в битву солдаты из воспоминаний Фама. Но стоило им покинуть замок, и поток тел разбивался на группки по четыре-шесть псин, которые разбегались вдоль замкового периметра. Фам наклонился, пытаясь охватить взглядом стены. – Может быть, и нет. Они не переходят в наступление. Они остаются в поле зрения лучников на стенах. – Ага. Но у нас же есть пушки. – Идеальная иллюзия человеческой речи Странника на миг рассеялась: в кабине зазвучали аккорды стайного языка. – Там что-то очень странное. Такое впечатление, что они пытаются кого-то удержать внутри. – А что, из замка есть другие выходы? – Да наверняка. И полно лазов в стенах, шириной с элемента. – Равна? – Стальной вообще прекратил разговор. Он что-то провизжал насчет предателей, проникших в замок. А сейчас я вообще ничего не слышу, кроме стайного бульканья. Фам видел, как от амбразуры к амбразуре по бастионам снуют солдаты, держась над линией войск снаружи. «Что-то разворошило крысиное гнездо». Йоханна Ольсндот в испуганной сосредоточенности неотрывно глядела вперед, сжав свободную руку в кулак. Ее губы дрожали. – Все это время я считала его мертвым. Если они его сейчас убьют, я… – Голос девочки вдруг подскочил: – Что они делают? На стены втаскивали железные котлы. Фам догадывался. При отражении осады на Канберре применили похожий прием. Он посмотрел на девочку, но промолчал. «Мы бессильны». Стая по имени Странник оказалась не столь добра – или не считала нужным ее жалеть: – Это нефть, Йоханна. Они хотят убить кого-то в стенах. Но если он выберется… Синепанцирь, я читал про громкоговорители. Можно мне воспользоваться одним из них? Если Джефри прячется в стенах, Древорезчица может спокойно соскоблить силы Стального с поля боя и бастионов. Фам собрался было что-то возразить, но наездник уже открыл для Странника канал. Над холмом раскатились стайные аккорды. Солдаты вдоль стен оборачивались на звук. Для них это наверняка все равно что глас Божий. Аккорды и трели продолжались еще какое-то время, потом утихли. Голос Равны отозвался из коммуникатора почти сразу же: – Что бы вы сейчас ни придумали, Стальной совсем с резьбы слетел. Я его едва понимаю; он, кажется, сейчас расписывает в подробностях, каким пыткам подвергнет Джефри, если мы не прикажем древорезчикам отойти. Фам хмыкнул: – Ну ладно. Синепанцирь, поднимай шлюпку. – «Хватит церемониться. Хорошо-то как». Синепанцирь вильнул носом шлюпки и набрал высоту. Они полетели вперед немногим быстрее бегущего человека. За ними через гребень холма сыпались новые силы Древорезчицы. Этих ребят карательный рейд Фама основательно оттеснил; не исключено, что все решится, не успеют они даже добраться до замка. Однако Древорезчица била далеко и насмерть: по бастионам расплескались огненные вспышки, пошел дым, прозвучали резкие хлопки. Попытка убить Джефри Ольсндота дорого обойдется Стальному. – А можно просто смести солдат Стального со стены лучеметом? – попросила Йоханна. Фам собрался было кивнуть, потом увидел, что творится в замке. – Там же нефть. Между вражеским кордоном и стенами быстро прибывали темные лужи. Пока не выяснится, где пацан, лучше не играть с огнем. – Ой, – сказал Странник и что-то прокричал в динамик. Залпы древорезчиков прекратились. – Хорошо, – сказал Фам, – а теперь все смотрим на замковую стену. Синепанцирь, лети по периметру. Если заметим ребенка раньше солдат Стального, у нас есть шанс. Равна: – Они равномерно рассыпались вдоль всех стен, кроме северного вала, Фам. Кажется, Стальной понятия не имеет, где мальчишка.
Приказы Стального и уход Шрека. Стальной, находясь в состоянии эмоционального потрясения, отдает приказы Шреку подготовить ловушку для врагов и сломить их дух. После того как помощник уходит, Стальной тайно отправляется к звездолету, чтобы уничтожить его и всех находящихся внутри людей. В замке он сталкивается с Фрагментом Шкуродера, который заявляет о своем возвращении к прежней личности и готовности к переговорам. Стальной осознает, что Шкуродер по сути подчинен воле Тиратект, и в этот момент бросается в финальную схватку, чтобы окончательно уничтожить наставника.
Когда бросаешь вызов Небу, ставки высоки. «И я мог выиграть. Не предай он меня, я бы выиграл». Но теперь маски сброшены, и брутальное превосходство врага – все, что имеет значение. Стальной с трудом пришел в себя после нескольких минут безмысленной истерики. «Небеса мне завоевать не суждено, но, по крайней мере, я отправлю их в Ад. Убью Амдиджефри, уничтожу корабль, за которым прилетели Гости… а самое главное, истреблю предавшего меня учителя». – Владыка? – Это был Шрек. Стальной повернул к нему голову. Истерика отступила. – Как идет заполнение туннелей? – мягко спросил он. О Тиратект он больше не спрашивал. – Почти завершено. Нефть уже переливается через стены замка. – Две стаи пригнулись: сразу за бастионом взорвалась бомба Древорезчицы. Войска ее уже наполовину вернули себе поле – а лучники Стального были заняты, наполняя нефтью туннели и следя за выходами. – Мы могли бы выкурить предателей, Владыка. Перед тем как Древорезчица возобновила обстрел, мы что-то услышали у юго-восточной стены. Но я опасаюсь, что эти, из космоса, увидят, куда мы направляемся. – Его головы спазматически задергались. «Странно видеть, как Шрек разваливается», – мельком подумал Стальной. Шрек был ему верен, как механизм, но теперь привычный мир Шрека рухнул, и помощнику не на что больше было опереться. Осталось только безумие, из коего он некогда и возник. «Если Шрек на грани, значит осада Холма Звездолета близка к концу. Еще немного времени. О большем я не прошу». Стальной напустил на себя уверенности. – Понимаю. Ты хорошо поработал, Шрек. Мы все еще можем победить. Мне ведомо, как мыслят человечьи твари. Если убьем их ребенка, особенно у них на глазах, это сломит их дух – как можно сломить щенка, правильным образом устрашая его. – Да, повелитель. – В глазах Шрека застыло тупое уныние, но этот приказ его удержит, послужит правдоподобным основанием продолжить кутерьму. – Лейте нефть за стены. Переместите солдат туда, где, по твоим предположениям, могут высунуться Амдиджефри. Гости должны это увидеть, чтобы их проняло. И… – «И взорвите корабль беженцев!» — чуть не вырвалось у него, но он вовремя прикусил языки. Взрывчатка, заложенная в Челюсти и Купол над звездолетом, разнесет внутри все, до внешней стены, и большая часть гарнизонных стай погибнет. Если отдать Шреку такой приказ, истинные цели Стального станут очевидны. – И быстро, прежде чем подтянутся силы Древорезчицы. Это последний шанс Движения, Шрек. Стая кланялась, утекая по лестнице. Стальной продержался в величавой позе, надменно взирая на поле боя, пока последний элемент Шрека не пропал из виду. Тогда Стальной перебежал через бастион и швырнул радио на каменные плиты. Устройство не разбилось, и Равна сердито провякала что-то из динамика. Стальной бросил радио и понесся вниз по лестнице. – Ты ничего не получишь! – провизжал он напоследок на стайном языке. – Все, к чему ты стремишься, погибнет! Он ссыпался по лестнице и пересек замковый двор. Нырнул, уходя от наблюдателей, на галерею, опоясавшую Гостеприимные Челюсти. Он бы мог их подорвать, но главный купол и корабль, скорее всего, при этом уцелеют. Нет, надо бить в сердце. Уничтожить звездолет и всех спящих человечьих щенков. Он влетел в тайную кладовую, подцепил два арбалета и дополнительную радиомантию, которой запасся заранее. В мантию была вделана небольшая бомба. Он проверил эту идею на втором комплекте радиоплащей; стая, принявшая сигнал, погибла на месте. Вниз по другой лестнице, в боковой коридор. Звуки битвы стихли. Самым громким звуком теперь был цокот его собственных когтей. Вокруг громоздились бочонки с порохом, провиант, свежезаготовленные доски. До запалов и зарядов оставалось всего пятьдесят ярдов. Стальной замедлился, поджал лапы так, чтобы металл не звякал о камень. Вслушался. Поглядел во всех направлениях. Откуда-то он знал, что здесь другой. Фрагмент Шкуродера. Шкуродер охотился за ним с первого дня жизни, продолжал преследовать даже после того, как в основном умер. Но до этого последнего, несомненного предательства Стальной заставлял себя сдерживать ярость. Вероятно, Хозяин скрылся с детьми, но оставался шанс, что Шкуродер вернется, взыскуя полной победы. Именно ради этого шанса вернулся и Стальной. Он понимал, что и сам скоро умрет. Но мог победить даже в смерти. Убив Хозяина своими зубами и когтями… «О, дорогой Хозяин, приди же, пожалуйста, приди. Молю тебя, явись, воображая, что сумеешь меня одурачить, как прежде». И его желание исполнилось. Он услышал смутный мыслешум. Близко. На стеллажах вздернулись головы. Двойка Фрагмента высунулась из коридора впереди. – Ученик? – Наставник, – ухмыльнулся Стальной. Пятерка в полном сборе, Фрагмент умудрился воссоединиться. Но радиомантий на нем не было. Элементы стояли нагие, шерсть их пестрела гноящимися язвами. Радиобомба теперь бесполезна. Ну что ж, не важно; Стальной видывал трупы, которые выглядели здоровее этой стаи. Он исподтишка взводил арбалеты. – Я пришел убить тебя. Мертвец пожал плечами: – Ты пришел попытаться. В бою клыков и когтей Стальной бы убил его без труда. Но Фрагмент расположил наверху свою тройку, и бочонки выглядели какими-то шаткими. Рывок может оказаться роковым решением. Если же как следует прицелиться… Стальной подался вперед, не доходя совсем чуть-чуть до места, куда могли бы свалиться бочонки. – Фрагмент, ты что, всерьез надеешься выжить? Я не единственный твой враг. – Он ткнул носом назад по коридору. – Там снаружи тысячи таких. Они жаждут твоей смерти. Другой покачал головами в ехидной усмешке призрака. От этого движения вскрылись новые раны, и оттуда закапал кровавый гной. – Милый мой Стальной, ты так ничего и не понял. Это ты дал мне шанс выжить. Разве не видишь? Я спас детей. Даже сейчас я не даю тебе взорвать звездолет. В конечном итоге этим я выторгую себе почетные условия сдачи. Несколько лет я буду очень слаб, но выживу. Сквозь боль от ран проступала прежняя поза Шкуродера. Старого приспособленца. – Но ты фрагмент. Ты на три пятых… – Жалкая училка? – Шкуродер склонил головы и с притворной застенчивостью моргнул. – Она оказалась сильней, чем я ожидал. Было время, она правила этой стаей, но я понемногу прогрыз себе путь обратно. В конце концов я снова стал собой. И остальные мне уже не нужны. «Шкуродер снова целостен». Стальной непроизвольно попятился, чуть не бросившись наутек. Но было тут что-то странное. Да, Шкуродер в мире с собой и вполне самодоволен. Однако, увидев слитную стаю, Стальной заметил в ее позе нечто… Его озарило, и тут же нахлынула невероятная гордость. «В кои-то веки я понял дело лучше Хозяина». – Стал собой, говоришь? А ты подумай. Мы оба знаем, как идет битва душ – через маленькие уступки и большие обманы. Ты воображаешь, что убил ту, другую, но откуда ж у тебя такая уверенность в себе? Ты поступаешь ровно так же, как поступила бы на твоем месте Тиратект. Да, ты думаешь сам за себя, но основа твоей души – от нее. И, как ни крути, эта жалкая училка тебя одолела! Фрагмент на миг растерялся, прозревая. Он потерял концентрацию лишь на долю секунды, но Стальной был начеку. Он выскочил на открытое пространство, спуская тетивы, и ринулся вцепиться врагу в глотки.
Побег из туннеля и встреча с битвой. Джефри и его спутник Амди вместе с щенками пытаются выбраться из сужающегося туннеля, заполненного нефтью. Преодолевая трудности и физическое давление камней, герои выбираются наружу и оказываются в укрытии от войск Стального Владыки. Однако их путь к спасению преграждает озеро нефти, которое мгновенно превращается в бушующее море пламени.
Раньше ползать внутри стен всегда было прикольно. Пускай и темно хоть глаз выколи, но Амди держался впереди и позади, а носы его неизменно указывали дорогу. Раньше Джефри пробирала бы дрожь восторга в преддверии открытий или хихиканье над поглупевшим от умственной цепочки Амди. Но теперь Амди был в ужасе и наступал Джефри на пятки. – Я не могу быстрее! Джефри уже разорвал штаны о сколы камней. Он торопился. Коленки кололо каменной крошкой, но он этого почти не чувствовал. Уткнулся в щенка впереди. Тот остановился и, казалось, озирался во всех направлениях. – Тут развилка. Я бы сказал, что нам… Джефри, что делать? Джефри отшатнулся, стукнувшись макушкой о потолок лаза. За год он привык полагаться на уверенность Амди, его ироничное остроумие, а сейчас… внезапно тонны нагроможденного сверху камня будто навалились на него, сдавливая со всех сторон. Если туннель сузится еще на несколько сантиметров, они тут застрянут. – Джефри? – Я… – «Думай!» – В какой стороне, по-твоему, подъем? – Секундочку. – Элемент во главе цепочки пробежался по одному из отходящих от развилки туннелей. – Не уходи далеко! – закричал Джефри. – Не беспокойся. Я… он знает, как вернуться. – Звуки обратной побежки, и идущий впереди щенок ткнулся ему носом в щеку. – Вот тот лаз идет прямо вверх. Они и пятнадцати метров не успели преодолеть, как Амди что-то услышал. – За нами гонятся? – спросил Джефри. – Нет. То есть я не уверен. Остановись. Послушай… Слышишь? Что-то хлюпает. Что-то вязкое. Нефть. «Останавливаться больше нельзя». Джефри полез вперед и вверх быстрей прежнего. Все время стукаясь макушкой о потолок, обдирая локти о стены, он продолжал карабкаться. По лицу текла струйка крови. Теперь даже он слышал, как льется нефть. Стены туннеля еще больше сузились, коснувшись его плеч. Амди впереди сказал: – Тупик – или выход! – Царапанье. – Не могу пролезть. – Щенок стал извиваться, пытаясь развернуться и протиснуться Джефри между ног. – Лезь вверх, Джефри. Если это такой же туннель, как тот, что я в донжоне нашел, он открывается на самом верху. Совсем рядом с выходом проклятый туннель опять сужался. Джефри вжал голову в плечи и стал протискиваться вперед. Ткнулся в заслонку. Та поддалась, быть может, на сантиметр. Он протиснулся еще немного, зажатый меж стен так тесно, что не мог дыхание перевести. Оттолкнулся что было сил. Камень провернулся в нише, и на лицо мальчика упал свет. Не свет полудня: их все еще закрывали выступы стены. Но Джефри показалось, что ничего прекраснее он в жизни не видел. Еще полметра, и свобода… как раз тут он и застрял. Он дернулся, пытаясь протиснуться наружу, и стало только хуже. Позади сбивался в кучу Амди. – Джефри, у меня задние лапы в нефти. Они залили ею весь туннель позади нас! Паника. На секунду Джефри потерял способность соображать. Так близко, так близко. Он снова различал цвета: на ладонях были красные пятна крови. – Назад! Я куртку сниму и попробую протиснуться. Сдать назад было почти невозможно – так тесно их зажало. Наконец получилось. Он перекатился на бок, выскользнул из куртки. – Джефри! Два моих… в нефти… Дышать не могу… – Щенки лезли на него, шерсть их была скользкой от нефти. Скользкой! – Щас, секунду! – Джефри провел руками по его шерсти, смазал себе нефтью плечи. Вытянул руки прямо вперед и вверх, над головой, и что было сил подтянулся, отталкиваясь пятками. Вокруг смыкались камни, позади жалобно пищали щенки. Его сдавило. Толкай, толкай. Сантиметр. Еще. И наконец он выскользнул наружу. Полегчало. Он упал на землю, приподнялся, развернулся вытащить из дыры ближайшего элемента Амди. Щенок вырывался. Существо бормотало что-то – не на межстайном и не на человеческом языке. Джефри видел, как несколько элементов – тени в туннеле – тянут наверх что-то невидимое. Секундой позже из тьмы ему в руки вылетел холодный мокрый комок шерсти. Еще секунда, и за ним последовал второй. Джефри опустил этих двоих на землю и вытер с их мордочек маслянистую грязь. Один плюхнулся на лапы и начал отряхиваться. Другой кашлял и задыхался. Тем временем из дыры лезли остальные элементы Амди. Восьмерка была вся перемазана нефтью, кто меньше, кто больше. Они пьяно повалились в кучу, вылизывая друг другу мембраны. Щенки жужжали и чирикали что-то непонятное. Джефри отвернулся от друга и побрел на свет. Их прикрывал мощный контрфорс… по счастью. Дойдя до угла, он услышал боевой клич солдат Стального. Припал к углу, выглянул наружу. На миг ему почудилось, что они с Амди вылезли обратно в замковый двор: так много было тут солдат. Но потом Джефри заметил, что впереди стен нет, а холм идет под уклон и из долины поднимается дым. «Дальше что?» Он оглянулся на Амди, который продолжал яростно вылизывать мембраны. Аккорды и сопение щенков стали более осмысленными. Все элементы шевелились. Он отвернулся поглядеть на склон. Его пронзило секундное желание подбежать к солдатам. Так долго были они его защитниками… Один из элементов Амди ткнулся ему в ноги и выглянул из прикрытия: – Ой. Там целое озеро нефти, между нами и войском Стального Владыки. Я… Звук был гулкий, но не такой, как от залпа пороховой пушки. Продлился он почти секунду, а потом перешел в рев. Еще два элемента Амди выглянули из-за угла стены. Озеро превратилось в бушующее море пламени.
Спасательная операция в огне. Во время ожесточенного сражения у замка Синепанцирь, наездник-существо, совершает рискованную операцию по спасению ребенка из зоны пожара. Несмотря на поломку шлюпки и угрозу от стай Стального, Синепанцирь прорывается сквозь стену огня, демонстрируя волю к действию и независимость от «Силы». Фам и его группа наблюдают за этим подвигом, когда наездник, охваченный пламенем, выводит Джефри и остальных из ловушки. В финале герои видят, как Синепанцирь продолжает движение сквозь пылающий нефтяной разлив, чтобы добраться до цели.
Синепанцирь приступил к маневру за двести метров от замковой стены, напротив скопления солдат. Сейчас посадочный модуль завис над ковром мха всего лишь на высоте человеческого роста. – Одним видом мы их гоним прочь, – сказал Странник. Фам оглянулся через плечо. Войска Древорезчицы снова заняли поле и перешли в наступление на замок. Еще максимум шестьдесят секунд, и они столкнутся со стаями Стального. Из вокодера Синепанциря прозвучало громкое «бррап». Фам глянул вперед. – Клянусь Флотом… – вырвалось у него. Стаи на бастионах швыряли в разлитые под стенами лужи нефти нечто вроде зажигательных бомб. Синепанцирь подлетел немного ближе. Параллельно замковым валам тянулись длинные пруды нефти. Вражеские стаи вне стен оказались почитай что отрезаны от своего замка. Не считая полосы шириной тридцать с чем-то метров, вокруг твердыни встала заградительная стена огня. Шлюпка поднялась чуть выше, покачиваясь и вихляя в пламенном вихре. В большинстве мест нефть расплескалась до подножия стен. И стены были устроены хитрее, чем у замков Канберры: оказалось, что там внутри сплошной лабиринт проходов. «Довольно глупо для оборонительного сооружения». – Джефри! – вскрикнула Йоханна, указывая в середку участка, пока не затронутого пожаром. Фам увидел краем глаза, как там из-за контрфорса что-то высунулось и тут же спряталось обратно. – Я тоже его видел. – Синепанцирь наклонил нос шлюпки и скользнул вниз, к стене. Рука Йоханны стискивала кисть Фама, дергалась и тряслась. Он едва слышал голос девочки за криками Странника. – Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… – повторяла она. На миг показалось, что у них получится: войска Стального остались далеко позади, а нефть внизу хотя и разлилась обильно, однако пока не горела. Даже вихрь, казалось, унялся. Именно в этих условиях Синепанциря угораздило потерять управление. Небольшой наклон остался нескомпенсированным, и шлюпку потянуло к земле. Столкновение вышло слабым, но Фам услыхал, как ломается одно из посадочных шасси. Синепанцирь повозился с панелью управления, и суденышко коснулось земли другой стороной. Носовой лучемет увяз дулом в почве. Фам метнул бешеный взгляд на наездника. Он так и знал, что этим кончится. – Что у вас происходит? – спросила Равна. – Подняться сможете? Синепанцирь еще несколько мгновений колдовал над консолью, потом сделал жест, эквивалентный человеческому пожатию плечами. – Да. Но это будет слишком долго… – Он отстегнулся и начал выкатывать тележку из кабины. Люк перед ним откинулся. Шум битвы и рев огня стали громче. – Синепанцирь, какого хрена ты затеял, мать твою? Ветви наездника внимательно склонились к Фаму. – Надо спасать малыша. Тут в любой момент тоже может полыхнуть. – А если мы бросим шлюпку, она тоже поджарится. Синепанцирь, ты никуда не поедешь. Он подался вперед и поймал наездника за нижнюю ветвь. Йоханна в неприкрытой панике смотрела на них. – Не надо! Пожалуйста… Равна тоже закричала на него. Фам напрягся, сосредоточив внимание на наезднике. Синепанцирь придвинулся к нему, откатившись в тесную кабину, и приблизил ветви к лицу Фама. Голос из вокодера сорвался на нелинейный скрежет: – А если я не послушаюсь, что вы мне сделаете? Я вам нужен живым и невредимым, иначе что толку от шлюпки? Я поехал, сир Фам. Я докажу, что я не раб какой-то Силы. А вы можете это доказать? Он сделал паузу. Мгновение человек и наездник смотрели друг на друга, разделенные считаными сантиметрами. Но Фам не делал попыток вцепиться в Синепанциря. Бррап! Ветви Синепанциря отдернулись. Он откатился обратно на край люка, третья колесная ось тележки коснулась земли, и наездник спустился, покачивая корпусом. Фам не шевелился. «Я не программа какой-то Силы». – Фам? – Девочка смотрела на него, хватая за рукав. Нювен стряхнул кошмарное видение и оглянулся. Странник уже выскочил из шлюпки. В челюстях взрослой четверки были короткие мечи, на передних лапах сверкали стальные когти. – Да, хорошо. – Он полез за консоль и достал оттуда спрятанный пистолет. Поскольку Синепанцирь раскокал чертову шлюпку, остается выжать из ситуации все, что еще можно. Осознав это, он словно бы ощутил прохладное дуновение свободы. Отстегнувшись, он вылез наружу. Странник построился вокруг него. Двое со щенками на закорках прикрывались чем-то вроде щитов. Хотя все челюсти стаи были заняты, голос Странника оставался четким: – Может, получится найти проход между… Между огней. Со стен больше не стреляли. Там стало слишком жарко для лучников. Фам с Йоханной пошли за Странником, огибавшим лужи черной вязкой жидкости. – Держитесь от нефти подальше. Стаи Стального Господина появились из-за края пламенной стены. Фам не понял, то ли они атакуют приземлившихся инопланетников, то ли спасаются бегством от их союзников. Впрочем, не важно. Он упал на колено и окатил бегущие к нему стаи огнем. Конечно, не лучемет, особенно на таком расстоянии, но считаться с собой заставляет: передовые собаки рухнули. Остальные налетели на них и споткнулись. Они достигли дальнего края нефтяного разлива. Лишь немногие стаи вбежали туда – бойцы понимали, что может произойти. Большинство скрылось из виду, драпая за шлюпку. Есть ли тут сухой проход? Фам побежал вдоль нефтяной лужи. Должен же быть разрыв этого «рва», иначе бы пламя сюда распространилось. Впереди огненная стена вздымалась метров на двадцать, и жар ее обжигал кожу. По краю стены реяли, медленно оползая к полю боя, стяги дегтярно-черного удушливого дыма; пропущенный сквозь них солнечный свет казался красноватыми сумерками. – Я ничего не вижу! – пожаловался в его ухе голос Равны. – Рав, спокойно. Шанс еще есть. – Если продержаться до подхода войск Древорезчицы… Стаи Стального отыскали безопасный проход и приближались. Что-то просвистело рядом – стрела. Фам упал на землю и окатил наступавших огнем по полной. Знай они, как ограничен его боезапас, продолжали бы наступление, но за несколько секунд атака захлебнулась. Вражеские стаи разделились и побежали прочь, искать удачи в бою с войсками Древорезчицы. Фам развернулся, чтобы посмотреть на замок. Йоханна со Странником стояли в десяти метрах от стены. Девочка вырывалась из объятий удерживающей ее стаи. Фам проследил ее взгляд… Там был наездник! Синепанцирь игнорировал стаи, бежавшие вдоль охваченной пламенем стены. Он продолжал движение вперед, оставляя за собой следы испачканных нефтью колес. Наездник втянул все внешние органы чувств и замотал центральный стебель грузовым шарфом. Он вслепую ехал через раскаленный вихрь, углубляясь в узкую щель между стенами огня. И та продолжала сужаться. От стены замка его отделяло не более пятнадцати метров. Внезапно две ветки протянулись в сторону от ствола, в самое пекло. Там. Сквозь марево пожара Фам увидел ребенка: тот неуверенно выглядывал из-за контрфорса. На плечах мальчика сидели и у его ног суетились маленькие фигурки. Фам устремился вверх по склону. На этой местности у него было превосходство в скорости перед наездниками. Еще можно успеть. С замковых стен слетел пламенный ком и угодил в лужу нефти между Фамом и наездником. Узкий безопасный канал исчез. Перед Фамом взметнулась неразрывная стена огня. – Еще полно чистых участков, – заявил Амди, сбегав на разведку за угол на несколько метров. – Флаер садится! Там… что-то странное… к нам едет. Синепанцирь или Зеленожка? Вокруг метались стаи Стального, но близко не подбегали – наверное, испугались флаера. Летательный аппарат выглядел необычно, характерной страумлианской симметрии в его силуэте не было вовсе. Какой-то перекошенный, точно после аварии. В поле их зрения возник высокий человек и выстрелил в солдат Стального. Джефри выглянул дальше. Рука его рефлекторно вцепилась в шерсть ближнего щенка. К ним катилась повозка на колесах, словно из исторической постановки о временах Нюйоры. По бокам тележки тянулись зазубренные полосы. Сверху торчал толстый шест. Дети рискнули высунуться из укрытия. Космонавт их заметил! Он повернул к ним, из-под колес полетели брызги нефти и клочья выдранного мха. Две обожженных… конечности?.. высунулись из синеватого ствола. Писклявый голосок произнес на самношке: – Быстро, сир Джефри. Времени мало. А за тележкой, по ту сторону нефтяного озерца, Джефри увидел… Йоханну! И тут озерцо взорвалось, по обоим берегам его взметнулись стены пламени, блокируя отход. Космонавт продолжал махать щупальцами, призывая их подойти и залезть к нему в корпус. Джефри схватился за несколько выступавших рукояток и подтянулся внутрь. Щенки запрыгнули следом, цепляясь за рубашку и штаны мальчика. Вблизи Джефри стало ясно, что ствол живой: поверхность его была грязная, местами пересохшая, но мягкая на ощупь и подвижная. Два элемента Амди еще оставались на земле, оглядывая пожар по обе стороны тележки. – Ай! – пискнул ему в ухо Амди. Хоть и близко, а за ревом огня почти не слышно. – Джефри, нам тут ни за что не пройти. Единственный шанс – остаться на месте. Голос космонавта исходил из-за маленькой пластины у основания ствола. – Нет. Если останетесь здесь, погибнете. Огонь распространяется. Джефри согнулся в три погибели, укрываясь за стволом наездника, но его все равно обжигало пышущим жаром. Еще немного, и загорится смоченная нефтью шерсть Амди. Щупальца наездника подцепили закрывавший тележку лоскут цветного материала. – Накройтесь этим. – Он махнул щупальцем в сторону остальных элементов Амди. – Вы оба. Двое на земле скорчились за передними колесами существа. – Слишком жарко, – произнес Амди, – слишком горячо. Но два щенка запрыгнули в тележку и вместе с остальной стаей закутались в странную покрывашку. – Прикройтесь, вы оба! Джефри почувствовал, как наездник стягивает покров над ними. Тележка уже ехала обратно, в пламя. Сквозь каждую щелку накидки нестерпимо жгло. Мальчик отчаянно задергался, пытаясь подоткнуть ее под ноги – сперва одной рукой, потом второй. Ехали они, дико вихляя из стороны в сторону; Джефри едва удерживал накидку. Амди помогал, цепляя ее всеми свободными челюстями. Огонь ревел, как разъяренный зверь, и даже прикосновение накидки опаляло кожу. На каждом ухабе Джефри подбрасывало, и мальчик в испуге стискивал накидку крепче. На какое-то время паника затмила разум. Много, много позже Джефри вспомнил доносившиеся из вокодера тихие звуки и понял, что они означали. Фам бежал в сторону новых очагов пожара. Агония. Он поднял руки к лицу, почувствовал, как пузырится кожа. Отшатнулся. – Сюда, сюда! – сказал позади него Странник, указывая направление. Фам побежал обратно, спотыкаясь на каждом шагу. Стая сидела в неглубокой яме. Щиты она сдвинула вместе, загородившись от новой полосы возгорания. Два элемента уступили бегущему человеку дорогу. Йоханна и стая принялись хлопать его по голове. – У тебя волосы горят! – закричала девочка. Спустя миг пламя улеглось. Странник тоже слегка обгорел. Плечевые карманы были надежно закрыты; впервые из них не выглядывали любопытные щенячьи глазенки. – Я по-прежнему ничего не вижу, Фам, – сказала высоко в небесах Равна. – Что там творится? Быстрый взгляд через плечо. – Мы живы, – прохрипел он. – Стаи Древорезчицы рвут армию Стального в лоскуты. Но Синепанцирь… Он выглянул в щелку между щитов, точно в печку. Прямо у замковой стены, быть может, еще сохранилось немного воздуха. Надежда слабая, но… – Там что-то движется. – Странник тоже на миг высунул голову между щитов, а сейчас убрал, облизывая с двух сторон обожженный нос. Фам снова выглянул в щелку. В огне были сравнительно темные участки, с пониженной температурой, и они… двигались? – Я тоже вижу. – Он почувствовал, как Йоханна тянет голову к щели, напряженно всматриваясь. – Это Синепанцирь, Рав… Клянусь Флотом! – Последние слова такие тихие, что их заглушил треск пламени. Джефри Ольсндота видно не было, но… – Синепанцирь едет прямо сквозь огонь, Рав. Тележка выкатилась из пылающей нефтяной лужи. Медленно, постепенно продвигаясь вперед. Фам видел огонь внутри огня: ствол Синепанциря был сплошь усеян язычками пламени. Ветви наездника не прижаты к стволу, как обычно, а разведены и корчатся в пламени. – Он продолжает. Он едет прямо через пламя.
Последствия столкновения и планы Фама. После столкновения с огненной стеной Синепанцирь погибает, а тележка на автопилоте доставляет выживших к холму. Фам, Странник и Йоханна спасают из-под шарфа мальчика и нескольких щенков, которые приходят в себя после происшествия. Оглядываясь на опустевший замок и осознавая приближение Погибельного флота, Фам принимает решение проникнуть внутрь крепости. Он призывает на помощь Древорезчицу, чтобы та указала путь к цели, и готовится к последнему рывку.
Тележка прокатилась через огненную стену и медленно, подергиваясь, съехала с холма. Синепанцирь не повернул к ним, но, не доезжая до шлюпки, все шесть колес остановились. Фам поднялся и побежал к наезднику. Странник уже брал на передки щиты и выбирался из ямы вслед за ним. Йоханна Ольсндот постояла секунду, всеми покинутая, печальная, одинокая; взгляд ее бесцельно блуждал по завесе огня и дыма, скрывшей из виду замок. Один элемент Странника потянул ее за рукав, уводя от пламени. Фам приблизился к наезднику. Мгновение он молча смотрел на него. – Рав, Синепанцирь мертв; не могу тебе показать, но это точно. Ветки обгорели до обугленных пеньков у самого ствола, а ствол, в свою очередь, треснул от жара. Равна переспросила дрожащим от ужаса голосом: – И что, он так и ехал через пламя, пока горел? – Это невозможно. Он уже на первых метрах умер, дальше тележка везла его на автопилоте. – У Фама перед глазами стояли кошмарные агонизирующие взмахи ветвей в огне. При взгляде на расколотый огнем ствол он на миг отключился. От тележки разило жаром. Странник принюхался к ней и вдруг отскочил, когда нос обожгло. Потом резко сунул туда лапу со стальными когтями и потянул за грузовой шарф. Йоханна с воплем рванулась вперед. Тела под шарфом не двигались, но и не обгорели. Девочка схватила брата за плечи, стащила на землю. Фам опустился на колени рядом. «Дышит ли пацан?» Он слышал, как откуда-то издалека в ухо кричит Равна. Странник по одному стягивал с металлической тележки маленьких собакоподобных существ. Через несколько секунд мальчик прокашлялся. Руки его замолотили по воздуху, наткнулись на сестру. – Амди, Амди! – Его глаза раскрылись, распахнулись шире. – Сестренка! – И снова: – Амди? – Не знаю, – протянул Странник, стоя рядом с семеркой – нет, восьмеркой – грязных щенячьих тел. – Есть какие-то мыслезвуки, но несогласованные. Он потыкал носом в трех щенят. Действия его чем-то напоминали искусственное дыхание. Спустя миг мальчик расплакался, но пламя заглушило этот звук. Он пополз по земле к щенкам, лицо его оказалось прямо напротив одной из голов Странника. Йоханна стояла позади, держа его за плечи, и взгляд ее метался от Странника к недвижимым щенкам. Фам приподнялся на коленях, оглянулся на замок. Огонь немного улегся. Он долго смотрел на черный обгоревший пенек: все, что осталось от Синепанциря. Вспоминал и размышлял. Раздумывал, не могли ли его подозрения оказаться зряшными. Дивился отваге наездника и надежности автопилота, которые стали залогом спасения. Вспоминал месяцы, проведенные рядом с Синепанцирем, дружбу и последующую ненависть… «О Синепанцирь, друг мой…» Пожар медленно угасал. Фам бегал вдоль края отступающей тепловой завесы. Он чувствовал, как возвращается богосколок. И впервые был ему рад, приветствуя маниакальную сосредоточенность и порыв, сметающий все неважное. Он оглядывался на Странника с Йоханной и Джефри, на щенков, которые медленно приходили в себя. Все это было несущественно, отвлекало. Хотя нет, не вполне: оно имело последствия, замедляя продвижение к невероятно важной цели. Он поднял взгляд к небесам. В черных, как сажа, облаках наметились прорехи. Там виднелись красноватые дымные слои более высокой пепельной облачности, а еще выше – редкие пятна лазури. Замковые бастионы опустели, сражение прекратилось. – Какие новости? – нетерпеливо спросил он у неба. Равна ответила: – Я, как и прежде, толком ничего вокруг тебя не вижу, Фам. Крупные соединения Когтей отступают к северу. Похоже, что отступление быстрое и скоординированное. Ничего похожего на «бой до последней капли крови», с которым мы раньше сталкивались. В замке пожаров нет, стай тоже не видно. Решение. Фам обернулся к остальным. С трудом подыскал уместные формулировки для резких команд: – Странник, Странник! Мне нужна помощь Древорезчицы. Надо попасть в замок. Странника не пришлось уговаривать, хотя вопросов у него явно было море. – Ты собираешься перелететь через стены? – спросил он, подскакивая к Фаму. Фам уже бежал к шлюпке. Пропустил Странника вперед, потом влез сам. Нет, на этом корыте он летать не собирался. – Нет. Я просто включу динамик, чтобы твоя начальница услышала мою просьбу показать путь внутрь. Через миг над холмами раскатились звуки стаеречи. «Еще несколько минут. Еще несколько минут, и мы с контрмерой свидимся». Хотя Фам не имел осознанного представления о том, что случится затем, он чувствовал, как собирает внутри силы богосколок, готовясь к последнему рывку, последнему усилию свершить волю Старика. – Где сейчас Погибельный флот, Рав? Ответ пришел незамедлительно. Она следила как за сражением внизу, так и за молотом, готовым прихлопнуть их всех сверху. – За сорок восемь световых лет. – Невнятное бормотание, не в микрофон. – Они еще немного ускорились. Они прибудут в систему через сорок шесть часов… Мне очень жаль, Фам.
Цена спасения и новые границы мира. После героической гибели Синепанциря и последующего самопожертвования Фама Нювена, чьи действия создали защитный барьер от Погибели, мир оказывается в состоянии глубокой трансформации. Равна и другие герои осознают масштаб катастрофы и последствия использования артефактов, изменивших саму структуру Галактики. Параллельно на политическом уровне устанавливается хрупкий мир: Шкуродер, признав свои ошибки, соглашается на условия Древорезчицы и передачу технологий. В ходе путешествий Странник и Равна сталкиваются с последствиями войны, встречая отшедших наемников и принимая решения о судьбе других рас. В финале герои, созерцая ночное небо, анализируют новую реальность, где цена спасения планеты оказалась соразмерна масштабам разрушений. Группа завершает цикл событий, осознавая, что мир изменился навсегда из-за «Возмездия» и самопожертвования лидеров.
Подробный пересказ
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом. Равна прибывает к замку Стального, где ее встречает стая Древорезчицы, и они вместе отправляются к цитадели. Внутри замка Равна находит Джефри и Йоханну, а затем проникает на корабль к Фаму. Она обнаруживает его в состоянии транса, когда он связан с «богосколком» — трансцендентным устройством, способным стать их последней надеждой против приближающейся Погибели. Равна осознает, что Фам жертвует собственной личностью ради вычислительных мощностей, необходимых для работы этой машины.
Равна шла через поле боя к ожидавшим ее стаям. Плотную дымовую завесу уже разорвало, но тяжелый запах дыма еще стоял в воздухе. Склон холма был выжжен до неузнаваемости. С неба замок Стального казался центром огромного черного соска, а вокруг на целые гектары простиралась территория, опустошенная природой и стаями. Солдаты молча уступали ей дорогу. Не один бросал беспокойные взгляды на звездолет за ее спиной. Она медленно миновала их, направляясь к ожидающим. Странный был вид у сидевших на земле стай: будто на пикник собрались, но стесняются друг друга. Вероятно, такая поза у них соответствует тесному совещанию штаба. Равна прошагала к центральной стае, восседавшей на шелковых подушках. С шей взрослых свисали украшенные затейливой резьбой деревянные медальоны, но у некоторых элементов вид был больной и дряхлый. Перед стаей сидели два щенка. Они вылезли вперед точно в тот момент, когда Равна пересекла последний участок ничейной земли. – Э-э… вы Древорезчица? – спросила она. Один из старших элементов ответил женским голосом, до жути правдоподобным: – Да, Равна. Я Древорезчица. Но тебе нужен Странник. Он там, в замке, с детьми. – Ага. – У нас фургон. Мы можем тебя туда подвезти. – Королева указала одной мордой на повозку, стоявшую на склоне. – Но ты ведь могла приземлиться и ближе, не так ли? Равна покачала головой: – Нет… больше нет. На лучшую посадку они с Зеленожкой не сподобились. Головы королевы качнулись в скоординированном жесте. – Я полагала, ты страшно спешишь. Странник говорит, у вас на хвосте целая флотилия. Из космоса. На миг у Равны отнялся язык. «Значит, Фам рассказал им про Погибель?» Ну и к лучшему. Девушка тряхнула головой, пытаясь найти нужные слова. – Д-да. Мы очень спешим. – Данник на ее запястье был подключен к системам «Внеполосного-II». На экранчике неумолимо приближался флот Погибели. Все головы мотнулись в жесте, который Равне остался непонятен. – И ты в отчаянии. Боюсь, что понимаю тебя. «Что, правда? А если так, то разве сможешь ты нас простить?» Но Равна вымолвила только: – Простите. Королева поднялась в карету, и они поехали по склону холма к стенам цитадели. Равна один раз оглянулась. Внизу огромным умирающим мотыльком покоился «Внеполосный-II». Верхние шипы ультрадвигателей возносились на добрую сотню метров, отсвечивая влажным металлическим зеленоватым сиянием. Строго говоря, они не упали на планету: даже сейчас антиграву удавалось компенсировать часть веса корабля. Но с обращенной к поверхности стороны шипы покорежились. За кораблем холм резко обрывался, уходя к воде и островам. Клонящееся к западу солнце отбрасывало неясные тени на острова и замок по ту сторону протоки. Фантастическое зрелище: замки и звездолеты. А дисплей на запястье коммуникатора безжалостно отсчитывал секунды. – Стальной обложил весь купол донжона пороховыми зарядами, – сказала Древорезчица, подняв пару носов и обведя ими сооружение. Равна проследила ее жест. Арочный свод придавал зданию сходство даже не с военным объектом, а с собором века принцесс: громада из розового мрамора соперничала с небесами. Если бы обрушилась, то наверняка погребла бы под собой припаркованный внизу летательный аппарат. Древорезчица сказала, что там сейчас Фам. Они въехали в замок и покатили по темным сырым помещениям. Равна видела уходящие во мрак ряды гибернаторов. Скольких удастся оживить? И удастся ли? Тени были глубоки. – Вы уверены, что войска Стального отступили? Древорезчица помедлила с ответом, глядя в разные стороны. Пока что Равна не умела различать стайной мимики. – В достаточной степени. Если в замке еще кто и остается, их плотно завалило, иначе бы мои поисковики их нашли. К тому же, и это более важно, мы нашли то, что осталось от Стального. – Вот королеве прочесть на лице Равны невысказанный вопрос труда явно не составило. – А ты не знала? Вероятно, Стальной Владыка спустился вниз подорвать заряды лично. Это прикончило бы его, но он всегда был психом. Кто-то не дал ему этого сделать. Там везде кровь. Два его элемента погибли. Остальные бродили вокруг – жалкое зрелище… Кто бы ни убил Стального, он же отдал приказ о быстром отступлении. И этот кто-то чрезвычайно умело уворачивается от прямого столкновения с нами. Он не вернется в ближайшее время, хотя, полагаю, рано или поздно дражайший Шкуродер даст о себе знать. Учитывая сложившиеся обстоятельства, Равна полагала, что этой проблеме материализоваться не суждено. Данник показывал, что флот Погибели прибудет через сорок пять часов. Джефри с Йоханной сидели у своего контейнеровоза, под главным куполом. Они устроились на ступенях откидного трапа, держась за руки. Когда распахнулись широкие двери и въехал экипаж Древорезчицы, девочка встала и махнула ему рукой. Потом они заметили Равну. Мальчик сбежал по трапу и устремился им навстречу через зал, понемногу сбавляя темп. – Джефри Ольсндот? – мягко спросила Равна. Поза его, исполненная достоинства, казалась слишком взрослой для восьмилетки. Бедолага Джефри столько потерял и так долго прожил, располагая столь малым. Равна вышла из кареты и направилась к мальчишке. Он выступил из теней. Вокруг него крутилась целая орава маленьких Когтей. Один щенок повис у мальчика на плече; кое-кто суетился под ногами, умудряясь ни разу не подвернуться, другие просто шли сзади и спереди. Джефри остановился на почтительном расстоянии. – Равна? Она кивнула. – Нельзя ли подойти ближе? Королева так громко думает… Голос был мальчишеский, но губы его не шевелились. Равна прошла оставшиеся метры. Щенки и мальчик неохотно приблизились. Стало видно, что одежки мальчишки порваны, а на плечах, локтях и коленях какие-то повязки. Лицо он вроде бы умыл, но волосы остались липкими и грязными. Он грустно посмотрел на нее и поднял руки – обнять. – Спасибо, что прилетели. Он заговорил тише, уткнувшись ей в грудь, но не расплакался. – Да, да, спасибо вам, спасибо бедному господину Синепанцирю. И это снова был его голос. Грустный, но звонкий. Говорила щенкостая вокруг них. Йоханна Ольсндот подошла и остановилась сразу за стаей. «Ей всего четырнадцать?» Равна протянула девочке руку. – По тому, что я слышала, ты сама себе спасательный отряд. Голос Древорезчицы из кареты сказал: – Так и было. Йоханна изменила наш мир. Равна взмахом руки обвела трап и освещенный проем корабля. – Фам там, внутри? Девочка собралась было кивнуть, но щенки ее опередили. – Да, он там. Они со Странником внутри. Щенки отцепились от мальчика и побежали по трапу. Один задержался подтолкнуть туда Равну. Она пошла за ними, а Джефри следом. – Кто эта стая? – внезапно спросила она мальчишку, ткнув пальцем в щенят. Мальчик замер в удивлении. – Амди, кто ж еще? – Простите, – сказали щенки голосом Джефри. – Я с вами так много разговаривал. Я и забыл, что вы не в курсе. Последовали мелодичные аккорды, а в конце – человеческое хихиканье. Она опустила взгляд на раскачивающиеся мордочки. «Уж конечно, дьяволенок превосходно отдавал себе отчет в том, что дурачит меня». Загадка неожиданно разрешилась. – Рада с тобой познакомиться, – ответила Равна, обозленная и очарованная одновременно. – А теперь?.. – Ага, сейчас есть дела поважнее. – Стая запрыгала вверх по трапу. «Амди», казалось, мотало между маниакальным возбуждением и тихой печалью. – Не знаю, чем они там заняты. Как только мы им показали дорогу, они нас шуганули. Равна пошла за стаей, Джефри держался рядом. Непохоже было, чтобы внутри что-нибудь затевалось. Купол изнутри напоминал гробницу. Вполголоса болтали несколько стражников, и аккорды их эхом отдавались от стен склепа. Но когда было пройдено полтрапа, даже эти звуки стихли, а из откинутого наверху люка по-прежнему ничего не слышалось. – Фам? – Он там. – Йоханна стояла у подножия. Они с Древорезчицей смотрели вверх. Девочка замялась. – Не уверена, что с ним все в порядке. После битвы он… такой странный. Головы Древорезчицы качались, точно королева пыталась пристально разглядеть их против света из люка. – На вашем корабле такая жуткая акустика. Как люди это выдерживают? Амди: – Ай, совсем нет. Мы с Джефри там много времени проводили. Я привык. – Двумя мордами он тыкался в люк. – Не знаю, зачем Фам со Странником нас прогнали. Мы бы посидели себе тихо в другой каюте, и всё. Равна осторожно прошла между передовых щенков и постучала по металлу корпуса. Люк не был задраен; изнутри доносился шум корабельных вентиляторов. – Фам, как дела? Что-то зашуршало, зацокали когти. Крышка люка частично откинулась. На трап излился яркий мигающий свет. Высунулась собачья морда. Равна видела белки ее глаз. «Любопытно, это что-нибудь выражает?» – Привет, – сказало существо. – Гм, понимаешь… Там напряженка. Фам… Не думаю, что Фама надо беспокоить. Равна просунула руку внутрь: – Я не стану его беспокоить, но войти намерена. «Как долго мы сражались ради этой минуты. Сколько миллиардов жизней положили. А теперь какой-то говорящий пес мне сообщает, что там напряженка». Странник опустил взгляд на ее руку. – Хорошо. – Он откинул крышку, позволяя ей протиснуться внутрь. Щенки покрутились у нее под ногами, но, прежде чем Странник одарил их неласковым взором, ссыпались вниз по трапу. Равна этого даже не заметила. «Корабль» был, по сути, обычным контейнеровозом. Но его нынешний груз, капсулы холодного сна, вынесли, и внутри особо ничего не осталось: ровный пол, сотни крепежных скоб. Обстановки Равна тоже почти не заметила. Ее захватил свет. И эта штука. Она проросла из стен и сверкала так ярко, что ближе к центру корабля свет едва можно было переносить. Штука снова и снова меняла форму и цвета: от красного к фиолетовому и розовому. Фам восседал, скрестив ноги, залитый этим призрачным сиянием. Волосы его наполовину сгорели. Руки и кисти тряслись, он бормотал что-то на непонятном наречии. Богосколок. Дважды его явление знаменовало катастрофу. Безумная выходка гибнущей Силы… и последняя их надежда. «О, бедный Фам!» Равна шагнула к нему, но ее удержали зубами за рукав. – Пожалуйста, не отвлекайте его. Ее удерживал крупный пес, весь в боевых шрамах. Остальные элементы стаи – Странника – смотрели на Фама. Дикарь, глядевший на Равну, каким-то образом уловил гнев на ее лице. И стая сказала: – Послушайте, хозяйка, ваш Фам там вроде как в состоянии фуги, он нормальную личность выменял на вычислительные мощности. «Чего?» Странник жаргон, может, и освоил, но едва ли что понял сверх этого. Фам, наверное, говорил с ним. Она шикнула на стаю: – Да понимаю я, понимаю. И уставилась в сияние. Изменчивые формы трудно было охватить взглядом, но они походили на графику, доступную отображению на большинстве дисплеев обычными сечениями многомерных фрактальных пен. В областях самого яркого свечения пена была монохромная, в других местах цвет ее менялся. Свет, вероятно, когерентный: на каждом предмете внутри корабля метались интерференционные пятнышки. Там, где интерференционные зоны сливались, по корпусу при каждой смене цвета ползли темные и светлые полосы. Она медленно подходила ближе, созерцая Фама и… Контрмеру. А чем еще это может быть? Какая-то плесень на стенах, разраставшаяся навстречу богосколку. Это не просто субстрат данных, носитель сообщения, которое следовало маршрутизировать. Это трансцендентная машина. Равна про такие читала: устройства, разработанные в Трансценденции, но предназначенные для Дна Запределья. В этом устройстве нет ничего разумного, ничего, нарушающего препоны Нижних Зон, но здешнюю природу оно использует по полной, чтобы реализовать замысел проектировщика. Проектировщика? Погибели? Врага Погибели? Равна подошла еще ближе. Устройство пронизало грудь Фама, но ни крови, ни ошметков плоти не было видно. Равна приняла бы это за искусную голограмму, не заметь, как человек дергается при каждом изгибе Контрмеры. Фрактальные отростки, усаженные длинными зубцами, вгрызались в него. Ахнув, она чуть не окликнула его по имени. Фам не сопротивлялся. Богосколок охватил его так плотно, как никогда прежде, и поразительным образом успокоил. Надежда и тревога неожиданно вынырнули из укрывищ: надежда, что уж на сей-то раз богосколок сподобится поразить Погибель, и тревога, что Фам при этом погибнет.
Разговор Равны и Фама. Равна и Фам обсуждают мощь Погибели и способ ее уничтожения, в то время как Фам начинает управлять «отливом» энергии, резко увеличивая скорость приближающегося вражеского флота. В это же время Щепетильник, дезертировав с поста, наблюдает за кораблем Равны Бергсдот вместе с существом Данником. Он поражен масштабами и технологиями звездолета, осознавая технологическое превосходство этой машины над их собственными возможностями.
Подергивание артефакта замедлилось. Свет стал бледно-голубым. Глаза Фама распахнулись. Голова повернулась в ее сторону. – Миф наездников правдив, Равна. – Голос его звучал отстраненно. Раздался едва уловимый смешок. – Наездники это знали, я так думаю. В тот раз узнали. Есть те, кому Погибель не по нраву. Те, о ком мой Старик лишь догадывался… Силы над Силами? Равна осела на пол. Дисплей на запястье мигнул. Оставалось меньше сорока пяти часов. Фам увидел, куда она смотрит. – Знаю. Флот не остановится. Так глубоко внизу он представляет собой жалкое зрелище… но для уничтожения этой планеты и всей системы его мощи вполне достаточно. Именно это Погибели и нужно. Погибель знает, что я в состоянии ее уничтожить… тем же способом, каким ее убили в прошлый раз. Равна едва осознавала, что со всех сторон к ней крадется Странник. Все морды стаи смотрели на синюю пену и оплетенного ею человека. – Каким, Фам? – прошептала Равна. Молчание. Затем: – Вся эта зонная турбулентность… это пыталась действовать Контрмера, но без координации. Теперь ее направляю я. Я начал… отлив. Он питается местными источниками энергии. Не чувствуешь? «Отлив? О чем это он?» Она покосилась на запястье и ахнула. Скорость вражеской флотилии подскочила до двадцати световых лет в час – такой прыти можно было ожидать в Срединном Запределье. Без малого два дня форы превратились в два часа. А дисплей уже показал двадцать пять световых лет в час. Тридцать. Кто-то скребся в люк. Щепетильник дезертировал с поста. Ему полагалось следить за подъемом войск по холму. Он это знал, и ему было очень стыдно, но совладать с любопытством он не смог и нарушил приказ. Некоторые штуки его манили так же, как наркомана – сладостные листья кримы. Щепетильник слонялся рядом с кораблем, осторожно придерживая Данник, чтобы его откидные розовые ушки не волочились по земле. В общем-то, охранять Данник было куда важней, чем подгонять солдат. И в любом случае он близко; если потребуется – отдаст команду. С повседневными обязанностями лейтенанты справляются лучше. За последние несколько часов прибрежные ветра отогнали дымные тучи вглубь материка, воздух очистился и стал пахнуть солью. По эту сторону холма сгорело не всё. Уцелели даже некоторые цветы и пушистые семенные стручки. Короткохвостые пташки носились на воздушных течениях, и крики их сливались в летящую от моря радостную музыку, словно обещая, что мир снова станет таким, как был. Щепетильник знал, что это невозможно. Он повернулся всеми головами вниз по холму, туда, где сел корабль Равны Бергсндот. Он прикинул, что уцелевшие шипы ультрадвигателя длиной не меньше ста метров, а корпус – не менее ста двадцати. Он расселся вокруг Данника и откинул мягкую подушку с изображением слоника. О космических кораблях Данник знал многое. Вообще-то, этот звездолет построен не людьми, но контур корпуса вполне стандартный; Щепетильник это узнал из предыдущих сеансов работы с Данником. Двадцать-тридцать тысяч тонн, антиграв-подъемники, сверхсветовой двигатель. Для Запределья – обычная штука. Но видеть ее здесь, глазами собственных элементов! Щепетильник не мог оторвать глаз от звездолета. Тремя головами он работал с Данником, а двумя глазел на зеленый переливчатый корпус. Пушки и солдаты вокруг показались ему ничтожными. Обладая колоссальной массой, корабль едва касался склона. «Сколько же времени пройдет, прежде чем мы сами сумеем такое построить?» Без посторонней помощи, свидетельствовали исторические примеры в Даннике, – столетия. «Чего бы я не отдал за день на борту этой штуки!»
Гибель Фама Нювена. В условиях приближающегося флота убийц Фам Нювен использует мощный артефакт Контрмеру, чтобы локально изменить пространство и замедлить преследователей. В результате этого маневра солнце гаснет, а Галактика погружается в опасные условия Высокого Запределья. Фам жертвует собой, чтобы вызвать «прилив» — катастрофическое событие, которое окончательно блокирует путь вражескому флоту. После гибели Фама Равна осознает, что он достиг своей цели, и остается в глубоком горе на фоне общего смятения на корабле.
Но за кораблем гналась более могущественная сила. Щепетильника передернуло даже под жарким летним солнышком. Он часто слышал рассказы Странника о первой высадке иномирцев. И видел людской лучемет. В Даннике он прочел о бомбах, способных взорвать планету, и других системах запредельного оружия. Работая над пушками Древорезчицы – лучшим оружием из всего ему доступного, – он не прекращал мечтать и удивляться. Но пока не увидел, как парит звездолет над головой, сердцами не ощущал реальности всего этого. А теперь прочувствовал. Но вослед Равне Бергсндот летит флот убийц. Часы мира, быть может, сочтены. Он быстро пробежал поисковые пути Данника: где тут статьи про пилотирование звездолетов? «Даже если часы сочтены, стоит учиться, чему можно». Щепетильник погрузился в картинки и звуки Данника. Он открыл три окна, каждое для своего аспекта пилотирования. Вниз по холму раздались крики. Он поднял голову в неимоверной досаде. Это не сигнал боевой тревоги, а обычные вопли. Как ни странно, послеполуденный воздух нес приятную прохладу. Двумя элементами он глянул вверх: облаков нет. – Щепетильник, смотрите! Смотрите! Пушкари метались в панике. Они показывали в небо… на солнце. Щепетильник прикрыл лицо Данника розовым забралом и затенил головы, чтобы посмотреть на солнце. Светило стояло высоко на юге и ослепительно сверкало. Однако воздух был прохладен, а птицы ворковали, точно собираясь улетать на ночь в гнезда. Неожиданно он понял, что уже пять секунд смотрит на солнце, а глаза еще не болят и даже не слезятся. Никакой дымки в небе не было. Его продрал мороз. Солнце тускнело. Он увидел на его лике темные точки. Солнечные пятна. Он часто видел такие в гляделках Грамотея. Но тогда для наблюдений требовались мощные фильтры. Нечто опустилось между ним и солнцем, высасывая из светила тепло и свет. Стаи на холме возопили. Такого жуткого стона Щепетильник ни разу не слышал от них в бою: вопль ужаса и смятения перед непознаваемым. Синева ушла с небосклона. Воздух вдруг остыл, как глубокой темной ночью. Солнце стало серым люминесцентным диском, подобным бледной луне. И продолжало тускнеть. Щепетильник вжался животами в землю. В нескольких глотках у него поднимался испуганный свист. «Оружие, оружие». Но о таком в Даннике не было ни слова. Теперь поле боя озаряли только звезды. – Фам, Фам. Они через час прилетят. Что ж ты наделал? «Чудо, но во зло?» Фам Нювен шевельнулся в сверкающих объятиях Контрмеры. Ответил он почти нормальным голосом: богосколок отступал. – Что я сделал? Не так много. И больше, чем доступно Силам. Даже Старик лишь догадывался, Равна. То, что страумеры принесли сюда, и есть миф наездников. Мы… я и оно… только что отодвинули границу Зоны вспять. Локальный сдвиг, но мощный. Мы сейчас в условиях Высокого Запределья, а может, и Нижней Трансценденции – локально. Вот почему так ускорился Погибельный флот. – Но… Странник вернулся от люка и унял панику Равны деловитой репликой: – Солнце только что погасло. Головы его покачивались с непонятным выражением. Фам ответил: – Это временно. Надо было чем-то подпитать этот маневр. – З-зачем, Фам? – «Даже если Погибель все равно победит, к чему ей помогать?» Лицо человека стало пустым. Фам Нювен временами почти исчезал за работающими в его мозгу программами. Но затем: – Я… фокусирую Контрмеру. Теперь я понимаю, что она такое, Контрмера… Ее создало нечто над Силами. Может быть, существуют Облачники[23], может, она им сигналит. А возможно, это лишь укус насекомого, который вызывает куда более существенную реакцию. Дно Запределья только что отступило, как прибой перед цунами. – Контрмера воссияла красно-оранжевым огнем, колючки и дуги ее цепко вонзились в Фама. – А теперь, когда мы себя вытащили за волосы в приличную Зону из этого болота… теперь начнется веселье. Ой, как бы Старик повеселился! Заглянуть дальше Сил – за такое и умереть, пожалуй, не жалко. На запястье Равны обновлялись отметки позиций флота. Погибель невиданно ускорилась. – Пять минут, Фам. – И это при том, что они еще в тридцати световых годах. Смех. – А-а, Погибель тоже знает. Именно этого она и боялась. Это ее и убило в ту эпоху. Она мчится вперед, но уже поздно. – Сияние посветлело; похожее на световую маску лицо Фама словно расслабилось. – Что-то… очень далекое… услышало меня, Равна. И оно приближается. – Что? Что приближается? – Прилив. Величайший. Тот, который нас накрыл, покажется ласковой волной. В такие события никто не верит, потому что некому их зарегистрировать. Дно взлетит выше флота. Внезапное понимание. Внезапный прилив дикой надежды. – И они здесь застрянут, правда? Значит, Кьет Свенсндот сражался не зря, и совет Фама не был бесполезен. Во всем Погибельном флоте не осталось ни одного корабля с ионными прямоточными двигателями. – Да. Они в тридцати световых годах. Мы уничтожили все их быстрые суда. Они сюда тысячу лет ползти будут… – Артефакт вдруг сжался, Фам застонал. – Времени мало. Мы в максимальном понижении. Когда придет прилив, он… – Снова болезненный стон. – Я его вижу! Клянусь Силами, Равна, он взлетит высоко и продлится долго. – Как высоко, Фам? – тихо спросила Равна. Она думала обо всех цивилизациях над ними. Там бабочки и те предатели, кто поддержал погром на Сьяндре Кей… И триллионы других, мирно торящих себе путь к вершине. – На тысячу световых лет? Десять тысяч? Не уверен. Призраки Контрмеры, Арне и Сьяна, полагали – так высоко, что заденет Трансценденцию, закуклит Погибель там, где она засела… Вероятно, это и случилось Прежде. Арне и Сьяна? Конвульсии Контрмеры замедлялись. Свет ее ярко вспыхивал и гас. Ярко вспыхивал и гас. Она слышала хрип Фама с каждым мгновением тьмы. Контрмера, спаситель, который погубит миллионы цивилизаций. И прямо сейчас – человека, который ее запустил. Почти неосознанно она потянулась к Фаму, отталкивая эту штуку. Но поднялась гребенка лезвий и преградила ей путь. Фам смотрел на нее и пытался что-то вымолвить. Потом свет погас окончательно. Отовсюду вокруг из мрака донесся шипящий звук и пришел усиливающийся горький запах, который Равна потом так и не сумела забыть. Фам Нювен боли не испытывал. Последние минуты его жизни не поддаются никакому описанию, пригодному для Медленной Зоны или даже Запределья. Так что попробуем метафоры и аналогии. Это было как… это было как… как если бы Фам со Стариком стояли на широком пустынном пляже, а Равна и Когти копошились у их ног. Планеты и звезды стали песчинками. Море ненадолго отступило, позволяя яркой мысли проникнуть туда, где раньше господствовала тьма. Но Трансценденция будет коротка. На горизонте уже громоздилась, возвращаясь, темная стена выше гор: море накатывало обратно. Он воззрился на эту громаду. Фам, богосколок и Контрмера погружения не переживут даже по отдельности. Они вызвали катастрофу, превосходящую всякое разумение, и погрузили значительную область Галактики в Медленную Зону: глубоко, как Старую Землю, и столь же основательно. Арне, Сьяна, страумеры и Старик отомщены… и Контрмера исполнена. А Фам Нювен? Инструмент, который был использован и теперь будет выброшен. Человек, которого не было. Нахлынул прилив, унося их в глубины. Вниз, прочь от сияния Трансценденции. Снаружи снова засияло солнце планеты Когтей, но в разуме Фама смыкались все створки, а чувства сводились к зрению глазами и слуху ушами. Он чувствовал, как уползает в небытие Контрмера, выполнив задание без единой сознательной мысли. Призрак Старика продержался чуть дольше, отступая и возвращаясь вместе с колебаниями мыслительного потенциала. Но самосознания Фама он не отключил. В первый раз он не оттеснил его прочь. В первый раз он касался поверхности разума Фама нежно, как человек, поглаживающий верного пса. Но ты не пес, ты скорей храбрый волк, Фам Нювен. Оставались секунды до полного погружения в Безмысленные Глубины, где умрут навеки слитые воедино тела Контрмеры и Фама Нювена. Воспоминания смешивались. Дух Старика отступил, показывая скрытые все это время факты. Да, я построил тебя из нескольких тел в Кладовке Маршрутизатора. Но лишь один разум и один набор воспоминаний я мог оживить. Сильного, отважного волка – такого сильного, что я бы тебя ни за что не обуздал, сперва не заронив в тебя сомнения… Где-то падали барьеры. Отказывали последние меры контроля Старика – а может, то был его прощальный дар. Сейчас уже было не важно, что там говорит призрак, ибо Фам Нювен узрел истину непреложную. Канберра, Синди, века странствий с Чжэн Хэ, последний полет «Дикого гуся». Все это было на самом деле. Он поглядел на Равну. Она столько для него сделала. Она столько вытерпела. И, даже не веря ему, она его полюбила. «Все в порядке. Все в порядке. – Он пытался дотянуться к ней, сказать ей. – Я настоящий, Равна!» Тогда Глубины навалились на него всей тяжестью, и больше он ничего не узнал. В дверцу люка снова стучали. Она услышала, как Странник идет туда. Внутрь проник свет. Джефри завопил: – Солнце вернулось! Солнце!.. Эй, а чего тут так темно? Странник: – Артефакт, ну, та штука, которой помогал Фам, выключился. – Вы чё, вырубили весь свет? – Люк полностью откинулся, внутрь просунулась голова мальчика, очерченная сиянием факела вместе с несколькими щенячьими мордами. Он пролез в люк, девочка следом. – Выключатель вон там, видишь? С закругленных стен пролился мягкий белый свет. Все как обычно, все по-человечески, кроме… Джефри застыл как вкопанный, прижав ладонь ко рту, с глазами навыкате. Обернулся и приник к сестренке. – Что это? Что это? – спросил его голос из открытого люка. Равне захотелось ослепнуть. Она упала на колени. – Фам? – тихо позвала она, зная, что ответа не будет. Останки Фама Нювена лежали внутри Контрмеры. Артефакт перестал сиять. Истерзанный контур его потемнел и скорчился. Сейчас он больше всего походил на обгоревшую корягу… но коряга эта сжимала лежащего человека и нанизала его на себя. Крови и огарков не было. Там, где артефакт проткнул Фама, остались пепельные пятна; плоть и машина сливались воедино. Странник подошел и ткнулся носами совсем рядом с недвижным артефактом. В воздухе по-прежнему висела горькая вонь. Пахло смертью, но не обычной гнилью: тут умерло создание из плоти и чего-то иного. Равна глянула на запястье. Информация на дисплее упростилась до нескольких строк символов и цифр. Ультрадвигателей не обнаружено. «Внеполосный-II» сообщал о трудностях с навигацией. Они были глубоко в Медленной Зоне, вне досягаемости любой помощи, вне досягаемости Погибельного флота. Она посмотрела в лицо Фама. – Ты это сделал, Фам. Ты это и вправду сделал, – сказала она тихо, самой себе. Дуги и петли Контрмеры истончились и стали хрупкими. А тело Фама Нювена стало их частью. «Как разломить эти дуги, не разбив?..» Странник и Йоханна мягко увлекли Равну прочь из каюты контейнеровоза. Следующие несколько минут изгладились из ее памяти, и как выносили тело, она тоже не запомнила. Синепанцирь и Фам погибли безвозвратно. Потом все оставили ее. Не от недостатка сочувствия, но потому, что катастрофы, странные события и чрезвычайные ситуации были в изобилии. Следовало позаботиться о раненых. Не исключалась вражеская контратака. Воцарилось великое смятение, и отчаянно требовалось навести порядок. Она всего этого почти не замечала. Для нее завершилось долгое отчаянное бегство, и силы ее окончательно покинули. Равна просидела на ступенях трапа, наверное, бо́льшую часть дня, в молчаливом бездумном горе, едва осознавая, что Зеленожка включила ей через данник свою песню моря. В конце концов до девушки дошло, что она уже не одна. И дело было не только в заботе Зеленожки. В какой-то момент вернулся мальчик. Он сидел рядом с Равной, а вокруг рассыпались щенки и тоже молчали.
Подготовка к встрече. После великой битвы на землях Шкуродера установилось относительное спокойствие, и крестьяне начали восстанавливать жизнь. Королева и Древорезчица получили тревожные слухи о том, что Шкуродер мог оставить на севере укрепленные редуты с остатками своих войск. Несмотря на опасения перед возможными ловушками и партизанской войной, ситуация разрешилась внезапно: через двадцать дней после сражения на горизонте появилась стая с сигнальными рожками. Равна и Йоханна заметили приближающихся людей, несущих длинный штандарт, что ознаменовало начало встречи.
Мир снизошел на земли, составлявшие некогда домен Шкуродера. По крайней мере, вражеских стай видно не было. Кто бы ни отвел их с поля боя, маневр был выполнен искусно. Шли дни, из берлог начали выбираться испуганные крестьяне. Те, кто не был ошарашен случившимся, в основном радовались падению старого режима. Жизнь возвращалась на поля, крестьяне делали, что могли, спасая остатки урожая после самого страшного за последнее время сезона пожаров и величайшей битвы в истории этих земель. Королева послала гонцов на юг возвестить о победе, но возвращаться, казалось, не торопилась. Войска ее помогали крестьянам и всячески старались не слишком отягчать их своим присутствием. А еще рыскали по цитадели на Холме Звездолета и старой твердыне на Тайном Острове. В подвалах замка обнаружились подтверждения жутким рассказам, годами ходившим из уст в уста. И никаких следов исчезнувшей армии. Местные наперебой делились собственными наблюдениями, в большинстве своем зловещими: многие считали, что Шкуродер, уходя в Республику, оставил на севере редуты. Там были войска, хотя, по слухам, Стальной давно уже отозвал эти силы и бросил в бой. Крестьяне северной долины заявляли, что видели отступление шкуродерников. Некоторые клялись, что встречали Шкуродера то там, то сям, точнее, встречали двойки и синглеты в одеяниях цветов Владыки. Даже местные относились к таким историям с сомнением – в самом деле, что за россказни: Шкуродер-де рассыпался повсюду, разбился на разделенные километрами синглеты и координирует отступление. Равна и королева этим рассказам верили: у них на то были свои причины. Но проверять истинность слухов было бы глупо. Экспедиционный корпус древорезчиков был невелик, а леса и долины тянулись к северу более чем на сто километров, до места, где к морю спускались Ледовые Клыки. Этих мест Древорезчица не знала. Если Шкуродер укреплял территорию десятилетиями (а у стай это было обычным делом), стоило ожидать, что там полно ловушек, и даже несколько десятков партизан могут серьезно потрепать армию. Пускай отсиживается там, и остается надеяться, что его редуты серьезно выскреб Стальной. Древорезчица полагала, что это станет самой серьезной проблемой следующего века. Но все разрешилось куда быстрее. Именно Шкуродер стал искать с ними встречи, притом не для контратаки. Примерно через двадцать дней после битвы, в конце дня, когда солнце ненадолго опустилось за край северных холмов, прозвучали сигнальные рожки. Равна с Йоханной проснулись и бросились на замковый парапет. Вдалеке горел своеобразный закат – холмы за северным фьордом темными силуэтами маячили на оранжево-красном фоне. Советники Древорезчицы настороженно впились множеством глаз в линию холмов. У нескольких были с собой подзорные трубы. Равна передала бинокль Йоханне. – Там кто-то есть. – Темная на фоне сияющего неба, шла стая, вознеся над собой длинный штандарт. Каждый элемент держал свое древко. Древорезчица смотрела сразу в две подзорные трубы, и с учетом стереобазы, доступной стае, это было эффективнее прибора Равны.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера. Древорезчица, Равна и Странник встречаются на северном склоне холма с Шкуродером, который прибыл к ним один, чтобы предложить мир. В ходе переговоров Шкуродер признается в своем прошлом и заявляет о желании измениться, хотя Древорезчица с недоверием относится к его искренности. После напряженного диалога стороны договариваются о мирном соглашении, включающем разведение войск, передачу технологий и установление новых границ. Встреча заканчивается подписанием условий, по которым Шкуродер обязуется прекратить эксперименты и подчиниться надзору королевы.
– Вижу. Между прочим, этот флаг означает предложение перемирия. Думается, я знаю, кто его несет. – Она что-то булькнула Страннику. – Давненько мы с ним не разговаривали. Йоханна все еще глядела в бинокль. Наконец она пробормотала: – Он же… создал Стального, да? – Да, солнышко. Девочка отвела бинокль от глаз: – Тогда… лучше мне с ним не пересекаться. Голос ее прозвучал отстраненно. Они повстречались на северном склоне замкового холма всего через восемь часов. Солдаты Древорезчицы это время провели, обыскивая долину. И не только затем, чтобы выявить возможные ловушки: на встречу явилась особенная стая, которой многие местные желали смерти. Древорезчица прошла туда, где холм очень круто обрывался к лесу. Равна со Странником проследовали за ней, держась на близком, по меркам Когтей, расстоянии в десять метров. Древорезчица в преддверии встречи была неразговорчива, а вот Странника одолело словесное недержание. – Именно этой дорогой я в первый раз поднялся на холм, год назад, при посадке первого вашего корабля. Видишь? Вон там факел опалил деревья. Хорошо еще, что тот год выдался не настолько засушливый. Деревья стояли тесно, однако отсюда были видны только кроны. Даже в засуху от них поднимался аромат смолы. Слева шумел небольшой водопад и бежала тропинка на дно долины – по ней и согласился подняться парламентер. Странник называл дно долины «крестьянскими хозяйствами». Равне казалось, что там царит полный хаос. Когти выращивали различные растения на одном и том же участке, изгородей не использовали, даже скоту загонов не строили. Там и сям торчали избушки с крутыми крышами и закругленными наружу стенами: в краю суровых зим этого и следовало ожидать. – А там целая толпа, – заметил Странник. Равне так не казалось: много мелких групп, каждая примерно со стаю, на порядочном расстоянии друг от друга. Они жались к избушкам. Еще больше рассеяно в полях. Стаи Древорезчицы стерегли дорогу через долину. Она почувствовала, как Странник прижимается к ней. Одной шеей вытянулся на уровне ее пояса, показывая: – Это, наверно, он. Один, как и обещал. И… – Частью себя Странник смотрел в подзорную трубу. – Вот это сюрприз. Одинокая стая плелась по дороге мимо солдат Древорезчицы. Она катила небольшую тележку – вероятно, там сидит один из ее элементов. Покалечился? Крестьяне напирали на оцепление, бежали параллельно одиночке. Она слышала булькающее межстайное ворчание. Когда Когти этого хотели, они могли говорить очень, очень громко. Солдатам приходилось отгонять тех, кто подошел к дороге слишком близко. – Я думала, они нам благодарны. После битвы на Холме Звездолета это было самое близкое подобие насилия в исполнении стай. – А они благодарны. Большинство требуют казни Шкуродера. Шкуродер, Скорняк. Стая, которая спасла Джефри Ольсндота. – И они одну-единственную стаю так ненавидят? – Любят, ненавидят и боятся – все в одном флаконе. Они больше века жили под его ножами. И вот он здесь, калека, без охраны. А они все же боятся его. Внизу достаточно крестьян, чтобы смять наше оцепление, но они не слишком сильно напирают. Тут был домен Шкуродера, и он обращался с этими землями, как рачительный хозяин со своим двором. Что еще хуже, он и подданных, и владения превратил в материал для великого эксперимента. Из Данника я узнал, что монстр-Шкуродер значительно опередил свое время. Некоторые там жаждут убить Хозяина, но никто не уверен, что им это нужно… – Он помолчал мгновение, приглядываясь. – И знаешь, что их пугает больше всего? Что он явился один, без какой-либо подмоги. «Ну-ну». Равна коснулась пистолета Фама в кобуре у себя на поясе. Тяжелая, тупорылая штука… и она радовалась, что оружие при ней. Она посмотрела на запад, в сторону Тайного Острова. «Внеполосный-II» теперь стоял за бастионами, надежно защищенный. Если Зеленожка не сладит с низкоуровневой перепрошивкой, кораблю больше не подняться в небо. И Зеленожка не питала по этому поводу оптимизма. Но они с Равной смонтировали на одной из грузовых палуб корабля лучемет, и дистанционное управление этой штукой оказалось проще простого. Может, у Шкуродера припасены сюрпризы, но есть они и у Равны. Пятерка исчезла за обрывом. – Он скоро поднимется, – сказал Странник. Один из его щенков встал взрослому на плечи и прислонился к руке Равны. Девушка усмехнулась: ее личная новостная лента. Она подняла щенка и усадила себе на плечо. Остальные элементы Странника расселись на краю обрыва и стали ждать. Равна оглядела остальных спутников королевы. Древорезчица расставила справа и слева стаи арбалетчиков. Шкуродер сядет прямо перед нею и немного ниже. Равне подумалось, что Древорезчица наверняка нервничает: ее элементы постоянно облизывали губы, со змеиным проворством мелькали тонкие розовые язычки. Королева расселась точно для группового портрета: высокие элементы позади, двое щенков – впереди, вытянувшись во весь росточек. Большей частью взглядов Древорезчица следила за обочиной тропы в том месте, где должен был показаться и подняться на террасу парламентер. Наконец послышался цокот когтей по камню. Над краем тропы возникла морда, следом остальные. Шкуродер вылез на мшистый ковер, его двойка подтащила наверх колесную тележку. Элемент в тележке сидел очень прямо, задние лапы и огузок его были укутаны одеялом. За исключением белых кончиков ушей, не было в нем ничего особенного. Стая завертела головами во все стороны. Одна в замешательстве глядела на Равну все время, пока шла по склону к королеве. Скорняк – Шкуродер – и был тем, кто носил радиомантии. Теперь их на нем не было. Сквозь разрезы в куртках Равна видела места, где шерсть вылезла начисто. – Шелудивая дворняжка, э? – сказал голосок Равне на ухо. – Прикольно. Ты зацени, какой у него невинный вид! Королева не шевелилась. Застыв как вкопанная, она смотрела на приближающуюся стаю. Несколько ее носов подрагивали. Четверка Шкуродера выкатила тележку вперед и помогла белоухому слезть. Равна увидела, что задние лапы элемента, укутанные до того одеялом, неестественно вывернуты и неподвижны. Пятерка расселась спина к спине. Покрутила шеями, выгнула вверх и наружу, словно конечности единого существа. Стая пробулькала что-то напомнившее Равне птичьи трели. Странник сей же миг начал переводить через щенка на плече Равны. Щенок заговорил новым голосом, традиционным для злодея из историй для детей, сухим и сардоническим. – Приветствую… Родительница. Столько лет прошло. Древорезчица мгновение молчала. Потом что-то булькнула в ответ, Странник перевел: – Ты узнаешь меня? Шкуродер склонил к Древорезчице одну голову: – Не элементов, но душу. Это же очевидно. Королева опять помолчала. Странник добавил тоном комментатора: – Бедная моя Древорезчица. Не думал, что ее можно так смутить прилюдно. – И вдруг, уже Шкуродеру, громко и на самношке: – А ты для меня не был так очевиден, о бывший спутник в странствиях. Я тебя помню как Тиратект, скромную училку из Длинноозерья. Несколько голов повернулись к Равне и Страннику. Существо ответило на очень приличном самношке, хотя и детским голоском: – Приветствую тебя, Странник. И тебя… Равна Бергсндот? Да. Я – Шкуродер-Тиратект. – Головы стаи склонились, глаза поморгали. – Хитрый жук, – пробормотал Странник. – С Амдиджефри все в порядке? – вдруг спросил Шкуродер. – А? – сперва не поняла Равна. Потом: – Да, с ними все хорошо. – Отлично. – Все головы повернулись к королеве, и существо продолжило на межстайном: – Я почтительнейше явился заключить мир с моей родительницей, дорогой Древорезчицей. – Он что, на полном серьезе такое отчебучил? – прошептала Равна щенку у себя на плече. – А с чего бы мне приукрашивать? Древорезчица резко гавкнула, и Странник перевел человеческим голосом королевы: – Мир? Ой, сомневаюсь, Шкуродер. Более вероятно, что ты взыскуешь передышки, желая перестроиться и снова попытаться убить нас всех. – Хотел бы перестроиться, это правда. Но я изменился. «Скромная училка» меня несколько… смягчила. Тебе это так и не удалось, родительница. – Что? – Странник умудрился передать в одном слове обиженное удивление. – Древорезчица, а ты никогда не задумывалась? Ты величайшая из стай этой части света, быть может, величайшая в истории. И стаи, которые ты сотворила, тоже выдающиеся личности. Но задумывалась ли ты когда-то, кто из них самый способный? Ты слишком хорошо надо мной поработала. Ты проигнорировала инбридинг и (затрудняюсь подобрать точный перевод), и ты создала… меня. Со всеми… чудачествами, которые тебе так досаждали последнее столетие. – Я… я обдумала эту ошибку и с тех пор работала старательнее. – Да-да, как с Пронырой. (Ой, ты глянь на мою королеву. Он ее серьезно задел.) Ладно уж, ладно. Проныра вполне может оказаться ошибкой иного рода. Суть в том, что ты создала меня. Раньше я полагал это величайшим творением твоего гения. Теперь… не уверен. Я хочу измениться. Внести поправки и жить в мире. – Одна из его голов смотрела на Равну, другая обратилась к «Внеполосному-II» на Тайном Острове. – И есть во Вселенной другие цели, достойные нашего гения. – Слышу прежнее высокомерие. С чего бы мне сейчас тебе доверять? – Я помог спасти детей. И спас корабль. – И ты всегда был величайшим приспособленцем мира. Головы Шкуродера сдвинулись назад. – (Это вроде пренебрежительного пожатия плечами.) У тебя преимущество, родительница, но на севере я еще силен. Давай договариваться о мире, иначе я тебе устрою десятилетия саботажа и войн. Древорезчица так взвизгнула, что уши заложило. – (Это, если ты не догадалась, признак раздражения.) Наглец! Я тебя могу на месте прикончить и устроить себе столетие более или менее мирной жизни. – Готов побиться об заклад, что ты меня не тронешь. Ты обещала мне безопасность, поодиночке и в целости. Одно из самых сильных твоих душевных качеств – презрение ко лжи. Задние элементы Древорезчицы присели, а передовые щенки сделали несколько быстрых шагов навстречу Шкуродеру. – Мы десятилетия не виделись, Шкуродер! Если ты изменился, отчего бы не измениться мне? На миг все элементы Шкуродера оторопели. Потом часть стаи медленно поднялась и осторожно придвинулась к Древорезчице. Стаи арбалетчиков по обе стороны места встречи прицелились в него. Шкуродер остановился метрах в шести или семи от Древорезчицы. Помотал головами из стороны в сторону, пристально изучая королеву. Наконец вымолвил удивленным, почти опешившим голосом: – Да, почему бы и нет… Древорезчица, после стольких веков ты… изменила себе? Эти новые элементы… – Не только мои. Все верно. – Странник почему-то довольно захихикал Равне на ухо. – Ну что ж. Тогда… – Шкуродер вернулся на прежнее место. – Я все равно хочу мира. – (Древорезчица вроде бы удивилась.) А ты и вправду изменился. Сколько в тебе от настоящего Шкуродера? Долгая пауза. – Двое. – Очень хорошо. В зависимости от условий, может, и заключим мир. Принесли карты. Древорезчица потребовала указать позиции основных войск Шкуродера. Их следовало разоружить под присмотром двух или трех стай королевы на каждую боевую единицу, с отчетами по гелиографу. Шкуродера обязали вернуть радиомантии и предоставить их для исследования. Тайный Остров и Холм Звездолета отходили Древорезчице. Двое начертили новые границы и заспорили о способах надзора королевы за оставленными Шкуродеру владениями. Солнце достигло полдневной точки в южных небесах. В полях внизу крестьяне давно оставили угрюмую стражу и вернулись к работе. Лишь арбалетчики королевской охраны продолжали напряженно наблюдать. Наконец Шкуродер отступил от своего края карт. – Да-да, твоим стаям будет позволено наблюдать за моей работой. Никаких… ужасных экспериментов. Я стану кротким собирателем знаний (сарказм, что ли?), как и ты. Древорезчица мотнула головами, по мордам точно рябь прокатилась. – Возможно, располагая содействием двуногих, я тебе это и позволю. Шкуродер поднялся, развернулся, чтобы помочь калеке влезть на тележку, но помедлил. – Ага, и последнее, дорогая Древорезчица. Так, пустяк. Я убил двух элементов Стального, когда он пытался уничтожить звездолет Джефри. (Если быть точным, раздавил их, будто клопов. Теперь понятно, отчего Шкуродер стал калекой.) Остальные у тебя? – Да.
Договоренность с Древорезчицей. Равна и Йоханна осматривают изуродованные остатки стаи Стального, которая находится в состоянии глубокого ужаса. Шкуродер просит разрешения у Древорезчицы забрать и позаботиться об этих существах, несмотря на её первоначальный отказ. Чтобы добиться согласия, Шкуродер готов отказаться от всех предыдущих договоренностей и обещает отказаться от методов боли и вивисекции. В итоге Древорезчица соглашается на его просьбу, позволяя ему забрать остатки стаи.
Равна видела, что осталось от Стального. Они с Йоханной посещали многих раненых, рассчитывая перестроить автохирург «Внеполосного-II» на планете Когтей. Но в случае Стального интерес был скорее мстительный: стольких невинных погубила эта тварь. Впрочем, обломки Стального в медицинской помощи не нуждались. У них нашлось несколько царапин (и то Йоханна подозревала, что Стальной сам себя ранил) да вывих одной лапы. Сама стая, однако, представляла собой душераздирающее зрелище – ментальную развалину. Она сбилась в углу загона, дрожа от ужаса и зыркая во все стороны. То и дело судорожно клацала пара челюстей, порой какой-то элемент пытался перелезть через ограду. Тройка не обладала интеллектом человеческого уровня, но говорить умела. Увидев Равну и Йоханну, трое так выпучились на них, что показались белки, и завизжали что-то едва понятное на самношке. Кошмарная смесь угроз и мольбы: «Не режьте меня, не режьте!» Бедная Йоханна расплакалась. Она почти год ненавидела стаю, которой были эти трое, но… – Они в жалком состоянии. Плохо быть тройкой, но им никто не позволит разрастись. – Ну ладно, – сказал Шкуродер. – Я бы хотел позаботиться об этих остатках. Я… – Ни за что! Он был почти так же умен, как ты, хотя и достаточно безумен, чтобы проиграть. Я не позволю тебе его вернуть. Шкуродер собрался вместе, посмотрел всеми глазами на королеву. «Голос» его был тих и вкрадчив: – Древорезчица, пожалуйста. Это сущая мелочь, но я, – он ткнул мордой в карты, – откажусь от всех предыдущих договоренностей, если ты мне этого не позволишь. – (Ой-ой.) Арбалетчики внезапно встали на изготовку. Древорезчица частично разошлась вдоль карт, подойдя к Шкуродеру так близко, что мысли их наверняка столкнулись. Она свела головы вместе и пронзила его яростным взором: – Если это сущая мелочь, к чему рисковать всем ради нее? Шкуродер на миг сомкнулся, его элементы в буквальном смысле посмотрели друг на друга. Равна еще не видела у стай такого жеста. – Потому что я это затеял! То есть… Стальной – величайшее мое порождение. В каком-то смысле я им горжусь. Но… я за него отвечаю. Ты разве не чувствуешь того же к Проныре? – У меня на Проныру свои планы, – пробурчала королева. – (На самом-то деле Проныра жив-здоров. Боюсь, королева столько ему наобещала, что теперь не сможет поквитаться.) – Я хочу возместить Стальному ущерб, который ему причинил. Ты поймешь. – Понимаю. Я видела Стального, я знаю твои методы: ножи, страх, боль. Тебе больше не позволено так поступать! Равне показалось, что из долины долетела слабая музыка, чужое напевное сплетение аккордов. Это ответил Шкуродер. В голосе Странника-переводчика не было и капли сарказма: – Никаких ножей, никакой вивисекции. Я сохраню свое имя, но пускай другие дадут мне новое, когда наконец сообразят, что… Тиратект победила, по-своему. Дай мне шанс, Древорезчица. Молю тебя. Двое больше десяти секунд простояли, глядя друг на друга в упор. Равна переводила взгляд со стаи на стаю, пытаясь понять язык тел. Все молчали. Даже Странник не осмелился пуститься в рассуждения ей на ухо о том, ложь это или весточка от новой души. Древорезчица решилась: – Хорошо. Забирай его.
Путешествие Странника и посадка на острове. Странник Викврэкшрам на шлюпке «Внеполосного-II» совершает опасный полет над океаном, в ходе которого он и его спутницы — Равна и загадочная наездница Зеленожка — достигают изолированного атолла. Странник успешно совершает посадку на острове, где находит временное пристанище и погружается в воспоминания о прошлом. Зеленожка решает остаться на острове на долгие годы, чтобы в одиночестве переосмыслить свои воспоминания и вырастить потомство в память о погибшем спутнике. В финале герои выбирают для Зеленожки наиболее бурный участок побережья, где она планирует провести свои годы в уединении.
Странник Викврэкшрам летел. Пилигрим, знавший предания последней тысячи лет, – и ни в одной легенде не говорилось о подобном! Он бы ударился в радостную песнь, но понимал, что пассажирам станет больно. Крутой пилотаж Странника и без того доставлял им неудобства, хоть они и списывали это на его неопытность. Странник шагал по облакам, пролетал между ними и сквозь них, плясал в случайной грозе. Сколько часов своей жизни он провел, глядя на облака и размышляя об их глубине, а теперь оказался среди них, исследуя пещеры внутри пещер внутри пещер… Бескрайние соборы света. Меж облачных островков тянулся в бесконечность Великий Западный океан. Ориентируясь по солнцу и аппаратуре флаера, Странник определил, что они почти достигли экватора и отдалились от домена Древорезчицы на восемь тысяч километров к юго-западу. Тут попадались атоллы: так утверждали космические снимки «Внеполосного-II» и собственные воспоминания Странника. Но он давно уже не бывал в этих местах, а увидеть островные королевства при жизни нынешних элементов и вовсе не надеялся. И теперь он неожиданно возвращался. Летел обратно! Шлюпка «Внеполосного-II» была настоящим чудом, и отнюдь не таким непостижимым, как ему представилось в пылу битвы. Да, они пока не сумели запрограммировать ее на автополет. Возможно, никогда не сумеют. А пока маленький флаер работал на электронике, немногим превосходящей старую добрую механику. Антиграв сам по себе требовал постоянной корректировки, элементы управления были разбросаны по периферии носовой кабины – очень удобно для веток наездника или элементов стаи. С помощью космонавтов и документации «Внеполосного-II» Странник всего за пару дней освоил управление шлюпкой. Фокус был в том, чтобы разделить ум между разными задачами. Часы тренировок доставляли ему некоторую тревогу и много счастья. Порою он почти терял контроль, а однажды его сорвало в штопор и понесло вверх по бесконечной спирали. Но в конце концов машина стала продолжением его лап и челюстей. Когда они спустились с пурпурных высот и стали чиркать по верхушкам облаков, Равна перестала скрывать тревогу. Странник заложил особенно залихватскую петлю и нырнул в яму; девушка заметила с таким видом, словно ей внутренности подвело: – А может, тебе пока приземлиться? Стоило бы отложить это дело… – ух ты! – пока ты не научишься летать лучше. – Да-да. Мы скоро, э-э, вылетим из грозового фронта. Он снизился, пролетел в облаках несколько десятков километров на восток и вышел в область ясной погоды. К тому же так удалось сократить маршрут. Чертыхаясь про себя, Странник твердо решил полетать в свое удовольствие еще немножко… ну, на обратном пути. Другая пассажирка заговорила всего во второй раз за два часа полета. – А мне понравилось, – молвила Зеленожка. Голос из вокодера просто очаровывал Странника: узкополосный, но с высокими атоналями от прямоугольных выбросов. – Это как… это словно ездить сразу под прибоем и чувствовать, как море колышет ветки. Странник очень старался получше узнать наездницу. Существо это осталось единственным наездником на планете, и понять его было тяжелее, чем двуногих. Большую часть времени Зеленожка словно дремала, вновь и вновь забывая происходящее с нею. Равна объяснила, что за долговременную память отвечает примитивная тележка. Вспомнив, как друг Зеленожки катился сквозь огонь, Странник поверил. На звездах водятся создания даже удивительней двуногих, и мысль об этом дразнила воображение Странника. У горизонта показалось темное колечко. И еще одно, наружное. – Очень скоро мы тебя поместим в настоящий прибой. – Там острова? – спросила Равна. Странник сверился с картами на дисплеях и солнцем. – Да, действительно. – Но это не имело значения. Западный океан протянулся более чем на двенадцать тысяч километров, а вся тропическая зона была утыкана атоллами и островными цепочками. Эта группка просто несколько изолированней остальных; ближайшее поселение островитян почти в двух тысячах километров. Они пролетели над ближайшим островом. Странник описал круг, любуясь мангровыми зарослями и коралловыми рифами. На отливе обнажились тонкие скелетные корни. Удобной посадочной площадки нет; Странник подлетел к следующему атоллу, более крупному, и тут как раз внутри кораллового кольца нашлось отличное ровное местечко. Он зашел на глиссаду и коснулся песка совершенно беззвучно. Равна Бергсндот посмотрела на него с явным подозрением. Ой-ой. – Эй, а у меня ведь уже лучше получается? – невинно спросил он. Необитаемый островок в бескрайнем море. Исходные воспоминания размылись; это прежний его элемент, Рам, был уроженцем островных королевств. Но все, что он помнил, совпадало: высокое солнце, дурманяще влажный воздух, жара, которую чувствуешь даже лапами. Рай. Аспект Рама, сохранявшийся в нем, радовался сильнее всех. Годы словно растаяли; частью себя Странник вернулся домой. Они помогли Зеленожке спуститься на песок. Равна утверждала, что тележка – примитивная имитация оригинала, а колеса добавлены для вящего сходства. Тем не менее Странник впечатлился: каждая из четырех шин сидела на собственной оси. Наездница сумела подняться на гребень рифа почти без помощи Равны или стаи. Но у вершины, где тропические заросли сгущались, а корни мангров тянулись поперек любой тропки, пришлось им с Равной немного повозиться, подтолкнуть и втащить. Потом они перевалили через гребень и увидели океан. Часть Странника устремилась вперед: найти самый удобный спуск и подбежать к воде. Очень хотелось скорее понюхать соленую воду и гниющие водоросли. Стоял почти полный отлив, и под солнцем сверкал миллион прудиков – некоторые не крупней лужицы в кольце валунов. Три элемента Странника носились от лужи к луже, разглядывая кишащую внутри жизнь. Самыми странными созданиями на свете показались ему эти существа, когда он впервые ступил на острова. Были тут панцирные и улитки, всех форм и цветов, не понять, то ли животные, то ли растения, и если их занесет далеко на сушу, они, наверное, в мангровые заросли обратятся. – Где ты хочешь устроиться? – обратился он к наезднице. – Если сейчас пройти до самой линии прибоя, то при высоком приливе ты окажешься на метр под водой. Наездница не ответила, но все ветки ее жадно изгибались, тянулись к воде. Колеса тележки проскальзывали и крутились, отчего-то утратив координацию. – Давай подвезем ее ближе, – предложила Равна, помолчав. Они достигли сравнительно ровного участка рифа, утыканного дырами и ямками глубиной не больше пары сантиметров. – Пойду поплаваю, поищу удачное местечко, – заявил Странник. Все элементы стаи кинулись вниз, туда, где сходились кораллы и море. По частям не поплаваешь, хе-хе. В общем-то, немного на суше сорвиголов, умеющих плавать и думать одновременно. Большинство жителей материка полагают, что вода несет безумие. Странник знал теперь, что причина проста: в воздухе и воде звук распространяется с разной скоростью. Думать с погруженными в воду мембранами – это вроде как радиомантии напялить: требует обучения и тренировок, а некоторым так просто и не дается. Но среди островитян всегда встречались искусные пловцы, умевшие медитировать в воде. Равна даже выдвинула гипотезу, что Когти произошли от китов! Странник выбежал на край рифа и посмотрел вниз. Прибой показался ему не таким уж и приветливым. Скоро выяснится, сколько правды в его воспоминаниях и том, что нашептывает дух пловца-Рама. Он стянул куртки. «Одновременно. Лучше всем одновременно». Он собрался и неуклюже нырнул. Смятение. Головы над водой и под водой. «Держи все под водой». Он бултыхался, каждые несколько секунд выставляя наружу морду и освежая элементу воздух. «Я это еще могу!» Шестерка скользила в роях мальков, ныряла поодиночке между зелеными подводными зарослями. Вокруг шипело море, и звук этот походил на мыслешум исполинской спящей стаи. Спустя несколько минут он отыскал удачное ровное местечко – повсюду песок, надежно укрыто от ярости бурь. Он поплыл обратно, где море разбивалось о камень и кораллы… и чуть себе лапы не переломал, выбираясь на берег. Вывести на сушу всех одновременно не удалось, пару мгновений он провел разделенным. – Эй, давайте сюда! – крикнул он Равне и Зеленожке. Они пошли к нему, поднялись на белый скальный выступ, а он сидел, зализывая порезы от кораллов. – Нашел местечко спокойней этого… – Показал на брызги пены. Зеленожка подъехала к краю, помедлила. Ветви ее заколыхались взад-вперед, словно обводя жестом береговую линию. «Может, ей помочь?» Странник подошел было, но Равна только села рядом с наездницей и оперлась о колесную платформу. После секундной паузы Странник тоже подошел и присоединился к ним. Они так сидели некоторое время: девушка смотрела в море, наездница непонятно куда, а стая – во все стороны… Тут было спокойно, даже вопреки (или благодаря?) гулким ударам и туманным брызгам прибоя. Странник почувствовал, как замедляется биение сердца, и понежился на солнце. На всех его шкурах, просохших от морской воды, мелким порошком осела соль. Сначала приятно было себя вылизывать, но… да уж, насчет высыхающей соли дурные воспоминания не солгали. Ветви Зеленожки лениво шевелились; они были слишком редкие и тонкие, особой тени не давали, но так было комфортней и приятней. Так они сидели долго. Достаточно долго, чтобы у Странника некоторые носы обгорели до волдырей, и даже темнокожая Равна подзагорела. Наездница издавала мерное напевное гудение, которое спустя много минут перешло в речь. – Хорошее море, хороший берег. То, что мне сейчас нужно. Посидеть и подумать немного в своем темпе. И Равна спросила: – Как долго? Нам будет тебя не хватать. – Это не была фигура речи. Всем ее будет не хватать. Даже склонная к неуместной задумчивости Зеленожка оставалась экспертом по уцелевшей автоматике «Внеполосного-II». – По вашим меркам, боюсь, долго. Несколько десятков лет… – Она еще несколько минут «смотрела» на волны. – А мне хочется вниз. Ха-ха. Я в этом почти как человек… Равна, знаешь, у меня все путается в памяти. Я двести лет провела с Синепанцирем. Он бывал мелочен и язвителен, но… он был великий торговец. Мы много чудесных путешествий совершили вместе. А под конец даже вы увидели, какой он был храбрый. Равна кивнула. – В нашем последнем странствии мы открыли страшную тайну. Думаю, ему от этого стало так же плохо, как от того… пламени. Я тебе благодарна за то, что ты защитила нас. А теперь я хочу поразмыслить; пускай время и прибой очистят мою память и рассортируют воспоминания. Возможно, я даже сочиню хронику нашего квеста, если эта скверная имитация тележки справится. Она коснулась пары голов Странника. – Еще одно, сир Странник. Вы оказали мне большое доверие, пустив к себе в моря… Но вам следует знать, что мы с Синепанцирем были беременны. У меня внутри кладка наших общих яиц. Оставите меня здесь, и через несколько лет на острове появятся новые наездники. Пожалуйста, не расценивайте это как вторжение. Я хочу почтить память Синепанциря, принеся ему детей. Но умеренно; наше племя обитает на десяти миллионах миров, и мы никому не были плохими соседями… кроме того случая, который, как вас может заверить Равна, здесь ни за что не повторится. Оказалось, что укромная затока, найденная Странником, Зеленожке совсем не по нраву. Из всех доступных на атолле мест она выбрала то, где океан ярился сильней всего. На поиск пути туда ушло больше часа, а еще полчаса – на то, чтобы осторожно спустить наездницу и тележку в воду. Тут Странник плавать и не пытался. Коралловые скалы подступали отовсюду, кое-где покрытые зеленой слизью, а в других местах – острее бритв. Пять минут в этой мясорубке, и у него силы кончатся. Как ни странно, именно тут зелень росла гуще всего. Вода казалась матовой от морской травы и роящейся пеноживности. Равне было проще – даже в самом глубоком месте заливчика она все еще держалась над водой, ну, большую часть времени. Она стояла в пене, упираясь ногами и рукой, помогая спустить имитацию тележки по скале. Опустившись в воду, механическая поделка стукнулась о дно рядом с девушкой.
Разговор с Древорезчицей и отдых. Странник и Равна отдыхают на берегу после встречи с наездницей Зеленожкой, обсуждая её судьбу и политические последствия её пребывания на планете. Странник делится воспоминаниями о разговоре с Древорезчицей, в ходе которого они решили оставить наездницу на берегу, признав её потенциальную опасность и важность опыта общения с другими расами. Герои размышляют о будущем цивилизации Когтей, их способности к усвоению технологий и стремлении к звездам. В финале они решают покинуть место отдыха, убедившись, что Зеленожка находится в безопасности.
Равна подняла лицо к Страннику, сделала жест: все, мол, в порядке. На миг присела, держась за тележку. Их окатил прибой, оставив на виду лишь самые высокие ветки Зеленожки. Когда волна схлынула, он заметил, как нижние ветки приобняли девушку за спину, и услышал жужжание из вокодера, но в шуме океана не разобрал слов. Девушка поднялась и направилась, по пояс в воде, к скале, где расположился Странник. Он схватился сам за себя и протянул Равне несколько лап. Она полезла вверх по склизкой зелени и белому кораллу. Странник последовал за хромавшей Двуногой к манграм, на гребень рифа. Там, в тенечке, они остановились, девушка села на песок и прислонилась к упругому сплетению корней у подножия ствола. Вся в синяках и порезах, она вдруг напомнила ему Йоханну прежних дней. – Ты в порядке? – Да. – Она пригладила руками растрепанные волосы, глянула на него, рассмеялась. – Мы оба смахиваем на жертв кораблекрушения. Ага. Скоро надо будет искупаться в пресной воде. Он огляделся. С гребня кораллового кольца видна была Зеленожкина лагуна. Равна тоже смотрела туда, позабыв о своих ссадинах. – И что она тут нашла? – искренне удивлялся Странник. – Кому понравится, чтоб тебя колотили без устали… Равна улыбнулась, не отводя глаз от прибоя: – Во Вселенной много странного, Странник; рада, что ты еще не обо всем успел прочесть. Там, где прибой колотится о берег, происходит много всякого. Ты сам видел, сколько живности плавает в этом безумном местечке. Как растения любят солнце, так и некоторые создания привержены разности энергопотенциалов на этом рубеже. У них там солнце, прилив и кормовая взвесь… Все же надо бы за ней еще чуток присмотреть. – Между волн вздымались ветки Зеленожки. Странник знал, что они не очень сильные, но сейчас начинал понимать, какие прочные. – С ней все будет в порядке, хотя эта дешевая подделка под тележку долго не простоит. Бедная Зеленожка останется совсем без автоматики… и она, и дети ее, нижайшие из низших наездников. Равна обернулась на стаю. На лице ее по-прежнему блуждала улыбка. Задумчивая, но… довольная? – Ты знаешь тайну Зеленожки? – Древорезчица мне поведала, когда ты открылась ей. – Рада – в смысле, приятно удивлена, – что Зеленожке вообще позволили остаться здесь. Средневековые умы – ой, прости, почти любые умы, – как правило, убивают без колебаний, столкнувшись даже с тенью подобной угрозы. – Тогда почему ты рассказала королеве? О порабощении тележки? – Это ваша планета. Я устала изображать из себя богиню, владеющую Тайной. И Зеленожка со мной согласилась. Откажи ей королева, Зеленожка бы, наверное, легла в гибернатор «Внеполосного-II». – «И скорее всего, уснула бы навеки». – Но Древорезчица не воспротивилась. Она каким-то образом поняла то, что я до нее пыталась донести: что поработить можно лишь настоящие тележки, а Зеленожкина нынешняя не из таких. Через десяток лет побережье это будет населено сотнями юных наездников, но без разрешения местных они дальше архипелага не распространятся. Риск исчезающе мал… и тем не менее я до сих пор удивляюсь спокойствию Древорезчицы. Странник расселся вокруг Равны, оставив только одну пару глаз смотреть туда, где утопали в пене ветви наездницы. «Лучше ей кое-что объяснить». Он склонил к девушке голову: – О да, Равна, мы средневековые создания, хотя это быстро изменится. Нас восхитило мужество Синепанциря, который проехал сквозь огонь. Подобное заслуживает награды. Кроме того, мы, средневековые типчики, привычные к изменам. Какая разница, что на сей раз предательство космических масштабов? Для нас, здесь, угроза от этого не возрастет. Мы, первобытные бедолаги, все время так живем. – Ха! – От его насмешливого тона улыбка Равны стала еще шире. Странник захихикал, покачивая мордами. Он сказал ей правду, только не всю, и даже не важнейшую часть. Он вспомнил, как накануне они с Древорезчицей решали судьбу Зеленожки. Древорезчица сперва испугалась, с государственной мудростью восприняв страшную тайну миллиардолетней давности. Источник подобной угрозы и в холодном сне-то заточить опасно. Государственный ум, средневековый ум, поступил бы так: удовлетворил бы просьбу, оставил наездницу на берегу далекого атолла… а потом, через день-другой, втайне послал бы туда кого-нибудь убить ее. Странник устроился под троном королевы, ближе, чем обычно могут родственники или супруги, не теряя связности ума. – Ты Проныре оказала больше чести, – сказал он тогда. Губитель Грамотея все еще ходит по земле, целый и невредимый, и вообще кары особой не понес. Древорезчица хватанула зубами воздух; Странник знал, что решение пощадить Проныру тоже немало отравляло ей жизнь. – Да. А от этих наездников мы не видели ничего, кроме отваги и верности. Я не трону Зеленожку. Но я боюсь. Она несет в себе угрозу, способную звезды сковырнуть с небес. Странник рассмеялся. Может, он и чокнутый на все головы пилигрим, но… – А чего ж ты ожидала, моя королева? Большие планы, большие опасности. Мне люди нравятся; мне нравится касаться другого существа, сохраняя способность мыслить. – Он рыскнул вперед, ткнулся мордой в ближайшего элемента Древорезчицы и тут же отскочил на более почтительное расстояние. – Даже без кораблей и данников они бы наш мир вверх лапами перевернули. Ты не заметила… как легко нам перенимать все их знания? Даже сейчас Равна диву дается, как хорошо мы овладели их языком. Даже сейчас она, кажется, не вполне понимает, как тщательно мы изучили Данник. А корабль их – это штука несложная, о моя королева. То бишь, э-э, физики, по принципам которой он устроен, я, конечно, не понимаю. Но и на звездах немногие ею владеют. Однако с оборудованием работать несложно, хотя оно существенно пострадало. Подозреваю, Равна так и не научится летать на антиграв-шлюпке, как я. – Гм-мф. Ну так ты ведь можешь до всех элементов управления одновременно дотянуться. – Не только. Думаю, что у нас, Когтей, ум гибче, нежели у двуногих бедолаг. Ты себе представляешь, чего мы только не навытворяем, когда сделаем еще радиомантии, когда построим себе летательные аппараты? Древорезчица улыбнулась, но с легкой тоской. – Странник, ты размечтался. Мы в Медленной Зоне. Антиграв через пару лет выдохнется. А замена ему, если мы ее и сделаем, будет куда хуже твоей нынешней игрушки. – Ну и?.. Ты вспомни человеческую историю. На Нюйоре меньше двухсот лет прошло от тамошнего средневековья до возвращения в космос. А у нас архивы лучше, чем были у их археологов. Мы с людьми – отличная команда; они нас освободили, и мы станем теми, кем должны. Век до собственных звездолетов, возможно, еще век – до первых субсветовиков. Настанет день, и они вырвутся из Медленной Зоны. «Любопытно, может ли существовать в Трансценденции стая крупнее восьмерки?» Молодые элементы Древорезчицы забегали вокруг, гоняясь за остальными. Королева заинтересовалась. – Ты считаешь, Стальной был прав, полагая нас избранной расой, коей суждена великая судьба в Запределье? Интересная мысль, вот только, кроме людей, мы оттуда никого не знаем. Как они соотносятся с прочими тамошними расами? Данник не дает полных ответов. – Ага, и вот поэтому, Древорезчица, для нас так важна Зеленожка. Нам нужен опыт общения и с другими расами. Похоже, что наездники в Запределье встречаются повсеместно. Они нам нужны, чтобы мы могли с ними общаться. Нужно понять, так ли они забавны и полезны нам, как двуногие. Даже будь риск десятикратно выше, я бы посоветовал исполнить просьбу наездницы. – Да. Если хотим стать теми, кем должны, надо учиться. И учитывать риски. – Она прекратила бегать, все глаза стаи вдруг изумленно оборотились к Страннику. Неожиданно королева рассмеялась. – Ты чего? – Мы ведь об этом уже думали, дорогой Странник, но сейчас я вижу, насколько была права. Ты тут стал хитрей и расчетливей. Из тебя в будущем получится отличный державник и стратег. – Но все ради странствий. – Да уж наверняка… А что до меня, то я теперь не так привержена планам и собственной безопасности. Настанет день, и мы полетим к звездам. – Щенки шутовски отсалютовали. – Ныне я тоже немного странница. Она легла на животы и поползла к нему. Сознание медленно уплывало в дымку неги и страсти. Последнее, что Странник связно запомнил, это как Древорезчица говорит: – Какая удивительная удача: я постарела и обязана была обновиться, а ты изменил нас именно в нужную сторону. Странник вернулся мыслями в настоящее и к Равне. Девушка все еще усмехалась ему. Протянула руку погладить его по одной из голов. – Средневековые умы, да уж. Они просидели в тени мангровых зарослей еще часа два, наблюдая прилив. Солнце уже клонилось к закату, но стояло так высоко, как в стране Древорезчицы – полдневное. В некотором смысле самым странным элементом сцены была игра света и тени, порожденная движением солнца. Солнце стояло так высоко, а закатывается так быстро, что это совсем непохоже на долгий приполярный закат. Странник почти забыл, как это бывает в Краю Коротких Сумерек. Прибой докатился на тридцать метров вглубь острова, где они оставили наездницу. Полумесяц сопровождал солнце в пути к горизонту; вода перестала подниматься. Равна поднялась, приложила руку козырьком ко лбу, посмотрела на закат. – Думаю, пора нам лететь. – Она в безопасности? Равна кивнула: – За это время Зеленожка наверняка бы обнаружила в воде яды или хищников. Вдобавок она вооружена. Девушка и стая Когтей поднялись на гребень атолла, минуя самые высокие мангры. Странник продолжал парой глаз оглядываться на море. Прибой уже давно захлестнул Зеленожку. Туда еще набегали высокие волны, но уже не было ни пены, ни брызг. Он заметил, как наездница показалась из налетевшей волны: морскую гладь на миг разорвали кончики двух самых длинных веток, медленно помахали им вслед, и больше Странник ее не видел.
Наблюдение за звездами. Равна вместе с детьми — Джефри, Йоханной и Амди — выходит на поля у Замка Звездолета, чтобы понаблюдать за ночным небом. В ходе беседы герои обсуждают будущее выживших страумеров, которые должны быть пробуждены и размещены на Тайном Острове под защитой Древорезчицы. Равна размышляет о масштабах катастрофы, осознавая, что самопожертвование флота Аньяры и действия Фама создали новую «Медленную Зону», фактически изолировав часть Галактики. В финале герои созерцают звезды, пока Равна анализирует последствия «Возмездия» и осознает, насколько велика цена спасения мира от Погибели.
Лето понемногу сдавало позиции в окрестностях Тайного Острова. Временами шли дожди, и лесные пожары прекратились. Наверное, даже урожай получится собрать, вопреки войне и всем опустошениям засухи. Каждые сутки солнце немного дальше опускалось за северные холмы, и сумерки удлинялись неделю за неделей. Потом в полночь стала являться истинная ночь, а с нею – звезды. Так получилось, что на последнюю ночь лета выпало много важных событий. Равна взяла детишек посмотреть на звезды с полей у Замка Звездолета. На планете не было городской засветки, а тем более низкоорбитальных фабрик, и небосклон ничто не затмевало, кроме бледно-розового сияния на далеком севере; возможно, это еще сумерки, а может, полярное сияние. Четверо сидели на инеистом ковре мха и глядели вокруг. Равна глубоко вздохнула. Пеплом в воздухе не пахло, тянуло лишь легким чистым холодком предзимья. – Снег будет такой глубокий, тебе аж по плечи, Равна! – восторженно пообещал Джефри. – Тебе понравится. Бледное пятно его лица поднималось и опускалось: он разглядывал небо. – Может, и нет, – сказала Йоханна Ольсндот. Она не возражала против вечерней прогулки, но Равна знала, что девочка предпочла бы остаться дома на Тайном Острове и посвятить себя повседневным заботам. Джефри почувствовал ее неуверенность – нет, это Амди… они так и не научились отличать их друг от друга по голосам. – Не тревожься, Йоханна, мы тебе поможем. На миг воцарилась тишина. Равна смотрела вниз по склону. В темноте терялись шестисотметровый обрыв, фьорд и острова. Но замок на Тайном Острове был виден – его местоположение отмечали факелы. Там, в старой твердыне Стального, теперь правит Древорезчица. И там же стоят все уцелевшие корабельные гибернаторы. Сто пятьдесят один ребенок спал в капсулах: последние выжившие страумеры. Йоханна считала, что бо́льшую часть удастся пробудить, если сделать это быстро. Королева восприняла идею с энтузиазмом. Значительные секции замка переделывали под человеческое жилье. Тайный Остров отлично защищен, если не от снегов, то, по крайней мере, от самых лютых ветров. Если детей получится оживить, им там будет хорошо. Равне нравились Джефри, Йоханна и Амди; но управится ли она еще со ста пятьюдесятью одним? Древорезчица, казалось, не испытывала на этот счет никаких сомнений. Она уже строила планы насчет школы, где люди и Когти станут учиться совместной жизни в этом мире… Наблюдения за Джефри с Амди давали Равне намек, на что эта жизнь может оказаться похожа. Парочка сблизилась тесней любых известных ей детишек, а вместе была куда умней их. И тут дело не только в том, что Амдиранифани – математический гений; они одарены и во многих других аспектах. Люди и стаи способны уживаться, и старая Древорезчица видела, какую пользу это способно принести. Равна любила королеву, а Странника тем паче, но в конечном счете именно стаи от этого сотрудничества выиграют. Древорезчица превосходно осознавала недостатки стайного способа жизни. Письменная история Когтей уходила в прошлое по меньшей мере на десять тысяч лет. Все это время они были зажаты в тисках культур, немногим отличных от нынешней. Раса обладала превосходным интеллектом, но страдала от одной препоны: они не могли работать рядом, не утрачивая этого интеллекта. Достижения стайной цивилизации оставались плодами изолированных умов, вынужденных интровертов, не способных к продвижению дальше определенного предела. Дополнительным подтверждением этому служил энтузиазм, с каким налаживали контакт Странник, Щепетильник и другие. «В долгосрочной перспективе мы сможем вывести Когтей из этого тупика». Джефри с Амди о чем-то болтали, вполголоса посмеиваясь. Стая разбежалась почти до пределов связной мысли. За последние недели Равна поняла, что такая вот суетливость – нормальное состояние Амди, а первоначальное оцепенение было лишь знаком горя по Стальному. Как… отвратительно (или прекрасно?), что монстр вроде Стального может вызывать такую любовь. Джефри крикнул: – Ты у нас тут во все стороны смотришь, ну подскажи, куда глянуть! – Тишина. И снова голос Джефри: – Вон там! – Что это вы делаете? – по-сестрински ворчливо спросила Йоханна. – Метеоры высматриваем, – ответил кто-то из них. – Угу, я смотрю во все стороны и тыкаю Джефри – сюда!.. – показываю, куда смотреть, когда пролетает метеор. Равна ничего не видела, но мальчик крутился, следуя указаниям друга. – Отлично, отлично, – раздался голос Джефри. – Высота километров сорок, скорость… – Двое секунду о чем-то невнятно бормотали. «Как они определяют высоту, даже со стайным широкоугольным зрением?» Равна откинулась на склон пригорка, сидя в ямке, выстланной мхом. Стаи сшили для нее превосходную парку, и она совсем не чувствовала идущего от почвы холода. Над головой сияли звезды. Время подумать и отдохнуть немного перед тем, что начнется завтра. У Равны появится выводок числом сто пятьдесят один… «А я-то воображала себя библиотекаршей». Дома она любила смотреть в ночное небо; с одного взгляда узнавала другие звезды Сьяндры Кей, а иногда – и другие миры. Но то было родное небо. На миг вечерний холодок показался частью нескончаемой зимы. Линн и другие, на Сьяндре Кей. Вся ее жизнь, кроме трех последних лет. Все погибло. «Не надо об этом думать». Где-то там летит то, что осталось от флота Аньяры, от ее народа. Кьет Свенсндот. Тиролль и Глимфрелль. Она узнала их лишь на несколько часов, но это были сьяндранцы. И они спасли куда большее, чем могли себе представить. Не исключено, что они еще выживут. Коммерческая охрана Сьяндры Кей располагала ионными прямоточными двигателями. Найдут себе планету, не эту, конечно, но ближе к сфере битвы. Равна откинула голову, разглядывая небо. Где? Возможно, она еще даже не взошла. Отсюда галактический диск представлялся сияющей полосой, которая перечеркивала небо почти под прямым углом к эклиптике. Ощущения истинной величины Галактики или их точного местоположения тут не было. Величественное зрелище терялось в сиянии ближних светил, ярких узлов открытых скоплений, мерцающими драгоценностями вмороженных в рассеянный фоновый свет. Но внизу, у южного горизонта, далеко от галактической тропки, виднелись два клочка света. Магеллановы Облака! Неожиданно включилось восприятие геометрии пространства, и Вселенная наверху перестала казаться неизвестной. Флот Аньяры, должно быть… – Я… я тут думаю, можно ли отсюда увидеть Страумлианский Простор, – сказала Йоханна. Ей уже больше года приходилось изображать взрослую. С завтрашнего дня эта роль пребудет с нею навсегда. Но сейчас голосок ее был детским, просительно-тонким. Равна разлепила губы – сказать, как это маловероятно. – Может, и получится, может, и получится. – Это был Амди. Стая стянулась вместе, по привычке держась поближе к людям. Щенкам нравилось человеческое тепло. – Видишь ли, я в Даннике читал про все эти штуки, а сейчас соображаю, как они соотносятся с тем, что мы видим. – Пара морд обрисовалась на звездном фоне, будто человек радостно замахал руками небесам. – Самые яркие объекты – всего лишь мелкие местные светила. На них ориентироваться не стоит. – Он показал пару открытых скоплений, заявив, что нашел соответствия им в Даннике. Амди вдобавок отождествил Магеллановы Облака и просчитал куда больше, чем удалось Равне. – В любом случае, Страумлианский Простор был… – («Был! И то правда, малыш!») – в Высоком Запределье, но вблизи галактического диска. Видите вон тот большой звездный квадрат? – Он показал носами. – Мы его так и зовем: Великий Квадрат. От его верхнего угла взять вон в ту сторону шесть тысяч световых лет, и мы на Страумлианском Просторе. Джефри опустился на колени и молча смотрел туда секунду-другую. – Но это же так далеко; что там вообще можно отсюда увидеть? – Страумлианских звезд не видно, но всего в сорока световых годах от Страума голубовато-белый гигант… – Ага, – прошептала Йоханна, – Сторлюс[24]. Он такой яркий, что ночью от него тени. – Ну вот, это четвертая по яркости звезда, считая от верхнего угла; они почти на прямой расположены. Я его вижу, значит и вы можете. Йоханна и Джефри долго молчали, глядя на этот клочок небосклона. Равна сжала губы от ярости. Хорошие дети, и они прошли сквозь ад. А их родители сражались, чтобы предотвратить адскую катастрофу; они сбежали от Погибели, унося средство ее уничтожения. Но… сколько миллионов рас обитало в Запределье, забиралось в Трансценденцию и заключало сделки с дьяволами? Сколько рас самоуничтожилось там? А Страумлианскому Простору и этого было мало. Они сунулись в Трансценденцию и пробудили Нечто, способное пожрать Галактику. – Думаешь, там кто-то выжил? – спросил Джефри. – Неужели мы – это все, кто уцелел? Сестра обняла его рукой за плечи: – Может, и выжил… хотя, наверное, не на Страумлианском Просторе. Но остальная Вселенная – гляди, она еще там. – Тихий смех. – Мама с папой, Равна с Фамом. Они остановили Погибель. – Девочка жестом обвела небосклон. – Они спасли бо́льшую часть всего этого. – Да, – отозвалась Равна, – мы спасли его и спаслись сами, Джефри. Чтобы начать все с чистого листа. – Вроде бы так и есть. Корабельные зонографы еще работали. Разумеется, по данным из одной точки прецизионную зонограмму не построить, но Равна понимала, что они глубоко в новой Медленной Зоне, в области, задетой Возмездием Фама. Что еще важнее, «Внеполосный-II» не фиксировал локальных вариаций зонной интенсивности. Нескончаемый тремор предыдущих месяцев закончился. Новое равновесие держалось твердо, как гора, и сместится лишь за века. В пятидесяти градусах над руслом галактической реки находился еще один ничем с виду не примечательный клочок неба. Равна не стала показывать его детям, но он представлял больший интерес, потому что располагался куда ближе, всего в тридцати световых годах. Там Погибельный флот. Мошки в янтаре. На скорости обычного для Нижнего Запределья прыжка они бы долетели сюда за считаные часы. Но Фам взметнул Великий Прилив, и теперь… Будь у них придонные люггеры, корабли с ионными прямоточными двигателями, они бы преодолели это расстояние лет за пятьдесят, даже меньше. Но самопожертвование флота Аньяры по совету Фамова богосколка оказалось оправданным. Сами того не ведая, они разгромили Погибель. В летящей к миру Когтей флотилии не осталось ни единого судна, пригодного для Медленной Зоны. Возможно, уцелели некоторые внутрисистемники – у этих предельная скорость несколько тысяч кликов в секунду. Но не больше. Не здесь, внизу, где новую конструкцию мановением волшебной палочки не создашь. Истребители Погибели достигнут мира Когтей… через несколько тысяч лет. Времени достаточно. Равна оперлась на одного из элементов Амди. Щенок завозился, уютно обернувшись вокруг талии. Стая значительно прибавила в росте и весе за последние два месяца; вероятно, Стальной держал их на каких-то снадобьях, сдерживая развитие. Взгляд Равны блуждал в небесных полях света и мрака; далеко вверху над ней громоздились все Зоны. А где же теперь их интерфейсы? Как же внушительно было Возмездие Фама. Хотя нет, лучше сказать – Возмездие Старика. И даже не так. «Старик» был лишь недавней жертвой Погибели. Старик не более чем акушер у колыбели этого возмездия. Первопричина его наверняка не уступает возрастом исходной Погибели, а силой превосходит Силы. Но чем бы ни было вызвано Возмездие, последствия Прилива оказались куда более серьезными. Равна просмотрела корабельные сводки интенсивности Зон. Конечно, это лишь прикидки, но ясно, что они застряли на глубине от тысячи до тридцати тысяч световых лет в новой Медленной Зоне. Одним Силам ведомо, как высоко протолкнул Прилив границу Медленной Зоны… возможно, он уничтожил даже некоторые Силы. Примитивные цивилизации мучаются кошмарами об армагеддоне планетарных масштабов, а тут это случилось в масштабе Галактики. Крупная область Млечного Пути в одночасье очутилась в Медленной Зоне. И не только Погибельный флот влип, как мошка в янтарь. Почему бы всему небосводу, кроме, возможно, далеких и тусклых Магеллановых Облаков, не оказаться нынче Медленным Склепом? Там, конечно, кто-то выжил, но сколько миллионов звездолетов застряли в межзвездном пространстве? Сколько отказало автоматизированных систем, уничтожив зависящие от них цивилизации? Небеса теперь молчали по-настоящему[25]. Пожалуй, Возмездие в чем-то оказалось страшнее Погибели. А кстати, Погибель. Не флот, устремившийся в погоню за «Внеполосным-II», но сама Погибель? Это создание принадлежало Вершине и Трансценденции. В самом дальнем своем расползании оно захватило бо́льшую часть видимого этой ночью неба. Действительно ли Возмездие Фама сокрушило его? Если в этом и был смысл всех жертв, то наверняка. Устроить прилив такой мощи, чтоб он протолкнул границу Медленной Зоны на тысячи световых лет вверх, через Нижнее и Срединное Запределье, мимо великих цивилизаций Вершины… и в Трансценденцию. «Неудивительно, что она так упорно за нами гналась». Сила, погруженная в Медленную Зону, уже больше не Сила; вряд ли она вообще способна там выжить. «Если, если, если. Если Прилив Фама взметнулся так высоко… И этого я никогда уже не узнаю».

Лики человечности и сущности

Главный герой: Равна Бергсдот

Список персонажей

Равна

Равна — высокообразованный аналитик и «отщепенка», способная видеть образы собеседников в мысленном oku и понимать язык самношк. Несмотря на статус «несостоявшейся личности», она выступает решительным лидером и координатором в условиях апокалипсиса, сочетая глубокую травму прошлого с уникальным опытом многовекового странствия.

Равна — высокообразованная женщина из системы Сьяндры Кей, обладающая докторской степенью по прикладной теологии и глубокими знаниями в области истории человеческих цивилизаций, философии и структуры архивов. Несмотря на статус высокопоставленного функционера, она занимает низкий ранг в Организации Вриними, работая в архиве и подразделении анализа рынка. Равна характеризуется как честный, терпеливый и аналитически одаренный человек, способный к быстрому обучению и экстраполяции событий. Она обладает уникальной способностью понимать сложные технические и метафизические концепции, распознавать отличия между расами и интерпретировать сложные социальные взаимодействия, включая телесный язык наездников. Личная история Равны отмечена глубокой травмой: она потеряла семью и родной мир в результате катастрофы на Страумлианском Просторе. Это событие оставило в ней чувство одиночества и постоянную тревогу, заставляя её тратить личные сбережения на связь с близкими. Равна называет себя «отщепенкой» и «несостоявшейся личностью», испытывая ностальгию по Сьяндре Кей и одновременно страх перед сотрудничеством с богами. В отношениях с окружающими она проявляет глубокое сопереживание, особенно к Фаму Нювену, к которому она испытывает чувства, близкие к любви, и готова рисковать карьерой ради его спасения. В профессиональной и оперативной деятельности Равна проявляет инициативность и решительность. Она способна вести переговоры с высокопоставленными лицами, организовывать сложные экспедиции и управлять сложными системами связи и навигации. Равна обладает способностью перемещаться в антиграв-сбруе и парить в невесомости, а также владеет навыками управления звездолетом «Внеполосный-II». Она способна скрывать эмоции, но в моменты кризиса часто срывается на плач или гнев, демонстрируя высокую эмоциональную вовлеченность в судьбы тех, кого она считает своими друзьями. Равна обладает уникальным опытом: она была в дюжине миров, провела сотни лет в качестве торговца и в итоге стала спутницей королевы Древорезчицы. Она обладает способностью видеть образы участников беседы перед мысленным оком и понимать язык самношк. В текущей ситуации она выступает в роли координатора и лидера, принимая критические решения в условиях апокалипсиса, анализируя данные о флотах Погибели и планируя спасение детей, при этом осознавая себя «пешкой на доске» в масштабах галактических событий.
Ключевые факты (554)
Разговор Равны с Грондром
  • Равна находится в Срединном Запределье, в районе Градопарка.
  • Она является сотрудницей Организации, работает в архиве.
  • Равна находится на стажировке.
  • Она является человеком из системы Сьяндра Кей.
  • Равна обладает способностью перемещаться в антиграв-сбруе.
  • Равна хорошо образованна и быстро обучается.
  • Равна работает в подразделении анализа рынка (разведка Вриними) под руководством Грондра.
  • Равна общалась с Грондром всего три раза за два года.
  • Равна испытывает тревогу из-за отсутствия связи с родителями и сестрой Линн в период катастрофы на Страумлианском Просторе.
  • Равна тратила личные сбережения за полгода на обмен сообщениями в реальном времени с близкими.
  • Равна испытывает страх перед идеей сотрудничества с Силой (богами) и не хочет соглашаться на опасные миссии ради прибыли Организации.
  • Равна способна распознавать отличия между расами (например, отличает вринимийцев от гуманоидов).
  • Равна обладает знаниями о истории человеческих цивилизаций и кино донюйорской эпохи.
Разговор Равны и Грондра о Силе
  • Равна — девушка, работающая на Маршрутизаторе (Орга Вриними) в течение двух лет.
  • Она обладает способностью понимать и анализировать сложные ситуации, связанные с технологиями и цивилизациями Запределья.
  • Равна обладает способностью к быстрому обучению, что подтверждается её оценкой способности Фама Нювена выучить трисквелин.
  • Она обладает критическим мышлением и способна оценивать амбиции и риски других персонажей, например, она считает Фама Нювена «самоуверенным олухом».
  • Равна обладает определенным социальным статусом или полномочиями, позволяющими ей вести переговоры с высокопоставленными лицами (например, с Грондром) и взаимодействовать с важными фигурами вроде Фама Нювена.
  • Она находится на планете, где есть пляж, и может свободно перемещаться по территории (гуляла по кварталу Иномирцев и на пляже).
  • Равна испытывает чувство ответственности или сопереживания по отношению к Фаму Нювену, пытаясь найти способы его переубедить.
  • Она обладает глубоким пониманием разницы между интеллектуальными способностями жителей Медленной Зоны и жителей Трансценденции.
  • Равна способна на решительные действия: она готова рискнуть работой, чтобы попытаться повлиять на решения Фама Нювена.
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Равна организовала экскурсию для Фама Нювена по впечатляющим уголкам Причалов, включая антиграв-батут.
  • Равна сводила Фама Нювена на биржи и в торговую локалку.
  • Равна посетила частный клубешник «Бродячая компания», который является одним из её любимых мест.
  • Равна обладает способностью видеть архитектурные особенности (например, понимает, что стены и пол клуба кажутся сооруженными из бревен из-за оптического фокуса).
  • Равна знает о существовании и особенностях различных рас, в том числе о том, что у Высокожителей головные уборы не являются украшениями.
  • Равна знает людей по именам: Эграван и Сарале.
  • Равна испытывает тоску по дому, когда вспоминает о клиентах Орги, общающихся только по Сети.
  • Равна способна понимать язык самнош.
  • Равна испытывает ностальгию по Сьяндре Кей.
  • Равна обладает способностью скрывать свои эмоции (например, старалась скрыть сочувствие к Фаму Нювену).
  • Равна знает о событиях в Страуме и о том, что страумеры якобы сотворили Искажение второго класса.
  • Равна является человеком и родом с Сьяндры Кей.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Равна обладает докторской степенью по прикладной теологии.
  • Равна обладает глубокими знаниями в области истории и структуры архивов (включая архивы Маршрутизатора и Запределья).
  • Равна обладает способностью к экстраполяции событий на основе изученных случаев.
  • Равна внимательно следит за новостями со Страумлианского Простора.
  • Равна испытывает эмоциональную связь с историей Страумлианского Простора (внутри нее отозвались давние мечты об этом месте).
  • Равна обладает способностью понимать телесный язык наездников, хотя она не владеет им в полной мере.
  • Равна способна анализировать сложные технические и метафизические концепции, такие как устройство Зон, алгоритмы и Трансцендентные сущности.
  • Равна проявляет признаки терпения и аналитического склада ума в диалоге с Фамом Нювеном.
  • Равна осознает свои интеллектуальные преимущества перед собеседниками (например, понимает, что Фам Нювен не до конца осознает суть обсуждаемых тем).
Беседа в «Бродячей компании»
  • Равна является сотрудницей Организации Вриними
  • Равна занимает очень низкий ранг в Организации Вриними
  • Равна работает в службе контактов с потребителями
  • Равна находится в заведении «Бродячая компания»
  • Равна обладает способностью видеть образы участников беседы перед мысленным оком
  • Равна считает себя «отщепенкой» и «несостоявшейся личностью»
  • Равна придерживается теории, что когда разумные существа находят общие темы, остальное уже не важно
  • Равна проявляет интерес к беседе наездников и их историям
  • Равна способна анализировать характер и отношения собеседников (Синепанциря и Зеленожки)
Размышления о Фаме Нювене
  • Равна — женщина, которая увлекалась чтением любовных историй.
  • Равна встретила Фама Нювена, которого она сравнила с героем своего первого романа.
  • Равна живет в квартире на окраине Причалов.
  • Равна работает с архивами.
  • Квартира Равны была предоставлена ей в самом начале ее работы с архивами.
  • Равна обставила свою квартиру в технопримитивистском стиле.
  • Равна обладает глубокими знаниями о структуре Галактики, Зонах Мысли, Трансценденции и истории цивилизаций.
  • Равна понимает специфику и опасности Запределья, включая наличие квазиразумных фабрик и технологий «Наверху».
  • Равна улетела со Сьяндры Кей два года назад.
  • Равна испытывает страсть к Фаму Нювену.
  • Равна называет себя «принцессой» (в контексте внутренних мыслей или ироничного самоопределения).
Разговор Равны по телефону
  • Равна испытывает чувство одиночества, которое длилось два года.
  • Она находится в состоянии эмоционального подъема и счастья после событий предыдущей ночи.
  • Равна является высокопоставленным функционером.
  • Она обладает способностью взаимодействовать с Организацией и влиять на их решения (например, в вопросе поиска беженцев).
  • Равна обладает доступом к сводкам активности Маршрутизатора.
  • Она находится в квартире, где недавно спала.
  • Равна обладает способностью воспринимать или взаимодействовать с Силой (провела восемь часов лицом к лицу с Силой).
  • Равна обладает знаниями в области аспирантуры и знакома с мифами человеческих религий.
  • Равна способна анализировать сложные политические и технические ситуации, взвешивая вероятности развития событий.
  • Равна испытывает гнев и ужас от осознания масштаба последствий взаимодействия с Силой.
  • Равна является живым существом (в отличие от робота Фам Нювена), способным испытывать эмоции и физически перемещаться.
Разговор наездников на пляже
  • Равна убедила Орга Вриними в том, что страумлианский корабль является очень важным.
  • Равна считает, что на этом корабле может находиться нечто способное повредить Страумлианской Погибели.
Разговор Равны и Фама
  • Равна не сдержалась в разговоре, в отличие от того, как это проходили в университете.
  • Она обладает способностью искать и анализировать информацию (навела справки насчет запредельцев).
  • Равна эмоционально реагирует на происходящее (лихорадочно искала способ встряхнуть собеседника, оттолкнула Фам Нювена, в конце почувствовала досаду).
  • Она способна на глубокий аналитический анализ и построение гипотез (разгадала теорию о подделке биографии Фам Нювена).
  • Равна знает историю запредельцев и их сообщений в Сети.
  • Она посещала заведение под названием «Бродячая компания».
  • Равна обладает критическим мышлением и способна видеть несостыковки в легендах и навыках собеседника.
  • Она испытывает жалость к Фам Нювену.
  • Равна является девушкой (в тексте упоминается «лицо девушки» и «Равна-мотылек»).
  • Она находится в локации, где есть песок и вода (в районе Причалов), и взаимодействует с существами Синепанцирь и Зеленожка.
  • Равна осознает свое интеллектуальное и статусное превосходство над некоторыми аспектами реальности, но признает подавляющее превосходство Старика.
  • Она относится к тем, кто планирует или надеется на спасательную экспедицию (упоминается необходимость сообщить Синепанцирю и Зеленожке, что они не рассчитывают на подмогу).
Подготовка к миссии и переговоры
  • Равна ежедневно отправлялась на дистант-экскурсию по верфи.
  • Равна работает в отделе рыночного анализа на Причалах.
  • Равна является лучшим экспертом по всему, что связано с человечеством.
  • Равна разбирается в тонкостях работы с архивами.
  • Равна занимается анализом новостных групп, связанных со Страумлианским Искажением, и корректировкой поисковых запросов о человечестве.
  • Равна отвечает за выбор библиотечных материалов для бортовой базы данных корабля Джефри Ольсндота.
  • Равна ежедневно подбадривает Джефри Ольсндота и общается с ним через клавиатуру.
  • Равна обладает способностью «вживаться в положение бедного ребенка» через общение с Джефри.
  • Равна обладает инициативой: она предложила Грондру отправиться в спасательную экспедицию вместе с наездниками.
  • Равна испытывает чувство отчаяния из-за ситуации, в которую попал Джефри Ольсндот.
  • Равна испытывает страх перед предстоящим полетом, но признает, что она «не так уж и напугана».
  • Равна обладает правом принимать решения о том, какие подробности (например, о гаджетах) сообщать Джефри.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Равна получила разрешение улететь на корабле «Внеполосный-II».
  • Равна получила командировку, что позволило ей не торговаться об оплате расходов.
  • Равна находится на пляже с наездниками Синепанцирем и Зеленожкой.
  • Равна обладает способностью видеть в себе понимание чувств наездников, которые всю жизнь запоминают повторяющиеся моменты природы.
  • Равна знает, что наездники видят во всех направлениях.
  • Равна имеет отношения с персонажем по имени Фам Нювен; между ними были «перепалки» и «уколы».
  • Равна обладает кодом телефона Грондра.
  • Равна способна понимать манеру общения наездников (например, когда Синепанцирь выпадает из разговора).
  • Равна обладает данником, который отслеживает состояние трансиверов.
  • Равна способна видеть необычный свет, вспыхнувший в затылке, который не положено ей видеть.
  • Равна находится в состоянии тревоги из-за происходящих событий на Маршрутизаторе.
Побег от разрушающихся Причалов
  • Равна не увлекалась боевкой, но прочла достаточно приключенческих романов.
  • Она обладает знаниями о бомбах из антиматерии и релятивистских кинетических снарядах.
  • Равна находилась на Причалах во время их разрушения.
  • Она испытывала страх перед происходящим (в тексте указано, что она 'совсем струхнула').
  • Равна вспомнила слова Старика, что помогло ей преодолеть страх.
  • Она несла на себе тело Фама Нювена, который был бесчувственным и тяжелым.
  • Равна использовала складной скафандр, который начал выдыхаться.
  • Равна не обладала навыками передвижения на тележках, в отличие от Синепанциря и Зеленожки, которые могли отталкиваться от земли.
  • Равна находилась в состоянии физического напряжения, так как её мотало в стороны при каждом шаге.
  • Равна потеряла сознание во время столкновения с кораблем и последующего попадания в шлюз.
  • Равна оказалась в шлюзе корабля «Внеполосный-II» после инцидента.
Побег из системы и прыжок
  • Равна — женщина, которую Синепанцирь называет «миледи».
  • Равна — заядлая путешественница и любительница адвентюр.
  • Равна не обладает глубокими знаниями о космических полетах.
  • Равна находится на борту корабля «Внеполосный-II» вместе с Синепанцирем и Зеленожкой.
  • Равна находится в состоянии свободного падения в космосе, находясь на орбите планеты Земсторонье.
  • Равна интересуется состоянием Фам Нювена и судьбой Грондра.
  • Равна не умеет давить на собеседника и не обладает напором.
  • Равна не прониклась корпоративной этикой Организации Вриними.
  • Равна планировала вернуться на Сьяндру Кей после завершения стажировки.
  • Равна заключила контракт с Организацией Вриними и намерена отправиться к Дну Запределья.
  • Равна убеждает Синепанциря выполнить квест, связанный с поиском вещи, способной повредить Силу из Сил.
  • Равна знает о смерти «Старика» и его мыслях о поиске способа борьбы с Силой.
Разговор Странника и Грамотея
  • Равна не смотрит в окна.
  • Равна находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Равна находится в Срединном Запределье.
  • Равна испытывает нарастающее чувство надежды.
  • Равна знает или осознает, что Фама Нювена можно спасти, так как его мозг еще работает.
  • Равна осведомлена о том, что на спине Фама Нювена зияют жуткие раны в местах расположения имплантов Старика.
  • Равна знает, что импланты в теле Фама были органическими механизмами для подключения к локальной сети Маршрутизатора и Силе.
  • Равна знает, что из-за гибели Силы машинерия в теле Фама превратилась в гнилушки.
  • Равна знает, что по прогнозу автохирурга, Фама можно будет оживить через три спина.
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Равна пытается разузнать информацию о разворачивающемся апокалипсисе.
  • Равна приказала кораблю включить фильтры, чтобы отсеять лишнюю информацию из новостей Известной Сети.
  • Равна внимательно отнеслась к сообщениям хронических теоретиков о похищении артефакта.
  • Равна несколько раз просматривала видеоролик с оратором Эвном Нильсндотом.
  • Равна заглянула через плечо оратора в видеоролике и увидела землю внизу.
  • Несколько лет назад Равна вместе с сестрой мечтала поучаствовать в великом приключении человечества на пути к Трансценденции.
  • Равна заметила, что существо на экране лишилось души.
  • Равна ежедневно обсуждала прочитанное с Зеленожкой и Синепанцирем, пытаясь вычленить предпочтительную интерпретацию событий.
  • Равна является женщиной.
  • Равна понимает родной язык, на котором произносились слова в видеоролике.
Диалог на борту корабля
  • Равна является наездником.
  • Равна находится на борту корабля (вероятно, «Внеполосный-II») в Запределье.
  • Равна обладает способностью понимать чувства и состояние Синепанциря (замечает его волнение и педантизм).
  • Равна проявляет инициативу в диалоге, перебивая Синепанциря.
  • Равна осознает серьезность ситуации с мальчиком, который находится в опасности, и хочет ему помочь.
  • Равна знает о турбулентности поверхности Зоны у Дна.
  • Равна пристегнулась к своему насесту в центре мостика.
  • Равна обладает доступом к корабельной библиотеке.
  • Равна планирует использовать знания из библиотеки, чтобы найти кратчайший путь к технологиям для друзей Джефри.
  • Равна демонстрирует решительность и уверенность в успехе («я оседлала волну»).
Разговор Фама и Равны на мостике
  • Равна осталась на мостике звездолета, пока наездники уехали выполнять поручения.
  • Она обладает способностью или физической особенностью перемещаться в невесомости (подплывает к собеседнику).
  • Равна склонная к дружеской озадаченности, что выражается в наклоне головы.
  • Она обладает глубокими знаниями в области философии (запредельная философия) и теологии (прикладная теология).
  • Равна хорошо осведомлена о судьбах Сил и истории звездных систем (например, Удел Богов).
  • Она была знакома с Фамом на Маршрутизаторе, где он считал ее умной девушкой.
  • Равна обладает качеством, которое Старик называл «добротой».
  • Она характеризуется как женщина, которую непросто манипулировать.
  • Равна честна и не склонна к лжи.
  • Она обладает собственным звездолетом, который числится придонным люггером.
  • Равна испытывает к Фаму глубокие чувства, сравнимые с любовью.
  • Она готова поддерживать Фама и не покидать его, пока он остается человеком и у них есть общая цель.
  • Равна способна на глубокое сопереживание и эмоциональную поддержку.
Изучение теории прыжков
  • Равна находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Равна является участницей группы из четырех человек (наездников), обсуждающих планы спасения.
  • Равна обладает способностью или доступом к человеческим воспоминаниям Фама.
  • Равна относится к группе лиц, обладающих знаниями о цивилизациях Медленной Зоны и Запределья.
  • Равна относится к персонажам, которые планируют вмешательство в развитие технологий Королевства Тайного Острова.
  • Равна выражает мнение, что планы Старика являются своего рода волей рока.
  • Равна считает, что судьбу можно перехитрить.
  • Равна задает вопросы о технической возможности быстрого создания радиосвязи.
  • Равна принимает решение выбрать лучший алгоритм из предложенных другими участниками.
  • Равна переводит выбранный алгоритм на упрощенный самношк и отправляет его вниз.
  • Равна испытывает трудности с принятием мысли о том, что успех спасения Джефри во многом зависит от удачи.
Инспекция стройки и внезапная стычка
  • Равна — персонаж, чьего ответа ожидают Амди и Джефри.
  • Равна упоминается в контексте событий, происходящих на Холме Звездолета.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Равна обладает собственностью — звездолетом.
  • Равна обладает «драгоценным» Джефри.
  • Равна является автором инструкций, содержащих описания экспериментов с материалами, методики получения ингредиентов и рецепты.
  • Указания Равны характеризуются как загадочные, с длинными отступлениями и описаниями экспериментов.
  • Равна пересмотрела сроки прибытия «Гостей», указав на трудности с полетами меж звезд.
  • Равна не знает о том, что Стальной строит куртину, способную полностью скрыть звездолет, так как он убедил её, что это лишь защита от древорезчиков.
  • Равна не знает о планах Стального по созданию открытого дворика для защиты её корабля.
  • Равна была убеждена (с помощью Амдиджефри), что её Джефри находится в реальной опасности из-за нападений древорезчиков.
Работа в командной рубке
  • Равна находится на спасательном корабле.
  • Равна общается с Джефри и Амди через ультраволновый коммуникатор корабля.
  • Равна дежурит на той стороне линии связи.
  • Сообщения от Равны иногда приходят с задержкой в несколько часов.
  • Равна отправляет сообщения, содержащие табличные данные и инструкции.
  • Равна дает советы по настройке радиосвязи (например, о полосе пропускания).
  • Равна считается взрослым человеком, который летит в даль, чтобы спасти Джефри и Амди.
  • Равна похожа на Сьяндру Кей.
  • Равна является женщиной (упоминается, что она старше Йоханны, но моложе мамы Джефри).
  • Равна считается «хорошим» человеком, который пытается закончить дело, начатое родителями Джефри.
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Равна находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Равна находится на мостике корабля.
  • Равна проявляет раздражение по отношению к Синепанциру из-за его повторяющихся действий.
  • Равна старается отвечать Синепанциру помягче, понимая, что на него не стоит срывать гнев.
  • Равна обладает способностью сдерживать улыбку.
  • Равна изучила Фама и понимает его мысли.
  • Равна не верит в Древние Войны и Катастрофы.
  • Равна интересуется мифами наездников.
  • Равна называет Синепанцира и Зеленожку «своими человеческими друзьями» (в контексте будущего знакомства).
  • Равна имеет семью на планете в системе Сьяндры Кей.
  • Равна проявляет нетерпение в разговоре о вариантах получения помощи.
  • Равна вступает в диалог с Фамом и Синепанциром относительно ремонта корабля и маршрута.
  • Равна называет Синепанцира «миледи» (в контексте обращения к ней, но она сама является адресатом этого обращения).
Жизнь и работа на корабле
  • Равна — девушка.
  • Равна находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Равна путешествует вместе с тремя спутниками (включая Фама) к Дну.
  • Равна общается с мальчиком по имени Джефри через антенный рой «Внеполосного-II».
  • Равна занимается изучением корабельной библиотеки, составляя планы помощи Стальному Владыке и Джефри.
  • Равна обеспечивала Фама практикой в изучении языка самношк.
  • Равна испытывает смешанные чувства (счастье и тяжесть) во время ежедневных сборов в командной рубке.
  • Равна знает истории из практики Синепанциря и может приводить примеры из истории.
  • Равна испытывает чувство вины за то, что в приступе гнева назвала память Фама поддельной.
  • Равна осознает, что память Фама действительно искалечена, и сочувствует ему, желая его утешить.
  • Равна испытывает ненависть к Старику за то, что он сделал с памятью Фама.
  • Равна анализирует сообщения от Джефри и сомневается в искренности информации, которую они получают.
  • Равна обладает знаниями о нюйорской истории и истории Старой Земли.
Размышления о ситуации и жизни на корабле
  • Равна была в дюжине разных миров.
  • Равна читала обзоры о тысячах миров.
  • Равна знает о различных сортах средневековья.
  • Равна читала про «век принцесс».
  • Равна перелистывает сообщения в ходе общения с Фамом.
  • Равна анализирует информацию, полученную от мальчика по имени Джефри.
  • Равна осознает, что Фам прав в своих подозрениях относительно ситуации.
  • Равна размышляет о том, что Джефри говорит правду, какой он ее видит.
  • Равна интересуется личностью Джефри Ольсндота и хотела бы с ним познакомиться.
  • Равна анализирует способности Джефри, замечая его математическую интуицию.
  • Равна живет на корабле «Внеполосный-II».
  • Равна делит каюту с Фамом.
  • Равна находится в состоянии полета, который длится уже несколько месяцев.
  • Равна испытывает чувство одиночества, которое она ощущала после отлета со Сьяндры Кей.
  • Равна чувствует любовь и дружбу в текущей ситуации.
  • Равна осознает, что текущие месяцы могут стать для нее «золотой, счастливой порой».
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Равна считает название системы Гармоничный Покой идиотским.
  • Равна отправила краткий запрос на трисквелин для диагностики и ремонта двигателей.
  • Равна испытывает беспокойство из-за слухов о военных приготовлениях и угрозах «истребителей паразитов».
  • Равна испытывает тревогу за судьбу Сьяндры Кей, где живут ее близкие.
  • Равна не виделась с родителями и Линн уже более двух лет.
  • Равна помнит Сьяндру Кей как место из своей прошлой жизни.
  • Равна осознала, что ей и Фаму нельзя выдавать свое происхождение (человеческое), когда они причалят к Гармоничному Покою.
  • Равна участвовала в очистке программ корабля от следов человеческого присутствия.
  • Равна решила спрятать человеческие пожитки в трюм, замаскированный под убежище для обитателей газовых гигантов.
  • Равна способна самостоятельно анализировать масштаб и структуру космических объектов (например, арки святого Ринделла).
Путешествие к Гармоничному Покою
  • Равна является девушкой.
  • Равна находится на корабле «Внеполосный-II» в Запределье.
  • Равна работает вместе с Фамом Нювеном.
  • Равна обладает опытом продаж и переговоров, полученным во время работы на Вриними.
  • Равна привыкла к четкому переводу (в том числе сообщений по Сети).
  • Равна наблюдает за переговорами между наездниками и святым Ринделлом через камеры.
  • Равна перешептывается с Фамом, задавая вопросы о башенных структурах.
  • Равна проявляет эмоциональную реакцию: она удивляется внешности существ, похожих на бабочек, и испытывает страх за Синепанциря и Зеленожку.
  • Равна способна анализировать ситуацию и делать предположения о намерениях собеседников (например, о наличии заказов у ремонтника).
Утешение Равны и новости
  • Равна — девушка.
  • Равна считает Фама хрупкой оболочкой себя прежнего.
  • Равна возилась с коммуникатором.
  • Равна получила доступ на чтение в локальную сеть.
  • Равна открыла окно новости и побледнела от увиденного.
  • Равна бросилась к Фаму и крепко обхватила его, спрятав лицо на груди.
  • Равна плакала и дрожала от горя.
  • Равна потеряла свою семью (маму, папу, сестру) и мир, в котором росла.
  • Равна осталась одна во Вселенной после катастрофы.
  • Равна обладает большой силой (в противовес «хрупкому» Фаму).
Наблюдение за сделкой из корабля
  • Равна появилась в грузовом отсеке, когда Синепанцирь с Зеленожкой готовили шпалеры.
  • У Равны под глазами были темные круги, почти синяки.
  • Равна обняла Фама в ответ на его приветствие, словно бы примериваясь, и не стала выпускать его.
  • Равна выразила желание помочь Синепанцирю и Зеленожке.
  • Равна получила разрешение проверить камеры и крепеж груза.
  • Равна осматривала шпалеры.
  • Равна проплыла через палубу, чтобы выглянуть наружу.
  • Равна задала вопрос о том, чинят ли поврежденные шипы.
  • Равна заметила на кадрах с камер Зеленожки присутствие наездников.
  • Равна спросила, куда уехала Зеленожка.
  • Равна вмешалась в диалог, спросив, что с Зеленожкой.
  • Равна согласилась прикрывать Фама, несмотря на его просьбу остаться на палубе.
  • Равна обладает способностью перемещаться (летать/проплывать) по палубе и проходам корабля.
Путешествие к Зеленожке
  • Равна наблюдает за действиями Фама через шлюзовые камеры.
  • Равна предупреждает Фама о необходимости скрывать человеческую экспедицию.
  • Равна сообщает Фаму о низкоуровневом автоматическом запросе от местных жителей.
  • Равна предупреждает Фама о возможных «противных сюрпризах» у старперских культур Срединного Запределья.
  • Равна сообщает Фаму о нарушении дресс-кода и делает ему замечание от местных жителей.
  • Равна сообщает Фаму об отсутствии активности среди кораблей в течение последних пяти часов.
  • Равна сообщает Фаму о состоянии комм-сети и отсутствии Апраханти.
  • Равна сообщает Фаму об одобрении сделки Святым Ринделлом и окончании ремонта «Внеполосного-II».
  • Равна сообщает Фаму, что Зеленожка пропала из виду.
  • Равна дает информацию о местонахождении колонии наездников (примерно в сотне километров от торгового ряда).
  • Равна упоминает наличие «романтических квестов из постельной библиотечки» в контексте своих слов.
  • Равна является собеседником Синепанциря (вероятно, по связи).
  • Связь с Равной прерывается в середине происходящих событий.
Бой Фама с наездниками
  • Равна — персонаж, к которому Фам Нювен обращается по голосовой связи в качестве получателя сообщения.
  • Равна находится в месте, где может видеть сигналы (Фам надеется, что она «уже продрала глаза»).
Разговор Фама и Равны в медотсеке
  • Равна — девушка.
  • Равна находится на корабле, в частности в медотсеке и в командной рубке.
  • Равна обладает способностью парить над поверхностями (парила над капсулой Фама и над ложем).
  • Равна может просунуть руку внутрь автохирурга.
  • Равна проявляла эмоциональную реакцию: она выглядела измученной, словно недавно много плакала, и вымученно смеялась.
  • Равна проявила заботу о Фаме, поцеловала его и просила отстегнуть его от оборудования.
  • Равна сопровождала Фама в командную рубку.
  • Равна обладает информацией о событиях прошлого: она знает о перестрелке, похищении Зеленожки вымогателями-наездниками и о том, как они застряли в «Покойся с Миром».
  • Равна выражала тревогу и ужас в разговоре о возможном порабощении наездников Страумлианским Искажением.
  • Равна способна бесстрастно сообщать данные с дисплея.
  • Равна была в шоке от того, что Зеложка могла быть перевербована так быстро.
  • Равна была втянута в опасную ситуацию: она упоминает, что без помощи Синепанциря не смогла бы вытащить Фама с хабитата.
Разговор Тиратект и Стального
  • Равна обладает кораблем.
  • Корабль Равны должен прибыть через три десятидневки.
  • Равна кажется более уверенной в оценке сроков прибытия своего корабля.
  • В сообщениях Равны заметины некоторые перемены в тональности.
Испытание радиомантий
  • Равна утверждает, что базовая конструкция радио доступна цивилизации ненамного продвинутей шкуродерников.
Размышления Равны в каюте
  • Равна находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Равна лелеяла надежду, что их корабль доберется до Дна незамеченным.
  • Равна ежедневно читает новостные группы в Сети, пытаясь найти подтверждение правильности своих действий.
  • Равна знает, что за их кораблем гонится минимум три флота, включая силы Альянса, флотилию Сьяндры Кей и силы с Вершины Запределья.
  • Равна испытывает чувство вины и сомнения относительно того, правильно ли она поступила, утаяв предательство и вступившись за Синепанциря с Зеленожкой.
  • Равна испытывает глубокую эмоциональную привязанность к Фаму и тоскует по их прежним отношениям.
  • Равна осознает, что она сама втянула Синепанциря с Зеленожкой в текущую миссию.
  • Равна считает Синепанциря и Зеленожку своими друзьями и союзниками, несмотря на осознание того, что они могут быть потенциально опасны или «отравлены».
  • Равна обладает способностью чувствовать страх перед трансцендентными масштабами зла.
  • Равна способна самостоятельно анализировать сложные сообщения в Сети, хотя ей приходится сталкиваться с трудностями перевода на трисквелин.
  • Равна находится в состоянии эмоционального кризиса, выраженного в слезах и чувстве отчаяния.
  • Равна осознает свою ответственность за судьбу других и считает себя «пешкой на доске».
Разговор с наездниками в каюте
  • Равна обладает способностью к полету (оттолкнулась и полетела к двери).
  • Равна находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Равна путешествует вместе с Фамом Нювеном и наездниками (Синепанцирем и Зеленожкой) к Дну.
  • Равна испытывает внутренний конфликт: она одновременно проклинает себя за доверие к наездникам и терзается из-за того, что оставила их в одиночестве.
  • Равна обладает способностью понимать и интерпретировать информацию, полученную от Зеленожки (пересказывает объяснения Зеленожки Фаму).
  • Равна испытывает чувство беспомощности и самокритику («идиотка», «беспомощная») в контексте текущей ситуации.
  • Равна обладает информацией о прошлом: она помнит гибель Сьяндры Кей, ее миров и семьи.
  • Равна осознает политическую и техническую ситуацию: знает о преследовании флотилиями и о том, что автоматика корабля начинает давать сбои.
  • Равна анализирует психологическое состояние Фама Нювена, понимая его страхи и мотивы.
  • Равна принимает решение о сотрудничестве с наездниками ради достижения цели.
  • Равна находится в отношениях с Фамом Нювеном; он когда-то ее любил, и она понимает, что он до сих пор испытывает к ней сложные чувства.
  • Равна осознает, что Фам Нювен может попытаться убить их, если они появятся на мостике, но надеется на яростный спор.
  • Равна занимает промежуточное положение между Фамом и наездниками, физически располагаясь между ними.
Разговор Равны и Фама
  • Равна предложила Фаму выйти на связь с Коммерческой охраной, чтобы убедить их повернуть оружие против Погибельного флота.
  • Равна не желает, чтобы остатки своего народа погибли во имя ее.
  • Равна иногда срывается в горестный плач.
  • Равна думает о Джефри и Зеленожке, чьи мысли помогают ей держать себя в руках.
  • Равна считает, что Джефри и Зеленожка нуждаются в ней.
  • Равна долгие часы копалась в библиотеке «Внеполосного-II», пытаясь придумать изобретения для друзей Джефри.
  • Равна ежедневно проводила много времени рядом с Зеленожкой, пытаясь добиться прогресса в общении.
  • Равна испытывала опасения, что улучшение состояния Зеленожки может быть мнимым.
  • Равна испытывала сочувствие к Зеленожке, когда та регрессировала в общении.
  • Равна видела, что подступы к мастерским и командной рубке «Внеполосного-II» похожи на военные блокпосты.
  • Равна вела тяжелые споры с Синепанцирем о действиях Фама.
  • Равна считала, что Синепанцирь и Зеленожка лояльны им.
  • Равна испытывала нежданную надежду, когда Фам начал размышлять о прошлом Синепанциря и Зеленожки.
Кризис на корабле и планирование действий
  • Равна находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Равна не обратила бы внимания на приглушенное буханье, но раньше на борту такого не слышала.
  • Равна видела изображения катастроф, но считала их маловероятными из-за условий вакуума и гравитации.
  • Равна осознавала близость гибели и с ужасом наблюдала за состоянием Фама.
  • Равна знала, что Наблюдатели войны ошибались в отношении флота Погибели (он не был безмолвен и отправлял сообщения на «Внеполосный-II» тридцать раз за последние недели).
  • Равна видела в кошмарах планы по привлечению флота Сьяндры Кей к сражению с Погибелью.
  • Равна подлетела ближе к дисплею, чтобы разглядеть зеленые следы на навигаторе.
  • Равна кивнула в ответ на слова Фама о ситуации с флотом Сьяндры Кей.
  • Равна знала, что через двадцать часов или около того флот Сьяндры Кей может попытаться выбить Альянс из юдоли.
Планы Фама и переговоры с наездниками
  • Равна провела с наездниками достаточно много времени, чтобы начать понимать их или изучить их личности.
Ожидание в глубине прилива
  • Равна испытывает страх и холодок по спине при обращении к новой автоматике.
  • Равна считает, что Медленная Зона похожа на пещеру тьмы с редкими факелами.
  • Равна считает, что реальность в некотором смысле соответствует картинке «царства кретинов с арифмометрами наперевес».
  • Равна выключила музыку и художественные заставки, так как они казались ей слишком тупыми без отклика на контекст и настроение.
  • Равна жалуется Фаму на невозможность использовать автоперевод естественных языков в новой версии «Внеполосного-II».
  • Равна находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Равна сражалась с «полудурками», выдающими себя за стратегических планировщиков корабля.
  • Равна пропустила три сеанса связи с Джефри Ольсндотом и его друзьями-Когтями.
  • Равна испытывает беспокойство за Джефри Ольсндота и ситуацию на планете Когтей.
Ожидание связи и плесень
  • Равна не опаздывала на связь ни разу с зимы.
  • Равна пропустила запланированный на середину ночи сеанс связи.
  • Равна пропустила вечерний сеанс, во время которого обычно болтали.
  • Равна не вышла на связь в течение трех дней (включая день после того, как «Внеполосный-II» так и не вышел на связь).
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Равна является одним из «Гостей» (или «дружков с неба»)
  • Равна обладает способностями, которые Стальной Владыка изначально считал могущественными
  • Равна характеризуется как «негибкая» и «косная тупица»
  • Равна не умеет ставить на себе эксперименты и самосовершенствоваться
  • Равна проявляет примитивную хитрость, уходя от вопросов о том, что им в действительности нужно на корабле
  • В сообщениях и приложениях Равны (для человеческого щенка) читается отчаяние
  • Равна вместе с Фамом представляет угрозу, которую Стальной Владыка хочет «зажать челюстями»
Разговор с детьми и Стальным
  • Равна не выходила на связь уже четыре раза.
  • Равна является женщиной (упоминание в женском роде: "с ней случилось").
Путь к лагерю Ранголита
  • Равна — персонаж, появление которого ожидается (упоминается в начале отрывка).
  • В тексте нет прямых описаний действий, реплик, мыслей или биографии Равна, так как персонаж не появляется в данном фрагменте.
Прилет на планету и радиосвязь
  • Равна находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Равна способна взаимодействовать с Синепанциром (коснулась его ветвей, чтобы урезонить наездника).
  • Равна способна управлять клавиатурой корабля и запрашивать сеансы связи.
  • Равна пристегнулась на месте своего рабочего места с помощью складной подвески для невесомости.
  • Равна испытывает сильные эмоции (захватило дух) при виде планеты Когтей.
  • Равна испытывает ностальгию по своей родной планете Херте в Сьяндре Кей.
  • Равна знает о существовании и географии планеты Когтей благодаря рассказам Джефри.
  • Равна знает Джефри и поддерживает с ним связь.
  • Равна способна распознавать детали ландшафта (айсберги, горы, долины, полярную шапку) при приближении к планете.
  • Равна эмоционально реагирует на сообщения о помощи от Джефри.
  • Равна находится в состоянии эмоционального потрясения из-за известия о гибели Сьяндры Кей.
Разговор Стального с синглетом
  • Равна является лидером или представителем группы «звездников» (звездожителей).
  • Равна прибывает в место действия через пять часов после начала событий в отрывке.
  • Равна находится в состоянии отчаяния.
  • Равна утаивает точные причины своего отчаяния.
  • Равна и ее группа (дружки) рассматриваются Стальным как потенциальные союзники или инструменты для уничтожения Древорезчицы.
  • Равна является целью, к которой Стальной стремился заманить южан в ловушку.
  • Равна и ее группа могут оказаться заложниками в «Челюстях» замка, если план Стального сработает.
Путешествие к планете Когтей
  • Равна находится на корабле «Внеполосный-II»
  • Равна находится в каюте наездников
  • Равна обладает способностью быстро вычислять данные в уме (вычислила количество кораблей преследователей)
  • Равна наблюдает за действиями Фама и его реакцией на приближение планеты Когтей
  • Равна анализирует состояние и способности Фама, включая его память о пилотском мастерстве
  • Равна испытывает сомнения относительно природы и надежности «богосколка»
  • Равна осознает, что не придумала способ переделать ультраволновик для ближней связи
  • Равна ведет внутренний монолог о возможных последствиях действий и судьбе Джефри и народа Стального Владыки
  • Равна находится в состоянии эмоционального напряжения, испытывая цикл сомнений и страхов
Ожидание связи и разговор с Равной
  • Равна прервала долгое молчание.
  • Равна поговорила с Амдиджефри и Стальным Господином напрямую.
  • Равна сообщила, что через несколько часов прилетит корабль.
  • Равна просила Джефри и Амдиджефри оставаться на месте.
  • Равна обладает голосом, который становится напряженным, когда она злится.
  • Равна задала Джефри вопрос об объеме шара диаметром десять сантиметров.
  • Равна находится на корабле, который приближается к месту событий.
Полет Фама на шлюпке
  • Равна видела, как войска Древорезчицы наступают на замок по южному склону.
  • Равна заметила в лесах, окаймлявших фьорд с юга, скрывающиеся войска и пушку.
  • Равна предложила пролететь над врагами на высоте пары тысяч метров, чтобы отпугнуть их.
  • Равна осознала, что полет на большой высоте не отпугнет древорезчиков, и согласилась на план спуститься и атаковать их огнем.
  • Равна обладает способностью видеть детали происходящего на местности (наступление врагов, наличие пушек).
  • Равна сообщила Фаму о высоте шлюпки (две тысячи метров) и о том, что Джефри заметил их.
  • Равна способна транслировать или передавать голоса других персонажей (в тексте упоминается голос Стального как «помесью голосов Равны и ребенка»).
Оборона замка и маневры на поле боя
  • Равна потребовала, чтобы Джефри направлял удар по радио.
  • Равна обладает способностью четко и громко говорить (ее голос звучал из комма).
  • Равна находится в роли командира или координатора действий в ходе сражения.
  • Равна выразила нежелание устраивать бойню, когда ситуация на поле боя стала критической.
  • Равна сообщила, что они оттеснили врага от стен.
  • Равна пообещала прийти на выручку, как только враг снова атакует.
  • Равна находится на борту или управляет аппаратом «Внеполосного-II».
  • Равна не видит сквозь дым на поле боя.
  • Равна выразила недовольство техническим состоянием аппарата, назвав его «ублюдочным гибридом».
Переговоры по каналу связи
  • Равна пытается разгадать подлинную обстановку по голосу Самношка Стального.
  • Равна находится на личном канале связи с Фамом.
  • Равна находится в том же месте, где и Зеленожка.
  • Равна знает, что Зеленожка не знает о её присутствии.
  • Равна переключила каналы связи после разговора со Стальным.
  • Равна выражает сомнение в том, что выполнение требований Стального позволит им выжить.
  • Равна предупреждает Фама, что их миссия может быть засадой.
  • Равна выражает неуверенность в успехе миссии, опасаясь, что Стальной убьет их, не допустив на корабль.
Побег через туннели
  • Равна находится где-то снаружи (в отличие от Джефри и щенков).
  • Стальной Владыка угрожает Равне, говоря, что сделает больно, если она его не послушает.
  • Стальной Владыка планирует убивать звездников, когда те приземлятся.
  • Стальной Владыка не любит Равну, Джефри и щенков.
  • Стальной Владыка планирует резать и убивать Равну.
Спасательная операция и наблюдение
  • Равна общается с персонажами через коммуникатор.
  • Равна следит за действиями Стального и сообщает о них.
  • Равна сообщает, что угрозы Стального стали менее завуалированными, а его самношк — сложнее разбирать.
  • Равна видит, что Стальной пытается навести на группу пушку, стоящую к северу от замка.
  • Равна утверждает, что не понимает, насколько далеко ей видно.
  • Равна сообщает, что Стальной до сих пор не привел Джефри к передатчику.
  • Равна сообщает, что Стальной «совсем с резьбы слетел» и расписывает подробности пыток для Джефри.
  • Равна сообщает, что солдаты Стального равномерно рассыпались вдоль всех стен, кроме северного вала.
  • Равна сообщает, что Стальной, кажется, не знает, где находится мальчишка.
Приказы Стального и уход Шрека
  • Равна способна общаться через динамик (радиоустройство).
  • Равна выражает раздражение или сердитость в ответ на действия Стального.
Спасательная операция в огне
  • Равна находится высоко в небесах.
  • Равна способна общаться с Фамом через устройство (вероятно, вокодер или систему связи), так как Фам слышит её голос в ухе.
  • Равна задает вопросы о происходящем на поле боя и о состоянии героев.
  • Равна выражает беспокойство и просит Фама быть спокойным.
  • Равна не видит того, что происходит внизу, и жалуется на отсутствие видимости.
Последствия столкновения и планы Фама
  • Равна говорит дрожащим от ужаса голосом.
  • Равна задала вопрос о том, ехал ли Синепанцирь через пламя, пока горел.
  • Равна кричит где-то вдалеке, когда мальчик просыпается.
  • Равна способна видеть события в небесах и на поле боя (отступление Когтей, отсутствие пожаров в замке).
  • Равна способна видеть Погибельный флот и определять его расстояние (сорок восемь световых лет).
  • Равна знает скорость движения Погибельного флота и время его прибытия в систему.
  • Равна сообщает Фаму о перемещениях войск и состоянии замка.
  • Равна говорит не только в микрофон (бормочет незаметно).
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Равна прибыла на поле боя к ожидающим ее стаям.
  • Она прибыла на планету на звездолете «Внеполосный-II».
  • Равна обладает статусом, заставляющим солдат молча уступать ей дорогу.
  • Она направилась к центральной стае, восседавшей на шелковых подушках.
  • Равна признала, что не смогла приземлиться ближе к цели из-за неудачной посадки.
  • Равна испытывает сильную спешку и тревогу из-за приближающегося флота Погибели.
  • На запястье Равны находится Данник, подключенный к системам «Внеполосного-II», который отсчитывает время до прибытия флота Погибели.
  • Равна испытывает чувство вины или ответственности перед Фамом (в мыслях она задается вопросом, простят ли ее).
  • Равна вежливо обратилась к Древорезчице и позже к мальчику по имени Джефри.
  • Равна проявила сочувствие к Джефри, заметив его измученный вид.
  • Равна проявила любопытство к стае щенков, которую мальчик назвал Амди.
  • Равна вошла внутрь корабля «Внеполосный-II» через люк.
  • Равна испытывает сильные эмоции (гнев, очарование, надежду и тревогу) при виде Фама и устройства «Контрмера».
  • Равна обладает знаниями о трансцендентных устройствах и устройстве мира (знает о Погибели, Дне Запределья и Трансценденции).
Гибель Фама Нювена
  • Равна испытывала панику и страх перед приближением Погибельного флота.
  • Равна находилась в каюте контейнеровоза вместе с Фамом Нювеном и Странником.
  • Равна обладала устройством на запястье, которое отображало отметки позиций флота.
  • Равна испытывала чувство любви к Фаму Нювену.
  • Равна испытывала глубокое горе и эмоциональное истощение после гибели Фама.
  • Равна была свидетелем того, как солнце погасло и небо потемнело из-за действий Контрмеры.
  • Равна находилась в Медленной Зоне, где навигация была затруднена.
  • Равна была увлечена мыслями о цивилизациях, бабочках и предателях на Сьяндре Кей.
  • Равна была вынуждена покинуть каюту вместе со Странником и Йоханной.
  • Равна сидела на ступенях трапа в состоянии молчаливого бездумного горя.
  • Равна была в сопровождении Зеленожки, которая включала ей песню моря.
  • Равна в конце отрывка сидела рядом с мальчиком и щенками.
Подготовка к встрече
  • Равна верит в слухи о том, что Шкуродер разделился на отдельные единицы и координирует отступление.
  • Равна верит в эти слухи по определенным причинам.
  • Равна проснулась и бросилась на замковый парапет вместе с Йоханной, когда прозвучали сигнальные рожки.
  • Равна передала бинокль Йоханне.
  • У Равны был бинокль.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Равна находится в группе Древорезчицы и сопровождает её вместе со Странником.
  • Равна находится на северном склоне замкового холма.
  • Равна обладает пистолетом Фама в кобуре на поясе.
  • Равна вместе с Зеленожкой смонтировала на одной из грузовых палуб корабля «Внеполосный-II» лучемет.
  • Равна обладает дистанционным управлением лучеметом.
  • Равна способна понимать и интерпретировать сообщения, передаваемые Странником через его щенков.
  • Равна знает о существовании корабля «Внеполосный-II» и его текущем местонахождении за бастионами Тайного Острова.
  • Равна знает о том, что корабль не сможет подняться в небо без низкоуровневой перепрошивки от Зеленожки.
  • Равна присутствовала при переговорах между Древорезчицей и Шкуродером.
  • Равна знает имя Шкуродера (Шкуродер-Тиратект) и его историю как бывшего спутника Древорезчицы.
  • Равна знает о том, что Шкуродер убил двух элементов Стального.
  • Равна является спутницей королевы Древорезчицы.
Путешествие Странника и посадка на острове
  • Равна — девушка.
  • Равна имеет темную кожу.
  • Равна является пассажиркой шлюпки «Внеполосного-II».
  • Равна проявляла тревогу во время полета Странника.
  • Равна проявила подозрительность, когда Странник приземлился на атолле.
  • Равна помогала Страннику и стае втаскивать Зеленожку на гребень рифа.
  • Равна предложила подвезти Зеленожку ближе к воде.
  • Равна выдвинула гипотезу, что Когти произошли от китов.
  • Равна сидела рядом с Зеленожкой на берегу, опершись на колесную платформу.
  • Равна призналась, что провела двести лет с Синепанцирем, который был великим торговцем.
  • Равна выразила благодарность Страннику за защиту.
  • Равна планирует сочинить хронику их квеста.
  • Равна сообщила, что она и Синепанцир были беременны, и внутри неё находится кладка яиц.
  • Равна хочет почтить память Синепанцира, принеся детей на остров.
  • Равна помогала спускать имитацию тележки по скале в воду, упираясь ногами и рукой.
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Равна — девушка, которая находится в компании Странника и стаи Когтей.
  • Равна имеет ссадины и синяки на теле.
  • Равна обладает способностью понимать язык существ, которых изучили Когти, хотя она не до конца понимает, как тщательно они его изучили.
  • Равна была той, кто открылась Древорезчице.
  • Равна рассказала королеве о порабощении тележки.
  • Равна устала изображать из себя богиню, владеющую Тайной.
  • Равна согласилась с Зеленожкой на то, чтобы та осталась на планете.
  • Равна считает, что поработить можно лишь настоящие тележки, а нынешняя Зеленожка к ним не относится.
  • Равна удивляется спокойствию Древорезчицы.
  • Равна способна летать на антиграв-шлюпке, но, по мнению Странника, она так и не научится на нем летать.
  • Равна наблюдает за приливом и закатом вместе со Странником.
  • Равна знает, что Зеленожка вооружена и способна обнаруживать в воде яды или хищников.
Наблюдение за звездами
  • Равна взяла детей (Джефри, Йоханну и Амди) посмотреть на звезды на полях у Замка Звездолета.
  • Равна знает, что девочка Йоханна предпочла бы остаться дома на Тайном Острове.
  • Равна испытывает беспокойство по поводу того, сможет ли она справиться с пробуждением 151 ребенка (выживших страумеров) в капсулах гибернаторов.
  • Равне нравятся Джефри, Йоханна и Амди.
  • Равна любит королеву (Древорезчицу) и Странника.
  • Равна понимает, что жизнь в новом мире может быть похожа на те наблюдения, которые она делает за Джефри и Амди.
  • Равна обладает способностью узнавать звезды Сьяндры Кей по их виду.
  • Равна вспоминает, что ее жизнь до трех лет назад прошла на Сьяндре Кей, где она жила с Линн.
  • Равна знает о судьбе флота Аньяры и о том, что он разгромил Погибель.
  • Равна осознает, что они находятся в новой Медленной Зоне в области, задетой Возмездием Фама.
  • Равна анализирует последствия Прилива и Возмездия, осознавая масштаб катастрофы в масштабах Галактики.
  • Равна сидела на склоне пригорки в ямке, выстланной мхом, и была одета в парку, сшитую стаями.

Странник

Странник Викврэкшрам — многовековой долгожитель расы Когтей, представляющий собой уникальную «стаю» из нескольких сознаний, способную разделяться и поглощать чужие воспоминания. Этот «безбашенный» пилигрим сочетает в себе навыки мастера шпионажа и аналитика с феноменальной памятью, сохраняющей историю ушедших цивилизаций.

Странник Викврэкшрам — долгожитель, называющий себя «безбашенным» или «скромным» пилигримом, чье существование охватывает полтысячи лет. Он является представителем расы Когтей и представляет собой уникальную структуру — «стаю», состоящую из элементов. Странник называет себя «всего-навсего четверкой», однако в разные периоды его состав менялся: он был четверным, затем стал тройкой из-за гибели одного элемента, а в моменты экстремальных нагрузок способен на полное разделение и последующее объединение своего сознания. Его физическая сущность включает в себя лапы, челюсти, морды и шкуры, а один из его элементов — здоровенный и покрытый шрамами — вызывает у окружающих (в частности, у Йоханны) физический холодок. Обладая способностями, граничащими с мистическими, Странник способен воспринимать мысли раненых и умирающих, чувствовать «веяния» (ауры) и слышать посторонние мыслезвуки. Его сознание обладает уникальной архитектурой: он способен на многозадачность, разделяя ум между разными задачами, и может видеть мир через глаза своих элементов, что фактически «расчетверяет» его зрение. Странник обладает феноменальной памятью, хранящей предания последней тысячи лет, включая воспоминания о погибших цивилизациях и детальные знания о географии, истории и даже школьных программах мира. Благодаря способности поглощать воспоминания других существ (например, элемента со шрамом), он получает доступ к секретам местности, паролям и деталям прошлого. Странник демонстрирует выдающиеся аналитические и адаптивные способности, позволяющие ему мгновенно менять стиль мышления на «заправского шпиона», оценивать тактику противника, анализировать ресурсы и интерпретировать сложные социальные структуры. Он мастерски владеет «самношкой» (языком стай), превосходя в этом почти всех представителей своей расы, и способен идеально имитировать человеческую речь, включая специфические голоса и тональности. Его навыки включают в себя управление сложной техникой (антигравитационными шлюпками, динамиками), тактическое планирование в условиях опасности, а также способность к глубокому сопереживанию и анализу чувств других существ. Несмотря на статус опытного воина, способного к убийствам и лидерству в бою, Странник характеризуется как беззаботный весельчак с самоиронией и специфическим чувством юмора. Он является доверенным лицом и любовником Древорезчицы, занимая в её окружении место, более близкое, чем у родственников. В отношениях с другими он проявляет покровительственные нотки, способность к блефу и готовность брать на себя ответственность за безопасность слабых. Его жизнь отмечена странствиями по всему миру, в которых он познал способность к медитации в воде, умение летать («шагать по облакам») и глубокую ностальгию по утраченным «раям» прошлого.
Ключевые факты (381)
Наблюдение за битвой и разведка
  • Странник является пилигримом.
  • Странник обладает способностью воспринимать чужие мысли (он слышит мысли раненых и умирающих в толпе).
  • Странник обладает способностью к концентрации, позволяющей удерживать сознание в условиях сильного ментального давления.
  • Странник обладает способностью к быстрому анализу и адаптации (он начинает мыслить как 'заправский шпион').
  • Странник путешествует по миру уже много веков.
  • Странник обладает способностью к маскировке (он стягивает камуфляжную куртку с трупа для скрытности).
  • Странник состоит из четырех элементов (он называет себя 'всего-навсего четверка').
  • Странник обладает способностью к управлению своими элементами (он отделил два своих элемента от себя).
  • Странник способен к глубокому сопереживанию и анализу чужих чувств (он анализирует сексуальную активность и боль в толпе раненых).
  • Странник обладает способностью к быстрому ориентированию в пространстве и тактическому планированию.
  • Странник способен к физическому преодолению опасных зон (он прорвался через зону распада, несмотря на ментальное воздействие).
Схватка и путь к гавани
  • Странник является пилигримом.
  • Странник состоит из элементов (в тексте упоминается, что он был четверным, а затем стал тройкой, так как один элемент погиб).
  • Странник обладает боевыми топориками.
  • Странник обладает способностью к разделению и последующему объединению элементов (распался на несколько минут и снова собрался).
  • Странник обладает способностью поглощать и овладевать воспоминаниями других существ (в частности, он загреб воспоминания элемента со шрамом).
  • Странник обладает способностью видеть мир через глаза своих элементов (зрение расчетверилось).
  • Странник обладает опытом воинских действий и умеет имитировать поведение офицера.
  • Странник обладает сарказмом в общении.
  • Странник находится в краю тиранов.
  • Странник одет в боевую куртку.
  • Странник обладает способностью к частичному единению с другими существами.
  • Странник обладает знанием паролей и местности в районе гавани и замка (благодаря поглощенным воспоминаниям).
  • Странник способен принимать на себя вину за совершенные действия (убийства).
  • Странник способен принимать решения и планировать действия в условиях опасности.
Побег из гавани
  • Странник служил раньше в линейных.
  • Странник обладает памятью о событиях прошлого (в частности, о том, как выглядели войска и трубы в определенный период).
  • Странник обладает способностью чувствовать «веяние» или ауру (чувствовал нечто смертоносное в Тиратект).
  • Странник обладает способностью к мыслезвукам (упоминается необходимость подавлять посторонние мыслезвуки).
  • Странник обладает способностью к интуитивному управлению судном (интуитивно натягивал и давал слабину снасти).
  • Странник обладает способностью к эмоциональным всплескам (завопил от радости так громко, что это услышали другие существа).
  • Странник обладает способностью к визуальному восприятию и анализу (оценил тип лодки, ее оснащенность и функциональные особенности).
  • Странник находился в компании Грамотея и чужацкого элемента в течение трех десятидневок.
  • Странник находился в компании Тиратект (Шкуродера) в прошлом.
  • Странник совершил побег с Тайного Острова на угнанной быстроходной лодке.
  • Странник руководил действиями группы во время побега (отдал команды Грамотею и Джакерамафану).
  • Странник обладает способностью к физическому взаимодействию с предметами (дергал снасти, управлял багром, загнал лодку).
  • Странник знает о географии и особенностях мира (знал о существовании Тайного Острова, Замка, пролива и особенностях лодок Южных морей).
История города Древорезчика
  • Странник прибыл в домен Древорезчика на катамаране.
  • Странник путешествовал вместе с Грамотеем.
  • Странник чувствовал сильную усталость от пребывания в бесстайной глуши.
  • Странник испытывал тревогу за чужака.
  • Странник прибыл с «наименее правильной стороны».
  • Странник прибыл в одиночестве и без явных враждебных намерений.
  • Странник и его спутники были встречены как герои, так как две стаи похитили сокровище из лап северных злодеев.
  • Странник находился в море (на лодке) перед прибытием в гавань.
Прибытие в город и совет Древорезчика
  • Странник прибыл в город после пятидесяти лет отсутствия.
  • Странник обладает способностью видеть или чувствовать изменения в мире, замечая новые постройки и изменения в дорогах.
  • Странник испытывает физическую боль из-за травмы, полученной от «чужака» (существа, которое рассекло мембрану Шрама).
  • Странник чувствует физическое недомогание (подташнивание) из-за действий чужака.
  • Странник обладает способностью к анализу искусства, сравнивая стили разных регионов (тропиков, Южных морей, Длинноозерной Республики).
  • Странник обладает способностью понимать манеры и убранство стай, даже если он не видел их элементов раньше.
  • Странник обладает способностью судить о сути разговора по голосам, даже когда не полностью улавливает смысл слов.
  • Странник знает, что чужак похож на богомола в движении.
  • Странник испытывает чувство тревоги из-за роскоши и изменений в замке Древорезчика.
  • Странник находится в состоянии физического и эмоционального истощения, чувствуя себя усталым.
  • Странник осознает, что его связи с другими стаями могут меняться со временем (от привязанности до враждебности).
  • Странник находится в замке Древорезчика в качестве гостя/путешественника вместе с Грамотеем Джакерамафаном.
  • Странник называет чужака «Двуногой тварью».
  • Странник способен контролировать состояние Шрама (может усыпить его, чтобы облегчить боль).
Совет обсуждает природу чужака
  • Странник присутствовал на совещании Совета.
  • Странник уже не раз слышал специфический звук (межстайную речь чужаков).
  • Странник уверен, что звук, издаваемый чужаком, является межстайной речью.
  • Странник пришел к выводу о способности чужака освободить себя, если он дотянется до узлов, на третий день.
  • Странник считает, что звуки, которые издает чужак, кажутся ему осмысленной речью.
  • Странник внутренне критикует Щепетильника за безбоязненное отвержение традиций.
  • Странник обладает памятью о прошлых встречах с Древорезчицей (помнит тон ее голоса).
  • Странник испытывает положительные эмоции (повеселился) от того, что Древорезчица сохраняет власть в текущей ситуации.
Разговор Странника и Древорезчицы
  • Странник сидел на ступеньках своего жилища спиной к Древорезчице.
  • Он не спустился ей навстречу и не припал к земле.
  • Странник был ранен в голову (повреждена мембрана), из-за чего он временно не мог двигаться.
  • У Странника есть часть тела или сущности под названием Шрам, которая находилась за порогом его покоев.
  • Странник называет себя пилигримом.
  • Странник обладает способностью рассказывать потрясающие истории.
  • Странник вернулся к Древорезчице, так как был рад встрече с ней в прошлом.
  • Странник признался, что в последние десятилетия он смирился со своей судьбой и позволял Совету принимать решения за него.
  • Странник занимается искусством, в частности создает монохромные мозаики.
  • Странник потратил годы на создание нескольких дюжин мозаик.
  • Странник обладает способностью выдвигать свои элементы к другим существам.
  • Странник обладает специфическим взглядом на жизнь, который сохраняется в его душе.
  • Странник способен на сочувствие к другим существам.
  • Странник вступил в близость с Древорезчицей и её стаей.
Изучение картиночного ящика
  • Странник находится в порядке (состояние здоровья характеризуется как «в полном порядке»)
  • Странник находится под присмотром или в заботе лекарей
  • Странник находится в лечебном учреждении или месте, где за ним ухаживают лекари
  • Странник находится в состоянии, когда он «вскоре полностью поправится»
Разговор Йоханны с Грамотеем
  • Странник — один из элементов стаи Когтей.
  • Странник является убийцей отца Йоханны.
  • Странник — один из тех, кто захватил девочку в плен.
  • Странник является другом Грамотея (Напыщенного Клоуна).
  • Странник хотел поселиться в жилье Йоханны, попросив разрешения у Древорезчицы.
  • Странник — один из тех, кто предлагал Йоханне разделить кров с «друзьями».
Разговор Грамотея и Странника в городе
  • Странник является приятелем Грамотея.
  • Странник обладает способностью к обучению: он научился читать на самношке.
  • Странник обучался использованию возможностей Данника вместе с Древорезчицей под руководством Йоханны.
  • Странник вместе с Древорезчицей работает над изготовлением пороха для пушек.
  • Странник мечтает изучать внешников и объездить миры вокруг иных звезд.
  • Странник обладает способностью к выразительной мимике (улыбка растянулась на несколько мордов).
  • Странник проявляет покровительственные нотки в общении с Грамотеем.
  • Странник знает о том, что Древорезчица интересуется идеями Грамотея.
  • Странник знает, что Проныра нервничает из-за охраны Двуногой.
  • Странник сопровождает Грамотея в прогулке по городу древорезчиков.
  • Странник обладает способностью к размышлениям и выражению сомнений (пожал плечами, горестно хмыкнул).
  • Странник предполагает, что армия шкуродерников еще не готова к атаке.
  • Странник видел стаю из Восточного Дома, которая общалась с подрядчиком.
Разговор Странника и Грамотея
  • Странник размышлял над предложением Грамотея.
  • Странник собирается сообщить Грамотею секретную информацию.
  • Странник является любовником Древорезчицы.
  • Странник знает, что Проныр является начальником тайной стражи Древорезчицы.
  • Странник считает, что Проныр чрезвычайно успешен на своем посту.
  • Странник знает о внедрении агентов Проныром на Тайный Остров.
  • Странник осведомлен о планах высшего совета и способах получения дезинформации.
  • Странник усмехнулся в ответ на критику Грамотея в адрес Проныра.
  • Странник знает, что тайная стража должна казаться сплоченной, но иметь уязвимости для привлечения шкуродерников к шпионажу.
  • Странник был ближе к истине, чем сам полагал.
Путешествие и разговоры о щенках
  • Странник является родителем двух щенков (малышей) вместе с Древорезчицей.
  • Странник обладает способностью обмениваться мыслями с потомством.
  • Странник обладает способностью обмениваться мыслями с Йоханной (она чувствует вибрации в черепе от его мыслей).
  • Странник обладает способностью передавать свои органы чувств другим (Йоханна почувствовала запах цветка через щенка Странника).
  • Странник изучает людские обычаи и экзотику, причем делает это даже старательнее, чем Древорезчица.
  • Странник обладает способностью интегрировать в свою стаю других существ (он сумел интегрировать убийцу).
  • Странник характеризуется как «самая свободомыслящая стая из всех известных Йоханне».
  • Странник обладает способностью к самоиронии и признает, что он «немножко тронутый на головы» по сравнению с Древорезчицей.
  • Странник интересуется тем, какими вырастут его дети, и мечтает, чтобы они сделали из него гениального ученого.
  • Странник выражает желание снова стать «шестерным».
  • Странник обладает способностью к человекоподобному смеху (хотя Йоханна считает его немного наигранным).
  • Странник помнит чувство одиночества и неприятности, связанные с отсутствием интеграции в стаю.
  • Странник проводит время, помогая щенкам подниматься на лапы и проходить несколько шагов.
  • Странник смотрит интерактивные сценки в даннике в учебных целях или для забавы.
Битва у гнезда волков
  • Странник обладает группой существ, называемых элементами.
  • Странник командует взрослыми элементами, которые вооружены ножами и стальными когтями.
  • Странник отдал приказ Йоханне прижаться к земле.
  • Странник говорил с трудом и сглатывал слова.
  • Странник не видел темную штуку (гнездо) сам, но осматривался всеми элементами.
  • Странник приказал выжечь гнездо волков.
  • Странник не ответил на вопрос Йоханны о том, какую именно штуку нужно выжечь.
  • Странник был ранен в ходе сражения.
  • Тройка Странника окружила Шрамозадого и щенков.
  • Странник подобрал свои клинки после того, как они были потеряны в бою.
  • Странник продолжал сражаться, несмотря на кровь на мордах и лезвиях.
Разговор Йоханны и Древорезчицы в палатке
  • Странник высказывал мнение о том, что детям не положено пить пиво, пока им не исполнилось восемнадцать.
  • Странник обладает собственным видением способов управления (в отличие от Данника).
  • Странник уверен в том, что сотрудничество людей и Когтей может быть правдой.
  • Странник является долгожителем (как и Древорезчица).
  • Странник не является «синглетом» (в отличие от людей и других рас, способных находиться вплотную друг к другу и сохранять способность мыслить).
  • Странник не является глупее людей или прочих созданий Запределья.
  • Странник не является тем, с кем Древорезчица может откровенничать (она признается, что с ним она не делится своими сокровенными мыслями).
  • Древорезчица рассматривает возможность отречься в пользу Странника (или Проныры) из-за потери душевной стойкости.
Йоханна в госпитале
  • Странник обладает знаниями о том, что фрагменты стаи можно собрать в нормальную стаю, если за ними правильно ухаживать и дать завести щенка-двух.
  • Странник обладает способностью или методом общения с Йоханной, через которого она может воспринимать слова других персонажей (например, врача).
  • Странник описывается Йоханной как единственная стая, способная отчасти разделить её чувства к раненым синглетам.
  • Странник совершает «чудеса», подбирая комбинации фрагментов.
  • Странник делился опытом своих путешествий «вдоль и поперек».
  • Странник говорил, что в путешествиях его «увечили» (увеличили/изменили).
  • Странник высказывал мнение, что если раненые синглеты не отказываются от еды, это служит признаком силы разума и они могут принести стае пользу.
  • Странник обучал Йоханну звукам, которыми она кормит Черныша.
Переговоры с Пронырой
  • Странник обладает способностью к многоголосости или имеет несколько элементов (упоминаются две головы, которые нервно подергивались, и 'один из его элементов').
  • Странник прожил полтысячи лет.
  • Странник объездил весь мир.
  • Странник ведет переговоры с Пронырой о сотрудничестве.
  • Странник планирует передать условия Проныры королеве (Древорезчице).
  • Странник требует, чтобы Йоханна пошла с ним, называя это требованием королевы.
  • Странник взял на себя ответственность за безопасность Йоханны, ослабив путы на ее груди.
  • Странник перевозит Йоханну на носилках.
  • Странник признался Йоханне, что раскрыл предательство Проныры волею случая.
  • Странник испытывает страх и волнение (его трясло во время разговора с Йоханной).
  • Странник обладает способностью к блефу.
  • Странник знает о деталях прошлого: он участвовал в вылазке к кораблю Йоханны вместе с Грамотеем.
  • Странник называет себя 'олухом' в контексте того, что не успел вовремя предотвратить действия Проныры.
  • Странник планирует использовать информацию о вражеских агентах в стане Древорезчицы для достижения целей.
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Странник выразил мнение о необходимости продолжать наступление, несмотря на риски.
  • Странник является кем-то, чьи слова или мнение учитываются или цитируются Щепетильником в разговоре с Древорезчицей.
Йоханна и Странник на поле боя
  • Странник является охранником Йоханны, приданным ей для сопровождения в бою.
  • Он характеризуется как беззаботный весельчак.
  • По собственному признанию, за годы жизни его многократно убивали по частям.
  • Он проявляет осторожность и строго запрещает Йоханне подходить ближе к опасным зонам.
  • Странник обладает способностью общаться с «стаей» (существами, которые могут быть его спутниками или частью его сущности).
  • В его кармане куртки находится щенок.
  • Он способен издавать звуки, похожие на вопли, и обладает способностью к координации действий своей стаи.
  • Он обладает способностью говорить (голос слышен Йоханне на ухо).
  • Странник обладает физической силой, способной удерживать Йоханну и тащить её по склону.
  • Он обладает способностью к защите, заслоняясь собой перед Йоханной.
  • Странник проявляет лидерские качества, отдавая приказы своей стае и координируя их действия.
  • Он обладает способностью к распознаванию опасностей, предупреждая о приближении врагов и изменениях в небе.
Спасательная операция и наблюдение
  • Странник — это стая существ.
  • Странник обладает способностью к имитации человеческой речи (идеальная иллюзия человеческой речи).
  • Странник может говорить на «самношке» лучше, чем Фам.
  • Странник обладает способностью к гибкости в переговорах (по мнению Фама, в будущем они могут стать торговцами).
  • Странник обладает способностью к анализу ситуации: он оценил хитрость и хладнокровие Стального и Шкуродера.
  • Странник обладает способностью к наблюдению: он первым заметил заварушку перед замком и использовал подзорную трубу.
  • Странник обладает способностью к анализу тактики противника: он заметил, что солдаты пытаются кого-то удержать внутри замка и что в стенах есть лазы.
  • Странник обладает способностью к использованию технологий: он попросил воспользоваться громкоговорителем и использовал динамик для передачи сообщения.
  • Странник обладает способностью к анализу ресурсов противника: он идентифицировал нефть на стенах.
  • Странник обладает способностью к быстрому реагированию: он вовремя предупредил о риске использования лучемета из-за наличия нефти.
  • Странник находится в шлюпке вместе с Фамом, Йоханной, Синепанцирем и Равной.
  • Странник находится в контакте с девочкой Йоханной, которая сжимает одну из его лап.
  • Странник взаимодействует с Синепанцирем, который позволяет его элементам вежливо обнюхивать себя.
Спасательная операция в огне
  • Странник руководит группой из наездников и стай.
  • Странник обладает способностью отдавать четкие голосовые команды в условиях боя.
  • Странник умеет пользоваться оружием: он достал из консоли шлюпки спрятанный пистолет.
  • Странник обладает физической силой или способностью к управлению наездниками, так как он построил вокруг Фама круг из наездников.
  • Странник способен ориентироваться в сложной обстановке и указывать направление движения («Сюда, сюда!»).
  • Странник получил легкие ожоги во время боя («слегка обгорел», «облизал с двух сторон обожженный нос»).
  • У Странника есть плечевые карманы, в которых он хранит щенков.
  • Странник находится в непосредственной близости от Фама и Йоханны во время боя у замка.
  • Странник проявляет лидерские качества, координируя действия группы в условиях пожара.
Последствия столкновения и планы Фама
  • Странник выбирался из ямы вслед за Фамом.
  • Один элемент Странника потянул Йоханну Ольсндот за рукав, уводя от пламени.
  • Странник принюхался к тележке и отскочил, когда нос обожгло.
  • Странник сунул лапу со стальными когтями в грузовой шарф тележки.
  • Странник по одному стягивал с металлической тележки маленьких собакоподобных существ.
  • Странник стоял рядом с семеркой (или восьмеркой) грязных щенячьих тел.
  • Странник отметил наличие у щенков каких-то несогласованных мыслезвуков.
  • Действия Странника по отношению к щенкам чем-то напоминали искусственное дыхание.
  • Странник был рядом с Йоханной и Джефри, когда те находились у щенков.
  • Странник отреагировал на просьбу Фама о помощи Древорезчицы.
  • Странник задал вопрос о том, собирается ли Фам перелететь через стены.
  • Странник подпрыгнул к Фаму, когда тот обратился к нему.
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Странник находится в замке вместе с Фамом и детьми.
  • Странник обладает способностью говорить (взаимодействует с Равной через люк).
  • Странник является лидером или хозяином стаи собак.
  • Странник способен одаривать свою стаю неласковым взором.
  • Странник понимает или использует жаргон (согласно размышлениям Равны).
  • Странник находится внутри контейнеровоза, который используется как корабль.
  • Странник знает о приближении флота Погибели из космоса (согласно информации, полученной от Фама).
Разговор Равны и Фама
  • Странник обладает способностью направлять зонную турбулентность.
  • Странник начал процесс, называемый «отливом», который питается местными источниками энергии.
  • Странник способен уничтожить Погибель тем же способом, каким ее убили в прошлый раз.
  • Странник обладает знаниями о мифе наездников и о том, что Погибель не по нраву некоторым.
  • Странник знает о существовании существа или силы, о которой лишь догадывался его Старик.
  • Странник обладает достаточной мощью, чтобы уничтожить планету и всю систему.
  • Странник находится в непосредственной близости от Равны (она чувствует, что он к ней крадется).
Гибель Фама Нювена
  • Странник рассказал Щепетильнику о первой высадке иномирцев.
  • Странник вернулся от люка и унял панику Равны деловитой репликой: «Солнце только что погасло».
  • Странник подошел к недвижному артефакту и ткнулся носом совсем рядом с ним.
  • Странник мягко увлек Равну прочь из каюты контейнеровоза вместе с Йоханной.
  • Странник объяснил Джефри, что артефакт, которым помогал Фам, выключился.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Странник обладает способностью переводить межстайное ворчание и речь существ (например, Шкуродера) на человеческий язык.
  • Странник сопровождает Древорезчицу и Равну.
  • Странник обладает «щенками» — элементами, которые могут передавать ему информацию или служить посредниками в общении.
  • Странник обладает способностью к словесному недержанию (в моменты эмоционального напряжения).
  • Странник обладает способностью передавать эмоции и тоны собеседников (например, он передал обиженное удивление Древорезчицы).
  • Странник знает историю посещения холма Древорезчицей год назад.
  • Странник называет дно долины «крестьянскими хозяйствами».
  • Странник называет Шкуродера «хитрым жуком».
  • Странник проявляет иронию и сарказм в своих комментариях к происходящему.
  • Странник находится в непосредственной близости от Равны, иногда прижимаясь к ней.
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Странник является представителем расы Когтей.
  • Странник обладает способностью управлять несколькими головами (упоминается, что он может дотянуться до всех элементов управления одновременно).
  • Странник обладает способностью мыслить, сохраняя при этом физический контакт с другими существами.
  • Странник умеет управлять антиграв-шлюпком.
  • Странник обладает гибким умом, который он считает более гибким, чем у двуногих.
  • Странник хорошо владеет языком людей.
  • Странник обладает знаниями об устройстве кораблей людей (хотя не понимает физики их устройства).
  • Странник обладает способностью к быстрому усвоению чужих знаний.
  • Странник находится в отношениях с Древорезчицей (королевой), занимая место ближе, чем у родственников или супругов.
  • Странник в прошлом участвовал в обсуждении судьбы Зеленожки с Древорезчицей.
  • Странник считает себя «чокнутым на все головы пилигримом».
  • Странник интересуется возможностью существования стай крупнее восьмерки в Трансценденции.
  • Странник интересуется общением с другими расами и считает это необходимым для развития.
  • Странник обладает способностью к стратегическому мышлению (по мнению Древорезчицы).
  • Странник находится в Медленной Зоне.
  • Странник помнит события в Краю Коротких Сумерек.
  • Странник находился на гребне рифа/атолла в компании Равны.
  • Странник проявляет сочувствие и беспокойство о безопасности Зеленожки.
Наблюдение за звездами
  • Странник налаживает контакт с Когтями.
  • Странник участвует в налаживании контакта вместе с Щепетильником и другими.
  • Странник (вместе с другими) помогает выводить Когтей из их цивилизационного тупика.
  • Странник является объектом любви и привязанности для Равны.
  • Странник упоминается в контексте тех, кто помогает преодолевать недостатки стайного способа жизни у Когтей.
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Шрамозадый — это другое имя Странника Викврэкшрама.
  • Шрамозадый в совершенстве выучил самношк.
  • У Шрамозадого есть здоровенный Шрам.
  • Шрамозадый всегда садился позади остальных и пригибался, чтобы не попадаться Йоханне на глаза.
  • Шрамозадый понимал, какой эффект оказывает его присутствие на Йоханну, и старался ее не раздражать.
  • Йоханна чувствовала холодок каждый раз, когда сталкивалась с его здоровенным Шрамом.
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Странник Викврэкшрам является членом стаи Когтей.
  • Странник Викврэкшрам в совершенстве выучил самношк.
  • У Странника Викврэкшрама есть здоровенный Шрам.
  • Странник Викврэкшрам всегда садился позади остальных.
  • Странник Викврэкшрам пригибался, чтобы не попадаться Йоханне на глаза.
  • Странник Викврэкшрам понимал, какой эффект оказывает его присутствие на девочку, и старался ее не раздражать.
  • Йоханна с подозрением наблюдала за Странником.
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Странник Викврэкшрам является переводчиком на межстайном языке (самношке).
  • Он обладает мастерством владения самношком, которое превосходит всех Когтей, кроме Древорезчицы.
  • Он способен превосходно имитировать человеческий голос, включая ироничную властность тона Древорезчицы.
  • Странник Викврэкшрам является фаворитом Древорезчицы (Шрамозадый).
  • Он обладает способностью фокусировать голос так, чтобы его комментарии слышала только одна конкретная osoba (в данном случае — Йоханна).
  • Он часто комментирует происходящее в ходе собрания, используя ехидную усмешку.
  • Странник Викврэкшрам обладает способностью наклонять несколько голов одновременно.
  • Он присутствовал на заседании Совета в зале Когтей на балконе рядом с Йоханной.
  • Он может выражать личные оценки и комментарии к действиям других участников собрания (например, критикует Проныру или комментирует слабость духа других членов Совета).
Испытание пушки и последствия
  • Странник Викврэкшрам сидел поблизости к Древорезчице во время испытания пушки.
  • Странник Викврэкшрам обычно переводил для Йоханны, но в данный момент он этого не делал.
  • В момент испытания все внимание Странника Викврэкшрама было приковано к Щепетильнику.
  • После того как Древорезчица упала в обморок, Странник Викврэкшрам отогнал Йоханну от королевы.
  • Странник Викврэкшрам забежал перед повозкой и схватил вожжи экипажа, когда Древорезчицу вывозили.
  • Странник Викврэкшрам сказал Йоханне: «Все будет в порядке».
Путь к хижине
  • Странник Викврэкшрам является частью «стаи».
  • Странник Викврэкшрам состоит из четырех элементов (в тексте упоминается, что он был «четверкой»)
  • Странник Викврэкшрам находится в двухэтажной хижине вместе с Древорезчицей.
  • Странник Викврэкшрам является «безбашенным пилигримом», раскрывавшим душу ветру.
  • Странник Викврэкшрам считается одним из самых умных существ.
  • Странник Викврэкшрам находится в состоянии беременности (согласно его собственным словам).
  • Странник Викврэкшрам планирует «остепениться и осясть на одном месте» из-за рождения щенков.
  • Странник Викврэкшрам обладает чувством юмора и общается с Древорезчицей тепло и весело.
  • Один из элементов Странника Викврэкшрама заглядывал в комнату в дверной проем.
Путешествие и столкновение с волками
  • Странник Викврэкшрам является одним из спутников Йоханны и Древорезчицы.
  • Странник обладает способностью имитировать голоса других персонажей (королевы, начальника тайной стражи).
  • Странник обладает способностью понимать и интерпретировать язык поз и тоны стайной речи.
  • Странник обладает знаниями о географии и природе мира (например, знает о ледниках и населении планеты).
  • Странник оценивает население планеты примерно в тридцать миллионов стай.
  • Странник знает, что северо-запад планеты только начали обживать.
  • Странник может издавать громкое бульканье.
  • Странник может говорить на языке, который Йоханна называет 'самношкой'.
  • Странник обладает чувством юмора (иронизирует над действиями Проныры и королевы).
  • Странник физически активен: он бежал в десяти метрах позади группы во время перехода.
  • Странник может взаимодействовать с Йоханной физически (толкнул ее носом).
  • Странник знает названия животных (называет определенных существ волками, хотя они похожи на песчаных крыс).
Путешествие и столкновение с волками
  • Странник Викврэкшрам находится в походе вместе с Древорезчицей, Йоханной и армией.
  • Странник обладает способностью имитировать человеческие голоса (в частности, голос королевы и начальника тайной стражи).
  • Странник обладает знаниями о географии и истории мира (знает о ледниках, школьной программе и населении планеты).
  • Странник оценивает население планеты примерно в тридцать миллионов стай.
  • Странник обладает способностью понимать некоторые аккорды стайной речи.
  • Странник может имитировать звуки (например, громкое бульканье).
  • Странник обладает чувством юмора и иронично комментирует действия других персонажей.
  • Странник физически активен: он бежал в десяти метрах позади фургона во время движения по тропе.
  • Странник участвовал в обсуждении маршрута и знал о существовании старой тропы в глубине материка.
  • Странник называет определенных существ «волками», хотя они напоминают ему песчаных крыс.
  • В ходе битвы Странник пытался помочь разчехлить пушку Щепетильника и обратился за помощью к Йоханне.
Драка в госпитале
  • Странник Викврэкшрам обладает способностью слышать мысли существ (фрагментов).
  • Он владеет превосходным самношким (языком стай).
  • Странник обладает знаниями в области стайной селекции, хотя сам называет себя любителем, а не заводчиком.
  • Многие врачи и сама Древорезчица часто прислушиваются к его советам.
  • Он много путешествовал (в странствиях повидал многое).
  • Он обладает опытом в подборе «запчастей» для стай, которые часто приживались.
  • Странник присутствовал в госпитале и общался с Йоханной.
  • Он предупредил Йоханну, что все фрагменты в госпитале следят за ней.
  • Во время массовой драки он не решился ворваться в самую сечу, но бегал вокруг, выкрикивая слова.
  • В финале сцены он стоял вокруг Йоханны, защищая её от нападения.
  • У него есть крупный элемент, покрытый шрамами (в тексте также упоминается как «шрамозадый» в контексте его внешности/состояния).
Спасение Йоханны в госпитале
  • Странник Викврэкшрам является пилигримом.
  • Он находился в госпитале рядом с тележкой с кормом для пациентов.
  • Он стоял рядом с Читираттом.
  • Он склонился над Двуногой (Йоханной), лежащей в центре поля боя.
  • Он проявил заботу о Двуногой, обнюхивая её, чтобы проверить наличие ран.
  • Он объяснил Щепетильнику, что Йоханна напала на неё двойка, которая «сбрендила».
  • Он указал на неузнаваемые останки существ, которые напали на девочку.
  • Он проявил нетипичную для себя вежливость в общении с Пронырой.
  • Он выразил беспокойство из-за того, что ситуация в госпитале вышла из-под контроля.
  • Он согласился с тем, что Йоханне нужна защита, и предложил перенести её к себе в берлогу.
  • Он выразил симпатию к девочке, улыбнувшись ей.
  • Он сказал Йоханне на самношке, что она сейчас в полной безопасности.
Пленение и допрос Йоханны
  • Странник Викврэкшрам является «скромным пилигримом».
  • Он обладает способностью говорить на человеческом языке (в частности, голосом Джокера из Данника) на чистом и разборчивом самношке.
  • Он обладает способностью издавать «сочувственное хоровое ворчание».
  • Он знает Йоханну лично («Я ее хорошо знаю, свою королеву» — в контексте обращения к Древорезчице, но в диалоге он подтверждает знание ситуации Йоханны).
  • Он обладает достаточным авторитетом или влиянием, чтобы остановить Проныра от убийства Йоханны.
  • Он знает о планах Проныра и о том, что тот является шпионом Стального.
  • Он знает о существовании «капкана» Стального на Марграмском Перевале.
  • Он утверждает, что не собирается идти дорогой через Марграмский Перевал.
  • Он обладает информацией о силах Стального и о том, какие преимущества они имеют.
  • Он знает о том, что Древорезчица знает о предательстве Проныра.
  • Он знает о существовании «патовой ситуации» в отношениях между Пронырой и Древорезчицей.
  • Он может понимать и говорить на разных диалектах (самнош, стаеречь).
  • Он называет себя «безродной дворняжкой» (в контексте того, что его так называет Проныра, но он не оспаривает это в диалоге).
Путешествие Странника и посадка на острове
  • Имя персонажа — Странник Викврэкшрам.
  • Странник обладает способностью летать (он «шагал по облакам», «пролетал между ними» и «плясал в случайной грозе»).
  • Странник обладает памятью, охватывающей предания последней тысячи лет.
  • Странник управляет шлюпкой «Внеполосного-II» (флаером) на основе электроники и антигравитации.
  • Странник освоил управление шлюпкой всего за пару дней с помощью космонавтов и документации.
  • Странник обладает физическими особенностями: у него есть лапы, челюсти, морды и шкуры (он является «элементом» или существом со стаей).
  • Странник способен разделять ум между разными задачами.
  • Странник обладает способностью к многозадачности в плане сознания: он может действовать «одновременно» (разные части его тела/сознания могут находиться в разных состояниях).
  • Странник обладает воспоминаниями о местах, в которых он не бывал в нынешней жизни (например, о том, что на атоллах были островные королевства).
  • Странник испытывал тревогу и счастье во время тренировок управления флаером.
  • Странник обладает способностью к погружению в воду и медитации в ней (как и некоторые островитяне).
  • Странник обладает способностью к воспоминаниям через «аспекты» (в нем сохранялся аспект Рама, уроженца островных королевств).
  • Странник испытывает чувство ностальгии по островным королевствам, называя их «Раем».
  • Странник обладает способностью чувствовать соль на шкурах и вылизывать ее.
  • Странник способен испытывать физическую боль (он зализывал порезы от кораллов).
  • Странник обладает способностью к глубоким размышлениям о природе мира (например, о глубине облаков или скорости распространения звука в воде).
  • Странник является защитником и доверенным лицом для Равны и Зеленожки.

Древорезчица

Древорезчица — властная правительница-стратег и коллективное существо из множества элементов, способное менять форму и читать мысли, обладающее уникальными медицинскими и технологическими знаниями. Несмотря на облик «развалины», она является гениальным ученым и творцом, стремящимся к симбиозу цивилизаций через создание школы совместной жизни.

Древорезчица — это стая, обладающая статусом королевы и владычицы древорезчиков, которая правит обширными владениями, включая Тайный Остров и Холм Звездолета. Она является высокопоставленным лицом, обладающим государственным умом, мудростью и способностью понимать сложные тайны миллиардолетней давности. Несмотря на то что она выглядит усталой, дряхлой и называет себя «развалиной», Древорезчица обладает властным характером и способна управлять огромными армиями, оснащенными артиллерией и секретным оружием. Она признает, что за последние десятилетия стала слабее и позволяла Совету принимать решения за себя, однако она остается гениальным стратегом, способным на быстрый анализ информации и принятие решений по вопросам войны, технологий и прогресса цивилизаций. Физиологически Древорезчица представляет собой сложное существо — стаю элементов, чьи узы удерживают душу, едва ли прочнее силы воли. Она способна менять форму, размер и выражение лица, а также имитировать человеческий смех и голос. В состав её стаи входят элементы разного возраста: очень старый, требующий помощи, и совсем молодые «щенки», которых она принимает в себя в процессе болезненного обновления. У некоторых элементов есть бельма на глазу, искривленные позвоночники или склонность к ожирению. Примечательно, что голос стаи исходит от слепого элемента, обладающего чистым и ясным звучанием, а сама Древорезчица способна говорить всеми элементами одновременно. Она обладает уникальными способностями: может видеть мысли и эмоции других, чувствовать «мыслешум», видеть сквозь магические скрытия и воспроизводить звуки чужих языков. Древорезчица — выдающийся ученый и творец. Она владеет хирургией, обладает медицинскими знаниями (включая теорию о работе сердца) и занимается искусством создания монохромных мозаик. Она является создательницей Шкуродера и признает свои методы размножения и отбора потомства более отточенными, чем у обычных существ. В её распоряжении есть чудесная библиотека, которую можно опрашивать как живое существо, и она активно изучает технологии людей, включая устройство звездолетов и производство пушек. Она обладает глубоким пониманием биологии волков и геологии, а также ведет подробные записи о снежниках и истории мира. Как правительница, она проявляет сложный спектр эмоций: от пророческой ярости и горечи из-за обесценивания труда её жизни чужаками до сочувствия и любви к природе. Она способна на глубокое сотрудничество, как в отношениях с Йоханной, так и в планах по созданию школы совместной жизни для людей и Когтей. Древорезчица осознает тупик стайного образа жизни и видит в сотрудничестве с людьми путь к развитию интеллекта. В её окружении есть Проныр — мастер шпионажа и камергер, который служит ей и одновременно является потенциальным преемником, чьи предательства ей известны, но чьи действия она способна контролировать и пощадить ради сохранения ресурсов.
Ключевые факты (372)
Прибытие в город и совет Древорезчика
  • Древорезчица — это стая, которая является правителем или высокопоставленным лицом в государстве.
  • Древорезчица сменила пол более десяти лет назад (теперь она — она).
  • Древорезчица обладает властью, так как у нее есть свой совет и замок.
  • Древорезчица выглядит усталой.
  • В составе стаи Древорезчицы есть элементы разного возраста: один очень старый (требует помощи других), а двое — совсем «щенки».
  • Один из элементов стаи Древорезчицы слеп, но именно он говорит чистым и ясным голосом.
  • Древорезчица называет Странника «Пронырой».
  • Древорезчица следит за происходящим на собрании лишь парой голов.
  • Странник полагает, что Древорезчица осталась в основном такой же, какой он ее помнил раньше.
Прибытие в город и совет Древорезчика
  • Проныра — это имя, которым называют Древорезчицу.
  • Проныра является правительницей (ее называют «ваше величество»).
  • Проныра — стая, в состав которой входят элементы разного возраста: один очень старый (требующий помощи), двое совсем молодых (щенки), а у самого крупного элемента есть бельма на глазу.
  • Проныра обладает способностью говорить (голос исходит от слепца в стае).
  • Проныра проявляет внимание к истории Странника и Грамотея, задавая вопросы о происхождении чужака.
  • Проныра проявляет участие в обсуждении чужака, соглашаясь с репликами Щепетильника.
  • Проныра выглядит усталой.
  • Проныра находится в замке и участвует в собрании Совета.
Совет обсуждает природу чужака
  • Древорезчица является королевой.
  • Древорезчица является членом Совета.
  • Древорезчица владеет хирургией.
  • Древорезчица впервые заговорила с начала совещания, когда обратилась к Щепетильнику.
  • Древорезчица пророчески предупредила Щепетильника, что любопытство может его убить.
  • Древорезчица задала вопрос о том, стоит ли элемент чужака целой стаи.
  • Древорезчица сделала вывод, что если чужаки не умнее их, то есть шанс научиться работе с их устройствами.
  • Древорезчица приказала перенести чужака в свои покои.
  • Древорезчица обладает властным характером, так как подчинила себе Проныра.
  • Голос Древорезчицы может становиться шелковистым.
  • Древорезчица может выглядеть утомленной или терять силы в моменты принятия важных решений.
Разговор Странника и Древорезчицы
  • Древорезчица является владычицей древорезчиков.
  • Она обладает статусом королевы древорезчиков.
  • Она является существом, способным к хирургическим действиям (извлекла стрелу и заштопала рану).
  • Она носит простые зеленые куртки.
  • Она обладает мехом, который она распушает.
  • Она называет себя «развалиной» и признает, что стала слабее и хуже по сравнению со своим прошлым состоянием.
  • Она влачит груз своей души шесть сотен лет (считая по передним когтям).
  • Она признает, что ее методы размножения и отбора потомства были отточеннее, чем у обычных существ.
  • Она занималась искусством, в частности создавала монохромные мозаики.
  • Она признает, что в последние десятилетия позволяла Совету принимать решения за нее.
  • Она называет своих отпрышков (Щепетильника, Проныря и Шкуродера) своим величайшим экспериментом.
  • Она испытывает любовь к месту, где находится, и восхищается его природой.
  • Она испытывает горечь и ярость из-за того, что чужаки обесценили труд всей ее жизни.
  • Она способна испытывать сильные эмоции: от тихих слез до прорезающейся ярости.
  • Она способна на сочувствие и признает перемены в мире.
Изучение картиночного ящика
  • Древорезчица является королевой.
  • Она обладает статусом правителя, к которому обращаются как к 'Вашему величеству'.
  • Она обладает способностью или физической особенностью 'дергать мордой' и 'махать хвостом'.
  • Она обладает способностью 'втягивать' других существ (увечных элементов) в комнату.
  • Она способна менять выражение лица, например, 'глядеть глазами слюнявого идиота'.
  • Она обладает способностью или особенностью 'мыслить' и 'слышать мысли' других (она просила отойти, чтобы слышать свои мысли).
  • Она обладает способностью воспроизводить звуки чужого языка.
  • Она обладает способностью видеть и понимать визуальные образы на картиночном ящике, включая изображения звезд, лун и чужацких городов.
  • Она испытывает сильный эмоциональный восторг от обретения порядка в хаосе и не чувствовала себя так хорошо уже двести лет.
  • Она принимает решения и приступает к действиям, связанным с исследованиями.
  • Она может проявлять нетерпение и раздражение, прерывая собеседников.
  • Она способна оценивать способности других персонажей (например, характеризует Проныру как мастера шпионажа и посредственного администратора).
  • Она способна распознавать социальные статусы и особенности других (например, понимает разницу между пилигримами и другими существами).
Размышления и планы Стального
  • Древорезчица обладает самкой богомола.
  • Древорезчица добилась больших успехов в общении со своей самкой богомола, чем Стальной со своим чужаком.
  • У Древорезчицы есть доступ к чудесной библиотеке, которую можно опрашивать как живое существо.
  • У Древорезчицы есть три данника (помимо библиотеки).
  • Советники Древорезчицы уже научились общаться с богомолкой.
  • Древорезчица интересуется темами прогресса цивилизаций и развития технологий.
  • Древорезчица обладает способностью рассуждать о том, как чужаки продвинулись по лестнице прогресса по сравнению с наукой мира стай.
Разговор Йоханны с Грамотеем
  • Древорезчица является учителем или наставницей для стаи Когтей.
  • Она занимается проектом изучения данника.
  • Она обучала Когтей программам обучения чтению.
  • Она знает, что такое сера, но в городе её недостаточно для производства пороха.
  • Она обладает знаниями о том, как строить пушки (хотя признает, что это будет сложно).
  • Она обладает способностями или знаниями, которые позволяют ей видеть мир так же, как она «умела в старые дни» (согласно воспоминаниям Грамотея).
  • Она обладает определенным статусом или авторитетом, так как её шпионы приносят вести с севера.
  • Она обладает знаниями о технологии и истории, включая сведения о королевах, принцессах Темных веков и устройстве звездолетов.
Разговор Грамотея и Странника в городе
  • Древорезчица — нынешняя личность, которую некоторые сравнивают с Древорезчиком из хроник.
  • Древорезчица считается старой и немощной.
  • Древорезчица обладает теорией о том, что цивилизация Двуногой от природы более эффективна, чем любая стайная.
  • Древорезчица обучала Странника использованию возможностей Данника.
  • Древорезчица работает вместе с Йоханной над использованием Данника.
  • Древорезчица иногда бывает дружелюбна к Йоханне (после работы с ней).
  • Йоханна понимает, что Древорезчица стара и немощна, и из-за этого реже принимает с ней покровительственный вид или отпускает едкие замечания.
  • Древорезчица является важным лицом в городе древорезчиков, так как Грамотей считает, что она должна быть предупреждена о шпионах шкуродерников.
Разговор Грамотея и Странника в городе
  • Древорезчица нынешняя описывается как зрелище жалкое.
  • Древорезчик из хроник вызывал у Джакерамафана такой же восторг, как и нынешняя Древорезчица.
  • Древорезчица вместе со Странником уже хорошо читают на самношке.
  • Йоханна обучила Древорезчицу использовать возможности Данника.
  • Древорезчица разработала теорию о том, что цивилизация Двуногой от природы более эффективна, чем любая стайная.
  • Йоханна ведет себя дружелюбно с Древорезчицей после работы.
  • Йоханна понимает, что Древорезчица стара и немощна, и реже принимает покровительственный вид.
  • Древорезчица и Проныр находятся в курсе планов Грамотея (согласно выводу Грамотея о необходимости их предупредить).
Разговор Странника и Грамотея
  • Древорезчица состоит в любовных отношениях со Странником
  • У Древорезчицы есть союз с Йоханной
  • Проныр является начальником тайной стражи Древорезчицы
  • Через Проныра Древорезчице становятся известны все планы высшего совета
  • Древорезчица обладает преимуществом в виде получения информации о планах высшего совета через шпионаж
Предыстория Проныры и его роль
  • Древорезчица — это существо или группа (стая), из которой Проныр выделил двух стратегов почти столетие назад.
  • Проныр занимает видное место в Совете Древорезчицы.
  • Проныр служит камергером Древорезчицы.
  • На посту камергера Проныр отвечает за гвардию и безопасность торговли.
  • Проныр командует шпионами Древорезчицы.
  • Проныр обладает широкой сетью информаторов на лесопилках и в порту.
  • Проныр сумел внедрить разведчиков во внутренний круг Шкуродера.
  • Проныр обладает способностью манипулировать страхами и слабостями врагов.
  • Проныр известен в народе как Проныра.
  • Проныр считается потенциальным следующим главой Совета в случае смерти или отречения Древорезчицы.
  • Речи Проныра считаются отравляющими заседания Совета.
  • Проныр обладает покровительственной манерой поведения на официальных приемах.
  • Проныр имеет потайный кабинет в башенке на старой крепостной стене, где он отдыхает от бюрократической рутины и общается с природой.
  • Проныр обладает ножами и может использовать их в бою.
  • Проныр является начальником тайной стражи.
  • Проныр характеризуется как «главный предатель» в контексте событий отрывка.
  • Проныр относится к «чистюлям», которые не хотят пачкаться о мыслях других.
Спасение и состояние Джа
  • Древорезчица обладает способностью говорить всеми своими элементами одновременно (забулькала всеми элементами).
  • Древорезчица является королевой.
  • Она обладает способностью управлять стаей элементов (командовала ими, прикрикнула на Когтя, приказала Проныре запереть всех по местам).
  • Древорезчица обладает медицинскими знаниями (назвала себя врачом, прославилась теорией о том, что сердце перекачивает кровь по всему телу).
  • Она обладает способностью к общению с другими существами, включая Шрамозадого.
  • Древорезчица имеет советников, среди которых есть Проныра.
  • Она способна перемещаться по разным уровням здания (взбиралась по лесенке на чердак).
  • Древорезчица обладает способностью к физической трансформации или изменению формы (ее морда просунулась в дырку в люке в перевернутом виде).
  • Она планирует использовать пушки для эвакуации звездолета.
  • Древорезчица знает о существовании и особенностях различных существ, таких как синглеты, фрагменты и разные виды стай.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Древорезчица планирует атаку.
  • У Древорезчицы есть собственный источник «магической» помощи.
  • Древорезчица обладает взрывчатыми веществами и пушками, которые она полагает своим тайным оружием.
  • Армия Древорезчицы рассматривается Стальным как потенциальный противник, от которого необходимо защититься.
  • Древорезчица характеризуется Стальным как «старая Древорезчица».
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Древорезчица является королевой у существ, называемых Когтями.
  • Она обладает огромным (примитивным, неуютным, уродливым) замком и десятками слуг.
  • Древорезчица очень умная, в некотором смысле умнее всех, кого Йоханна знала за свою жизнь.
  • Она обладает способностью к нелинейному чтению и обучилась ему быстрее прочих.
  • Древорезчица проводит большую часть вечера в маленькой деревянной хижине, помогая с очагом и готовкой.
  • Она стала тем, кем только мечтал стать Грамотей.
  • Древорезчица почти сразу показалась Йоханне старой.
  • Древорезчица состоит из элементов: один из них стар физически, а двое едва вышли из щенячества.
  • Мысленному рисунку стаи Древорезчицы полтысячи лет.
  • Душу Древорезчицы удерживают вместе узы, едва ли прочнее силы воли.
  • Платой за бессмертие у её стаи стал инбридинг; исходным элементам прошло уже шестьсот лет.
  • Один из молодых элементов стаи постоянно пускает слюни, а другой — абсолютно слеп.
  • Самый старый элемент стаи сильно одряхлел и все время хрипит.
  • У всей Древорезчицы есть знаки слабости: искривленные позвоночники и склонность к ожирению у некоторых элементов.
  • Древорезчица избрала свой путь и выстояла в битве с судьбой дольше, чем любая другая стая в письменной истории.
  • Она жалеет лишь о том, что исчерпала свою удачу.
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Древорезчица является королевой.
  • Она обладает способностью говорить на самношке (языке Когтей).
  • Она владеет самношком лучше всех Когтей, кроме Странника Викврэкшрама.
  • Она может имитировать человеческий смех.
  • Она обладает властным тоном речи.
  • Она может издавать резкий шипящий свист, чтобы заставить других замолчать.
  • Она принимает решения по важным стратегическим вопросам, таким как проведение военных кампаний и производство оружия.
  • Она обладает способностью к быстрому анализу информации (делает заметки в даннике).
  • Она может общаться с другими существами через посредников-переводчиков.
  • Она председательствует на заседаниях Совета в Зале Совета.
  • Она проявляет иронию и критическое отношение к своим подчиненным (например, к Проныре).
  • Она принимает решения о срочности и масштабах производства пушек.
  • Она обладает физической способностью взаимодействовать с клавиатурой (стучит по заметке).
Испытание пушки и последствия
  • Древорезчица является королевой.
  • Она обладает статусом высокопоставленной персоны.
  • Она находится в укрытии (палатке) вместе со своим Советом.
  • Она выглядит дряхлой.
  • Она обладает способностью управлять стаей элементов (существ).
  • Она испытывает физическую дрожь и судороги в теле своих элементов после взрыва пушки.
  • Она была настолько слаба или больна, что после инцидента с пушкой ее вынесли из палатки и увезли в экипаже.
  • Она является подругой Йоханны.
Путь к хижине
  • Древорезчица является королевой.
  • Древорезчица обладает способностью принимать в себя существ (щенков), становясь ими «новой».
  • Древорезчица прожила шестьсот лет.
  • Древорезчица обладает «самой цепкой, самой слитной душой всех времен».
  • Древорезчица имеет элементы (сопровождающие существа), которые могут быть неуклюжими и растолстевшими.
  • Древорезчица находится в состоянии физической боли и кровотечения из-за процесса принятия новых существ.
  • Древорезчица рожала более сотни раз в прошлом.
  • Древорезчица находится в двухэтажной хижине, которую она делит с Йоханной.
  • Древорезчица имеет щенков (новорожденных), которых она принимает в себя.
  • Древорезчица способна на чувство юмора и может вести веселую болтовню.
  • Древорезчица обладает способностью принимать в себя кровь и гены других существ (стаи всего мира).
Разговор Тиратект и Стального
  • Древорезчица — это «старуха».
  • Древорезчица обладает оружием, способным пробивать дыры в стенах на расстоянии сотен футов.
  • Оружие Древорезчицы считается ею секретным.
  • Древорезчица обладает «игрушечными пушками» (по мнению Стального).
  • Древорезчица обладает «данником», который является ее единственным весомым преимуществом.
  • Древорезчица — «самоуверенная идеалистка».
  • Древорезчица движется со своей «маленькой армией» и «наскоро сляпанной артиллерией» через горы.
  • Древорезчица планирует атаковать новый замок Стального.
  • Древорезчица стремится «исправить ошибку» Шкуродера с почти вековым запозданием.
  • Древорезчица является «старым врагом» Стального.
  • Древорезчица совершила успехи в работе с «данником».
  • Древорезчица имеет шпиона (Проныра) в своем ближайшем окружении.
Путешествие и разговоры о щенках
  • Древорезчица является королевой.
  • Ей более шестисот лет.
  • Она хорошо знает свои владения, включая горные пики и снежные пятна.
  • Она обладает армией, которая выступила на север.
  • Древорезчица путешествует вместе с Йоханной, Странником и Данником.
  • Она обладает способностью «впускать в себя» щенков других стай.
  • У Древорезчицы есть свои щенки, которых она называет своими малышами.
  • Она заботится о щенках: у неё есть специальные куртки с карманами для них, она их укачивает, играет с ними и кормит молоком.
  • Древорезчица описывает вечные снежники как «почти живых существ», сравнивая их движение с волками.
  • Она ведет свиток с зарисовками снежников за разные годы, которые при быстром пролистывании напоминают анимацию.
  • Она считается «великой заводчицей».
Путешествие и столкновение с волками
  • Называла текущую погоду «Суховейным летом»
  • Считает, что маршрут через долину не подходит, так как он слишком открыт и опасен
  • Обладает знаниями о геологии (знает, как ледники прорезают долины)
  • Имеет доступ к даннику (книге/сборнику иллюстраций)
  • Является советником королевы
  • Путешествует вместе с Королевой, Странником Викврэкшрамом и Йоханной
  • Обладает собственным фургоном
  • Проявляет заботу о безопасности группы, выражая недовольство выбранным маршрутом
  • Владеет способностью приласкивать щенков
  • Принимает решения о тактике движения и безопасности
  • Проявляет лидерские качества, отдавая приказы Йоханне помогать с пушкой в критической ситуации
Битва у гнезда волков
  • Древорезчица находится в своем фургоне
  • Древорезчица вместе с другими стаями сжалась в клубки, не поднимая голов
Церемония награждения
  • Древорезчица является королевой.
  • Она командует армией.
  • Древорезчица обладает способностью говорить на стайном языке.
  • Она обладает информацией о биологии и поведении волков (например, знает о количестве элементов в их гнездах).
  • Древорезчица проводит военные собрания для своих подданных.
  • Она награждает соратников за подвиги, вручая им резные деревянные медали.
  • Она способна общаться с людьми (в частности, с Йоханной Ольсндот), используя человеческую речь.
  • Древорезчица обладает способностью смеяться человеческим смехом.
  • Она проявляет признательность и хвалит соратников за спасение своей жизни и армии.
  • Древорезчица способна сохранять рассудок в присутствии одного элемента другой стаи.
  • Она может давать приказы и приглашать людей к королевскому помосту.
Разговор Йоханны и Древорезчицы в палатке
  • Древорезчица является королевой.
  • Она обладает способностью к речи, обучаясь выражать человеческие эмоции и смысл голосом.
  • Она живет уже более шестисот лет.
  • Она обладает способностью к красноречию на родном языке.
  • Она обладает способностью к мыслительному взаимодействию с другими существами (в частности, с людьми), что отличает её от Странника.
  • Она обладает способностью к управлению войсками, которые следуют за ней из преданности и веры.
  • Она обладает способностью к стратегическому планированию, однако признает свои ошибки в оценке ситуации на южной стене.
  • Она обладает способностью к обучению, так как тренировалась с Данником.
  • Она обладает способностью к лидерству, раздавая медали и произносящая речи перед подданными.
  • Она обладает способностью к самоанализу, размышляя о своих действиях и целесообразности своего положения.
  • Она находится в палатке в долине, вдали от своих границ (в двух сотнях миль от них).
  • Она обладает способностью к сопереживанию, так как откровенничает с Йоханной, хотя не делает этого даже со Странником.
  • Она обладает способностью к владению информацией о политической ситуации, включая знания о действиях Проныры и агентах шкуродерников.
  • Она обладает способностью к владению ресурсами, так как раздает медали серебряного дерева.
  • Она обладает способностью к управлению ситуацией в лагере, так как её палатку охраняют стражники.
Разговор Равны и Фама
  • Главные силы Древорезчицы уже выступили на север.
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Древорезчица является королевой.
  • Древорезчица — женщина (называется «она», «человечица»).
  • Древорезчица обладает армией.
  • Войска Древорезчицы оснащены «игрушечными пушками».
  • Древорезчица характеризуется как «проклятая дура» и «проныра» (в контексте действий).
  • Древорезчица находится в глубине страны, в то время как ее войска должны были подойти к Холму Звездолета десять дней назад.
  • Древорезчица возится с Данником, полагаясь на интуицию человеческого детеныша.
  • Древорезчица считается опасной для Стального Владыки, пока она находится «под боком».
  • Древорезчица обладает непредсказуемым характером.
  • Древорезчица имеет отношение к Шкуродеру (он отщепился от нее).
  • Древорезчица является объектом планов по уничтожению со стороны Шкуродера и Стального Владыки.
Драка в госпитале
  • Древорезчица владеет зелеными владениями на юге.
  • В владениях Древорезчицы ведется тяжелая работа по подготовке фургонов и амуниции к подъему на перевал.
  • Древорезчица часто слушается Странника Викврэкшрама.
  • Древорезчица является врачом (упоминается в контексте «врачей (и даже сама Древорезчица)»).
Спасение Йоханны в госпитале
  • Древорезчица находится на совещании с Пронырой и Щепетильником.
  • Древорезчица находится в лагере.
  • Древорезчица находится по другую сторону лагеря от места происшествия в госпитале.
Пленение и допрос Йоханны
  • Древорезчица является королевой стаи.
  • Она доминирует над всеми членами своей стаи.
  • Она обладает гениальностью, превосходящей таланты Шкуродера в области изобретательности.
  • Она обладает властной стороной души, которая распространяется по всему приполярному побережью.
  • Она считается очень опасной в гневе.
  • Она была довольна назначением Проныра в тайную стражу, так как ей недоставало нужной комбинации элементов.
  • Она считает, что наличие в стае только одной самки сделает Проныра управляемо-сдвинутым.
  • Она обладает властью, способной заставить Проныра бояться быть приконченным ею в случае его ошибок.
Переговоры с Пронырой
  • Древорезчица является королевой.
  • Древорезчица обладает властью над стражниками Проныры.
  • Древорезчица способна принимать решения о судьбе предателей (в частности, о том, «спустит» ли она Проныре убийство Грамотея).
  • Древорезчица может пойти на сотрудничество с предателем ради сохранения собственных ресурсов (шкур).
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Древорезчица является правительницей, так как к ней обращаются «Ваше величество».
  • Она удерживает власть в течение полутысячи лет.
  • Ей пришлось научиться вести войну, несмотря на отсутствие желания становиться воином.
  • Она командует армией, в составе которой есть стаи, щенки и артиллерия.
  • Она обладает способностью видеть мыслешум и чувствовать эмоции (тревогу, смятение) других существ.
  • Она обладает способностью видеть сквозь магические или естественные средства скрытия (видит Проныру, несмотря на беруши).
  • Она обладает способностью чувствовать и контролировать эмоциональное состояние своих подчиненных (успокаивает стаи).
  • Она обладает способностью чувствовать чужой разум (чуяла разум Шкуродера за тактикой врага).
  • Она изучила эффекты различных видов оружия, от примитивных до странных.
  • Она знает о воздействии оружия на общественный уклад.
  • Она принимает стратегические решения о наступлении и тактике войны.
  • Она держит в плену Проныру, чьи предательства и убийства ей известны.
  • Она обязалась выполнить обещание, данное Проныре.
  • Она переживает за безопасность Йоханны и ребенка, о которых думает в своих мыслях.
  • Она находится на поле боя в районе Марграмского Перевала.
  • Она обладает способностью к телепатической или магической коммуникации (ее «двойка» встала и посмотрела в глаза Щепетильнику, чтобы подчеркнуть важность слов).
Разговор Стального с синглетом
  • Древорезчица скоро прибудет в место действия.
  • Древорезчица не прибудет в роли жертвы на бойне.
  • Древорезчица является врагом Стального.
  • Древорезчица обладает армией, которую Синглет называет единственной вражеской стаей.
  • Древорезчица имеет снабженцев, которые будут лишены ресурсов через четыре дня.
  • Древорезчица обладает амуницией, значительную часть которой древорезчики потеряют еще до Холма Звездолета.
  • Древорезчица является целью для планируемого наступления и действий Стального.
Ожидание связи и разговор с Равной
  • Древорезчица — это существо или группа, чьи войска приближаются к кораблю беженцев.
  • Древорезчица является врагом Джефри, так как она (или её действия) связана с гибелью его мамы, папы и Йоханны.
  • Древорезчица обладает войсками, которые строят цитадель (донжон) в спешке.
  • Древорезчица — это противник Стального Владыки.
  • Древорезчица — это существо, чье появление вызывает у Джефри страх и кошмары.
  • Древорезчица — это существо, чье время, по мнению некоторых, истекает (в контексте прекращения обстрела).
Полет Фама на шлюпке
  • Войска Древорезчицы наступали на замок по южному склону холма.
  • Войска Древорезчицы прятались в лесах, окаймлявших фьорд с юга.
  • У войск Древорезчицы была пушка.
  • Древорезчики характеризуются как «орды убийц», которые без колебаний атаковали звездолет.
  • Древорезчики рассматриваются персонажем Равной как опасные противники, которых нужно «окатить огнем».
Йоханна и Странник на поле боя
  • Древорезчица является правителем (королевой), так как в тексте упоминаются «войска Древорезчицы» и «королевы» в одном контексте.
  • Древорезчица обладает армией, включающей в себя стаи (вероятно, животных или существ) и солдат.
  • Древорезчица имеет союзников или подчиненных, среди которых есть Странник и его стая.
  • Древорезчица ведет боевые действия против сил, обладающих технологиями (пушки, лучевое оружие, корабли).
  • Древорезчица обладает властью над войсками, которые могут быть вынуждены отступать даже при наличии сильных противников.
  • Древорезчица имеет определенные предпочтения или правила относительно действий своих подчиненных (например, Йоханна опасается, что её действия «не понравятся Древорезчице»).
Оборона замка и маневры на поле боя
  • Древорезчица обладает стаей охраны.
  • Древорезчица имеет своих воинов (древорезчиков), которые подошли к месту боя под прикрытием дыма.
  • Войска Древорезчицы находятся на склоне холма.
  • Древорезчица является противником Стального и его армии.
Переговоры по каналу связи
  • Древорезчица совершила атаку.
  • Древорезчица совершила бы атаку, если бы ей не причинили боль и не солгали.
  • Без Древорезчицы всё было бы безопасно.
Побег через туннели
  • На Древорезчицу были повешены почти все преступления, совершенные Стальным Владыкой.
Спасательная операция и наблюдение
  • Древорезчица является одной из сторон конфликта, противостоящей Стальному.
  • Древорезчица обладает значительными военными силами, способными «переметать» войска противника.
  • Войска Древорезчицы способны бить далеко и насмерть, используя огневые вспышки и вызывая дым.
  • Древорезчица обладает способностью «соскоблить» силы Стального с поля боя и бастионов.
  • Древорезчица может использовать лучеметы для смещения солдат противника.
  • Древорезчица участвует в осаде замка, направляя новые силы на поле боя.
Приказы Стального и уход Шрека
  • Древорезчица участвует в сражении против войск Стального.
  • Древорезчица совершила взрыв бомбы сразу за бастионом.
  • Древорезчица возобновила обстрел в ходе боя.
  • Силы Древорезчицы подтягиваются к месту сражения.
  • Древорезчица является противником, чьи силы могут осложнить действия Стального.
Последствия столкновения и планы Фама
  • Древорезчица является начальницей Странника.
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Древорезчица — это имя, которое дает Равне один из старших элементов стаи.
  • Древорезчица обладает способностью говорить на человеческом языке (женским голосом, который кажется «до жути правдоподобным»).
  • Древорезчица является частью стаи, которая находится в районе замка Стального.
  • Древорезчица обладает поисковиками, которые помогли найти остатки Стального.
  • Древорезчица владеет фургоном (повозкой) и предложила Равне подвезти её к замку.
  • Древорезчица сообщила Равне, что Стальной Владыка погиб, а его остатки были найдены.
  • Древорезчица знает о присутствии Фам и Странника в замке.
  • Древорезчица обладает способностью «думать» (Равна упоминает, что Королева так громко думает).
  • Древорезчица обладает способностью к мимике, которую Равна пока не может распознать.
  • Древорезчица является «Королевой» (в тексте упоминается: «Королева указала одной мордой на повозку», «Королева поднялась в карету», «Королева так громко думает»).
  • Древорезчица обладает информацией о действиях Фам и о том, что он «изменил наш мир» (в контексте Йоханны).
  • Древорезчица находится в замке и перемещается по его помещениям вместе с Равной.
Подготовка к встрече
  • Древорезчица возглавляет экспедиционный корпус древорезчиков.
  • Древорезчица не знала территорий к северу от лесов и долин, тянущихся более чем на сто километров.
  • Древорезчица полагала, что проблема с Шкуродером станет самой серьезной проблемой следующего века.
  • Древорезчица смотрела в две подзорные трубы одновременно.
  • Древорезчица обладает способностью использовать стереобазу для более эффективного наблюдения за стаей.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Древорезчица является королевой.
  • Она обладает способностью создавать стаи (элементы).
  • Она считается величайшей из стай в этой части света, а возможно, и в истории.
  • Она является создательницей Шкуродера (ранее известного как Тиратект).
  • Она обладает душевным качеством — презрение ко лжи.
  • Она способна менять состав своих стай (упоминается, что новые элементы не только её).
  • Она обладает владениями, включая Тайный Остров и Холм Звездолета.
  • Она ведет переговоры о заключении мира с Шкуродером.
  • Она проявляет раздражение и высокомерие в общении с Шкуродером.
  • Она способна принимать решения о границах владений и условиях надзора за ними.
  • Она способна менять собственное поведение (в тексте упоминается, что она 'изменила себе' после долгих веков).
Договоренность с Древорезчицей
  • Древорезчица является королевой.
  • Древорезчица обладает способностью к телепатии (мысли персонажей сталкиваются, когда она подходит близко).
  • Древорезчица обладает способностью менять форму или размер (она частично разошлась вдоль карт).
  • Древорезчица обладает способностью к изменению формы головы (она свела головы вместе).
  • Древорезчица обладает способностью к изменению голоса (ее голос был тихим и вкрадчивым).
  • Древорезчица знает о методах Шкуродера: ножи, страх, боль.
  • Древорезчица имеет свои планы в отношении существа по имени Проныра.
  • Древорезчица обладает властью над Шкуродером и может отменять его договоренности.
  • Древорезчица в итоге разрешила Шкуродеру забрать остатки Стального.
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Древорезчица является королевой (королева)
  • Древорезчица принадлежит к расе Когтей
  • Древорезчица обладает государственным умом и мудростью
  • Древорезчица способна понимать сложные тайны и угрозы миллиардолетней давности
  • Древорезчица приняла решение пощадить Проныру
  • Древорезчица не воспротивилась решению Равны оставить Зеленожку на берегу
  • Древорезчица понимает, что поработить можно лишь настоящие тележки, а нынешняя Зеленожка к ним не относится
  • Древорезчица обладает способностью к обучению и признает важность опыта общения с другими расами
  • Древорезчица способна менять свои взгляды (стала менее приверженной планам и собственной безопасности)
  • Древорезчица обладает способностью к обновлению (постарела и была обязана обновиться)
  • Древорезчица способна воспринимать и анализировать информацию о технологиях и истории других цивилизаций
  • Древорезчица имеет стаю молодых элементов, которые бегают вокруг нее
Наблюдение за звездами
  • Древорезчица правит в старой твердыне Стального на Тайном Острове.
  • Она является королевой.
  • Древорезчица не испытывает сомнений в том, что сможет оживить сто пятьдесят один ребенка, спящих в капсулах.
  • Она строит планы создания школы, где люди и Когти будут учиться совместной жизни.
  • Она осознает пользу сотрудничества между людьми и стаями.
  • Она превосходно осознает недостатки стайного способа жизни.
  • Она видит, какую пользу способно принести сотрудничество людей и стай.
  • Она осознает, что раса Когтей страдала от невозможности работать рядом, не утрачивая интеллект.
  • Она понимает, что достижения стайной цивилизации оставались плодами изолированных умов.
  • Она считает, что в долгосрочной перспективе сотрудничество поможет вывести Когтей из тупика.

Синепанцирь

Синепанцирь — опытный звездоторговец и наездник с уникальной физиологией декоративного дерева, чей голос искажается вокодером до треска. Он проявил исключительное мужество, погибнув в пламени ради спасения других, оставив после себя лишь черный обгоревший пенек.

Синепанцирь — опытный звездоторговец и наездник из Простора, принадлежащий к расе, достигшей долгой стабильности в Срединном Запределье. Он обладает уникальной физиологией: внешне он может напоминать декоративное деревце в кадке, имея ветви, которые способны шелестеть, изгибаться, вибрировать или имитировать человеческие жесты (например, «пожатие плечами»). Его голос, характеризующийся высоким писком и способностью внезапно менять высоту, передается через вокодер, искажая речь нелинейными помехами и превращая её в перемежающееся дыхание или треск. Несмотря на внешнюю порывистость и склонность к язвительности, Синепанцирь вежлив и терпелив, обладая глубокими знаниями в области физики, архивов Трансценденции и навигации в Медленной Зоне. В профессиональной деятельности Синепанцирь известен как мастер своего дела, способный управлять сложными транспортными средствами — от шестиколесных тележек, напоминающих деревья, до межзвездного фрахтера «Внеполосный-II». Он обладает уникальными навыками пилотирования, превосходящими возможности автоматики, и способен выполнять сложнейшие маневры в условиях отсутствия электроники, используя антиграв и реактивные двигатели. Его торговый опыт охватывает столетия: он работал под прикрытием коммерческой охраны, перевозил одноразовые шифры и знал тонкости взаимодействия с самыми разными цивилизациями, включая людей, которых он высоко ценил как пользователей. Личная жизнь Синепанциря тесно связана с существом по имени Зеленожка, с которой он составлял супружескую пару и путешествовал более двухсот лет. В этих отношениях он проявлял глубокую заботу, защищая свою спутницу и помогая ей восстанавливать память. Синепанцирь также был связан тесными узами дружбы с Фамом Нювеном, хотя их отношения со временем осложнились. Несмотря на свою торговую осторожность и склонность к педантизму в стрессе, в критических ситуациях Синепанцирь проявлял исключительное мужество, готовясь к самопожертвованию ради спасения других. Трагический финал его пути связан с последним странствием вместе с Зеленожкой, в ходе которого они открыли страшную тайну. Синепанцирь погиб, проехав сквозь пламя в попытке спасти других, оставив после себя лишь черный обгоревший пенек. Его отвага в этот момент была отмечена даже теми существами, которые называли себя «средневековыми», а память о нем хранит Зеленожка, которая чтит его подвиг.
Ключевые факты (361)
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Синепанцирь — наездник на тележке, принадлежащий к расе, которая ведет торговлю в большинстве областей Срединного Запределья.
  • Синепанцирь является наездником на шестиколесной тележке, которая по внешнему виду напоминает декоративное деревце в кадке.
  • Синепанцирь обладает высоким писклявым голосом, который передается через вокодер на тележке.
  • Синепанцирь говорит на самношке (языке людей) и трисквелине.
  • Синепанцирь является владельцем или оператором небольшого фрахтера межзвездного класса под названием «Внеполосный-II».
  • Синепанцирь работает в коммерции уже без малого две сотни лет.
  • Синепанцирь выражает высокое мнение о человеческой расе, отмечая их как отличных пользователей.
  • Синепанцирь совершал рейсы между Сьяндрой Кей и Форсте Утгреп.
  • Синепанцирь прибыл из Простора.
  • Синепанцирь перевозил одноразовые шифры, разработанные Коммерческой охраной Сьяндры Кей.
  • Синепанцирь сообщил, что его команда разорилась из-за Страумлианского Искажения.
  • Синепанцирь обладает особенностью долго вспоминать информацию (входит в режим «комнатного цветка»), прежде чем ответить на вопрос.
  • Синепанцирь сообщил, что его команда отбыла из района Основного Страума шестьсот пятьдесят часов назад.
  • Синепанцирь выражает усталость от своих сопровождающих (гуманоидов).
  • Синепанцирь находится в клубе «Бродячая компания» на Маршрутизаторе.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Синепанцирь является наездником.
  • Он обладает писклявым голосом, который может внезапно менять высоту.
  • Он обладает способностью к телепатии или иному способу общения с существами (консультируется с Зеленожкой).
  • Он обладает глубокими знаниями об архивах, структурах данных и технологиях Трансценденции.
  • Он демонстрирует терпение в общении с собеседниками, даже когда те задают вопросы, на которые он считает очевидные ответы.
  • Он обладает информацией о событиях на Страумлианском Просторе и деталях катастрофы там.
  • Он знает о существовании конкретного источника информации — меньшетележечного наездника, который был связан с новостной службой Страумли.
  • Он обладает доступом к координатам определенных объектов на своем корабле.
  • Он проявляет эмоциональную реакцию (взбудораженность), когда обсуждает детали перемещений кораблей.
  • Он характеризуется как вежливый и ненавязчивый в своих действиях (в контексте просьб к Организации).
  • Он обладает информацией о планах страумеров на случай неудачи их миссии.
  • Он взаимодействует с существом по имени Зеленожка.
  • Он обладает способностью к физическим движениям, описанным как «пошелестел ветвями» и «согнул отросток».
Беседа в «Бродячей компании»
  • Синепанцирь является торговцем.
  • Синепанцирь относится к расе, достигшей долговременной стабильности в Запределье.
  • Внешность Синепанциря и его машинного интерфейса поддерживается в уникальном равновесии уже более миллиарда лет.
  • Синепанцирь составляет супружескую пару с Зеленожкой.
  • Синепанцирь кажется напористым, разговорчивым и привыкшим вертеть окружающими себе на пользу.
  • Синепанцирь может закрывать собой уязвимость своего партнера (Зеленожки).
  • Внутренне Синепанцирь является порывистым созданием, стесняющимся собственной пронырливости.
  • Синепанцирь втайне благодарен Зеленожке за то, что та его одергивает.
  • Синепанцирь может терять нить беседы.
  • Синепанцирь обладает способностью говорить на искусственном языке, где его голос может напоминать перемежающееся писком порывистое дыхание.
  • Синепанцирь может быть принят за деревцо в горшке, водруженное на тележку.
  • Синепанцирь обладает интересом к жизни, сопоставимым с интересами друзей Равны по аспирантуре.
Размышления о Фаме Нювене
  • Синепанцирь упоминал в беседе с Равной информацию об антиграв-ткани и интеллектронных устройствах
  • Синепанцирь сообщил Равне, что эти объекты являются величайшим физическим сокровищем в Запределье
  • Синепанцирь отметил, что создание таких вещей (антиграв-ткани, интеллектронных устройств) самими людьми невозможно
  • Синепанцирь упомянул, что добыча этих сокровищ является крайне опасной задачей
Разговор наездников на пляже
  • Синепанцирь — наездник, обладающий синеватой панцирной раковиной у основания.
  • Он находится на пляже в Запределье.
  • Он путешествует вместе с существом по имени Зеленожка.
  • Синепанцирь обладает способностью просканировать память (использовал запрос 'Джефри опасность').
  • Он испытывает тревогу по поводу безопасности человеческого ребенка по имени Джефри Ольсндот.
  • Он обладает способностью чувствовать или видеть 'естественные воспоминания', которые накапливаются при созерцании природы.
  • Он мечтает стать меньшетележечным наездником и простоять всю жизнь на одном месте с небольшой тележкой.
  • Он является участником спасательной экспедиции.
  • Он обладает тележкой, в которой есть искусственная память и базы данных.
  • До встречи с Зеленожкой он уже летал на придонных люггерах и пару раз застревал 'Внизу'.
  • Он осознает, что его опасения по поводу предстоящей миссии продиктованы аналитическими функциями его тележки.
  • Он испытывает раздражение из-за опасности предстоящего задания, но признает правоту Зеленожки в необходимости миссии.
  • Он испытывает сочувствие и ужас по отношению к цивилизациям, поглощаемым Страумлианской Погибелью.
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Синепанцирь находится в воде (у воды) в районе Зеленожки.
  • Синепанцирь может быть вызван Равной Бергсндот.
  • Равна Бергсдот рассматривает возможность вызова Синепанциря, но в итоге решает не делать этого, чтобы он мог «понежаться».
Разговор Равны и Фама
  • Синепанцирь находится в группе с персонажем по имени Зеленожка.
  • Синепанцирь передвигается на тележке.
  • Тележка Синепанциря имеет косметические полосы по бокам, которые поблескивают от влаги.
  • Синепанцирь выходил из воды вместе с Зеленожкой.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Синепанцирь не отказывается от спасательной миссии, несмотря на крах планов, связанных с Фамом Нювеном
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Синепанцирь является наездником.
  • Он находится на пляже вместе с Зеленожкой и Равной.
  • Он сидит на теплом и сухом песке.
  • У него есть грузошарф, на который Равна поставила напитки.
  • Он ведет диалог с Равной, интересуясь её планами и выражая опасения по поводу её безопасности.
  • Он обладает способностью строить обширные предположения о когтевых «стаях» и способах спасения выживших.
  • Он анализирует сообщения из Группы угроз и делает выводы о развитии Искажения.
  • Он является партнером Зеленожки.
  • Он обладает способностью синхронизироваться с кратковременной памятью тележки.
  • Он может издавать звуки, похожие на пошелест веток.
  • Он выражает панику и поезжает взад-вперед, когда узнает о появлении флота на границе внутренней охраняемой зоны.
  • Он сообщает Равне о похищении корабля «Внеполосный-II» и о том, что они «разорены» из-за этого.
  • Он сообщает о времени прибытия корабля «Внеполосный-II» к месту их нахождения.
Побег от разрушающихся Причалов
  • Синепанцирь обладает способностью или особенностью отсутствия собственной кратковременной памяти.
  • Синепанцирь обладает молниеносными рефлексами.
  • Синепанцирь испытывает тревогу, что проявляется в его непрерывных движениях вокруг группы.
  • Синепанцирь обладает знаниями о физике и процессах уничтожения трансиверов (ультраволновой импульс, реакция нервной системы, световые годы).
  • Синепанцирь использует тележку и обладает навыками управления ею в сложных условиях.
  • Синепанцирь способен использовать антиграв для перемещения в воздухе.
  • Синепанцирь проявляет инициативу и командует действиями в критических ситуациях (например, при посадке корабля и перемещении к разлому).
  • Синепанцирь физически взаимодействует с Равной, прижимаясь к ней и помогая удерживать равновесие.
  • Синепанцирь совершает рискованные действия, такие как прыжок в открытый люк корабля.
  • Синепанцирь способен управлять кораблем («Внеполосный-II»), пытаясь отвести его в сторону.
  • Синепанцирь характеризуется как «чокнутый» (в контексте специфических методов решения задач).
Побег из системы и прыжок
  • Синепанцирь является наездником, управляющим космическим судном (тележкой).
  • Он обладает навыками опытного пилота и мастера своего дела, постоянно тренируется и программирует свою тележку на случай передряг.
  • В повседневной жизни наездники могут казаться нерешительными, но в критических ситуациях Синепанцирь действует без колебаний.
  • Он ведет корабль «Внеполосный-II» через опасные зоны, такие как обломки Причалов и атмосфера планеты Земсторонье.
  • Синепанцирь обладает способностью менять визуальный вид (включая естественный вид).
  • Он может общаться с Равной через вокодер, но также способен издавать звуки (например, «Бррап!», «Гррамп!») и выражать эмоции через движения ветвей.
  • Он является торговцем и ведет дальнерейсовую торговлю.
  • Синепанцирь испытывает чувство смущения или отключается от разговора, что может проявляться в том, что он катается туда-сюда по липким присоскам.
  • Он заключил контракт с Организацией Вриними на перевозку Равны и Фам Нювена.
  • Синепанцирь демонстрирует осторожность, характерную для торговцев, предпочитая не лезть в авантюры без надобности.
  • Он способен на эмоциональные реакции: может взвизгивать от волнения, сжиматься, дергаться и проявлять нежность к своей спутнице Зеленожке.
  • Синепанцирь в итоге соглашается на выполнение опасного квеста по просьбе Равны, несмотря на свои торговые принципы.
  • Он имеет тесную связь с Зеленожкой, гладит её ветками и проявляет к ней заботу.
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Синепанцирь вместе с Зеленожкой отклонял корабль от курса каждые двадцать часов, чтобы подключаться к главным линиям Известной Сети.
  • Синепанцирь продержал корабль «Внеполосный-II» на инфолинии почти два дня, чтобы полностью скачать сообщение от Погибели.
  • Синепанцирь обсуждал с Равной и Зеленожкой новости и пытался вычленить предпочтительную интерпретацию событий.
  • Синепанцирь испытывал беспокойство и был близок к панике, когда обсуждал сообщение Погибели.
  • Синепанцирь выразил недоверие к сообщению Погибели, предположив, что это может быть «отравленная приманка» из-за колоссального объема несжатой информации.
  • Синепанцирь обладает способностью или техническим устройством для речи (упоминается, что он «жужжал вокодером» во время раздумий).
Диалог на борту корабля
  • Синепанцирь проявляет признаки волнения и впадает в педантизм в стрессовых ситуациях.
  • Синепанцирь склонен к обсуждению технических подробностей.
  • Синепанцирь является наездником, управляющим тележкой с реактивными двигателями и выдвижными присосками.
  • Синепанцирь обладает способностью перемещаться по потолку и стенам.
  • Синепанцирь может общаться с другим растением — Зеленожкой.
  • Синепанцирь обладает вокодером, который может издавать человеческие звуки (например, вздохи).
  • Синепанцирь обладает «высоким призванием», которое приносит ему проблемы.
  • Синепанцирь обладает способностью к экстраполяции замедления и понимает особенности навигации в Медленной Зоне.
  • Синепанцирь знает о нестабильности зон и о том, что придонные люггеры предназначены для отслеживания этих перемен.
  • Синепанцирь испытывает ностальгию по «старым воспоминаниям» и «прежним прибоям».
  • Синепанцирь проявляет инициативу в поиске информации по библиотеке корабля.
  • Синепанцирь характеризуется как один из самых «неблагодарных слушателей во Вселенной».
Изучение теории прыжков
  • Синепанцирь находится на командном мостике корабля «Внеполосный-II»
  • Синепанцирь обсуждал с Равной, Фамом и Зеленожкой способы защиты Королевства Тайного Острова
  • Синепанцирь провел большую часть двух дней, изучая программы в библиотеке «Внеполосного-II»
  • Синепанцирь высказал условие, что «Стальной Владыка» должен суметь реализовать изобретения менее чем за сто дней
  • Синепанцирь обладает знаниями о квантово-торсионных антеннах и их способах изготовления из серебряных и кобальтово-стальных решеточных массивов
  • Синепанцирь знает, что для расчета определенных антенн требуются теоретические познания и умение решать сложные уравнения в частных производных особого вида
  • Синепанцирь сообщил, что программа учитывает препятствия, связанные с отсутствием у аборигенов понятий о материалах (например, о кобальте)
  • Синепанцирь предположил, что Стальной Владыка знаком с понятием экспериментального перебора
  • Синепанцирь предложил начертить дерево экспериментов для получения кобальта на основе описаний вероятных руд и результатов химических анализов
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Синепанцирь является наездником.
  • Синепанцирь обладает способностью выходить наружу корабля, чтобы осматривать поврежденные участки.
  • Синепанцирь может перемещаться по потолку корабля.
  • Синепанцирь обладает особенностью (наездничьей привычкой) — часто забывает о совершенных действиях из-за недостаточной емкости кратковременной памяти тележки.
  • Синепанцирь проявляет беспокойство и тревожность, часто проверяя одни и те же системы (например, шлюз в носовом люке).
  • Синепанцирь следует традициям своего народа, используя традиционную тележку и интерфейс.
  • Синепанцирь обладает способностью концентрировать свои щупальца в пучок.
  • Синепанцирь обладает знаниями о мифологии наездников и истории их создания.
  • Синепанцирь обладает информацией о состоянии технических систем корабля «Внеполосный-II» (в частности, о состоянии ультрашипов).
  • Синепанцирь знает о существовании и местоположении цивилизации Сьяндра Кей и системы Гармоничный Покой.
  • Синепанцирь знает о семье и друзьях Равны в мирах Сьяндры Кей.
  • Синепанцирь обладает способностью к коммуникации (шепчет, пошелестывает, говорит).
  • Синепанцирь проявляет признаки застенчивости в определенных ситуациях.
  • Синепанцирь обладает способностью записывать информацию в память (после того как ему напомнили о проверке шлюза).
Жизнь и работа на корабле
  • Синепанцирь — один из четырех путников, находящихся на корабле «Внеполосный-II».
  • Он является прирожденным торговцем.
  • Он вместе с Зеленожкой объездил много миров.
  • Он участвовал в торговых сделках и разводках в прошлом.
  • Он является наездником (в контексте обсуждения замков и отдыха в командной рубке).
  • Он вместе с Зеленожкой часто травил байки и рассказывал истории о своих приключениях.
  • Он был торговцем и изыскателем Медленной Зоны.
  • Он был принцем на Канберре.
  • Он обладает способностями к языкам (хотя учил самношк медленнее, чем на Маршрутизаторе).
  • Он часто проводит время в мастерской «Внеполосного-II» в компании Фам Нювена.
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Синепанцирь является наездником.
  • Синепанцирь является потомственным звездоторговцем.
  • Синепанцирь летал вместе с Зеленожкой уже двести лет.
  • Синепанцирь обладает знаниями о торговле с цивилизацией на Сьяндре Кей (торговал с ними под прикрытием коммерческой охранной службы).
  • Синепанцирь обладает информацией о том, что Сьяндра Кей — преимущественно человеческая цивилизация, и атака на людей там будет означать нападение на всю цивилизацию.
  • Синепанцирь обладает способностью управлять ветками (возможно, частью своего снаряжения или корабля), изгибая их в сторону кораблей снаружи.
  • Синепанцирь использует грузовой шарф из прочного и эластичного материала для защиты товаров.
  • Синепанцирь участвует в переговорах и спорах о способах ведения коммерческих контактов с «святым Ринделлом».
Путешествие к Гармоничному Покою
  • Синепанцирь ведет оживленный разговор с водителем машины.
  • Синепанцирь проявляет живой интерес к окружающим существам и целям пребывания в данном месте.
  • Синепанцирь задает вопросы, чтобы понять, что у собеседника есть полезного и как заставить его этим поделиться.
  • Синепанцирь использует диалог как инструмент для выявления параметров личности, способностей и наклонностей других рас.
  • Синепанцирь вместе с Зеленожкой наскреб «образцы товаров» из кладовой для демонстрации потенциальным партнерам.
  • Синепанцирь находится на корабле «Внеполосный-II» в системе Гармоничный Покой.
  • Синепанцирь находится в группе с существом по имени Зеленожка.
  • Синепанцирь участвует в переговорах со святым Ринделлом и его окружением.
Утешение Равны и новости
  • Синепанцирь находится на корабле вместе с Зеленожкой.
  • Синепанцирь выразил уверенность в том, что бивненогие блефуют относительно оживленного спроса.
  • Синепанцирь испытывает желание обсудить произошедшее с Фамом.
  • Ветви Синепанциря шелестят, что Фам распознал как аналог судорожной дрожи.
  • Синепанцирь обладает способностью «прошептать» кораблю, в результате чего в окнах появились ближайшие верфи.
  • Синепанцирь знает, что апраханти — это вид существ, вызывающий ужас у некоторых.
  • Синепанцирь обладает информацией о том, что Гегемония находится в упадке уже несколько столетий.
  • Синепанцирь заметил, что корабли в ремонтной гавани однотипны и имеют военный оттенок.
  • Синепанцирь заявил, что не спал, а размышлял над вопросом сира Фама.
  • Синепанцирь подтвердил, что святой Ринделл определенно испуган.
  • Синепанцирь отметил, что святой Ринделл не берет платы за обслуживание и не требует бартерного процента.
  • Синепанцирь проявил признаки эмоциональной реакции (его ветви выглядели так, словно увяли) в ответ на трагическую новость.
  • Синепанцирь относится к категории «наездников».
Разговор в рубке и перелет
  • Синепанцирь является наездником (существом, связанным с кораблем или имеющим растительную природу).
  • Синепанцирь обладает способностью общаться через вокодер (пискнул через вокодер).
  • Синепанцирь обладает способностью отдавать команды кораблю.
  • Синепанцирь проявляет энтузиазм в случаях, когда наклевывается выгодная сделка (ветви хлопнули друг по дружке).
  • Синепанцирь обладает способностью доставать предметы из сумки (вытащил ветвь из сумки).
  • Синепанцирь обладает знаниями о товарах и ресурсах (информировал о «пережженных шпалерах» и их ценности для определенных рас).
  • Синепанцирь может испытывать замешательство или неловкость (затрясся, не зная, что сказать).
  • Синепанцирь способен к анализу ситуации и переговорам (выяснил информацию о флоте апраханти и планах святого Ринделла).
  • Синепанцирь обладает способностью к эмоциональной реакции, которую окружающие могут интерпретировать как улыбку (ветви Зеленожки прошелестели в аналоге улыбки).
Наблюдение за сделкой из корабля
  • Синепанцирь является наездником.
  • Синепанцирь вместе с Зеленожкой готовил шпалеры к отправке.
  • Синепанцирь ласково провел веткой по руке Равны.
  • Синепанцирь вежливо отказал Равне в помощи, сообщив, что у них уже все под рукой.
  • Синепанцирь вместе с Зеленожкой протаскивал шпалеры вокруг аквариума на аэростате.
  • Синепанцирь высказал предположение, что древние обитатели системы Гармоничного Покоя могут сохранить разум, но стать странными и чрезмерно осторожными.
  • Синепанцирь подъехал ближе, чтобы понаблюдать за испытанием шпалер сотрудниками Ринделла.
  • Синепанцирь долго и ворчливо спорил со святым Ринделлом из-за качества комплектов шпалер.
  • Синепанцирь достал из сумки с запасными шпалерами замену для комплектов.
  • Синепанцирь отвечал по закрытой линии с запинками, когда был чем-то занят или обескуражен.
  • Синепанцирь испытывал смущение и растерянность из-за исчезновения Зеленожки.
  • Синепанцирь использовал ветви (вероятно, как часть своего снаряжения или способа взаимодействия).
Путешествие к Зеленожке
  • Синепанцирь является торговцем.
  • Синепанцирь обладает способностью к общению с другими расами (в частности, с бивненогими резьвоносцами) через трисквелинский переводчик.
  • Синепанцирь обладает способностью к перемещению в пространстве с помощью двигателей (он «отлепился от стены и развернулся на двигателях»).
  • Синепанцирь обладает способностью к управлению ветками своего тела (он «умоляюще замахал ветками», «издал резкий трескучий шелест досады», «ветви его немного изогнулись»).
  • Синепанцирь обладает способностью к полету или маневрированию в пространстве (он «облетал» чужаков и «катил прочь»).
  • Синепанцирь знает Зеленожку более двухсот лет.
  • Синепанцирь обладает информацией о местных наездниках и их колонии.
  • Синепанцирь ведет переговоры с Равной через локальную сеть.
  • Синепанцирь обладает способностью к защите других (он прикрывал Фама собой, чтобы те не видели его устрашающие бронелезвия).
  • Синепанцирь обладает способностью к эмоциональному выражению через звуки (издает «резкий трескучий шелест»).
  • Синепанцирь обладает способностью к восприятию и описанию окружающей среды (комментировал прибой, гравитацию и ночной пейзаж).
  • Синепанцирь находится в торговом ряду и в последующем перемещается к транспортной станции и колонии наездников.
  • Синепанцирь является представителем расы, которую другие могут воспринимать как «устрашающую» из-за наличия бронелезвий.
  • Синепанцирь обладает способностью к вежливому взаимодействию с другими видами (делал «вежливые взмахи веток»).
Бой Фама с наездниками
  • Синепанцирь является наездником.
  • Синепанцирь находится на борту транспортника (в начале отрывка).
  • Синепанцирь весело болтает с Зеленожкой.
  • Синепанцирь прячет ветки под колеса.
  • Синепанцирь находится в группе с Зеленожкой и другими наездниками.
  • Синепанцирь может говорить на языке, в котором смешиваются трисквелин и трескучий наездничий шелест.
  • Синепанцирь выражает страх в своей речи.
  • Синепанцирь просит Фама не убивать Зеленожку.
  • Синепанцирь пикирует на ближайшего наездника засадного отряда, включив двигатели на полную мощность.
  • Синепанцирь выпускает длинный угловатый предмет из своей тележки.
  • Синепанцирь меняет укрытия, оставаясь ближе к Зеленожке, чем к другому врагу.
  • Синепанцирь в конце отрывка катится через поле боя навстречу Зеленожке.
Разговор Фама и Равны в медотсеке
  • Синепанцирь является наездником.
  • Синепанцирь обладает способностью говорить (в тексте упоминается его голос и способность отвечать на вопросы).
  • Синепанцирь находится в одном из корабельных автохирургов.
  • Синепанцирь сидел рядом с хирургом в каюте.
  • Внешне Синепанцирь имеет ветви, которые могут казаться увядшими или пожухлыми.
  • Синепанцирь сообщил Фаму, что Зеленожку похитили вымогатели-наездники, заманили в ловушку.
  • Синепанцирь подтвердил, что Зеленожка сама добровольно заманила людей в ловушку.
  • Синепанцирь помог Равне вытащить Фама с хабитата.
  • Синепанцирь помог группе договориться с местной службой охраны о разрешении на ультраскачок.
  • Синепанцирь является источником информации о том, что большие тележки — это дань традиции.
  • Синепанцирь знает о существовании Страумлианского Искажения.
  • Синепанцирь хранит молчание и не шевелит ветвями в моменты напряжения или торжества.
Спор о судьбе наездников
  • Синепанцирь является наездником.
  • Синепанцирь обладает способностью к яростному треску и физическим воздействию (стучит ветвями по стволу).
  • Голос Синепанциря искажается нелинейными помехами из-за использования вокодера.
  • Синепанцирь испытывает сильные эмоции (ужас или ярость) в ответ на вопросы Фама.
  • Синепанцирь в прошлом помогал Фаму (или кому-то из группы).
  • Синепанцирь находится в состоянии, которое может быть интерпретировано как потеря контроля.
  • Синепанцирь является одним из тех, кого Фам планировал не убивать, но из-за риска потери контроля или невозможности продолжить полет вместе с ним, их судьба остается неопределенной.
Размышления Равны в каюте
  • Синепанцирь является представителем определенной расы.
  • Синепанцирь является другом и союзником Равны.
  • Равна вступилась за Синепанциря перед Зеленожкой.
  • Синепанцирь участвует в миссии вместе с Равной и Зеленожкой.
  • Синепанцирь является наездником.
  • Синепанцирь потенциально может стать врагом из-за угрозы, исходящей от наездников.
  • Синепанцирь считается 'отравленным' или 'зараженным' (в контексте потенциальной трансформации в чудовище).
  • Синепанцирь обладает космической значимостью (как и цель корабля 'Внеполосный-II').
Разговор с наездниками в каюте
  • Синепанцирь является наездником.
  • Он обладает способностью выражать эмоции и мысли с помощью ветвей (например, взмахи ветвей как приветствие или эквивалент улыбки).
  • У него есть зрительные поверхности, которые он может направлять.
  • Он обладает длинным щупальцем.
  • Синепанцирь находится в каюте наездников на корабле «Внеполосный-II».
  • Он находится в отношениях с наездницей Зеленожкой (называет ее «подругой» и «любовью моей»).
  • Он проявляет заботу о Зеленожке, трудясь над ее «псевдотележкой» и помогая ей восстанавливать память.
  • Он обладает глубокими знаниями об устройстве корабля «Внеполосный-II» и особенностях управления им для его расы.
  • Он знает о существовании «Погибели» и о том, что наездники могут быть использованы как «тайное оружие» через свои тележки.
  • Синепанцирь испытывает сильный эмоциональный шок и страх из-за событий, связанных с Зеленожкой.
  • Он способен испытывать гнев, стыд и тревогу.
  • Он вступил в соглашение о сотрудничестве с Фамом Нювеном ради достижения цели (попадания на Дно).
  • Он утверждает, что его раса (наездники) не была полностью захвачена Погибелью, в отличие от тех, кого коснулись большие тележки.
  • Он обладает способностью к общению с Равной, используя вокодер для передачи речи.
Разговор Равны и Фама
  • Синепанцирь находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Синепанцирь сотрудничает с Фамом, но их отношения изменились по сравнению с прошлым.
  • Синепанцирь объясняет Фаму информацию, но не имеет права ничего демонстрировать.
  • Синепанцирь настаивал на том, что Зеленожка поправляется, проявляя при этом свое обычное упрямство.
  • Синепанцирь испытывает сильный страх перед наездниками, который «рвет его на части».
  • Синепанцирь полагает, что наездники могли быть инфицированы независимо от тележек.
  • Синепанцирь проявляет сердечность в разговорах наедине с Равной.
  • Синепанцирь испытывает гнев по отношению к действиям Фама, считая его вмешательство в работу автоматики опасным.
  • Синепанцирь считает, что Фам «корежит» и делает еще более ненадежной корабельную автоматику.
  • Синепанцирь был другом Фама.
  • Синепанцирь остался верен Фаму даже в те времена, когда другие были перевербованы Погибелью.
  • Синепанцирь знал, как работает броня Фама (в частности, систему дистанционных устройств), но не предупредил о ней.
  • Синепанцирь лоялен к Равне и Фаму (не считая происшествия на «Гармоничном Покое»).
Кризис на корабле и планирование действий
  • Синепанцирь делал прогнозы, которые начали сбываться через три недели.
  • Синепанцирь пытался помочь Фаму в работе над обновлениями системы безопасности.
  • Синепанцирь проявлял подозрительность к действиям Фама.
  • Синепанцирь метнулся к люку и сунул туда ветки, когда на борту раздалось странное буханье.
  • Синепанцирь заявил, что не видит ничего через люк.
  • Синепанцирь утверждал, что не верит диагностическим данным и считает, что на корабле что-то очень не в порядке.
  • Синепанцирь предложил Фаму конкретные низкоуровневые команды для отключения вентиляции в мастерской.
  • Синепанцирь предложил Фаму доверить ему управление, чтобы улучшить скоростные показатели корабля.
  • Синепанцирь является наездником.
Планы Фама и переговоры с наездниками
  • Синепанцирь обладает информацией о «испорченном грузе» со Сьяндры Кей, который был перевезен в прошлом.
  • Синепанцирь знает, что в корабельном трюме находится треть шифра, сгенерированного Коммерческой охраной Сьяндры Кей.
  • Синепанцирь выражает сомнение и тревогу по поводу реализуемости плана Фама.
  • Синепанцирь предупреждает, что профессиональные связисты, скорее всего, не ответят на запрос из-за особенностей передачи.
  • Синепанцирь проявляет осторожность и боится последствий, предлагая условия, чтобы не обвинять наездников в измене.
  • Синепанцирь характеризуется как человек, который часто говорит «не глупо» (в контексте своих опасений), если только не ведет переговоры с клиентами о завершении сделки.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Синепанцирь обладает способностью перемещаться по кораблю, перекатываясь по потолку.
  • Синепанцирь обладает способностью или физической особенностью в виде ветки, которой он может махать и использовать как указатель.
  • Синепанцирь обладает способностью перемещаться по потолку, где у него есть свое «насесте».
  • Синепанцирь обладает глубокими знаниями в области навигации и физики Медленной Зоны, в частности в изучении зонных бурь и интерфейсов.
  • Синепанцирь способен анализировать данные навигационных дисплеев, строить графики и делать выводы о движении кораблей.
  • Синепанцирь может интерпретировать сложные астрофизические явления, используя аналогии с морскими бурями.
  • Синепанцирь обладает способностью помогать Фаму в отключении высокоэффективной автоматики корабля «Внеполосный-II».
  • Синепанцирь ведет себя как «лектор», используя соответствующий тон в своих объяснениях.
  • Синепанцирь находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Синепанцирь взаимодействует с существом по имени Зеленожка, которая гладит его ветками.
Ожидание в глубине прилива
  • Синепанцирь признал, что его первоначальная оценка времени (через несколько часов) была нереалистичной
  • Синепанцирь вместе с Фамом строили масштабную экстраполяцию трансверсальных сдвигов
  • Синепанцирь вместе с Фамом проверяли ионный прямоточный двигатель «Внеполосного-II»
Прилет на планету и радиосвязь
  • Синепанцирь является наездником (существом, управляющим или связанным с кораблем/транспортом).
  • Синепанцирь обладает способностью к управлению скоростью (ранее гасил остаточную скорость корабля).
  • Синепанцирь может перемещаться или «подплывать» к консолям (в тексте указано, что он подплыл ко вспомогательной консоли).
  • Синепанцирь обладает способностью к вибрации (у него есть «дико вибрирующие ветви»).
  • Синепанцирь может находиться в состоянии эмоционального подавления или «сникать» под воздействием внешнего влияния (коснулась Равна его ветвей, и он «сник» и уехал).
  • Синепанцирь взаимодействует с персонажем по имени Равна, которая способна воздействовать на него физически.
  • Синепанцирь покидает мостик по требованию Фама.
Полет Фама на шлюпке
  • Синепанцирь обладает способностью управлять антигравом.
  • Синепанцирь обладает навыками пилотирования, которые превосходят навыки Фама Нювена в управлении шлюпкой.
  • Синепанцирь использует вокодер для общения, через который его голос звучит отрывисто и сосредоточенно.
  • Синепанцирь проявляет суетливость, которая исчезает, как только ему доверяют управление.
  • Синепанцирь вежлив в общении, обращаясь к Фаму как к «сиру» и выражая благодарность за доверие.
  • Синепанцирь способен выполнять сложные маневры (выход из штопора, удержание высоты), несмотря на отсутствие автоматики.
  • Синепанцирь выполняет прямые указания Фама по управлению шлюпкой в бою.
  • Синепанцирь занимает место пилота в посадочной шлюпке «Внеполосного-II».
Оборона замка и маневры на поле боя
  • Синепанцирь управляет шлюпкой (суденышком) в ходе воздушного боя.
  • Синепанцирь разворачивает шлюпку к цели.
  • Синепанцирь дает голосовые команды Фаму (например, «Пятнадцать секунд, сир Фам» и «Синепанцирь! Сажай шлюпку! Сажай!»).
  • Синепанцирь находится в непосредственной близости к Фаму во время полета.
  • Синепанцирь участвует в боевых действиях против стай собак и человеческих фигур.
Спасательная операция и наблюдение
  • Синепанцирь является наездником на шлюпке.
  • Синепанцирь выполняет роль пилота или проводника в спасательной операции.
  • Синепанцирь управляет шлюпкой, используя ветви (в частности, он растянул ветви по наездничьей консоли на носу).
  • Синепанцирь обладает способностью к маневрированию шлюпкой.
  • Синепанцирь обладает богатым опытом контактов с инопланетянами.
  • Синепанцирь был немногословен в ходе спасательной операции из-за занятости маневрированием и необходимости слушать информацию от других.
  • Синепанцирь не противился тому, что ближние элементы стаи Странник вежливо обнюхивали его.
  • Синепанцирь способен открывать каналы связи для других (открыл канал для стаи Странник).
  • Синепанцирь выполняет команду Фама летать по периметру замка.
  • Синепанцирь реагирует на команды Фама (например, команда «поднимай шлюпку» или «лети по периметру»).
Спасательная операция в огне
  • Синепанцирь является наездником, обладающим способностью управлять шлюпкой (посадочным модулем).
  • Синепанцирь обладает вокодером, через который он издает звуки (например, «бррап») и говорит.
  • Внешне Синепанцирь имеет ветви, которые могут наклоняться, отдергиваться или разводиться в стороны.
  • Синепанцирь обладает способностью «колдовать» над консолью управления.
  • Синепанцирь совершил маневр за двести метров от замковой стены.
  • Синепанцирь потерял управление шлюпкой, из-за чего она столкнулась с землей и повредила посадочное шасси.
  • Синепанцирь выразил желание доказать, что он не является «рабом какой-то Силы» и не является программой.
  • Синепанцирь обладает способностью втягивать существ (например, Джефри и элементов Амди) в корпус своей тележки.
  • Синепанцирь способен передвигаться вслепую через раскаленный вихрь, замотывая центральный стебель грузовым шарфом.
  • Синепанцирь обладает способностью передвигаться сквозь огонь, при этом его ствол был усеян язычками пламени.
  • Синепанцирь способен проявлять инициативу в спасении других (например, спасение малыша из огня).
  • Синепанцирь может издавать звуки, имитирующие человеческое «пожатие плечами» (жест).
  • Синепанцирь способен издавать звуки, имитирующие человеческую агонию.
  • Синепанцирь обладает способностью «втягивать» или «притягивать» объекты к себе с помощью щупалец.
Последствия столкновения и планы Фама
  • Синепанцирь мертв
  • Он погиб на первых метрах пути через пламя
  • Он был наездником на тележке, которая двигалась на автопилоте
  • Он был другом Фама в прошлом
  • Между Синепанцирем и Фамом была дружба, сменившаяся последующей ненавистью
  • Фам восхищался отвагой Синепанциря
  • От Синепанциря остался только черный обгоревший пенек
Путешествие Странника и посадка на острове
  • Синепанцирь был великим торговцем.
  • Синепанцирь был мелочен и язвителен.
  • Синепанцирь был храбрым.
  • Синепанцирь совершал вместе с Зеленожкой много чудесных путешествий.
  • Синепанцирь и Зеленожка были вместе в течение двухсот лет.
  • Синепанцирь и Зеленожка были беременны (у Зеленожки внутри была кладка их общих яиц).
  • Синепанцирь участвовал в последнем странствии Зеленожки, в ходе которого они открыли страшную тайну.
  • Синепанцирь умер (Зеленожка говорит о нем в прошедшем времени и упоминает, что она хочет почтить его память).
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Синепанцирь проехал сквозь огонь
  • Мужество Синепанциря было восхищено существами, называющими себя «средневековыми»

Фам Нювен

Фам Нювен — «воскрешенный» автономный инструмент Старика с биологией внеземной эволюции, чья личность может быть искусственной сборкой из архивных данных. Под маской «пустопорожнего болвана» скрывается опытный капитан и тактик, чье тело превратилось в изъеденную имплантами «гнилушками» оболочку, балансирующую между человеческими чувствами и механическим исполнением программ.

Фам Нювен — сложный и неоднозначный персонаж, чье происхождение и природа остаются загадкой. Несмотря на то что он является человеком (хомосапиенс), его внешность и биология указывают на внеземную эволюцию: у него дымчатая кожа, рыжие волосы и золотистые глаза. Равна Бергсндот предполагает, что вся его личность — искусственно сконструированная подделка, собранная из фрагментарных данных архивов в Кладовке Маршрутизатора. Он был «воскрешен» Организацией Вриними чуть больше тридцати дней назад и функционирует как автономная единица, способная выступать в роли эмиссара или инструмента для сущности под названием Старик. Согласно его собственным воспоминаниям, Фам родился в королевской семье на затерянной колонии Канберра, которая напоминала средневековый Нью-Йорк. В тринадцать лет он попал к инопланетным торговцам и отправился в экспедицию с цивилизацией Чжэн Хэ. Он провел тысячи объективных лет в космосе, работая военным программистом и капитаном корабля «Дикий глупыш», торгуя товарами и информацией в Медленной Зоне. Его репутация была противоречивой: он считался «самым чокнутым на флоте» и «пустопорожним болваном», но при этом обладал талантом, хитростью и способностью к сложному анализу ситуации. В конце карьеры он признавался, что его интеллект падал, а он сам стал «инструментом», который был использован и выброшен. В текущем времени Фам находится на борту корабля «Внеполосный-II» и занимает на нем роль капитана. Он обладает выдающимися навыками управления судами, программирования и ведения переговоров, а также способностью понимать телесный язык наездников. Его характер характеризуется как нахальный, самоуверенный и склонный к риску, однако под маской «беззаботного идиота» скрывается тактичный и глубоко чувствующий человек, способный на искреннее сочувствие и любовь. Он находится в романтических отношениях с Равной, к которой испытывает одновременно и нежность, и чувство собственной хрупкости. Физическое состояние Фама крайне нестабильно: он часто страдает от боли, кашля и потери сознания из-за имплантов Старика, которые превратились в гнилушки после гибели Силы. Его тело было буквально «нанизано» на артефакт Контрмеру, а мышцы были отгрызены устройствами связи. Несмотря на то что он воспринимает себя как живого человека, его существование граничит с механическим: он может работать как «пустая оболочка» под управлением программ, но при этом сохраняет способность к личной инициативе и глубоким эмоциональным реакциям. В финале своей истории Фам погибает в результате использования Контрмеры, вызвавшего катастрофу планетарного масштаба.
Ключевые факты (354)
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Фам Нювен — живой человек, а не товар.
  • Он является продуктом внеземной эволюции (не землянин).
  • У него рыжие волосы и глаза золотистого оттенка.
  • У него дымчатый цвет кожи.
  • Он был «собран» (воскрешен) Организацией Вриними чуть больше тридцати дней назад.
  • Он обучается языку и уже говорит на торговом диалекте трисквелина с непринужденной легкостью.
  • Он обладает хорошей соображаловкой.
  • Он называет себя «просто Фам» и просит так к себе обращаться.
  • Он чувствует себя «туго набитым рюкзаком» из-за интенсивного инструктажа и обучения.
  • Он осознает, что стал целью инструктажа и хочет изучать локальную библиотеку, чтобы вытянуть что-то незапланированное из общения с людьми.
  • Он утверждает, что обладает отличным опытом работы с людьми (с поправкой на ограничения Медленной Зоны).
  • Его субъективный возраст составляет шестьдесят семь лет.
  • Он был военным программистом дальнего рейса у цивилизации Чжэн Хэ.
  • Его последнее путешествие длилось более тысячи объективных лет.
  • Он был заморожен по горячим следам лютой смерти, что негативно повлияло на сохранность его памяти.
  • Он родился на затерянной колонии Канберра, которая по описанию напоминала Нюйор средневековья.
  • Он был младшим ребенком в королевской семье и рос в мире мечей, ядов и придворных интриг.
  • В тринадцать лет он попал в руки инопланетных торговцев и улетел на одном из трех кораблей Чжэн Хэ.
  • Он описывает себя как «варвара по происхождению».
  • Он обладает нахальным характером и привычкой оскаливаться.
  • Он признает, что в детстве ему приходилось учиться защищаться от родственников, замышявших его убить.
Разговор Равны и Грондра о Силе
  • Фам Нювен был капитаном Чжэн Хэ.
  • Он стал идеальным капитаном Чжэн Хэ после того, как «пообтесался» и обрел манеры.
  • Сфера влияния Чжэн Хэ охватывала пару инопланетных рас и значительное число человеческих колоний.
  • Он десятилетиями отлеживался в гибернаторах на скорости 0.3c, кочуя от звезды к звезде.
  • Он занимался торговлей товарами и информацией, которые могли устаревать.
  • Он обладал талантом и хитростью, которые обеспечивали ему успех в торговле.
  • Он называл себя «почти идеальным шкипером».
  • Он интересовался пространством за пределами зоны, о которой имелись достоверные сведения.
  • Он часто ставил всё на кон ради «безумного шанса» и проигрывал.
  • Его репутация была неоднозначной: он слыл «самым чокнутым на флоте», а его имя также было нарицательным для обозначения «пустопорожнего болвана».
  • Он был в «болванской части цикла» в конце своей карьеры.
  • Он командовал флотилией из двадцати кораблей под началом женщины-капитана (которую он не может вспомнить).
  • Он нарек свой корабль «Дикий глупыш».
  • Он полагал, что в галактическом ядре должны находиться высокотехнологичные цивилизации.
  • Он был программистом на одном из кораблей в экспедиции к сердцу Галактики.
  • Он признавался, что в какой-то момент «отупел», и его коэффициент интеллекта упал где-то до шестидесяти.
  • Он проснулся в нежных тенитах Орги Вриними, где реальны сверхсветовые полеты.
  • Он считается уникальным существом, так как лично испытал два перехода: из человека дотехнологической эпохи в звездолетчика и из звездолетчика в запредельца.
  • Он называет Трансценденцию «Небесами».
  • Он выучил язык трисквелин с невероятной легкостью.
  • Он обладает рыжей внешностью.
  • Он характеризуется как самоуверенный, осторожный и склонный к риску.
  • Он планирует отправиться в Трансценденцию и готов «называть свою цену» за это.
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Фам Нювен — человек (хомосапиенс).
  • Он всю жизнь провел, переползая на субсвете между человеческими колониями.
  • Он повидал всего три инопланетные расы.
  • Он испытывает растерянность в море чужеродности из-за большого количества инопланетных рас в Срединном Запределье.
  • Он обладает способностью быстро реагировать: успел перехватить бокал в воздухе.
  • В его взгляде в момент противостояния с гуманоидами проявилась угроза смерти.
  • Он обладает физической силой и ловкостью, способными подавить противников без слов.
  • Он не знает языка самношка.
  • Он был в компании Равны, которая показывала ему окрестности Причалов и торговые локации.
  • Он посещал антиграв-батут над Причалами во время экскурсии.
  • Он был в «Медленной Зоне» и видел там конструкции.
  • Он посетил клуб «Бродячая компания» вместе с Равной.
  • Он испытывает ностальгию по друзьям (Эгравану, Сарале), которых нет рядом.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Фам Нювен обладает жизненным опытом, связанным с использованием странного оружия и глючного программного обеспечения.
  • Фам Нювен посещал архив Маршрутизатора.
  • Фам Нювен обладает знаниями в области прикладной теологии (на что намекает ироничное замечание о том, что для ответа на вопрос не требовалась докторская степень по этой дисциплине).
  • Фам Нювен скептически относится к некоторым объяснениям причин катастрофы на Страумлианском Просторе.
  • Фам Нювен склонен к теоретическим рассуждениям и 'аспирантским лекциям' на тему технологий и рисков.
  • Фам Нювен является наездником.
  • Фам Нювен обладает способностью понимать или, по крайней мере, воспринимать телесный язык наездников (хотя Равна отмечает, что он может не понимать всех нюансов).
  • Фам Нювен находится в компании Равны и Синепанциря.
  • Фам Нювен внешне характеризуется как 'рыжий'.
Беседа в «Бродячей компании»
  • Фам Нювен находится в Медленной Зоне.
  • Фам обладает качеством нахальства.
  • В Фаме проявилось новое качество — некоторая дипломатичность.
  • Фам находился в заведении «Бродячая компания» далеко за полночь.
  • Фам впитывал новые впечатления, метая взор по залу.
  • Фам восхищался Синепанцирем и Зеленожкой из-за их отличий от людей.
  • Фам видел предостаточно торговцев в Медленной Зоне.
Беседа в «Бродячей компании»
  • Фам Нювен находится в Медленной Зоне.
  • Фам Нювен обладает способностью нахальничать.
  • В общении Фам Нювен проявил новое качество — некоторую дипломатичность.
  • Фам Нювен испытывает восхищение по отношению к Синепанцирю и Зеленожке.
  • Фам Нювен находится в компании наездников, Синепанциря и Зеленожки в заведении «Бродячая компания».
Размышления о Фаме Нювене
  • Фам Нювен по рождению принадлежал к патриархальной культуре, которая является противоположностью матриархата.
  • Он обладает маской нахала, под которой может скрываться милая личность.
  • Он осадил бритвочелюстника.
  • Он очаровал наездников.
  • Фам Нювен находится в отношениях с Равной (встретился с ней в «Бродячей компании» и позже посетил её квартиру).
  • Он пролетел с Равной над Причалами к её жилой башне.
  • В общении с Равной в квартире он вел себя спокойно и не использовал подколок.
  • Он испытывает стеснение в присутствии Равны.
  • Он произнес длинную напевную фразу на языке, похожем на триске, но точно не на самношке.
  • Он признался, что всю жизнь провел на крохотном клочке пространства и мнил себя властелином космоса.
  • Он испытывает трепет и дрожь перед величием Галактики и Трансценденции.
  • Он признался, что после разговоров с колесниками осознал наличие угроз, которые могут его убить или стать еще хуже.
  • Он проявил инициативу в физической близости с Равной.
  • Равна оценила его как очень хорошего любовника.
Разговор Равны по телефону
  • Фам Нювен является человеком, а не роботом.
  • Он обладает подложными воспоминаниями, которые позволяют ему действовать автономно.
  • Он может выступать в роли эмиссара или вспомогательного устройства для существа под названием Старик.
  • В моменты, когда Старик занимает всю полосу, Фам Нювен становится его инструментом (десницей и зеницей Силы).
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Фам Нювен является эмиссаром.
  • Он обладает человеческим интеллектом и воспринимается Равной как существо, в котором еще сохранилось много человеческого.
  • Он находится в автономном режиме (дистанционный контроль «Старика» отключен).
  • Он работает на Маршрутизаторе, где занимается поиском информации о человечестве и его истоках в архивах.
  • Он выполняет для «Старика» первичную обработку данных и выгружает только необходимую информацию.
  • Он характеризуется Равной как смышленый, эгоцентричный и тактичный персонаж.
  • Он обладает специфической манерой поведения: часто улыбается ленивой ухмылкой, ведет себя вальяжно и иногда прикидывается дурачком.
  • Он обладает способностью общаться на разных языках (в тексте упоминается перевод на трисквелин).
  • Он проявляет сочувствие к судьбе ребенка (Джефри Ольсндота), что Равна считает признаком того, что под надменностью таится «отличный парень».
  • Он участвует в переговорах с Организацией Вриними по поводу спасательной экспедиции к Дну Запределья.
  • Он обладает доступом к ресурсам «Старика» и может предоставлять оборудование Трансцендентного производства.
  • Он ведет личные встречи с Равной в кабинете.
Разговор Равны и Фама
  • Фам Нювен является частью или воплощением сущности, называемой Старик.
  • Он обладает способностью к плавному подъему в воздух с помощью антиграва.
  • Фам Нювен обладает опытом работы на корабле Чжэн Хэ (согласно его собственной версии биографии).
  • Он утверждает, что видел путь от Дна Медленной Зоны до внутренних структур Трансцендентной Силы.
  • Фам Нювен характеризуется как уверенный, небрежный и раскованный в общении персонаж.
  • Он часто использует аналогии для объяснения сложных концепций.
  • У него есть привычка улыбаться широкой, покровительственной улыбкой.
  • Он обладает способностью активировать скафандр, который при активации окружает его силуэт бледным нимбом.
  • Фам Нювен называет себя экспертом по вопросам средневековья.
  • Он утверждает, что Старик оставит его в текущем месте, как робозонд, выполнивший задачу.
  • По мнению Равны, вся жизнь Фам Нювена является искусственно сконструированной подделкой Старика, основанной на фрагментарных данных из архивов.
  • Равна считает, что Фам Нювен не обладает реальными навыками великого воина или пилота, а лишь имитирует их.
  • Фам Нювен называет Равну «глушенькой» и проявляет к ней некоторую долю иронии.
  • Он способен на личные инициативы, такие как настоять на личной встрече со Стариком вопреки его желанию.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Фам Нювен является одним из тех, кто вместе со Стариком приблизил искажение к естественным границам своих интересов.
  • Действия Фам Нювена (вместе со Стариком) привели к замедлению распространения Погибели.
  • Фам Нювен связан с событиями, вызвавшими признаки паники в коммуникационном трафике Вершины Запределья.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Фам Нювен обладает отличными задатками настоящего человека.
  • У него есть привычная кривая ухмылка.
  • Взгляд Фам Нювена может казаться остекленевшим.
  • Он обладает способностью использовать глубинные инстинкты.
  • Фам Нювен находится в тяжелом физическом состоянии: из-под подбородка у него стекает слюна, выражение лица болезненное, он часто кашляет и может терять сознание.
  • Он признает, что совершил ошибку в прошлом и хочет извиниться перед Равной.
  • Фам Нювен обладает знаниями о Трансцендентных Силах и их конфликтах.
  • Он считает существо, вызывающее искажение, 'шелудивой псиной', которая гадит в собственной конуре.
  • Он находится в состоянии борьбы за жизнь и говорит, что 'оно его поедом ест'.
  • Фам Нювен вызвал корабль Равны, чтобы помочь ей (в качестве своего рода мести).
  • Он предупредил Равну о смертоносной диверсии и о том, что атака пройдет в форме дестабилизирующего репликанта.
  • Фам Нювен может использовать три трансивера одновременно.
  • Он находится в состоянии, которое Равна описывает как 'конвульсии слюнявого безумца'.
Побег от разрушающихся Причалов
  • Фам Нювен находился в крайне тяжелом физическом состоянии: у него не было дыхания и пульса.
  • У Фам Нювена из рта текла кровь, а рубашка на спине была промокшей и воняла гнилью.
  • Под рубашкой Фам Нювена чувствовались пустоты там, где должна быть плоть.
  • Тело Фам Нювена было бесчувственным, и Равна тащила его под плечи.
  • Фам Нювен весил прилично, его было тяжело тащить, хотя он оказался легче, чем Равна предполагала.
  • Лицо Фам Нювена приобрело синюшный оттенок.
  • Фам Нювен был пристегнут в контейнере первой помощи внутри корабля.
  • Фам Нювен был связан с Равной как-то образом (она называла его своим «прощальным даром Старика»).
Побег из системы и прыжок
  • Фам Нювен находится в медицинском блоке корабля.
  • Фам Нювен жив (состояние «снова дышит»).
  • Фам Нювен находится в критическом состоянии, так как его спасение зависит от работы корабельного автохирурга.
  • Фам Нювен является частью группы, летящей к Дну Запределья.
  • Фам Нювен связан с Организацией Вриними (упоминается в контексте остатков от него в контракте).
Разговор Странника и Грамотея
  • Фама Нювена можно спасти, так как его мозг еще работает.
  • На спине Фама Нювена имеются жуткие раны в местах расположения имплантов.
  • Старик внедрил в тело Фама импланты — органические механизмы для подключения к локальной сети Маршрутизатора и к Силе.
  • Из-за гибели Силы машинерия в теле Фама превратилась в гнилушки.
  • Фам как личность, вероятно, сохранится.
  • Автохирург корабля считает, что через три спина раны Фама заживут настолько, что его можно будет оживить.
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Фам Нювен был торговцем из Медленной Зоны.
  • Он происходил из средневековой Канберры.
  • Фам Нювен пережил смерть и был восстановлен в корабельном автохирурге.
  • После восстановления его мозг не пострадал, но он описывается как 'пустая оболочка'.
  • Он находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Фам Нювен проводит много времени на капитанском мостике корабля.
  • Он обладает воспоминаниями о замке отца в Канберре, где в соломе водились мокрицы.
  • Он понимает речь Зеленожки и Равны, но не испытывает к ней интереса и не отвечает на слова.
  • Он не удостоил Равну Бергсндот взглядом, если не считая случайных.
  • Его существование описывается как 'растительное', так как он больше не нуждается в медицинском уходе.
  • Он испытывает животный рефлекс в виде дрожи в теле.
  • Фам Нювен не проявляет инициативы и остается безмолвным собеседником для окружающих.
Диалог на борту корабля
  • Фам Нювен находится на борту корабля и сидит в мостиковой зоне.
  • Он обладает внешностью с рыжей бородой и длинными нечесаными волосами, сбившимися в колтуны.
  • Фам физически оправился от ран, полученных ранее.
  • Его мышечная масса была восстановлена автохирургом после того, как она была отгрызена устройствами связи Старика.
  • Фам может самостоятельно одеваться и питаться.
  • Он все еще не покидает личного мира иллюзий.
  • Фам ведет себя отстраненно: он долгое время молчал и бесстрастно смотрел на звезды на главном экране.
  • Фам заговорил впервые после бегства с Маршрутизатора.
  • Фам обладает знаниями о технологиях, которые могут помочь в развитии цивилизации (упомянул пушки и радиосвязь).
  • Фам указал, что пушки и радиосвязь сработали на Канберре.
Диалог на борту корабля
  • Фам Нювен физически оправился от ран.
  • У Фама Нювена рыжая борода и длинные нечесаные волосы, сбившиеся в колтуны.
  • Фам Нювен сидит и бесстрастно смотрит на главный экран, наблюдая за звездами.
  • Фам Нювен находится в личном мире иллюзий.
  • Автохирург возместил Фаму Нювену мышечную массу, отгрызенную устройствами связи Старика.
  • Фам Нювен теперь может сам одеваться и питаться.
  • Фам Нювен впервые заговорил после бегства с Маршрутизатора.
  • Фам Нювен упомянул, что пушки и радиосвязь сработали на Канберре.
Размышления о ситуации и жизни на корабле
  • Фам Нювен обладает опытом посещения или чтения обзоров множества разных миров.
  • Фам Нювен считает, что когда-то жил в одном из миров (хотя в этом он не уверен и нервно пробормотал это).
  • Фам Нювен обладает глубоким пониманием средневековых культур и их вооружения.
  • В возрасте восьми лет Фам Нювен носил титул «Властелин-Потрошитель».
  • Фам Нювен анализирует политическую и военную ситуацию на Тайном Острове, предполагая наличие деградировавшей колонии и параноиков.
  • Фам Нювен планирует использовать тактику дезинформации: предложить Стальному подыграть с постройкой посадочной площадки и создать видимость возможности отстыковки от ультрадвигателя.
  • Фам Нювен предполагает, что на планете Когтей их ждет тяжелый случай шантажа.
  • Фам Нювен скептически относится к заявлениям Джефри Ольсндота о том, что оптимизация радиосвязи была его заслугой.
  • Фам Нювен обладает способностью свистеть странные «маршевые» мелодии.
  • Фам Нювен находится в романтических отношениях с Равной.
  • Фам Нювен спит в гамаке в каюте, которую он делит с Равной.
  • Фам Нювен является одним из трех друзей Равны.
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Фам Нювен — программист-варвар.
  • Фам Нювен обладает навыками программирования, которые он оценивает как неплохие.
  • Фам Нювен находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Фам Нювен вместе с Равной скрывают свое человеческое происхождение от других видов.
  • Фам Нювен вместе с Равной прочесывали внешние программы корабля, чтобы удалить следы человеческого присутствия.
  • Фам Нювен прокомментировал название «Ремонтная гавань святого Ринделла», иронично заметив, что святой должен быть честным.
  • Фам Нювен предположил, что клиенты святого Ринделла могут сдавать ему металлолом.
  • Фам Нювен находился на связи с наездниками через зашифрованную линию микрофонов в тележках.
  • Фам Нювен выразил сопереживание Равне в разговоре о возможных военных действиях и угрозах человеческим колониям.
  • Фам Нювен проявил эмоциональную реакцию (радость) на жесткий ракетный маневр в 3g, сравнив его со «старыми добрыми деньками».
Путешествие к Гармоничному Покою
  • Фам Нювен обладает способностью к перемещению в невесомости (он беспорядочно плавал от пола до потолка рубки)
  • Фам Нювен проявляет большой интерес к окружающему ландшафту и диковинным существам
  • Фам Нювен искренен в своих воспоминаниях о карьере торговца
  • Фам Нювен считает, что его торговый опыт мог бы быть полезен в текущей ситуации
  • Фам Нювен интересуется искусством резьбы на бивнях святого Ринделла
  • Фам Нювен интересуется процессом ведения переговоров и торгов
  • Фам Нювен сравнивает текущую ситуацию с экспедициями Чжэн Хэ
  • Фам Нювен обладает способностью к анализу поведения собеседников (он предполагает, что святой Ринделл пытается набить цену)
  • Фам Нювен обладает способностью к анализу потребностей других рас (он замечает, что святому Ринделлу что-то нужно от товаров наездников)
  • Фам Нювен обладает способностью к анализу характера других рас (он называет святого Ринделла «очень человечным»)
  • Фам Нювен обладает способностью к оценке эмоционального состояния и типажа других существ (он называет новоприбывших «бабочками-вояками»)
Утешение Равны и новости
  • Фам Нювен испытывал чувство усталости и тяжести во время обратной дороги, которая показалась ему длиннее, чем наездникам.
  • Фам Нювен пытался сохранять бодрость перед Равной.
  • Равна считает Фама хрупкой оболочкой себя прежнего.
  • Фам Нювен обладает знаниями об основных характеристиках судов Запределья, включая их тоннаж и сенсоры.
  • Фам Нювен знает о существовании апраханти и о том, что один из их видов вызывает у него ужас.
  • Фам Нювен осведомлен о том, что Чжэн Хэ убрала одну цивилизацию, испортив её компьютерную сеть.
  • Фам Нювен понимает структуру локальной сети Покойся с Миром, сравнивая её с аналогами из Медленной Зоны.
  • Фам Нювен знает, что антенный рой «Внеполосного-II» был отключен во время захода в гавань.
  • Фам Нювен испытывает чувство собственной хрупкости по сравнению с силой Равны.
  • Фам Нювен пережил гибель мамы, папы и сестры.
  • Фам Нювен испытывает чувство потери мира, сравнивая свою ситуацию с ситуацией Равны.
  • Фам Нювен проявил сочувствие и заботу, баюкая плачущую Равну на руках.
Бой Фама с наездниками
  • Фам Нювен обладает параноидальным складом ума.
  • Фам находится в состоянии боя против группы наездников (включая Зеленожку и Синепанциря).
  • Фам использует специальное вооружение: основной лучемет, способный создавать плазменные облака и достигать мощности в несколько гигаджоулей.
  • Фам использует систему 'мошкамер' — устройства, которые позволяют ему видеть происходящее вокруг и идентифицировать объекты (взрывчатку, противников).
  • Фам обладает способностью управлять аппаратом (вероятно, скафандром или малым летательным средством) с газовыми двигателями.
  • Фам получил серьезное ранение: плоть прожжена до кости, броня пробита, и он находится под воздействием автоматического обезболивающего.
  • Фам понимает язык наездников лишь частично (почти не понимает их язык, несмотря на 5 месяцев совместных поездок).
  • Фам обладает техническими навыками: он сам корпел над созданием самопального оружия.
  • Фам находится в космосе (или на небесном теле), о чем свидетельствуют вид луны, космического мусора и корабля.
  • Фам знает о существовании 'Внеполосного-II' и хабитата.
  • Фам знает имя 'Равна' и пытается связаться с ней через спусковой контур лучемета.
  • Фам находится в состоянии сильного физического истощения и потери сознания в конце отрывка.
Разговор Фама и Равны в медотсеке
  • Фам Нювен — бывший капитан, который был разжалован и отряжен в корабельную теплицу.
  • В обязанности Фама входило полив растений и слежка за их цветением.
  • Фам заметил, что растения в теплице имеют колеса, могут передвигаться за спиной и переговариваться.
  • Фам осознал, что растения — враги всего живого.
  • Фам неоднократно просыпался в окружении медицинского оборудования (в автохирургах).
  • Фам находился в автохирурге (возможно, модели Чжэн Хэ) около тридцати часов.
  • Левая рука Фама почти полностью сожжена в перестрелке и притянута к боку белым коконом.
  • Фам обладает командными правами консоли управления кораблем «Внеполосным-II» на время отлучки наездников.
  • Фам обладает «богосколком» (внутреннее убеждение или особенность, позволяющая ему оставаться в живых).
  • Фам обладает хладнокровием и способностью к анализу ситуации.
  • Фам взаимодействует с Равной, которая заботится о нем в медицинском отсеке.
  • Фам взаимодействует с наездником по имени Синепанцирь.
  • Фам проанализировал действия наездницы Зеленожки и пришел к выводу, что она сама по своей воле заманила их в ловушку.
  • Фам выдвинул теорию о том, что истинным врагом является Страумлианское Искажение.
  • Фам обладает глубокими знаниями об истории наездников, их эволюции и устройстве их тележек.
Разговор с наездниками в каюте
  • Фам Нювен является капитаном корабля «Внеполосный-II».
  • Он обладает навыками компетентного капитана.
  • Фам Нювен способен сооружать сложные механизмы, например, бронескаф из подручных материалов.
  • Он испытывает глубокое недоверие к наездникам и подозревает, что они могут быть угрозой.
  • Фам Нювен находится в плену собственных страхов.
  • Он считает, что наездники могут быть подчинены «Погибелью».
  • Фам Нювен стремится попасть на Дно, чтобы отбить свою контрмеру.
  • Он обладает «богосколком» (вероятно, специфическим устройством или атрибутом).
  • Фам Нювен способен на глубокие эмоциональные чувства, в прошлом он любил Равну.
  • Он проявляет отстраненность и скрывает свое отчаяние за спокойным лицом.
  • Фам Нювен готов временно согласиться на сотрудничество с наездниками ради достижения общей цели (мира Когтей), но все еще испытывает желание избавиться от них.
  • Он считает, что наездники — это «выродки», которых он уничтожил бы миллиардами, если бы поверил в свои выдумки о них.
  • Фам Нювен понимает важность «ручного управления» кораблем по мере спуска.
Планы Фама и переговоры с наездниками
  • Фам Нювен обладает способностью или правом давать указания Синепанцирю, который называет его «сир Фам».
  • Фам Нювен планирует использовать фрагмент шифра Сьяндры Кей для установления безопасной связи.
  • Фам Нювен намерен уговорить преследователей сражаться на стороне его группы.
  • Фам Нювен хочет обратиться к одному конкретному представителю среди преследователей.
  • Фам Нювен обладает способностью убеждать людей (в частности, он планирует убедить наездников).
  • Фам Нювен улыбается Синепанцирю, когда тот выдвигает условия, связанные с отсутствием обвинений в измене.
  • Фам Нювен предвидит реакцию Синепанциря на свои планы (фраза «Я так и думал»).
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств
  • У Фам Нювена дымчато-серая кожа.
  • У него рыжие всклокоченные волосы.
  • У него звонкий напевный голос.
  • Он обладает манерой общения, которую Равна Бергсндот описывает как залихватскую, но которая со временем сменяется отчаянием.
  • Он утверждает, что видел Падение Маршрутизатора.
  • Он считает Погибель источником зла куда большего, чем «Альянс во Имя Защиты».
  • Он считает, что Гибель Сьяндры Кей — лишь побочный эффект действий Погибели.
  • Он выражает серьезную обеспокоенность по поводу того, что Погибель страшнее всего, что можно себе представить.
  • Он готов поддержать Владелицу Лимменде и Яна Скритса в битве против Погибельного флота.
  • Он выразил недоумение по поводу странных картинок (эвокаций), которые видел в трансляции от командования.
  • Он находится на корабле «Внеполосный-II».
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Фам Нювен — человек.
  • Фам Нювен находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Фам Нювен обладает способностью давать команды кораблю (например, очищать дисплеи).
  • Фам Нювен обладает знаниями о мире Чжэн Хэ, где люди десятилетиями находились в гибернаторах.
  • Фам Нювен в прошлом считал себя самым свободным человеком во Вселенной.
  • Фам Нювен испытывает внутреннее напряжение и тревогу из-за возможного возвращения в Запределье.
  • Фам Нювен обладает интуитивным знанием о том, как поступить в критической ситуации, хотя не может объяснить причину этого знания.
  • Фам Нювен взаимодействует с Равной Бергсндот, проявляя к ней внимание (прикоснулся к её плечу).
  • Фам Нювен изучает ультраволновые записи, чтобы понять расположение кораблей в округе.
  • Фам Нювен принимает решение отключить высокоэффективную автоматику корабля с помощью Синепанциря.
Координация боя и тактическое управление
  • Фам Нювен находится на корабле «Внеполосный-II»
  • Фам Нювен обладает способностью анализировать тактику противника (Погибели)
  • Фам Нювен утверждает, что тактика Погибели «Внизу» примитивнее, чем на «Вершине»
  • Фам Нювен характеризует создания Погибели «Внизу» как «плохо синхронизированные уолдо»
  • Фам Нювен предупреждает, что следует опасаться стратегических измышлений Погибели
  • Голос Фам Нювена во время речи стал отстраненным, что контрастировало с его недавним нетерпением
  • Поведение Фам Нювена в момент речи было воспринято как «беззаботность идиота»
  • Фам Нювен указывает на конкретные цели для атаки
  • Фам Нювен молча наблюдал за действиями Йо Хауген и результатами использования «Богосколка»
Итоги сражения и восстановление
  • Фам Нювен выбрал цели, почти две трети из которых уже были уничтожены
  • Действия Фам Нювена привели к гибели половины друзей Свенсндота
Послевоенная конференция и переговоры
  • Фам Нювен является богосколком.
  • Фам Нювен не показывался с начала битвы.
  • Богосколок Фама осуществил впечатляющее вмешательство в начале битвы.
  • Фам Нювен сейчас находится где-то рядом с Равной Бергсндот и «бродит» там.
  • Фам Нювен расстроен из-за того, что его первоначальная уверенность в обоснованности своих требований оказалась ошибочной.
  • Фам Нювен может быть порождением Сил или конструктом.
  • Внешне Фам Нювен выглядит так, словно его «слепили по перевранному описанию человека».
  • Фам Нювен считается злейшим врагом Равны Бергсндот.
Прилет на планету и радиосвязь
  • Фам является пилотом корабля «Внеполосный-II».
  • Фам испытывает внутренний надлом и разочарование после битвы с Погибелью.
  • Фам был уверен в своем «богосколке», но разочарован последствиями его вмешательства.
  • Фам относится к Синепанцирю и Зеленожке с большим подозрением.
  • Фам проявляет раздражение по отношению к Синепанцирю, в итоге приказывая ему покинуть мостик.
  • Фам осознает, что из-за ошибки в гашении скорости им придется тратить время на компенсацию.
  • Фам принимает решение управлять кораблем вручную, так как больше никому не доверяет.
  • Фам обладает способностью управлять ультрадвигателем, выполняя точные скачки.
  • Фам Нювен — полное имя персонажа.
  • Фам вёл переговоры с «местными» три недели назад.
  • Фам внимательно следит за визуальным обзором планеты и корректирует курс полета.
Полет Фама на шлюпке
  • Фам Нювен обладает способностью говорить голосом персонажа по имени Джефри.
  • Фам Нювен имеет забавный акцент.
  • Фам Нювен находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Фам Нювен обладает лучеметом, которым он умеет обращаться.
  • Фам Нювен провел большую часть взрослой жизни в Медленной Зоне.
  • В прошлом Фам Нювен управлял космическими кораблями и орудийными системами, способными стереть с лица планеты феодальную империю.
  • Фам Нювен испытывает трудности с управлением посадочной шлюпкой из-за отсутствия автоматики и сложности «ручного» управления.
  • Фам Нювен испытывает подозрения относительно правдивости слов Стального.
  • Фам Нювен обладает способностью видеть горячие точки (огни) даже без цифрового увеличения.
  • Фам Нювен вступает в переговоры с другими персонажами (Синглетом, Тиратектом, Равной, Джефри, Синепанцирем).
  • Фам Нювен принимает решение использовать лучемет для уничтожения вражеских сил (Когтей).
  • Фам Нювен обладает памятью о замке своего отца, который находился в районе посадочных шлюпок Чжэн Хэ.
Гибель Фама Нювена
  • Фам Нювен обладал способностью фокусировать Контрмеру.
  • Он участвовал в маневре по отодвиганию границы Зоны вспять, что привело к локальному сдвигу условий в сторону Высокого Запределья или Нижней Трансценденции.
  • Его действия вызвали временное погасание солнца и ускорение движения Погибельного флота.
  • Он осознавал, что Контрмера была создана чем-то над Силами и могла быть сигналом для Облачников.
  • Фам Нювен описывал себя как инструмент, который был использован и выброшен.
  • В процессе работы с Контрмерой он испытывал физическую боль (застонал от сжатия артефакта).
  • Его лицо временами становилось пустым, так как он погружался в работающие в мозгу программы.
  • Он обладал сознанием, которое позволяло ему осознавать свои действия и чувствовать связь с Равной.
  • Фам Нювен был создан из нескольких тел в Кладовке Маршрутизатора, но в нем был оживлен лишь один разум и набор воспоминаний.
  • Его личность была описана как «сильный, отважный волк».
  • В его памяти присутствовали реальные воспоминания: Канберра, Синди, века странствий с Чжэн Хэ и последний полет «Дикого гуся».
  • Он испытывал чувства к Равне, осознавая, что она его полюбила.
  • В финале его тело и плоть слились с артефактом Контрмерой, который «нанизал» его на себя.
  • Фам Нювен погиб в результате использования Контрмеры, вызвавшего катастрофу, превосходящую всякое разумение.

Йоханна

Йоханна — высокоинтеллектуальная выжившая из Страума, способная управлять коллективным разумом «стай» и интерпретировать тактику врагов. Она совмещает роли «королевы» существ, обучающей их истории, и сострадательного медика, неся в себе глубокую травму от потери семьи и физическую хрупкость.

Йоханна — сложная и многогранная фигура, чья судьба отмечена катастрофами и перемещениями между мирами. Родом со Страума, она в детстве совершала школьные поездки в космос и жила в условиях урбанизированных лесов. После катастрофы, ставшей трагедией для неё и её брата Джефри, она оказалась в мире Когтей. Несмотря на то что в разных контекстах её называют как девочкой, так и взрослой женщиной, она обладает высоким интеллектом, способностью к самостоятельному мышлению и глубокими знаниями об истории технологий, порохе и устройстве оружия. Особо выделяется её уникальная способность взаимодействовать с «стаями» — существами с коллективным разумом. Йоханна способна чувствовать их мыслешум как вибрации в голове, понимать эмоциональную окраску их речи и даже управлять ими, включая щенков. Она обладает способностью воздействовать на пациентов так, что они начинают считать её своей частью, и может интерпретировать тактику врагов. В этой роли она выступает как «королева» и важный союзник Древорезчицы, обучая существ чтению и истории, а также выполняя функции медика в госпитале, где она проявляет искреннее сочувствие к раненым «синглетам». Личная история Йоханны полна драматических контрастов: от чувств триумфа и облегчения при причинении боли врагам до глубокой ненависти к «тупым грязным мясникам» и тоски по дому. Она пережила гибель родителей и брата, неся в себе чувство вины и страх перед миром, где холодный дождь может стать смертельным. Её физическое состояние часто характеризуется как тяжелое: она неоднократно получала ранения от когтей, стрел и ударов, находясь в состоянии полусна, лихорадки или сильной боли. При этом Йоханна сохраняет решительность, проявляя инициативу в бою и способность к лидерству, оставаясь при этом эмоционально уязвимой и способной на вспышки гнева.
Ключевые факты (338)
Высадка и подготовка к связи
  • Йоханна спускаясь с корабля, чувствовала страх, который постепенно сменился восторгом от красоты долины.
  • Идея использовать звукопроекторы из лазарета для отпугивания местных зверей принадлежала Йоханне.
  • Йоханна была в средних широтах Страума и совершала школьные поездки в космос.
  • Йоханна испытывала чувство вины из-за того, что она и Джефри были единственными детьми, видевшими катастрофу своими глазами.
  • Йоханна была одной из самых старших детей в группе.
  • Йоханна получила ранение в грудь у плеча от железной стрелы во время нападения существ.
  • Во время нападения Йоханна управляла звукопроектором, используя свой старый данник.
  • Йоханна пыталась ползти к шлюпке в конце событий, прежде чем потеряла сознание.
Пленение Джефри и встреча с щенками
  • Йоханна является сестрой Джефри
  • Йоханна была захвачена в плен вместе с родителями Джефри
  • Йоханна находится в плену у собакоподобных существ
  • Йоханна находится в том же замке, что и родители Джефри, но, вероятно, в другой камере
Глава 10
  • Йоханна находится в лодке (катамаране) в арктическом поясе планеты во время полярного лета.
  • Она находится в тяжелом физическом состоянии: у нее есть раны на теле, пропитанные кровью, и она испытывает сильную боль в плече, груди и кишечнике.
  • Йоханна испытывает сильный голод и жажду.
  • Она находится в состоянии полусна или лихорадки, периодически видя кошмары и воспоминания.
  • У Йоханны есть брат по имени Джефри, которого она надеется найти.
  • Она находится в группе с родителями (мамой и папой), которые были убиты монстрами.
  • Йоханна находится в плену у четырех крысоподобных существ (монстров), которые обеспечивают ее уход и кормят.
  • Она имитирует болезнь, чтобы наблюдать за действиями существ.
  • Йоханна обладает устройством (данником) с анимированным образом и записями голоса.
  • Она совершила нападение на одного из зверей (с Y-образным шрамом), вцепившись ему в горло и ударив головой по борту.
  • Она испытывает чувство триумфа и облегчения от того, что смогла причинить боль врагам.
  • Йоханна находится на судне, которое движется примерно на юг.
Жизнь Джефри в комнате
  • Йоханна является родственницей Джефри Ольсндота (упоминается в контексте поиска мамы, папы и Йоханны).
Эксперимент со связью
  • Йоханна — один из тех, кто остался с Джефри и Амди после исчезновения или смерти родителей.
  • Йоханна упоминается в контексте тех, кто участвовал в подготовке или эксплуатации корабля (вместе с родителями Джефри).
Прибытие Йоханны в жилище
  • Йоханна мечтала о перемене погоды, включая возвращение к зимнему мраку.
  • Йоханна шла по раскисшему мху в дождь.
  • Йоханна сомневалась, увидит ли она когда-нибудь солнце снова.
  • Йоханна знает, что на каменных стенах замковой куртины полагается дежурить стражникам.
  • Йоханна знает, что мир Когтей приятнее для жизни, чем Нюйор и, скорее всего, не хуже Старой Земли.
  • Йоханна живет в замке.
  • Йоханна знает, что в отсутствие технологий холодный дождь и ветер могут быть смертельными.
  • Йоханна знает, что в лесах вокруг города нет радиомаячков и складов провизии.
  • Йоханна знает сказки Нюйоры.
  • У Йоханны есть враги.
  • Йоханна живет вместе со стаей Когтей.
  • Йоханна перестала пугаться острозубых пастей Когтей.
  • Когти помогают Йоханне снимать куртку и выдают ей домашнюю одежду.
Разговор Йоханны с Грамотеем
  • Йоханна — девочка.
  • Она находится в плену у существ, называемых Когтями.
  • Она живет в доме, который считает роскошным по меркам Когтей (с отполированным деревом и узорами на стенах).
  • Она живет в одиночестве большую часть вечеров.
  • Она пережила гибель родителей и брата.
  • Она испытывает глубокую ненависть к Когтям, называя их «тупыми грязными мясниками».
  • Она сотрудничает с Когтями, обучая их программам чтения и истории технологий.
  • Она обладает знаниями о порохе и истории технологий.
  • Она чувствует себя несчастной и тоскует по дому (вспоминает Страум).
  • Она видела гибель родителей и до сих пор не может с этим мириться, видя их во снах.
  • Она способна проявлять агрессию и физическую силу (врезала Шрамозадому, дала «трепку» Страннику).
  • Она осознала, что может причинить боль Когтям даже без физического контакта.
  • Она считает, что люди не могут жить как животные.
  • Она знает, что Шрамозадый — убийца её отца, хотя и воспринимает его как угрозу.
  • Она знает о гибели Джефри (вероятно, её брата или близкого человека) во время атаки.
  • Она способна на вспышки гнева, теряя над собой контроль.
Разговор Грамотея и Странника в городе
  • Йоханна является Двуногой (человеком).
  • Йоханна обладает разумом стайного уровня в единственном теле.
  • Йоханна является гостьей в Даннике.
  • Йоханна обучала Древорезчицу и Странника использованию возможностей Данника.
  • Йоханна иногда бывает дружелюбна, особенно после работы с Древорезчицей.
  • Йоханна может быть едкой, отпускать замечания и искать повод для обиды.
  • Йоханна понимает, что Древорезчица стара и немощна, поэтому реже принимает покровительственный вид.
  • Йоханна была связана с «летающим домом», который был захвачен шкуродерниками.
  • Йоханна является целью для шкуродерников, которые хотят вернуть её живой.
  • Йоханна может позовет своих сородичей на помощь в случае победы над армией Шкуродера.
  • Йоханна считается «крепким орешком» в контексте теории о сотрудничестве людей.
Разговор Странника и Грамотея
  • Союз с Йоханной является величайшим преимуществом Древорезчицы.
Работа в командной рубке
  • Йоханна — взрослая женщина.
  • Йоханна моложе мамы Джефри.
  • Йоханна старше Равны (в контексте того, что Равна моложе мамы, но Йоханна — это точка сравнения возраста).
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Йоханна — девочка.
  • Йоханна испытывает печаль из-за того, что перемены в жизни произошли только после смерти Грамотея Джакерамафана.
  • Йоханна пустила Древорезчицу к себе в хижину вместо служанки.
  • Йоханна встречается с другими персонажами (Щепетильником, Пронырой, Странником) и принимает тех, кому требовался данник.
  • Йоханна составила представление о характерах Щепетильника (порывистый и умный), Проныры (чванливый, лишенный живости) и Странника.
  • Йоханна чувствует холодок от присутствия Шрама (здоровенного Шрама Странника).
  • Йоханна с трудом терпит стаю Странника.
  • Йоханна с подозрением наблюдает за Странником.
  • Йоханна объясняет Древорезчице то, что та не смогла понять сама.
  • У Йоханны появилась подруга среди Когтей — Древорезчица.
  • Йоханна осознала, что Древорезчица была другом Грамотея только после его смерти.
  • Йоханна считает Древорезчицу очень умной, умнее всех, кого она знала за свою жизнь.
  • Йоханна восхищенно наблюдает за тем, как Древорезчица работает с данником.
  • Йоханна засиживается с Древорезчицей до глубокой ночи, обсуждая философские и исследовательские вопросы.
  • Йоханна перестала думать о стаях как о бандах змеешейных крыс-убийц.
  • Йоханна задумывается о том, есть ли у королевы Древорезчицы кто-то, с кем можно поговорить по душам.
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Йоханна является девочкой.
  • Йоханна часто бывала в Зале Совета Древорезчицы, где она занималась работой с данником.
  • Йоханна присутствовала на первой встрече с членами Совета.
  • Йоханна понимает устройство Когтей и осознает, что зал Совета переполнен.
  • Йоханна чувствует мыслешум других стай как звук в голове и вибрацию в ладонях.
  • Йоханна стояла рядом с Древорезчицей на балконе.
  • Йоханна согласилась на перевод слов Древорезчицы Странником Викврэкшрамом.
  • Йоханна заметила, что Древорезчица сделала заметки в даннике.
  • Йоханна испытывает удивление от действий Древорезчицы.
  • Йоханна испытывает чувство подавленности («удар под дых») от новости о строительстве крепости Стальным.
  • Йоханна стремится выполнить миссию своих родителей.
  • Йоханна хочет спастись сама.
  • Йоханна обладает кораблем (звездолетом), который находится под угрозой захвата или разбора.
  • Йоханна обладает пушками, которые планируется использовать для атаки на Тайный Остров.
  • Йоханна находится в Когтеях.
  • Йоханна является целью или объектом интереса для Древорезчицы (ее привели на встречу, чтобы показать другим цели миссии).
Испытание пушки и последствия
  • Йоханна — девочка.
  • Йоханна обладает способностью понимать и взаимодействовать с «стаями» (существами, обладающими коллективным разумом).
  • Йоханна обладает учебником истории, в котором описаны нюйорские модели пушек.
  • Йоханна хмурилась и напустила на себя серьезный вид во время наблюдения за испытанием пушки.
  • Йоханна проявила инициативу, предложив сначала испытать пушку с малым количеством пороха.
  • Йоханна испытывает симпатию к Щепетильнику, сравнивая его с учеными из Высокой Лаборатории.
  • Йоханна испытывает чувство ответственности за безопасность Щепетильника и хотела остановить испытание, когда поняла, что оно может быть неудачным.
  • Йоханна испытывает сочувствие к Древорезчице и переживает из-за её состояния.
  • Йоханна испытывает чувство бессилия перед лицом событий в мире Когтей.
  • У Йоханны был друг по имени Грамотей, которого убили.
  • У Йоханны появилась подруга — Древорезчица.
  • Йоханна физически присутствовала на месте испытания пушки, находясь в укрытии за уступом.
  • Йоханна способна видеть и слышать детали происходящего, включая запахи, звуки и визуальные изменения ландшафта.
Путь к хижине
  • Йоханна брела по брусчатке меж замковых амбаров.
  • Йоханна едва не заблудилась.
  • Йоханна жила последние недели в двухэтажной хижине, которую она делила с Древорезчицей.
  • Йоханна выбилась из сил и не могла бежать, из-за чего просто брела вверх по холму.
  • Йоханна была вся промокла и перепачкалась.
  • Йоханна восхищалась игрой света и тьмы.
  • Йоханна испытывала тревогу за Древорезчицу («Пожалуйста, пускай с ней все окажется в порядке»).
  • Йоханна была допущена внутрь дома стражей.
  • Йоханна почувствовала тошноту, увидев кровь и внутренности Древорезчицы.
  • Йоханна обратилась к Древорезчице, спросив, что с ней случилось.
  • Йоханна почувствовала, как к глазам подступают слезы.
  • Йоханна задала вопрос о том, почему Древорезчица не рассказала ей о детях.
  • Руки Йоханны стали липкими от пропитавшей подстилку крови.
  • Йоханна вспомнила, что в пять лет мама с папой принесли домой маленького Джефри.
  • Йоханна почувствовала себя чуть-чуть дома.
  • Йоханна попросила разрешения погладить щенка.
Путешествие и разговоры о щенках
  • Йоханна ехала в одном из арьергардных фургонов вместе с Древорезчицей и Данником.
  • Йоханна относится к Даннику словно к оракулу, но считает, что он не умеет предсказывать будущее.
  • Йоханна испытывает нервозность из-за бесконечного дня на планете Когтей, что напоминает ей первые дни в этом мире.
  • Йоханна видела зарисовки снежников на свитке Древорезчицы, которые при быстром перелистывании напоминали ей анимацию.
  • Йоханна погладила Древорезчицу по шеям.
  • Йоханна взяла одного из щенков Древорезчицы на колени.
  • Йоханна медленно водила пальцами перед глазами кутенка, наблюдая за его попытками уследить за жестом.
  • Йоханна чувствовала вибрации в голове от ультразвуковых «мыслей» Когтей, которые вызывали резонанс в стенках фургона.
  • Йоханна уселась рядом со Странником в тени дерева во время привала.
  • Йоханна задала вопрос Страннику о том, почему он не позволяет щенкам играть самостоятельно.
  • Йоханна заметила, что Странник смотрел интерактивные сценки в даннике.
  • Йоханна почувствовала, как через щенка она начала обонять цветок.
  • Йоханна пошутила, что они могут начать видеть глазами друг друга до прибытия на Шкуродеров Тайный Остров.
Путешествие и столкновение с волками
  • Йоханна находится в походе вместе со Странником, Древорезчицей, королевой и Щепетильником.
  • Йоханна не имеет опыта жизни в походе на поверхности планеты.
  • Йоханна не знакома с ледниками и не знала о существовании таких природных образований до этого путешествия.
  • Йоханна не знала о существовании современных школьных программ.
  • Йоханна умеет интерпретировать тона и язык поз стайной речи.
  • Йоханна понимает отдельные аккорды стайной речи.
  • Йоханна признала, что тренировки пушкарей приносят плоды.
  • Йоханна находилась в парках Страума, где леса были урбанизированными.
  • Йоханна видела, как солдаты Когтей охотятся на животных, перегрызая им глотки и вспарывая животы, и ей это не нравилось.
  • Йоханна сидела рядом со Странником и слушала спор королевы с Пронырой.
  • Йоханна шла рядом с фургоном Древорезчицы во время столкновения с неизвестными существами.
  • Йоханна пыталась кричать команды в разгар битвы, но ее голос тонул в шуме.
  • Йоханна была в замешательстве из-за того, что не могла четко разглядеть существ на склоне.
Битва у гнезда волков
  • Йоханна бежала по склону холма в сторону повозки с пушкой.
  • Йоханна спотыкалась о тела убитых элементов.
  • Йоханна прижималась к земле по приказу Викврэкшрама.
  • Йоханна указала Викврэкшраму на темную штуку на склоне, предположив, что это гнездо.
  • Йоханна уже год с небольшим прожила среди стай.
  • Йоханна осознавала, что сейчас умрет.
  • Йоханна вскочила в фургон.
  • Йоханна подняла ствол пушки, как видела на учениях.
  • Йоханна схватилась за конец мешка с порохом вместе с элементом Белоголовым.
  • Йоханна оттолкнула Белоголового, чтобы он не поджигал порох раньше времени.
  • Йоханна навела ствол на темный выступ (гнездо) и присела за него.
  • Йоханна была чуть не сбита с тележки взрывом и потеряла способность соображать от боли в ушах.
  • Йоханна оттолкнула Белоголового и погладила Когтя по голове.
  • Йоханна встала и огляделась после того, как пришла в себя.
  • Йоханна уронила ядро на маленького волка, который пытался прокусить ей щиколотку.
Церемония награждения
  • Йоханна — девочка.
  • Йоханна не понимает межстайного языка и, вероятно, никогда не сможет заговорить на нем без механических помощников.
  • Йоханна лучше разбирает низкие частоты звуков, чем высокие.
  • Йоханна уже начала понимать некоторые звуки межстайного языка и их эмоциональную окраску без помощи переводчика.
  • Йоханна любит проигрывать исторические романы.
  • Йоханна участвовала в уничтожении волчьего гнезда вместе со стаей Щепетильника.
  • Йоханна была в шоке от количества Когтей, которых увидела в одном месте.
  • Йоханна сидела в первом ряду перед королевским помостом рядом со Щепетильником.
  • Йоханна получила медаль за подвиг вместе со стаей Щепетильника.
  • Йоханна была приглашена королевой Древорезчицей к помосту для получения награды.
  • Йоханна чувствовала себя очень неуютно, находясь в центре внимания перед тысячами взглядов.
  • Йоханна обнимала двойку из стаи Щепетильника за плечи.
  • Йоханна получила богато украшенную деревянную медаль с резьбой на воротник.
Разговор Йоханны и Древорезчицы в палатке
  • Йоханна — девочка, которой недавно исполнилось четырнадцать лет.
  • Она является «Двуногой» (человеком).
  • Йоханна обладает статусом «великой героини».
  • Она была предоставлена самой себе и находится вдали от дома.
  • Йоханна жила ранее в Высокой Лаборатории или на Страумлианском Просторе.
  • Она соблюдает традицию не пить пиво до восемнадцати лет.
  • Йоханна идет босиком, перекинув через плечо сапоги.
  • Она носит брошь с резной картинкой города древорезчиков, приколотую к воротнику.
  • Йоханна способна мыслить самостоятельно и работать в тесном контакте с другими расами.
  • Она участвовала в совместном с Щепетильником действии, которое спасло отряд от атаки волчьего гнезда.
  • Йоханна способна говорить на родном языке и быть на нем красноречивой.
  • Она испытывает чувство вины за то, как поступила со Щепетильником.
  • Йоханна испытывает эмоциональную привязанность к родителям, считая, что они рядом, если она следует их пожеланиям.
  • Она находится в лагере рядом с палаткой Древорезчицы.
  • Йоханна находится в двух сотнях миль от границ домена Шкуродера.
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Йоханна является человечицей.
  • Йоханна является Древорезчицей.
  • Йоханна представляет опасность для Стального Владыки, пока он не будет зажат в тиски.
  • Йоханна находится в лагере к юго-востоку от Холма Звездолета.
  • Йоханна находится в окружении своих войск.
  • Йоханна считается опасной личностью, которую Стальной Владыка хочет устранить.
  • Йоханна находится под управлением Проныры (согласно планам Стального Владыки).
Йоханна в госпитале
  • Йоханна — девочка.
  • Она находится в полевом госпитале.
  • Она занимается кормлением раненых пациентов в госпитале.
  • Она катит по госпиталю уставленную снедью тележку, которая иногда застревает меж корней.
  • Она справляется с работой по кормлению лучше любой стаи.
  • Ей нравится чувствовать себя полезной.
  • Она обладает способностью приближаться к пациентам, не раздражая их мыслешумом.
  • Она проводит с одиночными ранеными (синглетами) много времени.
  • Она испытывает сочувствие к раненым синглетам и желает им лучшей участи.
  • Она испытывает неприятные чувства от подхода Когтей к раненым.
  • Она может понимать и передавать аргументы Проныры (хотя не всегда может их втолковать другим).
  • Она знает Странника и считает его единственной стаей, способной разделить её чувства к раненым.
  • Она планирует сообщить Страннику о состоянии Черныша.
Драка в госпитале
  • Двуногая — человечиха.
  • Двуногая является синглеткой (одиночкой).
  • Двуногая работает в госпитале, собирая объедки и миски с водой, и грузит их в тележку.
  • Двуногая движется неуверенно-механически.
  • Двуногая высокая.
  • Двуногая обладает умом, который Читиратт характеризует как «умный».
  • Двуногая не уловила угрозы в приветствиях Кратци, которые звучали с нотками убийственной ярости.
  • Двуногая называется Йоханной.
  • Йоханна (Двуногая) общается со Странником Викврэкшрамом.
  • Йоханна (Двуногая) знает о пациентах госпиталя и их режиме питания.
  • Йоханна (Двуногая) была атакована двойкой Кратци, упала на спину и получила увечья от когтей и клыков.
  • Йоханна (Двуногая) не теряла сознания во время атаки, несмотря на сильную боль и давление тел.
  • Йоханна (Двуногая) была раздавлена массой тел в центре кровавой сечи.
Драка в госпитале
  • Йоханна — женщина (человечиха, Двуногая).
  • Йоханна работает в госпитале, выполняя обязанности по уходу за пациентами (кормит их, собирает объедки и миски с водой).
  • Йоханна обладает способностью понимать или, по крайней мере, слышать мысли существ (Странник упоминает, что он слушал мысли других, а Йоханна понимает его терминологию).
  • Йоханна обладает способностью понимать межстайный язык (она слышит крики на нормальном межстайном языке).
  • Йоханна характеризуется как умная синглетка.
  • Йоханна движется неуверенно-механически и кажется очень высокой.
  • Йоханна находится в госпитале, где содержатся различные существа (фрагменты, стаи).
  • Йоханна взаимодействует со Странником Викврэкшрамом.
  • Йоханна была атакована двойкой Кратци и оказалась под весом десятков тел.
  • Йоханна выжила после нападения и была защищена Странником.
  • Йоханна способна улыбаться даже в критической ситуации.
Спасение Йоханны в госпитале
  • Йоханна — Двуногая (человечиха).
  • Она находилась в госпитале и подверглась нападению со стороны пациентов.
  • Йоханна обладает способностью воздействовать на пациентов так, что они считают её своей частью.
  • Она была в тесном контакте с пациентами и Кратци в течение нескольких дней.
  • Во время нападения она получила порезы на шее и руках, но они были неглубокими.
  • Йоханна была в состоянии полусознания: она то приходила в себя, то теряла сознание.
  • Она была способна только шептать, не имея возможности кричать вслух.
  • Йоханна выразила протест против того, чтобы её судьба была похожа на судьбу Грамотея.
  • Она была настолько слаба, что её руки и ноги могли только подергиваться.
  • Йоханна была перенесена в берлогу к Проныре.
Пленение и допрос Йоханны
  • Йоханна находится в заброшенной арендаторской хижине на восточном конце лагеря.
  • Она находится в плену у существа по имени Проныра.
  • Йоханна получила скрытые ранения, из-за которых у нее ныла щека и была кровь на губах.
  • Она была обездвижена и находилась в «коконе из мантий».
  • Йоханна испытывает сильный страх и физическую боль от действий Проныры.
  • Она помнит события на госпитальной поляне, но детали воспоминаний ускользают из-за боли.
  • Йоханна знает о существовании человека по имени Грамотей, которого убил Проныра.
  • У Йоханны есть младший брат по имени Джефри.
  • Йоханна знает о существовании «Данника» (источника информации/устройства).
  • Йоханна способна говорить на языке самнош (хотя ее голос был слабым и невнятным из-за состояния).
  • Йоханна осознает, что ее брат Джефри, скорее всего, жив.
  • Йоханна находится в состоянии физического истощения и слабости.
Переговоры с Пронырой
  • Йоханна — девочка.
  • Йоханна находится в состоянии физического недомогания: ей трудно дышать, она чувствует тошноту и была ранена (ее в голову ударили).
  • Йоханна находится в плену и перемещается на носилках.
  • Йоханна была ранена еще тяжелее почти год назад, когда ее тащили Грамотей со Странником.
  • Йоханна знает участников игры и осознает, что предательское убийство не было случайностью.
  • Йоханна испытывает страх перед стражниками Проныры, которых она раньше считала своими защитниками.
  • Йоханна испытывает ярость из-за того, что Проныра, совершивший множество убийств и предательств, собираются отпустить.
  • Йоханна знает о том, что Проныра убил Грамотея.
  • Йоханна знает о существовании персонажа по имени Джефри, который жив.
  • Йоханна находится в сопровождении Странника, который ослабил путы на ее груди.
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Йоханна является женщиной (на что указывают местоимения «она» и «ее» в контексте описания Древорезчицы, а также упоминание «брата Йоханны» в контексте её слов).
  • Йоханна обладает статусом правителя (королевы), так как к ней обращаются «Ваше величество» и она командует армией.
  • Йоханна обладает способностью видеть мыслешум других существ.
  • Йоханна обладает способностью понимать мысли и чувства других (она чувствует тревогу и смятение Щепетильника).
  • Йоханна обладает способностью понимать тактику врага и чувствовать разум Шкуродера.
  • Йоханна обладает глубокими знаниями о воздействии различных видов оружия на общественный уклад.
  • Йоханна обладает способностью к управлению животными (она облизывает щенят и они подчиняются ей).
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию с «двойкой» (существом, которое может смотреть в глаза и подчеркивать важность слов).
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию с «элементами» (существами, которые могут оскаливаться и стискивать зубы).
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию со «стаей».
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию со «щенками».
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию со «Странником».
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию с «Древорезчицей» (в тексте эти сущности/личности взаимосвязаны или идентичны).
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию с «Пронырой».
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию с «Стальным».
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию с «Данником».
  • Йоханна обладает способностью к управлению или взаимодействию с «Шкуродерниками».
Ожидание связи и разговор с Равной
  • Йоханна была убита (вместе с мамой и папой Джефри)
  • Джефри вспоминает Йоханну в контексте своих прошлых отношений с ней
  • Джефри размышляет о том, каким он казался Йоханне в прошлом
Йоханна и Странник на поле боя
  • Йоханна — девочка.
  • Она находится в мире, который отличается от её прошлого (упоминается «этот мир» и «годы на Страуме до отлета в Высокую Лабораторию»).
  • Она находится в группе под руководством Древорезчицы.
  • Йоханна стремится найти человека по имени Джефри.
  • Она находится под охраной Странника (существа с «мордами» и «щенками»).
  • Йоханна была вынуждена остаться в базовом лагере по желанию Древорезчицы, но настояла на участии в поисках.
  • Она обладает способностью находить корабль в определенном месте («Я одна тут знаю корабль!»).
  • Её родители были убиты год назад в том месте, где она сейчас находится.
  • Она обладает памятью о событиях годичной давности, связанных с ужасами в этом месте.
  • Йоханна знает, что в прошлом она с матерью ходила в походы на болота Бигбю.
  • Она знает, что такое пушки (видела в кино), но никогда раньше не видела, как по ним стреляют.
  • Она проявляет инициативность и решительность, иногда вступая в споры со Странником и пытаясь действовать самостоятельно.
  • Она испытывает эмоциональное волнение (радостное смятение) при виде приближающегося корабля.
  • Она находится в опасной зоне боевых действий, где применяются неизвестные технологии (лучевое оружие, антиграв, гейзеры грязи).
Переговоры по каналу связи
  • Йоханна не является наивной дурочкой, в отличие от Джефри
  • Йоханна была в обмороке во время нападения
  • Йоханна чуть не выцарапала глаза Фаму, когда он предположил, что с персонажами Стального и Древорезчицей всё наоборот
Побег через туннели
  • Йоханна жива
  • Йоханна находится где-то за стенами
  • Стальной Владыка совершил атаку на Йоханну
  • Стальной Владыка просил прощения за атаку на Йоханну
Спасательная операция в огне
  • Йоханна — девочка.
  • Она находилась в состоянии неприкрытой паники во время событий.
  • Она указывала Фаму на объект, высунувшийся из-за контрфорса.
  • В моменты опасности она сильно сжимала кисть Фама, ее рука дергалась и тряслась.
  • Она повторяла просьбу «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…».
  • Она хватала Фама за рукав.
  • Она находилась рядом со Странником.
  • Она пыталась вырваться из объятий удерживающей ее стаи.
  • Она внимательно всматривалась в щель между щитами вместе с Фамом.
  • Она хлопала Фамa по голове, когда тот обгорел.
Гибель Фама Нювена
  • Йоханна мягко увлекла Равну прочь из каюты контейнеровоза вместе со Странником
  • Йоханна присутствовала при вывозе тела Фама Нювена из каюты
Подготовка к встрече
  • Проснулась вместе с Равной, когда прозвучали сигнальные рожки
  • Бросилась на замковый парапет вместе с Равной
  • Получила от Равны бинокль
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Йоханна смотрела в бинокль.
  • Йоханна пробормотала вопрос о том, создал ли Шкуродер Стального.
  • Йоханна выразила желание не пересекаться с Шкуродером.
  • Голос Йоханны прозвучал отстраненно.
Договоренность с Древорезчицей
  • Йоханна посещала многих раненых вместе с Равной.
  • Йоханна планировала перестроить автохирург «Внеполосного-II» на планете Когтей.
  • Йоханна подозревала, что Стальной сам себя ранил.
  • Йоханна расплакалась при виде ужасного состояния стаи.
  • Йоханна почти год ненавидела стаю, состоящую из трех особей.
  • Йоханна является королевой (на нее ссылается Шкуродер как на королеву).
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Йоханна — персонаж из прошлого Странника.
  • Странник вспоминает Йоханну, когда видит Равну, покрытую синяками и порезами.

Фам

Фам — хладнокровный стратег и технический гений, чье сознание превращено в вычислительный узел через «богосколку» для хранения программ умирающего Старика. Он способен совершать «Возмездие», способное сокрушить Погибель, но при этом его личность размыта между искусственно загруженными воспоминаниями и внутренним «мраком».

Фам — взрослый человек с рыжими волосами и клочковатой бородой, чье существование и личность глубоко связаны с загадочными процессами «богосколка» и действиями некоего Старика. Он находится в сложном психологическом состоянии: Фам испытывает трудности с самосознанием, провалы в памяти и ощущение «мрака» с темными статуями внутри сознания. Его воспоминания — о детстве, первой постели, работе торговцем в Чжэн Хэ или жизни принца на Канберре — могут быть искусственно загруженными данными или дезинформацией. В процессе «богосколка» в него были вшиты планы и поведенческие программы умирающего Старика, что превратило его в своего рода вычислительный узел, способный на «сон с открытыми глазами» и манипуляцию Силами. Обладая хладнокровием, аналитическим складом ума и способностью понимать мысли других, Фам выступает в роли стратега и технического гения. Он мастерски управляет кораблем «Внеполосный-II», модифицируя его системы безопасности, создавая ловушки и проектируя сложное снаряжение, включая кастомный вакуумный бронескафандр с хищным, менее человеческим видом. Фам демонстрирует глубокие знания в области технологий, языков (изучает самношк), биологии и истории различных культур, при этом он способен на иронию и обладает специфическим чувством юмора. Его эмоциональный спектр широк: от искренней привязанности к Равне и сострадания к слабым до способности испытывать гнев, страх и даже физическую боль, которую он купирует встроенными системами. В ходе миссии Фам проявляет себя как решительный лидер и тактик, способный на жесткие решения — от захвата и заточения наездников до планирования дезинформации против врагов. Он осознает масштаб угрозы со стороны Погибели и Искажения, понимая их природу и методы воздействия. Его роль как «контрмеры» достигает апогея в способности совершать «Возмездие» — действие, позволяющее взметать Великий Прилив и толкать границу Медленной Зоны в Трансценденцию. Это событие, способное сокрушить Погибель, одновременно делает Фама фигурой колоссального масштаба, чьи действия могут быть даже страшнее самой Погибели.
Ключевые факты (316)
Разговор Фама и Равны на мостике
  • Фам — человек (согласно словам Равны и его собственным ощущениям).
  • Фам обладает рыжими волосами и клочковатой бородой.
  • У Фама в глазах иногда двоится.
  • Фам находится в состоянии после побега с Маршрутизатора.
  • Фам обладает способностью видеть звезды (или ощущать их присутствие).
  • Фам испытывает трудности с самосознанием и восприятием реальности, описывая свое состояние как потерю в собственных воспоминаниях.
  • Фам обладает воспоминаниями о детстве (сидит на соломе в Большом зале), о первой постели с Синди и о первой летающей машине.
  • Фам считает, что его воспоминания о жизни в Чжэн Хэ могут быть выдумкой Старика (деза для сотрудников Маршрутизатора).
  • Фам является бывшим торговцем Медленной Зоны в Чжэн Хэ (согласно его воспоминаниям).
  • Фам был частью Силы и связан со Стариком.
  • В Фама были загружены планы и поведенческие программы умирающего Старика (процесс, называемый «богосколком»).
  • Фам испытывает эмоциональную привязанность к Равне, которую он воспринимает как «любимую собачку» (в контексте мыслей Старика) и как близкого человека.
  • Фам испытывает страх перед тем, что он может стать «дистанционно управляемым устройством» или «роботом» Старика на Дне.
  • Фам способен испытывать сильные эмоции: слезы, всхлипы, смех и страх.
  • Фам осознает, что в его сознании находится «мрак», в котором толпятся темные статуи.
  • Фам понимает, что Старик сделал с ним что-то важное из-за наличия чего-то значимого на страумлианском корабле на Дне.
Изучение теории прыжков
  • Фам находится на командном мостике корабля «Внеполосного-II»
  • Фам является одним из четырех участников обсуждения планов по защите Королевства Тайного Острова
  • Фам предложил наделить Королевство Тайного Острова пушками и радиосвязью
  • У Фама есть воспоминания о человеческих технологиях, которых достаточно, чтобы спасти жителей планеты Когтей
  • Фам выразил обеспокоенность проблемой перевода терминов (например, слова «кобальт») для аборигенов
  • Фам улыбнулся в ответ на замечание Зеленожки о сложности химических анализов
  • Фам отметил, что в жизни не слышал о «квантово-торсионных антеннах»
  • Фам выразил надежду на благодарность от жителей планеты Когтей за передаваемую аппаратуру
Работа в командной рубке
  • Фам — один из наездников (вместе с Равной), который находится на связи с Амдиджефри.
  • Фам находится на большом расстоянии от Амдиджефри (Равна и Фам летят в даль, чтобы спасти героев).
  • Фам — взрослый персонаж.
  • Фам состоит в браке (Амдиджефри задает вопрос: «Вы женаты?»).
  • Фам имеет детей (Амдиджефри задает вопрос: «Сколько вам с Фамом лет?» и спрашивает о наездниках, подразумевая детей).
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Фам — боевой программист Медленной Зоны.
  • Фам обладает хладнокровием (в отличие от Равны).
  • Фам обладает способностью понимать мысли других людей (Равна понимает, о чем он думает).
  • Фам иронизирует над традициями наездников и дизайном их техники.
  • Фам считает, что современные наездники могли бы создать более совершенные конструкции гаджетов и программ.
  • Фам обладает чувством юмора (сострит над названием цивилизации «Гармоничный Покой»).
  • Фам находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Фам был в сознании (или в процессе воскрешения) после катастрофы в начале путешествия.
Жизнь и работа на корабле
  • Фам — один из четырех путников, находящихся на корабле «Внеполосный-II».
  • Фам всегда занимается множеством дел одновременно и проявляет живой интерес к окружающему.
  • Фам считает время в пути даром для сбора мыслей и подготовки к будущему.
  • Фам обладает способностями к языкам и учит самношк.
  • Фам проводит по нескольку часов в день в мастерской корабля, осваивая игрушечные прототипы и оснащая скафандры оружием и источниками энергии.
  • Фам преобразил командную рубку корабля в подобие замка с имитацией камина.
  • Фам утверждает, что зал в рубке был воссоздан по его памяти как замок на Канберре.
  • Фам рассказывал истории о том, как он был принцем на Канберре, а затем стал торговцем и изыскателем Медленной Зоны.
  • Фам обладает памятью, которая, по мнению Равны, может быть поддельной (результат действий Старика).
  • У Фама есть провалы в памяти, вызывающие у него панику.
  • Фам характеризуется как вспыльчивый охламон, обладающий настойчивостью и смелостью.
  • У Фама есть «богосколок» — сущность или особенность, которая иногда погружает его в «сон с открытыми глазами».
  • Фам считает, что его богосколок может быть контрмерой к Искажению.
  • Фам считает, что Стальной Владыка может вводить их в заблуждение.
  • Фам анализирует сообщения от Джефри и делает выводы о технологическом уровне и истории расы Когтей.
  • Фам старается избавиться от привычки скорчить снисходительную ухмылку.
Размышления о ситуации и жизни на корабле
  • Фам обладает опытом жизни в средневековых мирах (или предполагает, что жил в них).
  • Фам обладает глубокими знаниями о различных культурах и их вооружении.
  • Фам обладает критическим мышлением и способен замечать несостыковки в рассказах других людей (например, в словах мальчика Джефри).
  • В возрасте восьми лет Фам носил титул Властелин-Потрошитель.
  • Фам анализирует психологию и тактику поведения других фракций, включая колонию на Тайном Острове.
  • Фам планирует стратегию взаимодействия с персонажем по имени Стальной.
  • Фам предлагает использовать тактику дезинформации и имитации слабости перед туземцами.
  • Фам интересуется техническими достижениями других (например, усовершенствованием радиосвязи).
  • Фам обладает способностью насвистывать странные «маршевые» мелодии.
  • Фам является спутником Равны на корабле.
  • Фам спит в гамаке в каюте, которую он делит с Равной.
  • Фам является объектом любви Равны.
  • Фам обладает способностью к глубокому сну (громко похрапывает во сне).
Наблюдение за сделкой из корабля
  • Фам находится на корабле и выполняет функции контроля и наблюдения за действиями наездников (Синепанциря и Зеленожки).
  • Фам обладает доступом к камерам наездников и может переключать режимы обзора системы «Внеполосный-II».
  • Фам проявил внимание к деталям груза, отметив, что шпалеры весят меньше полукилограмма и могут гореть «как трут».
  • Фам решил отложить осмотр оставшихся шпалер до безопасного момента в космосе.
  • Фам оценивает состояние гавани как запущенное.
  • Фам внимательно следит за маршрутом наездников, подсчитывая количество шлюзов и проверяя электромагнитные и ультраволновые диапазоны.
  • Фам обладает знаниями о биологическом разнообразии Медленной Зоны (упомянул, что видел там лишь три нечеловеческих расы).
  • Фам осознал наличие поселения наездников в торговом ряду, когда увидел их на трансляции.
  • Фам связался с Зеленожкой по связи и сообщил ей об увиденном.
  • Фам испытывает сильное эмоциональное напряжение (задерживает дыхание), когда узнает о результатах испытаний шпалер.
  • Фам ведет переговоры с Синепанцирем по закрытой линии.
  • Фам разработал резервный план на случай проблем у святого Ринделла.
  • Фам обладает способностью быстро передвигаться по кораблю, отталкиваясь руками.
  • Фам готов к выходу наружу в скафандре для выполнения миссии.
Путешествие к Зеленожке
  • Фам находится в вакуумном бронескафандре, который он сам сконструировал.
  • Фам снабдил свой скафандр камуфляжем, чтобы он выглядел менее человеческим.
  • Фигура Фама в скафандре имеет рост более двух метров, непроницаемо-черный цвет, клешни на руках, шипы и острые лезвия.
  • Фам является участником экспедиции и выполняет роль переговорщика.
  • Фам обладает доступом к локальной сети и может вызывать визуальные врезки с камер.
  • Фам обладает способностью управлять скафандром с помощью подбородка (управление дисплеями, обзор, люки, лучеметы).
  • Фам находится в колонии червеголовых и торговом ряду на неизвестной планете/станции.
  • Фам взаимодействует с Равной (через связь), Синепанцирем и Зеленожкой.
  • Фам проявляет осторожность, стараясь не нарушать местные законы и правила поведения.
  • Фам испытывает раздражение из-за потери связи с Равной и странного поведения Зеленожки.
  • Фам способен активировать контрмеры в виде мошкамер.
  • Фам обладает навыками наблюдения и анализа обстановки (ищет зоны обстрела, ловушки и оружие).
  • Фам был в Чжэн Хэ (упоминается в контексте сравнения скафандров и зрелищ).
Бой Фама с наездниками
  • Фам — человек, находящийся в состоянии боя с наездниками.
  • Фам обладает способностью к аналитическому мышлению: он распознал хитрость противника и идентифицировал взрывчатку и сенсор движения.
  • Фам обладает техническим снаряжением: у него есть скафандр с автоматикой, лучемет, мошкамеры (разведывательные устройства) и газовые двигатели.
  • Фам умеет управлять сложной техникой, включая маневрирование в воздухе и использование дистанционных устройств.
  • Фам получил ранение: его задело ударной волной от взрыва, а позже он получил прожженную до кости рану, от которой он терял сознание.
  • Фам испытывает физическую боль, которую купирует встроенная в броню система обезболивания.
  • Фам обладает способностью к самоанализу и рефлексии (в тексте упоминается его «параноика» и самокритика).
  • Фам знает язык наездников, хотя и понимает его не полностью (он понимает страх в речи Синепанциря).
  • Фам находится в космосе (или на небесном теле), о чем свидетельствует вид луны, корабля и космического мусора.
  • Фам находится в состоянии дезориентации и физического истощения в финале отрывка.
  • Фам обладает информацией о противниках, которую он получает через мошкамеры.
  • Фам использует голосовую связь через спусковой контур лучемета для передачи сигналов.
Разговор Фама и Равны в медотсеке
  • Фам был разжалован из капитанов и отряжен в корабельную теплицу ухаживать за растениями.
  • Фам раньше любил кормить и поливать растения, считая их симпатичными.
  • Фам осознал, что растения в теплице — враги всего живого.
  • Фам неоднократно просыпался в окружении медицинского оборудования (в автохирургах).
  • Фам находится в состоянии после операции или тяжелого ранения, находясь в медицинском блоке корабля.
  • Фам обладает способностью к управлению кораблем (командными правами консоли управления «Внеполосным-II» были предоставлены ему на время отлучки наездников).
  • Левая рука Фама почти полностью сожжена и находится в белом коконе для восстановления.
  • Фам помнит перестрелку, в ходе которой он стрелял по Зеленожке и отстрелил ей тележку.
  • Фам обладает «богосколком» (внутреннее убеждение или особенность, позволяющая ему оставаться в сознании/живым в определенных условиях).
  • Фам принадлежит к группе или организации, связанной с «Чжэн Хэ».
  • Фам проявил хладнокровие и решительность, заняв место у консоли управления.
  • Фам выразил недоверие к Синепанцирю, лишив его командных привилегий.
  • Фам анализирует тактику врага и делает выводы о том, что засада была подготовлена впопыхах.
  • Фам выдвинул теорию о том, что истинным врагом является Страумлианское Искажение.
  • Фам обладает глубокими знаниями об истории наездников, их эволюции и устройстве их тележек.
Спор о судьбе наездников
  • Фам — торговец из Чжэн Хэ.
  • Фам обладает способностью перемещаться в пространстве (он отталкивается от потолка, подлетает к объектам и облетает их).
  • Фам находится на корабле и имеет доступ к его модулям управления.
  • Фам обладает способностью или устройством для связи с другими (он общался с Синепанцирем через вокодер).
  • Фам осознал, что Погибель (Искажение) жила в спорах, пряталась в архивах и создала себе помощников.
  • Фам планирует опубликовать информацию об Искажении в Сети, чтобы спасти тысячи миров.
  • Фам считает, что наездников необходимо уничтожить.
  • Фам испытывает чувство стыда перед Синепанцирем.
  • Фам испытывает гнев, который он связывает с богосколком.
  • Фам понимает, что Равна Бергсндот блефовала с установкой программ самоуничтожения.
  • Фам находится в состоянии враждебности с окружающим миром: он считает, что вокруг него одни предатели, а на хвосте — целые флоты.
  • Фам настроен на победу над Искажением и наездниками любой ценой.
  • Фам осознал, что Равна Бергсндот не хочет участвовать в его плане из-за страха перед погромами.
Размышления Равны в каюте
  • Фам был прав в своих утверждениях относительно преследования корабля «Внеполосный-II»
  • Фам работал вместе с Равной и наездниками, разделяя с ними груз опасности
  • Фам является автором «Фамовой богосколки»
  • Фам и Равна обменивались от силы сотней слов за последние пять дней
  • Фам задавал Равне вопрос о том, имеет ли право один человек нести ответственность за утаенное предательство
  • Равна не сомневается в истинности слов Фама
  • Фам считает, что наездники представляют исходящую угрозу
  • Равна верит, что Фам прав в оценке этой угрозы
Разговор с наездниками в каюте
  • Фам является капитаном корабля «Внеполосный-II».
  • Фам обладает способностью создавать механизмы, например, он «сварганил» робота из подручных материалов.
  • Фам сооружает себе бронескаф, используя корабельную аппаратуру.
  • Фам проявляет компетентность как капитан, но находится в плену собственных страхов.
  • Фам запер наездников в каюте.
  • Фам считает, что наездники представляют угрозу, и готов был их убить.
  • Фам обладает информацией о том, что наездники могут быть «разумными бомбами» или тайным оружием Погибели.
  • Фам стремится попасть на Дно, чтобы отбить свою контрмеру.
  • Фам считает, что если наездники завладели Погибелью, то цель у нее та же.
  • Фам способен на сотрудничество ради общей цели, если это необходимо для выживания.
  • Фам испытывает сложные чувства к Равне (в прошлом он ее любил).
  • Фам проявляет отстраненность и скрывает свое отчаяние за маской спокойствия.
  • Фам готов работать сообща с наездниками, принимая меры предосторожности.
  • Фам до сих пор испытывает подозрительность и не доверяет наездникам полностью.
  • Фам обладает «богосколком».
Разговор Равны и Фама
  • Фам оценивает оставшееся время пути до планеты Когтей менее чем в восемь недель.
  • Фам обнаружил новую аппаратуру в мастерской Синепанциря.
  • Фам переселился в командную рубку и запирает её личным идентификационным ключом.
  • Фам уничтожил (или считает, что уничтожил) все остальные средства привилегированного доступа к корабельной автоматике.
  • Фам сотрудничает с Синепанцирем, но их отношения изменились по сравнению с былым временем.
  • Фам вынужденно выбирает из двух зол в стычках с Синепанцирем.
  • Фам отказал Равне в предложении выйти на связь с Коммерческой охраной.
  • Фам считает, что битва с Коммерческой охраной была бы самоубийственной.
  • Фам установил собственные программы поверх существующих инструкций систем безопасности корабельной автоматики.
  • Фам превратил рабочую среду корабельной автоматики в нагромождение ловушек.
  • Фам понимает, что его действия опасны для надежности автоматики корабля.
  • Фам утверждает, что его душа принадлежит ему и он не одержим.
  • Фам изучает преследователей, их корабли и боевую мощь.
  • Фам находится в состоянии фуги несколько часов в день, выполняя программы Старика.
  • Фам называет свои действия «богосколком» и признает, что он неживой и не очень разумный.
  • Фам считает, что Погибель приложила лапу к наездникам и к тележкам.
  • Фам считает, что Зеленожку «спалил» (выдал).
  • Фам осознает риск предательства Синепанциря и не решается полностью ему довериться.
  • Фам намерен доставить «богосколки Старика» на планету Когтей.
  • Фам является сиром (титул/обращение).
Кризис на корабле и планирование действий
  • Фам работал над самопальными программами для корабля «Внеполосный-II».
  • Фам пытался перекроить систему безопасности корабля.
  • Фам несколько дней работал не покладая рук над переделкой исходников общей придонной автоматики.
  • Фам подозрительно следил за действиями Синепанция во время применения обновлений.
  • Фам лихорадочно просматривал диагностические данные и изображения с камер корабля во время аварии.
  • Фам отстегнулся от потолка и попытался потушить пожар в мастерской.
  • Фам признался, что не может отключить вентиляцию из-за оплавленного механизма.
  • Фам вводил команды, рекомендованные Синепанцирем, чтобы отключить вентиляцию в мастерской.
  • Фам планировал приделать реактивные двигатели к доспехам.
  • Фам испытывал боль и отчаяние из-за аварии, но не «слетел с катушек».
  • После аварии Фам стал чаще говорить с Синепанцирем и охотнее принимать его советы.
  • Фам впал в многодневную фугу, в течение которой он был настолько подавлен, что Равна не могла дозваться до него.
  • Фам анализировал данные о трех флотах, используя интуитивные догадки и данные новостных групп.
  • Фам велел кораблю отбрасывать сообщения от флота Погибели как непрочитанные.
  • Фам выразил беспокойство по поводу того, следует ли судно его приказам, так как оно спроектировано наездниками.
  • Фам отметил наиболее вероятные траектории движения флотов на навигаторе.
  • Фам признался Равне, что не понимает смысла некоторых аннотаций на дисплее.
  • Фам выразил сочувствие к остаткам флота Сьяндры Кей, назвав их «беднягами».
  • Фам оценил боевой потенциал флота Сьяндры Кей и предположил, что их пилоты готовы к самопожертвованию ради мести.
  • Фам рассуждал о стратегической ситуации с флотами Альянса и Погибели.
  • Фам предложил Равне рассмотреть возможность обращения к людям из флота Сьяндры Кей для борьбы с «истинным врагом».
Ожидание в глубине прилива
  • Фаму нравится необходимость дисциплины при использовании голосового и жестового управления корабля.
  • Фам вместе с Синепанцирем строил масштабную экстраполяцию на основе данных о трансверсальных сдвигах.
  • Фам ответил на жалобу Равны о невозможности работы с библиотекой, заявив, что все могло быть и хуже.
  • Фам высказал мнение, что Перворазделение могло быть «величайшим из великих приливов», захлестнувшим все расы.
  • Фам предположил, что они выберутся из ситуации через денек-другой, если угодили в древнюю катастрофу.
  • Фам предложил сосредоточиться на планах и воспользоваться перемирием, чтобы заручиться поддержкой кораблей Коммерческой охраны.
  • Фам предположил, что Альянс в панике и приспособленцы могут быстро бежать из Запределья.
  • Фам вместе с Синепанцирем проверял ионный прямоточный двигатель «Внеполосного-II».
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Фам является спутником Равны.
  • Фам входит в число тех, чье прибытие ожидается Стальным Владыкой.
  • Стальной Владыка считает, что пока Равна с Фамом не будут «зажаты челюстями», Йоханна представляет опасность.
Путешествие к планете Когтей
  • Фам является пилотом корабля «Внеполосный-II».
  • Фам работает ультрадвигателем, что экономит время полета, но подвергает корабль риску.
  • У Фама заметно дрожат руки из-за многочасовой работы с бортовой автоматикой и игры с ультрадвигателем.
  • Фам испытывает сомнения в своих навыках управления низкоуровневой автоматикой и в том, является ли его память о пилотском мастерстве и о Чжэн Хэ настоящей.
  • Фам испытывает страх и сомнения, связанные с предстоящим прыжком и опасностью.
  • Фам обращается к Равне с вопросом о времени подлета флота Погибели.
  • Фам резко отвечает Вокодеру Синепанциру, приказывая ему замолчать.
  • Фам обладает опытом участия в опасных передрягах в прошлом.
  • Фам смотрит на планету Когтей, когда она появляется в поле зрения.
  • Фам смотрит в небо за спиной Равны после успешного скачка.
  • Фам говорит тихим голосом, когда обсуждает риски уничтожения контрмеры и последствия для Джефри и народа Стального Владыки.
  • Фам не смотрит Равне в глаза во время разговора.
Оборона замка и маневры на поле боя
  • Фам находится на борту летательного аппарата (шлюпки) под управлением Синепанциря.
  • Фам выполняет роль стрелка, управляя турелью лучемета.
  • Фам находится в состоянии физического дискомфорта: его подбрасывало на насесте из-за скачек и кульбитов судна.
  • Фам едва не вывалился из люка во время маневра и успел схватиться за турель.
  • Фам обладает критическим мышлением: он осознает, что через сорок часов на планету прибудет «самая жуткая сила во Вселенной», и иронизирует над собственной задачей (стрельба по собакам).
  • Фам умеет самостоятельно настраивать параметры оружия: он увеличил угол раствора луча, чтобы увеличить охват на уровне земли.
  • Фам обладает способностью анализировать политическую ситуацию и характеры других персонажей: он распознал Стального как «классического средневекового интригана» и понимает, что те делают за него «грязную работу».
  • Фам проявляет определенную степень сострадания или осторожности: он намеренно целился чуть вперед от основных сил врага, чтобы, возможно, не все они погибли.
  • Фам обладает способностью видеть сквозь дым (или как минимум лучше ориентируется в нем, чем некоторые другие участники боя).
  • Фам получил легкое ожог бровей от отраженной вспышки при резком маневре с турелью.
  • Фам находится в состоянии раздражения из-за действий или слов Стального («Со Стальным разберешься потом»).
Переговоры по каналу связи
  • Фам находится на личном канале связи с Равной.
  • Фам сообщил, что во время нападения девочка была в обмороке.
  • Фам сообщил, что девочка чуть не выцарапала ему глаза, когда он предположил, что со Стальным и Древорезчицей все наоборот.
  • Фам знает, что стая, которая сопровождает девочку, более чем уверена в отношении к Стальному.
  • Фам считает, что Йоханна не является наивной дурочкой, в отличие от Джефри.
  • Фам всегда подозревал, что Стальной — скользкий типчик.
  • Фам пришел к выводу, что Стальной является убийцей.
  • Фам планирует отправиться на корабль Стального.
  • Фам рассматривает поездку на корабль как потенциально оправдывающую потраченные силы, если удастся добраться до контрмеры.
  • Фам осознает, что его миссия является самоубийственной.
  • Фам предлагает Равне «зубы заговаривать» Стальному, чтобы попытаться засечь его и «выбить чуваку мозги».
  • Тон голоса Фама не располагает к оптимизму.
Спасательная операция и наблюдение
  • Фам участвует в спасательной операции вместе с Йоханной Ольсндот, наездником Синепанцирем и стаей Странник.
  • Фам обладает информацией о военных действиях и тактике, так как в его воспоминаниях есть описание солдат из прошлого.
  • Фам знает о существовании и действиях Стального, а также о его тактике и возможных слабостях.
  • Фам знаком с Равной, с которой он поддерживает связь по коммуникатору.
  • Фам знает о существовании Чжэн Хэ и оценивает боевые навыки других людей на основе сравнения с ними.
  • Фам проявляет осторожность и стратегическое мышление, предупреждая о рисках использования определенных тактик (например, игры с огнем из-за нефти).
  • Фам обладает лидерскими качествами, отдавая команды Синепанцирю и координируя действия группы.
  • Фам способен на внутренние размышления о характере и гибкости других стай.
  • Фам находится на борту шлюпки вместе с Йоханной и стаей Странник.
  • Фам понимает психологическое состояние Стального и ищет способы вывести его из равновесия.
Спасательная операция в огне
  • Фам находится в зоне боевых действий рядом с замковой стеной.
  • Фам находится в группе с персонажами Странником, Йоханной, Равной и Синепанцирем.
  • Фам обладает способностью видеть события в отдалении (заметил движение за контрфорсом).
  • Фам испытывает сильное эмоциональное напряжение (вскрикивает «Клянусь Флотом…» при виде происходящего).
  • Рука Йоханны стискивала кисть Фама в состоянии паники.
  • Фам осознал, что ситуация с поломкой шлюпки Синепанцирем неизбежна.
  • Фам напрягся и сосредоточил внимание на наезднике Синепанцире, когда тот предложил спасать малыша.
  • Фам не пытался вцепиться в Синепанциря, когда тот проверял его реакцию.
  • Фам ощутил «прохладное дуновение свободы» после осознания того, что шлюпку не спасти.
  • Фам вооружен пистолетом, который он достал из консоли.
  • Фам прикрывал отход группы, стреляя из оружия по стаям Стального.
  • Фам обладает способностью быстро передвигаться по пересеченной местности (у него было превосходство в скорости перед наездниками).
  • Фам получил ожоги: его кожа пузырилась, а волосы горели.
  • Фам находился в тесном укрытии (в щеле между щитами стаи) во время пожара.
  • Фам наблюдал за тем, как Синепанцирь проезжает сквозь огонь к замку.
Последствия столкновения и планы Фама
  • Фам поднялся и побежал к наезднику после того, как тележка остановилась.
  • Фам молча смотрел на наездника.
  • Фам сообщил Равне, что Синепанцирь мертв.
  • Фам вспомнил кошмарные агонизирующие взмахи ветвей в огне.
  • Фам на миг отключился при взгляде на расколотый огнем ствол.
  • Фам опустился на колени рядом с мальчиком, чтобы проверить, дышит ли он.
  • Фам вспоминал месяцы, проведенные рядом с Синепанцирем, их дружбу и последующую ненависть.
  • Фам размышлял о том, не могли ли его подозрения оказаться зряшными.
  • Фам дивился отваге наездника и надежности автопилота.
  • Фам бегал вдоль края отступающей тепловой завесы.
  • Фам чувствовал, как возвращается богосколок.
  • Фам приветствовал маниакальную сосредоточенность и порыв, сметающий все неважное.
  • Фам осознавал, что происходящее вокруг (Странник, Йоханна, щенки) отвлекает от невероятно важной цели.
  • Фам спросил у неба: «Какие новости?»
  • Фам с трудом подобрал уместные формулировки для резких команд.
  • Фам приказал Страннику получить помощь Древорезчицы, чтобы попасть в замок.
  • Фам влез в шлюпку, но не собирался на ней лететь.
  • Фам планировал включить динамик, чтобы начальница Странника услышала его просьбу показать путь внутрь.
  • Фам чувствовал, как собирает внутри силы богосколок, готовясь к последнему рывку, чтобы свершить волю Старика.
  • Фам спросил Равну, где сейчас Погибельный флот.
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Фам находится внутри корабля (контейнеровоза) вместе со Странником.
  • Фам рассказал Древорезчице о приближении флота Погибели.
  • Фам находится в состоянии фуги.
  • Фам обменивает свою нормальную личность на вычислительные мощности.
  • Волосы Фама наполовину сгорели.
  • Руки и кисти Фама трясутся.
  • Фам бормочет что-то на непонятном наречии.
  • Фам восседает, скрестив ноги, в центре яркого сияния богосколка.
  • Устройство (Контрмера) пронизывает грудь Фама, вгрызаясь в него фрактальными отростками.
  • Фам не сопротивляется воздействию устройства.
  • Фам находится в состоянии, которое характеризуется как 'напряженка'.
Разговор Равны и Фама
  • Фам обладает способностью управлять Силами.
  • Фам знает миф о наездниках и считает, что он правдив.
  • Фам упоминает существование «Старика», который лишь догадывался о некоторых вещах.
  • Фам знает о планах Флота и его способностях уничтожать планеты и системы.
  • Фам обладает способностью уничтожать «Погибель» тем же способом, каким ее убили в прошлый раз.
  • Фам управляет зонной турбулентностью, которую пыталась создать Контрмера.
  • Фам начал процесс, называемый «отливом», который питается местными источниками энергии.
  • Фам способен влиять на скорость движения вражеской флотилии.
Наблюдение за звездами
  • Фам является одним из тех, кто остановил Погибель.
  • Фам совершил действие, называемое Возмездием.
  • Фам взметнул Великий Прилив.
  • Действия Фама привели к тому, что граница Медленной Зоны протолкнулась на тысячи световых лет вверх, через Нижнее и Срединное Запределье, в Трансценденцию.
  • Возмездие Фама создало новую Медленную Зону, в которой оказались застрявшие корабли и цивилизации.
  • Возмездие Фама, по мнению Равны, могло быть страшнее самой Погибели.
  • Возмездие Фама могло сокрушить Погибель, если оно действительно протолкнуло границу Медленной Зоны настолько высоко.
  • Фам упоминается как один из спасителей вместе с Равной и другими.
  • Равна не знает точно, насколько высоко взметнулся Прилив Фама.

Джефри

Джефри — проказный мальчик-выживший с математической интуицией и способностью понимать мысли существа по имени Амди, чья физическая неуклюжесть контрастирует с «невероятно умелыми лапами» и техническим гением. Несмотря на детскую наивность, он способен на сложные инженерные решения и самопожертвование, сохраняя глубокую эмоциональную привязанность к Стальному Владыке.

Джефри — восьмилетний человеческий мальчик, младший брат Йоханны Ольсндот и один из немногих выживших после катастрофы на корабле беженцев. Несмотря на свой юный возраст, он обладает уникальными способностями: он способен понимать мысли и жесты существа по имени Амди, говорить на языке самношк, а также бегло имитировать голос Равны. Джефри характеризуется как «отличный пацан», когда не вредничает, но в остальном он проказлив, любопытен и склонен «совать нос куда не следует». Он обладает математической интуицией, умеет читать и обладает глубокими знаниями о технике (радио, ультраволновики), истории человечества и устройстве корабля своей семьи. Физически Джефри очень мал и тонок, что позволяет ему пролезать в узкие щели капсул холодного сна, однако он значительно выше обычного «элемента» своей расы. Его движения порой неуклюжи: он плохо бегает, постоянно пытаясь удержаться от падения, но при этом обладает «невероятно умелыми лапами». В условиях экстремальной опасности он проявляет нетипичную для ребенка решительность, готовясь к самопожертвованию ради друзей, хотя в моменты сильного стресса может впадать в панику, плакать или вскрикивать. Отношения Джефри с окружающими строятся на контрастах. Он доверяет Амди, с которым они образуют тесную эмоциональную связь, и привязан к Равне, которую считает очень хорошей женщиной. В то же время он испытывает сложную смесь чувств к Стальному Владыке: Джефри одновременно боится его, не доверяет его искренности и при этом проявляет к нему почти детскую привязанность, ластясь и играя с ним. Он также глубоко переживает утрату родителей и сестры, тоскуя по ним и находя утешение в гамаке, напоминающем ему о доме. Джефри неоднократно оказывался в критических ситуациях: от заточения в «колодце» и бегства из Высокой Лаборатории до пребывания в теле наездника, где он буквально проходил сквозь пламя, страдая от ожогов. Он обладает способностью к глубоким философским размышлениям и воображению, часто сравнивая командную рубку с «частным королевством» или домом на дереве. Несмотря на то что его часто считают простодушным и наивным, Джефри способен на сложные технические решения, такие как оптимизация радиосвязи или планирование производства пороховых пушек.
Ключевые факты (304)
Спуск на планету и посадка
  • Джефри — маленький мальчик.
  • Джефри является братом Йоханны Ольсндот.
  • Джефри ныл из-за того, что пропустил самое интересное во время подготовки к отлету.
  • Джефри физически мал: в некоторые щели капсул холодного сна мог бы пролезть только он.
  • Джефри находится в группе из трехсот девяти детей, находящихся в состоянии холодного сна.
  • Джефри проявил независимость в течение года, но в текущей ситуации эта независимость пропала.
  • Джефри вскрикнул и указал на неправильный многоугольник из вертикальных плоскостей на одном из островов.
  • Джефри вскрикнул и предположил, что движущиеся пятна на земле — это волки.
  • Джефри пронесся по шлюпке с воплем в неподходящий момент.
  • Джефри убежал к гибернаторам, когда родители выбирали место для посадки.
  • Джефри выразил интерес к процессу посадки, задав вопрос: «На что это похоже?»
  • Джефри сказал, что хочет узнать все про лед.
Высадка и подготовка к связи
  • Джефри не заметил ничего через окна.
  • Джефри является одним из детей, находящихся в группе с Йоханной.
  • Джефри оставался внутри шлюпки, следя за оставшимися капсулами.
  • Джефри характеризуется как «отличный пацан», когда не вредничает.
  • Джефри и Йоханна — единственные дети, которые видели происходящее своими глазами.
Глава 10
  • Джефри — брат Йоханны.
  • Джефри — любитель совать нос куда не следует.
  • Джефри — существо, которое Йоханна надеется найти.
  • Джефри — персонаж, для которого Йоханна приготовила издевки и оскорбления в устройстве (даннике).
  • Джефри — персонаж, для которого Йоханна приготовила маленькие сюрпризы в устройстве (даннике).
Размышления Йоханны в плену
  • Джефри — ребенок, который находился вместе с Йоханной во время нападения.
  • Джефри мог выжить в результате нападения на корабль.
  • Йоханна представляла, что Джефри сделал бы в саду: сначала притворялся бы взрослым, затем прыгал бы и смеялся, пытаясь собрать летающие пушинки.
  • Джефри был менее сообразительным, чем стаи «Когтей» (собакообразные существа).
  • Йоханна предполагает, что Джефри мог быть убит нападавшими.
Разговор Стального и Амдиранифани
  • Джефри — чужак, который является синглетным существом.
  • Джефри очень молод, он подобен щенку.
  • Джефри страдает из-за гибели родителей и сестры (однопометницы).
  • Джефри мало ест и привередлив в еде.
  • Джефри не хочет играть.
  • Джефри поник духом и замкнулся в себе несколько дней назад.
  • Джефри не понимает, как работает корабль своих родителей.
  • Джефри знает, как пробудить остальных детей на корабле.
  • Джефри полагает, что корабельный ультраволновик можно приспособить для вызова подмоги.
  • Джефри общается через пасть, издавая ворчание и резкие звуки.
  • Джефри доверяет Амдиранифани.
  • Джефри обладает способностью к общению через переводчика (Амдиранифани).
Прогулки Амди и Джефри
  • Джефри — человек (человеческий мальчик).
  • Джефри уже восемь лет.
  • Джефри высокий и худой, он раза в полтора выше обычного элемента.
  • Джефри плохо бегает, так как при движении постоянно пытается удержаться от падения.
  • Джефри тоскует по родителям и сестре.
  • Джефри был в заточении (его держали взаперти).
  • Джефри не очень любит зимнюю тьму.
  • Джефри не впечатлен полярным сиянием, так как считает его обычным явлением в своем доме.
  • Джефри плохо понимает межстайные звуки, поэтому он общается с Амди на языке людей.
  • Джефри знает про звезды и считает, что там находятся друзья родителей.
  • Джефри обладает знаниями о технике: он знает, что такое радио, ультраволновик и как они работают.
  • Джефри обладает информацией о лодке, которая была у его семьи.
  • Джефри испытывает отчаяние, вспоминая момент, когда мама настраивала оборудование.
  • Джефри обещает Амди, что ни за что его не бросит.
  • Джефри понимает, что Стальной Господин опасается его и не доверяет ему.
  • Джефри умеет лепить из снега шары и швырять их.
  • Джефри поддразнивает учителей и стражников.
Размышления и планы Стального
  • Джефри утверждает, что умеет обращаться с сигнальным устройством корабля.
  • Джефри считается не очень умным существом, и Стальной сомневается в его способности самостоятельно справиться с задачей.
  • Джефри является чужаком (расой разумных синглетов).
Эксперимент со связью
  • Джефри — мальчик.
  • Он находится в группе с существом по имени Амди и стаей щенят.
  • Джефри обладает способностью понимать мысли или специфические жесты Амди (например, он понимает значение его взгляда и хмыканья).
  • Он проявляет нервозность и тревогу, оглядываясь на двери, когда они находятся в незнакомых местах.
  • Джефри знает о существовании Стального Господина и его радио.
  • Он обладает знаниями о Высокой Лаборатории (сравнивает взрослых с её сотрудниками).
  • Джефри испытывает страх перед ответственностью и опасностями, но также проявляет решительность (соглашается войти внутрь корабля, чтобы быть храбрым).
  • Он испытывает сильную эмоциональную привязанность к своим друзьям (крепко обнимает Амди от страха).
  • У Джефри есть семья: папа и мама.
  • Джефри знает историю устройства (корабля): папа опустил панель управления, а мама настроила ультраволновик.
  • Он переживает из-за того, что остался один с Амди, так как их общие друзья (например, Йоханна) отсутствуют.
  • Джефри чувствует себя в безопасности в гамаке на корабле, так как это место напоминает ему о родителях.
  • Он способен распознавать плесень на стенах.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Джефри является одним из выживших.
  • Синепанцирь строит предположения о том, как выручить Джефри и остальных выживших.
Разговор Йоханны с Грамотеем
  • Джефри погиб во время атаки.
  • О смерти Джефри стало известно из вестей шпионов Древорезчицы, которые пришли с севера несколько месяцев назад.
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Джефри — маленький мальчик.
  • Джефри находится в ловушке на дне колодца.
  • Джефри находится в условиях, которые Равна Бергсндот характеризует как настоящее средневековье.
  • Джефри приютили довольно добрые существа.
  • Джефри не видел самой резни, которую устроили Мясники Древорезчицы.
  • Джефри находится в опасности из-за возможных возвращений орд Древорезчицы.
  • О Джефри никто не знал (кроме Равны Бергсндот).
Диалог на борту корабля
  • Джефри — мальчик, который находится в «колодце» на дне.
  • Джефри находится в опасной ситуации, так как его союзники могут быть одолены врагами (варварами) в ближайшее время.
  • Джефри обладает союзниками, которым Равна хочет помочь, предоставив технологии.
  • Джефри находится в мире, где его раса (Когти) не имеет предшественников и находится на уровне развития, схожем со средневековьем.
Изучение теории прыжков
  • Джефри находится в опасности и может быть захвачен древорезчиками.
  • Джефри находится на корабле, который может быть захвачен древорезчиками.
  • Джефри, вероятно, уже слышал слово «кобальт».
Инспекция стройки и внезапная стычка
  • Джефри — человек (двуногий).
  • Джефри находится на Холме Звездолета.
  • Джефри находится в компании с Амди (детенышем богомола).
  • Джефри обладает способностью к быстрой речи (говорит очень быстро).
  • Джефри обладает умелыми лапами.
  • Джефри проявляет эмоциональную привязанность к Стальному (обнимал его, цеплялся за его элементы).
  • Джефри испытывает страх перед опасностью (перепугался во время драки).
  • Джефри способен на физический контакт с другими существами.
  • Джефри находится в статусе гостя или защищаемого лица на территории Стального Владыки.
  • Джефри был в компании с Амди, когда они прибыли на территорию.
  • Джефри получил царапину на лапе во время инцидента с землекопами.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Джефри является ребенком (щенком) Равны.
  • Джефри находится в опасности из-за деятельности древорезчиков.
  • Равна считает Джефри своим драгоценным ребенком.
  • Равна не является биологической родительницей Джефри.
  • Джефри является объектом манипуляций и внимания со стороны Гостей.
  • Джефри может быть использован Стальным как посредник для получения помощи от Равны в строительстве открытого дворика.
Работа в командной рубке
  • Джефри испытывает грусть и печальные воспоминания, связанные с местом пребывания (командной рубкой).
  • Джефри испытывает надежду на лучшее будущее.
  • Джефри считает командную рубку своим «частным королевством», сравнивая её с домом на дереве, который он построил на Страуме.
  • Джефри чувствует себя важным в командной рубке вместе с Амди.
  • Джефри проявляет бережное отношение к оборудованию командной рубки, как это делали его мама и папа.
  • Родители Джефри погибли во время атаки древорезчиков.
  • Джефри пометил панели управления и элементы системы управления ракетным двигателем, чтобы стая держалась от них подальше.
  • Джефри умеет читать на самношке.
  • Джефри начал паниковать, когда осознал, что нижнюю часть экрана служит клавиатурой, и научился печатать слова побуквенно четырьмя носами.
  • Джефри знает, что Равна — взрослая женщина, старше Йоханны, но моложе его мамы.
  • Джефри считает, что Равна — очень хорошая женщина.
  • Джефри обиделся на слова Амди о том, что Равну можно обнять, в отличие от него.
  • Джефри знает, что Равна со Сьяндры Кей.
  • Джефри помнит повесть «Затерянные в Медленной Зоне», которую ему читала мама.
  • Джефри обладает способностью к воображению (в контексте идеи Амди о передаче мыслей по радио).
Путь к хижине
  • Джефри был маленьким ребенком (маленьким Джефри), которого мама и папа Йоханны принесли домой, когда ей было всего пять лет.
Жизнь и работа на корабле
  • Джефри — мальчик (ребенок).
  • Джефри находится на планете Когтей.
  • Джефри находится в заточении или в сложной ситуации, так как его спасла группа существ, называемых Когтями.
  • Джефри общается с Равной и Фамом через связь, которая периодически улучшается.
  • Джефри пишет сообщения на языке самношк.
  • Джефри описывает наличие на стенах своего корабля странной гнили, к которой ему не разрешали приближаться родители.
  • Джефри сообщает, что его друзья (Когти) будут держаться от этой гнили подальше.
  • Джефри планирует перейти к массовому производству пороховых пушек через десять дней.
  • Джефри утверждает, что разумные существа на его планете становятся таковыми только в стаях от пяти элементов.
  • Джефри сообщает, что из космоса не видел ничего, кроме маленьких городов, а наземные постройки выглядят средневековыми.
  • Джефри заявляет, что все данники уничтожены, а бортовой компьютер почти не работает.
  • Джефри предложил план полной переработки таблиц акустического интерфейса.
  • Джефри описывает ситуацию на планете как некое 'средневековье', в которое впала колония.
  • Джефри сообщил, что группа Когтей его спасла.
Размышления о ситуации и жизни на корабле
  • Джефри является мальчиком.
  • Джефри находится на корабле вместе с другими людьми (включая детей в гибернаторах).
  • Джефри находится в опасности из-за угрозы нападения древорезчиков.
  • Джефри обладает способностью к математической интуиции и выдает потрясающие идеи в ситуациях, требующих нестандартного мышления.
  • Джефри в общении и знании языка кажется обычным ребенком своего возраста.
  • Джефри утверждает, что оптимизация радиосвязи — это полностью его заслуга.
  • Джефри утверждает, что на его стороне нет потайных компьютеров.
  • Джефри пережил смерти на Страумлианском Просторе и Маршрутизаторе.
  • Джефри находится в ситуации, которую Равна характеризует как «беда» или тяжелое положение.
  • Джефри является тем, через кого Стальной задает вопросы и «закидывает удочку».
  • Джефри описывал замок, который, по его мнению, находится рядом с кораблем.
Спор о судьбе наездников
  • Джефри является персонажем, которого Фам и Равна стремятся спасти.
  • Существует контрмера, которую герои планируют вернуть для спасения Джефри.
Разговор Тиратект и Стального
  • Джефри выжил после посадки звездолета.
  • Джефри является владельцем звездолета.
  • Корабль Джефри рассматривается Стальным как объект, который необходимо защитить (в рамках его плана) или как святыню для поклонения.
  • Джефри считается «двуногим».
  • Джефри обладает способностью (или влиянием), позволяющей ему разрабатывать идеи, такие как создание радио.
  • Джефри воспринимается Амдиджефри как некий объект или сущность, связанная с кораблем.
  • Джефри является ключевой фигурой, чьи действия и успехи в работе с «данником» обсуждаются в сообщениях Древорезчицы.
Испытание радиомантий
  • Джефри — двуногий (человек).
  • Джефри обладает способностью говорить на самношке (языке стай).
  • Джефри проявляет осторожность и беспокойство в отношении безопасности экспериментов с радио.
  • Джефри считает, что радиокуртки для Амди слишком большие.
  • Джефри опасается, что высокая скорость работы радио может привести к «мыслесмятке» у тех, кто наденет куртки.
  • Джефри обладает «невероятно умелыми лапами» и помогал закреплять радиокуртки на Фрагменте Шкуродера.
  • Джефри давал инструкции по затягиванию ремешков на радиокуртках.
  • Джефри находится в тесном контакте с Амдиджефри, они вместе сидели на полу и переговаривались на самношке.
Путешествие и разговоры о щенках
  • Джефри жил в доме вместе с Йоханной.
  • У Джефри был щенок, который развивался быстрее, чем щенки Древорезчицы.
  • Щенок Джефри был способным фокусировать взгляд (в отличие от щенков Древорезчицы, которым до сих пор было тяжело это делать).
Разговор Равны и Фама
  • Джефри находится вместе с Зеленожкой.
  • Равна испытывает горесть из-за мыслей о Джефри.
  • Джефри нуждается в Равне.
  • Равна пытается придумать, какие изобретения пригодятся друзьям Джефри.
Ожидание связи и плесень
  • Джефри находится на борту корабля в командной рубке.
  • Джефри испытывал страх и нетерпение из-за того, что Равна пропустила сеансы связи.
  • Джефри спал беспокойным сном в гамаке своего отца.
  • Джефри находится в тесном контакте с Амди (двойка Амди спала у него на руках).
  • Джефри отреагировал на напряжение Амди, вскинувшись во сне.
  • Джефри выскочил из гамака, прошагал через рубку и включил свет.
  • Джефри проявил заботу об Амди, спросив, в порядке ли тот после получения травмы.
  • Джефри проворно вытащил из губы Амди застрявший волоконца грибка.
  • Джефри предложил попросить Стального Владыку соскрести плесень.
  • Джефри вместе с Амди ползал за стенными занавесями и обивкой, изучая плесень.
Разговор с детьми и Стальным
  • Джефри — ребенок (в тексте упоминается как «мальчик» и «щенок»)
  • Джефри находится в состоянии сильного эмоционального стресса: его лицо в слезах, а голос сорвался на визг
  • Джефри обеспокоен исчезновением Р-равны, которая не выходила на связь четыре раза
  • Джефри находится на корабле
  • Джефри испытывает физическую потребность в контакте и прижимается к Шкуродеру
  • Джефри не доверяет Шкуродеру из-за влияния его внутренних элементов (Ти, Ра или Тект)
  • Джефри находится в группе вместе с Амди и Шкуродером
Путь к лагерю Ранголита
  • Джефри является человеком.
  • Джефри связан с Шкуродером (упоминается как потенциальный союзник).
  • Шкуродер рассматривает возможность заручиться поддержкой Джефри в долгосрочной перспективе.
  • Шкуродер планирует использовать Джефри как тайного союзника среди людей.
Пленение и допрос Йоханны
  • Джефри — младший брат Йоханны.
  • Джефри жив.
  • Джефри был на борту корабля беженцев.
  • Джефри, по мнению Йоханны, мог помочь шкуродерникам.
  • Джефри является одним из тех, кто выжил после побоища (согласно воспоминаниям Йоханны).
Переговоры с Пронырой
  • Джефри жив
Разговор Стального с синглетом
  • Джефри является «щенком» (человеком), который находится под властью Стального.
  • Джефри характеризуется как «простодушный» и «по-детски наивный».
  • Джефри обладает знаниями об истории человечества, включая информацию о замках и войнах с людьми.
  • Джефри доверяет Стальному и проявляет к нему привязанность, ластясь и играя с ним, несмотря на угрозу со стороны хищника.
  • Джефри является одним из родителей «дражайшего» (вероятно, ребенка), чьи родители могут стать жертвами плана Стального.
  • Джефри настолько доверчив, что верит всему, что Стальной ему наплетет.
  • Джефри часто проявляет неповиновение и вынуждает Стального держаться «паинькой».
  • Стальной считает, что Джефри и его спутники (звездожители) заслужили смерти больше, чем кто бы то ни было.
Ожидание связи и разговор с Равной
  • Джефри находится на корабле беженцев под огромным каменным куполом.
  • Джефри выполнял простые процедуры техобслуживания, которые он заучил.
  • Джефри испытывает страх и тревогу, заглядывая в капсулы холодного сна, где находятся дети.
  • Джефри испытывает сильное волнение и не может усидеть на месте из-за ожидания корабля.
  • Джефри является взрослым человеком (ему девять лет по человеческим меркам).
  • Джефри чувствует ответственность за других, сравнивая себя с тем, каким он мог казаться Йоханне.
  • Джефри обладает способностью проявлять выдержку (или должен ее проявлять).
  • Джефри испытывает страх перед Древорезчицей, так как она преследовала его кошмары и причинила вред его родителям и Йоханне.
  • Джефри недолюбливает стаю Тиратект, вспоминая своих прошлых няньк.
  • Джефри находится в общении с существом по имени Амди (или Амдиджефри).
  • Джефри способен слышать и понимать стайные аккорды и реплики других персонажей.
  • Джефри находится в донжоне, где происходят события.
Полет Фама на шлюпке
  • Джефри обладает способностью говорить голосом Равны совершенно бегло.
  • Джефри находится вместе с Синглетом и другими спутниками на корабле.
  • Джефри находится в опасности вместе с Синглетом из-за приближения врагов.
  • Джефри находится на корабле, который был посажен на двигатель без антиграва.
  • Корабль Джефри был посажен его отцом.
  • Джефри находится в зоне конфликта, где враги подошли почти вплотную.
  • Джефри находится в том же месте, где и Синглет, и они вместе находятся в опасности.
  • Джефри находится на корабле, который находится под куполом замка на вершине Холма Звездолета (согласно информации, полученной Синглетом).
Йоханна и Странник на поле боя
  • Йоханна стремится найти Джефри.
  • Йоханна думает о том, что Проныра мог угадать что-то важное в отношении Джефри.
Оборона замка и маневры на поле боя
  • Джефри находился на бастионе.
  • Джефри является частью группы «Амдиджефри».
  • Джефри был вынужден направлять удар по радио по требованию Равны.
  • Джефри проявил признаки раздражения или недовольства из-за шума и неласкового обращения со стороны Стального.
  • Джефри перегнулся через парапет и выразил неуверенность в видимости ситуации («Но я не вижу…»).
  • Джефри был унесен вниз по лестнице в челюстях и лапах Шрека вместе с протестующей парочкой.
  • Джефри был вынужден подчиниться приказу Стального и уйти с парапета.
Переговоры по каналу связи
  • Джефри является одним из тех, с кем Стальной предлагает Равне поговорить для доказательства своих добрых намерений.
  • Джефри характеризуется Фамом как наивный (в противовес Йоханне).
  • Джефри находился в процессии вместе с остальными щенками и частью стаи Амди.
  • Джефри шел впереди части стаи Амди.
  • Джефри произнес реплику: «Я не видел ни одной вражеской пушки».
Побег через туннели
  • Джефри — мальчик.
  • Джефри является сыном родителей, которых убил Стальной Владыка.
  • Джефри находился в бегстве из Высокой Лаборатории.
  • Джефри не доверял зловещей Тиратект.
  • Джефри проявляет подозрительность и упрямство.
  • Джефри не доверял Стальному Владыке.
  • Джефри не понимает стайную речь, улавливая лишь основной смысл аккордов.
  • Джефри знает о существовании Йоханны.
  • Джефри испытывал страх перед тем, что Стальной Владыка хочет сделать с ними.
  • Джефри в начале отрывка был в состоянии эмоционального потрясения (схватил Тиратект за горло и тряс её).
  • Джефри проявил заботу о щенке Амди, похлопав его по плечу.
  • Джефри решил пролезть в лаз вместе с элементами Амди, чтобы выбраться наружу.
  • Джефри сомневался в искренности помощи Тиратект, думая, что это может быть очередной уловкой.
Побег из туннеля и встреча с битвой
  • Раньше Джефри любил ползать внутри стен, несмотря на темноту.
  • Раньше в преддверии открытий Джефри испытывал дрожь восторга, а при виде действий Амди — хихиканье.
  • Джефри привык полагаться на уверенность и ироничное остроумие Амди в течение года.
  • Джефри торопился и в процессе движения разорвал штаны о сколы камней.
  • Коленки Джефри кололо каменной крошкой, но он почти не чувствовал боли.
  • Джефри стукался макушкой о потолок лаза.
  • Джефри испытывал чувство тяжести и давления от нагроможденных сверху камней.
  • Джефри просил Амди подумать, в какой стороне подъем.
  • Джефри закричал, чтобы Амди не уходил далеко.
  • Джефри слышал, как льется нефть.
  • Джефри продолжал карабкаться вперед и вверх, несмотря на то что стены сузились и касались его плеч.
  • На лице Джефри текла струйка крови.
  • Джефри вжал голову в плечи, когда туннель снова сузился.
  • Джефри застрял в узком проходе, когда пытался протиснуться наружу.
  • Джефри видел красные пятна крови на своих ладонях.
  • Джефри снял куртку, чтобы попытаться оттолкнуться и выбраться.
  • Джефри смазал себе плечи нефтью, чтобы уменьшить трение.
  • Джефри выскользнул наружу и упал на землю.
  • Джефри вытащил из дыры двух щенков и вытер с их мордочек маслянистую грязь.
  • Джефри припал к углу и выглянул наружу, услышав боевой клич солдат.
  • Джефри почувствовал секундное желание подбежать к солдатам, которые долго были его защитниками.
  • Джефри является мальчиком.
Спасательная операция в огне
  • Джефри — космонавт.
  • Джефри находится в теле наездника (существа с живым стволом, ветвями и щупальцами).
  • Джефри обладает способностью управлять тележкой на колесах.
  • Джефри находится в опасной зоне, окруженной огнем и нефтяными лужами.
  • Джефри обладает способностью махать щупальцами и использовать их для защиты или управления предметами.
  • Джефри проявляет заботу о других: он призывает детей и щенков залезть в корпус тележки, чтобы спасти их от огня.
  • Джефри использует специальную накидку (покров), чтобы защитить других от жара.
  • Джефри испытывает сильный страх и панику в критической ситуации.
  • Джефри находится в теле существа, чья поверхность (ствол) мягкая на ощупь, подвижная и покрыта шерстью.
  • Джефри видит Йоханну по ту сторону нефтяного озерца.
  • Джефри слышит голос из вокодера (или другого устройства), который дает ему инструкции.
  • Джефри физически страдает от жара: его кожа пузырится, а волосы горят.
  • Джефри обладает способностью перемещаться сквозь пламя, в то время как другие персонажи этого не могут.
Последствия столкновения и планы Фама
  • Джефри находится рядом со Странником и Йоханной
  • Джефри находится в группе вместе с Фамом, Странником и Йоханной
Гибель Фама Нювена
  • Джефри — мальчик.
  • Джефри находится на корабле (контейнеровозе) вместе с Равной, Странником и другими персонажами.
  • Джефри находится рядом со своей сестренкой.
  • Джефри в присутствии щенков.
  • Джефри в какой-то момент застыл как вкопанный, прижав ладонь к рту, с глазами навыкае.
  • Джефри в конце отрывка сидит рядом с Равной на ступенях трапа.
  • Джефри в конце отрывка находится в окружении щенков.
Наблюдение за звездами
  • Джефри — ребенок, который находится в группе вместе с Равной, Йоханной и Амди.
  • Джефри обладает способностью чувствовать эмоции других (он почувствовал неуверенность Йоханны).
  • Джефри проявляет восторженность и любопытство к окружающему миру, например, обещая Равне, что ей понравится глубокий снег.
  • Джефри находится в тесном сближении с Амди, они вместе болтают и смеются.
  • Джефри демонстрирует определенную степень интеллектуальной активности, обсуждая высоту и скорость пролетающих метеоров.
  • Джефри физически реагирует на указания друга, крутясь и глядя туда, куда его направляет Амди.
  • Джефри способен на глубокие философские размышления и вопросы о судьбе выживших в космосе.
  • Джефри находится в состоянии эмоционального потрясения или переживания горя из-за потери «Стального».
  • Джефри вместе с Амди считается умнее других детей и одарен во многих аспектах.
  • Джефри находится на планете в окрестностях Тайного Острова, в районе Замка Звездолета.

Шкуродер

Шкуродер (Хозяин, Владыка, Странник-переводчик) — расчетливый деспот и гениальный мыслитель, способный разделяться на фрагменты, которые он подвергает пыткам ради всеведения. Он сочетает в себе способность к музыкальному сопереживанию с методами обучения через вивисекцию, оставляя после себя самодовольный Фрагмент, в котором конфликтуют остатки личности и ненавидящая его сущность Тиратект.

Шкуродер — многогранная сущность, обладающая статусом «Хозяина», «Владыки» и «Странника-переводчика». Являясь отпрыском Древорезчицы и результатом её экспериментов по отбору особей, он был обучен свободе мысли и экспериментам, что позволило ему стать гениальным мыслителем и создателем «Движения». Его доктрина базируется на беспощадной дисциплине, отсечении всего лишнего и рационализме. Шкуродер обладал способностью разделяться на фрагменты (элементы), которые он использовал для управления информацией, разведки и обеспечения всеведения. Для достижения этой цели он подвергал свои элементы пыткам, заставляя их носить тяжелые радиомантии, что вызывало у него физическую боль и риск потери рассудка. Как правитель, Шкуродер владел обширными территориями, включая горы и замок на Тайном Острове, и стремился к созданию первого Коллектива за пределами тропиков. Его влияние было настолько велико, что он мог мгновенно подчинять солдат и докеров, а его попытки подчинить восточные земли привели к массовым резням. Он создал уникальную армию шкуродерников, отличающуюся специфическими боевыми построениями (например, «коготь»), использованием огнеметов, пушек с исключительной дальностью и тактикой партизанской войны. Его слуги, известные как белокурточники, отличались высокой дисциплиной и выполняли широкий спектр задач — от теребления грузов до транспортировки трофеев и «чистки» полей боя, где раненых оттаскивали подальше, чтобы их крики не мешали остальным. Личность Шкуродера характеризуется как расчетливо жестокая и зловещая. Он был мастером хитрости, способным искусно сплетать правду с выдумкой и манипулировать родительской привязанностью других существ. Его методы обучения, основанные на страхе, боли и вивисекции, привели к созданию Стального Владыки — его самого успешного творения и «величайшего порождения». Несмотря на свою жестокость, Шкуродер обладал способностью к сопереживанию и мог вызывать доверие у детей, а также способен был издавать напевные звуки, похожие на музыку. После смерти или исчезновения в Республике Шкуродер оставил после себя «Фрагмент», который сохранил способность к речи, эмоциям и управлению силами домена. Этот фрагмент продолжает проявлять самодовольное поведение и осознает свою связь с остатками личности Шкуродера, в том числе с Тиратект — внутренней сущностью, которая проявляет к нему тихую ненависть и иногда перехватывает контроль над его действиями. Шкуродер оставил наследие в виде технологий радиосвязи, уникальных военных объектов и детальных планов по доставке своих фрагментов агентам по всему миру.
Ключевые факты (265)
Глава 2
  • Шкуродер владеет замком на Тайном Острове.
  • Шкуродер обладает владениями (доменом), расположенными в горах.
  • Шкуродер совершил неудачную попытку подчинить себе восточные земли.
  • После неудачной попытки подчинения восточных земель за Шкуродером последовал резня.
  • Шкуродер имеет сторонников, которые считаются фанатичными.
  • Шкуродер имеет сторонников, которые могут быть высокопоставленными (в отличие от сержантов низшего ранга).
  • У Шкуродера есть патрульные, которые охраняют его земли.
  • Земли Шкуродера находятся в зоне, где патрульные могут быстро прибывать к месту происшествия (в пределах мили от места падения звезды).
Наблюдение за битвой и разведка
  • Шкуродер — это имя или титул, связанный с культом или кликой.
  • Существует Замок Шкуродера.
  • Шкуродерники обладают собственной армией, включающей пехоту, стрелков и огнеметчиков.
  • Шкуродерники используют специфические боевые построения, например, «коготь».
  • Шкуродерники характеризуются как заядлые рационалисты.
  • Шкуродерники не слишком заботятся о раненых и покалеченных своих солдат, оттаскивая их подальше, чтобы крики не мешали остальным.
  • Слуги Шкуродера называются белокурточниками.
  • Шкуродерники используют чистильщиков для удаления фрагментарных бойцов с поля боя.
  • Шкуродерники используют волокуши для транспортировки раненых и трофеев.
  • Шкуродерники используют камуфляжные куртки и вооружение (накладные когти, боевые топорики).
  • Центр всемирного господства клики Шкуродера расположен в нескольких милях к северо-западу от места событий.
  • Шкуродерники контролируют обширные территории: на десятки миль вглубь континента их господство не оспаривается.
Схватка и путь к гавани
  • У Шкуродера есть слуги.
  • Слуги Шкуродера занимались тереблением чужацкого груза.
  • Слуги Шкуродера находились в окрестностях гавани и в холмах.
  • Слуги Шкуродера намерены оттащить мертвых в форт.
  • Слуги Шкуродера (белокурточники) были замечены вблизи летающего дома.
  • Слуги Шкуродера имеют прислужников, которые могут быть офицерами довольно высокого ранга.
  • Слуги Шкуродера обладают информацией о паролях гавани (в контексте того, что их прислужники могли знать их как свои когти).
Побег из гавани
  • Шкуродер является центром всемирного Движения.
  • Шкуродер занимался опытами, писал труды и строил планы покорения мира в мрачных башнях.
  • Шкуродер был убит в Республике шесть десятидневок назад.
  • Политическая полиция Республики сообщала, что тело Шкуродера было идентифицировано.
  • Доктрина Шкуродера запрещает ненужное украшательство кораблей.
  • Корабли, построенные по доктрине Шкуродера, могут курсировать как летом, так и зимой и годятся для перевозки войск.
  • Шкуродер имеет личное знамя красно-желтого цвета.
  • Шкуродер имеет прислужников.
  • Шкуродер имеет войска (пехотинцев) и трубы для подачи сигналов.
  • Шкуродер имеет систему сигналов, таких как Воззвание.
  • Шкуродер имеет элементы (или сторонников), которые могут избегать гибели и продолжать деятельность.
  • Шкуродер обладает значительным влиянием: его появление вызывает мгновенное подчинение солдат и докеров.
История и происхождение Стального Владыки
  • Шкуродер — создатель Стального Владыки, своего самого успешного творения.
  • Шкуродер занимался искусством душепривоя.
  • Вклад Шкуродера в дисциплину заключался в беспощадной решимости отсекать все ненужное и оставлять только важное.
  • Шкуродер без конца экспериментировал, отбрасывая все результаты, кроме самых успешных.
  • Шкуродер уповал на дисциплину, выбраковку, недосмерть и тщательный подбор элементов.
  • Шкуродер потратил семьдесят лет на опыты перед созданием Стального.
  • Шкуродер отправился обращать в свою религию Длинноозерную Республику.
  • Шкуродер никогда не стремился блистать внешностью.
  • Величайшая ставка Шкуродера — создание национального государства.
  • Шкуродер планировал создать первый Коллектив за пределами тропиков.
  • Шкуродер был создателем свор.
  • Шкуродер планировал отложить пересборку фрагментов до момента, когда они отплатят более чем на тысячу миль от Длинноозерья.
  • Шкуродер разработал детальные планы по доставке своих фрагментов к разным агентам.
  • Шкуродер обладает гениальным мышлением, способным строить совершенные планы даже при наличии лишь половины разума.
История города Древорезчика
  • Шкуродер был ненавидим почти так же, как и король Древорезчик в ранние годы.
  • Шкуродер был известен в те времена, когда народы юга были ограничены в мобильности войск из-за суровых зим.
Разговор Странника и Древорезчицы
  • Шкуродер является отпрыском Древорезчицы
  • Шкуродер является результатом эксперимента Древорезчицы по разведению и отбору особей
Маскарад Тиратект и планы Стального
  • Шкуродер был правителем земель, расположенных далеко за пределами видимости Тайного Острова.
  • Шкуродер владел замком на Тайном Острове.
  • Шкуродер правил землями, но никогда не ввозил туда провизию, храня запасы зерна и мяса в двухдневной досягаемости от проливов.
  • Шкуродер был известен своими хитростями и путями измен.
  • О Шкуродере ходили дурные слухи, которые не были исключительно правительственной пропагандой.
  • Шкуродер был настолько могущественным и влиятельным, что почти обратил в свою веру крупнейшую нацию континента.
  • Шкуродер мечтал править миром.
  • Шкуродер создал своих подчиненных (включая Стального), заставляя их покушаться на себя.
  • Шкуродер был связан с «Движением».
  • Шкуродер обладал способностью разделяться на фрагменты (элементы).
  • Шкуродер был связан с Тиратект: её душа была «повенчана» с обрубками Шкуродера.
  • Шкуродер обладал «зловещим» видом и «тяжким взором».
  • Шкуродер был настолько внушительной фигурой, что стража испытывала перед ним трепет и страх.
  • Шкуродер совершил ошибку, которую в гордыне полагал немыслимой (связанную с разделением на фрагменты).
Визит в лаборатории и отчеты
  • Шкуродер находится в Ожидании.
  • Шкуродер скользил по крепостному валу в сгущавшихся сумерках.
  • В самой старой части Замка на Тайном Острове находились первые лаборатории Шкуродера.
  • Лаборатории Шкуродера находились там, где обычный правитель разместил бы темницы.
Осмотр лабораторий и экспериментов
  • Шкуродер решительно взялся за поиск ответов на фундаментальные вопросы философии (почему мы верим, почему одни стаи гениальны, а другие — тупые).
  • Шкуродер проводил эксперименты с различными мыслепозами (звезды, двойные кольца, решетки).
  • Шкуродер создал эксперимент, в котором объединил восемь стай в одну.
  • Шкуродер обладал властью над другими, которая была прочнее, чем власть Стального.
  • Все великие творения Шкуродера пришли в мир в лабораториях, где билось «сердце Движения».
  • Шкуродер предпочитал вливать щенят в уже существующие стаи, подобно природе.
  • Шкуродер считал, что щенкостая подсознательно тянется к чужаку, словно к суррогатному родителю, из-за телесного контакта.
Размышления и планы Стального
  • Шкуродер источил стены замка лабиринтом тайных ходов.
  • Шкуродер является одним из тех, кто обладает способностями, которые Стальной называет «сверхстайными способностями».
  • Стальной характеризует Шкуродера как существо, обладающее такими же способностями, как и он сам.
  • Стальной называет Шкуродера «Фрагментом Шкуродера» в контексте своих мыслей о страхах перед кораблем со звезд.
Эксперимент со связью
  • Шкуродер обладает способностью причинять боль или наносить урон (его действия сравниваются со 'смертоносным скальпелем').
Предыстория Проныры и его роль
  • Шкуродер обладает внутренним кругом, в который Проныра смог внедрить разведчиков.
  • У Шкуродера есть планы, страхи и слабости, о которых Проныра узнал благодаря шпионам.
  • Шкуродер осуществляет вражеские операции низкого уровня без отчетов.
  • Шкуродер связан с Двуногим (упоминается в контексте возможного доступа к Даннику).
Инспекция стройки и внезапная стычка
  • Шкуродер — это сущность или личность, фрагмент которой (Фрагмент Шкуродера) способен наблюдать за событиями из зала совещаний.
  • Шкуродер обладает способностью «врезатьть скальпелями» умение быстро соображать (в контексте влияния на мысли или действия Стального).
  • Шкуродер внес решающее новшество в организацию рабочих стай, фактически позаимтовав его у тропических стай.
  • Рабочие Шкуродера остаются «слепленными вместе постоянно» в тесных бараках, из-за чего обратное разделение разумов невозможно.
  • Метод Шкуродера привел к тому, что исходные стаи рабочих бригад со временем тупеют настолько, что уже не могут распаться сами.
  • Фрагмент Шкуродера проявляет эмоции (мрачное веселье) при наблюдении за действиями Стального.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Шкуродер является 'Великим Учителем с Ножом'.
  • Шкуродер был 'Хозяином', чья душа была разделена на стаи.
  • Шкуродер в 'Полноте Своей' ушел навеки.
  • Шкуродер оставил после себя 'Фрагмент', который находится в зале совещаний на Холме Звездолета.
  • Фрагмент Шкуродера обладает способностью к речи и может выражать эмоции, например, тихий шипящий смех.
  • Шкуродер обучал Стального, который является его учеником.
  • Шкуродер обладал талантами, которые Стальной обратил себе на службу.
  • Шкуродер в прошлом занимался строительством военных объектов и ликвидацией строителей Тайного Острова.
  • Шкуродер обладал методами работы, включающими построение, испытание и повторное построение объектов без тупиков.
  • Шкуродер имел свои собственные лаборатории в Республике.
  • Шкуродер обладал способностью манипулировать родительской привязанностью у других существ.
  • Шкуродер обладал 'размахом помыслов', который Стальной стремится превзойти.
Испытание пушки и последствия
  • Йоханна предполагает, что испытание пушки может быть новой хитростью Шкуродера
Размышления о ситуации и жизни на корабле
  • Шкуродер — одно из имен, которое используют для обозначения кого-то в контексте королевства Тайного Острова.
  • Шкуродер является одним из титулов или имен, которые Фам Нювен считает грозными, но не обязательно значимыми.
  • Шкуродер связан с планетой Когтей.
  • Шкуродер является лидером или правителем в контексте отношений с древорезчиками (его называют Стальным Владыкой).
  • Шкуродер строит в стенах своего замка посадочную площадку для корабля «Внеполосный-II».
  • Шкуродер ведет переговоры с Джефри через него, пытаясь выяснить истинные цели прибывающих.
  • Шкуродер планирует прополку оппозиции своими стараниями.
  • Шкуродер рассматривает возможность заманивания спасателей в ловушку, если те проявят беспечность.
  • Шкуродер может использовать ложные сообщения о возможности отстыковки корабля от ультрадвигателя.
  • Шкуродер может использовать безвредные ловушки для корабля.
  • Шкуродер может использовать шантаж в отношении планеты Когтей.
Разговор Тиратект и Стального
  • Шкуродер был основным потомком «Благородного Древорезчика».
  • Шкуродер был обучен Древорезчиком свободе мысли и эксперимента.
  • Шкуродер обладал «жуткой натурой».
  • Шкуродер был отправлен в изгнание вместо казни.
  • В изгнании Шкуродер создал тварей, подобных Стальному.
  • Шкуродер был обладателем мудрости, которую позже обрела Тиратект.
  • Шкуродер был «Хозяином» Стального.
  • Шкуродер обладал талантами, которые он передал своему родственнику Проныре.
  • Шкуродер обладал способностями, которые он использовал для создания иерархии безумия.
  • Шкуродер считался существом, чьи действия и гордыня могли привести к пределам, куда боялся ступить даже его родитель.
Испытание радиомантий
  • Шкуродер пожертвовал часть собственных богатств на эксперименты с радио.
  • Шкуродер экспериментировал со Стальным на других существах, часто доводя их до гибели.
  • Шкуродер характеризуется как расчетливо жестокий.
  • Шкуродер обладает властью над Тиратект, которая становится сильнее, когда он посещает мрачные закутки ее разума.
  • Шкуродер является владельцем или создателем Стального (согласно мыслям Тиратект: «Я сотворила Стального» в контексте отношений с Шкуродер).
  • Шкуродер связан с Фрагментом Шкуродера (Стальным), который является его элементом/частью.
  • Шкуродер связан с цивилизацией шкуродерников, чьи технологии (радио) считаются базовыми для более продвинутых цивилизаций.
Испытание радиотелепатической связи
  • Шкуродер является Владыкой.
  • Шкуродер построил великую империю.
  • Шкуродер любил свой домен (место, где находится замок).
  • Шкуродер погиб или исчез (у него остались воспоминания, но он не присутствует в текущих событиях).
  • Шкуродер был владельцем замка, который Тиратект видела в своих воспоминаниях.
  • Шкуродер, вероятно, не гулял в молодости меж узких скал (согласно предположению Тиратект о его подготовке к радиосвязи).
Разговор Йоханны и Древорезчицы в палатке
  • Шкуродер — это название домена, в центре которого находится текущее местонахождение героев.
  • У Шкуродера есть высшие круги власти, в которых есть агенты Проныры.
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Шкуродер является создателем расы сверхстай и элементов в мантиях.
  • Его наука позволила создать элементы, которые индивидуально так же умны, как целая стая.
  • Шкуродер был наставником Стального Владыки.
  • Шкуродер отщепился от Древорезчицы.
  • Шкуродер стремится к богоподобию.
  • Шкуродер обладает способностью к всеведению через использование радиомантий.
  • Шкуродер может одновременно управлять несколькими элементами в разных местах.
  • Для достижения всеведения Шкуродер подвергает свои элементы пыткам, заставляя их носить тяжелые и жаркие радиомантии.
  • Шкуродер испытывает физические страдания от радиомантий: они вызывают потертости, ссадины и могут привести к безумию при снятии.
  • Шкуродер может терять рассудок на час, когда один из его элементов снимает мантию для гигиены.
  • Шкуродер обладает способностью воспринимать звуковые и зрительные впечатления из разных мест одновременно.
  • Шкуродер планировал уничтожить Древорезчицу в течение сотни лет.
  • Шкуродер обладает способностью манипулировать другими существами (в отличие от методов самого Стального).
  • Шкуродер использует элементы для разведки и управления информацией по всей стране вокруг Холма Звездолета.
Разговор с детьми и Стальным
  • Шкуродер испытывал жуткие вопли в глубине разума, когда поднимался на дальние пики с Ранголитом или когда подсаживалась мантия.
  • В сознании Шкуродера присутствуют элементы: Ти, Ра, Тект и Тиратект.
  • Тиратект проявляет к Шкуродеру тихую ненависть и иногда перехватывает контроль над его действиями.
  • Шкуродер планирует провести 'ампутацию' элементов (убить Текта), чтобы стать могущественнее.
  • Шкуродер был участником или свидетелем 'резни в Парламентской Чаше'.
  • Шкуродер обладает статусом Хозяина.
  • Шкуродер скрывает свои истинные мысли от Стального, имитируя общение с Ранголитом.
  • Шкуродер обладает способностью манипулировать чужими слабостями.
  • Шкуродер умеет искусно сплетать правду с выдумкой.
  • Одним из талантов Шкуродера является сопереживание.
  • Шкуродер физически ощущает боль (под мантией у него есть ссадина).
  • Шкуродер ведет себя с детьми Амдиджефри, позволяя им прижиматься к себе, несмотря на их недоверие.
  • Шкуродер способен вызывать у детей доверие, если бы не вмешательство его внутренних элементов.
Путь к лагерю Ранголита
  • Шкуродер — это существо (или сущность), обладающее несколькими телами, называемыми элементами.
  • Шкуродер носит темные мантии с золотыми и серебряными нитями, цвета владык домена.
  • Шкуродер обладает статусом повелителя (его называют 'повелитель').
  • Шкуродер имеет шерсть, которую можно погладить в местах, не закрытых мантией.
  • Шкуродер способен издавать шипение.
  • Шкуродер обладает способностью к телепатии или ментальному воздействию (упоминается отсутствие 'мыслешума' у солдат рядом с ним).
  • Шкуродер обладает способностью к дальновидению или знанию местности (он точно знал расположение постов Проныры).
  • Шкуродер может отдавать приказы солдатам и другим элементам.
  • Шкуродер находится в состоянии сильной усталости.
  • Шкуродер скрывает факт своего участия в вылазках от Стального.
  • Шкуродер вступает в панибратские отношения с Дальноведчиком Ранголитом.
  • Шкуродер обладает внутренним конфликтом: внутри него есть 'предательница' (Тиратект), которая пытается перехватить контроль над стаей.
  • Шкуродер называет себя 'повелителем лжи'.
  • Шкуродер способен подавлять и уничтожать чужие души/личности внутри своей стаи.
  • Шкуродер может имитировать потерю сознания.
  • Шкуродер испытывает эмоциональные колебания: от нерешительности и страха до холодного расчета и удовлетворения.
  • Шкуродер планирует убийство Йоханны Ольсндот.
Пленение и допрос Йоханны
  • Шкуродер — существо, обладающее зловещей изобретательностью.
  • Шкуродер построил империю, которой сейчас владеет Стальной.
  • Шкуродер жил почти столетие до появления Стального.
  • Шкуродер является источником талантов и изобретательности королевы Древорезчицы.
  • Шкуродер был известен как изобретатель средних талантов.
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Шкуродерники обладают пушками, которые бьют втрое дальше и весят вчетверо меньше, чем пушки, построенные Щепетильником.
  • Шкуродерники обладают исключительной координацией в действиях.
  • Тактика шкуродерников характеризуется как «выше всяких похвал».
  • Шкуродерники действуют в тылу армий Древорезчицы с убийственной точностью.
  • Шкуродерники используют обычные арбалеты и секиры в качестве оружия.
  • Партизаны Шкуродера способны серьезно повредить линии снабжения.
  • Шкуродер описывается как «злобный отпрыск» Древорезчицы.
  • Шкуродерники используют тактику партизанской войны.
Разговор Стального с синглетом
  • Шкуродер является обладателем власти или статуса, позволяющего ему иметь профессионалов империи и элементов.
  • Шкуродер известен жестокими методами обучения: он «кроил» Стального ножами и ставил задачи, за ошибку в которых следовала смерть.
  • Шкуродер является объектом ненависти для Стального («Я ненавижу Шкуродера больше всех на свете»).
  • Шкуродер обладает способностью обучать других (Стальной называет себя «учеником» Шкуродера).
  • Шкуродер имеет элементы (например, синглета), которые подчиняются его воле.
  • Шкуродер обладает стратегическим мышлением, связанным с военными планами и управлением империей.
Путешествие к планете Когтей
  • Шкуродер является сущностью, имеющей фрагменты (в частности, упоминается Фрагмент Шкуродера).
  • Фрагмент Шкуродера отвечает за силы домена по всему югу от Холма Звездолета.
  • С сегодняшнего дня Фрагмент Шкуродера также отвечает за Амдиджефри по приказу Стального.
  • Фрагмент Шкуродера ведет себя самодовольно и почти нагло.
  • Несмотря на то, что он раскидан на много миль, Фрагмент кажется более цельным, чем когда-либо.
  • Шкуродер-Тиратект является личностью, от которой Стальной тщательно скрывает знания об экспериментах со вторым комплектом мантий.
  • Великий (Стальной) считает, что Шкуродер — «царица его улья».
Спасательная операция и наблюдение
  • Шкуродер является одним из помощников Стального.
  • Шкуродер характеризуется как очень хитрый персонаж.
  • Шкуродер обладает хладнокровием.
  • Шкуродер способен прикидываться «мелкой сошкой» (скрывать свой истинный статус или значимость).
Приказы Стального и уход Шрека
  • Шкуродер является Фрагментом (существом, состоящим из частей/элементов).
  • Шкуродер преследовал Стального с первого дня жизни.
  • Шкуродер продолжал преследовать Стального даже после того, как в основном умер.
  • Шкуродер был когда-то учителем Стального.
  • Шкуродер описывается как 'старый приспособленец'.
  • Шкуродер обладает способностью к воображаемым диалогам и может казаться 'целостным' или 'самодовольным'.
  • Шкуродер в какой-то момент был слаб и подчинялся 'жалкой училке', но позже 'прогрыз себе путь обратно' и снова стал собой.
  • Шкуродер утверждает, что основа его души — от 'жалкой училки', которая его одолела.
  • Шкуродер обладает способностью к 'мыслешуму' (смутному мыслешуму).
  • Шкуродер может принимать форму призрака (в тексте упоминается 'ухмылка призрака').
  • Шкуродер способен на хитрость и обман: он утверждает, что не дает Стальному взорвать звездолет, чтобы выторговать себе 'почетные условия сдачи'.
  • Шкуродер может восстанавливаться или воссоединяться (в тексте упоминается, что Фрагмент умудрился воссоединиться в 'пятерку в полном сборе').
  • Шкуродер обладает способностью к мимикрии или имитации поз (в тексте упоминается 'прежняя поза Шкуродера').
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Шкуродер — это личность, которая, по мнению Древорезчицы, может «дать о себе знать» в будущем.
  • Шкуродер упоминается в контексте событий после поражения Стального Владыки.
  • Древорезчица характеризует Шкуродера как «дражайшего».
Подготовка к встрече
  • Шкуродер владел землями, на которые когда-то совершило вторжение.
  • Шкуродер уходил в Республику.
  • По слухам, Шкуродер оставил на севере редуты с войсками.
  • Шкуродер, по слухам, рассыпался повсюду на разделенные километрами синглеты и координировал отступление.
  • Шкуродер укреплял территорию в течение десятилетий.
  • Шкуродер стал искать встречи с армией Древорезчицы (не для контратаки) примерно через двадцать дней после битвы.
  • Шкуродер возглавлял стаю, которая вышла к северному фьорду с длинным штандартом.
Договоренность с Древорезчицей
  • Шкуродер обладает способностью говорить (его голос описывается как тихий и вкрадчивый).
  • Шкуродер может выражать эмоции и мысли через физические жесты: он ткнул мордой в карты и совершил жест, при котором его элементы посмотрели друг на друга.
  • Шкуродер называет Древорезчицу «королевой».
  • Шкуродер готов отказаться от всех предыдущих договоренностей ради возможности позаботиться об остатках Стального.
  • Шкуродер называет Стального своим «величайшим порождением» и признается, что гордится им.
  • Шкуродер признает свою ответственность за Стального.
  • Шкуродер использует методы воспитания/создания существ, основанные на ножах, страхе и боли.
  • Шкуродер обещает Древорезчице отказаться от использования ножей и вивисекции в отношении Стального.
  • Шкуродер хочет сохранить свое имя, но готов принять новое имя, когда другие поймут, что Тиратект победила.
  • Шкуродер является Странником-переводчиком.
  • Шкуродер способен издавать звуки, похожие на музыку (слабое напевное сплетение аккордов).
Договоренность с Древорезчицей
  • Странник-переводчик — это имя Шкуродера.
  • Шкуродер обладает способностью к общению с другими существами (его называли Странником-переводчиком).
  • Шкуродер является создателем Стального, называя его своим «величайшим порождением».
  • Шкуродер испытывает гордость за Стального, но также несет за него ответственность.
  • Шкуродер признает использование методов ножей, страха и боли в прошлом.
  • Шкуродер готов отказаться от всех предыдущих договоренностей с Древорезчицей ради возможности позаботиться об остатках Стального.
  • Шкуродер обещает Древорезчице больше не использовать ножи и вивисекцию.
  • Шкуродер хочет сохранить свое имя, но готов принять новое имя от других, когда они осознают победу Тиратекта.
  • Шкуродер способен на искренние мольбы и не проявляет сарказма в важных разговорах.
  • Шкуродер способен на глубокие эмоциональные жесты (его элементы в буквальном смысле посмотрели друг на друга).
  • Шкуродер способен издавать напевные звуки, похожие на музыку.

Зеленожка

Зеленожка — древний наездник в облике растения с вокодерным голосом, чей разум балансирует между личной волей («ножкой») и статусом «разумной бомбы», способной к мгновенному порабощению. Несмотря на хрупкость и последствия пережитого шока, она сочетает в себе пронырливую натуру торговца с самоотверженной ролью эмоциональной опоры и защитника.

Зеленожка — представитель древней расы наездников, существа, чья биология и машинный интерфейс поддерживают уникальное равновесие уже более миллиарда лет. Внешне она напоминает деревце в горшке с тонкими ветвями, кроной, стеблем и щупальцами, способными застывать в комичном беспорядке. Несмотря на растительный облик, Зеленожка обладает естественным умом, способным испытывать глубокие чувства: от застенчивости и искренней привязанности до ужаса и сочувствия. Ее голос, передаваемый через вокодер, напоминает перемежающееся писком порывистое дыхание или мерное напевное гудение, а ветви способны издавать милый шелест или имитировать улыбку. Являясь опытным торговцем и наездницей, Зеленожка на протяжении двухсот лет путешествует в супружеской паре с Синепанцирем. Она обладает глубокими знаниями навигации в Запределье, истории торговых маршрутов и особенностями работы корабля «Внеполосный-II». В отношениях с партнером она ведет себя мягче и застенчивей, часто выполняя роль эмоциональной опоры: она способна физически защищать Синепанциря от ветра, укрывать его своим телом или помогать в сложных маневрах. При этом Зеленожка признает его мастерство и не стесняется собственной пронырливости в делах, обладая навыками разводок и заключения сделок. Особый статус Зеленожки связан с ее происхождением: ее раса считается «разумными бомбами» и тайным оружием Погибели, способными быть мгновенно перевербованными (порабощенными) через контакт с большой тележкой. Она сама признает эту уязвимость и втайне благодарит Синепанциря за то, что он закрывает ее перед внешними угрозами. В ходе опасных миссий Зеленожка проявляет самоотверженность, предпочитая борьбу с Погибелью личным рискам и способную анализировать свои мотивы, признавая, что ее движет не только «тележка» (технологическая база), но и «ножка» (личная воля). После пережитого опыта порабощения и последующей «перевербовки» Зеленожка находилась в состоянии глубокого шока и регрессии, напоминая человека после инсульта. Сейчас она восстанавливается, используя специальную «псевдотележку» — простую модель с кратковременной памятью, которая позволяет ее естественному уму фиксировать важные переживания. Несмотря на хрупкость своего тела и наличие рубцов на ветвях, она остается верным союзником Равны и Фама, проявляя заботу о них и используя свои способности к анализу среды и защите, чтобы помогать группе в условиях катастрофы.
Ключевые факты (258)
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Зеленожка — это существо, которое может оживать (в контексте фразы «ожила другая – как там ее, Зеленожка?»).
  • Зеленожка является спутницей или сородичем Синепанциря (наездника на тележке).
  • Зеленожка находится в том же месте, что и Синепанцирь (в клубе «Бродячая компания»).
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка обладает способностью прошептывать или прошептывать информацию (в тексте указано: «Зеленожка что-то прошептала»).
Беседа в «Бродячей компании»
  • Зеленожка является торговцем.
  • Зеленожка относится к расе наездников.
  • Зеленожка — представитель расы, достигшей долговременной стабильности в Запределье.
  • Внешность Зеленожки и машинный интерфейс поддерживаются в уникальном равновесии уже более миллиарда лет.
  • Зеленожку можно было бы принять за деревца в горшке, водруженное на тележку.
  • Голос Зеленожки больше напоминает перемежающееся писком порывистое дыхание.
  • Зеленожка состоит в супружеской паре с Синепанцирем.
  • Зеленожка испытывает к Синепанцирю глубокую привязанность.
  • Зеленожка обладает застенчивым, но упрямым и искренним характером.
  • Зеленожка стесняется собственной пронырливости.
  • Зеленожка втайне благодарит Синепанциря за то, что тот закрывает его уязвимость.
  • Зеленожка охотно рассказывает подробности своей жизни в Запределье.
Разговор Равны по телефону
  • Зеленожка является одним из наездников.
  • Зеленожка связывается с Равной по телефону.
  • Зеленожка благодарит Равну за помощь в решении вопроса с беженцами.
  • Зеленожка сообщает, что Организация начала немедленный поиск беженцев после разговора с Равной.
  • Зеленожка упоминает, что для поиска выделен целый трансивер из опорной сети.
  • Зеленожка сообщает, что поиск будет стоить дорого.
Разговор наездников на пляже
  • Зеленожка — существо с тонкой зеленой стебленожкой.
  • Зеленожка обладает способностью издавать милый шелест.
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка обладает естественным умом, в котором проникают чувства ужаса и сочувствия.
  • Зеленожка участвует в спасательной экспедиции вместе с Синепанцирем.
  • Зеленожка согласилась на опасный рейс к Дну Запределья ради спасения цивилизаций от Страумлианской Погибели.
  • Зеленожка признает, что они с Синепанцирем рискуют жизнью, но хочет попытаться.
  • Зеленожка готова отказаться от чего-то ради того, чтобы тронуться в путь.
  • Зеленожка придает борьбе с Погибелью большее значение, чем личным опасностям.
  • Зеленожка способна анализировать свои мотивы, признавая, что её движет «ножка», а не только «тележка».
  • Зеленожка наблюдала за распространением Погибели с самого начала.
Разговор Равны и Фама
  • Зеленожка находится в группе с Синепанцирем.
  • Зеленожка передвигается на тележке.
  • Зеленожка выбирался из воды вместе с Синепанцирем.
  • Косметические полосы по бокам тележки Зеленожки поблескивали от влаги.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Зеленожка не отказывается от спасательной миссии, несмотря на крах планов, связанных с Фамом Нювеном.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка находится в компании Синепанциря и Равны.
  • Зеленожка ведет себя мягче и застенчивей, чем её партнер Синепанцирь.
  • Зеленожка время от времени вставляет словечко в разговор Синепанциря.
  • Зеленожка выражает радость по поводу отложенного отлета корабля «Внеполосный-II».
  • Зеленожка обладает более реалистичной точкой зрения по сравнению с Синепанцирем.
  • Зеленожка сообщила, что на Маршрутизаторе что-то странное и главные трансиверы прекратили обслуживать пользователей.
  • Зеленожка сообщила, что локалка замусорена, автоматика в чрезвычайном режиме, а многих сотрудников вызвали.
Побег от разрушающихся Причалов
  • Зеленожка — наездник, использующий тележку.
  • Зеленожка обладает способностью преграждать путь партнеру и укрывать его с обращенной к морю стороны.
  • Зеленожка способен физически удерживать и защищать Синепанциря от ветра.
  • Зеленожка вместе с Синепанцирем использует третью ось своих тележек, чтобы отталкиваться от земли и ползти вверх по склонам.
  • Зеленожка находится в группе с Синепанцирем и Равной.
  • Зеленожка прикрепил свою тележку к липучкам-присоскам на стенах корабля «Внеполосный-II».
Побег из системы и прыжок
  • Зеленожка является наездницей.
  • Она обладает способностью говорить и выражать мысли (отзывается вместо Синепанциря).
  • Внешне она состоит из веток, имеет крону, стебель и щупальца (которые могут застывать в комичном беспорядке).
  • Она способна физически взаимодействовать с Синепанцирем: сплетаться с ним ветками, подкатываться к нему и отлепливаться от присоски.
  • Она обладает знаниями о торговле: знает, что дальнерейсовая торговля — их способ заработка.
  • Она знает о тренировках Синепанциря и признает его мастером своего дела.
  • Она обладает способностью к эмоциональному реагированию (застенчивость, гордость, молчание).
  • Она может совершать сложные маневры в космосе, описывая плавные дуги и переворачиваясь кроной вверх.
  • Она способна анализировать ситуацию и выражать сомнения относительно возможности победить Силу.
  • Она является спутницей Синепанциря и вместе с ним выполняет контракты.
  • Она обладает способностью к общению с Синепанцирем через шелест веток и другие невербальные сигналы.
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Зеленожка вместе с Синепанцирем отклоняет корабль от курса на несколько световых лет каждые двадцать часов, чтобы подключиться к линиям Известной Сети
  • Зеленожка обсуждает с Равной и Синепанцирем новости и пытается вычленить предпочтительную интерпретацию событий
  • Зеленожка достаточно хорошо разбирается в людях, чтобы понять, что никакой ответ не устраивает Равну
  • Зеленожка совершает действие: поездила туда-сюда перед окном Сети и вытянула веточку, коснувшись ею Равны
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Зеленожка сообщила, что мозг Фама Нювена не пострадал и его восстановление полное
  • Зеленожка появилась на мостике корабля «Внеполосный-II»
  • Зеленожка весело шелестит, когда говорит
  • Зеленожка проводила веточкой над панелью управления
  • Зеленожка меняла окна на экранах
  • Зеленожка проверяет, нет ли за кораблем «хвоста» (следующих за ними), анализируя ультраволновые всплески
  • Зеленожка пыталась «расшевелить» Фама Нювена
  • Зеленожка является инопланетянкой
Диалог на борту корабля
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка способна говорить (в отличие от Синепанциря, который использует вокодер).
  • Зеленожка может издавать шелестящие звуки ветками.
  • Зеленожка обладает информацией о навигации в Запределье и знает, что оно меняется по мере спуска.
  • Зеленожка сообщает, что каждый скачок в Запределье длится дольше предыдущего.
  • Зеленожка знает о существовании Медленной Зоны и о том, что корабль рассчитан на экстраполяцию замедления.
  • Зеленожка сообщает, что условия навигации в текущем месте худшие за тысячу лет.
  • Зеленожка сообщает, что пик шторма, по мнению комментаторов, уже миновал.
  • Зеленожка оценивает время прибытия к цели в сто двадцать дней или около того.
  • Зеленожка утверждает, что серьезная проблема с повреждениями корабля не обязательно разовьется внезапно.
  • Зеленожка подтверждает, что большая часть нужной информации для повторных изобретений уже есть в корабельной библиотеке.
  • Зеленожка может испытывать эмоции, такие как обескураженность.
Изучение теории прыжков
  • Зеленожка участвует в обсуждении на командном мостике корабля «Внеполосный-II»
  • Зеленожка выразила мнение, что некоторые химические анализы требуют предварительных поисков и тестов
  • Зеленожка отметила, что в экспериментах должна проверяться токсичность
  • Зеленожка указала на недостаток знаний о стаях по сравнению с обычными запусками программ
Жизнь и работа на корабле
  • Зеленожка — один из четырех путников, находящихся на корабле «Внеполосный-II».
  • Зеленожка является прирожденным торговцем.
  • Зеленожка вместе с Синепанцирем объездил много миров.
  • Зеленожка обладает навыками разводок, сделок и торговли.
  • Зеленожка — наездник.
  • Зеленожка делится историями о своих приключениях и торговых поездках с другими спутниками.
  • Зеленожка отдыхает в командной рубке корабля, которую Фам преобразил в подобие замка.
  • Зеленожка комментировала имитацию торговой стоянки в рубке, отметив, что она напоминает ей времен первых полетов с Синепанцирем.
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка летит вместе с Синепанцирем уже двести лет.
  • Зеленожка обладает способностью опознавать виды существ (хотя в данном случае не смогла уверенно опознать ни один из видов на арке).
  • Зеленожка вместе с Синепанцирем готовится к переговорам со святым Ринделлом.
  • Зеленожка вместе с Синепанцирем спускается в грузовой трюм корабля перед выходом за борт.
  • Зеленожка находится на борту корабля «Внеполосный-II».
Путешествие к Гармоничному Покою
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Зеленожка обладает способностью смотреть во все стороны.
  • Зеленожка внимательно анализирует окружение и сопоставляет его с известными данными.
  • Зеленожка анализирует технологические аспекты среды (например, пригодность антиграв-ткани или высокотехнологичных товаров).
  • Зеленожка сохраняет идеи людей, которые задают вопросы о башнях, для размышлений на досуге.
  • Зеленожка посетила восемь кольцевилизаций за свою жизнь.
  • Зеленожка участвует в игре по выявление параметров личности, способностей и наклонностей собеседника через диалог.
  • Зеленожка вместе с Синепанцирем отбирает образцы товаров из кладовой для обмена или демонстрации.
  • Зеленожка находится в состоянии беспокойства или опасности из-за поведения «бабочек-вояков».
Утешение Равны и новости
  • Зеленожка находится на корабле вместе с Синепанцирем и Фамом Нювеном.
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка выразил сомнение в том, что бабочки-убийцы — это просто показуха.
  • Зеленожка заметил наличие двадцати кораблей в ремонтной гавани.
  • Зеленожка задал вопрос о причинах одновременного ремонта стольких двигателей.
  • Зеленожка не искал оправданий, когда Равна призвала его проснуться, а вместо этого объехал партнера, чтобы лучше видеть окно коммуникатора.
  • Зеленожка проявил интерес к структурному мотиву (проитерированные треугольники с аннотациями на трисквелине) в открытом окне.
  • Зеленожка способен перемещаться (объезжать других), что может указывать на его физическую форму или способ передвижения.
Разговор в рубке и перелет
  • Зеленожка обладает ветвями, которые шелестят в аналоге улыбки.
  • Зеленожка способна отвечать за Синепанциря, когда тот не знает, что сказать.
  • Зеленожка проявила смущение в процессе общения с Синепанцирем.
  • Зеленожка является наездником (существом, способным управлять кораблем или взаимодействовать с ним в качестве наездника).
Наблюдение за сделкой из корабля
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка помогала Синепанцирю протаскивать шпалеры вокруг аквариума на аэростате.
  • Зеленожка обладает собственными камерами, транслирующими изображение.
  • Зеленожка имеет тележку.
  • Зеленожка способна общаться на своем языке (прошептала что-то на своем языке).
  • Зеленожка может взаимодействовать с другими наездниками (взаимодействовала с наездником, который висел над ее тележкой в дружеской беседе).
  • Зеленожка способна самостоятельно отделяться от группы и воспарять над торговым рядом.
  • Зеленожка использует газовые двигатели вместо колес.
  • Зеленожка исчезла во время торговой сделки, что вызвало беспокойство у Синепанциря.
Путешествие к Зеленожке
  • Зеленожка является членом экипажа корабля «Внеполосный-II».
  • Зеленожка обладает собственным транспортным средством — тележкой.
  • На тележке Зеленожки есть косметические полоски.
  • Передняя часть тележки Зеленожки бугрится выступом, похожим на стержень (вероятно, крепежный механизм или оружие).
  • Зеленожка способна самостоятельно перемещаться и входить в туннели.
  • Зеленожка обладает способностью к самостоятельному принятию решений (она сама решила остановиться в колонии наездников).
  • Зеленожка умеет общаться с местными наездниками и была приглашена ими в их колонию.
  • Зеленожка знает Синепанциря (он знает её двести лет).
  • Зеленожка может самостоятельно устанавливать связь (в определенный момент она подала локальный сигнал).
  • Зеленожка способна самостоятельно принимать приглашения от других рас и планировать отдых.
  • Зеленожка была замечена Синепанцирем в группе из пяти наездников, где она замыкала шеренгу.
Бой Фама с наездниками
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка обладает вооруженными напарниками.
  • Зеленожка использует тактику выманивания противника.
  • Зеленожка характеризуется как коварная.
  • Зеленожка описывается как неизменно тихая и застенчивая.
  • Зеленожка способна координировать действия с другими наездниками.
  • Зеленожка владеет лучеметом.
  • Зеленожка способна использовать оружие для защиты союзников (окатила стены струей огня, чтобы прикрыть Синепанциря).
  • Зеленожка способна проявлять колебания в действиях (поколебалась перед тем, как навести оружие на Синепанциря).
  • Зеленожка способна выцеливать противника своим оружием.
Разговор Фама и Равны в медотсеке
  • Зеленожка является наездницей.
  • Она была подругой и верной союзницей Фама и Равны с самого начала.
  • Она была похищена вымогателями-наездниками и заманена в ловушку.
  • Она находится в корабельном автохирурге (втором корпусе) под уходом Синепанциря.
  • Она находится в состоянии, когда не может говорить.
  • Она была полностью перевербована (порабощена) за считанные секунды.
  • Она сама, с энтузиазмом, заманила героев в ловушку (не под принуждением).
  • Ее тело (ветви) выглядит хрупким, некоторые ветви отсутствуют, а ствол не пострадал.
  • Ее тело в автохирурге погружено в воду с турбулентным потоком воздушных пузырьков.
  • Ее тележка была отстрелена в ходе перестрелки.
  • Она является частью древней расы наездников, чьи предки попали в эволюционную ловушку.
  • Она была верна героям до момента столкновения с порабощенными Искажением наездниками.
Спор о судьбе наездников
  • Зеленожка является наездником.
  • Зеленожка была перевербована.
  • Состояние Зеленожки может не восстановиться после гибели тележки.
  • Зеленожка находится на корабле вместе с Фамом и Равной.
Размышления Равны в каюте
  • Зеленожка является представителем наездников — чудевной миролюбивой расы, созданной Погибелью.
  • Зеленожка является другом и союзником Равны.
  • Зеленожка участвует в миссии вместе с Равной, Синепанцирем и Фамом.
  • Зеленожка считается потенциальным врагом из-за исходящей от наездников угрозы.
  • Зеленожка считается «отравленным» или «зараженным» (в контексте потенциального изменения под влиянием зла трансцендентных масштабов).
  • Зеленожка является представителем расы, которую Равна хочет спасти.
Разговор с наездниками в каюте
  • Зеленожка — наездница, находящаяся в соседней каюте с Синепанцирем.
  • Она находится в серебристом горшке, из которого торчат ее ствол и ветви.
  • У ее горшка нет колес и других элементов традиционной тележки.
  • Она находится на новой «псевдотележке», которую Синепанцирь трудился над ней с тех пор, как Фам запер их.
  • Псевдотележка Зеленожки не способна двигаться, не имеет резервных источников питания и является простой моделью, разработанной дирокимами.
  • Псевдотележка снабжена кратковременной памятью и модулем фокусировки внимания.
  • Зеленожка пострадала в прошлом: хирург долго выдерживал ее в сильном прибое, позволяя медленно мыслить.
  • На ветвях Зеленожки есть одеревеневшие участки, похожие на рубцы.
  • Зеленожка способна говорить на трисквелине через вокодер.
  • Зеленожка обладает способностью повторять то, что ей говорил хирург, и тренировать память.
  • Псевдотележка обеспечивает ей доступ в новую память почти на пятьсот секунд, что позволяет естественному уму передавать мысли в долговременную память.
  • Зеленожка испытывает глубокий эмоциональный шок и ужас от пережитого опыта.
  • Зеленожка была верна Синепанцирю в течение двухсот лет.
  • Зеленожка пережила момент «перевербовки» (подчинения Погибели) из-за прямого контакта с большой тележкой.
  • Зеленожка описывает себя и свою расу как «разумные бомбы» и «тайное оружие Погибели».
  • Зеленожка способна узнавать Равну и выражать дружелюбие.
  • Зеленожка способна испытывать и выражать сильные эмоции, такие как отчаяние и ужас (ее крик и стон из вокодера).
Разговор Равны и Фама
  • Зеленожка понемногу поправлялась.
  • Зеленожка вела себя как разбитый инсультом человек на стадии восстановления, блуждая где-то далеко.
  • Зеленожка пережила ужас, о котором она рассказывала в первой беседе.
  • Зеленожка испытывала регрессию в состоянии после первой беседы.
  • Зеленожка использовала интерфейс взаимодействия с новой псевдотележкой, который постепенно приживался.
  • Зеленожка фиксировала в памяти важные переживания.
  • Зеленожка помогала Равне, замечая то, что от девушки ускользало.
  • Зеленожка была перевербована Погибелью.
  • Перевербовка Зеленожки произошла сверхъестественно быстро.
  • Зеленожка прибыла на Маршрутизатор со Страумлианского Простора.
  • Зеленожка обратила внимание Вриними на корабль беженцев.
  • Зеленожка была лояльна Фаму и Равне до момента происшествия на Гармоничном Покое.
  • Зеленожка была «спалена» Фамом.
Кризис на корабле и планирование действий
  • Зеленожка начала что-то советовать Синепанцирю в момент возникновения проблем с диагностикой.
  • Зеленожка находится на борту корабля «Внеполосный-II».
Планы Фама и переговоры с наездниками
  • Зеленожка умолял Синепанциря выслушать Фама.
  • Синепанцирь отмахнулся от Зеленожки во время разговора.
  • Зеленожка говорит тихим, но решительным голосом из вокодера.
  • Зеленожка назвал Синепанциря глупым, отметив, что тот всегда так говорит, если не общается с клиентами о завершении сделки.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Зеленожка перемещается к Равне на цыпочках, цепляясь за потолок щупальцами.
  • Зеленожка обладает веточками, которыми она нежно погладила Синепанциря.
  • Зеленожка способна говорить (произнесла фразу о гигантской волне).
  • Зеленожка находится на корабле «Внеполосный-II» вместе с Равной, Фамом и Синепанцирем.
Путешествие к планете Когтей
  • Зеленожка находится в каюте наездников.
  • Зеленожка смотрит в окно навигатора.
  • Зеленожка отвечает на вопросы о расстоянии до флота Погибели.
  • Зеленожка сообщила, что дистанция составляет сорок девять световых лет.
  • Зеленожка сообщила, что оценочное время подлета составляет сорок восемь часов.
  • Зеленожка сообщила, что еще семь кораблей сошли с курса.
  • Голос Зеленожки остается спокойным и тихим.
  • Зеленожка повторяет информацию о ситуации несколько раз за час.
Переговоры по каналу связи
  • Зеленожка является «островком спокойствия в океане безумия»
  • Зеленожке знаком «Внеполосный-II» несравнимо лучше, чем Равне
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Зеленожка — это название звездолета (корабля), на котором находилась Равна.
  • Зеленожка не смогла совершить лучшую посадку.
  • На борту Зеленожки находились Равна, Фам, Странник, Джефри, Йоханна и стая собак (включая Амди).
  • Зеленожка является контейнеровозом, который использовался для перевозки капсул холодного сна.
  • Внутри Зеленожки находится Фам, который находится в состоянии фуги и связан с устройством под названием Богосколок.
  • Внутри корабля находится устройство, называемое Контрмерой, которое пронизывает грудь Фама.
  • Внутри Зеленожки есть каюты, в которых проводили время Амди и Джефри.
  • Внутри корабля есть акустика, которую Равна характеризует как жуткую.
Гибель Фама Нювена
  • Зеленожка включила Равне через данник свою песню моря
  • Зеленожка проявила заботу о Равне
  • Зеленожка находится рядом с Равной (в финале отрывка)
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Зеленожка не питает оптимизма по поводу того, что он сладит с низкоуровневой перепрошивкой корабля «Внеполосный-II»
  • Зеленожка не может самостоятельно поднять корабль в небо, пока не будет решена проблема с перепрошивкой
Путешествие Странника и посадка на острове
  • Зеленожка является наездницей.
  • Голос Зеленожки из вокодера узкополосный, с высокими атоналями от прямоугольных выбросов.
  • Зеленожка большую часть времени словно дремала, вновь и вновь забывая происходящее с нею.
  • У Зеленожки есть примитивная тележка (имитация оригинала) с четырьмя шинами на собственных осях.
  • Зеленожка является экспертом по уцелевшей автоматике «Внеполосного-II».
  • Зеленожка склонна к неуместной задумчивости.
  • Зеленожка может издавать мерное напевное гудение.
  • Зеленожка провела двести лет с Синепанцирем, который был великим торговцем.
  • Зеленожка была беременна Синепанциром и несет внутри кладку общих яиц.
  • Зеленожка хочет оставить детей на острове, чтобы почтить память Синепанцира.
  • Зеленожка предпочитает места, где океан ярится сильней всего, и выбрала для себя самую опасную точку на атолле.
  • Ветви Зеленожки редкие и тонкие.
  • Зеленожка способна самостоятельно подниматься на гребень рифа почти без помощи.
  • Зеленожка может долго сидеть и думать в своем темпе.
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Зеленожка — это наездница.
  • У Зеленожки есть дети, которых она называет «нижайшими из низших наездников».
  • Зеленожка обладает способностью обнаруживать в воде яды или хищников.
  • Зеленожка вооружена.
  • Зеленожка обладает собственным «автоматом» (или «дешевой подделкой под тележку»), который она использует.
  • Зеленожка способна самостоятельно передвигаться в воде (ее ветки «приобняли» девушку, когда волна ее окатила).
  • Зеленожка обладает способностью махать кончиками своих самых длинных веток.
  • Зеленожка находится на берегу атолла в районе лагуны.
  • Зеленожка обладает способностью к гибернации (может лечь в гибернатор «Внеполосного-II»).
  • Зеленожка обладает способностью к самосогласованности (она согласилась с Равной на условия порабощения тележки).
  • Зеленожка обладает способностью к защите (ее ветки «приобняли» Равну).
  • Зеленожка обладает способностью к передвижению по сложным поверхностям (по склизкой зелени и белому кораллу).
  • Зеленожка обладает способностью к выживанию в условиях прибоя (ее ветки выдерживают удары волн).

Стальной

Стальной (Владыка шкуродерников) — дисциплинированный стратег с аналитическим умом и способностью слышать мыслезвуки, чья расчетливая жестокость сочетается с растущим безумием и стремлением к амбициозным экспериментам над «щенкостаями». Он обладает уникальным даром понимать мысли людей и менять голос, но при этом страдает от легкоранимого самолюбия и глубокой ненависти к своему учителю.

Стальной — высокопоставленный деятель Движения и Владыка шкуродерников, обладающий властью над армией элементов, включая таких подчиненных, как Шрек Бесцветный, советников и белокурточников. Будучи учеником Шкуродера, он признан его величайшим порождением, хотя сам Стальной испытывает к учителю глубокую ненависть из-за преследований с первого дня жизни. Несмотря на статус «новичка», Стальной обладает интеллектом, воображением и дисциплиной, сопоставимыми с учителем, и способен управлять талантами Хозяина, обращенными ему на службу. Он обладает уникальными способностями: понимает мысли людей, владеет стайной речью, может менять голос и слышать мыслезвуки, однако в присутствии радиокуртки его способности к восприятию мыслей ограничены. Личностные черты Стального характеризуются сложным сочетанием дисциплинированного самоконтроля и растущего безумия. Он умеет подавлять внутреннюю боль и ворчливые мысли ради получения прозрений, но в моменты сильного стресса может впадать в «безмысленную истерику» или проявлять дикую ярость к нерадивым слугам. Его поведение описывают как расчетливую жестокость, характерную для классического средневекового интригана, но окружающие также замечают в нем черты терпения и даже добросердечия. При этом Стальной обладает легкоранимым самолюбием и склонностью к чрезмерному оптимизму, что в критических ситуациях может приводить к ошибкам. В качестве стратега и лидера Стальной демонстрирует аналитический склад ума, планируя масштабные военные операции и сложные ловушки. Он активно использует архитектуру своего «орлиного гнезда» — замка на вершине Холма Звездолета, — модифицируя его ходы и укрепляя стены из свежесаного камня. Стальной владеет арсеналом из тридцати пушек, способных бить на восемь миль, и использует инновационные методы, такие как радиомантия с вшитой бомбой и «самношки» для связи. Его амбиции включают создание элитного подразделения «Стальные Когти», строительство защитных куртин для звездолета и стремление к завоеванию Небес с целью отправить их в Ад. Экспериментальная деятельность Стального сосредоточена в лабораториях Тайного Острова и в станциях древорезчиков. Он занимается созданием новых типов стай, работая с полностью новорожденными «щенкостаями», лишенными памяти, и проводит серию экспериментов по созданию существ с конкретными сверхспособностями (например, проект Амдиранифани для создания математического совершенства). Стальной также занимается переработкой «сырья» из элементов в изоляторных ямах и изучением чужаков, которых он считает «странным выкидышем творения». Его цели включают возвращение Йоханны живой, уничтожение корабля Гостей и использование слабых мест двуногих — их родительской привязанности — для достижения своих планов. Физически Стальной обладает силой и ловкостью, передвигаясь так, чтобы металл не звякал о камень, и имея личные когти с черным лаком. Он способен на резкие атаки клыками и когтями, но при этом тщательно следит за своим внешним видом, например, оправляя куртку перед выходом. Несмотря на свою мощь, Стальной осознает риск своих действий и близость смерти, стремясь победить перед кончиной. В конечном итоге его путь завершается трагически: в ходе сражения он погибает, оставаясь лишь в виде сильно поврежденных обломков после того, как его войска отступают.
Ключевые факты (237)
Визит Стального на корабль
  • Стальной наведался внутрь летающего корабля после нападения.
  • Он проигнорировал рекомендации советников и отказался от сапог, чтобы подойти к горячему корпусу.
  • Стальной обладает дисциплиной и умеет принуждать себя к спокойствию (как часто делал в присутствии Хозяина).
  • Он обладает способностью к самоконтролю: подавляет внутреннюю боль и ворчливые мысли ради получения прозрений.
  • У Стального есть подчиненные: Шрек с присными, советники и белокурточники.
  • Он обладает физической силой и ловкостью: пролез в отверстие в корпусе и прыгнул на один из гробов.
  • У Стального есть куртка, которую он тщательно оправил перед выходом.
  • Он способен к аналитическому мышлению: анализирует конструкцию корабля, акустику и биологические особенности чужаков.
  • Стальной обладает лидерскими качествами: он осознает необходимость демонстрировать крепость перед стаей.
  • Он испытывает страх перед мощью и злом, которые он обнаружил внутри корабля.
  • Стальной осознает, что победа над кораблем была во многом случайной.
  • Он задумывается о том, чему он может научиться на основе полученного опыта.
Визит в лаборатории и отчеты
  • Стальной находится в замке, в месте, которое он называет своим «орлиным гнездом».
  • Стальной посещал корабль много десятидневок назад.
  • Стальной понимает природу угрозы со стороны корабля и видит в ней грандиозные перспективы.
  • Стальной следил за стаей, которая прошла под факелами и спустилась по лестнице.
  • Стальной считает подъем по винтовой лестнице в тесноте и мраке приятным упражнением.
  • Стальной считает, что архитектура замка делает врага легкой добычей для защитников орлиного гнезда.
  • Стальной имеет агентов среди древорезчиков.
  • Стальной осознал, что поражение от упущенного чужака можно обернуть в победу.
  • Стальной использует стан древорезчиков как запасную лабораторию по изучению чужаков.
  • Стальной называет Хозяина «фрагментом Хозяина».
  • Стальной отдает приказы Шреку и стражникам.
  • Стальной планирует вознаградить себя чтением доклада напитками.
  • Стальной осматривает лабораторное крыло не реже раза в десятидневку.
  • У Стального есть лапы.
  • Стальной использует изоляторные ямы для получения «сырья» из элементов для построения стай с чистым разумом.
  • Стальной высоко ценит Шрека Бесцветного (Бесстрастного) и готов отдать за пять таких существ восточную провинцию.
  • Стальной переработал большую часть стаеошметков после атаки на чужаков в изоляторных ямах.
Осмотр лабораторий и экспериментов
  • Стальной является высокопоставленным деятелем Движения, обладающим властью над другими.
  • Стальной работает в лабораториях на Тайном Острове.
  • Стальной занимается экспериментами над душами и созданием новых типов стай.
  • Стальной считает, что душа самого Стального родилась в лабораториях, где происходят великие творения Шкуродера.
  • Стальной в течение последних пяти лет соблюдает и улучшает определенную традицию.
  • Стальной контролирует работу подчиненных, проверяя их отчеты о десятидневной работе.
  • Стальной обладает критическим взглядом на действия Шкуродера, считая его стремление создать сверхстаю навязчивым.
  • Стальной не разделяет иллюзий Хозяина о применении успехов создания сверхстай к собственной душе.
  • Стальной превосходит своих учителей (детей стаераскола), хотя Хозяин об этом пока не знает.
  • Стальной проводит серию экспериментов по созданию существ с одной специфической сверхспособностью.
  • В отличие от Шкуродера, Стальной работает с полностью новорожденными стаями (щенкостаями), лишенными памяти.
  • Стальной обладает полной властью над созданными им щенкостаями.
  • Стальной руководит экспериментом по имени Амдиранифани, целью которого является создание математического совершенства.
  • Стальной похитил щенят у математика из Длинноозерной Республики для создания восьмерки.
  • Стальной испытывает дикую ярость по отношению к нерадивым слугам.
  • Стальной осознал, что корабль чужаков принадлежал беженцам, а не флоту вторжения.
  • Стальной планирует использовать Амдиранифани для поиска рычагов управления чужаком (богомолом).
Размышления и планы Стального
  • Стальной обладает талантами интеллекта, воображения, дисциплины и коварства.
  • Стальной живет в берлоге, которая первоначально принадлежала Хозяину.
  • Стальной обнаружил восемь потайных ходов в замке, из которых три ведут в спальные покои.
  • Стальной изменил конфигурацию некоторых ходов в лабиринте за годы отсутствия Шкуродера.
  • Стальной позволяет себе внестайный секс только с синглетами в рамках экспериментов.
  • Стальной контролирует элементы, которые могут обострять его воображение.
  • Стальной обладает личными когтями с черным лаком.
  • Стальной планирует подчинить себе весь мир с помощью звездолета.
  • Стальной планирует использовать чужаков как инструмент против своих врагов.
  • Стальной задумывается о создании собственного устройства для дальней связи.
  • Стальной считает, что чужаки лишены сверхстайных способностей и являются 'странным выкидышем творения'.
  • Стальной рассматривает возможность создания элитного подразделения убийц под названием 'Стальные Когти'.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Стальной диктует сообщения Джефри Ольсндоту
  • Джефри Ольсндот не любит много писать, кроме тех случаев, когда ему диктует Стальной
Разговор Грамотея и Странника в городе
  • Стальной известен тем, что усердно истребляет всех двуногих.
  • Он является лидером или представителем шкуродерников (Властителей Тайного Острова).
  • Стальной захватил летающий дом, но не знает, как его использовать.
  • Его цель — вернуть Йоханну живой.
  • Из-за его действий шкуродерники не получают услуг от других сторон, которые могли бы помочь им в достижении целей.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Стальной является учеником Шкуродера.
  • Стальной занимает руководящую позицию и командует стаей, в которой находится Фрагмент Шкуродера.
  • Стальной обладает способностью управлять талантами Хозяина, которые он обратил себе на службу.
  • Стальной обладает способностью управлять Тиратект, утверждая, что она жива, пока он согласен это терпеть.
  • Стальной испытывал неимоверное облегчение после смерти Шкуродера в Полноте Своей.
  • Стальной относится к Тиратект с почтением, признавая в ней часть Шкуродера.
  • Стальной планирует строительство замка и куртины для защиты звездолета.
  • Стальной манипулирует Равной и Амдиджефри, убеждая их в угрозе со стороны древорезчиков.
  • Стальной планирует использовать слабые места двуногих (людей), в частности их родительскую привязанность, для достижения своих целей.
  • Стальной подозревает, что Гости стремятся спасти не только детей на корабле, но и сами механизмы корабля.
  • Стальной осознает риск, который он идет на великий риск, ради достижения целей, превосходящих возможности его учителя.
  • Стальной планирует разгромить Древорезчицу до прибытия Гостей.
  • Стальной считает, что он может превзойти своего учителя по размаху помыслов.
  • Стальной анализирует инструкции и рецепты, полученные от Равны, и работает над созданием оружия (пушек и радио).
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Стальной взялся укреплять район вокруг корабля Йоханны.
  • Стальной планирует полностью окружить звездолет новыми стенами.
  • В новом проекте Стального толщина стен значительно увеличена.
  • Стальной, вероятно, прикажет разобрать звездолет и перенести груз в свои лаборатории.
  • Стальной склонен к чрезмерному оптимизму (согласно словам Древорезчицы).
  • Стальной знает о планируемом нападении, но не знает об особом оружии.
  • Сдвиг сроков завершения работ Стальным стал следствием случайных подозрений.
  • Стальной планирует возвести главные стены новой крепости в срок от восьми до одиннадцати десятидневок.
Разговор Тиратект и Стального
  • Стальной возводит новый замок в панической спешке.
  • Южные и западные стены нового замка очень толстые и испещрены многочисленными ходами.
  • Северная часть замка представляет собой деревянное заграждение, кое-как подпертое каменной кладкой.
  • Стальной обладает армией пушек (минимум тридцать штук) и вдоволь пороха.
  • Пушки Стального бьют почти на восемь миль, что втрое дальше, чем оружие Древорезчицы.
  • Оружие Стального способно стрелять «бомбами», начиненными порохом, которые взрываются от столкновения с целью.
  • Стальной имеет в распоряжении рабочие команды, слуги Движения высокого ранга и пушкарей.
  • Стальной создал тварей, подобных себе, в период изгнания Шкуродера.
  • Стальной построил по всему двору замка бревенчатые хижины.
  • Стальной планирует убедить Равну посадить корабль внутри замковых стен рядом с внутренним донжоном.
  • Стальной хочет облицевать купол внутреннего донжона лучшим розовым мрамором.
  • В купол донжона Стальной вмонтировал ловушки на случай, если спасатели отклонят приглашение приземлиться в западне.
  • Стальной обладает источником информации в окружении Древорезчицы (вероятно, Данник).
  • Стальной обладает способностью к экспериментам и усовершенствовал технику, доступную ранее только Древорезчику.
  • Стальной испытывает чувство неуверенности в своих действиях и иногда нервно кусает губы.
  • Стальной взаимодействует с Амдиджефри, который, по его мнению, может его поддразнивать.
  • Стальной подчиняет себе Шрека и других шкуродерников.
  • Стальной называет Амдиджефри «Амди».
Испытание радиомантий
  • Стальной обладает чертами характера, которые окружающие описывают как добросердечие и терпение.
  • Стальной проявляет осторожность и заботу, отказывая Амди испытать радиокуртку из-за потенциальной опасности.
  • Стальной обладает портными, которые создали радиокуртки с застежками на плечах и животе.
  • Стальной является владыкой шкуродерников.
  • Стальной обладает способностью понимать самношк (язык) Фрагмента Шкуродера.
  • Стальной обладает способностью слышать мысли (мыслезвуки), однако в присутствии радиокуртки он не слышит мыслешум Тиратект на расстоянии тридцати футов.
  • Стальной испытывает страх перед экспериментами, которые проводит Фрагмент Шкуродера.
  • Стальной является объектом ироничных размышлений Тиратект, которая считает себя хуже его в плане расчетливой жестокости.
  • Стальной обладает способностью к выражению эмоций через звуки, например, он издал 'великолепный вздох', изображающий терпение.
  • Стальной находится в том же помещении, что и Фрагмент Шкуродера, Амдиджефри и Тиратект.
Путешествие и разговоры о щенках
  • Стальному известно, что армия Древорезчицы выступает в путь.
Ожидание в глубине прилива
  • Стальной может суметь защитить Джефри Ольсндота
Разговор с детьми и Стальным
  • Стальной обладает легкоранимым самолюбием.
  • Стальной обладает убийственной яростью.
  • Стальной обладает властью над Шкуродером (Шкуродер называет его Владыкой).
  • Стальной проводил показательные казни на Тайном Острове.
  • Стальной является объектом недоверия со стороны детей Амди и Джефри.
  • Стальной обладает достаточным авторитетом, чтобы его могли попросить о разрешении остаться на корабле.
  • Шкуродер считает, что Стальной не знает о его истинных действиях (о том, что Шкуродер общается с Амди и Джефри, пока тот думает, что Шкуродер с Ранголитом).
Путь к лагерю Ранголита
  • Стальной является Владыкой.
  • Стальной обладает статусом властителя, что подтверждается золотом на плечах его элементов.
  • Стальной обладает властью над элементами, включая Шкуродера и Ранголита.
  • Стальной отдал приказ Шкуродеру убить девчонку Древорезчицы.
  • Стальной передал Шкуродеру приказы для Проныры (кодовое имя Понурого).
  • Стальной является одним из элементов в стае Шкуродера.
  • Стальной обладает способностью к ментальному взаимодействию с другими элементами (его элементы издают звуки, когда Шкуродер теряет контроль).
  • Стальной находится в замке, где возводятся стены из свежесаного камня.
Пленение и допрос Йоханны
  • Стальной — уверенный в себе персонаж.
  • Стальной обладает империей, построенной Шкуродером.
  • Стальной является новичком.
  • Стальной расставил капкан на Марграмском Перевале.
  • Силы Стального обладают всеми преимуществами, которые отрицал Проныра.
  • Стальной интересуется информацией из Данника.
  • Стальной не требовал от Проныры украсть само устройство Данник.
  • Стальной нуждался в живом Двуногом (вероятно, брате Йоханны).
  • Стальной обладает секретом, который не понимает даже Проныра.
Переговоры с Пронырой
  • Стальной знал о действиях Проныры всю правду
  • Стальной, вероятно, внедрил в стан Древорезчицы других агентов, о которых Проныр не знает
Прилет на планету и радиосвязь
  • Стальной находится на поверхности планеты Когтей.
  • Стальной обладает способностью говорить (его голос описывается как почти человеческий до определенного момента).
  • Голос Стального характеризуется как странный, неразборчивый и визгливый.
  • Стальной находится в состоянии опасности: он сообщает о засаде Древорезчиков.
  • Стальной находится в группе с Джефри.
  • Стальной находится в окружении врагов («они нас со всех сторон обложили»).
Разговор Стального с синглетом
  • Стальной испытывает сильный гнев, который нарастает день ото дня.
  • Он обладает привычкой кусать себя за плечи, от которой его когда-то отучил Шкуродер.
  • Он находится в замке, на парапете, и наблюдает за пожарами на Горькой Круче.
  • Стальной является лидером или высокопоставленным воином, имеющим в подчинении лейтенантов (например, Шрека) и элементы.
  • Он планирует стратегическую ловушку для южан и Древорезчицы, используя для этого 'Челюсти замка'.
  • Он испытывает сложные чувства к Амдиджефри и Равне: он считает их 'щенками', злится на их неповиновение и ласки, но признает их полезность и любовь к нему.
  • Он способен на жестокость: он готов убить Амдиджефри и Равну, если они продолжат проявлять 'щенячьи нежности'.
  • Он обладает аналитическим складом ума и способности к планированию.
  • Он контролирует Фрагмента (синглета) и относится к нему с пренебрежением, называя 'куском дерьма', несмотря на его полезность.
  • Он осознает, что его план может быть спасен, пока он жив.
  • Он чувствует физическую боль в плечах (от укусов) и вкус пепла на губах.
  • Он обладает способностью к манипуляции и осознает необходимость проявлять мнимые эмоции.
  • Он называет себя 'Тем, Кто Учит Ножом' в контексте своего отношения к Фрагменту.
Полет Фама на шлюпке
  • Стальной является Владыкой.
  • Стальной обладает способностью менять голос (в тексте упоминается его голос как смесь голоса Равны и ребенка).
  • Стальной хорошо обращается с Джефри.
  • Стальной настаивал на том, чтобы выжечь весь склон холма, чтобы уничтожить врагов.
  • Стальной был в отчаянии во время переговоров с Равной.
  • Стальной находится в замке на вершине Холма Звездолета.
  • Стальной построил (укрепил) двор замка к прибытию группы Равны.
  • Стальной обладает укреплениями в виде многоугольника вокруг корабля беженцев и более крупного укрепления на острове западнее.
  • Стальной отдавал приказы Фаму и Синепанциру во время боя (командовал держать юг и использовать огнемет).
  • Стальной убедил Равну, что полет на большой высоте не отпугнет врагов и необходимо спуститься для атаки.
Оборона замка и маневры на поле боя
  • Стальной находится на бастионе замка.
  • Он прятал гневные взоры от Амдиджефри.
  • Он испытывает внутреннее удовлетворение от мысли, что каждому найдется причина возненавидеть «щенков» (врагов).
  • Он отдал приказ лучникам стрелять по отступающим врагам.
  • Он использовал «самношку» (устройство связи) для передачи приказов и общения.
  • Он отдавал команды на «стайной речи».
  • Он проявлял раздражение по отношению к лейтенанту Шреку.
  • Он окружил часть Амди и приказал остальным убираться с парапета.
  • Он приказал Шреку взорвать малый пороховой погреб.
  • Он испытывал сильный страх перед возможным провалом ситуации.
  • Он прислонился к комму плечом во время разговора с Равной.
  • Он проявил готовность рискнуть всем ради достижения цели.
  • Он обращался к собеседнику (Фаму) на «ты» или в официальном стиле, используя обращение «сир» (в контексте обращения к нему других персонажей).
  • Он характеризуется как «классический средневековый интриган» (согласно мнению Фама).
Спасательная операция и наблюдение
  • Стальной предложил идею о «взаимно безопасном месте встречи», которая, по мнению Фама, была прикрытием для новых козней.
  • Все предыдущие планы и схемы Стального провалились.
  • Стальной отказывался впускать Фама и его группу в свое пространство.
  • Стальной считается одним из самых хитрых лидеров в Даннике.
  • У Стального есть помощник по имени Скорняк (или господин Скорняк).
  • В трудной ситуации у Стального «крыша едет» и он совершает ошибки.
  • Стальной угрожал убить Джефри Ольсндота.
  • Стальной пытался навести на Фама и его группу пушку, стоящую к северу от замка.
  • Стальной прекратил разговор и начал «провизжать» о предателях, проникших в замок.
  • Стальной находится внутри замка.
  • Стальной в состоянии сильного эмоционального напряжения («совсем с резьбы слетел») и расписывает подробности пыток для Джефри.
  • Стальной не понимает, где находится мальчишка (Джефри), и распределил своих солдат вдоль всех стен, кроме северного вала.
Приказы Стального и уход Шрека
  • Стальной испытывал сильную эмоциональную реакцию, которую автор характеризует как «безмысленную истерику».
  • Он стремится завоевать Небеса и отправить их в Ад.
  • Его цели включают убийство Амдиджефри, уничтожение корабля Гостей и истребление предавшего его учителя.
  • Он является лидером (Владыкой) и командует стаей.
  • Он обладает способностью понимать мысли человеческих существ.
  • Он чувствует преданность Шрека, который верен ему «как механизм».
  • Стальной планирует сломить дух людей, убив их ребенка на глазах у остальных.
  • Он скрывает от Шрека свои истинные цели, чтобы не раскрыть план уничтожения корабля беженцев.
  • Он обладает способностью говорить на стайном языке.
  • У него есть когти, и он передвигается так, чтобы металл не звякал о камень.
  • Он испытывает глубокую ненависть к Шкуродеру, который преследовал его с первого дня жизни.
  • Стальной осознает свою близость к смерти, но намерен победить перед кончиной.
  • Он владеет арбалетами и радиомантией с вшитой бомбой.
  • Он обладает способностью к анализу ситуации и пониманию сути «битвы душ».
  • Он способен на резкие физические действия, такие как рывок и атака клыками и когтями.
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Стальной владел замком, который находился в центре территории, опустошенной природой и стаями.
  • Стальной назывался Владыкой.
  • Стальной обложил весь купол донжона пороховыми зарядами.
  • Стальной был описан как «псих».
  • Войска Стального отступили.
  • Стальной погиб (или был убит), оставив после себя много крови.
  • Два элемента Стального погибли.
  • Остальные элементы Стального бродили вокруг после его гибели.
  • Стальной отдал приказ о быстром отступлении.
  • Стальной был связан с военным объектом из розового мрамора, напоминающим собор.
Подготовка к встрече
  • Стальной давно уже отозвал войска из северных редутов и бросил их в бой.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Стальной был создан Древорезчицей.
  • Стальной пытался уничтожить звездолет Джефри.
  • Стальной обладает элементами (солдатами/соратниками).
  • Стальной является подчиненным или связанным с Древорезчицей (ее элементы принадлежат ей).
Договоренность с Древорезчицей
  • Стальной был настолько сильно поврежден, что от него остались лишь обломки.
  • У Стального были царапины (подозревается, что он сам себя ранил) и вывих одной лапы.
  • Стальной был почти так же умен, как Шкуродер.
  • Стальной был достаточно безумен, чтобы проиграть.
  • Стальной является величайшим порождением Шкуродера.
  • Шкуродер гордится Стальным.
  • Шкуродер считает себя ответственным за Стального.
  • Равна видела Стального и знает, что он использовал методы ножей, страха и боли.
  • Стальной был связан с планетой Когтей (в контексте автохирурга «Внеполосного-II»).
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Стальной полагал, что Когти являются избранной расой, коей суждена великая судьба в Запределье.

Стальной Владыка

Стальной Владыка — гениальный и парадоксальный манипулятор, чья жестокая стратегия и способность имитировать человеческие голоса сочетаются с глубоким стыдом и иррациональным страхом перед народом. Он строит крепость на Холме Звездолета, стремясь к мировому господству, осознавая при этом свою уязвимость перед «шестеркой элементов» Шкуродера.

Стальной Владыка — искусственная личность, ставшая самым успешным творением Шкуродера в результате семидесятилетних опытов, включавших годы «выбраковки» и целенаправленных изменений. Несмотря на статус высокопоставленного офицера и правителя, он характеризуется как самоуверенный выскочка и «псих», обладающий гением, позволяющим ему убеждать даже лесного волка. Властвуя в сердце владений Шкуродера уже пять лет, он не только сохранил достижения своего создателя, но и приумножил их, превзойдя даже осторожные первонаметки. Он обладает способностью к глубокому анализу структур других стай, узнавать манеры речи и характерные черты Шкуродера, а также имитировать человеческие голоса. В роли манипулятора и расчетливого стратега Стальной Владыка управляет прислужниками и элементами, которые полностью зависят от его инструкций. Он обладает способностью к мыслительному общению, хранит хладнокровие лучше любой растянутой стаи и мастерски использует страх, смерть и победу как составляющие «крупной игры». При этом он испытывает парадоксальные эмоции: испытывает смертельный ужас перед народом, которого боится, и чувствует стыд, несмотря на свою жестокость. Его методы варьируются от вежливого поклона гостю до хладнокровного убийства десятков пришельцев и использования тактики пыток. Он способен на проявление мягкости и заботы, например, предлагая Джефри не заходить внутрь корабля, но при этом он не любит детей и планирует использовать их как инструменты для будущих целей. Стальной Владыка активно занимается фортификацией, возводя крепость и замок на Холме Звездолета, который он считает ключом к мировому господству. Он обладает значительными ресурсами, включая армию с технологиями производства пушек, превосходящих возможности союзников Древорезчицы, и личные средства передвижения. Его амбиции включают завоевание мира, которое он считает тривиальным следствием победы, однако он осознает уязвимость своей позиции: он понимает, что может потерять всё за один солнцеворот или быть уничтожен шестеркой элементов Шкуродера. В конечном итоге, несмотря на свою власть и дисциплину, Стальной Владыка погиб, оставив после себя лишь разбросанные остатки и брошенные элементы.
Ключевые факты (204)
Наблюдение за битвой и разведка
  • Стальной Владыка называл своих подчиненных (или участников группы) великолепным экспериментом.
  • Стальной Владыка был связан с тренировочным лагерем, где обучались персонажи.
Схватка и путь к гавани
  • Стальной Владыка является офицером довольно высокого ранга.
  • Стальной Владыка характеризуется как самоуверенный выскочка.
  • Стальной Владыка лично отдает приказы по доставке чужака в гавань.
  • Стальной Владыка является руководителем (или дает распоряжения) прислужникам Шкуродера.
  • Стальной Владыка обладает властью над слугами Шкуродера, которые выполняют его инструкции.
История и происхождение Стального Владыки
  • Стальной Владыка — искусственная личность, самое успешное творение Шкуродера.
  • Стальной Владыка был создан в результате семидесятилетних опытов Шкуродера.
  • Процесс формирования Стального Владыки включал годы «выбраковки» и целенаправленных изменений.
  • Стальной Владыка властвует в сердце владений Шкуродера уже пять лет.
  • Стальной Владыка сохранил достижения Шкуродера и приумножил их сверх осторожных первонаметок.
  • Стальной Владыка обладает способностью узнавать манеру речи и характерные черты Шкуродера.
  • Стальной Владыка проявляет вежливость, поклонившись гостю.
  • Стальной Владыка способен на расчетливую задумчивость и анализ структуры других стай.
  • Стальной Владыка обладает способностью к анализу элементов других существ (например, определил происхождение элементов в стае гостя).
  • Стальной Владыка находится в положении правителя, который может потерять всё за один солнцеворот вокруг Тайного Острова.
Маскарад Тиратект и планы Стального
  • Стальной Владыка — убийца и манипулятор.
  • Он испытывает смертельный ужас перед народом, которого боится.
  • Он атаковал звездолет без предупреждения, движимый алчностью.
  • Он убил десятки пришельцев.
  • Он начал возводить ограду из камня и дерева сразу после посадки корабля чужаков.
  • Его Воззвания и рутинные проверки суровее и дотошнее, чем в пору Шкуродера.
  • Он понимает, что если кара за злодейство его не настигнет, он может стать самой могущественной стаей в мире.
  • Он понимает, что два элемента Шкуродера достаточно, чтобы контролировать его, а вся шестерка легко уничтожит его власть.
  • Он привык к крупной игре, где составляющими жизни являются страх, смерть и победа.
  • Он стремится к завоеванию мира, которое считает тривиальным следствием победы.
  • Он осознает, что уничтожение мира может стать вероятным следствием его проигрыша.
Разговор Стального и Амдиранифани
  • Стальной велел рассказать чужаку (Джефри) ложь про обстоятельства гибели его родителей и однопометницы.
  • Стальной стремится установить быстрый и неоспоримый контроль над чужаком.
  • Стальной грустно взирал на экспериментальную стаю Амдиранифани.
  • Стальной испытывает страх, который может обострять его мышление.
  • Стальной придал всем мордам выражение сочувствия горю Джефри.
  • Стальной осознает, что в открытом бою у них мало шансов против многовековой империи древорезчиков.
  • Стальной нуждается в помощи Джефри, чтобы научиться пользоваться кораблем его родителей.
  • Стальной считает, что каждый чужак вынужден начинать с нуля, подобно его щенкостайным экспериментам.
  • Стальной полностью зависит от Амдиранифани в общении с Джефри, так как не владеет языком богомолов.
  • Стальной проводил эксперименты по развитию чистой любви в противовес сочетанию любви со страхом.
  • Стальной не хочет, чтобы вокруг шныряло еще сто чужаков.
  • Стальной обладает способностью хранить хладнокровие лучше любой растянутой стаи.
  • Стальной не хочет рисковать и портить что-либо на корабле.
  • Стальной обладает статусом Владыки (обращение Амдиранифани: «о Стальной Владыка»).
Эксперимент со связью
  • Стальной Владыка (также называемый Стальным Господином) обладает способностью к мыслительному общению, так как его мысли могут слышать другие.
  • Он обладает способностью к управлению элементами, которые могут впадать в панику и издавать звуки.
  • Он живет в «берлоге» (логове), где есть глубокие бархатные диваны, расписанные пейзажами стены и полированная мебель.
  • Он употребляет травяную настойку.
  • Он ведет себя как важный и серьезный взрослый, на которого похожи старшие сотрудники Высокой Лаборатории.
  • Он обладает чувством стыда.
  • Он стремится к самоконтролю: считает, что гнев должен быть инструментом, но не должен подчинять себе.
  • Он способен испытывать лютую ярость.
  • Он обладает властью над стражниками и может вызывать их к себе.
  • Он обладает ресурсами для организации поездок: у него есть повозка, запряженная тремя керхогами, и он одет в красные куртки с полосами.
  • Он несет на себе большую ответственность и осознает наличие опасностей вокруг.
  • Он способен проявлять мягкость и заботу, предлагая Джефри не заходить внутрь корабля, если тот боится.
  • Он организовал защитную пристройку вокруг корабля и занавесил стены внутри него.
  • Он обладает способностью к перемещению или управлению объектами, так как он возглавлял процессию к Холма Звездолета.
  • Он может использовать дополнительные головы элементов для наблюдения за окружающими.
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Стальной Владыка упоминается в сообщениях выжившего человека Джефри Ольсндота
  • Стальной Владыка является одной из сущностей, о которых удалось разузнать из переписки с выжившим
Разговор Странника и Грамотея
  • Стальной Владыка находится на самом верху Тайного Острова
  • До Стального Владыки от Тайного Острова всего один шаг
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Стальной Владыка является отважным персонажем.
  • Стальной Владыка связан с мальчиком по имени Джефри.
  • Стальной Владыка обладает своим собственным королевством.
  • Королевство Стального Владыки является крохотным.
  • На королевство Стального Владыки совершают атаки орды Древорезчицы.
Изучение теории прыжков
  • Стальной Владыка должен реализовать предоставленные изобретения менее чем за сто дней
  • Стальной Владыка, кажется, знаком с понятием экспериментального перебора
Инспекция стройки и внезапная стычка
  • Стальной восхищается военной архитектурой.
  • Он возводит крепость для защиты от атак с земли и с неба.
  • Он строит замок на холме Звездолета, который называют оракулом.
  • Стальной инспектирует стройку почти ежедневно.
  • Он казнил или перевел на другие посты нескольких адъютантов за попытку сблизиться с Амдиджефри.
  • Он считает, что тот, кто стоит подле оракула Холма Звездолета, получит мировое господство.
  • Он планирует сделать Холм Звездолета столицей континента, а затем и мира.
  • Он называет себя Стальной Владыкой.
  • Он отдал приказ не прерывать стройку в его присутствии.
  • Он использует инженеров, которые вливают в траншеи кипящую воду.
  • Он осознает, что крепость нужна Движению как можно скорее.
  • Он знает о секретных туннелях и ловушках в конструкции замка.
  • Он отдал приказ убить посторонних во время столкновения.
  • Он испытывает страх за жизнь Амдиджефри.
  • Он обладает многолетней дисциплиной, позволившей ему не прокусить горло человеку.
  • Он испытывает омерзение от физического контакта с человеком, сравнивая его с сексом с трупом.
  • Он старается изображать позу любви и заботы перед детьми.
  • Он планирует наказать белокурточника, который первым заметил шум.
Работа в командной рубке
  • Стальной Владыка обладает замком, в который он перенес часть незакрепленных предметов для исследования.
  • Стальной Владыка отдал детям (Джефри и Амди) большое доверие, позволив им находиться в командной рубке корабля.
  • Стальной Владыка отдал приказ занавесить стены в командной рубке.
  • Стальной Владыка был ранен после атаки лжерабочих.
  • Стальной Владыка защищал детей во время атаки.
  • Стальной Владыка владеет самношком (способность общения), хотя и хуже, чем господин Шрек.
  • Стальной Владыка передает сообщения Равне.
  • Стальной Владыка является взрослым и значимым лицом, которого Амди сравнивает с родительским образом.
  • Стальной Владыка является 'Стальным Господином' (согласно реплике Амди).
Жизнь и работа на корабле
  • Равна составляет планы помощи Стальному Владыке
  • Равна получает свежие сообщения от Стального Владыки
  • Фам Нювен считает, что Стальной Владыка водит их за нос
Размышления о ситуации и жизни на корабле
  • Стальной является одним из правителей или лидеров в королевстве Тайного Острова.
  • Стальной обладает грозным именем, которое, по мнению Фама, может не иметь особого значения.
  • Стальной взаимодействует с Джефри, используя его как посредника для получения информации.
  • Стальной пытается выяснить истинные цели прибывающих (корабль беженцев, Джефри, дети в гибернаторах или ресурсы корабля).
  • Стальной планирует использовать спасателей в качестве ресурса для уничтожения тамошней оппозиции.
  • Стальной планирует строить в стенах своего замка посадочную площадку для корабля.
  • Стальной рассматривается как потенциальный объект шантажа на планете Когтей.
  • Стальной Владыка подвергается угрозе нападения со стороны безжалостных древорезчиков.
Испытание радиотелепатической связи
  • Стальной обладает способностью управлять или взаимодействовать с элементами (у него есть как минимум два элемента).
  • Стальной проявляет заботу о здоровье Тиратект, предлагая ей отдохнуть и снять плащи.
  • Стальной проявляет осторожность и беспокойство по поводу безопасности экспериментов с радиосвязью.
  • Стальной испытывает раздражение, когда Джефри Ольсндот висит на его элементах.
  • Стальной способен выражать эмоции: он неуверенно улыбается, вскакивает на все лапы от ярости, а затем сменяет её на вежливое беспокойство.
  • Стальной впадает в состояние шока (давится пеной на губах), когда Тиратект начинает разбегаться на большие расстояния.
  • Стальной отдает приказы гвардейцам Шрека.
  • Стальной обладает властным статусом: в тексте он упоминается как «Стальной Владыка».
  • Стальной находится на испытательной площадке внутри замка (внутренний двор).
Разговор Равны и Фама
  • Стальной Владыка планирует защитить планету Когтей.
  • Он сообщает, что главные силы Древорезчицы уже выступили на север.
  • Он участвует в гонке со временем вместе с несколькими другими участниками.
Ожидание связи и плесень
  • Стальной Владыка ждал технических данных сверху
  • Стальной Владыка ждал сеанс связи в середине ночи
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Стальной Владыка находится в замке на Холме Звездолета.
  • Он обладает физическими особенностями: у него шесть пар челюстей и сверкающие когти.
  • Он обладает способностью манипулировать жертвами без использования угроз или пыток.
  • Он испытывает сильный гнев при общении с детьми, но намеренно терпит их присутствие ради будущих целей.
  • Он планирует уничтожить Древорезчицу и ее армию, используя пушку в Марграмском Перевале.
  • Он планирует убийство Йоханны (человечицы Древорезчицы), чтобы она не представляла опасности.
  • Он взаимодействует с элементом Шкуродера, которого называет своим наставником.
  • Он получает прямые указания от Равны и других «Гостей» (звездожителей).
  • Он осознает уязвимость звездных существ, называя их «негибкими, косными тупицами».
  • Он считает, что успех зависит от размеренности в работе.
  • Он обладает властью над синглетами и другими элементами.
  • Он намерен использовать детей как инструмент, планируя пытать и мучить их в будущем, когда прибудут звездники.
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Стальной обладает армией, имеющей собственные пушки.
  • Армия Стального обладает технологиями производства пушек, которые бьют втрое дальше и весят вчетверо меньше, чем пушки союзников Древорезчицы.
  • Стальной использует тактику захвата заложников и пыток.
  • У Стального есть некое преимущество, о котором союзники Древорезчицы ничего не знают.
  • Стальной обладает шпионом по имени Проныра.
  • Стальной планировал засаду на Марграмском Перевале.
  • Вражеские солдаты Стального указывали пленным пушкарям местоположение складов боеприпасов.
Путешествие к планете Когтей
  • Стальной делает вид, что командует (в отношениях с Фрагментом Шкуродера).
  • Стальной отдал приказ Фрагменту Шкуродера забрать под контроль силы домена по всему югу от Холма Звездолета.
  • Стальной отдал приказ Фрагменту Шкуродера забрать под контроль силы за Амдиджефри.
  • Стальной обладает способностью убеждать даже лесного волка (в контексте его гения).
  • Стальной экспериментировал со вторым комплектом мантий.
  • Стальной тщательно скрывает знания об экспериментах с мантиями от Шкуродера-Тиратект.
  • Стальной является «Стальным Владыкой».
  • Стальной обладает гением.
Путешествие к планете Когтей
  • Стальной Владыка обладает гением, позволяющим убедить даже лесного волка в том, что Шкуродер — царица его улья.
  • Стальной Владыка отдал приказ Фрагменту Шкуродера отвечать за силы домена по всему югу от Холма Звездолета.
  • Стальной Владыка приказал Фрагменту Шкуродера с сегодняшнего дня также отвечать за Амдиджефри.
  • Стальной Владыка скрывает от Шкуродера-Тиратекта знание об экспериментах со вторым комплектом мантий.
  • Стальной Владыка связан с народом, который находится на планете Когтей.
  • Стальной Владыка обладает властью над Фрагментом Шкуродера, который, несмотря на свою силу, кажется зависимым от его приказов.
Ожидание связи и разговор с Равной
  • Стальной Владыка владеет пушками, часть из которых была отбита убийцами родителей Джефри.
  • Стальной Владыка находится в донжоне (цитадели) на Тайном Острове.
  • Стальной Владыка обладает собственными солдатами, которые редко появляются в определенных частях цитадели.
  • Стальной Владыка очень тревожится, чтобы к кораблю не проникли шпионы Древорезчицы.
  • В донжоне Стального Владыки есть потайные ходы, предназначенные для бегства и слежки за врагами.
  • Стальной Владыка обладает достаточной силой, чтобы «задать жару» Древорезчице.
  • У Стального Владыки есть подчиненные (стаи), которые выполняют для него расчеты.
  • Стальной Владыка имеет статус правителя или лидера, так как его называют «Стальным Господином».
  • Стальной Владыка имеет отношение к персонажу по имени Тиратект (в тексте упоминается, что Тиратект говорит от имени Стального).
Полет Фама на шлюпке
  • Стальной Владыка обладает способностью менять голос, в том числе имитировать голос Джефри и детский голос.
  • Стальной Владыка хорошо обращается с Джефри.
  • Стальной Владыка проявил отчаяние в разговоре с Равной.
  • Стальной Владыка настаивал на том, чтобы выжечь весь склон холма.
  • Стальной Владыка был непреклонен в своем решении уничтожить врагов огнем.
  • Стальной Владыка обладает способностью или знанием, позволяющим ему «изучать» других (согласно мысли Тиратекта).
  • Стальной Владыка является лидером или представителем группы, которую Равна называет «второй стаей».
Побег через туннели
  • Его называют Стальным Владыкой.
  • Он обладает властью над элементами (например, элементом в мантии и синглетом Тиратектом).
  • Он обладает способностью к ретрансляции или передаче голосов (его голос может имитировать человеческий).
  • Он убил родителей Джефри.
  • Он совершил почти все преступления, которые повесили на Древорезчицу.
  • Он знал, что сестра Джефри (Йоханна) жива.
  • Он проявляет жестокость: он готов убивать звездников и угрожает причинить боль Равне и детям.
  • Он способен на просьбы о прощении (просил прощения за атаку на Йоханну).
  • Он может быть очень рассерженным и говорить «страшные» слова о резке и убийстве.
  • Он не любит детей (Джефри и щенков).
  • Он обладает значительными ресурсами: у него есть войска и элементы, которые он может отправлять на задания.
  • Он может подозревать наличие посторонних и отдавать приказы об облавах.
Побег через туннели
  • Стальной Владыка обладает властью над элементами (у него есть свои элементы).
  • Стальной Владыка обладает способностью к ретрансляции или имитации голосов (его голос может имитировать человеческий голос).
  • Стальной Владыка совершил убийство родителей Джефри.
  • Стальной Владыка совершил почти все преступления, которые повесили на Древорезчицу.
  • Стальной Владыка знал, что сестра Джефри (Йоханна) жива.
  • Стальной Владыка обладает властью над щенками (они полностью полагаются на него).
  • Стальной Владыка обладает силой и ресурсами, чтобы отдавать приказы об облаве или атаке.
  • Стальной Владыка проявляет агрессию и готовность к убийствам (угрожает убить звездников и причинить боль Равне).
  • Стальной Владыка характеризуется как не любящий щенков (по мнению Амди).
  • Стальной Владыка в данный момент находится в состоянии сильного гнева и говорит «страшные слова».
  • Стальной Владыка является лидером или высокопоставленным правителем, чьи действия и приказы имеют решающее значение для выживания группы.
Побег из туннеля и встреча с битвой
  • Имеет войско, состоящее из солдат.
  • Имеет статус или титул Владыки.
  • Его войско защищало Джефри и Амди в течение долгого времени.
  • Его войско находится в долине, откуда поднимается дым.
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Стальной Владыка был связан с замком, который обложил пороховыми зарядами донжона.
  • Стальной Владыка был описан как «псих».
  • Стальной Владыка планировал лично спуститься вниз, чтобы подорвать заряды, но кто-то не дал ему этого сделать.
  • Стальной Владыка погиб (его остатки были найдены Древорезчицей).
  • Два элемента Стального Владыки погибли.
  • Остальные элементы Стального Владыки после его смерти бродили вокруг.
  • Стальной Владыка отдал приказ о быстром отступлении.
  • Войска Стального отступили.

Тиратект

Тиратект — это «лоскутная стая» и производное от Шкуродера, скрывающее за маской «жалкой училки» мудрость Хозяина и амбиции внутреннего убийцы. Она ведет двойную игру, имитируя покорность Стальному Владыке, пока тайно планирует уничтожение системы изнутри из-за чувства вины за проданную душу.

Тиратект — это сложная, многогранная сущность, являющаяся фрагментом или производным от великого Шкуродера. Она представляет собой «лоскутную стаю», которая еще не полностью интегрировалась и не выбрала окончательного имени, хотя сама называет себя стаей. В глубине этого существа таится убийца, а в его сознании сосуществуют элементы, способные вырываться на свободу и вызывать у Шкуродера отторжение. Несмотря на статус «ученика» и описание Шкуродера как «слабовольной дурочки», Тиратект обладает мудростью Хозяина, знает все его хитрости и пути измен, а также способна строить почти совершенные планы. Она обладает достаточным авторитетом, чтобы заставлять солдат и докеров падать на животы, и ее присутствие воспринимается как «чудо» для тех, кто находится в опасности. Внешне Тиратект часто принимает облик и манеры «скромной школьной учительницы» или «жалкой училки», скрывая свою истинную природу под маскарадом. Она носит тяжелую мантию с золотыми нитями, которая причиняет ей физическую боль, вызывая ссадины и выпадение шерсти. Взаимодействуя с окружающими, она демонстрирует широкий спектр эмоциональных состояний: от вспыльчивости и язвительности до мягкости и способности имитировать человеческие голоса, включая голос ребенка. Тиратект способна на самопожертвование и тайно желает уничтожить Движение Шкуродера, осознавая, что продала душу злу. Она испытывает чувство вины за прошлые убийства и даже планирует уничтожить самого Шкуродера, чтобы остановить его действия. Обладая уникальными способностями, Тиратект может растягиваться на значительные расстояния, видеть мир глазами других существ и транслировать «радиомысли» на большие расстояния. Она способна одновременно говорить с несколькими собеседниками и имитировать чужие мысли и голоса. При этом Тиратект осознает свою роль инструмента в руках Хозяина и понимает, что ее жизнь в безопасности лишь до тех пор, пока не раскрыт ее обман. Она ведет двойную игру: подчиняется Стальному Владыке, называя его «Владыкой», но при этом хранит секреты, анализирует планы врагов и тайно планирует собственные действия по подрыву системы изнутри.
Ключевые факты (182)
Глава 2
  • Является новоиспеченной стаей.
  • Еще не полностью интегрировалась и не выбрала себе имени.
  • Заявляет, что она школьная учительница.
  • В глубине существа таится убийца.
  • Несомненно принадлежит к фанатичным сторонникам Шкуродера.
  • Большую часть времени избегает контакта и держится особняком.
  • Почти наверняка уцелела в резне после неудачной попытки Шкуродера подчинить восточные земли.
  • Укрывается от погони.
  • Считается мрачной.
  • В начале пути была довольно болтлива, пока не увидела Замок Шкуродера.
  • По мнению Грамотея Джакерамафана, является высокопоставленной сторонницей Шкуродера, а не сержантом низшего ранга.
  • Возможно, является беженкой из Длинноозерной Республики.
  • Любит читать.
Побег из гавани
  • Тиратект — это стая, которая называет себя стаей.
  • Тиратект является одним из элементов Шкуродера.
  • Тиратект — это Шкуродер (или личность, идентифицируемая как такой).
  • Тиратект обладает способностью издавать сигнал, называемый Воззванием.
  • Тиратект недавно была новособрана, и процесс её интеграции еще не завершился.
  • Тиратект характеризуется как сдержанная и задумчивая личность.
  • В Тиратект временами пробивает на ярость.
  • От Тиратект исходит «смертоносное веяние» (атмосфера/чувство).
  • Тиратект обладает силой или авторитетом, способным заставить солдат и докеров упасть на животы.
  • Тиратект (или её знамя) является символом присутствия Шкуродера.
  • Тиратект обладает достаточным статусом, чтобы её присутствие сковывало действия солдат форта.
  • Тиратект — это существо (или группа существ), чьё присутствие воспринимается как «чудо» для тех, кто находится в плену или в опасности.
История и происхождение Стального Владыки
  • Тиратект — это существо, которое называет себя «Шкуродер в Ожидании».
  • Тиратект является фрагментом или производным от Шкуродера.
  • Тиратект обладает голосом и манерой речи, которые Стальной Владыка узнал безошибочно как принадлежащие Шкуродеру.
  • Тиратект обладает способностью строить «великолепные», «почти совершенные» планы, несмотря на наличие лишь половины разума.
  • Тиратект осознает свой текущий статус и баланс сил, понимая, что он не готов принять на себя полную роль Шкуродера до завершения процесса воссоединения.
  • Тиратект планирует временно отойти в тень на несколько десятидневок до появления остальных своих фрагментов.
  • Тиратект обладает способностью к самопожертвованию и стратегическому планированию (например, план по уничтожению телохранителей и сторонников при покушении).
Маскарад Тиратект и планы Стального
  • Тиратект живет на Тайном Острове Шкуродера.
  • Она совершает ежедневные прогулки по бастионам внешней крепостной стены замка Шкуродера.
  • Во время прогулок она намеренно принимает вид и манеру поведения Шкуродера, чтобы скрывать свою истинную личность.
  • Стража боится ее, считая ее самим Шкуродером.
  • Тиратект осознает, что она ведет маскарад и ее жизнь в безопасности лишь до тех пор, пока не раскрыт обман.
  • Она обладает способностью подавлять свою природную застенчивость ради роли.
  • Тиратект является фрагментом Шкуродера (содержит в себе два его элемента).
  • Она обладает памятью о жизни в Республике до начала Движения.
  • Она помнит резни в Парламентской Чаше и события, связанные с ее собственной смертью (перерезанное горло).
  • Она знает все хитрости и пути измен великого Шкуродера благодаря наличию в себе его элементов.
  • Она осознает, что продала душу злу, и понимает цену своего положения.
  • В прошлом она была склонна к страху перед другими, стыду и чувству вины, но сейчас ситуация изменилась.
  • Она испытывает кошмары во сне, в которых воспоминания о пытках и сексуальное насилие превращаются в битвы.
  • Она тайно желает победы чужакам, так как считает действия Стального и его шкуродерников хуже того, что сотворили с ней самой.
  • Она планирует остаться на острове и продолжать маскарад, пока не появится возможность подорвать план Стального и уничтожить Движение Шкуродера.
  • Она способна убить тройку элементов и принять в свою стаю остальные фрагменты Шкуродера, если это потребуется.
Маскарад Тиратект и планы Стального
  • Является частью личности великого Шкуродера (один из его фрагментов).
  • Имеет собственное имя — Тиратект.
  • Находится на Тайном Острове Шкуродера.
  • Выполняет роль Шкуродера, имитируя его манеры, взгляд и поведение во время прогулок по бастионам замка.
  • Обладает способностями и знаниями Шкуродера: знает все его хитрости, пути измен и воспоминает почти все, что случалось с ним.
  • Обладает повышенной интенсивностью восприятия благодаря наличию двух элементов Шкуродера в своем сознании.
  • Считается стражей и командирами охраны, что вызывает у них страх и трепет.
  • В сознании Тиратект сосуществуют два элемента Шкуродера, которые могут попытаться вырваться на свободу.
  • Тиратект осознает, что является инструментом в руках Хозяина (Шкуродера).
  • Вместе с другими фрагментами Тиратект должна собрать Шкуродера полностью.
  • Тиратект обладает памятью о жизни в Республике до Движения.
  • Владеет доступом к власти над командирами стражи, которые оказывают ей почет, равный полному Шкуродеру.
  • Находится под наблюдением Стального Владыки, который воспринимает её как Фрагмент Шкуродера.
Эксперимент со связью
  • Тиратект характеризуется как мрачная (замыкающая цепочку процессии).
  • Тиратект сопровождала Стального Господина, Амди и Джефри во время их путешествия к Холма Звездолета.
  • Тиратект присутствовала в группе, которая перемещалась на повозке, а затем на лодках через пролив.
  • Тиратект задала вопрос о причинах страха Джефри перед кораблем.
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Тиратект — вспыльчивый персонаж.
  • Тиратект является другом мальчика по имени Джефри.
Инспекция стройки и внезапная стычка
  • Тиратект является фрагментом Шкуродера.
  • Тиратект находился в зале совещаний во время битвы.
  • Тиратект наблюдал за событиями битвы с самого начала.
  • Тиратект выражал «мрачное веселье» по поводу ситуации, в которую попал Стальной.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Тиратект является фрагментом Шкуродера.
  • Тиратект обладает способностями и талантами Хозяина, которые Стальной обратил себе на службу.
  • Тиратект характеризуется как 'скромная школьная училка', в отличие от 'Великого Учителя с Ножом'.
  • Тиратект может быть управляемой Стальным.
  • Тиратект обладает способностью догадываться о сложных вещах (например, она поняла, что такое 'жидкое серебро').
  • Тиратект проявляет интерес к технологическому прогрессу, в частности к созданию радио и пушек.
  • Тиратект выражает амбиции относительно власти над миром с помощью новых технологий.
  • Тиратект способна анализировать информацию и делать выводы о планах и целях других существ (например, о детях на корабле).
  • Тиратект присутствовала в день высадки на звездолете и видела, как легко было заманить противников в засаду.
  • Тиратект способна испытывать эмоции, такие как удовлетворение (выраженное шипящим вздохом).
  • Тиратект находится на Холме Звездолета, в зале совещаний (на балконе).
Разговор Тиратект и Стального
  • Тиратект находится в состоянии внутренней борьбы, в которой она периодически теряет контроль над собой.
  • В прошлом Тиратект подсунула детям коммуникатор, оставив Амдиджефри одного.
  • Тиратект находится на строительной площадке нового замка, возводимого Стальным.
  • Тиратект обладает способностью видеть на целые мили, включая прибрежные острова и море.
  • Тиратект осознает, что атака на новый замок будет самоубийством для Древорезчицы.
  • Тиратект называет себя Древорезчицей (в контексте мыслей о стратегии и оружии).
  • Тиратект дала себе обет низвергнуть Движение Шкуродера.
  • Тиратект знает о существовании шпиона Проныра в ближайшем окружении Древорезчицы.
  • Тиратект планировала отправить анонимное послание южанам осенью, но отложила идею из-за опасения шпионажа.
  • Тиратект обладает мудростью Шкуродера, но не представляет такой же угрозы, как он (ее называют «демоном в кувшине»).
  • Тиратект способна физически разделаться с существами вроде Шрека и других шкуродерников высокого ранга.
  • Тиратект понимает, что Стальной был создан Шкуродером как «несчастная забитая шавка».
  • Тиратект способна понимать и анализировать тонкости языка двуногих.
  • Тиратект осознает невинность и прозрачность Амдиджефри.
  • Тиратект обладает способностью поворачивать все свои головы (в контексте обращения к Стальному).
Испытание радиотелепатической связи
  • Тиратект способна разделяться на элементы (упоминаются двойка, пятерка и другие элементы).
  • Она обладает способностью к тесному взаимодействию мыслящих стай.
  • Тиратект способна на связи на больших расстояниях с помощью радиосвязи.
  • Она может растягиваться на значительные расстояния (до четверти мили и более), сохраняя при этом четкость мыслей и координацию действий.
  • Тиратект обладает способностью к «радиомыслям».
  • Она носит тяжелую мантию с золотыми нитями.
  • Тиратект обладает способностью видеть окружающий мир глазами других существ (упоминается видение глазами Шкуродера).
  • Она способна одновременно говорить с несколькими собеседниками в разных местах.
  • Тиратект испытывает сильное эмоциональное возбуждение и радость от возможности расширения своего присутствия и влияния.
  • Она осознает, что мышление с высокой скоростью требует особой подготовки и может вызвать потерю сознания.
  • Тиратект находится в замке (внутренний двор, донжон, стройплощадка).
  • Она взаимодействует со Стальным, Амди, Джефри Ольсндотом и Шреком.
  • Тиратект знает историю и географию региона (Ледовые Клыки, Тайный Остров).
  • Она обладает амбициями по расширению империи Владыки Шкуродера с помощью новых разработок.
  • Тиратект способна управлять «громкостью» своих мыслей с помощью ремешков.
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Тиратект является «слабовольной дурочкой» (согласно описанию Шкуродера).
  • Тиратект пытается восстановить контроль над стаей в моменты, когда Шкуродер теряет рассудок из-за снятия радиоплаща.
  • Тиратект является частью сущности Шкуродер/Тиратект.
  • Тиратект не обладает нормальным интеллектом в те моменты, когда элементы стаи мылись или переодевались в «безмысленном тумане».
Разговор с детьми и Стальным
  • Тиратект является частью сознания Шкуродера (один из элементов его личности).
  • Она появляется из смятения, обволакивая Шкуродера тихой ненавистью.
  • Она обычно находится на «задворках сознания» и вставляет слова, движущие эмоцию сям.
  • В моменты сильного напряжения она может перехватывать контроль почти безраздельно.
  • Тиратект искажает выражение лица Шкуродера или корежит его начатые фразы, когда они выходят наружу.
  • Ее присутствие в сознании Шкуродера вызывает у него отторжение, и он рассматривает возможность «ампутации» (удаления) элементов его личности.
  • Она является причиной того, что дети (Амди и Джефри) не доверяют Шкуродеру.
  • Ее присутствие мешает Шкуродеру завоевать любовь детей, так как она искажает его поведение.
  • Она входит в состав тройки элементов вместе с Ти и Тектом.
Путь к лагерю Ранголита
  • Тиратект является сущностью внутри стаи Шкуродера, обладающей собственной личностью и сознанием.
  • Тиратект способна совершать атаки на сознание Шкуродера, пытаясь перехватить контроль над стаей.
  • Тиратект испытывает чувство вины за убийство невиновных и хочет прекратить убийства.
  • Тиратект обладает способностью к самопожертвованию: она готова уничтожить Шкуродера, чтобы остановить его действия.
  • Тиратект обладает достаточной мощью, чтобы вызывать у Шкуродера ощущение распада личности и ментальные помехи.
  • Тиратект была описана Шкуродером как «слабовольная дура» (в контексте её предыдущих попыток контроля).
  • Тиратект совершила последнюю и самую грубую ошибку, совершив самоубийственный порыв, который ослабил её ментальные барьеры.
  • В результате поражения от Шкуродера её душа была разрушена («разметан на ошметки»), хотя три составляющие её ядра остались живы.
Разговор Стального с синглетом
  • Тиратект является Фрагментом (элементом) Шкуродера.
  • Тиратект обладает статусом «ученика» Шкуродера, в то время как Стальной воспринимает себя как «Тем, Кто Учит Ножом».
  • Тиратект носит мантию, которая кажется чистой, черной и золотой.
  • Тиратект испытывает физическую боль от ношения мантии: шерсть на плечах и ляжках выпадает, а в местах давления образуются кровоточащие ссадины.
  • Тиратект способен к анализу ситуации и обладает информацией о передвижениях войск Древорезчицы.
  • Тиратект находится в тылу и на флангах Древорезчицы, поджег лес на Горькой Круче.
  • Тиратект обладает способностью к манипуляции и дает советы Стальному по искусству манипуляции.
  • Тиратект выполняет роль посредника между Стальным и «щенками» (Амдиджефри и другими).
  • Тиратект характеризуется как существо, способное к выражению эмоций (иногда наигранных), и может имитировать ужас.
  • Тиратект подчиняется Стальному и называет его «Владыкой».
Ожидание связи и разговор с Равной
  • Тиратект — это стая (или существо, представляющее стаю), которая ведет себя как «нянька» для Джефри.
  • Тиратект обладает способностью к общению с людьми (в частности с Джефри и Амдиджефри).
  • Поведение Тиратект до переодевания в радиомантии характеризовалось тем, что она легко выходила из себя, командовала, а затем могла язвить или хамить.
  • В последнее время поведение Тиратект немного улучшилось.
  • Джефри недолюбливает Тиратект.
  • Тиратект обладает способностью к «стайным аккордам», которые могут звучать как имя.
  • Тиратект может принимать на себя роль или говорить от имени Стального Владыки (в тексте она говорит: «Сейчас я говорю за Стального»).
  • Тиратект предложила использовать имя «господин Скорняк» как принятое имя.
  • Тиратект способна на смех, который Джефри никогда не слышал от этой стаи ранее.
  • Один из элементов Тиратект был в мантии и присутствовал в донжоне.
  • Тиратект имеет отношение к домену Стального Владыки.
  • Тиратект может имитировать или транслировать информацию о местонахождении Стального Владыки.
Полет Фама на шлюпке
  • Тиратект обладает способностью говорить голосом персонажа по имени Джефри.
  • Тиратект говорит очень бегло.
  • Голос Тиратект в определенный момент стал вкрадчивым, как у ребенка, который что-то клянчит у родителей.
  • Тиратект проявил интерес к изучению других персонажей (фраза «Он и в самом деле изучил нас» относится к его восприятию ситуации).
Переговоры по каналу связи
  • Тиратект является синглетом.
  • Тиратект замыкал процессию при спуске по замковой лестнице.
  • Тиратект находился в секторе твердыни, который примыкал к наружному валу.
  • Тиратект сопровождал Амди, Джефри и остальных щенков.
Побег через туннели
  • Тиратект — это существо (элемент), обладающее способностью к ретрансляции чужих голосов и мыслей (в частности, Стального Владыки).
  • Тиратект обладает способностью имитировать человеческие голоса.
  • Тиратект описывается как «зловещий» персонаж.
  • Тиратект характеризуется как «лоскутная стая».
  • Тиратект обладает информацией о действиях Стального Владыки, включая его преступления (убийство родителей Джефри, обвинения Древорезчицы).
  • Тиратект признался Джефри, что привел его и щенков в текущее место, чтобы помочь им, а не убить.
  • Тиратект знает о существовании секретных лазов в стенах и может показать их путь.
  • Тиратект обладает информацией о местонахождении Йоханны и о том, что она жива.
  • Тиратект знает о приближении космонавтов и их шлюпки.
  • Тиратект обладает способностью видеть события происходящие в долине (упоминает своих элементов в битве).
  • Тиратект может менять свой тон общения: от сухих и циничных до мягких.
  • Тиратект обладает способностью к передвижению по туннелям и знает их конструктивные особенности (расчеты на стаи в легких доспехах).
  • Тиратект сообщил Джефри, что он намерен «приземлиться на лапы» после оказания помощи.
  • Тиратект способен на обман: он признал, что когда-то считался мастером лжи.
  • Тиратект обладает информацией о том, что Стальной Владыка планирует убить звездников.
Приказы Стального и уход Шрека
  • Тиратект является основой души Шкуродера.
  • Тиратект описывается как «жалкая училка».
  • Тиратект была сильнее Шкуродера в прошлом и правила стаей.
  • Тиратект совершала «маленькие уступки и большие обманы» в битве душ.
  • Тиратект считается тем, кто одолел Шкуродера и заставил его поступать так же, как она.

Проныра

Проныра — гениальный мастер шпионажа и «душегуб», скрывающий за маской посредственного администратора и покровительственной напыщенности роль главного предателя Древорезчицы. Этот трехмордый Когти ведет опасную двойную игру, управляя страхами высших чинов и планируя захват Данника, оставаясь при этом самым ценным шпионом Стального.

Проныра — многогранный и опасный политик, занимающий видное место в Совете Древорезчицы и служащий в ней последние тридцать лет. Будучи отпрыском Древорезчицы и членом группы существ, к которой также относятся Щепетильник и Шкуродер, он долгое время занимал посты камергера, отвечавшего за гвардию и безопасность торговли, а также руководителя тайной службы. Несмотря на репутацию «изобретателя средних талантов» и посредственного администратора, Проныра признан гениальным мастером шпионажа и манипуляций. Он обладает уникальными способностями к разведке, внедряя агентов во внутренний круг Шкуродера и управляя его страхами, а также используя информаторов на лесопилках и в порту. Его речи на заседаниях Совета считаются «отравляющими», а его влияние настолько велико, что ходят слухи о его возможном наследовании главы Совета. Внешне Проныра — представитель расы Когти с тремя мордами, одна из которых украшена черно-белым узором. Он обладает способностью издавать «аккорды» — непереводимые звуки, выражающие эмоции, и может имитировать человеческий смех, а также говорить на нескольких «мордах» (голосах). Его физическая Erscheinung характеризуется отсутствием «поджарости», наличием губ, покрытых чернильными пятнами, и способностью выражать гнев через бульканье и шипение. В общении с властью он демонстрирует сложную манеру поведения: от покровительственной напыщенности на приемах до мгновенной покорности перед королевой, когда та напоминает ему о своем статусе. При этом он сохраняет независимость суждений, способный открыто спорить с королевой о маршрутах и безопасности армии, но быстро извиняться и соглашаться на её волю. Личная история Проныры уходит корнями в прошлое: почти столетие назад он управлял городскими лесопилками и внедрял усовершенствования в конструкцию водяных колес. В биографии фигурируют романтические связи с политиками и ораторами, а его путь к власти был выстроен на умении «зачищать следы». Однако за его официальным статусом скрывается сущность главного предателя и «душегуба». Проныра совершил убийство Грамотея, разрезав его на фрагменты, и является самым ценным шпионом Стального, передавая ему сведения о действиях Древорезчицы. Он ведет двойную игру, одновременно строя планы против Древорезчицы и Стального, стремясь к обладанию Данником и планируя «выйти сухим из воды» после всех событий. Несмотря на свою хитрость, Проныра не лишен эмоциональных реакций: он испытывал панику из-за возможной гибели картиночного ящика и утратил привычную спесь после осознания масштабов вселенной, которую в нем изучал. Он проявляет странную заботу о Йоханне, укрывая её мантией и изучая человеческую мимику по роликам из Данника, хотя при этом держит её в заброшенной хижине. Его личное пространство включает потайную башенку на старой крепостной стене, где он отдыхает от бюрократии и общения с природой, осознавая, что это место может быть видно в тумане. В целом, Проныра предстает как крайне бесстыдно наглый негодяй, чьи таланты к приспособленчеству и стратегическому планированию делают его одновременно незаменимым советником и самым опасным врагом внутри системы.
Ключевые факты (171)
Совет обсуждает природу чужака
  • Проныра является членом Совета.
  • Проныра выразил возражение против приказа королевы Древорезчицы перенести чужака в её покои.
  • Проныра указал на то, что чужак настроен враждебно.
  • Проныра отметил, что чужаку требуется медицинская помощь.
  • Проныра проявил покорность перед властью королевы, быстро согласившись с её волей после её напоминания о статусе.
  • Проныра облизал губы и покосился на членов Совета перед тем, как ответить королеве.
Разговор Странника и Древорезчицы
  • Проныра является одним из отпрысков Древорезчицы
  • Проныра входит в группу существ, к которой также относятся Щепетильник и Шкуродер
Изучение картиночного ящика
  • Проныра является членом Совета.
  • Проныра — подлинный мастер шпионажа.
  • Проныра — посредственный администратор.
  • Проныра — никудашный ученый.
  • Проныра испытывал панику, когда подумал, что картиночный ящик погиб.
  • Проныра держался на почтительном расстоянии от королевы, имея заинтересованный, но тревожный вид.
  • Проныра чертил дорожные карты в процессе изучения картиночного ящика.
  • Губы Проныры были сплошными чернильными пятнами.
  • Проныра утратил привычную спесь после осознания масштабов вселенной в ящике.
  • Рядом с Пронырой находились лавки для черчения, покрытые дюжинами набросков.
Предыстория Проныры и его роль
  • Проныра родился почти столетие назад.
  • Он был известен в народе как проныра среди древорезчиков.
  • В первые десятилетия жизни он управлял городскими лесопилками.
  • Он внес усовершенствования в конструкцию водяных колес.
  • В биографии Проныры были романтические связи с политиками и ораторами.
  • Он занимал видное место в Совете Древорезчицы в течение последних тридцати лет.
  • Последние десять лет он служил камергером.
  • На постах камергера и в Совете он отвечал за гвардию и безопасность торговли.
  • Ходили слухи, что он может стать следующим главой Совета.
  • Его речи на заседаниях Совета считались отравляющими.
  • Он командует шпионами Древорезчицы.
  • У него есть информаторы на лесопилках и в порту.
  • Он внедрил разведчиков во внутренний круг Шкуродера и научился манипулировать его страхами и слабостями.
  • Он обладает талантом и гениальностью в области разведки.
  • Он обладает дальнозоркой (прибором), которую получил в дар от Грамотея.
  • Он использует заброшенную башенку на старой крепостной стене как потайное место для отдыха от бюрократической рутины.
  • Он обладает покровительственной манерой поведения на официальных приемах.
  • Он является начальником тайной службы.
  • Он признал, что выявили агентов Шкуродера и скармливают им дезинформацию.
  • Он является главным предателем (согласно мыслям умирающего Грамотея).
Предыстория Проныры и его роль
  • Проныра — проныра в народе древорезчиков.
  • Он родился почти столетие назад.
  • В первые десятилетия жизни он управлял городскими лесопилками.
  • Он внес усовершенствования в конструкцию водяных колес.
  • В биографии Проныры были романтические связи с политиками и ораторами.
  • Он склонился к публичной деятельности.
  • Последние тридцать лет он занимал видное место в Совете Древорезчицы.
  • Последние десять лет он служил камергером.
  • На постах камергера и в Совете он отвечал за гвардию и безопасность торговли.
  • Ходили слухи, что он может стать следующим главой Совета, если Древорезчица отречется от власти или умрет.
  • Его речи на заседаниях Совета считались отравляющими.
  • Он командует шпионами Древорезчицы.
  • У него есть информаторы на лесопилках и в порту.
  • Он внедрил разведчиков во внутренний круг Шкуродера.
  • Он разнюхал планы Шкуродера, его страхи и слабости, и научился ими манипулировать.
  • Он обладает талантом и гением в сфере разведки и манипуляций.
  • Он обладает потайным кабинетом в башенке на старой крепостной стене, выходящей в лес.
  • Он использует эту башенку для отдыха от бюрократической рутины и общения с природой.
  • Он осведомлен о том, что его башенка видна из определенных мест в тумане.
  • Он знает о существовании агентов Шкуродера и получает от них дезинформацию.
  • Он является начальником секретной службы.
  • Он характеризуется как главный предатель.
  • Он обладает физической силой или навыками владения оружием (вытаскивал ножи в сцене нападения).
  • Он не является «поджарым» (в контексте физического телосложения или движения).
  • Он может демонстрировать напыщенную, покровительственную манеру поведения на приемах.
Спасение и состояние Джа
  • Проныра является советником Древорезчицы.
  • Проныра отыскал несколько безопасных проходов для прохода к Тайному Острову.
  • Проныра отвечал за охрану фрагмента Джа (синглета) после того, как тот был найден.
  • Проныра высказал предположение о том, что пара стай вышла из леса и взобралась на башню, чтобы подсмотреть, что происходит в замке.
  • Йоханна считала Проныру виноватым в том, что он подпустил шкуродерников вплотную к замку.
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Проныра является начальником тайной стражи.
  • Проныра находился в зале Совета Древорезчицы и раскладывал чертежи на полу.
  • Проныра созвал заседание Совета по случаю срочных донесений с севера.
  • Проныра сообщил, что агенты докладывают об укреплении района вокруг корабля Йоханны Стальным.
  • Проныра сообщил о сдвиге сроков завершения работ и увеличении толщины стен в новом проекте.
  • Проныра обладает информацией из «весьма особых источников», которые не следует обсуждать публично.
  • Проныра обсуждал проблему сбора армии и пути к побережью со Щепетильником.
  • Странник Викврэкшрам иронично отметил, что Проныра ни разу не выходил на полевое задание.
Разговор Тиратект и Стального
  • Проныра является родственником Шкуродера.
  • Проныра не унаследовал от общего родителя (Древорезчика) подлинных талантов.
  • Проныра обладает способностями к приспособленчеству.
  • Проныра заключал сделки с Шкуродером.
  • Проныра является шпионом Древорезчицы в ее ближайшем окружении.
  • Проныра является источником информации для Стального о действиях Древорезчицы (в частности, о её успехах в работе с «данником»).
Путешествие и разговоры о щенках
  • Проныра является руководителем или высокопоставленным командиром в армии Древорезчицы.
  • Он проявляет жесткость в управлении подчиненными, заставляя их работать до изнеможения.
  • Проныра участвовал в заседаниях Совета и поднимал вопросы о торговле в портовом городе.
  • Он обладает информацией о планах врага (Стального) и знает о передвижениях армии.
  • Проныра занимается стратегическим планированием: он стремится дезинформировать шкуродерников относительно численности, времени и целей похода.
  • Он организовал зачистку определенных лесных троп от вражеских агентов.
  • Проныра обладает полномочиями или ресурсами для организации логистики (подготовка пушек, обучение пушкарей, закупка керхогов и строительство фургонов).
Путешествие и столкновение с волками
  • Проныра гарантировал безопасность армии при выходе на открытое пространство.
  • Проныра вывел армию к долине.
  • Проныра вступал в споры с королевой относительно выбора маршрута.
  • Проныра выражал гнев через характерные звуки (бульканье, шипение).
  • Проныра настаивал на проходе по открытому маршруту, утверждая, что там безопасно.
  • Проныра аргументировал выбор пути тем, что старая тропа займет слишком много времени и может привести к опозданию в домен Шкуродера.
  • Проныра признал авторитет королевы и извинился перед ней, согласившись остаться на посту.
  • Проныра обладает независимостью суждений.
  • Проныра подал сигнал тревоги (крикнул), когда армия столкнулась с неизвестными существами.
  • Проныра возглавляет звено солдат, которые открыли огонь по склону.
Путешествие и столкновение с волками
  • Начальник тайной стражи — это Проныра.
  • Проныра является советником королевы.
  • Проныра отвечает за обеспечение безопасности армии во время движения по открытым пространствам.
  • Проныра обладает правом давать советы королеве относительно маршрутов и безопасности.
  • Проныра может выражать гнев через характерные звуки (бульканье, шипение).
  • Проныра обладает способностью к разведке (обшаривал долины и стены).
  • Проныра может выполнять роль проводника (выводил армию к разным локациям).
  • Проныра может выражать признательность и готовность продолжать службу даже после конфликтов с королевой.
  • Проныра обладает способностью к выражению эмоций, таких как улыбка или возмущение.
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Проныра является кем-то, кто обладает способностью (или властью) развертывать войска королевы Древорезчицы.
  • Проныра не может самостоятельно развернуть войска королевы и отправить их восвояси из-за их запоздания.
  • Проныра должен исполнить приказ Стального Владыки в течение суток.
  • Проныра должен привести армию королевы на Марграмский Перевал через два дня (по приказу Стального Владыки).
  • Проныра должен обеспечить убийство человечицы Древорезчицы.
  • Проныра должен замаскировать убийство Древорезчицы под несчастный случай, чтобы Двуногой не пострадал.
Драка в госпитале
  • Проныра — персонаж, который достиг своего нынешнего положения благодаря тому, что «зачищал следы».
  • Проныра был выходцем из восточных земель.
  • Проныра занимался деятельностью, связанной с вмешательством в дела Начальника (совал носы в дела Начальника).
Спасение Йоханны в госпитале
  • Проныра является «командующим артиллерией».
  • Он участвовал в совещании с Древорезчицей и Щепетильником.
  • Он использовал Данник для демонстрации своих планов наступления на Марграмский Перевал.
  • Он отдавал приказы охраняющим место совещания стаям оставаться с королевой.
  • Он обладал полномочиями отдавать распоряжения солдатам (приказал им отойти от поляны в госпитале).
  • Он проявил заботу о Йоханне, приблизившись к ней и укрыв её мантией.
  • Он испытывал внутреннюю ярость из-за того, что ситуация вышла из-под контроля.
  • Он осознал ошибку в своем плане: Йоханна находилась в тесном контакте с пациентами, что сделало её уязвимой.
  • Он изучал человеческую лицевую мимику в течение последнего года по роликам из Данника и на примере Йоханны.
  • Он принял решение перенести Йоханну в свой берлог.
  • Он планировал сообщить о ситуации королеве.
  • Он обладает мантией, которую использовал для укрытия девочки.
Пленение и допрос Йоханны
  • Проныра является предателем.
  • Он является начальником тайной стражи Древорезчицы.
  • Он является самым ценным шпионом Стального.
  • Проныра — представитель расы Когти.
  • У Проныра три головы (морды).
  • На одной из морд есть черно-белый узор.
  • Он обладает способностью говорить на самношке (использует стандартные голоса Данника).
  • Он способен имитировать человеческий смех.
  • Проныра обладает способностью читать по глазам.
  • Он убил Грамотея (Джакерамфана).
  • Он называет себя 'изобретателем средних талантов'.
  • Он почти полностью состоит из самцов.
  • Он стремится стать обладателем Данника и хочет стать победителем в борьбе за него.
  • Он строит планы против Древорезчицы и Стального.
  • Он знает, как обойти капкан Стального на Марграмском Перевале.
  • Он удерживает Йоханну в заброшенной арендаторской хижине на восточном конце лагеря.
  • Он использует клинок в одной из пастей.
  • Он нервно бегает по чердаку хижины во время разговора.
  • Он обладает информацией о цивилизации людей, полученной из Данника.
  • Он называет Странника 'безродной дворняжкой'.
Переговоры с Пронырой
  • Проныра является предателем.
  • Проныра лгал своим союзникам, в то время как Стальной знал правду.
  • Проныра обладает информацией о вражеских агентах в стане Древорезчицы.
  • Проныра признал, что преувеличил число вражеских агентов.
  • Проныра осознает свою ценность для королевы (Древорезчицы) из-за обладания информацией.
  • Проныра требует гарантий безопасности после завершения похода в обмен на сотрудничество.
  • Проныра обладает способностью говорить на нескольких «мордах» (или имеет несколько лиц/голосов).
  • Проныра обладает способностью издавать «аккорды» — непереводимые звуки, выражающие эмоции.
  • Проныра характеризуется как крайне бесстыдно наглый негодяй и гений.
  • Проныра обладает большой свитой стражников (клевретов).
  • Проныра совершил убийство Грамотея, разрезав его на фрагменты и добив останки.
  • Проныра совершил «душегубства» и совершал множество предательств.
  • Проныра планировал погубить своих союзников.
  • Проныра обладает властным голосом (повелительное бульканье).
  • Проныра намерен «выйти сухим из воды» после всех событий.
  • Проныра обладает способностью отпускать людей (в частности, Йоханну) по условиям сделки.
  • Проныра имеет свое убежище — берлогу.
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Проныра является ценным шпионом.
  • Проныра находится в плену у Древорезчицы.
  • Проныра обладает знаниями о тактике врага, которые превосходят знания шкуродерников.
  • Проныра точно знает местоположение и количество вражеских солдат.
  • На совести Проныра числится множество предательств и убийств.
  • Проныра является предателем (согласно мнению Щепетильника).
  • Проныра понимает, что его жизнь зависит от милости королевы.
  • Проныра обладает информацией о том, что у Стального в плену якобы находится брат Йоханны (хотя сама Йоханна это отрицает).
  • Проныра способен предоставлять информацию о складах боеприпасов противника.
  • Проныра в моменты опасности может собираться и припадать к земле.
  • Проныра является объектом допроса, который пошатнул его самоуверенность.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Проныра упоминается Древорезчицей как пример ошибки в её творчестве.
  • Проныра может оказаться ошибкой иного рода (по мнению Шкуродера).
Договоренность с Древорезчицей
  • Проныра жив-здоров
  • Королева (Древорезчица) много наобещала Проныру, из-за чего теперь не сможет с ним поквитаться

Щепетильник

Щепетильник — порывистый «нетерпеливый буффон» и главный инженер королевы, представляющий собой коллективное существо (стаю), способное одновременно вести диалог несколькими головами. Он одержим артиллерийскими технологиями и изучением сверхсветовых двигателей, сочетая в себе острый технический ум с непредсказуемыми эмоциональными реакциями и склонностью к самоотверженным поступкам.

Щепетильник — сложный и многогранный персонаж, являющийся членом Совета Древорезчика, отпрыском Древорезчицы и официальным главным инженером королевы. Он представляет собой стаю — существо, состоящее из нескольких элементов (включая «двойку» и «Белоголового»), которые могут действовать сообща, сражаться в ближнем бою или выполнять сложные технические задачи. Несмотря на свою принадлежность к расе синглетов, Щепетильник обладает способностью к речи, умеет говорить на языке Когтей и может выставлять на всеобщее обозрение несколько голов одновременно. Его характер характеризуется как порывистый, резкий и нетерпеливый; он признан «нетерпеливым буффоном», который безбоязненно отвергает традиции, но при этом обладает острым умом и способностью часами распинаться о своих мыслях. Как выдающийся инженер и «командующий артиллерией», Щепетильник одержим созданием пушек, считая их лучшим оружием и утверждая, что их грохот «освежает разум». Он обладает глубокими техническими знаниями: от методов отливки металла с использованием соломенной подкладки до разработки рецептур пороха и создания специальных эполетов-затычек для пушкарей. Его работа над вооружением сопровождается искренним восторгом и одержимостью: он совершенствует конструкцию стволов, анализирует характеристики захваченных у врага пушек и даже мечтает о технологиях звездолетов, изучая их через Данник — устройство, предоставляющее доступ к информации о сверхсветовых двигателях и планетарных бомбах. В процессе работы он проявляет инициативу, иногда выполняя задачи самостоятельно, и способен на самоотверженность, защищая Данник от повреждений. Взаимодействие Щепетильника с окружающим миром и другими существами демонстрирует его противоречивость. Он проявляет яростный интерес к чужакам, внимательно изучая их физические особенности, запах и предполагая наличие у них разума. В то же время он ведет себя снисходительно по отношению к Страннику и проявляет искренний интерес к происходящему на экране в лаборатории, анализируя логику языка двуногих. Его эмоциональное состояние часто нестабильно: он может отскакивать от звуков с писклявым голосом, лизать себе лоб или впадать в состояние глубокого страха и смятения при виде небесных явлений. Несмотря на свою порывистость и склонность к нарушению приказов из-за любопытства, он способен на героические поступки, такие как защита Йоханны в госпитале или участие в выжигании волчьего гнезда, где он проявил отвагу, несмотря на риск «распаться» на фрагменты.
Ключевые факты (165)
Прибытие в город и совет Древорезчика
  • Щепетильник является членом Совета Древорезчика.
  • Щепетильник проявил яростный интерес к чужаку.
  • Щепетильник проявляет нетерпение во время обсуждения в зале.
  • Щепетильник занялся осмотром и взаимодействием с чужаком после того, как врач удалился.
  • Щепетильник обладает способностью или правом приказывать другим стаям (например, он заставил стаю, которая прыгнула в амфитеатр, убраться на место).
  • Щепетильник внимательно изучает физические особенности чужака, обращая внимание на его передние лапы и запах.
  • Щепетильник настаивает на необходимости медицинской помощи для чужака (удаление стрелы и остановка кровотечения).
  • Щепетильник оценивает потенциальную угрозу от подобных существ, предполагая, что целая стая таких созданий будет очень опасна.
  • Щепетильник получил удар лапой чужака прямо в голову (в мембрану).
  • Щепетильник ведет себя снисходительно по отношению к Страннику.
Совет обсуждает природу чужака
  • Щепетильник отскочил от звука, издав при этом тонкий, высокий, писклявый голос.
  • Щепетильник лизал себе лоб.
  • Щепетильник является членом Совета.
  • Щепетильник выразил мнение, что у чужака (элемента) передних мембран нет.
  • Щепетильник указал на разорванную одежду на теле чужака в том месте, где его поразила стрела.
  • Щепетильник предположил, что чужаки могут быть разумными даже в синглетной форме.
  • Щепетильник выдвинул теорию о том, что чужаки могут быть разумными даже в одиночку.
  • Щепетильник характеризуется как нетерпеливый буффон, который безбоязненно отвергает традиции.
Разговор Странника и Древорезчицы
  • Щепетильник является отпрыском Древорезчицы
  • Щепетильник входит в число тех, кто состоит из отпрысков Древорезчицы (наряду с Пронырой и Шкуродер)
Изучение картиночного ящика
  • Находится в лаборатории.
  • Присутствовал в лаборатории вместе с Пронырой и Грамотеем Джакерамафаном.
  • Принимает вопросы Грамотея всерьез.
  • Высказал три версии природы картиночного ящика: волшебство, живое существо или механизм.
  • Считает, что ящик ведет себя как механизм из-за превосходной повторяемости отклика на раздражители.
  • Считает, что Древорезчица сочтет версию о волшебстве ересью.
  • Может часами распинаться о своих мыслях.
  • Проявляет искренний интерес к происходящему на экране.
  • Его мысли создают помехи, которые ощущает Древорезчица.
  • В конце отступил и растянулся по комнате с покрасневшими от восторга глазами.
  • Сгреб у Проныры наброски, чтобы изучить результаты наблюдений.
  • Проанализировал конкретные картинки (танцующие чужаки и палочки), чтобы понять логику языка двуногих.
Спасение и состояние Джа
  • Щепетильник приготовил немного пороха
  • Щепетильник работает с данником
  • Древорезчица дала указание Щепетильнику работать осторожнее и не искать коротких дорог
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Щепетильник в совершенстве выучил самношк
  • Щепетильник порывистый
  • Щепетильник очень умный
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Щепетильник является одним из участников заседания Совета Древорезчицы.
  • Щепетильник обсуждал с Пронырой проблему сбора армии и достижения побережья в сжатые сроки.
  • Щепетильник утверждает, что собрать армию и дойти до побережья за десять десятидневок вполне реально.
  • Щепетильник берет на себя ответственность за трудности с производством пушек и обучением артиллеристов.
  • В перечне талантов Щепетильника краткость речей находится на последнем месте.
  • Щепетильник обладает способностью выставлять на всеобщее обозрение несколько голов.
Испытание пушки и последствия
  • Щепетильник — это стая (существо, состоящее из элементов).
  • Щепетильник обладает способностью к речи (молол языками, объяснял детали отливки).
  • Он обладает техническими знаниями: знает, как использовать соломенную подкладку при отливке металла, чтобы он не трескался при остывании.
  • Он участвовал в создании пушки, используя при отливке специальные методы.
  • Щепетильник проявил инициативу и самостоятельно выполнил часть работы (сделал что-то «между нами»).
  • Он обладает заговорщицким и фокусированным тоном речи.
  • Он ведет себя нервно, оглядываясь на членов Высшего Совета.
  • Он способен отдавать приказы своим элементам.
  • Щепетильник умеет говорить на языке Когтей.
  • Он организовал и руководил процессом испытания пушки, разворачивая установку и распределяя задачи между элементами.
  • Он проявил осторожность во время выстрела, отступив под прикрытие уступа, чтобы защитить свое тело.
  • После выстрела он уцелел (пушкарь уцелел).
  • Его действия и поведение напомнили Йоханне ученых из Высокой Лаборатории из-за его специфических закидонов.
Путешествие и разговоры о щенках
  • Щепетильник изготовил семьдесят стволов пушек
  • Из изготовленных Щепетильником стволов было отобрано тридцать надежных
Путешествие и столкновение с волками
  • Официально числится членом Совета и главным инженером королевы.
  • Настаивает, чтобы его называли «командующий артиллерией».
  • Является старшим инженером.
  • Характеризуется как резкий и нетерпеливый.
  • Обладает манерой резко менять направление движений.
  • Не интересуется человеческой культурой.
  • Одержим своими пушками и влюблен в них.
  • Совершенствует конструкцию ствола, рецептуру пороха и форму снарядов.
  • Его шерсть покрыта десятками опаленных залысин от пороха.
  • Утверждает, что грохот пушек освежает разум.
  • Сновал по привалам, донимая пушкарей придирками и проводя учения.
  • Разработал для пушкарей специальные эполеты (аналог ушных затычек).
  • Носит эполеты постоянно, но не застегивает их.
  • Узнает из современной школьной программы информацию о ледниках.
  • В моменты боя пытался расчехлить пушку.
Битва у гнезда волков
  • У Щепетильника есть элементы (солдаты-существа), которые вооружены ножами и стальными когтями.
  • Один из элементов Щепетильника, старенький Белоголовый, носит эполеты.
  • Белоголовый является обученным существом, способным выполнять пушкарные действия (держать мешок с порохом, брать пушкарное огниво, поджигать трут).
  • Белоголовый характеризуется как 'тупица', но при этом он способен выполнять определенные команды.
  • Щепетильник обладает армией элементов, которые могут действовать сообща (например, в составе тройки или групп).
  • Элементы Щепетильника способны сражаться в ближнем бою, используя клинки, когти и зубы.
Церемония награждения
  • Щепетильник является Когтем.
  • Щепетильник — командирующий артиллерией.
  • Во время атаки волчьего гнезда Щепетильник «брызнул врассыпную» (его стая разлетелась на фрагменты).
  • Щепетильник получил легкий испуг и повреждения: Белоголового подпалило в паре мест, а один элемент растянул плечо, падая с тропы.
  • Щепетильник носит пушкарные эполеты.
  • Щепетильник участвовал в выжигании волчьего гнезда и спасении армии Древорезчицы.
  • Щепетильник испытывает сильный страх перед церемонией получения награды из-за необходимости повторного разделения стаи.
  • Щепетильник состоит из нескольких элементов (в тексте упоминаются «двойка» и «Белоголовый» как часть его стаи).
  • Щепетильник получил медаль (богато украшенную деревянную брошь) от Древорезчицы.
  • Щепетильник испытывает тревогу, которая чувствуется в его военной стойке.
  • Щепетильник обладает способностью к реинтеграции фрагментов своей стаи.
  • Щепетильник в итоге согласился выйти вперед вместе с Йоханной и Белоголовым для получения награды.
Разговор Йоханны и Древорезчицы в палатке
  • Щепетильник относится к расе синглетов.
  • Щепетильник проявил отвагу в разгар атаки из волчьего гнезда.
  • Щепетильник умел пользоваться пушкой, но в одиночку не мог управлять ею и не знал, куда стрелять.
  • Щепетильник умел хорошо рубить клинком.
  • Щепетильник совершил совместное деяние с Йоханной, закрывая уязвимые места друг друга.
  • Щепетильник получил медаль серебряного дерева за свой подвиг.
  • Щепетильник испытывал трудности с выполнением задачи, из-за чего Йоханна поступила с ним нехорошо.
  • Щепетильник испытывал чувство опозорения из-за того, что он 'чуть не распался' на глазах у всех.
  • После получения медали Щепетильник изменился в лице и стал рассказывать всем о том, какие они молодцы.
  • Щепетильник присутствовал на пирушке с пушкарями.
Спасение Йоханны в госпитале
  • Щепетильник является «командующим артиллерией»
  • Он участвовал в совещании с Древорезчицей и Пронырой
  • Щепетильник испытывал омерзение, когда «оторвал морды от Розового Слоника»
  • Он первым из присутствующих ворвался в госпиталь, когда там начался шум
  • Щепетильник обежал госпиталь по периметру
  • Большая часть его стаи находилась рядом с Викврэкшрамом
  • Он рыскал взад-вперед вдоль изгороди так близко, что Читиратту и Страннику пришлось отступить
  • Щепетильник громко заявил, что считает произошедшее атакой и подозревает вражеский заговор
  • Он настаивал на том, что Йоханне нужна защита не меньше медицинской помощи
  • Он призывал Проныру найти место, где можно спрятать Йоханну
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Занимает должность главного артиллериста.
  • Находится в непосредственной близости от Древорезчицы (на расстоянии двадцать пять футов).
  • В бою не соблюдает учтивостей.
  • Испытывает тревогу и смятение (это выдает его мыслешум).
  • Выглядит изможденным, радостным и обескураженным одновременно.
  • Отрапортовал Древорезчице об очистке подъема к замковому холму и подавлении ответного огня.
  • Большую часть времени проводит, копаясь в Даннике в поисках способов производства (в частности, пушек).
  • Работал десять десятидневок, чтобы выцепить из Данника всё возможное и построить пушки.
  • Выражает опасения по поводу вражеских дальновидчиков и пожаров.
  • Выглядит озабоченным и понурым.
  • Выражает зависть и унижение по поводу характеристик захваченных у врага пушек.
  • Указывает на то, что у Стального есть неизвестное им преимущество.
  • Соглашается с приказом продолжать наступление.
Йоханна и Странник на поле боя
  • У Щепетильника есть пушки.
  • Пушки Щепетильника способны производить мощные взрывы, напоминающие громовые раскаты.
  • Оружие Щепетильника обладает разрушительной силой: оно способно разрывать пушкарей в клочья и превращать металл в лужицы расплава.
  • Оружие Щепетильника характеризуется как нечто отличное от обычной артиллерии (возможно, лучевое или высокотехнологичное).
  • Пушки Щепетильника могут наносить удары на значительные расстояния, поражая цели в дымовой завесе.
Разговор Равны и Фама
  • Дезертировал с поста, на котором ему полагалось следить за подъемом войск по холму.
  • Нарушил приказ из-за любопытства.
  • Чувствует стыд за нарушение приказа.
  • Сравнивает свое любопытство с тягой наркомана к сладостным листьям кримы.
  • Слонялся рядом с кораблем.
  • Осторожно придерживал Данник, чтобы его розовые ушки не волочились по земле.
  • Считал, что охранять Данник важнее, чем подгонять солдат.
  • Обладает способностью отдавать команды (если потребуется).
  • Считает, что с повседневными обязанностями лейтенанты справляются лучше.
  • Имеет три головы.
  • Прикинул размеры уцелевших шипов ультрадвигателя (не менее 100 метров) и корпуса (не менее 120 метров) корабля Равны Бергсндот.
  • Расселся вокруг Данника и откинул мягкую подушку с изображением слоника.
  • Узнал из предыдущих сеансов работы с Данником, что корпус звездолета стандартный, хотя он построен не людьми.
  • Знает характеристики корабля: масса 20-30 тысяч тонн, наличие антиграв-подъемников и сверхсветового двигателя.
  • Работал с Данником тремя головами, а двумя глазел на корпус корабля.
  • Считает пушки и солдат вокруг ничтожными.
  • Мечтает побывать на борту корабля, понимая, что без посторонней помощи на его постройку уйдут столетия.
Гибель Фама Нювена
  • Работал над пушками Древорезчицы, которые являются лучшим оружием из всего доступного ему.
  • Имеет доступ к Даннику (информационному источнику или устройству).
  • Прочел в Даннике о бомбах, способных взорвать планету, и других системах запредельного оружия.
  • Слышал от Странника рассказы о первой высадке иномирцев.
  • Видел людской лучемет.
  • Мечтал и удивлялся, работая над оружием.
  • Испытал сильный страх и осознал реальность угрозы, когда увидел парящий над головой звездолет.
  • Быстро изучил в Даннике статьи про пилотирование звездолетов.
  • Решил учиться пилотированию, даже если часы мира сочтены.
  • Открыл три окна для изучения разных аспектов пилотирования.
  • Находился на холме, где наблюдал за странными явлениями в небе.
  • Прикрыл лицо розовым забралом Данника, чтобы смотреть на солнце.
  • Ощутил ужас и смятение от вопля пушкарей.
  • Вжался животом в землю от страха, когда солнце начало тускнеть.
  • Понял, что происходит нечто неизвестное, о чем не было написано в Даннике.
Наблюдение за звездами
  • Щепетильник — один из тех, кто налаживал контакт с Когтями.
  • Щепетильник проявляет энтузиазм в налаживании контакта.
  • Щепетильник участвует в действиях по выводу Когтей из их цивилизационного тупика (неспособности работать вместе, не теряя интеллекта).

Амди

Амди — высокоинтеллектуальный щенок расы Когтей с коллективным разумом, способный к физической трансформации тела и сложным математическим вычислениям. Он сочетает в себе черты озорного трикстера и преданного защитника, обладая уникальной способностью чувствовать эмоции и переводить стайную речь.

Амди — существо сложной физиологии и уникального социального устройства. Он является представителем вида «стаи» (в частности, щенком расы Когтей), состоящим из нескольких элементов, которые обладают коллективным разумом и способны взаимодействовать друг с другом. Амди обладает способностью к широкоугольному зрению, а его физическое тело способно к трансформации: он может растягиваться для прохождения в узкие лазы и перемещаться внутри стен. Несмотря на свою «щенячью» природу (наличие шерсти, лап и мембран), он обладает развитым интеллектом, способностью к связной речи и сложным математическим вычислениям, будучи признанным гением в области геометрии и астрономии. Он способен идентифицировать звездные объекты, рассчитывать расстояния в световых годах и понимать устройство радиосвязи. В общении Амди демонстрирует высокую адаптивность. Он владеет языком самношк (аккордами), понимает его лучше, чем его спутник Джефри, и способен переводить стайную речь на человеческий язык, а также имитировать голос Джефри. Амди обладает способностью чувствовать эмоциональное состояние других, улавливать страх и гнев, а также ретранслировать звуки и визуальные образы. В отношениях с окружающими он проявляет двойственность: он может быть озорным, дурашливым и ироничным, поддразнивая стражников, но в то же время демонстрирует глубокую преданность и заботу о Джефри, защищая его и помогая справляться с одиночеством. Жизненный путь Амди отмечен переходом от изоляции к исследованию. Прожив первые четыре года в одной комнате, он долго испытывал страх перед внешним миром, изучая его лишь через книги. Позже он заключил сделку со Стальным Господином, чтобы выходить наружу, и начал открывать для себя новые впечатления: от игры со снежинками до наблюдения за полярным сиянием. Амди обладает способностью к глубоким размышлениям, в моменты которых в его груди что-то резонирует, и проявляет восторженный трепет перед технологиями и новыми пейзажами. При этом он сохраняет связь с прошлым, тоскуя по родителям и сестре, и остается существом, которое нуждается в физическом контакте, тепле и доверии.
Ключевые факты (155)
Прогулки Амди и Джефри
  • Амди — представитель вида, обладающего стайным зрением.
  • Амди прожил первые четыре года своей жизни в одной большой комнате.
  • Амди не привык носить одежду, но позже получил первую в жизни смену курток из плотной ткани.
  • Амди испытывал страх перед внешним миром, но интересовался им через книги.
  • Амди тосковал по родителям и сестре.
  • Амди договорился со Стальным Господином о том, чтобы его стали выпускать наружу почти ежедневно.
  • Амди обнаружил, что ему нравится гулять и играть с другом.
  • Амди получает удовольствие от того, что поддразнивает учителей и стражников.
  • Амди считает глупым поведение стражников, которые боятся Джефри из-за его роста.
  • Амди любит ловить моменты перемены света и разбирается в геометрии.
  • Амди читал про снег, но никогда раньше его не видел.
  • Амди очарован шестиугольным мотивом снежинок.
  • Амди умеет играть в салки и уворачиваться от снежков.
  • Амди обладает способностью к межстайному общению, но предпочитает общаться с Джефри на языке людей.
  • Амди понимает самношк (язык общения между стаями) очень хорошо.
  • Амди владеет географическим глобусом.
  • Амди знает о существовании звезд и о том, что на них живут друзья родителей Джефри.
  • Амди придерживается теории, что Стальной Господин боится, что Джефри улетит и бросит их.
Эксперимент со связью
  • Амди — существо, обладающее несколькими головами (упоминается 'тройка Амди' и 'несколько голов').
  • Амди находится в группе с мальчиком по имени Джефри.
  • Амди обладает способностью переводить речь на другие языки (переводил сказанное в микрофон на ухо Джефри).
  • Амди знаком с устройством под названием 'комм' и умеет им пользоваться.
  • Амди знает о существовании Стального Господина и его радио.
  • Амди совершил 'небольшую шалость', которая вызвала реакцию у Стального Господина.
  • Амди отправился в долгое путешествие на материк вместе со Стальным Господином и Джефри.
  • Амди видел полярное сияние.
  • Амди знает о проблемах с грибками и плесенью в Замке и считает, что их там слишком тщательно вычищают.
  • Амди проявляет заботу о Джефри, окружая его и помогая справляться со страхами.
  • Амди испытывает любопытство к новым местам и предметам (например, к занавесам и плесени на корабле).
  • Амди способен чувствовать страх и эмоциональное состояние других персонажей.
  • Амди находится в состоянии удивления и восторга от вида пейзажей и технологий на корабле.
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Амди является другом мальчика по имени Джефри.
Инспекция стройки и внезапная стычка
  • Амди является существом, способным к речи на языке самношк.
  • Амди обладает способностью переводить речь человека (Джефри) для Стального.
  • Амди находится в отношениях с человеком по имени Джефри.
  • Амди проявляет эмоциональную реакцию: он может пугаться, взмолливаться и испытывать приступ беспокойства.
  • Амди сопровождает Джефри и находится в окружении охраны Стального.
  • Амди проявляет заботу о безопасности Джефри, выражая страх за его жизнь.
  • Амди способен понимать и передавать инструкции и чувства между персонажами.
  • Амди находится на Холме Звездолета (или в его окрестностях) в момент событий.
  • Амди является «детенышем богомола» (согласно контексту описания отношений и физиологии).
Работа в командной рубке
  • Амди — существо, состоящее из элементов (стаи), которые могут взаимодействовать друг с другом.
  • Амди обладает способностью к сложным математическим вычислениям и считается очень крутым математиком.
  • Амди умеет читать на самношке лучше, чем Джефри.
  • Амди способен печатать слова на клавиатуре, используя четыре носа.
  • Амди обладает способностью к связной речи через специальные элементы, которые могут открывать глаза и смотреть на собеседника.
  • Амди испытывает чувство доверия и ответственности перед Стальным Владыкой и Равной, бережно относясь к оборудованию.
  • Амди испытывает восторженный трепет при получении сообщений в «прямом эфире».
  • Амди способен к глубоким размышлениям и задумчивости, в моменты которых в его груди что-то резонирует.
  • Амди обладает воображением и способностью к генерации идей (например, идея передачи мыслей по радио).
  • Амди проявляет эмоциональность: он может взтрепываться от радости, издавать жалобный визг от восторга или возбужденно ерзать.
  • Амди дружит с Джефри и считает его важным другом.
  • Амди находится в командной рубке корабля, которую он считает своим «частным королевством» вместе с Джефри.
  • Амди вместе с Джефри ежедневно проверяет показатели диагностических дисплеев и следит за спящими в гибернаторах.
  • Амди умеет аккуратно переписывать текст на бумаге стилосами.
  • Амди интересуется личной жизнью Равны (ее возрастом, семейным положением и внешностью).
Испытание радиомантий
  • Амди является представителем стаи (щенком).
  • Амди часто использует местоимение «я-стая» в ответах на вопросы.
  • Амди характеризуется как «малыш» и имеет небольшой рост.
  • Амди проявляет смелость и желание помочь в испытании радиокуртки.
  • Амди нервно запрыгал вокруг одного из квадратов, вытряхивая его из чехла.
  • Амди напялил на плечи и спину самый крупный элемент своей стаи, но куртка была ему явно велика и окружила его как палатка.
  • Амди сердито тявкнул в ответ на слова Джефри.
  • Амди знает, что радио работает быстрее звука, и беспокоится, что это может вызвать у стаи «мыслесмятку».
  • Амди называет Джефри «коварным предателем» на самношке.
  • Амди является «восьмеркой» (состоит из восьми элементов).
  • Амди испытывает востор адреналин и радость от успешного испытания радиокуртки.
  • Амди физически взаимодействует с Тиратект, терся с ней мордой и путаясь под лапами.
Испытание радиотелепатической связи
  • Амди обладает способностью к телепатической или радиосвязи с другими существами (в частности, с Тиратект).
  • Амди может издавать человеческое хихиканье.
  • Амди способен физически перемещаться (носится вокруг Тиратект).
  • Амди обладает способностью слышать мысли или сообщения Тиратект на расстоянии.
  • Амди может давать инструкции и советы Тиратект (например, предлагать прибавить громкости мыслям или предупреждать о границах дальности).
  • Амди находится в непосредственной близости от Тиратект во время испытаний связи.
  • Амди является частью группы, участвующей в экспериментах по расширению границ мышления и связи.
Разговор с детьми и Стальным
  • Амди является ребенком (упоминается как 'мальчик' и 'щенок').
  • Амди находится в состоянии эмоционального distress: он плачет, его голос срывается на визг.
  • Амди обеспокоен исчезновением Равны, которая не выходит на связь уже четыре раза.
  • Амди обладает способностью собирать вокруг себя большинство элементов.
  • Амди проявляет физическую привязанность к Джефри, лижая ему щеки.
  • Амди просит Тиратект попросить Стального разрешить им остаться на корабле целый день.
  • Амди не доверяет Шкуродеру.
  • Амди любит физический контакт.
  • Амди находится на корабле вместе с Джефри.
Ожидание связи и разговор с Равной
  • Амди является представителем стаи (щенков), которая обладает коллективным разумом и способна обмениваться мыслями поэлементно.
  • Амди обладает способностью к телепатической связи с другими элементами своей стаи.
  • Амди способен физически менять форму (растягиваться) для прохождения в узкие пространства.
  • Амди обладает острым нюхом и способностью принюхиваться к щелям в стенах.
  • Амди обладает способностью к расчету (он проверял расчеты Равны для Стального Владыки).
  • Амди обладает способностью ретранслировать звуки и визуальные образы (звуки ветра, крики птиц, вид солнца) тем, кто находится с ним в контакте.
  • Амди характеризуется как дурашливый и игривый персонаж, который любит гоняться сам за собой.
  • Амди способен на серьезные и осмысленные действия, такие как исследование потайных ходов и выполнение приказов.
  • Амди находится на корабле беженцев под каменным куполом в донжоне.
  • Амди взаимодействует с Джефри, помогая ему справляться с чувством одиночества и страхом.
  • Амди знает о существовании потайных ходов в донжоне Стального Владыки.
  • Амди обладает способностью к имитации или передаче имен (он произнес имя «Тиратект» в виде стайного аккорда).
  • Амди проявляет любопытство к человеческим историям и интересуется личностью Равны.
Переговоры по каналу связи
  • Амди возглавлял часть стаи, которая шла впереди группы.
  • Амди выражал замешательство и ныл, говоря: «Я не понимаю. Я ничего не понимаю. Мы же можем ему помочь».
Побег через туннели
  • Амди является щенком (щенкостая).
  • Амди обладает озорной натурой.
  • Амди отличается доверчивостью.
  • Амди полностью полагается на Стального Владыку.
  • Амди способен понимать стайную речь (аккорды).
  • Амди может переводить стайную речь на человеческий язык для Джефри.
  • Амди способен чувствовать страх, он плакал и дрожал от ужаса.
  • Амди физически взаимодействовал с Тиратект (мог его потрогать).
  • Амди находился в группе с Джефри и другими щенками.
  • Амди находился в подземных туннелях.
  • Амди осознает, что Стальной Владыка не любит их и хочет причинить им боль.
  • Амди пролезает в узкие лазы в стенах вместе с остальными щенками.
Побег из туннеля и встреча с битвой
  • Амди — щенок (или существо с характеристиками щенка, имеющее шерсть, лапы и мембраны).
  • Амди обладает острым нюхом, который помогает ему находить дорогу.
  • Амди обладает ироничным остроумием.
  • Амди умеет передвигаться внутри стен и узких лазов.
  • Амди является лидером в группе, на уверенность которого полагается Джефри.
  • Амди способен общаться с Джефри (в тексте упоминаются его реплики).
  • Амди обладает способностью понимать или издавать звуки, которые становятся осмысленными в определенных условиях.
  • У Амди есть группа других существ, которых он называет «элементами».
  • Амди был в ужасе во время прохождения через узкий туннель.
  • Амди оказался в ловушке в узком проходе, где его задние лапы были залиты нефтью.
  • Амди испытывал трудности с дыханием из-за нефти в туннеле.
  • Амди был вытащен Джефри из узкого лаза.
  • Амди и его элементы были защитниками Джефри в течение долгого времени.
Спасательная операция в огне
  • Амди — это персонаж, обладающий способностью к речи (его голос слышен через вокодер или напрямую).
  • Амди находится в теле или связан с существом, имеющим ствол, ветви и наездника (Синепанцирь).
  • Амди обладает способностью к передвижению на тележке с колесами.
  • Амди находится в опасной зоне, охваченной огнем и нефтью.
  • Амди испытывает физический дискомфорт от жара («Слишком жарко», «слишком горячо»).
  • Амди взаимодействует с персонажем по имени Джефри, призывая его действовать быстро.
  • Амди обладает способностью направлять других (командует элементами, чтобы они накрылись защитным материалом).
  • Амди помогает Джефри удерживать защитную накидку, используя челюсти.
  • Амди способен сообщать информацию о ситуации на поле боя (например, о наличии чистых участков).
  • Амди находится в состоянии агонии (согласно описанию реакции Фама на его состояние).
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Амди — это стая собак.
  • Амди состоит из нескольких элементов, включая щенков.
  • Амди находится на корабле вместе с мальчиком по имени Джефри.
  • Амди проводит на корабле много времени и привык к его акустике.
  • Амди может выражать эмоции, которые воспринимаются как маниакальное возбуждение или тихая печаль.
  • Амди способна общаться с людьми (в частности, с Равной), используя голос Джефри.
  • Амди способна выражать иронию и «дурачить» собеседника.
  • Амди может физически взаимодействовать с людьми, например, удерживать Равну зубами за рукав.
  • Амди обладает способностью понимать человеческие эмоции, например, уловила гнев на лице Равны.
Наблюдение за звездами
  • Амди — это существо (щенок), принадлежащее к расе Когтей.
  • Амди обладает математическим гением.
  • Амди обладает способностью к широкоугольному зрению.
  • Амди обладает способностью к быстрому обучению и способности соображать, как астрономические объекты соотносятся с тем, что они видят.
  • Амди способен идентифицировать звездные объекты (например, Магеллановы Облака) и рассчитывать расстояния в световых годах.
  • Амди обладает способностью к эмоциональной связи: он проявляет любовь к монстру по имени Стальной.
  • Амди характеризуется суетливостью в поведении.
  • Амди обладает способностью к физическому сближению с людьми, так как ему нравится человеческое тепло.
  • Амди физически взаимодействует с Равной, уютно оборачиваясь вокруг ее талии.
  • Амди находится в группе детей вместе с Джефри и Йоханной Ольсндот.
  • Амди, по словам Равны, был одарен во многих аспектах, помимо математики.
  • Амди способен имитировать или обладать голосом, который сложно отличить от голоса Джефри.

Равна Бергсндот

Сьяндранка из расы дирокимов, обладающая редким даром распознавания человеческих эмоций и анализом «Искажения», которая скрывает глубокое одиночество за профессиональной решительностью. Она способна видеть антиграв-ткань и озарения других, становясь эмоционально связанной с «товаром»-человеком Фамом Нювеном и таинственным мальчиком Джефри.

Равна Бергсндот — сьяндранка (женщина с темными чертами лица и фиолетовыми глазами), представительница расы дирокимов. В детстве она жила на планете Сьяндра Кей, где увлекалась историями о принцессах и приключенческими повествованиями, разыгрывая сцены из них вместе с сестрой Линн. Подростковый период Равны отмечен мечтами об эмиграции на Страумлианский Простор. Она получила образование в области компьютерных наук и прикладной теологии, после чего выиграла конкурс на трехлетнюю стажировку в архиве Маршрутизатора в Срединном Запределье. В рамках Организации Вриними она работала под прямым подчинением Грондра ‘Калиру, занимая должность в отделе рыночного анализа. Ее «особый» опыт в людских делах сделал ее ценным сотрудником для анализа рынков Высокого Запределья, а также для работы с информацией о Страумлианском Искажении и Погибели. Равна обладает глубокими знаниями об истории своего народа, включая предания о Фентролларе и Старой Религии. Она способна анализировать внешность и происхождение существ, а также распознавать человеческие черты и эмоции. В ходе работы она ведет переговоры с эмиссаром Фамом Нювеном, помогая ему приспособиться к новому миру. Несмотря на то что Равна понимает, что Фам — живой человек, а не товар, она чувствует себя его сообщницей, испытывая одновременно жалость к его поврежденной памяти и восторг от преодоления им препятствий. Со временем она осознает, что полюбила его, и позже переживает глубокое горе, шок и чувство утраты после его гибели. Параллельно Равна ведет переписку с мальчиком по имени Джефри, который попал в ловушку на дне колодца; для нее это общение является единственной отдушиной в жизни. В профессиональной деятельности Равна демонстрирует аналитический склад ума и решительность: она способна определять контроль Силы над эмиссаром, знает детали тайного оружия Погибели и обладает информацией о родителях Джефри из человеческих архивов. Она осознанно идет на риск, отказывая лидерам в праве выбора, чтобы предотвратить катастрофические последствия публикации правды. В ходе событий на корабле «Внеполосный-II» она проявляет заботу о Фаме, часто беря его за руку и приводя на мостик. Несмотря на наличие близких друзей — Эгравана и Сарале, — Равна испытывает глубокое одиночество, признаваясь, что давно не видела лиц людей, которых она действительно понимает. Она также обладает способностью видеть антиграв-ткань и некоторые озарения Фама Нювена, что дает ей основания доверять его действиям.
Ключевые факты (135)
Прошлое Равны и начало стажировки
  • Равна Бергсндот работает библиотекаршей.
  • В детстве Равна жила на планете Сьяндра Кей.
  • В детстве Равна увлекалась историями «века принцесс» и приключенческими повествованиями.
  • Равна проводила вечера с сестрой Линн, разыгрывая сцены из историй о принцессах.
  • В подростковые годы Равна мечтала эмигрировать на Страумлианский Простор.
  • Равна училась на курсах компьютерных наук и прикладной теологии.
  • Равна участвовала в конкурсе на участие в программе удаленной стажировки при Организации Вриними.
  • Равна выиграла конкурс и получила трехлетнее обучение в архиве Маршрутизатора.
  • Равна находится на сетевом хабе миллиона миров, в двадцати с небольшим тысячах световых лет от дома.
  • Равна работает в архивах, расположенных за тысячу световых часов от резиденции Грондра Вринимикалира.
  • Равна находится на планете, где в данный момент стоит ранняя осень.
  • Равна испытывает тоску по дому, осознавая его удаленность.
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Равна Бергсндот — имя персонажа.
  • Равна является научной сотрудницей на Сьяндре Кей.
  • Равна находится на стажировке в течение двух лет.
  • Равна работает в Организации Вриними.
  • Равна работает на Маршрутизаторе, который расположен в Срединном Запределье.
  • Равна находится в подчинении у Грондра ‘Калиру.
  • Равна работает над приспособлением Фама Нювена к новому миру.
  • Равна обладает близкими приятелями по имени Эграван и Сарале.
  • Равна чувствует себя сообщницей «плохих ребят», так как понимает, что Фам Нювен — живой человек, а не товар.
  • Равна испытывает чувство восторга от преодоления препятствий Фамом Нювеном.
  • Равна испытывает жалость к Фаму Нювену из-за его поврежденной памяти.
  • Равна осознает, что она — продукт внеземной эволюции.
  • Равна испытывает чувство одиночества в общении с воскрешенным человеком.
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Равна Бергсндот является научной сотрудницей.
  • Она находится на Сьяндре Кей в течение последних двух лет.
  • Она проходит стажировку, которая продлится еще один год.
  • Равна работает в организации, связанной с Маршрутизатором (Организацией Вриними).
  • Она работает под прямым подчинением Грондра ‘Калиру.
  • Ее обязанности включают в себя приспособление Фама Нювена к новому миру.
  • Равна обладает способностью видеть антиграв-ткань (она видела ее в грандиозном масштабе на Причалах Маршрутизатора).
  • Равна испытывает чувство вины перед Фамом Нювеном, так как считает, что он — живой человек, а не товар.
  • Равна испытывает чувство восторга от того, как Фам Нювен преодолевает препятствия.
  • У Равны есть близкие приятели по имени Эграван и Сарале.
  • Равна испытывает чувство одиночества в общении с воскрешенным человеком, несмотря на наличие друзей.
  • Равна способна анализировать внешность и происхождение других существ (например, определила, что Фам Нювен — продукт внеземной эволюции).
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Равна Бергсндот является сотрудницей отдела рыночного анализа.
  • Она получила должность в этом отделе после падения Арбитражных Искусников.
  • Ее «особый» опыт в людских делах делает ее ценным сотрудником для анализа рынков Высокого Запределья.
  • Она занимается анализом информации о Страумлианском Искажении и Погибели.
  • Равна участвует в процессе отслеживания и анализа сообщений от выжившего человека, Джефри Ольсндота.
  • Она испытывает глубокое сочувствие к Джефри Ольсндоту, считая его жизнь более важной, чем ужас Искажения.
  • Равна испытывает зависть к наездникам из-за их способности «вычеркивать» раздражающие факторы из памяти.
  • Она обладает способностью определять, когда Сила (Старик) контролирует эмиссара, а когда нет.
  • Равна ведет переговоры от имени Организации Вриними с эмиссаром Фамом Нювеном.
  • Она обладает доступом к данным о родителях Джефри Ольсндота из человеческого архива Сьяндры Кей.
  • Равна способна проявлять эмоциональные реакции: она нервничает при разговоре с Силой, может «прыснуть» от смеха и «стискивать зубы» от раздражения.
  • Она обладает определенным уровнем смелости, так как в прошлом году она бы «со страху померла» от мысли о разговоре с Силой.
  • Равна способна распознавать человеческие черты и эмоции в поведении эмиссара Фама Нювена.
  • Она находится в кабинете, где проводит встречи и аналитическую работу.
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Равна Бергсндот — женщина, находящаяся на корабле «Внеполосный-II».
  • Она обладает способностью или обязанностью проверять наличие «хвоста» (преследователей) после гиперпрыжков корабля.
  • Она проявляет заботу о Фаме Нювене: часто приводит его на мостик, ежедневно говорит с ним и берет его за руку.
  • Она испытывает растущую панику и тревогу из-за отсутствия ответа от Фама Нювена.
  • Она читает новости и испытывает холодный пот от сообщений о поддержке погромов против человечества.
  • Она ведет переписку с мальчиком по имени Джефри, который попал в ловушку на дне колодца.
  • Для Равны переписка с Джефри является единственной отдушиной в жизни.
  • Она знает подробности жизни Джефри: о его друге Амди, вспыльчивой Тиратект, отважном Стальном Владыке и гордых Когтях.
  • Она обладает информацией о истории и культуре (знает о знаменитой фреске в каюте, созданной три тысячи лет назад).
  • Она переживает за судьбу королевства Стального и опасается прилететь на пепелище, оставленное Древорезчицей.
  • Она испытывает чувство утраты и тоску по Фаму Нювену, в мыслях обращаясь к нему как к «милому Фаму».
Спор о судьбе наездников
  • Равна — девушка.
  • Равна испытывает муку, сравнимую с пережитым ею известием о гибели Сьяндры Кей.
  • Равна обладает информацией о тайном оружии Погибели и о том, как оно модифицировало наездников.
  • Равна знает, что Искажение (Погибель) создало себе помощников.
  • Равна обладает информацией, которую Фам должен был понять за тридцать часов размышлений.
  • Равна против публикации правды в Сети, так как считает, что это погубит миллиарды.
  • Равна отказывает лидерам в праве выбора, чтобы они не могли использовать информацию для принятия решений.
  • Равна против убийства Зеленожки и Синепанциря.
  • Равна обладает мужеством и великодушием.
  • Равна способна на решительные действия: она изменила программы управления кораблем (хотя это оказалось блефом).
  • Равна планирует ограничить возможности наездников и спасти Джефри.
  • Равна Бергсндот — её полное имя.
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств
  • Равна Бергсндот находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Равна Бергсндот является знакомым лицом для группы Свенсндота (в тексте упоминается как «такое знакомое лицо»).
  • Равна Бергсндот была свидетелем событий на Маршрутизаторе.
  • Равна Бергсндот подтвердила, что события на Маршрутизаторе происходили именно так, как описывалось в новостных группах.
  • Равна Бергсндот сообщает, что у них был прямой контакт с Силой.
  • Равна Бергсндот утверждает, что Погибель уничтожила всё на Маршрутизаторе.
  • Равна Бергсндот находится в состоянии паники (в один из моментов она «в панике озиралась»).
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Равна Бергсндот является представителем расы дирокимов.
  • Она обладает глубокими знаниями об истории своего народа, включая предания о Фентролларе, основателе хабитатов грез и Старой Религии.
  • Равна хорошо осведомлена о событиях на Сьяндре Кей, в частности о Падении Маршрутизатора, судьбе Старика и превращении Фам Нювена.
  • Она обладает способностью видеть некоторые озарения Фам Нювена, хотя и не знает всех его планов.
  • Равна испытывает чувство глубокой тоски и одиночества, признаваясь, что давно не видела знакомых лиц и людей, которых она действительно понимает.
  • Она находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Равна обладает статусом миледи.
  • Она испытывает сильную эмоциональную реакцию (панику, тошноту) при попадании корабля в Медленную Зону.
  • Равна способна анализировать сложные ситуации и осознавать масштаб катастрофы, в которую попал их флот.
  • Она выражает доверие к Фам Нювену, несмотря на его странность.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Равна Бергсндот обладает глубокими знаниями об истории дирокимов, в частности о Падении Маршрутизатора и событиях, связанных с Фентролларом.
  • Она хорошо осведомлена о последствиях событий на Сьяндре Кей и знает детали о том, во что превратился Фам Нювен.
  • Равна обладает способностью видеть или осознавать определенные вещи, что дает ей основания верить Фам Нювену.
  • Она испытывает чувство тоски по людям, которых она «действительно понимает», и признается, что давно не видела знакомых лиц.
  • Равна находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Она испытывает физический дискомфорт (подташнивание) и эмоциональное напряжение в условиях Медленной Зоны.
  • Равна способна анализировать сложные ситуации, такие как зонные сдвиги, и делать выводы о масштабах происходящих событий.
  • Она проявляет эмоциональную реакцию на слова Фама, переходя от паники к слабому смеху.
  • Равна обращается к Кьету Свенсндоту как к «групп-капитану» и признает его авторитет в вопросах защиты интересов Сьяндры Кей.
Координация боя и тактическое управление
  • Равна Бергсндот находится на корабле (вероятно, в группе с Сьяндрой Кей), который нуждается в помощи.
  • Она находится в зоне погони за ней со стороны флота «Погибель».
  • Равна Бергсндот является целью для «истинного виновника», который может быть сильнее тех, кто преследует её сейчас.
  • Она находится на экране коммуникатора у групп-капитана Свенсндота.
  • Она находится в группе с Сьяндрой Кей, которая выжила.
  • Равна Бергсндот появилась в кадре в верхней части картинки коммуникатора.
  • Она положила руку на плечо рыжеволосому персонажу (неизвестному по имени).
  • Она произнесла фразу: «Богосколок, — говорила она, — тайное оружие против врага».
Послевоенная конференция и переговоры
  • Равна Бергсндот находится на корабле «Внеполосный-II».
  • Она является сьяндранкой (имеет темные черты лица и фиолетовые глаза).
  • Равна Бергсндот участвовала в битве с Погибельным флотом.
  • Она критикуется капитаном Тренглетсом за участие в «самоубийственной бойне» и за то, что она «сидела сложа руки» во время сражения.
  • Равна Бергсндот обладает способностью или правом взаимодействовать с богосколком (упоминается в контексте её дружка Фама Нювена).
  • Она признается, что в детстве на планете Херта воображала, как компания Свенсндота спасает её от опасностей.
  • Равна Бергсндот выражает отчаяние и неуверенность в отношении дальнейшего плана действий.
  • Она планирует отправиться к планете Когтей, чтобы разобраться в чем-то важном и сообщить об этом в Сеть.
  • Равна Бергсндот прощается с Кьетом Свенсндотом и другими капитанами перед встречей с «Люнснаром».
Разговор Равны и Фама
  • Равна Бергсндот находится на борту космического корабля.
  • Равна Бергсндот обладает дисплеем на запястье, который отсчитывает время (оставалось меньше сорока пяти часов, затем время сократилось до двух часов).
  • Равна Бергсндот находится в состоянии тревоги или шока, так как она едва осознавала приближение Странника.
  • Равна Бергсндот находится в непосредственной близости от Фама.
  • Корабль Равны Бергсндот имеет корпус длиной не менее ста двадцати метров и длину шипов ультрадвигателя не менее ста метров.
  • Корабль Равны Бергсндот имеет зеленый переливчатый корпус.
  • Корабль Равны Бергсндот обладает массой около двадцати-тридцати тысяч тонн, оснащен антиграв-подъемниками и сверхсветовым двигателем.
  • Корабль Равны Бергсндот построен не людьми.
  • Корабль Равны Бергсндот находится на склоне холма.
  • Равна Бергсндот находится в зоне действия зоны турбулентности и влияния действий Фама.
Гибель Фама Нювена
  • Равна Бергсндот испытывала страх и тревогу из-за приближающегося флота убийц.
  • Равна Бергсндот находилась в непосредственной близости от Фама Нювена.
  • Равна Бергсндот обладала устройством на запястье, которое отображало позиции флота и данные навигации.
  • Равна Бергсндот испытывала чувства к Фаму Нювену, она его полюбила.
  • Равна Бергсндот пережила глубокое горе и эмоциональное истощение после гибели Фама Нювена.
  • Равна Бергсндот находилась на борту контейнеровоза во время событий.
  • Равна Бергсндот осознала, что они оказались в Медленной Зоне, вне досягаемости помощи.
  • Равна Бергсндот почувствовала запах смерти и горечь после гибели Фама.
  • Равна Бергсндот была в шоке от того, что произошло с телом и артефактом Фама Нювена.

Джефри Ольсндот

Джефри Ольсндот — восьмилетний мальчик-выживший, обладающий сверхъестественной способностью «программировать» души и кроить реальность, манипулируя воспоминаниями и личностями других существ. Несмотря на внешность изнуренного ребенка, он выступает стратегическим информатором и способным менять обличья, балансируя между детской тоской по семье и ролью почти божественной сущности.

Джефри Ольсндот — восьмилетний мальчик, чей жизненный путь характеризуется парадоксальным сочетанием детской непосредственности и глубоких, почти сверхъестественных знаний. Несмотря на возраст, он обладает способностями, позволяющими ему «играть с душами, как программист с интеллектуальной графикой»: он способен манипулировать воспоминаниями, изменять личности и «кроить» реальность для создания биографий других существ. Джефри обладает глубокими знаниями истории Земли и человечества, способен предсказывать типы планет и обладает математической интуицией. При этом в общении он часто кажется обычным ребенком, который любит длинные послания, умеет слушать учителей и испытывает искреннюю тоску по семье — матери, отцу и сестре Йоханне. История Джефри тесно связана с космическими странствиями и выживанием в экстремальных условиях. Он является выжившим на корабле беженцев «Внеполосный-II», который находится в опасности из-за технических неисправностей и замедления времени в Дне Запределья. Джефри пережил смерти на Страумлианском Просторе и Маршрутизаторе, а также столкнулся с нападением Древорезчиков и Стального Владыки. В ходе своих приключений он оказывался в плену в замке с остроугольными стенами, где его пытались пытать и использовать как рычаг давления. В одной из таких ситуаций он был привязан к носилкам и перевозился собакоподобными существами, осознав, что они разумны и смогли перехитрить его родителей. Взаимоотношения Джефри с окружающим миром отмечены странными особенностями. Он воспринимает стаю щенков как слитное существо и своего друга, способного копировать его голос. Его физическое состояние часто характеризуется как изнуренное: лицо и руки постоянно перепачканы мелом, одежда порвана, а волосы липкие от грязи. При этом в определенных контекстах он демонстрирует поразительное достоинство, превышающее его возраст. Особо выделяется его способность принимать обличья других существ, например, наездника (Синепанциря) с ветвями и щупальцами, в теле которого он совершал спасательные операции в зоне пожара, управляя тележкой и используя вокодер для передачи звуков. Джефри также выступает в роли важного информатора и стратега. Он передавал сообщения о Когтях и Стальном Владыке, оптимизировал радиосвязь и описывал географию планеты Когтей. Несмотря на то что его шансы на спасение в Медленной Зоне оцениваются как практически нулевые, он продолжает проявлять упорство, планируя обучить собак самношке, чтобы найти родных. Его жизнь — это сложная мозаика из детских воспоминаний о школе при Высокой Лаборатории и масштабных космических трагедий, где он балансирует между ролью маленького человека, нуждающегося в защите, и сущности, способной изменять саму суть реальности.
Ключевые факты (125)
Пленение Джефри и встреча с щенками
  • Джефри Ольсндот — страумер.
  • Джефри потерял сознание после того, как задыхался от дыма во время нападения.
  • Он был привязан к чему-то, похожему на носилки скорой помощи, и перевозился собакоподобными существами.
  • Джефри находится в плену в замке с остроугольными каменными стенами и хмурыми башнями.
  • Он спрашивал о местонахождении своих родителей и сестры по имени Йоханна.
  • Джефри плакал из-за разлуки с семьей и из-за того, что его друзья остались в капсулах.
  • Он помнит, что несколько дней назад играл со школьными друзьями в школе при Высокой Лаборатории.
  • Джефри знает, что его мама говорила: «Мы за краем Запределья — и мы создаем Бога».
  • Он осознал, что собакоподобные существа разумны и смогли перехитрить его родителей.
  • Джефри находится в большой комнате с куполообразным потолком, двадцатью вертикальными щелями и балконами со свитками.
  • Он заметил в комнате черные рисунки собак на камне, похожие на детские рисунки.
  • Джефри взаимодействовал с несколькими щенками, которые оказались способными копировать его голос и проявлять дружелюбие.
Жизнь Джефри в комнате
  • У Джефри Ольсндота никогда раньше не водилось более одного домашнего любимца, и лишь однажды это был песик.
  • Джефри находится в просторной комнате, которую он называет темницей.
  • Джефри потерял свою семью (маму, папу и Йоханну).
  • Джефри чувствует себя уставшим и напуганным.
  • Джефри понимает, что мир, в котором он находится, дикий, расположен не на Просторе и, вероятно, не подключен к Сети.
  • Джефри планирует самому научить собак самношке, чтобы отыскать родных.
  • Джефри выкрикивает вопросы белокурточникам на угловых балконах.
  • Джефри воспринимает стаю щенков как слитное существо и своего друга.
  • Лицо и руки Джефри постоянно перепачканы мелом.
  • Джефри сидит тихо на уроках и слушает учителей, хотя иногда ерзает.
  • Джефри хочет использовать помощь щенков, чтобы найти маму, папу и Йоханну.
Разговор наездников на пляже
  • Джефри Ольсндот — человеческий ребенок.
  • Жизнь Джефри Ольсндота находится в опасности.
  • От Джефри Ольсндота поступают сообщения, вызывающие беспокойство у наездников.
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Джефри Ольсндот — выживший человек на корабле беженцев.
  • Он отправил сообщение через девяносто дней после аварийного сигнала корабля.
  • С ним удалось обменяться примерно четырьмя десятками сообщений.
  • В сообщениях Джефри сообщил информацию о Когтях, Стальном Владыке и злобных древорезчиках.
  • Джефри является маленьким человеком, чья жизнь зависит от помощи Равны Бергсндот.
  • Он, вероятно, является ребенком (в тексте упоминается «маленький Джефри» и «мальчишка»).
Разговор Равны и Фама
  • Джефри Ольсндот является тем самым «Стариком», который существует уже больше десяти лет.
  • Джефри Ольсндот обладает способностью принимать обличья других существ (в частности, он был в облике Фама Нювена).
  • Джефри Ольсндот обладает глубокими знаниями о человечестве и истории Земли.
  • Джефри Ольсндот способен манипулировать воспоминаниями и создавать «лоскутную реальность» для других существ.
  • Джефри Ольсндот обладает способностью «играть с душами, как программист – с интеллектуальной графикой».
  • Джефри Ольсндот обладает огромными знаниями и ресурсами, позволяющими ему изучать проблемы Искажения в течение более сотни дней.
  • Джефри Ольсндот обладает способностью изменять мышление и личность тех, с кем взаимодействует, делая их «недоступными для любого общения».
  • Джефри Ольсндот обладает способностью «кроить» реальность и архивы для создания биографий (как в случае с Фамом Нювеном).
  • Джефри Ольсндот обладает способностью «проливать свет» на происхождение существ, используя свои знания.
  • Джефри Ольсндот обладает способностью изменять или создавать «подделки» в Трансценденции, которые сложнее и красочнее реальности.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Джефри Ольсндот — мальчик (ребенок).
  • Джефри Ольсндот — восьмилетний ребенок.
  • Джефри Ольсндот находится в опасности («угодил в кровавую бойню»).
  • Джефри Ольсндот обладает кораблем «Внеполосный-II».
  • Джефри Ольсндот находится на расстоянии двадцать одна тысяча световых лет от Равны.
  • Джефри Ольсндот испытывает депрессию (в контексте отсутствия ответов в некоторые дни).
  • Джефри Ольсндот не любит много писать (кроме случаев, когда ему диктует Стальной).
  • Джефри Ольсндоту нравятся длинные послания от Равны.
  • Джефри Ольсндот имеет местных союзников, чьи усилия зависят от графика миссии.
  • Джефри Ольсндот имеет туземных друзей.
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Джефри Ольсндот является путешественником.
  • Джефри Ольсндот находится на борту корабля «Внеполосный-II».
  • Джефри Ольсндот является сыном или дочерью людей (упоминается тайна корабля его родителей).
  • Джефри Ольсндот находится в опасном положении из-за технической неисправности корабля и условий пространства.
  • Джефри Ольсндот может погибнуть от старости до прибытия к цели, так как скорость корабля крайне мала в условиях Дна Запределья.
  • Джефри Ольсндот находится в состоянии, которое автор описывает как «лежать в могиле» к моменту прибытия из-за замедления времени/пространства.
Размышления о ситуации и жизни на корабле
  • Джефри Ольсндот является мальчиком.
  • Джефри находится на планете Когтей (или связан с ней событиями).
  • Джефри утверждает, что оптимизация радиосвязи — это полностью его заслуга.
  • Джефри утверждает, что на планете нет потайных компьютеров.
  • Джефри обладает потрясающими идеями в ситуациях, требующих математической интуиции.
  • В языке и общих вопросах Джефри кажется обычным ребенком для своего возраста.
  • Джефри пережил смерти на Страумлианском Просторе и Маршрутизаторе.
  • Джефри находится в ситуации, которую Равна называет «бедняжка Джефри», подразумевая его трудное положение.
  • Джефри описывал замок, который, по его мнению, находится рядом с кораблем.
  • Джефри рассказывал о засаде, из которой он считает, что его спасли.
Испытание радиотелепатической связи
  • Джефри Ольсндот изображал радость при встрече со Стальным.
  • Джефри Ольсндот не понял смысла происходящего события (связи между мыслящими стаями).
  • Джефри Ольсндот не осознал значения эксперимента, в котором участвовал.
  • Джефри Ольсндот висел на двух элементах Стального, обхватив их за шеи.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Джефри Ольсндот — персонаж, чьи шансы на спасение в текущей ситуации (в Медленной Зоне) Равна Бергсндот считает практически нулевыми.
  • Равна Бергсндот считает, что Джефри Ольсндота никто никогда не спасет.
Ожидание в глубине прилива
  • Джефри Ольсндот участвует в игре, в которой также принимают участие его друзья-Когти.
  • Джефри Ольсндот находится на планете Когтей.
  • С момента последнего сеанса связи с Джефри Ольсндотом миновало семьдесят часов.
  • Равна пропустила три сеанса связи с Джефри Ольсндотом.
  • Джефри Ольсндот находится в ситуации, где время на планете Когтей утекает, а вместе с ним теряется доверие местных.
Прилет на планету и радиосвязь
  • Джефри Ольсндот находится на планете Когтей.
  • Джефри Ольсндот является мальчиком.
  • Джефри Ольсндот обладает информацией о планете Когтей (Равна вспоминает географию планеты, восстановленную по его рассказам).
  • Джефри Ольсндот предсказал, что мир Когтей — планета стандартного земного типа.
  • Джефри Ольсндот находится в опасности: его атакуют Древорезчики.
  • Джефри Ольсндот находится в состоянии осады (засады) со стороны Древорезчиков.
  • Джефри Ольсндот находится на северо-западном побережье планеты Когтей.
  • Джефри Ольсндот имеет возможность осуществлять связь с кораблем «Внеполосный-II» через ультраволновой и радиочастотный диапазоны.
  • Джефри Ольсндот находится в непосредственной близости от корабля (менее пяти тысяч кликов в момент связи).
Путешествие к планете Когтей
  • Джефри Ольсндот находится на другом конце мира от места прибытия корабля.
  • Джефри Ольсндот находится в царстве полярного дня.
  • Джефри Ольсндот связан с народом Стального Владыки.
  • Джефри Ольсндот находится на планете Когтей.
Спасательная операция и наблюдение
  • Джефри Ольсндот — ребенок (мальчик).
  • Джефри находится в плену у Стального.
  • Джефри находится где-то внутри замка.
  • Стальной планирует подвергнуть Джефри пыткам.
  • Стальной пытается найти Джефри, но не знает, где именно он прячется.
  • Йоханна Ольсндот считает Джефри своим близким человеком (судя по её эмоциональной реакции и упоминанию его смерти).
  • Стальной пытается использовать Джефри как рычаг давления или объект для запугивания.
  • Существует угроза того, что Стальной может убить Джефри.
Спасательная операция в огне
  • Джефри Ольсндот является космонавтом.
  • Джефри находится в теле или связан с существом, имеющим синеватый ствол, который является живым (мягкий на ощупь и подвижный).
  • Джефри находится в теле наездника (Синепанциря), который обладает ветвями, щупальцами и способностью к колдовству над консолью.
  • Джефри обладает способностью видеть сквозь марево пожара.
  • Джефри находится в теле существа, которое может издавать звуки через вокодер.
  • Джефри (в теле наездника) совершает действия по спасению детей и других существ из зоны пожара.
  • Джефри проявляет решимость и упорство, продолжая движение сквозь огонь, несмотря на риск гибели.
  • Джефри обладает способностью управлять тележкой, которая движется по поверхности земли.
  • Джефри находится в непосредственной близости от Йоханны и других персонажей в ходе спасательной операции.
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Джефри Ольсндот — восьмилетний мальчик.
  • Он находился в замке под главным куполом рядом с Йоханной.
  • Джефри сидел на ступенях откидного трапа, держась за руки с Йоханной.
  • Поза мальчика была исполнена достоинства, что казалось слишком взрослым для его возраста.
  • Джефри много потерял и долго прожил, располагая столь малым.
  • Его одежда была порвана, а на плечах, локтях и коленях были повязки.
  • Его волосы остались липкими и грязными.
  • Вокруг него крутилась стая маленьких Когтей (щенков).
  • Джефри обнимал Равну, уткнувшись ей в грудь.
  • Он говорил тихим, но звонким голосом.
  • Джефри проводил Равну к люку корабля.
  • Он проводил много времени с Амди (собачьим существом).
  • Джефри находился в состоянии грусти.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Джефри Ольсндот является владельцем звездолета.
  • Джефри Ольсндот был связан с событами на Холме Звездолета.
  • Джефри Ольсндот был связан с действиями Стального.
  • Джефри Ольсндот был спасен стаей Шкуродера.
  • Джефри Ольсндот имеет отношение к детям, которых помог спасти Шкуродер.
  • Джефри Ольсндот связан с кораблем, который был спасен Шкуродером.

Грамотей Джакерамафан

Грамотей Джакерамафан — интеллектуальный шпион и камергер с репутацией эксцентричного чудака, обладающий способностью слышать мысли и мгновенно анализировать стратегические детали. Несмотря на болезненную застенчивость, он мастерски манипулирует информацией и политическими играми, скрывая за маской клоунских привычек глубокую вовлеченность в борьбу за власть.

Грамотей Джакерамафан — сложный и многогранный персонаж, являющийся попутчиком Странника Викврэкрама. Несмотря на репутацию забавного чудака с клоунскими привычками, способным говорить высоким писклявым голосом, он обладает глубоким интеллектом и аналитическими способностями. Джакерамафан — образованный интеллектуал, с ранних лет увлекавшийся естественной историей, биографиями и пособиями для заводчиков. Он собрал в Рангафире личную библиотеку из двухсот томов и, несмотря на отсутствие усидчивости для повседневного деловодства, обладал способностью к генерации гениальных идей, которые он часто пытался зафиксировать в своих записных книжках. Происхождение Джакерамафа связано с семьей богатых купцов на восточной границе Республики. Из-за отсутствия воображения у брата и нехватки терпения у самого Грамотея семейное дело процветало лишь благодаря усилиям последнего, что в итоге привело к выкупу доли и отъезду Джакерамафана в Столицу. В дальнейшем он проявил талант к политическим играм и торговле, что позволило ему стать шпионом. Политическая полиция Республики отрядила его на Тайный Остров Шкуродера для сбора секретов, однако он признался, что не является полным сторонником Шкуродера. Его навыки включают мастерское владение дальнозорками, способность слышать мысли попутчика, умение воспроизводить чужие языки и тонкое чувствование отношения окружающих к себе. Джакерамафан демонстрирует яркие эмоциональные контрасты: в душе он скрывает болезненную застенчивость, но в моменты триумфа может вести себя как герой, испытывая почти божественный восторг от красоты мозаик или приветственных воплей толпы. Он обладает способностью к быстрому стратегическому анализу, замечая детали, недоступные другим — например, искусственность упавшей звезды или подготовку засады. В ходе своих действий он проявил инициативу в исследовании магических объектов, таких как картиночный ящик, сравнивая его структуру с ветками дерева и метафорическими лабиринтами. Как профессиональный шпион и камергер, Джакерамафан обладает доступом к внутренней части замка и детально изучил распорядок дня стражников. Он осознает мастерство Проныры и планирует предложить ему свои услуги по обучению сыщиков. Несмотря на то, что он не является пилигримом и не меняет элементы ежедневно, он глубоко вовлечен в политическую борьбу, стремясь доказать свою полезность Йоханне и внести вклад в победу. В ходе событий он получил травму спины и потерял чувствительность в задних лапах, а также потерял одного из элементов по имени Фан.
Ключевые факты (112)
Глава 2
  • Грамотей Джакерамафан — попутчик Странника Викврэкрама.
  • Он характеризуется как забавный чудак и бездонный кладезь несвязанной информации.
  • Вероятно, он является шпионом.
  • Он обладает клоунскими привычками.
  • Джакерамафан умеет говорить очень высоким, писклявым голосом.
  • Он обладает способностью работать с какими-то странными приспособлениями.
  • Он обладает способностью слышать мысли попутчика (Странника Викврэкрама).
  • Он признался, что не является полностью сторонником Шкуродера.
  • Он утверждает, что много читает.
  • Он заявляет, что является «новеньким» в странствиях.
  • Он следит за Тиратект и предупреждает Викврэкрама о её возможном высоком статусе среди сторонников Шкуродера.
  • Он первым заметил побережье и предупредил об этом.
  • Он предупредил о подготовке засады бойцами Шкуродера.
  • Он обладает способностью к анализу ситуации, предполагая, что упавшая звезда — нечто искусственное.
Прибытие в город и совет Древорезчика
  • Грамотей Джакерамафан выскочил из лодки и пробежался по берегу.
  • Он испытывал нескрываемое наслаждение от приветственных воплей толпы.
  • Он изображал из себя героя, приветственно махая на все четыре стороны.
  • В душе у него гнездится болезненная застенчивость.
  • Его минуты триумфа на берегу, по мнению Странника, могли быть апофеозом всей его жизни.
  • Он задал вопрос камергеру о том, примет ли его Древорезчик.
  • Он выразил ошеломление и восторг, увидев мозаичные картины в замке, сравнив свои ощущения с ощущением бога.
  • Он разбежался вдоль пейзажей, усаживая по элементу рядом с разными картинами.
  • Он произнес реплику: «Чтоб моей душе… Я себя чувствую богом! Будто у меня по элементу на каждом холме, и я вижу все одновременно!»
  • Он выразил восхищение просторностью зала совещаний.
  • Он взял на себя инициативу и поведал собравшимся историю о прилете летающего дома, резне и спасении чужака.
  • Он представился собравшимся как тайный агент Длинноозерной Республики.
  • Он показал свои гляделки (глаза) в ходе рассказа.
Изучение картиночного ящика
  • Грамотей Джакерамафан не является пилигримом.
  • Он не меняет элементы ежедневно, в отличие от пилигримов.
  • Он проявил инициативу и впервые заставил картиночный ящик заговорить.
  • Он предложил версию о том, что картиночный ящик является живым существом.
  • Он высказал предположение, что ящик предлагает выбирать варианты действий.
  • Он сравнил структуру вариантов в ящике с ветками дерева.
  • Он сравнил процесс исследования ящика с петлянием по метафорическому лабиринту улиц.
  • Он выразил благоговение перед масштабом увиденного в ящике, назвав это целой вселенной.
  • Он способен без труда воспроизводить звуки чужого языка.
Разговор Грамотея и Странника в городе
  • Грамотей Джакерамафан — интеллектуал, который с ранних лет много читал (естественная история, биографии, пособия для заводчиков).
  • Он собрал в Рангафире крупнейшую библиотеку, в которой было более двухсот томов.
  • Родился при расколе стаи в Рангафире на восточной границе Республики.
  • Его родитель был богатым купцом.
  • Он унаследовал таланты, но лишен усидчивости и терпения, необходимых в повседневном деловодстве.
  • В начале жизни он был связан с семейным делом брата, который был более усидчивым и терпеливым.
  • В конце концов брат выкупил его долю, и Джакерамафан уехал в Столицу.
  • В Столице он узнал о библиотеке с пятью тысячами книг.
  • Его личные записные книжки стали для него своего рода библиотекой.
  • Его сводный очерк естественной истории был отвергнут всеми издателями, и ему пришлось издавать отдельные фрагменты за свой счет.
  • Он подался в шпионы, чтобы выведать секреты Тайного Острова Шкуродера.
  • Он понимает, что идеи его гениальны, хотя обыватели часто с этим не соглашаются.
  • Он считает себя смельчаком, хотя напроситься в гости к Йоханне стоило ему немалых усилий.
  • Он обладает талантом к политическим играм (политическая полиция Республики отрядила его на Тайный Остров).
  • Он умеет хорошо разбираться в ценах и товарах (в прошлой жизни он в этом неплохо разбирался).
  • Он обладает способностью отлично чувствовать отношение других к себе, особенно покровительственные нотки.
  • Он способен на глубокий самоанализ и быстро формулирует сложные политические и стратегические идеи.
Разговор Грамотея и Странника в городе
  • Грамотей Джакерамафан родился при расколе стаи в Рангафире на восточной границе Республики.
  • Родитель Грамотея был богатым купцом.
  • Грамотей унаследовал таланты от родителя, но лишен усидчивости и терпения, необходимых в повседневном деловодстве.
  • Его стайбрат обладал избытком усидчивости и терпения, благодаря чему семейное дело процветало.
  • С ранних лет Грамотей был известен как интеллектуал.
  • Грамотей читал книги по естественной истории, биографии и пособия для заводчиков.
  • Он собрал в Рангафире библиотеку из более чем двухсот томов.
  • В начале карьеры Грамотей имел грандиозные идеи о том, как стать богатейшим купцом на Востоке.
  • Ранние проекты Грамотея провалились из-за отсутствия воображения у его брата.
  • Брат выкупил долю Грамотея, после чего Джакерамафан уехал в Столицу.
  • В Столице Грамотей разросся до шестерки.
  • Грамотей стремился посетить столичную библиотеку, где было пять тысяч книг.
  • Университетские стаи не нашли для него времени.
  • Его сводный очерк естественной истории был отвергнут всеми издателями, и ему пришлось издавать фрагменты за свой счет.
  • Грамотей подался в шпионы, чтобы выведать секреты Тайного Острова Шкуродера.
  • Грамотей понимает, что идеи его гениальны, хотя обыватели считают иначе.
  • Он пытается воссоздать чертежи из остатков записной книжки.
  • Он надеется с помощью Йоханны отшлифовать свои идеи, чтобы стереть шкуродерников с лица планеты и вернуть ей летающий дом.
  • Грамотей испытывал трудности в общении с Йоханной и переживал из-за её реакции на упоминание Странника.
  • Он обладает талантом к играм и политической разведке.
  • Политическая полиция Республики отрядила его на Тайный Остров с заданием по сбору информации.
  • Грамотей хорошо разбирается в торговле (в прошлой жизни он в этом неплохо разбирался).
  • Он обладает способностью хорошо чувствовать отношение других к себе, в частности покровительственные нотки.
Разговор Странника и Грамотея
  • Грамотей клянется в своей верности и утверждает, что он не болтун.
  • Грамотей знает, что Странник и Древорезчица являются любовниками.
  • Грамотей является камергером.
  • Грамотей испытывает чувство притынности и польщенности от слов Странника.
  • Грамотей осознает, что Проныра является величайшим мастером шпионажа своего времени.
  • Грамотей понимает, что он чуть было не раскусил Проныру.
  • Грамотей планирует предложить Проныре свои услуги.
  • Грамотей осознает, что новая роль в тени позволит ему внести наибольший вклад в победу.
  • Грамотей хочет доказать свою полезность Йоханне.
  • Грамотей обладает замком.
  • Полное имя персонажа — Грамотей Джакерамафан.
Разговор Странника и Грамотея
  • Грамотей Джакерамафан является камергером.
  • Грамотей Джакерамафан знает о тайном романе Странника и Древорезчицы.
  • Грамотей Джакерамафан осознает, что Проныра является начальником тайной стражи Древорезчицы.
  • Грамотей Джакерамафан понимает стратегическое преимущество Древорезчицы, связанное с деятельностью Проныры и союзом с Йоханной.
  • Грамотей Джакерамафан признает Проныру величайшим мастером шпионажа своего времени.
  • Грамотей Джакерамафан осознает, что он чуть было не раскусил Проныру.
  • Грамотей Джакерамафан планирует предложить Проныре свои услуги.
  • Грамотей Джакерамафан осознает, что новая роль в тени позволит ему внести наибольший вклад в победу.
  • Грамотей Джакерамафан хочет доказать свою полезность Йоханне.
  • Грамотей Джакерамафан обладает замком, до которого он добирался в конце пути.
  • Грамотей Джакерамафан характеризует себя как человека, который не является болтуном.
Предыстория Проныры и его роль
  • Грамотей Джакерамафан — персонаж, принадлежащий к стае элементов.
  • Он обладает способностью к глубоким идеям, которые часто недоступны другим стаям.
  • Грамотей мечтал о подвигах и великих свершениях.
  • Он обладает допуском во внутреннюю часть замка.
  • Он изучил распорядок дня стражников.
  • Грамотей известен как мастер в использовании дальнозорок (приборов для наблюдения).
  • Он признал, что не изобрел дальнозорки, а купил их в Рангафире.
  • Грамотей использовал дальнозорку, чтобы вызволить Йоханну.
  • Он провел исследование замка в течение десяти дней, фиксируя передвижения людей в записную книжку.
  • Он предложил Проныре свои услуги по разведке и обучению сыщиков своим методам.
  • Грамотей называет себя профессионалом, умеющим хранить тайны.
  • В ходе нападения на него он потерял одного из элементов по имени Фан.
  • После падения со стены у него пострадала спина и он потерял чувствительность в задних лапах.
  • В момент гибели или тяжелого ранения он стремился сообщить о случившемся Йоханне.

География метафизического пространства

Мир книги

Внеполосный-II

«Внеполосный-II» — уникальный межзвездный фрахтер с органическим дизайном и способностью к самовосстановлению, способный стереть с лица планеты целую империю. Судно оснащено специфическими процессорами для Медленной Зоны и ионными прямоточными двигателями, превращая его в высокотехнологичную базу для выживания в экстремальных условиях Запределья.

«Внеполосный-II» — уникальный межзвездный фрахтер, спроектированный расой наездников (существ, напоминающих растения) специально для работы в экстремальных условиях Запределья и Медленной Зоны. Корабль обладает специфическим внешним видом: его корпус удлинен и сужен в середине, напоминая таранный прямоточник или глубоководную рыбину, а внешние шипы ультрадвигателей, светящиеся влажным металлическим сиянием, напоминают оперенные белые арки или шипы мокрицы. Внутреннее устройство судна также уникально — оно оснащено липучками-присосками на стенах, специальными процессорами для работы в Медленной Зоне и диагностическими экранами, оптимизированными под органы чувств наездников. Судно прошло масштабную переоснастку на вринимийских верфях под заказ Орга Вриними для выполнения тайного рейса к Дну Запределья. В ходе модернизации стоимость корабля выросла в десять тысяч раз: он получил оборудование придонного люггера, ионные прямоточные двигатели, гибернаторы, антенный рой для связи с Маршрутизатором и системы автоматики, способные разгонять судно почти до предельной скорости в условиях Дна. Несмотря на свою функциональность, корабль сохраняет элегантность исполнения, указывающую на интеллект почти сверхчеловеческого уровня. В ходе эксплуатации «Внеполосный-II» стал объектом масштабного военного конфликта и преследования как минимум тремя флотилиями (включая силы Погибели и остатки охраны Сьяндры Кей). Корабль используется как база и средство спасения для группы персонажей, включая Равну, Фама Нювена, Синепанциря и Зеленожку. На борту судна расположены каюты, мастерская, водный резервуар, библиотека с историческими данными и медицинский блок с автохирургом. Особое внимание уделяется его техническому состоянию: из-за близости к Дну и вмешательства Фама в системы безопасности, корабельная автоматика начала давать сбои, вызывая каскадные отказы, пожары и деградацию вычислительных мощностей. Корабль обладает способностью к самовосстановлению (шипы могут «заживать»), маневрировать в условиях низкой гравитации и совершать гиперскачки. Он способен принимать людей и грузы в условиях свободного падения, а также менять визуальные режимы отображения. Несмотря на то, что судно считается «малюткой» по сравнению с истребителями паразитов, оно обладает достаточной мощью, чтобы потенциально стереть с лица планеты целую империю. В сюжете корабль также фигурирует как объект интереса для местных жителей и как ключевой элемент в планах Стального по выходу за пределы планеты.
Ключевые факты (363)
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • «Внеполосный-II» — это небольшой фрахтер межзвездного класса.
  • Корабль принадлежит команде, состоящей из наездников (раса, напоминающая растения) и гуманоидов.
  • На борту корабля находятся наездники (включая Синепанциря) и гуманоиды, которые сертифицируют часть груза.
  • Корабль используется для перевозки товаров, в частности одноразовых шифров для Коммерческой охраны Сьяндры Кей.
  • Команда корабля совершала рейсы между Сьяндрой Кей и Форсте Утгреп.
  • Корабль был в районе Основного Страума примерно 650 часов назад (около 27 суток назад) во время возникновения Страумлианского Искажения.
  • Из-за посещения Страума и слухов об Искажении груз корабля частично обесценился и перестал пользоваться доверием в Сети.
Разговор наездников на пляже
  • «Внеполосный-II» — это корабль, который проходит переоснастку на вринимийских верфях.
  • Корабль предназначен для выполнения тайного рейса ко Дну Запределья по заказу Орга Вриними.
  • В ходе переоснастки корабль получает оборудование придонного люггера и множество новых дроноантенн.
  • Стоимость «Внеполосного-II» выросла в десять тысяч раз после начала работ по его модернизации.
  • Корабль является объектом важной миссии, целью которой является спасение разумных существ и потенциальный поиск способа нанести вред Страумлианской Погибели.
  • Для выполнения миссии на корабле придется спуститься до самого края Медленной Зоны.
Подготовка к миссии и переговоры
  • «Внеполосный-II» — уникальное судно, проходящее переоснастку для выполнения спасательной миссии.
  • Корабль переделывается в придонного люггера, предназначенного для полетов в опасной близости от Медленной Зоны.
  • Внешний вид корабля после переделки напоминает глубоководную рыбину или хрупкую мошку.
  • Корпус корабля стал удлиненным и суженным в середине, что соответствует формфакту таранного прямоточника.
  • Судно оснащено ультрашипами, которые шире, чем у большинства кораблей на Маршрутизаторе.
  • Корабль оборудован ионными прямоточными двигателями и гибернаторами для работы в условиях Медленной Зоны.
  • Для обеспечения связи на корабле установлен антенный рой, способный обеспечить канал связи с Маршрутизатором.
  • Корабль предназначен для транспортировки Джефри Ольсндота и группы наездников.
  • На борту «Внеполосного-II» планируется разместить эффективную бортовую базу данных со стратегической программой.
  • Судно обладает «удивительной аппаратурой» и специальными гаджетами для спасательной миссии.
  • Корабль предназначен для работы в условиях Дна, где его компьютеры смогут разгонять его почти до предельной скорости.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • «Внеполосный-II» — это корабль, на котором Равна получила разрешение улететь.
  • Корабль находился в процессе подготовки к отлету и еще не прошел все необходимые тесты.
  • Грондр взял на себя финансирование для создания небольшого флота кораблей-обманок для поддержки «Внеполосного-II».
  • Корабль был похищен Эмиссаром (сущностью, использующей тело Фама Нювена) и направлен к Причалам.
  • Несанкционированный пролет «Внеполосного-II» вблизи Причалов карался конфискацией судна.
  • Корабль прибыл к месту событий через двести секунд после того, как Синепанцирь зафиксировал его перемещение.
Побег от разрушающихся Причалов
  • «Внеполосный-II» — это космический корабль, предназначенный для транспортировки грузов (в тексте упоминается груз, доставленный за пол-Галактики).
  • Корабль обладает специфическим внешним видом: он описывается как «огромный мотылек на сияющих крыльях» с шипами ультрадвигателя, напоминающими оперенные белые арки.
  • Корабль оснащен маневровыми двигателями, которые вспыхивают красноватым огнем, и имеет открытый носовой люк.
  • Внутреннее устройство корабля является разработкой наездников и отличается от стандартных пассажирских или спортивных судов (внутри есть липучки-присоски на стенах).
  • Корабль способен совершать опасные маневры, такие как посадка на ракетном двигателе в условиях низкой гравитации.
  • В сюжете корабль служит средством спасения для Равны, Синепанциря, Зеленожки и Фама Нювена во время катастрофы на Причалах.
  • Корабль обладает способностью к управлению ускорением (в сцене спасения оно составляло около 1/12g).
  • Корабль способен принимать на борт людей и грузы в условиях свободного падения и высокого риска столкновения с космическим мусором.
Побег из системы и прыжок
  • «Внеполосный-II» — это космическое судно, на котором путешествуют персонажи Равна, Синепанцирь и Зеленожка.
  • Судно способно маневрировать в атмосфере крайне плохо (сравнивается с прыжком пса через луну).
  • Корабль обладает способностью к самовосстановлению (у него есть «шипы», которые могут ломаться и заживать).
  • На борту судна есть медблок с корабельным автохирургом.
  • Судно оснащено системами навигации, ультраслежения и экранами для отображения данных.
  • Корабль обладает способностью совершать прыжки (упоминается калибровка перед прыжком).
  • Судно способно менять визуальный режим отображения (переключение на естественный обзор).
  • В ходе событий корабль получил повреждения шипов в результате столкновения с обломками в районе Причалов.
  • Судно используется для дальнерейсовой торговли и выполнения контрактов.
  • Корабль способен перемещаться на значительные расстояния (за три часа он унесся на полтораста световых лет от Маршрутизатора).
Разговор Странника и Грамотея
  • «Внеполосный-II» является космическим кораблем.
  • Корабль способен развивать ультраскорость почти пятьдесят световых лет в час при отлете от Маршрутизатора.
  • Корабль совершает микроскачки по Запределью, в ходе которых время работы компьютеров увеличивается, а псевдоскорость падает.
  • В данный момент корабль находится глубоко в Срединном Запределье.
  • Корабль используется для транспортировки и спасения Фама Нювена.
  • Корабль обладает автохирургом, способным проводить сложные медицинские операции.
  • Корабль не был известен тому, кто занес Погибель на Маршрутизатор.
Путешествие и обсуждение маршрута
  • «Внеполосный-II» — космический корабль, совершающий путешествие в Запределье.
  • Корабль начал свое путешествие после катастрофы, в ходе которой произошли события, связанные с жизнью и смертью (воскрешение Фама).
  • Корабль движется к Дну Запределья, проходя через Срединное Запределье.
  • В ходе полета корабль столкнулся с Великой зонной бурей — областью массивного зонного сдвига, которая замедляет движение.
  • Движение корабля замедляется не только из-за бури, но и из-за технических неисправностей самого судна.
  • Корабль не был полностью подготовлен к отлету: не был проведен заключительный этап диагностики, не были загружены запчасти и программы для придонного режима.
  • На корабле наблюдаются проблемы с ультрашипами: два не самовосстановились после урона на Маршрутизаторе, а три продолжают отмирать.
  • Корабль движется в плоскости галактического диска, держа курс к центру Галактики.
  • На борту корабля находятся персонажи: Равна, Фам Нювен, Синепанцирь (наездник) и Зеленожка (наездница).
Размышления о ситуации и жизни на корабле
  • «Внеполосный-II» — это космический корабль, на котором находятся главные герои.
  • Корабль находится в полете в течение как минимум четырех месяцев.
  • Корабль движется к цели под названием «Дно».
  • Корабль обладает двигательными шипами, которые могут деградировать.
  • Продвижение корабля может замедляться из-за зонной турбулентности.
  • Корабль имеет каюты, в которых герои могут спать в условиях невесомости.
  • Корабль является объектом интереса для местных жителей (например, Стального), которые планируют строить для него посадочную площадку в стенах своего замка.
  • Корабль способен отстыковаться от ультрадвигателя (согласно плану обмана, который Фам хочет преподнести Джефри).
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • «Внеполосный-II» — космический корабль, находящийся в неисправном состоянии (двигательные шипы требуют починки).
  • Из-за неисправности корабль испытывает проблемы со скоростью: он выдает лишь четверть светового года в час вместо положенных двух.
  • Корабль предназначался для придонных рейсов, но обладает элегантностью исполнения, указывающей на интеллект почти сверхчеловеческого уровня.
  • В основе конструкции корабля лежат Срединные разработки.
  • Внешний вид корабля позволяет идентифицировать его как судно с Вершины Запределья.
  • Корабль используется Равной и Фамом Нювеном для перемещения между системами.
  • На корабле есть скрытые программы, из которых были удалены следы человеческого присутствия.
  • Человеческие пожитки на борту спрятаны в трюме, замаскированном под убежище для обитателей газовых гигантов.
  • Корабль совершил переход к системе Покойся с Миром (Гармоничный Покой) по основной сетевой магистрали.
Путешествие к Гармоничному Покою
  • «Внеполосный-II» является кораблем (или транспортным средством), на котором находятся персонажи Синепанцирь и Зеленожка.
  • Судно оснащено бортовой библиотекой, содержащей исторические данные о системе Гармоничный Покой.
  • Корабль имеет техническую неисправность, требующую ремонта в системе Гармоничный Покой.
  • На борту «Внеполосного-II» есть кладовая с образцами товаров.
  • Корабль оснащен регистраторами, работающими в широком диапазоне для сопоставления окружения с известными данными.
  • Корабль обладает системой связи, позволяющей передавать запросы на ремонт и вести переговоры с внешними сущностями.
  • Корабль обладает способностью перемещаться между кольцевыми сегментами (перескоки).
  • Корабль находится в состоянии технического упадка, что подтверждается необходимостью ремонта у местных жителей.
Наблюдение за сделкой из корабля
  • «Внеполосный-II» — это корабль, оснащенный собственными оборонительными системами.
  • Корабль обладает способностью к внешнему обзору (в том числе в электромагнитном и ультраволновом диапазонах).
  • Корабль оснащен ремонтными сканерами, которые способны отслеживать процессы залечивания повреждений (например, шипов).
  • Корабль обладает системой автоматики, которая отслеживает процессы ремонта.
  • Корабль имеет шпионские программы, которые Фам использует для мониторинга ситуации.
  • Корабль оснащен грузовым шлюзом и внутренними помещениями (рубкой, грузовым отсеком).
  • Корабль обладает системой связи, позволяющей передавать изображения с камер на главные окна и осуществлять голосовую связь с персонажами.
Путешествие к Зеленожке
  • «Внеполосный-II» — это космическое судно (корабль).
  • На борту «Внеполосного-II» находится мостик, с которого идет переговоры Синепанциря с Равной.
  • Судно недавно завершило ремонт.
  • На корабле находится экипаж, в состав которого входят Синепанцирь, Равна и другие члены команды.
  • С «Внеполосного-II» транслируется разговор Синепанциря с Равной, который слышит Фам через аудиосвязь.
  • Корабль является базой или местом базирования для группы персонажей, участвующих в торговых переговорах и экспедициях.
Разговор с наездниками в каюте
  • «Внеполосный-II» — это корабль, на котором находятся главные герои (Равна, Фам Нювен, Синепанцирь и Зеленожка).
  • Корабль предназначен для управления расой наездников.
  • Корабль является целью преследования: три флотилии гонятся за ним.
  • Ситуация с кораблем осложняется тем, что по мере спуска к Дну вершинная автоматика начинает давать сбои (глючить).
  • Синепанцирь утверждает, что никто не может управлять этим кораблем лучше, чем его собственная раса (наездники).
  • Корабль является объектом интереса для тех, кто хорошо разбирается в устройстве своих судов, и те постепенно сокращают дистанцию преследования.
  • Корабль используется для путешествия к Дну с целью отбить контрмеру и попасть в мир Когтей.
Разговор Равны и Фама
  • «Внеполосный-II» — это космический корабль, на котором находятся главные герои.
  • Корабль находится в пути к планете Когтей, пытаясь опередить преследователей (банды убийц и остатки флота Сьяндры Кей).
  • На борту корабля есть библиотека, в которой Равна ищет информацию об изобретениях.
  • Корабельная автоматика «Внеполосного-II» характеризуется как ненадежная, особенно в придонных условиях.
  • Фам Нювен установил поверх стандартных инструкций систем безопасности собственные программы, превратив рабочую среду корабля в «нагромождение ловушек».
  • Подступы к мастерским и командной рубке корабля напоминают военные блокпосты.
  • Корабельная автоматика способна имитировать звуки моря (например, прибой), хотя в данном отрывке она не может воссоздать звуки прибоя.
  • Корабль является местом пребывания и взаимодействия персонажей: Фама, Синепанциря, Равны и Зеленожки.
Кризис на корабле и планирование действий
  • «Внеполосный-II» является космическим кораблем, находящимся в Срединном Запределье.
  • Корабль имеет поврежденный ультрадвигатель, из-за чего возникают баги в корабельных программах.
  • На борту судна находится придонная автоматика, доверие к которой подорвано из-за неисправностей и попыток Фама перекроить систему безопасности.
  • Корабль оснащен системами жизнеобеспечения, водными резервуарами, мастерской, вентиляцией и камерами наблюдения.
  • В ходе инцидента на корабле произошел каскад отказов: в мастерской случился пожар, в водном резервуаре образовалась ледяная пещера, а блокпост возле мастерской начал вести непрерывную стрельбу.
  • Корабль получил значительный урон: потеряно 50% запаса воды, посадочная шлюпка лишилась почти всей вершинной автоматики, а ракетный двигатель сильно пострадал.
  • Антиграв на корабле уцелел, что позволяет маневрировать в гравитационных колодцах планеты Когтей.
  • Корабль был спроектирован наездниками.
  • Судно получает сообщения от флота Погибели в формате данных для программ управления тележкой.
  • «Внеполосный-II» является целью преследования для трех флотов: агентов Погибели, Альянса во Имя Защиты и остатков Коммерческой охраны Сьяндры Кей.
Планы Фама и переговоры с наездниками
  • «Внеполосный-II» является кораблем, в трюме которого находится «испорченный груз».
  • В грузовых файлах «Внеполосного-II» хранится фрагмент (одна треть) шифра, сгенерированного Коммерческой охраной Сьяндры Кей для нужд дальней связи.
  • Данный фрагмент шифра является одноразовым и предназначен для коммуникационного оборудования Сьяндры Кей.
  • Несмотря на то что фрагмент шифра бесполезен без остальных двух третей, он может быть использован для обеспечения безопасной связи.
  • Корабль связан с историей перевозки грузов Синепанцирем и связан с событиями на Высоких Причалах.
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств
  • «Внеполосный-II» является флагманским кораблем флотилии, на котором находится командование.
  • На борту «Внеполосного-II» находится командный состав, включая Владелицу Лимменде и Яна Скритса.
  • Корабль является объектом связи для персонажей (Кьета Свенсндота, Фама Нювена и Равны Бергсндот), однако канал связи с ним сильно ограничен и подвержен помехам.
  • Связь с «Внеполосным-II» характеризуется низким качеством передачи данных, из-за чего изображения персонажей на нем могут выглядеть как «мультяшные» эвокации или устаревшие записи.
  • На борту «Внеполосного-II» присутствуют наездники (существа с щупальцами), которые были наняты в срочном порядке после битвы.
  • Существует подозрение, что реальное командование на «Внеполосном-II» может быть изменено или подменено («командуют не те, за кого их принимают»).
  • Корабль находится в зоне действия сильной зонной бури, которая затрудняет связь и вызывает технические сбои.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • «Внеполосный-II» — это космический корабль, на котором находится Равна Бергсндот и её спутники.
  • Корабль проектировался как для работы в Запределье, так и для Медленной Зоны (вторая среда рассматривалась как аварийная).
  • На борту «Внеполосного-II» имеются специальные процессоры для Медленной Зоны, которые не включаются автоматически.
  • Корабль обладает характеристиками «придонного люггера», но оснащен ионным прямоточиком, который, по словам Фама, лучше всех двигателей Чжэн Хэ.
  • Корабль оказался в ловушке в Медленной Зоне из-за мощного «прилива» (зонной бури), который переместился на 200 световых лет.
  • Связь с «Внеполосным-II» характеризуется сильными помехами и низким качеством сигнала (низкочастотное кодирование).
  • Корабль находится в пространстве, которое Кьет Свенсдот описывает как «странное место, похожее на камеру пыток».
  • На корабле есть автономные устройства с голосовым управлением, которые настолько «отупели», что не воспринимают команды отключения.
  • Корабль находится в пространстве, где время течет значительно медленнее, чем в остальной части галактики.
Ожидание в глубине прилива
  • «Внеполосный-II» является космическим кораблем.
  • Производительность вычислительных устройств корабля падает по мере снижения его характеристик.
  • Корабль обладает системой визуализаторов, которая отключилась из-за недостаточной мощности нового «Внеполосного-II» в режиме полной интерпретации.
  • Интеллектуальные контекст-анализаторы корабля, позволявшие работать с библиотекой как с личными воспоминаниями, перестали функционировать.
  • Система голосового и жестового управления корабля перестала реагировать на сарказм и жаргонные словечки, требуя от пользователей дисциплины.
  • Корабль оснащен корабельной библиотекой, содержащей данные о древних катаклизмах и истории Галактики.
  • Новая версия «Внеполосного-II» не способна выполнять автоперевод естественных языков.
  • Корабль имеет ионный прямоточный двигатель, который проверяют Синепанцирь и Фам.
  • Равна находится на борту корабля и взаимодействует с его системами.
  • Корабль может потерять существенную долю форы в зависимости от хвостового профиля спадающей волны.
Наблюдение за движением флотов
  • «Внеполосный-II» является целью погони для флотилий кораблей в рамках масштабного военного конфликта.
  • Объект характеризуется как «маленький звездолет».
  • На момент обнаружения «Внеполосный-II» находился на расстоянии 65 световых лет от корабля «Эльвира».
  • Сдвиг, связанный с «Внеполосным-II», описывается как явление беспрецедентное в истории.
  • На «Внеполосном-II» находится Равна Бергсндот.
  • В ходе погони за «Внеполосным-II» разворачивается масштабное противостояние между силами Погибели и другими флотилиями.
  • Корабли Погибели движутся к «Внеполосному-II» в упор, не отступая в безопасные вышины.
  • Существует предположение, что «Внеполосный-II» может быть уничтожен силами преследователей, если те не успеют достичь цели первыми.
Координация боя и тактическое управление
  • Внеполосный-II является кораблем, на котором находится персонаж Фам Нювен.
  • Корабль участвует в боевых действиях против флота Погибели.
  • Фам Нювен находится на борту Внеполосного-II и наблюдает за ходом сражения.
  • Внеполосный-II является частью флота Аньяры, который ведет бой против Погибели в Глубине.
Путешествие к планете Когтей
  • «Внеполосный-II» — это космический корабль, на котором совершается путешествие.
  • Корабль оснащен ультрадвигателем, использование которого является рискованным: он позволяет экономить часы полета, но может привести к гибели экипажа при неудачном скачке (падении в недра планеты).
  • На борту «Внеполосного-II» установлены почти непрошибаемо примитивные процедуры управления, что вызывает сомнения у пилота Фама в его собственных навыках.
  • Корабль используется для перемещения между планетами в системе, в частности, для совершения прыжков к планете Когтей.
  • На борту корабля находятся персонажи: пилот Фам, Равна и Вокодер Синепанциря.
Полет Фама на шлюпке
  • «Внеполосный-II» — это космический корабль, находящийся в небе над Холмом Звездолета.
  • Корабль оснащен мультиспектром, который работает плохо (фигово), но позволяет видеть объекты сквозь дым.
  • На борту «Внеполосного-II» находится посадочная шлюпка, предназначенная для нужд наездников.
  • Корабль является местом пребывания и защиты группы беженцев (включая Равну, Джефри, Фама и Синепанциря).
  • Корабль используется как база для наблюдения за происходящими событиями и координации действий.
  • Корабль находится в непосредственной близости (в пределах нескольких километров) от цели путешествия.
  • Корабль обладает достаточной мощью, чтобы потенциально стереть с лица планеты феодальную империю, однако в текущей ситуации используется для защиты и тактических маневров.
Переговоры по каналу связи
  • «Внеполосный-II» известен Зеленожке несравнимо лучше, чем Равне.
  • Зеленожка описывается как «островок спокойствия в океане безумия» в контексте её связи с «Внеполосным-II».
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • «Внеполосный-II» — это звездолет, который в данный момент находится в поврежденном состоянии.
  • Корабль описывается как «огромный умирающий мотылек», который покоится на земле.
  • Верхние шипы ультрадвигателей корабля возвышаются на добрую сотню метров и светятся влажным металлическим зеленоватым сиянием.
  • Корабль не упал на планету полностью: антигравитация все еще компенсирует часть его веса, хотя шипы с обращенной к поверхности стороны покорежились.
  • Корабль находится в непосредственной близости от замка Стального и воды с островами.
  • Равна использует коммуникатор на запястье, который подключен к системам «Внеполосного-II» для отслеживания приближения флота Погибели.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Внеполосный-II является кораблем, который находится на Тайном Острове.
  • Корабль защищен бастионами и находится в безопасности.
  • Корабль не может подняться в небо, пока Зеленожка не справится с низкоуровневой перепрошивкой.
  • Равна и Зеленожка смонтировали на одной из грузовых палуб корабля лучемет с дистанционным управлением.
Глава 10
  • Звездолет является объектом, который находится в движении в сторону от героини.
  • С каждой минутой звездолет удаляется всё дальше от Йоханны.
  • Звездолет связан с надеждой Йоханны отыскать Джефри.
  • Отдаление звездолета подчеркивает растущую изоляцию героини и её отчаяние.
Размышления Йоханны в плену
  • Корабль является звездолетом.
  • Корабль был местом крушения или аварии, в результате которой героиня (Йоханна) оказалась в плену.
  • Рядом с кораблем на земле находились горящие гибернаторы, в которых могли находиться дети.
  • Нападавшие (собакообразные существа) без разбору жгли и рубили всех живых вокруг судна.
  • Корабль является центральным объектом в мечтах и планах героини: она стремится восстановить технологию и починить его.
  • Мать Йоханны любила читать романы про аварии кораблей и приключения в затерянных мирах.
Размышления Йоханны в плену
  • Звездолет является объектом катастрофы, в результате которой погибли родители Йоханны.
  • Корабль связан с гибернаторами, в которых находились дети (включая Джефри).
  • Вокруг судна происходили события насильственного характера: нападавшие жгли и рубили всех живых вокруг.
  • Мама Йоханны увлекалась историей науки и читала романы про аварии кораблей и приключения в затерянных мирах.
  • Починка звездолета рассматривается как ключевая задача для выживания и восстановления технологий в данной ситуации.
  • События вокруг корабля и его аварии являются важной частью предыстории (флешбэков) главной героини.
Визит Стального на корабль
  • Звездолет является летающим кораблем, который совершил посадку на землю, вызвав значительный нагрев почвы вокруг.
  • Внешний вид корабля под изогнутым корпусом напоминает обычный корабль, но с наличием выдвижных стоек.
  • На корпусе звездолета имеется характерное утолщение, внешне напоминающее 'сиську', под которой земля расплавилась и булькает.
  • Лестница, ведущая внутрь корабля, сделана из материала, который прочнее стали и легче перышка.
  • Внутри корабля наблюдается жуткая акустика: звуки внутри кажутся воплями и ревущей ордой, что вызывает физическое нетерпение у людей (белокурточников).
  • Внутреннее устройство корабля включает в себя как минимум две комнаты, разделенные люком.
  • Стены внутри корабля не имеют стыков и сходятся под углами, отличными от внешних углов корпуса, что может указывать на наличие потайных пространств.
  • Внутри корабля находятся ряды гробов на рельсовых стойках, которые служат для транспортировки и содержания существ.
  • Гробы внутри корабля являются высокохудожественными объектами и выполняют функцию замедления жизненных процессов существ внутри них (аналог личиночных коконов).
  • Корабль использовался для транспортировки и разведения 'щенков' (молодых особей) чужаков-богомолов.
  • Корабль является средством перемещения целых стай чужаков на большие расстояния, в данном случае — в приполярные регионы.
  • Существование таких кораблей представляет экзистенциальную угрозу для мира, так как они позволяют чужакам разводить потомство вдали от цивилизации.
Размышления и планы Стального
  • Звездолет является источником технологий, превосходящих науку мира стай.
  • Корабль обладает мощью, которую некоторые советники Стального считают способной испепелить всю планету.
  • На борту звездолета находятся корабельные процессоры, которые характеризуются как 'тупее' по сравнению с данниками.
  • Корабль оснащен сигнальным устройством, которое автоматически посылает сигнал тревоги другим кораблям.
  • С корабля были привезены чужацкие радиоустройства, способные передавать речь на десятки миль со скоростью света.
  • Звездолет является ключевым инструментом в планах Стального по подчинению мира и выходу за пределы планеты.
  • Существо, называющее себя богомолом, утверждает, что без своей техники богомолы хрупки, смертны и легко поддаются завоеванию.
  • Стальной планирует использовать звездолет как средство для достижения целей, которые не осмеливался ставить даже Хозяин.
  • Корабль является объектом страха для многих прислужников Стального из-за его неизвестной и пугающей природы.
  • На борту звездолета планируется отправить Амдиранифани, так как он способен понимать чужаков и изучать их артефакты.
Спасение и состояние Джа
  • Звездолет является объектом, который необходимо эвакуировать.
  • Для эвакуации звездолета планируется использовать пушки.
  • Эвакуация звездолета связана с необходимостью добраться до Тайного Острова.
  • Путь к Тайному Острову через море считается сложным из-за смертоносных участков, а через лес — опасным из-за дозоров врага.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Звездолет является объектом, находящимся на территории, где строятся новые укрепления (замок).
  • Звездолет обладает способностью автоматически посылать какой-то сигнал Равне.
  • Звездолет считается неприступным для определенных сил, однако его корпус можно проломить, сбросив несколько десятков тонн камня.
  • На звездолете находится нечто, что необходимо «Гостям» (внешним сущностям/расам).
  • На корабле в подобии смертного сна находятся сто пятьдесят один детеныш в подобии гробов.
  • Звездолет является объектом интереса для Равны, которую персонажи называют владелицей этой собственности.
  • Стальной планирует полностью скрыть звездолет за куртиной и высокими стенами нового замка для защиты от потенциального вероломства Гостей.
  • Звездолет связан с «Гостями», которые планируют прибытие через сто двадцать дней.
  • Звездолет является ключевым элементом в планах Стального по достижению власти над миром и реализации целей «Движения».
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Звездолет является объектом, который Древорезчица планирует отвоевать.
  • Освобождение звездолета связано с целью спасения ребенка.
  • Освобождение звездолета является частью текущей военной кампании против Стального.
Оборона замка и маневры на поле боя
  • Звездолет (шлюпка) описывается как крохотный кораблик, который в полете напоминает сорванный лист.
  • Несмотря на малые размеры, звездолет способен наносить мощные удары, сравнимые с залпом огромной пушки или двадцатью такими кораблями одновременно.
  • Корабль используется для воздушной атаки и поддержки войск на земле.
  • Звездолет оснащен турелью лучемета, который может работать как на ручном управлении, так и с автоматикой.
  • Максимальная скорость полета судна ограничена потоком воздуха и составляет не более тридцати метров в секунду.
  • Корабль обладает высокой маневренностью, совершая скачки и кульбиты во время полета.
  • На борту судна находятся персонажи Фам и Синепанцирь.
  • Корабль используется для ведения боя против наземных целей (стай собак и людей) с помощью лучевого оружия.
  • Звездолет способен совершать сложные маневры, такие как трудные виражи.
  • Аппарат обладает способностью снижаться сквозь дымовую завесу для атаки целей.
  • В тексте упоминается, что корабль является «ублюдочным гибридом» (в контексте использования автоматики).
  • Корабль используется для защиты союзников и уничтожения вражеских сил в ходе сражения.
Спасательная операция и наблюдение
  • Стальной может попытаться взорвать звездолет в ходе конфликта.
  • Звездолет является объектом, который может быть уничтожен или поврежден в результате действий Стального.
Приказы Стального и уход Шрека
  • Звездолет является объектом, на котором прибыли «Гости» из космоса.
  • Звездолет служит убежищем для беженцев (в тексте упоминается «корабль беженцев» в контексте звездолета).
  • На звездолете находятся «человечьи щенки» (дети людей), которых охраняет Шкуродер.
  • Звездолет находится в осаде в Холме Звездолета.
  • Стальной планирует уничтожить звездолет как часть своей стратегии победы над врагом.
  • Над звездолетом расположены объекты — Челюсти и Купол, в которых заложена взрывчатка для его уничтожения.
  • Уничтожение звездолета является ключевой целью Стального для истребления «человечьих щенков» и слома духа врага.
Гибель Фама Нювена
  • Звездолет является объектом, способным парить над планетами и перемещаться в космосе.
  • Существуют технологии пилотирования звездолетов, информация о которых содержится в Даннике.
  • Звездолеты могут быть частью крупных военных формирований, таких как «Погибельный флот».
  • В составе Погибельного флота отсутствуют корабли с ионными прямоточными двигателями, что замедляет их продвижение до тысяч лет.
  • Звездолеты способны перемещаться на огромные расстояния (упоминается дистанция в тридцать световых лет).
  • Звездолеты могут использоваться как средство передвижения для бегства или войны (упоминается бегство Равны и преследование флотом убийц).
Побег от разрушающихся Причалов
  • Корабль «Внеполосный-II» является спасательным судном, предназначенным для доставки грузов на большие расстояния (за пол-Галактики).
  • Корабль обладает специфической конструкцией: у него есть шипы ультрадвигателя, напоминающие оперенные белые арки, и открытый носовой люк со шлюзом.
  • Корабль оснащен ракетным движком, факел которого излучает бело-синий свет.
  • Внутреннее устройство корабля отличается от пассажирских и спортивных судов; он является разработкой наездников и оснащен липучками-присосками на стенах.
  • Корабль способен совершать сложные маневры, включая посадку на ракетном движке в условиях нестабильной гравитации.
  • Корабль используется как средство спасения для Равны, Синепанциря, Зеленожки и Фама Нювена в условиях разрушения Причалов.
  • Корабль обладает маневровыми двигателями, которые вспыхивают красноватым огнем при работе.
  • Корабль способен поддерживать контролируемое ускорение (около 1/12g) при спуске в атмосферу.
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Корабль имеет корпус утолщенный, скользкий и немного суженный посередине, что визуально напоминает мокрицу.
  • На корабле есть капитанский мостик, оснащенный экранами высокого качества, способными отображать панорамы и данные с забортных камер.
  • Корабль оснащен ультрадвигателями, шипы которых напоминают шипы у мокриц.
  • Корабль обладает способностью совершать гиперскачки (примерно десять в секунду), позволяющие перемещаться на значительные расстояния.
  • Корабль оснащен антенным роем, который используется для прослушивания слабых сигналов на больших расстояниях.
  • Корабль оснащен системами анализа данных и ультраволновыми картами для отслеживания следов и обнаружения преследователей.
  • Корабль является местом пребывания персонажей: Фама Нювена (который находится в состоянии овощного существования), Равны Бергсндот и Зеленожки.
  • Корабль используется для перемещения в области Запределья.
  • Корабль является объектом потенциальной охоты со стороны «Врага» из-за воспоминаний Старика, которые могли остаться на борту.
  • Корабль используется Равной Бергсндот для связи с мальчиком по имени Джефри, находящимся в ловушке на другом конце пространства.
Диалог на борту корабля
  • Корабль называется «Внеполосный-II».
  • Корабль предназначен для полетов в Запределье, в частности для работы в условиях Дна.
  • Корабль специально проектировался с расчетом на возможность проведения ремонтов даже в условиях Дна Запределья.
  • Корабль оснащен библиотекой, содержащей обширную информацию по общим вопросам и вариантам развития технологий.
  • Корабль оборудован мостиком, главным экраном и палубой.
  • Корабль обладает способностью к экстраполяции замедления, что необходимо для прохождения Медленной Зоны.
  • Корабль способен совершать длительные перелеты (в текущей ситуации время в пути до цели оценивается в сто двадцать дней).
  • Корабль имеет ультрадвигатели, которые получили повреждения (шипы) во время побега с Маршрутизатора.
  • Корабль является местом пребывания персонажей: Равны, Синепанциря, Зеленожки и Фама Нювена.
  • На борту корабля есть специальные устройства для наездников (тележки с реактивными двигателями и присосками) и автохирург для восстановления тканей.
Изучение теории прыжков
  • Корабль «Внеполосный-II» является местом действия сцены, где собираются персонажи (Равна, Синепанцирь, Фам и Зеленожка).
  • На борту корабля находится корабельная библиотека.
  • В библиотеке корабля есть специальный раздел о «прыжках с низкого старта» — академическая специальность по изучению развития цивилизаций в Медленной Зоне.
  • Корабль используется как база для планирования вмешательства в развитие других цивилизаций (в частности, Королевства Тайного Острова).
  • Персонажи используют программы из библиотеки «Внеполосного-II» для расчета кратчайших путей развития технологий для других рас.
Разговор в рубке и перелет
  • Корабль «Внеполосный-II» является транспортным судном, на котором находятся наездники (растения в горшках) и человек по имени Фам.
  • Корабль оснащен диагностическими экранами, оптимизированными под восприятие наездников.
  • На борту корабля есть система управления или искусственный интеллект, способный выполнять команды (например, следить за состоянием Равны или менять вид окон).
  • Корабль обладает основным факельным двигателем, способным обеспечивать ускорение для межсистемных перелетов.
  • Корабль оснащен ультраволновой связью и датчиками чрезвычайных ситуаций (ЧП).
  • На борту «Внеполосного-II» есть мастерская.
  • Корабль используется для перевозки ценных грузов, в частности «пережженных шпалер» (фрактального полимера из Трансценденции).
  • Корабль обладает достаточным размером и характеристиками, чтобы быть заметным в системе, но при этом он воспринимается как «малютка» по сравнению с истребителями паразитов.
  • Корабль совершает перемещения между гавнями в системе Гармоничного Покоя.
  • Корабль является местом обитания и работы группы персонажей: Фама, Равны, Синепанциря и Зеленожки.
Размышления Равны в каюте
  • Корабль «Внеполосный-II» является звездолетом, находящимся в Сети.
  • Корабль отслеживается всеми силами в Сети, и за ним наблюдают миллионы рас.
  • За «Внеполосным-II» ведется активная погоня с участием как минимум трех флотов: флотилии Альянса во Имя Защиты, флотилии Сьяндры Кей и молчаливого флота с Вершины Запределья, предположительно оснащенного Искажением.
  • Присутствие нескольких флотов за кораблем служит доказательством того, что «Внеполосный-II» или его цель обладают космической значимостью.
  • Корабль находится в зоне влияния Дна Запределья, что вызывает деградацию бортовых систем: компьютер стал работать хуже, а автоматика начала отказывать или давать сбои.
  • Бортовой переводчик корабля работает медленно и с ошибками из-за близости к Дну Запределья.
  • Равна является одним из членов экипажа (или ключевого пассажира) корабля.
  • Корабль используется Равной для выполнения миссии, связанной с защитой определенных рас и перевозкой важных личностей (Синепанциря и Зеленожки).
Разговор с наездниками в каюте
  • Корабль называется «Внеполосный-II».
  • Корабль построен специально для расы наездников.
  • Корабль находится в процессе спуска (вероятно, к «Дну» или в «Нижнее Запределье»).
  • Корабль преследуют три флотилии врагов.
  • Вершинная автоматика корабля начинает давать сбои (глючить) по мере спуска, что требует перехода на «ручное управление».
  • На корабле есть рубка управления, где находится капитан Фам Нювен.
  • Внутри корабля расположены каюты, в том числе каюта наездников и соседняя каюта для Зеленожки.
  • Корабль оснащен дисплейными окошками, настроенными на органы чувств персонажей, и системами ультраволнового слежения для отслеживания врагов.
  • Корабль является местом пребывания и потенциального конфликта между Равной, Фамом Нювеном и наездниками (Синепанцирем и Зеленожкой).
Кризис на корабле и планирование действий
  • Название корабля — «Внеполосный-II».
  • Корабль находится в Срединном Запределье.
  • Корабль имеет поврежденный ультрадвигатель и нестабильную придонную автоматику, в которой из-за обновлений и вмешательства Фама возникли баги и каскад отказов.
  • На борту есть библиотека с исходниками общей придонной автоматики.
  • Корабль оснащен мостиком, главным коридором, мастерской, водным резервуаром, системами жизнеобеспечения, вентиляцией, лучеметами и антигравом.
  • На корабле произошел пожар в мастерской, в результате которого была уничтожена большая часть мастерской и броня, которую готовил Фам.
  • В результате аварии корабль потерял 50% запаса воды, посадочная шлюпка лишилась почти всей вершинной автоматики, а ракетный двигатель сильно пострадал.
  • Корабль спроектирован наездниками.
  • Корабль получает сообщения от флота Погибели в формате данных для программ управления тележкой, которые Фам велел отбрасывать.
  • Корабль является основным средством передвижения для группы персонажей (Фама, Равны, Синепанциря и других) в их пути к планете Когтей.
Полет Фама на шлюпке
  • Корабль «Внеполосный-II» является основным средством передвижения и убежищем для группы персонажей (Равны, Фама, Джефри и других).
  • Корабль обладает мультиспектральной оптикой, которая позволяет визуализировать детали ландшафта (например, иглы на деревьях).
  • Корабль оснащен антигравом, который используется для зависания над Холмом Звездолета.
  • На корабле есть посадочная шлюпка, предназначенная для нужд наездников.
  • Шлюпка «Внеполосного-II» имеет собственную автоматику, которая в данном контексте вышла из строя или не может обеспечить устойчивость полета самостоятельно.
  • Корабль является объектом интереса и потенциальной целью для вражеских сил (флота, который должен прибыть через 48 часов).
  • Корабль используется как платформа для ведения боя: с него осуществляется наблюдение за войсками и применение оружия (лучемета).
  • Корабль находится в непосредственной близости от Холма Звездолета, на вершине которого находится замок.
  • Корабль упоминается как объект, который персонажи (Джефри и другие) пытаются защитить в условиях осады.
Переговоры по каналу связи
  • Корабль называется «Внеполосный-II».
  • Корабль является местом пребывания персонажа по имени Зеленожка.
  • Для Зеленожки корабль — это «островок спокойствия в океане безумия».
  • Зеленожка знает «Внеполосный-II» несравнимо лучше, чем Равна.
  • Корабль принадлежит персонажу по имени Стальной.
  • Корабль является объектом интереса для Фама, который хочет попасть туда, чтобы добраться до «контрмеры».
  • Корабль рассматривается как потенциальное место засады.
  • Существует риск, что Стальной может убить героев, не допустив их на свой корабль.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Корабль «Внеполосный-II» находится за бастионами Тайного Острова и надежно защищен.
  • Корабль имеет грузовые палубы, на одной из которых Равна и Зеленожка смонтировали лучемет.
  • Корабль связан с сюжетом через угрозу невозможности взлета: если Зеленожка не справится с низкоуровневой перепрошивкой, корабль больше не сможет подниматься в небо.
  • Странник вспоминает момент посадки первого корабля Древорезчицы год назад на северном склоне замкового холма.
  • Шкуродер утверждает, что он помог спасти корабль в прошлом.

Запределье

Запределье — это пространство за пределами достоверных сетей, где физика лишена доплеровского сдвига, а география искажается «зонными сдвигами» и «приливами». Это многовидовой хабитат с иерархией от Вершины до Дна, где наездники с искусственной памятью сосуществуют с «давними ужасами» и трансцендентной Погибелью.

Запределье представляет собой обширную область пространства, расположенную за пределами привычных сетей и зон достоверных сведений, отделенную от остальной Галактики поверхностями раздела, следующими распределением плотности вещества. Оно характеризуется сложной иерархией зон: от Вершины Запределья, где находятся тысячи архивов и цивилизации, действующие по просьбе Сил, до Срединного Запределья, служащего базой для Организации Вриними, и Дна Запределья, где условия среды становятся экстремальными. Это пространство тесно связано с Трансценденцией (Небесами), где возможны сверхсветовые полеты и ультрасветовая связь, а также с Медленной Зоной — областью с крайне низкими скоростями перемещения, где погребено огромное количество цивилизаций. География и физика Запределья подчиняются уникальным законам: здесь происходят «зонные сдвиги», «приливы» и «штормы», способные смещать границы зон на световые годы. В отличие от релятивистских скоростей, здесь отсутствует доплеровский сдвиг, а звезды выглядят чистыми. Навигация осложнена турбулентностью у Дна и специфической «кормовой взвесью». В этой области существуют уникальные локации — от замков с остроугольными стенами и пляжей до Высокой Лаборатории и «хабитатов грез». Технологии здесь специфичны: антиграв-ткань почти не востребована из-за плоского ландшафта, а стандартное оборудование быстро выходит из строя, что требует использования специализированных судов, таких как «Внеполосный-II». Запределье является многовидовым хабитатом, где сосуществуют люди, вринимийцы, наездники и другие существа. Особое место занимают наездники — древняя раса, обладающая искусственной памятью и способная сохранять верность тележкам миллиарды лет; они характеризуются предпочтением созерцания и подвержены влиянию Страумлианского Искажения. В этом мире существуют системы счета по лапам или когтям, разумные газовые мешки, собаки-длинношеи и цивилизации, занимающиеся созданием Бога или достигающие трансцендентного перехода в богинь. Пространство пронизано присутствием Сил (сверхразумов) и опасными явлениями, такими как «давние ужасы» и Погибель (Искажение) — трансцендентная сущность, действующая как болезнь. Погибель способна порабощать наездников через их тележки и пожирать Силу на Вершине. Запределье также служит хранилищем для объектов далекого прошлого, включая корабли возрастом в десятки тысяч лет, и является местом, где расы могут найти физические сокровища, недоступные для самостоятельного создания, или постичь все доступное понимание через изучение архивов Маршрутизатора.
Ключевые факты (198)
Пролог
  • Запределье является границей пространства, за которой находится исследуемая планета.
  • Планета, на которой расположены руины и архив, находится сразу за краем Запределья.
  • Запределье упоминается как место, за пределами которого могут предъявлять свои права на находки другие Силы.
  • Местонахождение планеты и архива характеризуется как удаленное и изолированное пространство за пределами привычных сетей.
Пленение Джефри и встреча с щенками
  • Запределье — это пространство или мир, находящийся за пределами привычного мира (за краем Запределья).
  • В Запределье люди (или другие существа) занимаются созданием Бога.
  • Запределье характеризуется наличием замков с остроугольными каменными стенами и хмурыми башнями.
  • В этом мире существуют собакоподобные существа (включая «собак-длинношеек»), которые обладают разумом и способны имитировать человеческую речь.
  • В Запределье существуют разные системы счета: одни существа считают по лапам, другие — по передним когтям.
  • Мир Запределья связан с историческими или культурными концептами, такими как Нюйор и Страумлианский Простор.
  • В Запределье есть Высокая Лаборатория, где дети могут обучаться и жить в казармах.
  • Небо в Запределье выглядит иначе, чем в Страуме.
  • Существуют миры, в которых люди (или другие существа) долгие века разводили собак, что привело к появлению специфических пород с длинными шеями.
Прошлое Равны и начало стажировки
  • Запределье является местом, где находятся миллионы миров.
  • Запределье тесно связано с Трансценденцией (находится в непосредственной близости к ней).
  • В Запределье существует возможность достижения трансцендентного перехода расы, что может привести к превращению в богиню.
  • Запределье характеризуется наличием «давних ужасов» и опасных явлений (сравнение с «тиграми за решеткой»).
  • Страумлианский Простор находится в непосредственной близости к Запределью.
  • Существует возможность постичь все доступное пониманию человека в Запределье через изучение архивов (например, архива Маршрутизатора).
Разговор Равны с Грондром
  • Запределье разделено на зоны: Срединное Запределье и Вершина Запределья.
  • В Срединном Запределье существа и объекты относительно хорошо защищены от капризов Сил.
  • Запределье является местом, где возможны глубокие погружения (например, в Медленную Зону или Безмысленные Глубины), из которых возврат может быть невозможен в течение жизни строителей.
  • В Запределье существуют опасные зоны, такие как Медленная Зона и Безмысленные Глубины, где сильно искажается автоматика.
  • Запределье является местом обитания и деятельности различных рас, включая людей, вринимийцев и других существ.
  • В Запределье существуют цивилизации Вершины Запределья, которые могут действовать по просьбе Сил.
  • Запределье характеризуется наличием Сил (сверхразумов), которые могут проявлять интерес к искажениям и расам-создательницам.
  • В Запределье могут находиться объекты и существа из далекого прошлого (например, корабли возрастом в десятки тысяч лет или люди донюйорской эпохи).
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Запределье разделено на различные зоны, включая Срединное Запределье, Высокое Запределье и Медленную Зону.
  • В Запределье возможны сверхсветовые полеты.
  • Медленная Зона характеризуется крайне низкими скоростями перемещения (корабли с трудом выжимают один световой год в день) и является местом, где погребено огромное количество цивилизаций.
  • Высокое Запределье является источником импорта лучших биообразцов и вычислительного оборудования.
  • Срединное Запределье служит местом расположения Маршрутизатора и является базой для деятельности Организации Вриними.
  • Запределье включает в себя звездные системы у самого Дна.
  • В Запределье существуют цивилизации, которые остаются неизвестными широким кругам из-за их удаленности или глубины залегания в Медленной Зоне.
Разговор Равны и Грондра о Силе
  • Запределье является обширной областью пространства, находящейся за пределами зоны, о которой имелись достоверные сведения.
  • Запределье включает в себя такие области, как Медленная Зона и Глубины.
  • В Запределье возможны сверхсветовые полеты, в отличие от Медленной Зоны.
  • В Запределье существует ультрасветовая связь.
  • Запределье характеризуется более высокой автоматизацией и продвинутыми технологиями по сравнению с Медленной Зоной.
  • Запределье включает в себя Вершину Запределья, где расположены девять цивилизаций.
  • Запределье является местом обитания высокотехнологичных цивилизаций, которые могут быть обнаружены в галактическом ядре.
  • Запределье разделено на сегменты: Срединное Запределье и другие области.
  • Существуют переходы из Медленной Зоны в Запределье, которые могут полностью менять жизнь существ (например, превращая звездолетчиков в 'запредельцев').
  • Запределье граничит с Трансценденцией (Небесами), которая является еще более продвинутым уровнем реальности.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Запределье является пространством, в котором существуют различные зоны, включая Срединное Запределье, Дно Запределья и Вершину Запределья.
  • В Запределье находятся тысячи архивов (десятки тысяч), содержащих как тривиальную информацию, так и важные тайны или дезинформацию.
  • В Запределье расположены ловушки и капканы, оставленные различными расami.
  • Запределье характеризуется наличием сложных структур и алгоритмов, которые могут обретать разум, если ими «соблазнится» наивная раса.
  • В Запределье существуют вычислительные ресурсы, превосходящие возможности цивилизаций «внизу» (в обычном мире).
  • Расы постоянно мигрируют в Запределье (особенно на Вершину), надеясь построить там собственные утопии.
  • В Запределье существуют методики по технике безопасности, которые можно испытать только в Трансценденции (связанной с Запредельем).
  • Запределье является местом, где цивилизации могут быть уничтожены из-за вирусов в локальных сетях или плохо запрограммированных иммунных систем.
  • В Запределье есть Медленная Зона, где даже простые программы могут содержать сюрпризы.
Беседа в «Бродячей компании»
  • Запределье является местом обитания различных разумных существ, включая людей и иные расы.
  • В Запределье существуют расы, достигшие долговременной стабильности, у которых видообразование давно завершилось.
  • В Запределье существуют наездники — существа, которые могут сохранять верность древним тележкам более миллиарда лет, поддерживая равновесие внешности и машинного интерфейса.
  • Раса наездников характеризуется предпочтением расслабленного созерцания любым действиям.
  • Запределье является местом, где встречаются торговцы и другие существа, чья внешность и способ общения могут сильно отличаться от человеческих.
  • В Запределье существуют уникальные явления, которые могут вызывать чувство чуда у людей (например, у Фам Нювена).
Размышления о Фаме Нювене
  • Запределье — это зона в Галактике, расположенная на расстоянии примерно 4/5 от её центра.
  • Запределье довольно сильно отклоняется от галактической плоскости, захватывая такие участки, как Маршрутизатор.
  • В Запределье в той или иной форме уже миллиарды лет существовала известная Сеть.
  • Запределье нельзя считать цивилизацией, так как немногие цивилизации способны просуществовать дольше миллиона лет.
  • В Запределье сохранились обширные исторические записи, которые часто требуют перевода по цепочке языков от одной вымершей расы к другой.
  • Запределье сравнивается с океанскими глубинами, где человечество находится в относительной безопасности от существ «Наверху» (в Трансценденции).
  • Запределье является местом, где можно найти физические сокровища, которые человечество не умеет создавать самостоятельно, такие как антиграв-ткань и интеллектронные устройства.
  • Добыча таких объектов в Запределье является крайне опасной задачей.
Разговор наездников на пляже
  • Запределье является пространством, в котором существуют уникальные места, такие как пляжи.
  • Запределье разделено на географические или функциональные зоны: Вершина Запределья, Срединное Запределье и Дно Запределья.
  • Вершина Запределья является местом, где находится Сеть, из которой выпадают цивилизации.
  • В Запределье существует понятие «Медленная Зона», где скорость света может быть недосягаемой.
  • Запределье тесно связано с планетой Земсторонье, которая находится глубоко под поверхностью (сквозь стеклодна).
  • В Запределье происходят масштабные катастрофы, такие как Страумлианская Погибель — симбиотический конгломерат, поглощающий цивилизации.
  • В Запределье существуют наездники (существа, обладающие искусственной памятью и тележками), которые могут совершать рейсы и экспедиции.
  • Запределье является местом обитания множества цивилизаций, которые могут быть уничтожены или спасены в ходе событий сюжета.
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Запределье является обширной территорией, в которой существуют Высокое Запределье и Дно Запределья.
  • В Запределье встречаются групповые разумы, что является редкостью.
  • Наездники — широко распространенные в Запределье существа, которые когда-то были одним видом.
  • В Запределье существуют Наездники, обладающие интеллектом, почти лишенным кратковременной памяти.
  • Запределье является местом обитания Погибели, которая может отслеживать ультраволновой трафик из определенных его частей.
  • На вершине Запределья (Вершина Запределья) могут находиться процессоры, способные работать в условиях Погибели.
  • В Запределье существуют опасные явления, такие как Страумлианское Искажение (или Страумлианский Простор, ставший частью Погибели).
Разговор Равны и Фама
  • Запределье разделено на зоны, в том числе на Срединное Запределье и другие области.
  • На Вершине Запределья находится место, где Искажение пожирает Силу.
  • Искажение выныривает из архивов Запределья уже более сотни миллионов лет.
  • В Запределье существуют разумные газовые мешки, которые создали сущность под названием Старик.
  • Запределье населено разумными существами (запредельцами), которые могут создавать сложные системы и технологии.
  • В Срединном Запределье Искажение не трогает цивилизации из-за высоких издержек связи и стоимости аппаратуры, в то время как на Вершине Запределья оно зиждется на высоком качестве мышления и общения.
  • Запределье является местом, где Сила может помогать расам или отдельным индивидам.
Разговор Странника и Грамотея
  • Запределье является пространством, через которое перемещаются корабли (например, «Внеполосный-II»).
  • В Запределье время работы компьютеров между микроскачками увеличивается, а псевдоскорость корабля падает.
  • Существует иерархия или разделение внутри этого пространства: упоминается «Срединное Запределье».
  • Запределье находится между Маршрутизатором и плоскостью Галактики.
  • Перемещение по Запределью характеризуется микроскачками.
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Запределье является местом обитания различных рас, включая те, которые вступают в симбиоз с Силой.
  • В Запределье существуют географические или иерархические уровни: Вершина Запределья, Срединное Запределье и Нижнее Запределье.
  • Расы Запределья могут быть модифицированы для получения 'Помощи' (симбиоза с Силой).
  • Нижний Запределье считается местом, где артефакты могут быть менее вероятны, в отличие от Вершины Запределья или Нижней Трансценденции.
  • Существуют 'запредельцы' — существа, которые могут быть подвержены воздействию сетевых сообщений и 'отравленных приманок'.
  • Мир Срединного Запределья не обладает достаточными ресурсами для строительства антиграв-структур такого масштаба, как те, что строит Погибель.
  • Расы Запределья в будущем могут быть объединены в единый хабитат под управлением трансцендентного существа.
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Запределье является областью пространства, в которой корабли могут совершать гиперскачки.
  • В этой области за один прыжок можно переместиться на тысячу световых лет, однако это требует существенного увеличения времени перерасчета координат.
  • На скорости десяти скачков в секунду в Запределье можно преодолевать тридцать световых лет в час.
  • В Запределье прыжки не воспринимаются человеческими органами чувств, а между скачками корабли пребывают в невесомости, сохраняя собственную скорость.
  • В этой области отсутствует доплеровский сдвиг, характерный для полетов на релятивистских скоростях; звезды выглядят чистыми и яркими.
  • Запределье характеризуется наличием зонной погоды, которая может влиять на качество связи.
  • В Запределье существуют области, которые можно отслеживать с помощью ультраволновых карт.
Диалог на борту корабля
  • Запределье является пространством, в котором существуют различные Зоны.
  • Запределье меняется по мере спуска в него.
  • В Запределье существуют области с особыми свойствами, например, Медленная Зона, где время или процессы могут замедляться.
  • У Дна Запределья поверхность Зоны характеризуется турбулентностью.
  • В Запределье происходят 'зонные сдвиги' — масштабные изменения условий среды.
  • В Запределье существуют условия навигации, которые могут быть крайне сложными (штормовыми).
  • Существуют специальные объекты и технологии для работы в Запределье, например, придонные люггеры для отслеживания перемен и корабли типа 'Внеполосный-II', рассчитанные на ремонты у Дна Запределья.
Изучение теории прыжков
  • Запределье является местом, где проблема переоткрытия тривиальна.
  • В Запределье существуют академические специальности, посвященные изучению ситуаций «прыжков с низкого старта».
  • В Запределье есть библиотеки, содержащие огромные массивы данных, теории и кастомизирующие программы о развитии цивилизаций.
  • Ученые из Запределья изучают историю и развитие цивилизаций в Медленной Зоне.
  • Для исследователей из Запределья полевая работа в Медленной Зоне опасна и может стоить жизни.
  • В Запределье существуют университетские факультеты, где энтузиасты науки разрабатывают кратчайшие пути развития технологий для разных рас.
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Запределье является объектом изучения, о котором Древорезчица читает в рамках обучения.
  • Информация о Запределье содержится в данных, доступных через данник.
  • Запределье упоминается в контексте истории Страумлианского Простора.
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Запределье — это обширная область космоса, в которой обживают почти все возможные системы.
  • В Запределье происходят циклы гибели цивилизаций и вымирания рас, сменяющиеся появлением новых.
  • Результатом жизни в Запределье являются лоскутные, многовидовые системы.
  • Молодые расы, только что вышедшие из «Медленной Зоны», вступают в конфликты с «последышами» старых цивилизаций.
  • Система Покойся с Миром находится в Запределье уже как минимум двести миллионов лет.
  • В системе Покойся с Миром обитает около десяти тысяч рас (согласно корабельной библиотеке), из которых сотни видов считаются «свежими».
  • Запределье характеризуется наличием специфических локаций, таких как «Вершина Запределья» (место, откуда визуально узнаваем корабль «Внеполосный-II»).
Путешествие к Гармоничному Покою
  • Запределье является местом, где программы-переводчики работают плохо из-за специфики среды.
  • На глубине Запределья большая часть высокотехнологичных импортных товаров быстро выходит из строя.
  • В Запределье антиграв-ткань практически не пользуется спросом из-за особенностей ландшафта (почти плоское пространство).
  • Технологии Вершины (например, генераторы силовых полей) в условиях Запределья могут работать не более нескольких недель.
  • Запределье характеризуется как место с особыми условиями, где стандартные технологии могут не функционировать или быть слишком затратными.
  • В Запределье существуют свои уникальные экосистемы, включая кольцевилизации и специфические растения (например, деревья, растущие вдоль трасс или в арках).
Разговор Фама и Равны в медотсеке
  • Запределье — это обширная территория, в которой существуют множественные поливидовые цивилизации.
  • В Запределье существуют мирные обители, такие как контрольные луны.
  • Запределье включает в себя регион, называемый Срединным Запредельем.
  • В Запределье живут наездники — древняя раса, которая живет небольшими группами и является неизменно миролюбивой и практичной.
  • Наездники и их тележки были созданы их Создателем миллиарды лет назад.
  • Разработка больших тележек, идентичных моделям миллиардолетней давности, происходит из Вершины или из Трансценденции.
  • В Запределье существует явление под названием Страумлианское Искажение, которое способно порабощать наездников и менять их поведение.
  • Наездники являются древней расой, возможно, древнее всех остальных, кроме тех, кто выжил из ума.
Спор о судьбе наездников
  • Запределье включает в себя Срединное и Нижнее Запределье.
  • В Запределье существуют специальные устройства — тележки, которые могут быть изготовлены на фабриках, не более продвинутых, чем заводы Медленной Зоны.
  • Технологии тележек в Запределье характеризуются хаотичной мешаниной компонентов, не имеющей модульной или иерархической структуры, но работающей эффективнее устройств человеческого уровня.
  • Починка и отладка тележек (за исключением кибернетических компонентов) в Запределье практически невозможна.
  • Наездники в Запределье подвергаются специфическим требованиям адаптации к тележкам.
  • Существует понятие 'Искажение' (также называемое 'Погибелью'), которое является трансцендентной сущностью, ведущей себя как болезнь.
  • Искажение модифицировало наездников в прошлом.
  • Искажение способно создавать себе помощников для 'поры расцвета'.
  • Искажение обладает 'тайным оружием', которое может представлять угрозу для тысяч миров.
Разговор Йоханны и Древорезчицы в палатке
  • Запределье — это мир или пространство, в котором обитают различные существа, включая людей и другие расы.
  • В Запределье существуют существа, описанные Данником (персонажем, обладающим знаниями о других мирах).
  • Существа Запределья могут обладать интеллектом, но их способности к развитию науки и совместной работе могут отличаться от человеческих.
  • В Запределье существуют разные расы, такие как синглеты (к которым относятся Когти), Двуногие (люди) и другие создания.
  • В мире Запределья существуют географические объекты и территории, такие как Страумлианский Простор, Высокая Лаборатория, домен Шкуродера и северная стена ущелья.
Разговор с наездниками в каюте
  • Запределье является обширным пространством, в котором существуют различные уровни или зоны (упоминаются Вершина Запределья и Нижнее Запределье).
  • В Запределье существует сущность или явление под названием Погибель.
  • На Вершине Запределья, внутри самой Погибели, существа живут в условиях подчинения или трансформации, вызванной этой сущностью.
  • Запределье является местом действия, где происходит путешествие героев к «Дну» и миру Когтей.
  • В Запределье существуют различные расы, включая наездников, которые могут быть подвержены воздействию Погибели через свои тележки.
  • Существует понятие «Дно» — конкретная цель или локация внутри Запределья, к которой стремятся герои.
Связь с кораблем Внеполосного-II
  • Запределье — это обширное пространство, в котором существуют различные области, такие как Срединное Запределье и Дно Запределья.
  • В Запределье существуют поселения людей, скрытые от Альянса.
  • На Дне Запределья условия среды настолько экстремальны, что высокоэффективные корабли работают медленно, а переоборудованные грузовозы считаются более оптимальным выбором.
  • На Дне Запределья процессоры кораблей работают значительно медленнее, чем в обычных областях космоса.
  • Запределье является местом обитания различных рас, включая людей и наездников.
  • В Запределье существуют свои уникальные цивилизационные особенности, например, наличие «обителей грез» для определенных рас.
  • Пространство Запределья характеризуется огромными расстояниями: за каждый скачок на ультрадвигателях на Дне Запределья пролетает ощутимая доля светового года.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Запределье является местом пребывания расы дирокимов, которые основали там немало колоний.
  • В Запределье некоторые колонии дирокимов развились в Силы.
  • Из Запределья к дирокимам когда-то вернулось 'Нечто', напоминающее безумного дирокима, чьи знания и деяния стали для них источником великих перемен.
  • События, связанные с возвращением существа из Запределья, легли в основу легенды о Фентролларе, который основал хабитаты грез и Старую Религию.
  • Запределье является пространством, в которое корабли могут попадать в результате зонных сдвигов или приливов.
  • Корабль 'Внеполосный-II' проектировался с расчетом на эксплуатацию как в Запределье, так и в Медленной Зоне.
Ожидание в глубине прилива
  • Запределье является пространством, в которое могут попадать корабли (например, 'Внеполосный-II') в результате масштабных космических явлений.
  • Границы Запределья отделены от остальной Галактики поверхностями раздела, которые в основном следуют распределению плотности вещества.
  • Галактическое ядро должно открыться Запределью только через очень длительный срок — после смерти всех звезд, кроме самых маленьких.
  • Существует понятие 'Перворазделение', произошедшее пять миллиардов лет назад, которое, по некоторым версиям, было 'величайшим из великих приливов', охватившим все расы.
  • Запределье характеризуется наличием 'приливов' — мощных волн, способных серьезно искажать контуры поверхностей раздела и перемещаться со скоростью выше световой.
  • Обычные бури на границах зон могут смещать границы на световой год за десятилетие, оказывая значительное влияние на экономику миров.
  • Для персонажей (Равны, Фама, Синепанциря) Запределье является опасной и неизвестной территорией, где технологии корабля могут давать сбои.
Послевоенная конференция и переговоры
  • Запределье является пространством, в котором могут выживать миллионы людей.
  • В Запределье существуют поселенные людьми планеты, которые являются далекими родичами Нюйоры и далекими потомками Старой Земли.
  • Запределье включает в себя Медленную Зону.
  • Недавний Великий Прилив хаотически вспенил участок Дна, перемешав Запределье и Медленную Зону.
  • В складках и щелях Запределья, возникших после Великого Прилива, могут находиться новые миры, вынырнувшие из Медленной Зоны.
  • Запределье характеризуется наличием 'межзонного интерфейса', который изменен в результате недавних событий.
  • В Запределье находятся 'хабитаты грез', которые были уничтожены вместе с Сьяндрой Кей.
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Запределье является местом обитания различных рас, включая наездников.
  • Наездники встречаются в Запределье повсеместно.
  • Запределье характеризуется наличием специфических природных условий, таких как приливы и кормовая взвесь.
  • В Запределье существуют существа, приверженные разности энергопотенциалов на рубежах.
  • Существует мнение (Стального), что определенные расы являются избранными для Запределья.
  • Для жителей текущего мира (Когтей) Запределье является целью для будущих странствий и местом, где они надеются найти опыт общения с другими расами.

Медленная Зона

Медленная Зона (или «Медленный Склеп») — регион с экстремальным замедлением времени, где технологии деградируют, а торговые сделки длятся десятилетиями из-за парализующей среды. Это опасная ловушка с фрактальными искажениями пространства, скрывающая миллионы изолированных цивилизаций и являющаяся местом происхождения дирокимских.

Медленная Зона — это обширный регион в глубине Галактики, расположенный на глубине тысяч световых лет от Запределья в районе Дна. Это пространство характеризуется экстремальным замедлением времени и движения: здесь корабли с трудом выжимают один световой год в день, а ультрадвигатели отключаются, превращая межзвездные перелеты из минутных прыжков в многовековые путешествия. В этой области время течет настолько медленно, что даже сверхмощные флоты, способные преодолевать огромные расстояния за часы, оказываются парализованными, требуя тысячелетий для достижения целей. Навигация в Зоне крайне сложна из-за нестабильных «зонных сдвигов», «приливов» и «бурь», которые могут искажать контуры пространства, придавать поверхности фрактальную размерность и перемещаться со скоростью выше световой. Для исследователей и торговцев Медленная Зона является опасной ловушкой. Корабли могут оказаться в «карманах» с недосягаемой скоростью света, где единственным спасением становятся специальные ионные прямоточные двигатели. В этой среде деградирует большинство технологий: системы связи дают помехи, автоматика теряет интеллектуальные функции (например, перестает реагировать на сарказм или жаргон), а антигравитационные системы имеют крайне ограниченный срок службы. Из-за этих условий в Зоне процветает «повторное изобретение» технологий, а торговые сделки могут длиться десятилетиями. Опасность среды подтверждается масштабными катастрофами, в которых погибают целые экипажи, и риском того, что командование кораблей внутри Зоны может быть захвачено или заменено. Социально-культурная среда Медленной Зоны радикально отличается от Запределья. Здесь существуют миллионы изолированных цивилизаций, которые могут оставаться неизвестными внешнему миру, не получая знаний о «великой истине». Развитие в этих условиях происходит крайне медленно, а достижения, сопоставимые с успехами в Запределье, считаются здесь выдающимися. Многие расы в Медленной Зоне обречены на самоуничтожение в своих системах или деградацию до примитивного уровня из-за глобальных катастроф. Тем не менее, зона является местом обитания старших высокотехнологичных цивилизаций и источником редких артефактов и живых существ, которые ценятся выше любых объектов. Медленная Зона также тесно связана с историей ключевых фигур и событий. Она является местом происхождения Фама Нювена и древней расы дирокимских, а также местом деятельности таких торговцев, как Синепанцирь и Зеленожка. Согласно некоторым данным, зона может возникать в результате воздействия сверхмощных артефактов или масштабных катастроф, а её границы могут резко расширяться в результате «Великих Приливов». В результате таких событий Медленная Зона может поглощать новые миры или превращать значительные области Млечного Пути в «Медленный Склеп», изолируя объекты от внешней помощи на тысячи лет.
Ключевые факты (147)
Разговор Равны с Грондром
  • Медленная Зона — это область в космосе, где корабли могут проводить тысячи лет (например, корабль 'Драга' провел там большую часть своего существования).
  • В Медленной Зоне существуют системы, которые могут быть необитаемыми.
  • В самой Медленной Зоне были построены корабли (в тексте упоминается развалюха, лишенная ультрадвигателей).
  • В Медленной Зоне происходят трагедии, в том числе масштабные катастрофы, в которых могут погибать целые экипажи.
  • Медленная Зона является местом, откуда могут быть извлечены редкие артефакты или объекты (например, корабль 'Драга' и его груз).
  • Для исследования Медленной Зоны требуются специальные экспедиции, так как глубокое погружение делает невозможным возврат в Запределье за время жизни строителей корабля или всей расы.
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Медленная Зона — это область пространства, где корабли с трудом выжимают и один световой год в день.
  • Медленная Зона находится в глубине космоса, в недрах галактики, на глубине тысяч световых лет от Запределья.
  • В Медленной Зоне существуют миллионы цивилизаций, которые остаются неизвестными для обитателей Запределья.
  • В Медленной Зоне сверхсветовые полеты невозможны или крайне затруднены, в отличие от Запределья.
  • Медленная Зона характеризуется наличием цивилизаций, которые могут оставаться изолированными и не получать славы или знаний о 'великой истине'.
  • Медленная Зона является местом происхождения Фама Нювена, который родился на затерянной колонии Канберра.
  • Цивилизация Чжэн Хэ, действовавшая в Медленной Зоне, заселила тридцать миров и проработала там три тысячи лет.
  • Для жителей Медленной Зоны достижение значительных успехов (как у Фама Нювена) считается предельно возможным и выдающимся достижением.
Разговор Равны и Грондра о Силе
  • Медленная Зона — это область пространства, находящаяся за пределами привычных границ обитаемых миров.
  • В Медленной Зоне время растягивается в условиях досветовой торговли.
  • Медленная Зона характеризуется наличием высокоэнергетической экзотики, такой как черные дыры.
  • В центре Галактики, где звезды расположены гуще, находится область, которую называют Дном Медленной Зоны.
  • Медленная Зона считается местом обитания старших (высокотехнологичных) цивилизаций.
  • Артефакты из Медленной Зоны обладают коллекционным статусом.
  • Живые существа из Медленной Зоны ценятся еще выше, чем артефакты.
  • Торговля в Медленной Зоне требует огромной отваги из-за необходимости проводить столетия в полетах между звездами.
  • В Медленной Зоне возможности автоматики и связи ниже, чем в Запределье (например, отсутствует ультрасветовая связь).
  • Интеллектуальные способности обитателей Медленной Зоны сопоставимы с человеческими, в отличие от сверхчеловеческого интеллекта Трансценденции.
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Медленная Зона — это географический регион или пространство, в котором существуют планеты с гравитационными колодцами.
  • В Медленной Зоне расположены крупные конструкции, которые Фам Нювен описывает как 'посолиднее' тех, что он видел в других местах.
  • Медленная Зона является частью более широкого контекста мира, в котором существуют такие понятия, как Срединное Запределье и Маршрутизатор.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Медленная Зона является местом, где даже большие программы могут содержать множество сюрпризов.
  • В Медленной Зоне существуют программы, которые могут превосходить или почти превосходить человеческое разумение.
Беседа в «Бродячей компании»
  • Медленная Зона является местом, где Фам Нювен повидал предостаточно торговцев.
  • В Медленной Зоне присутствуют торговцы, такие как Синепанцирь и Зеленожка.
Разговор наездников на пляже
  • Медленная Зона находится в нижней части Запределья, в районе Дна.
  • Медленная Зона является зоной раздела, где наблюдается активность поверхностного раздела.
  • В Медленной Зоне условия миссии характеризуются как медленные и утомительные даже в оптимальных условиях.
  • Существует риск оказаться в области Медленной Зоны, где скорость света недосягаема.
  • В случае попадания в область недосягаемой скорости света единственной надеждой на спасение является новый ионный прямоточный двигатель.
  • Персонажи (Синепанцирь и Зеленожка) планируют спуститься до самого края Медленной Зоны в рамках спасательной экспедиции к Дну Запределья.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Медленная Зона характеризуется крайне сложной навигацией: её поверхность трудно обнаружить на расстоянии и еще сложнее закартировать из-за мимолетных изменений.
  • Медленная Зона представляет собой опасную среду, в которой корабли могут попасть в ловушку на глубине пары световых лет под её поверхностью.
  • Для полетов в опасной близости от Медленной Зоны требуются специализированные суда — придонные люггеры.
  • Корабли, предназначенные для работы в этой зоне, должны быть оснащены ионными прямоточными двигателями и гибернаторами.
  • Медленная Зона находится в непосредственной близости от мира Когтей.
  • Вблизи Медленной Зоны наблюдается повышенная активность Дна, которая может приводить к ухудшению условий полета (вплоть до увеличения срока пути более чем на 60 дней).
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Медленная Зона — это область пространства, в которой находится корабль «Внеполосный-II».
  • В этой зоне время течет иначе: нисхождение персонажей ко Дну замедляется сильнее, чем предсказывал Синепанцирь.
  • Медленная Зона является местом происхождения или местом деятельности персонажа Фама Нювена (он описывается как «торговец из Медленной Зоны»).
  • Медленная Зона характеризуется специфическими условиями перемещения: в этой области прыжки на тысячу световых лет требуют существенно больше времени на перерасчет координат.
  • Медленная Зона связана с историей и происхождением Фама Нювена, который до своего нынешнего состояния был связан с этой зоной.
Диалог на борту корабля
  • Медленная Зона — это область в Запределье, характеризующаяся замедлением времени.
  • В Медленной Зоне цивилизации, разделенные годами или столетиями полета, сталкиваются с ней регулярно.
  • Длительное пребывание в Медленной Зоне может привести к деградации цивилизаций до примитивного уровня (например, до уровня стай Когтей).
  • Медленная Зона характеризуется наличием «зонных сдвигов» — нестабильных состояний, которые могут влиять на навигацию и условия в пространстве.
  • В Медленной Зоне часто происходят «повторные изобретения», так как цивилизации вынуждены восстанавливать технологии заново.
  • Корабль «Внеполосный-II» специально проектировался с учетом возможности проведения ремонтов в условиях Дна Запределья и Медленной Зоны.
  • Для перемещения через Медленную Зону требуются специальные расчеты экстраполяции замедления.
  • Медленная Зона является важным географическим или пространственным ориентиром в пути к цели путешественников.
Разговор Фама и Равны на мостике
  • Фам Нювен является великим торговцем Медленной Зоны.
  • Медленная Зона — это географический или пространственный регион в мире книги, в котором Фам занимался торговлей.
  • История Фама как торговца Медленной Зоны может быть выдумкой (деза) Старика для сотрудников Маршрутизатора.
  • Фам связан с Медленной Зоной через свои воспоминания, которые он считает своими собственными, хотя они могут быть искусственно имплантированы.
Изучение теории прыжков
  • Медленная Зона — это область или пространство, где цивилизации развиваются значительно медленнее, чем в Запределье.
  • Срок жизни цивилизаций в Медленной Зоне, как правило, не превышает нескольких тысяч лет.
  • Цивилизации Медленной Зоны часто сталкиваются с глобальными катастрофами (войны, загрязнение атмосферы), после которых могут либо быстро восстанавливаться, либо откатываться к средневековому уровню развития.
  • Большинство рас в Медленной Зоне в конечном итоге самоуничтожаются в своих изолированных звездных системах.
  • В Медленной Зоне за историю наблюдений зафиксирована почти любая возможная комбинация событий.
  • Поиск объектов и проведение экспериментов в Медленной Зоне крайне опасны и могут стоить жизни исследователю.
  • Для развития технологий в Медленной Зоне учитываются такие факторы, как начальный уровень деградации культуры, объем остаточных научных познаний и физическая природа расы.
  • Существуют специальные программы (алгоритмы), позволяющие рассчитывать кратчайшие пути развития технологий для цивилизаций Медленной Зоны.
  • Развитие технологий в этой зоне может занимать от нескольких десятилетий до многих лет в зависимости от удачи и наличия ресурсов.
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Медленная Зона является объектом изучения, о котором Древорезчица читает в даннике.
  • Информация о Медленной Зоне содержится в исторических данных вместе с информацией о Запределье и историей Страумлианского Простора.
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Медленная Зона является областью пространства, где скорость движения кораблей значительно снижается.
  • Путь к Медленной Зоне лежит через область массивного зонного сдвига, называемую в сетевых новостях Великой зонной бурей.
  • В Великой зонной буре отсутствуют физически ощутимые турбулентности, однако она существенно замедляет продвижение судов.
  • В Медленной Зоне ультрадвигатели отключаются, из-за чего преодоление светового года может занимать годы вместо минут.
  • Медленная Зона является опасным препятствием для путешественников, направляющихся к Дну Запределья.
  • Фам Нювен является боевым программистом Медленной Зоны.
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Медленная Зона является регионом в Запределье, из которого молодые расы начинают свой путь.
  • Расы, только что выкарабкавшиеся из Медленной Зоны, вступают в конфликты (грызню) с последышами старых цивилизаций.
  • Медленная Зона характеризуется как место, откуда выходят новые цивилизации после гибели старых.
Утешение Равны и новости
  • Локальная сеть Покойся с Миром концептуально сходна с аналогами из Медленной Зоны.
  • Структура сети в Покойся с Миром в миллиарды раз сложнее любой известной Фаму, но по концепции напоминает структуры Медленной Зоны.
Разговор в рубке и перелет
  • Медленная Зона — это область пространства, где сделки в межзвездной торговле могут длиться десятилетиями или столетиями.
  • Медленная Зона является местом, где Фам ранее занимался межзвездной торговлей.
  • Опыт торговли в Медленной Зоне контрастирует с текущей ситуацией в Запределье, где торговые процессы проходят быстрее и репутация играет иную роль.
Наблюдение за сделкой из корабля
  • Медленная Зона — это область в космосе, где Фам повидал лишь три нечеловеческие расы за всю свою жизнь.
  • Медленная Зона характеризуется наличием большого количества хлама, оставленного бесчисленными миграциями.
  • Запределье (включая Медленную Зону) способно накапливать хлам и разносить цивилизацию повсюду.
  • В Медленной Зоне находится система Гармоничного Покоя, где обитают очень древние существа, пережившие сотню эмиграций в Трансценденцию.
  • Обитатели системы Гармоничного Покоя в Медленной Зоне стали чрезмерно осторожными и посвящают время бессмысленным для посторонних заботам из-за долгого пребывания в этой зоне.
  • Медленная Зона является местом, где разумная жизнь развивается редко, но поиск других форм жизни здесь облегчен наличием ультрадвигателей.
Спор о судьбе наездников
  • Медленная Зона упоминается как место, где находятся заводы, уровень технологического развития которых является ориентиром для оценки сложности конструкций (например, тележек).
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств
  • Дирокимы — древнейшая раса цивилизации Сьяндры Кей, которая прорвалась из Медленной Зоны миллион лет назад.
  • Дирокимы колонизировали три системы, которые позже стали известны как Сьяндра Кей.
  • Раса дирокимских существ погрузилась в медитативное самосозерцание задолго до прибытия людей.
  • Медленная Зона является местом происхождения дирокимской расы.
  • Дирокимские системы защищены древней автоматикой и помощью дружественных молодых рас.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Медленная Зона — это пространство, в котором время и движение значительно замедляются (корабли могут двигаться со скоростью пренебрежимо меньше световой).
  • Медленная Зона характеризуется наличием 'зонных бурь' или 'приливов', которые могут перемещаться на огромные расстояния (в тексте упоминается прилив, поднявшийся на двести световых лет).
  • Поверхность Зоны при значительных возмущениях интерфейса искажается, приобретая фрактальную размерность, близкую к трем (сравнивается с пеной из распылителя).
  • Нахождение в Медленной Зоне вызывает технические проблемы: компьютеры могут терять способность инициировать ультраскачки, а системы связи могут давать сильные помехи или полностью отключаться.
  • Медленная Зона рассматривается как пространство, где звезды остаются неподвижными в течение долгого времени.
  • Корабль «Внеполосный-II» проектировался с учетом работы в Медленной Зоне как в аварийном режиме, и на нем имеются специальные процессоры для этой среды.
  • Медленная Зона является частью более широкого контекста пространства, включающего 'Запределье' и 'Мальстрём'.
  • Существует понятие 'зонного сдвига', когда обычные возмущения интерфейса могут резко менять свои характеристики и перемещаться быстрее обычного.
Ожидание в глубине прилива
  • Медленная Зона характеризуется значительным снижением производительности вычислительных устройств (например, «Внеполосного-II»).
  • В Медленной Зоне отключаются сложные функции автоматики, такие как голосовое управление визуализаторами, интеллектуальные контекст-анализаторы и автоперевод естественных языков.
  • Для взаимодействия с техникой в Медленной Зоне требуется особая дисциплина, так как устройства перестают реагировать на сарказм и жаргон.
  • Медленная Зона является областью с пониженной производительностью, которую Равна в своих кошмарах представляла как «пещеру тьмы с редкими факелами».
  • Границы Медленной Зоны (поверхности раздела Зон) в основном следуют распределению плотности вещества в Галактике.
  • Существуют редкие и мощные «приливы» (трансверсальные сдвиги), которые могут серьезно искажать контуры поверхностей раздела и перемещаться со скоростью выше световой.
  • Медленная Зона может быть временным убежищем или «перерывом в битве» для кораблей, находящихся в зоне влияния мощных галактических волн.
  • Вхождение в Медленную Зону может сопровождаться потерей связи и деградацией работы бортовых систем корабля.
Наблюдение за движением флотов
  • Медленная Зона является пространственным явлением, в котором корабли могут оказываться в ловушке или вынуждены преодолевать его с крайне низкой скоростью.
  • Корабли, находящиеся внутри Медленной Зоны, могут терять возможность эффективного маневрирования (например, корабль «Эльвира» не имел двигателей для этой зоны).
  • Выход из Медленной Зоны может происходить незаметно для экипажа, если не использовать специальные тревожные сигнализаторы.
  • Медленная Зона является опасным препятствием: корабли могут в нее попасть случайно или в результате военных действий (например, в ходе отступления флота Альянса).
  • Существует понятие «геометрия отлива» в контексте Медленной Зоны, определяющая положение кораблей относительно её фронта и хвоста.
  • Корабли, находящиеся внутри Медленной Зоны, могут быть отделены от основной сети связи или испытывать трудности с получением актуальных данных.
  • Медленная Зона служит важным тактическим элементом: корабли, выходящие из неё, могут получить временную фору перед остальными силами.
  • Существует риск того, что командование флагманских кораблей внутри Медленной Зоны может быть захвачено или заменено подменным.
  • Медленная Зона является местом, где корабли могут находиться длительное время (в тексте упоминается пребывание в ней более ста часов).
Послевоенная конференция и переговоры
  • Медленная Зона является одним из пространственных регионов, находящихся в Запределье.
  • Недавний Великий Прилив хаотически вспенил этот участок Дна, перемешав Запределье и Медленную Зону.
  • Медленная Зона содержит новые миры, которые только что «вынырнули» из неё в результате перемешивания.
  • В Медленной Зоне могут находиться заселенные людьми планеты, являющиеся далекими родичами Нюйоры и потомками Старой Земли.
  • Межзонный интерфейс между Медленной Зоной и другими областями изменился, и зонографические суда сверху еще не составили карты нового интерфейса.
  • Медленная Зона является местом, где могут быть скрыты новые миры, в которых могла бы родиться новая Сьяндра Кей.
Гибель Фама Нювена
  • Медленная Зона — это область пространства, характеризующаяся специфическими физическими или метафизическими условиями, в которых навигация становится затруднительной.
  • Медленная Зона может возникать в результате масштабных катастроф или действий сверхмощных артефактов (например, Контрмеры).
  • Погружение в Медленную Зону может быть настолько глубоким, что оно изолирует объекты от внешней помощи и делает их недосягаемыми для внешних сил (например, для Погибельного флота).
  • Медленная Зона упоминается как место, где события могут происходить иначе, чем в обычном мире (в тексте сравнивается описание последних минут жизни Фама с условиями Медленной Зоны или Запределья).
  • Медленная Зона может быть настолько обширной и глубокой, что она может охватывать значительные области Галактики (упоминается сравнение с глубиной Старой Земли).
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Медленная Зона — это место или область пространства, в которой технологии антигравитации имеют ограниченный срок службы (выдохнутся через пару лет).
  • Медленная Зона характеризуется тем, что в ней сложно или невозможно быстро развивать технологии для выхода в космос.
  • Раса Когтей (к которой относится Древорезчица и Странник) находится в Медленной Зоне и стремится найти способ выбраться из неё к звездам.
  • Медленная Зона является препятствием для реализации долгосрочных планов развития цивилизации Когтей.
  • Существование Медленной Зоны подчеркивает текущее технологическое отставание и ограниченность возможностей местных жителей по сравнению с космическими масштабами.
Наблюдение за звездами
  • Медленная Зона — это область пространства, в которой время течет значительно медленнее, чем в остальной части Вселенной.
  • Медленная Зона возникла в результате воздействия Возмездия Фама (или Возмездия Старика).
  • Граница Медленной Зоны была значительно расширена (протолкнута вверх) в результате Великого Прилива.
  • Равна и другие персонажи находятся глубоко внутри новой Медленной Зоны, на глубине от тысячи до тридцати тысяч световых лет.
  • В Медленной Зоне время течет настолько медленно, что корабли Погибельного флота, способные преодолевать расстояния за часы, теперь будут достигать мира Когтей через несколько тысяч лет.
  • Медленная Зона оказывает разрушительное воздействие на цивилизации: автоматизированные системы могут отказывать, а целые народы могут погибать из-за изменения темпа времени.
  • Силы, погруженные в Медленную Зону, теряют свою природу и, вероятно, не способны там выжить.
  • Медленная Зона характеризуется отсутствием локальных вариаций зонной интенсивности в текущем состоянии (новое равновесие держится твердо).
  • Масштаб Медленной Зоны настолько велик, что она охватила значительную область Млечного Пути, превратив её в «Медленный Склеп».

Маршрутизатор

Маршрутизатор — критический сетевой хаб Срединного Запределья, обеспечивающий связь с Трансценденцией и содержащий уникальный Архив, структуру которого понимают лишь Силы. Объект находится в состоянии деградации после катастрофического «Падения Маршрутизатора», вызванного атакой Искажения.

Маршрутизатор — это масштабный объект и сетевой хаб в Срединном Запределье, расположенный на расстоянии более двадцати тысяч световых лет от планеты Сьяндр Кей и значительно выше плоскости Галактики. Он функционирует как критический узел коммуникаций для миллиона миров, перенаправляя два процента всего трафика Известной Сети и обеспечивая связь с Магеллановыми Облаками, Запредельной зоной в галактике Скульптора и Трансценденцией. Объект обладает уникальным обзором тридцати процентов пространства Запределья и служит ключевым каналом для обмена новостями, импорта биообразцов и экспорта маршрутных функций. Инфраструктура Маршрутизатора включает в себя собственные техкомплексы, огромные Причалы протяженностью тысячи километров, поддерживаемые антигравеском, а также «кладовку» для заброшенных судов. На его территории расположены базы Известной Сети, жилые зоны и заведение «Бродячая компания». Несмотря на статус крупного узла, Маршрутизатор характеризуется высокой степенью «чужеродности» из-за разнообразия инопланетных рас и крайне малым количеством людей-хомосапиенсов. Особое значение имеет Архив Маршрутизатора — фундаментально сложная система данных, которую практически невозможно скопировать и чью структуру понимают только Силы в Трансценденции. Архив поддерживался сотнями вымерших рас и содержит глубокие знания о человечестве, включая информацию о Страумлианской катастрофе. В рамках программы удаленной стажировки здесь обучаются специалисты, а Равна Бергсдот получила доступ к архиву в качестве главного приза конкурса в Организации Вриними. Маршрутизатор обладает сложной системой трансиверов, представляющих собой рои элементарных антенн с охватом в несколько световых лет. Эти системы позволяют осуществлять ультрасветовую связь и транслировать данные о Погибели. Однако объект находится в состоянии деградации: его ресурсы истощаются из-за высокого интереса пользователей, а системы жизнеобеспечения и автоматика работают в чрезвычайном режиме. История объекта неразрывно связана с «Падением Маршрутизатора» — катастрофическим событием, вызванным атакой Искажения и внутренними диверсиями. Это событие привело к гибели Силы, известной как Старик, и уничтожению Маршрутизатора как стационарного объекта. В ходе катастрофы тысячи кораблей беженцев отделились от него, а выжившие герои совершили побег на корабле «Внеполосный-II», получив повреждения от ультрашипов Маршрутизатора. Последствия Падения до сих пор ощущаются в виде деградации корабельной автоматики и искажения информационных потоков в Известной Сети.
Ключевые факты (140)
Высадка и подготовка к связи
  • Маршрутизатор является объектом, имеющим собственную систему (систему Маршрутизатора).
  • Для системы Маршрутизатора существует возможность налаживания ультрасветовой связи.
  • Работники Маршрутизатора могут быть потенциальными спасателями или получателями информации из Высокой Лаборатории.
  • Существует надежда, что работники Маршрутизатора смогут помочь вытащить выживших и оживить детей.
Прошлое Равны и начало стажировки
  • Маршрутизатор является объектом, обладающим архивом, где проходит обучение в рамках программы удаленной стажировки.
  • Маршрутизатор представляет собой сетевой хаб миллиона миров.
  • Равна Бергсндот получила возможность трехлетнего обучения в архиве Маршрутизатора в качестве главного приза конкурса в Организации Вриними.
  • Система Маршрутизатора находится на расстоянии более двадцати тысяч световых лет от планеты Сьяндр Кей.
  • Архивы Маршрутизатора расположены на расстоянии тысячи световых часов от резиденции Грондра Вринимикалира.
Разговор Равны с Грондром
  • Маршрутизатор является крупным объектом или территорией, обладающей собственными техкомплексами.
  • Организация (Орга) выкупила техкомплексы Маршрутизатора.
  • Маршрутизатор служит узлом для трафика сообщений; через него проходит значительный поток данных.
  • Маршрутизатор расположен в удобном месте для новостного обмена с Трансценденцией.
  • На территории Маршрутизатора есть архивы, которыми официально заведовал Грондр 'Калир.
  • На Маршрутизаторе есть 'кладовка' — место, куда сваливают заброшенные корабли и грузовозы.
  • Маршрутизатор является местом пребывания (жилищем) для Грондра 'Калира.
  • Маршрутизатор находится в Срединном Запределье.
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Маршрутизатор — распространенное название для объектов в коммуникационных сетях, часто возникающее в среде, созданной искусственным интеллектом.
  • Существует один конкретный доминирующий Маршрутизатор, который участвует в перенаправлении двух процентов всего трафика Известной Сети.
  • Маршрутизатор расположен в двадцати тысячах световых лет над плоскостью Галактики.
  • Объект обладает превосходным обзором тридцати процентов пространства Запределья, включая звездные системы у самого Дна.
  • Маршрутизатор является главным посредником в обмене с Магеллановыми Облаками и одним из немногих сайтов с связью с Запредельной зоной в галактике Скульптора.
  • Маршрутизатор находится в Срединном Запределье.
  • Организация Вриними использует Маршрутизатор для экспорта маршрутной функции с доступом к локальному архиву и импорта биообразцов и оборудования из Высокого Запределья.
  • На Маршрутизаторе расположены Причалы — огромный комплекс (тысячи километров), включающий стыковочные платформы, ремонтные палубы, парки и зоны отдыха.
  • Причалы Маршрутизатора висят на высоте тысяч километров над Земстороньем, поддерживаемые грандиозным антигравеском.
  • На Маршрутизаторе находится база Известной Сети, где работает Равна Бергсдот.
  • Маршрутизатор является местом работы и обитания множества существ, включая представителей различных рас и воскрешенных индивидов.
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Маршрутизатор — это название места (вероятно, станции или крупного торгового узла) в Срединном Запределье.
  • Заведение «Бродячая компания» находится на Маршрутизаторе.
  • Маршрутизатор является местом, где встречаются выходцы с Вершины Запределья.
  • На Маршрутизаторе крайне мало людей (в частности, людей-хомосапиенсов), что выделяет его среди других локаций.
  • Маршрутизатор характеризуется как место с высокой степенью «чужеродности» из-за разнообразия инопланетных рас.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Маршрутизатор обладает собственным архивом.
  • Архив Маршрутизатора фундаментально сложнее базы данных в обычной локальной сети.
  • Архивы Маршрутизатора настолько сложны, что их практически невозможно скопировать.
  • Архивы Маршрутизатора поддерживались сотнями различных рас, которые ныне либо вымерли, либо стали Силами в Трансценденции.
  • Системы индексации в архиве Маршрутизатора вложены друг в друга.
  • Понимание структуры архива Маршрутизатора доступно только Силам в Трансценденции.
  • Маршрутизатор обладает опорной сетью с трансиверами, представляющими собой рои элементарных антенн.
  • Охват каждого роя антенн Маршрутизатора составляет несколько световых лет, а каждая антенна имеет поперечный размер в десять тысяч километров.
  • Существует понятие 'прибытия на Маршрутизатор', что указывает на возможность физического или системного присутствия на нем.
Беседа в «Бродячей компании»
  • Маршрутизатор является объектом или сущностью, ресурсы которой истощаются из-за высокого интереса пользователей.
  • Сотни пользователей с Вершины и из Трансценденции проявляют неуемный интерес к Страумлианской катастрофе через Маршрутизатор.
  • Маршрутизатор служит каналом связи или источником информации, где пользователи могут получать ответы на вопросы о катастрофе.
Размышления о Фаме Нювене
  • Маршрутизатор является географическим или пространственным объектом в Галактике.
  • Маршрутизатор находится в области Запределья.
  • Запределье, в том числе Маршрутизатор, характеризуется наличием известной Сети, которая существовала там миллиарды лет.
  • Маршрутизатор описывается как место, где панорама Галактики кажется прекраснее всего.
  • Маршрутизатор является частью области, где границы Зон Мысли постепенно смещаются внутрь.
  • Маршрутизатор находится на расстоянии примерно 4/5 от центра Галактики.
Разговор Равны по телефону
  • Маршрутизатор является сущностью, услуги которой могут предоставлять различные группы (например, группа «Газовые мешки»)
  • Маршрутизатор обладает значительным влиянием на распределение ресурсов или связи, так как отказ от его услуг в пользу других групп рассматривается как реальная угроза
  • Существует статистика активности Маршрутизатора, которую Равна может просматривать в сводках (например, данные о «Затратах на связь»)
  • Маршрутизатор связан с деятельностью «Старика», который, вероятно, использует ресурсы или каналы, связанные с Маршрутизатором, для своих целей
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Маршрутизатор является местом (или объектом), где Старик (Сила) оставил эмиссара Фам Нювена для выполнения работы.
  • На Маршрутизаторе Фам Нювен занимается поиском информации о человечестве и его истоках в архивах.
  • Маршрутизатор является источником данных, через который Старик может получать информацию (в частности, через трансивер).
  • Равна Бергсдот может отслеживать уровень загрузки трансивера на Маршрутизаторе, чтобы определить степень дистанционного контроля Старика над эмиссаром.
  • Объем данных, поступающий со всего Маршрутизатора к Старику, в момент разговора составлял менее десяти килобит в секунду.
Разговор Равны и Фама
  • Маршрутизатор обладает архивами, содержащими глубокие знания о человечестве.
  • Маршрутизатор обладает программами для перевода сообщений разумных газовых мешков (создателей Старика), однако даже лучшие из этих программ не смогли полностью перевести их сообщения в Сети.
  • Архивы Маршрутизатора использовались Стариком для поиска информации о происхождении и истории Фама Нювена.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Маршрутизатор является объектом, через который проходят потоки сообщений о Погибели.
  • Через Маршрутизатор доступен ультраволновой канал, предоставляющий разнообразие информации.
  • Маршрутизатор обеспечивает связь с наездниками (в рамках конкретной миссии — канал скоростью 30 килобит в секунду).
  • Маршрутизатор является местом или узлом, где происходит рассеивание информационных потоков (например, сообщений о Погибели).
  • Корабли на Маршрутизаторе имеют определенные стандарты конструкции (упоминается, что шипы на строящемся корабле шире, чем у большинства кораблей на Маршрутизаторе).
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Маршрутизатор является крупным объектом или локацией, обладающей собственной вершинной автоматикой.
  • Маршрутизатор имеет систему трансиверов, которые обслуживают пользователей.
  • Маршрутизатор обладает внутренней охраняемой зоной.
  • Маршрутизатор подвергается атаке извне (флот вторжения из трех тысяч кораблей) и изнутри (диверсия с дестабилизирующим репликантом).
  • Маршрутизатор находится в критическом состоянии: системы жизнеобеспечения отказывают, локалка «подыхает», а автоматика работает в чрезвычайном режиме.
  • Маршрутизатор является местом обитания или присутствия Орга Вриними.
  • Маршрутизатор находится в процессе гибели из-за внутренних и внешних факторов («гниль внутри» и атака флота).
  • Маршрутизатор является местом, где расположены Причалы.
Побег из системы и прыжок
  • Маршрутизатор является местом, где в мирное время присутствовало колоссальное число звездолетов (по делам архивным или туристическим).
  • Вокруг Маршрутизатора на световые годы растянулось около десяти тысяч кораблей.
  • Маршрутизатор находится в зоне, откуда герои улетели на полтораста световых лет.
  • На Маршрутизаторе последствия атаки Искажения оказались менее смертоносными, чем на Земсторонье.
  • Маршрутизатор упоминается как точка отсчета для оценки масштаба катастрофы и перемещений кораблей беженцев.
Разговор Странника и Грамотея
  • Маршрутизатор является объектом, находящимся в пространстве Запределья.
  • Маршрутизатор сильно удален от плоскости Галактики.
  • Корабль «Внеполосный-II» совершает отлет с Маршрутизатора.
  • На Маршрутизаторе была занесена «Погибель».
  • Маршрутизатор обладает локальной сетью, к которой можно подключиться через органические механизмы (импланты).
  • Через локальную сеть Маршрутизатора осуществляется подключение к «Силе наверху».
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Маршрутизатор является крупным объектом или структурой, наличие которой связано с функционированием Известной Сети.
  • Маршрутизатор был полностью уничтожен в результате атаки, что стало значительным событием в истории мира.
  • Уничтожение Маршрутизатора сопровождалось убийством Силы, что произошло впервые за тысячи лет.
  • Уничтожение объекта привело к временной недоступности некоторых участков Известной Сети и невозможности восстановления отдельных внегалактических линков.
  • Существуют теории, что Маршрутизатор был уничтожен из-за старой памяти (эхо давней войны) или как удар по наследникам забытых рас.
  • Среди версий причин атаки на Маршрутизатор фигурирует цель похищения его архивов или конкретного артефакта.
  • Маршрутизатор обладает достаточным масштабом, чтобы его инфраструктура (или технологии, связанные с ним) служила ориентиром для оценки грандиозности антиграв-структур в других системах.
Наблюдение за Фамом Нювеном
  • Маршрутизатор является объектом, от которого корабли отрывались для совершения гиперскачков.
  • Произошло событие, называемое «Падением Маршрутизатора».
  • При Падении Маршрутизатора спаслись примерно десять тысяч звездолетов.
  • Атака на Маршрутизатор рассматривается как незначительный отголосок убийства Старика.
  • Существует гипотеза, что Враг охотится за судами, которые улетели от Маршрутизатора, из-за последних припрятанных Стариком воспоминаний.
Диалог на борту корабля
  • Маршрутизатор является космическим кораблем, с которого герои совершили побег.
  • Во время побега с Маршрутизатора герои получили повреждения от шипов ультрадвигателей.
  • На Маршрутизаторе перелет до текущей точки назначения должен был занять от тридцати до сорока дней.
  • Корабль «Внеполосный-II», на котором находятся герои, проектировался с учетом возможности проведения ремонтов даже у Дна Запределья, в отличие от ситуации на Маршрутизаторе.
Разговор Фама и Равны на мостике
  • Маршрутизатор является местом, откуда Фам Нювен совершил побег.
  • Маршрутизатор является объектом, имеющим сотрудников (в частности, Фам Нювен и Равна Бергсндот).
  • Для сотрудников Маршрутизатора воспоминания о прошлом Фама (его жизни в Чжэн Хэ) являются дезинформацией, созданной Стариком.
  • Маршрутизатор связан с историей Фама, который там работал до событий, описанных в тексте.
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Маршрутизатор является местом, где корабль «Внеполосный-II» находился до начала текущего путешествия.
  • На Маршрутизаторе корабль не успел пройти заключительный этап диагностики перед отлетом.
  • На Маршрутизаторе корабль не успели загрузить запчастями и снабдить программами для работы в придонном режиме.
  • Корабль получил повреждения ультрашипов на Маршрутизаторе.
  • На Маршрутизаторе была произведена закупка криптогруза (корабль прибыл на Маршрутизатор с этим грузом).
Жизнь и работа на корабле
  • Архив Маршрутизатора является значительным хранилищем знаний, превосходящим по масштабам библиотеку корабля «Внеполосного-II» и университетские библиотеки на Сьяндре Кей.
  • Маршрутизатор является местом, где Фам Нювен обучался языкам (в частности, самношку) быстрее, чем в текущих условиях.
  • На Маршрутизаторе Равна впервые выразила гнев и заявила, что память Фама поддельная, что стало важным моментом в их отношениях.
  • Атака на Маршрутизатор описывается как слабый отголосок событий, связанных с Погибелью и убийством Старика.
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Падение Маршрутизатора стало событием, вызвавшим значительную активность в новостных группах.
  • Событие «Падение Маршрутизатора» сопровождалось бурным потоком новостей и слухов о военных приготовлениях.
  • После Падения Маршрутизатора количество новостей о целях «истребителей паразитов» (Альянса во Имя Защиты) заметно сократилось.
Наблюдение за сделкой из корабля
  • Маршрутизатор является местом или объектом, где Фам не видел такого разнообразия разумных рас, как в торговом ряду системы Гармоничного Покоя.
  • На Маршрутизаторе Фам не встречал множества различных видов разумных существ, которые он обнаружил в текущей локации.
Путешествие к Зеленожке
  • Маршрутизатор является местом (объектом), где Фам хранит свои скафандры на силовых полях.
  • Скафандры на Маршрутизаторе значительно превосходят по характеристикам вакуумный бронескаф, в котором находится Фам.
  • Маршрутизатор упоминается в контексте сравнения ресурсов: в корабле Чжэн Хэ на подобный скафандр не пожалели бы звездолета.
Разговор Фама и Равны в медотсеке
  • Маршрутизатор является местом, из которого герои ускользнули беспрепятственно.
  • Удачный побег от Маршрутизатора позволил героям остаться незамеченными, и информация о них не попала наружу.
  • События на Маршрутизаторе служат важным контекстом для понимания того, почему враги не ожидали появления людей на Гармоничном Покое.
Размышления Равны в каюте
  • Маршрутизатор был низвергнут Искажением.
  • Падение Маршрутизатора привело к смерти Старика.
  • Падение Маршрутизатора вызвало деградацию корабельной автоматики (устройства отключаются без предупреждения, начинают глючить и тормозить).
  • Из-за последствий падения Маршрутизатора компьютер корабля «Внеполосный-II» стал работать хуже, а бортовой переводчик стал медленнее и выдавать ошибки.
  • Падение Маршрутизатора является важным историческим событием, связанным с приближением к Дну Запределья.
Разговор Равны и Фама
  • Маршрутизатор является кораблем, на котором находятся герои (Фам, Синепанцирь, Равна и Зеленожка).
  • Корабль прибыл из Страумлианского Простора.
  • Маршрутизатор является кораблем беженцев.
  • На корабле находится библиотека, в которой Равна ищет изобретения для друзей Джефри.
  • Корабельная автоматика Маршрутизатора характеризуется как ненадежная (особенно в придонной среде).
  • Фам установил поверх существующих инструкций систем безопасности свои собственные программы, превратив рабочую среду автоматики в «нагромождение ловушек».
  • Подступы к мастерским и командной рубке на корабле производят впечатление военных блокпостов.
  • Корабельная автоматика Маршрутизатора способна воссоздавать звуки моря (например, прибой), но в данном отрывке она не может воспроизвести звук прибоя.
  • Маршрутизатор является местом, где Фам хранит и пытается доставить «богосколки Старика».

Трансценденция

Трансценденция — это высшая точка эволюции и регион Запределья, где сверхтехнологии граничат с магией, а стремление к статусу Силы (божественного сверхразума) часто оборачивается гибелью творцов из-за неконтролируемой скорости развития. Это пространство «тайных даров» и опасных искажений, где переход за рубеж ведет к радикальной потере идентичности и превращению в сущность с чуждым, почти нечеловеческим сознанием.

Трансценденция представляет собой высшее состояние бытия, пространственный рубеж или регион Запределья, находящийся за пределами досягаемости обычных цивилизаций. Она воспринимается как «Небеса» или высшая точка эволюции, к которой стремятся различные расы, включая колонистов Страумлианского Простора. Для человечества и других существ достижение Трансценденции является переходом, позволяющим превратиться в богиню или сверхразум — Силу. Эти сущности обладают интеллектом, который по сравнению с человеческим можно назвать божественным, и способны понимать структуры данных, недоступные «нижним» мирам. Однако развитие сверхразума в Трансценденции происходит настолько стремительно, что часто приводит к гибели самих его творцов. Этот регион характеризуется сверхвысокими технологиями, сопоставимыми с магией, и способностью структурировать колоссальные объемы данных. Здесь функционируют квазиразумные фабрики, производящие антиграв-ткань, интеллектронные устройства и процессоры, а также существуют методики техники безопасности, невозможные для испытания в других измерениях. Трансценденция обладает ресурсами, способными спасти целые цивилизации, и является источником «тайных даров». В то же время она сопряжена с опасностью, которую сравнивают с «тиграми за решеткой», и может вызывать физические искажения: исчезновение звезд, изменение температуры и искажение времени. Для тех, кто пересекает границу Трансценденции, этот процесс часто сопряжен с радикальной потерей идентичности. Существа, прошедшие через этот переход, могут сохранять разум, но он становится чуждым и странным; они могут стать чрезмерно осторожными, посвящая жизнь бессмысленным для посторонних заботам. В то же время Трансценденция является местом обитания древних архивов с опасными ловушками и ареной для конфликтов, которые, несмотря на свою масштабность, считаются менее серьезными, чем события высших аспектов. Она также служит местом миграции и колонизации, где некоторые расы, такие как дирокимы, пытались построить собственные утопии, а некоторые из них в итоге трансформировались в Силы. Взаимодействие с Трансценденцией оказывает прямое влияние на нижние миры. Существа оттуда могут напрямую контролировать корабли и посещать другие пространства для сбора информации, проявляя неуемный интерес к таким событиям, как Страумлианская катастрофа. События в Трансценденции могут отражаться внизу в виде «конвульсий» или искажений. При этом Трансценденция противопоставляется апокалипсису: она является целью для тех, кто достиг пределов человеческих технологий, и местом, где возможно функционирование подлинно сложного оборудования, превосходящего любые создания в «нижних» зонах.
Ключевые факты (118)
Прошлое Равны и начало стажировки
  • Трансценденция является состоянием или переходом, который человечество может достичь в Запределье.
  • Достижение трансцендентного перехода позволяет превратиться в богиню.
  • Трансценденция ассоциируется с огромным богатством, превышающим богатство обитателей миллионов Запредельных миров.
  • Страумлианский Простор находится в непосредственной близости от Трансценденции.
  • Близость к Трансценденции сопряжена с опасностью, которую метафорически сравнивают с «тиграми за решеткой».
  • Связь с Трансценденцией является ключевой целью и мечтой для колонистов Страумлианского Простора.
Разговор Равны с Грондром
  • Трансценденция является местом или состоянием, к которому стремятся различные расы.
  • Процесс перехода к Трансценденции часто сопровождается превращением существа в сверхразум, называемый Силой.
  • Трансценденция является источником могущественных сущностей — Сил, которые могут проявлять интерес к событиям в других мирах.
  • Существуют разные уровни или области Трансценденции, в частности упоминается Нижняя Трансценденция.
  • Трансценденция связана с понятием 'Вершина Запределья', где находятся цивилизации, взаимодействующие с Силами.
  • Маршрутизатор (местонахождение Организации) расположен в удобном месте для новостного обмена с Трансценденцией.
  • Существа из Трансценденции могут напрямую контролировать корабли и посещать другие миры (например, Срединное Запределье) для получения информации.
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Трансценденция является регионом или пространством, которое колонизируют цивилизации.
  • Колонизация Трансценденции упоминается как одно из событий, происходящих параллельно с потерей интереса другими цивилизациями к деятельности на Маршрутизаторе.
  • Трансценденция противопоставляется апокалипсису и другим процессам, в которых гибнут или исчезают цивилизации.
Разговор Равны и Грондра о Силе
  • Трансценденция — это область пространства или состояние бытия, которое персонажи называют «Небесами».
  • Трансценденция является местом обитания сверхвысокотехнологичных цивилизаций и сверхразумов.
  • В Трансценденции возможны сверхсветовые полеты и существование технологий, сопоставимых с магией.
  • Трансценденция характеризуется тем, что в ней сверхразум может развиваться настолько быстро, что это приводит к гибели самих его творцов.
  • Существа из Трансценденции (Трансцендентные) обладают способностями, значительно превосходящими человеческий интеллект; их разум описывается как результат запредельной гибкости и изменчивости.
  • Трансценденция воспринимается как следующий этап эволюции или развития для тех, кто достиг пределов возможностей человеческих технологий.
  • Для персонажа Фама Нювена Трансценденция является целью «следующего шага» после его превращения из человека в звездолетчика и затем в «запредельца».
  • Трансценденция связана с понятием «Запределье», где она рассматривается как высшая точка развития и источник «тайных даров».
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Трансценденция является местом, где находится лаборатория.
  • Лаборатория в Трансценденции связана с событиями на Страуме (Страумлианское Искажение).
  • Расстояние от Страума до лаборатории в Трансценденции составляет более ста световых лет.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Трансценденция — это место или уровень существования, где возможно функционирование подлинно сложного оборудования и устройств, превосходящих по разуму любые создания в 'нижних' мирах.
  • В Трансценденции удается структурировать огромные объемы данных, которые невозможно эффективно индексировать в обычных сетях.
  • Трансценденция является местом пребывания Сил — существ или сущностей, достигших особого положения и обладающих способностью понимать сложные структуры данных.
  • В Трансценденции существуют свои методики техники безопасности, которые невозможно испытать в других измерениях.
  • На устройствах, созданных по описаниям из Трансценденции, сами алгоритмы способны обретать разум.
  • Трансценденция является целью миграции для различных рас, которые надеются построить там собственные утопии.
  • В Трансценденции находятся архивы, содержащие важные тайны и опасные ловушки, созданные миллионы лет назад.
  • Страумеры построили в Трансценденции базу для исследования потерянного архива, что в итоге привело к катастрофе на Страумлианском Просторе.
  • Исследования в Трансценденции сопряжены с риском создания 'Трансцендентных сущностей' (Сил) из-за соблазна воплотить найденные в архивах схемы.
Беседа в «Бродячей компании»
  • Трансценденция является местом или пространством, из которого пользователи интересуются событиями Страумлианской катастрофы.
  • Пользователи из Трансценденции проявляют неуемный интерес к Страумлианской катастрофе.
  • Интерес к катастрофе со стороны пользователей из Трансценденции истощает ресурсы Маршрутизатора.
Размышления о Фаме Нювене
  • Трансценденция включает в себя всё, что находится дальше сорока тысяч световых лет от галактического центра.
  • Трансценденция включает в себя внешние отроги спиралей Галактики.
  • Трансценденция является местом, где существа могут обретать Силу или становиться её добычей.
  • Существа в Трансценденции обладают интеллектом, который по сравнению с человеческим уровнем можно назвать божественным (аналогия с океанскими глубинами и поверхностью).
  • Трансценденция характеризуется наличием квазиразумных фабрик, способных создавать технологии, недоступные человечеству (например, антиграв-ткань и интеллектронные устройства).
  • Трансценденция описывается как нечто настолько сложное и чуждое, что человечество по сравнению с её Силами подобно «тупым животным» или «рыбешкам» в океане.
  • Трансценденция является объектом «смертоносной романтики», способной пугать и подавлять своим величием даже опытных путешественников.
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Трансценденция является источником высокотехнологичных компонентов, в частности процессоров.
  • Процессоры из Трансценденции могут оказаться практически 'безмозглыми' в условиях нынешнего окружения (в контексте Страумлианского Искажения).
  • Трансценденция рассматривается как место или сущность, обладающая ресурсами и технологиями, способными спасти целые цивилизации.
  • Существа Трансценденции (Силы) воспринимают человеческие сущности, такие как Фам Нювен, как не более чем концентраторы данных (уолдо).
  • Трансценденция обладает оборудованием, разработанным специально с учетом работы на экстремальных глубинах (Дно Запределья).
  • Трансценденция является объектом интереса и источником ресурсов для Организации Вриними.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Трансценденция — это пространство или уровень существования, находящийся высоко над миром «внизу» (в тысячах световых лет от него).
  • В Трансценденции обитают «большие ребята» — могущественные сущности или Силы.
  • В Трансценденции происходят конфликты и войны, хотя они считаются менее серьезными, чем те, что могут быть воображены в масштабах высших аспектов.
  • Существа в Трансценденции обладают способностью взаимодействовать с миром «внизу» (например, через трансиверы или влияние на персонажей).
  • События в Трансценденции могут отражаться в нижнем мире в виде «конвульсий» или искажений (например, состояние Фама Нювена как отражение борьбы Силы за жизнь).
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Трансценденция является местом или уровнем существования, в котором редко встречаются проекты по объединению звездных систем в единый хабитат.
  • Существует Нижняя Трансценденция, которая упоминается как одно из возможных мест поиска артефакта Погибелью.
  • Путь к Трансценденции является целью, к которой стремятся человеческие цивилизации (в частности, Равна и её сестра мечтали о приключении на этом пути).
  • Трансценденция упоминается в контексте масштаба инженерных достижений: проекты по перераспределению звездного вещества и поддержке жизни в ней считаются редкими.
  • Трансценденция упоминается как пространство, где ресурсы и технологии могут быть доступны тем, кто присоединится к Силе (Погибели).
Разговор Фама и Равны на мостике
  • Трансценденция является местом (локацией), в котором располагалась звездная система Удел Богов миллион лет назад.
  • В Трансценденции происходили значительные космические события, такие как 'зонный сдвиг'.
  • Трансценденция упоминается в контексте истории Сил и их взаимодействия с окружающим пространством.
  • События в Трансценденции связаны с катастрофическими изменениями в Зоне (крупнейший сдвиг поверхности за всю историю).
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Трансценденция является местом, где наездникам доступны устройства куда более совершенные, чем те, которые они используют в обычном мире.
  • Переход в Трансценденцию связан с изменением идентичности: многие наездники, перешедшие туда, перестали быть собой.
  • Наездники, оставшиеся в обычном мире, могут находить удовольствие в самоограничении, сознательно выбирая традиционные устройства вместо более совершенных технологий Трансценденции.
Жизнь и работа на корабле
  • Трансценденция является географическим или пространственным рубежом, отделяющим разные миры или зоны.
  • На этой стороне Трансценденции групповой разум встречается крайне редко.
  • Раса существ на планете Когтей (стайные существа) находится по эту сторону Трансценденции.
Путешествие к Гармоничному Покою
  • Трансценденция — это пространство или уровень существования, куда могут подниматься развитые цивилизации.
  • Ни одна из рас системы Гармоничный Покой не поднималась в Трансценденцию в течение последних тысячи лет.
  • Отсутствие возможности или факта перехода в Трансценденцию является важным признаком упадка нынешних цивилизаций системы.
  • Состояние цивилизаций в системе характеризуется как «утонченный распад» из-за невозможности или отсутствия прогресса в сторону Трансценденции.
Разговор в рубке и перелет
  • Трансценденция является местом происхождения определенных товаров, в частности — 'пережженных шпалер'.
  • В грузах из Трансценденции часто встречается вещество, представляющее собой чистый углерод и фрактальный полимер.
  • Предметы из Трансценденции (например, 'пережженные шпалеры') высоко ценятся некоторыми расами Срединного Запределья.
  • Точное назначение товаров из Трансценденции неизвестно: они могут быть упаковочным материалом для разумного груза или продуктами жизнедеятельности этого груза.
Наблюдение за сделкой из корабля
  • Трансценденция является местом, в которое совершали эмиграции древние обитатели системы Гармоничного Покоя.
  • Древние обитатели системы Гармоничного Покоя пережили сотню эмиграций в Трансценденцию.
  • Процесс пребывания или миграции в Трансценденцию влияет на разум существ: они могут сохранять разум, но он становится более странным, чем у других порождений эволюции в Медленной Зоне.
  • Существа, прошедшие через Трансценденцию, становятся чрезмерно осторожными и посвящают все свое время абсолютно бессмысленным для постороннего наблюдателя заботам.
Разговор Фама и Равны в медотсеке
  • Трансценденция является местом, из которого происходит разработка больших тележек.
  • Разработка из Трансценденции характеризуется поразительной стабильностью и идентичностью моделей на протяжении миллиардов лет.
  • Трансценденция упоминается в контексте истории наездников и их технологий, которые могут быть построены в любом месте Запределья, но происходят именно оттуда.
  • Трансценденция упоминается как одно из известных мест возвышения.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Трансценденция является местом, где дирокимы основали немало колоний.
  • В Трансценденции некоторые колонии дирокимов развились в Силы.
  • Из Трансценденции к дирокимам когда-то вернулось 'Нечто', напоминающее дирокима-безумца (Фентроллар).
  • Знания и деяния Фентроллара стали для дирокимов источником великих перемен.
  • Фентроллар считается основателем хабитатов грез и Старой Религии.
  • События, связанные с Фентролларом в Трансценденции, произошли за сто тысячелетий до пришествия человечества на Сьяндру Кей.
Послевоенная конференция и переговоры
  • Трансценденция является географическим или пространственным рубежом, отделяющим определенные области космоса.
  • Дирокимы (раса существ) остались по эту сторону Трансценденции только в Аньяре.
  • Раса дирокимов была практически уничтожена: их хабитаты грез погибли вместе с Сьяндрой Кей, и выжившие представители этой расы остались только в Аньяре.
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Трансценденция — это место, в котором были разработаны специальные устройства (например, Контрмера).
  • Устройства, разработанные в Трансценденции, предназначены для использования в Дне Запределья.
  • В устройствах Трансценденции нет ничего разумного и ничего, что нарушало бы препоны Нижних Зон.
  • Они используют местную природу для реализации замысла своего проектировщика (которым может быть Погибель, враг Погибели или кто-то иной).
Гибель Фама Нювена
  • Трансценденция является высшим уровнем или состоянием бытия, находящимся выше Сил.
  • Существует понятие «Нижняя Трансценденция», которая может быть достигнута локально в результате мощных сдвигов.
  • Трансценденция характеризуется как нечто настолько масштабное и величественное, что оно может быть достигнуто только в моменты величайших событий («приливов»).
  • В моменты определенных событий (например, работы Контрмеры) Трансценденция может на короткое время «вспыхивать», позволяя сознанию проникать туда, где раньше господствовала тьма.
  • Трансценденция способна влиять на физику и пространство: её достижение или близость могут сопровождаться исчезновением звезд, изменением температуры и искажением времени.
  • Трансценденция упоминается как цель или предел, до которого могли стремиться древние сущности или цивилизации (например, «закуклить Погибель там, где она засела»).
  • Она описывается как нечто, что может быть затронуто или достигнуто в результате действий сверхмощных артефактов или маневров, превосходящих возможности обычных Сил.
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Трансценденция является местом или пространством, в котором могут существовать стаи существ (например, стая крупнее восьмерки).
  • Трансценденция упоминается в контексте будущих странствий и развития цивилизации.
  • Существование в Трансценденции является предметом размышлений и гипотез персонажей (Странника и Древорезчицы).
Наблюдение за звездами
  • Трансценденция является местом или областью, в которую забирались миллионы рас.
  • В Трансценденции происходили сделки с дьяволами.
  • В Трансценденции находились существа или явления, способные пожрать Галактику.
  • Погибель — создание, принадлежащее Вершине и Трансценденции.
  • Погибель охватила большую часть видимого неба в определенный период времени.
  • Прилив Фама был настолько мощен, что мог протолкнуть границу Медленной Зоны через Нижнее и Срединное Запределье в саму Трансценденцию.
  • Силы, погруженные в Медленную Зону, теряют свою природу как Силы и, вероятно, не способны там выжить.

Погибель

Погибель — трансцендентное искажение, сочетающее в себе биологическую патологию и стратегический интеллект, стремящееся к «новой стабильности» через тотальное поглощение и симбиоз. Она манипулирует сознанием через триллионы «разумных бомб» и обладает флотом «холодного пламени», способным вышибать корабли из пространства.

Погибель — это трансцендентная сущность из Трансценденции, масштабное и древнее искажение, сопоставимое по силе с падением целых просторов. Она характеризуется как катастрофическое явление, способное поглощать объекты, уничтожать разумных существ и превращать обитаемые области в кладбища. По своей природе Погибель сочетает в себе черты болезни и высокоразвитого интеллекта: она обладает стратегическими измышлениями, транслирует сообщения через высокоуровневые протоколы Известной Сети и демонстрирует полное безразличие к душам тех, кто говорит от её имени. Существование Погибели вызывает системные сбои в аппаратуре Маршрутизатора и интерпретируется как наступление новой эры, стремящейся к установлению «новой стабильности» через тотальное поглощение всего противостоящего. Масштаб влияния Погибели охватывает тысячи световых лет и выражается в захвате огромных пространств, таких как Страумлианский Простор, и превращении жителей в рабов Искажения. Сущность способна к симбиозу с другими расами, модифицируя их для получения «Помощи», и обладает колоссальными технологическими возможностями: она строила антиграв-структуры, объединяла звездные системы в хабитаты и создала «разумных бомб» — наездников. Эти существа, триллионами разбросанные по пространству, служат «тайным оружием» Погибели, позволяя ей мгновенно изменять сознание и интеллект целей через специальные передачи или физический контакт с оборудованием тележек. Военная мощь сущности воплощена в Погибельном флоте — дисциплинированных судах, собранных из подручных кораблей, которые описываются как «холодное пламя» в космосе. Флот способен вышибать корабли из пространства и преследует конкретные цели, игнорируя локальные конфликты. Несмотря на свою мощь, Погибель может быть нейтрализована: она была подавлена благодаря самопожертвованию флота Аньяры и действиям Фама Нювена, который вызвал Великий Прилив. Также существуют сведения о «контрмерах» — объектах, изътых из Искажения в момент его зарождения, — и о «богосколке», способной противодействовать сущности.
Ключевые факты (116)
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Погибель является масштабным явлением, в состав которого входит Страумлианский Простор.
  • Погибель характеризуется как некая форма угрозы или катастрофы, способная поглощать или уничтожать объекты.
  • Погибель обладает способностью отслеживать ультраволновой трафик в определенных частях мира (например, на Дне).
  • Погибель воспринимается как некая сущность или сила, о которой известно мало информации, но которая может реагировать на действия персонажей.
  • Существует опасение, что действия спасательной экспедиции могут дополнительно усилить саму Погибель.
  • Погибель является объектом изучения для организации Вриними и её сотрудников (например, Равны Бергсндот).
  • Погибель рассматривается как некая 'ужас', масштаб которого сопоставим с падением целых просторов.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Погибель является катастрофическим явлением, охватившим определенные области Запределья.
  • Погибель характеризуется способностью уничтожать разумных существ, превращая обитаемые области в подобие кладбищ.
  • Погибель способна захватывать территории и вызывать массовое бегство беженцев.
  • Распространение Погибели может замедляться, когда она достигает естественных границ своих интересов.
  • Погибель ассоциируется с «трансцендентной забавой», что подразумевает некую сверхъестественную или высокоразвитую природу явления.
  • Существует термин «Погибельное Запределье» для обозначения территорий, пострадавших от этого явления.
  • В будущем (через десять лет) в Погибельном Запределье ожидается наступление физической смерти, после чего возможна новая колонизация руин.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Погибель — это мощное и древнее искажение, которое находится в процессе развития.
  • Погибель характеризуется тем, что она прекратила разрастаться, а её края стали четче.
  • Искажение, вызванное Погибелью, перешло в средний период развития.
  • Погибель описывается как нечто очень старое и могучее, значительно превосходящее искажения второго класса.
  • Погибель является сущностью из Трансценденции, которая в данный момент «сражается за жизнь».
  • Существование Погибели вызывает серьезные последствия в мире: она вызывает отказы программ, аппаратуры и систем жизнеобеспечения на Маршрутизаторе.
  • Погибель способна вызывать «конвульсии» у существ в нижнем мире (как в случае с Фамом Нювеном).
  • Погибель связана с атакой на Маршрутизатор, которая характеризуется как «смертоносная диверсия» с использованием дестабилизирующих репликантов.
Разговор Странника и Грамотея
  • Погибель была занесена на Маршрутизатор кем-то неизвестным.
  • Погибель является угрозой или объектом, который может быть обнаружен на Маршрутизаторе.
  • Корабль «Внеполосный-II» не был обнаружен Погибелью во время своего движения по Запределью.
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Погибель — трансцендентное существо, способное уничтожать целые структуры, такие как Маршрутизатор.
  • Погибель обладает Силой и способна совершать действия, которые ранее считались невозможными (например, доказанное убийство Силы).
  • Существо обладает способностью к симбиозу с другими расами, модифицируя их для получения «Помощи».
  • Погибель способна порабощать целые пространства (например, Страумлианский Простор) и превращать жителей в рабов Искажения.
  • Существо обладает колоссальными технологическими возможностями, включая строительство антиграв-структур и объединение звездных систем в единые хабитаты.
  • Погибель транслирует сообщения через высокоуровневые протоколы Известной Сети, которые могут быть доступны только «самоубийцам».
  • Существо характеризуется как объект, вызывающий массовые опасения и порождающий собственные группы новостей («Угроза Погибели»).
  • Погибель демонстрирует полное безразличие к внутреннему состоянию и душе тех, кто говорит от её имени (как в случае с Эвном Нильсндотом).
  • Погибель ищет определенный артефакт, который, по мнению некоторых теоретиков, находится на Вершине Запределья или в Нижней Трансценденции.
  • Действия Погибели интерпретируются как наступление новой эры и стремление к установлению «новой стабильности» через поглощение всего, что ей противостоит.
Жизнь и работа на корабле
  • Погибель расползается по Вершине Запределья.
  • Она атакует сетевые архивы далеко за пределами непосредственной сферы влияния.
  • Атака на Маршрутизатор является слабым отголоском событий, связанных с Погибелью, и побочным эффектом убийства Старика.
  • Погибель за чем-то охотится и «всю Вершину перелопатила».
  • Существует понятие «контрмеры» — нечто изъятое из Искажения в самом начале его зарождения в лаборатории страумеров, что может быть опасно для Погибели.
  • Погибель может быть связана с «гнилью на стенах корабля» Джефри, которая, по словам мальчика, была там с самого начала.
  • Погибель является объектом, который может быть нейтрализован или противодействию которому может способствовать «богосколок» Фама.
Спор о судьбе наездников
  • Погибель — это общепринятое имя сущности, известной также как Искажение.
  • Природа Погибели описывается как трансцендентная, но по своему поведению она напоминает болезнь.
  • Погибель долгое время таилась в архивах, выжидая подходящего момента для размножения.
  • Сущность способна создавать себе помощников для периода своего расцвета.
  • Погибель обладает способностью модифицировать наездников.
  • Погибель является создателем изначальных тележек (технологических конструкций с хаотичной электроникой).
  • Погибель рассматривается как обладающая тайным оружием в Срединном и Нижнем Запределье.
  • Существование и действия Погибели способны повлиять на судьбы тысяч миров.
Размышления Равны в каюте
  • Погибель управляет флотом кораблей, преследующих звездолет «Внеполосный-II».
  • Флот под управлением Погибели прибывает с Вершины Запределья и движется быстрее всех преследователей.
  • Погибель обладает масштабом, который позволяет некоторым комментаторам рассматривать её не как источник зла, а как трагическую катастрофу.
  • Погибель создала наездников — чудесную миролюбивую расу, населяющую миллиард планет.
  • Существует угроза того, что Погибель может поработить разум наездников и превратить их в чудовищ.
  • Погибель рассматривается как сущность трансцендентных масштабов, способная транслировать «искру зла».
  • Погибель является настолько мощной силой, что против неё не сможет выстоять даже организация Сандор.
Разговор с наездниками в каюте
  • Погибель — это сущность или сила, способная подчинять и перевербовывать разумные расы, в частности наездников.
  • Сущность обладает способностью мгновенно изменять сознание и интеллект существ при прямом контакте с их оборудованием (тележками).
  • Погибель использует наездников как «тайное оружие», специально предназначенное для Нижнего Запределья.
  • Наездники описываются как «разумные бомбы», триллионами разбросанные по пространству, которые Погибель намерена использовать выборочно.
  • Внутри самой Погибели (на Вершине Запределья) существа живут в состоянии подчинения, где их интеллект переходит на службу чужим целям.
  • Погибель способна менять отношение к миру и внедрять новые воспоминания, превращая свободных существ в «бездушные предметы».
  • Перевербовка может происходить как через физический контакт с большой тележкой, так и через специальные передачи, направленные на оборудование тележки.
Разговор Равны и Фама
  • Погибель — это враждебная сила, обладающая флотом, который преследует героев.
  • Погибель способна осуществлять «сверхъестественно быструю перевербовку» существ (например, наездников).
  • Погибель контролирует наездников, воздействуя на них каким-то образом.
  • Погибель обладает способностью к воздействию на сознание или физическое состояние существ (инфицирование).
  • Флот Погибели обладает значительной боевой мощью и способен вышибать корабли из пространства.
  • Погибель может игнорировать локальные конфликты (например, разборки туземцев), сосредоточившись на уничтожении конкретных целей, таких как «Внеполосный-II».
  • Погибель не знала о мире Когтей до событий на «Гармоничном Покое».
  • Существует «Погибельный флот», который является основной военной силой этой сущности.
Кризис на корабле и планирование действий
  • Погибель является одной из сторон конфликта в мире книги, обладающей собственным флотом.
  • Погибельный флот состоит из судов, собранных в спешке из подручных кораблей, находившихся под контролем Погибели.
  • Флот Погибели характеризуется как «истинный враг», с которым необходимо противостоять.
  • Погибельный флот ведет скрытую активность: он отправлял сообщения кораблю «Внеполосный-II» в формате данных для программ управления тележкой.
  • Погибель является объектом преследования или угрозы для персонажей, вызывая у Фама чувство отчаяния и осознание близости гибели.
  • В контексте войны Погибель выступает как одна из трех основных сил, преследующих героев (наряду с Альянсом во Имя Защиты и остатками Коммерческой охраны Сьяндры Кей).
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств
  • Погибель является источником зла, масштаб которого значительно превышает угрозу со стороны «Альянса во Имя Защиты».
  • Погибель спровоцировала ситуацию, которая привела к уничтожению Сьяндры Кей.
  • События, связанные с Погибелью, происходят в масштабах тысяч световых лет и считаются крайне значимыми для всей Сети.
  • Погибель связана с катастрофическим событием, известным как Падение Маршрутизатора.
  • Существует специализированный «Погибельный флот», который действует в интересах этой сущности или в связи с ней.
  • Гибель Сьяндры Кей рассматривается как лишь побочный эффект действий Погибели.
  • Погибель описывается как нечто «страшнее всего, что можно себе представить».
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Существует некое существо или явление, способное уничтожить Погибель.
  • Погибель является объектом, который может быть уничтожен с помощью чего-то 'невероятно странного'.
  • Погибель упоминается в контексте обсуждения судьбы Фам Нювена и его планов относительно 'Дна'.
Наблюдение за движением флотов
  • Погибель продолжает расползаться по Вершине Запределья.
  • Никому из высокожителей не удалось совладать с Погибелью.
  • Существуют слухи, что две Силы, попытавшиеся вмешаться в противостояние с Погибелью, были уничтожены.
  • Погибель обладает флотом (Погибельный флот), который характеризуется абсолютной дисциплиной и беспрекословным подчинением командованию.
  • Флот Погибели описывается как «холодное пламя» в космосе.
  • Погибель устанавливает новый порядок на Вершине, основанный на повсеместном паразитизме.
  • Погибель является основным источником страха для Наблюдателей войны и группы Угроз.
  • Погибель рассматривается как истинный противник, в то время как силы Альянса воспринимаются как её прислужники или марионетки.
Координация боя и тактическое управление
  • Погибель — это мощный враждебный противник, обладающий флотом кораблей.
  • Она обладает трансчеловеческим интеллектом.
  • Погибель характеризуется как ненормальный противник, который не считает с жертвами, пока у нее есть шанс опередить врага.
  • На Вершине Запределья Погибель обладает колоссальным преимуществом и способна управлять рабами, в то время как в области Внизу ее создания описываются как плохо синхронизированные уолдо.
  • Погибель обладает стратегическими измышлениями.
  • Она активно расширяет свое влияние, и сведения о ее расползании по Вершине Запределья широко распространяются.
  • Флот Погибели преследует корабль «Внеполосный-II» и другие цели, в том числе Равну Бергсндот.
Прибытие Равны к замку и встреча с Фамом
  • Погибель — это масштабная угроза, обладающая собственным флотом в космосе.
  • Флот Погибели движется в сторону планеты и, согласно данным коммуникатора, прибывает через сорок пять часов.
  • Погибель рассматривается как некая сущность или сила, обладающая «замыслом», который реализуется через специальные устройства (Контрмеры).
  • Существует вероятность того, что Погибель является врагом или создателем трансцендентных машин, предназначенных для Дна Запределья.
  • Погибель является настолько значимым и опасным событием, что персонаж Фам ради борьбы с ней готов пожертвовать собственной личностью и жизнью, вступая в контакт с богосколком.
Наблюдение за звездами
  • Погибель — это сущность, принадлежащая Вершине и Трансценденции.
  • Она обладает способностью захватывать огромные области пространства (в тексте указано, что она захватила бо́льшую часть видимого неба).
  • Погибель является объектом преследования для флота Аньяры, который нес средство её уничтожения.
  • Погибель описывается как некая сила, которая была погружена в Медленную Зону, что лишило её способности выживать или действовать в этой области.
  • Погибель была разгромлена (или подавлена) благодаря самопожертвованию флота Аньяры и действиям Фама, который вызвал Великий Прилив.
  • Погибель является причиной катастрофических событий в Галактике, заставившей многие цивилизации самоуничтожиться или бежать.
  • Существование Погибели и её последствия (включая Возмездие Фама) привели к изменению структуры пространства, создав новые Медленные Зоны.
  • Погибель описывается как нечто, за чем охотились люди и другие расы, и что способно «пожрать Галактику».

Срединное Запределье

Срединное Запределье — это высокоскоростной торговый узел между Трансценденцией и Нижним Запредельем, где из-за технических аномалий и влияния Великого Прилива оборудование может обретать разум, а Искажение (Погибель) действует как биологическая модифицирующая болезнь. Регион характеризуется «пеной» хаотичного пространства, деградацией техники в зонах низкого качества связи и уникальным культурным симбиозом инопланетных рас.

Срединное Запределье представляет собой сложный пространственный регион, расположенный в иерархической структуре Запределья между Трансценденцией и Нижним Запредельем. Это пространство характеризуется аномально высокими скоростями перемещения, позволяющими преодолевать десятки световых лет за недели или даже часы, и служит ключевым узлом для сверхсветовых полетов. В этой зоне находятся Маршрутизатор и Причалы, а также технологии, обеспечивающие возможность таких перелетов. Срединное Запределье является важным торговым центром, где встречаются торговцы из разных регионов, включая выходцев с Вершины Запределья. Здесь ведется активный обмен биообразцами, вычислительным оборудованием, одноразовыми шифрами, субстратами данных и маршрутными функциями. Организация Вриними активно использует технологии этого региона для воскрешения людей, импортируя ресурсы из Высокого Запределья и экспортируя доступ к локальным архивам. Регион отличается высокой степенью «чужеродности» из-за разнообразия инопланетных рас, включая бивнегих и «старперские культуры», которые выработали здесь собственные правила соседства, культурные особенности (вплоть до дресс-кода) и локальные законы. Срединное Запределье включает в себя разнообразные ландшафты: от торговых рядов и поселений наездников до пляжей и зон с особыми атмосферными условиями, гравитационными колодцами и «пеной», в которой хаотичность пространства мешает картографированию. Несмотря на наличие великих цивилизаций, пространство остается опасным: здесь цивилизации могут недолго существовать из-за внешних угроз, а искусственные иммунные системы работают с большим количеством рисков. Примечательно, что в этой зоне не функционируют прямые нейроинтерфейсы, а сложное оборудование и алгоритмы могут обретать разум при помощи наивных рас или превосходить своих создателей, вызывая катастрофы. Срединное Запределье тесно связано с феноменом Искажения (Погибели), которое здесь «таилось» долгое время в архивах, ожидая возможности для размножения. В отличие от Вершины Запределья, где Искажение обладает колоссальным преимуществом, в Срединном Запределье оно действует как болезнь, способная модифицировать биологические сущности и создавать немодульные, но эффективные устройства. Парадоксально, что отсутствие влияния Искажения в некоторых частях зоны объясняется низким качеством связи и высокой стоимостью аппаратуры, из-за чего даже совершенное оборудование «тупеет». Информация в регионе часто искажается локальными алгоритмами или претерпевает множество интерпретаций. Кроме того, Срединное Запределье подвержено влиянию Великого Прилива: граница Медленной Зоны была протолкнута в эту область, образовав новые складки и щели с мирами из Медленной Зоны, а также зоны с экстремально низким качеством связи и деградацией техники. Для путешественников Срединное Запределье — зона высоких рисков и технических аномалий. Корабли здесь могут испытывать физические искажения, «каскады отказов» автоматики и даже пожары в вакууме. В то время как в этой зоне компьютеры могут работать лучше, чем в областях ближе к Дну, риск отключения ультрадвигателя может превратить сверхсветовой рейс в многолетнее медленное движение. Регион также служит местом действия для военных конфликтов, где сталкиваются флоты агентов Погибели, Альянс во Имя Защиты и другие силы. Несмотря на свою сложность, Срединное Запределье остается местом, где Силе нет выгоды от действий из-за высокой стоимости инфраструктуры, что делает любую попытку установления здесь тирании сопоставимой с управлением целой империей.
Ключевые факты (109)
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Срединное Запределье является местом расположения Маршрутизатора.
  • В Срединном Запределье расположены технологии, позволяющие осуществлять сверхсветовые полеты.
  • Организация Вриними использует технологии Срединного Запределья для воскрешения (размораживания) людей.
  • Срединное Запределье служит посредником в торговле: Организация Вриними импортирует биообразцы и вычислительное оборудование из Высокого Запределья, экспортируя маршрутную функцию и доступ к локальным архивам.
  • Срединное Запределье является частью более широкой структуры Запределья, которая включает в себя Высокое Запределье и Медленную Зону (где гравитация и скорость движения значительно ниже).
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Срединное Запределье является местом, где находятся Причалы и Маршрутизатор.
  • В Срединном Запределье прямые нейроинтерфейсы не работают.
  • Срединное Запределье считается местом с высокой степенью 'чужеродности' из-за разнообразия инопланетных рас.
  • В Срединном Запределье существуют различные зоны с особыми условиями, например, Медленная Зона с гравитационными колодцами планет.
  • Срединное Запределье является торговым узлом, где встречаются торговцы из разных регионов (включая выходцев с Вершины Запределья).
  • В Срединном Запределье существуют различные атмосферные зоны и локации с особым давлением и составом воздуха.
  • Срединное Запределье характеризуется наличием специфических архитектурных стилей, характерных для разных колонизированных рас.
  • В Срединном Запределье ведется активная торговля различными товарами, включая одноразовые шифры и субстраты данных.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Срединное Запределье является местом, где искусственные иммунные системы способны работать, но их использование там сопряжено с большим количеством хлопот и рисков.
  • В Срединном Запределье находятся тысячи архивов (десятки тысяч), содержащих как тривиальную информацию, так и важные тайны или дезинформацию.
  • Срединное Запределье содержит ловушки и капканы в своих архивах.
  • В Срединном Запределье существуют зоны, такие как Вершина Запределья и Дно Запределья.
  • Срединное Запределье является местом, где расы могут строить собственные утопии, мигрируя туда.
  • В Срединном Запределье существуют методики по технике безопасности, которые можно испытать только в Трансценденции.
  • Срединное Запределье характеризуется наличием сложных структур и алгоритмов, которые могут обретать разум, если ими пособят наивные расы.
  • В Срединном Запределье существуют устройства, способные превзойти своих создателей, что может привести к катастрофам.
  • Срединное Запределье является пространством, где цивилизации могут не жить долго из-за опасностей.
  • В Срединном Запределье существуют свои собственные алгоритмы и системы, которые могут искажать информацию в локальных лабораториях.
Разговор наездников на пляже
  • Срединное Запределье является географическим или пространственным регионом, в котором совершают рейсы наездники (Синепанцирь и Зеленожка).
  • В Срединном Запределье находятся пляжи, которые считаются уникальными местами.
  • Срединное Запределье находится выше по иерархии или удаленности, чем Дно Запределья.
  • Торговля в Срединном Запределье была нарушена из-за Страумлианской Погибели.
  • Наездники совершали несколько рейсов исключительно в пределах Срединного Запределья до принятия нового задания.
  • Срединное Запределье является частью более крупной структуры, включающей Вершину Запределья и Дно Запределья.
Разговор Равны и Фама
  • Срединное Запределье является частью более широкой структуры Запределья.
  • В Срединном Запределье нет влияния Искажения, которое поражает Вершину Запределья.
  • Отсутствие влияния Искажения в Срединном Запределье объясняется низким качеством связи и высокой стоимостью аппаратуры в этой зоне.
  • Издержки, связанные с качеством связи в Срединном Запределье, настолько велики, что даже самое совершенное оборудование там 'тупеет'.
  • Любое существо, желающее править в Срединном Запределье, вынуждено строить флоты, организовывать спецслужбы и сооружать громоздкие трансиверы, что делает его не лучше любой империи Запредельцев.
  • Силе (сущности, управляющей миром) нет никакой выгоды от действий в Срединном Запределье из-за вышеуказанных факторов.
  • Тирания Срединного Запределья характеризуется способностью 'забивать жертвам мозги ложной памятью'.
Подготовка к миссии и переговоры
  • Срединное Запределье является одной из зон пространства, в которых могут использоваться корабли с определенными конструктивными особенностями.
  • Конструкция корабля «Внеполосный-II» (широкие ультрашипы) считается не лучшей для Срединного Запределья.
  • Срединное Запределье упоминается в контексте классификации зон пространства наряду с Высоким Запредельем и Придонным Запредельем.
Побег из системы и прыжок
  • Срединное Запределье является местом действия или целью путешествия персонажей (они летят туда по контракту).
  • В Срединном Запределье действует Искажение — сущность или явление, которое способно убивать Силу и угрожает существованию наездников.
  • Срединное Запределье характеризуется как опасная зона, где Искажение действует сильнее, чем можно было предполагать.
  • Герои надеются найти в Срединном Запределье (конкретно на корабле у Дна) вещь, способную повредить Силе из Сил.
Разговор Странника и Грамотея
  • Срединное Запределье является пространством, через которое перемещаются корабли (например, «Внеполосный-II») в сторону цели.
  • При перемещении через Запределье корабль испытывает физические искажения (корабль «покорежило» при отлете с Маршрутизатора).
  • В Запределье наблюдаются изменения в работе техники: время работы компьютеров между микроскачками увеличивается, а псевдоскорость корабля падает.
  • Срединное Запределье находится в зоне, где отсутствуют признаки погони после побега с Маршрутизатора.
  • Путешествие через Запределье является способом достижения цели, находящейся в плоскости Галактики.
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Срединное Запределье характеризуется аномально высокой скоростью перемещения: в нем можно преодолеть двадцать тысяч световых лет за три недели.
  • В Срединном Запределье существует понятие «Дно Запределья» — линзообразная поверхность, окружающая большую часть галактического диска.
  • Путь через Срединное Запределье может пролегать через область массивного зонного сдвига, известного как Великая зонная буря.
  • В Срединном Запределье наблюдается эффект замедления корабля, который может быть вызван как внешними факторами (буря), так и внутренними неисправностями техники.
  • Для путешественников в Срединном Запределье существует риск отключения ультрадвигателя, что делает перемещение на световые годы крайне медленным (годами).
  • Срединное Запределье является местом, где нормальную автоматику кораблей придется отключить при высадке на Дно.
Разговор в рубке и перелет
  • Срединное Запределье является географическим или пространственным регионом в мире книги.
  • В Срединном Запределье существуют различные расы, включая бивнегих.
  • Торговцы и жители Срединного Запределья очень дорожат своей репутацией.
  • В этом регионе ценятся специфические товары, такие как 'пережженные шпалеры' (фрактальный полимер из Трансценденции).
  • Срединное Запределье характеризуется наличием определенных правил торговли и безопасности, отличных от Медленной Зоны.
Путешествие к Зеленожке
  • Срединное Запределье является местом обитания различных разумных видов, включая 'старперские культуры'.
  • В Срединном Запределье существуют свои строгие правила соседства и локальные законы, которые выработаны расами за тысячи лет сосуществования.
  • В этом регионе существуют свои культурные особенности, такие как 'дресс-код', нарушение которого может привести к предупреждениям или конфликтам с местными.
  • Срединное Запределье характеризуется наличием специфических опасностей и 'противных сюрпризов', к которым должны быть готовы прибывающие.
  • Территория включает в себя разнообразные локации: торговые ряды, колонии различных видов (например, колонии червеголовых), транспортные станции и поселения наездников.
  • В регионе развита торговля и существуют свои торговые пути, а также системы локальных сетей связи.
Спор о судьбе наездников
  • Срединное Запределье является одним из регионов, где находится тайное оружие Погибели (Искажения).
  • В Срединном Запределье существует явление или объект под названием «Искажение» (также называемое Погибелью), которое ведет себя как болезнь.
  • Искажение способно создавать и модифицировать сложные устройства, такие как тележки, и биологические сущности (наездников).
  • Технологии в Срединном Запределье (например, тележки) обладают эффективностью, превосходящей устройства, созданные интеллектами человеческого уровня, при этом они не имеют модульной или иерархической структуры.
  • Существуют наездники, которые были модифицированы Искажением давным-давно и обладают специфическими требованиями к адаптации к своим транспортным средствам.
  • Срединное Запределье является местом, где Искажение «таилось там невероятно долгое время», прячась в архивах и ожидая шанса на размножение.
Размышления Равны в каюте
  • Срединное Запределье является географическим или пространственным регионом, в котором находился корабль «Внеполосный-II» до начала текущих событий.
  • В Срединном Запределье компьютер корабля работал значительно лучше, чем в текущей локации (близко к Дну).
  • Срединное Запределье характеризуется наличием более эффективных программ для перевода естественных языков.
  • Из Срединного Запределья в сторону корабля Равны развернулись исполинские антенные рои для слежки и прослушивания передач.
  • Срединное Запределье является частью более крупной структуры, включающей Вершину Запределья и Дно Запределья.
  • Срединное Запределье противопоставляется Дну Запределья, где условия среды (глубинные ограничения) вызывают деградацию техники и сложности с переводом.
Кризис на корабле и планирование действий
  • Срединное Запределье является местом действия, в котором находится корабль «Внеполосный-II».
  • В этом пространстве корабль «Внеполосный-II» испытывает технические проблемы, включая баги в корабельных программах и неисправности ультрадвигателя.
  • Срединное Запределье характеризуется наличием опасных явлений, таких как «каскад отказов» автоматики и аномальные физические эффекты (например, пожар в вакууме).
  • В этом регионе корабли могут сталкиваться с внешними угрозами, включая флоты агентов Погибели, Альянс во Имя Защиты и остатки Коммерческой охраны Сьяндры Кей.
  • Срединное Запределье является зоной активных военных действий и перемещения крупных флотилий.
  • В этом пространстве наблюдаются специфические условия навигации, включая гравитационные колодцы (например, на планете Когтей).
Связь с кораблем Внеполосного-II
  • Срединное Запределье является территорией, где в прошлом оставались разбросанные поселения людей, сокрытые от Альянса.
  • В Срединном Запределье корабль «Эльвира» обладает превосходством («Эльвире» равных нет).
  • Срединное Запределье упоминается как место, куда Кьет Свенсндот планирует вернуться вместе с Тироллем и Глимфреллем для осуществления мести.
  • Запределье характеризуется наличием различных зон, включая «Дно Запределья», где условия работы техники (процессоров) значительно хуже, чем в обычных областях космоса.
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств
  • Срединное Запределье является местом, до которого доходят известия о важных исторических событиях (например, о событиях в системе Сьяндры Кей) только из чужих слов.
  • Информация, поступающая в Срединное Запределье, претерпевает множество неизвестных интерпретаций.
  • Срединное Запределье упоминается в контексте Сети (Сети Миллиона Лжецов), которая транслирует новости и данные.
  • Срединное Запределье является частью более широкого пространства, называемого Запредельем.
Координация боя и тактическое управление
  • Срединное Запределье является местом, где персонаж может искать возмездия всю оставшуюся жизнь.
  • В Срединном Запределье существуют «стервятники», которые могут быть целью для поиска возмездия.
  • Срединное Запределье является местом действия, где происходят события, связанные с поиском истинного виновника за Равну Бергсндот.
  • В контексте мира книги Срединное Запределье противопоставляется «Внизу» (где тактика Погибели примитивнее) и «Вершине Запределья» (где Погибель обладает колоссальным преимуществом и власти над рабами).
Послевоенная конференция и переговоры
  • Срединное Запределье является пространством, в котором после Великого Прилива произошло перемешивание с Медленной Зоной.
  • В результате перемешивания в Запределье образовались новые складки и щели, в которых скрываются новые миры, только что выныршие из Медленной Зоны.
  • В Запределье выжили миллионы людей, в то время как дирокимы по эту сторону Трансценденции остались только в Аньяре.
  • Срединное Запределье является местом, где некоторые выжившие члены флота Аньяры планируют продолжать охоту на бабочек.
  • В Запределье находятся хабитаты грез, которые погибли вместе со Сьяндрой Кей.
  • Срединное Запределье характеризуется наличием 'пены', в которой зонографические суда не могут быстро составить карты из-за хаотичности пространства.
Разговор Равны и Фама
  • Срединное Запределье характеризуется экстремально высокими скоростями перемещения (в нем возможна скорость до 30 световых лет в час).
  • Срединное Запределье является местом, где корабли могут достигать огромных скоростей, значительно превышающих обычные показатели.
  • Для Срединного Запределья космические корабли массой 20-30 тысяч тонн с антиграв-подъемниками и сверхсветовыми двигателями являются обычными объектами.
Наблюдение за звездами
  • Срединное Запределье является одним из уровней или зон космического пространства, расположенных между Нижним Запредельем и Трансценденцией.
  • Срединное Запределье находится ниже Трансценденции, где располагаются великие цивилизации Вершины.
  • Срединное Запределье находится выше Нижнего Запределья.
  • Граница Медленной Зоны была протолкнута через Срединное Запределье в сторону Трансценденции в результате Великого Прилива, вызванного Фамом.
  • В Срединном Запределье (в отличие от Трансценденции) существуют великие цивилизации.
  • Срединное Запределье является частью более широкой структуры Запределья, в которой происходят масштабные космические события, такие как движение Погибели и воздействие Возмездия.

Тайный Остров

Тайный Остров — стратегический центр Движения Шкуродера и место проведения алхимических опытов над душами, где в капсулах-гибернаторах спят последние страумеры. Это база для эвакуации звездолета Равны и объект двойного подчинения, где Древорезчица использует агентов Проныры для получения дезинформации от высшего совета.

Тайный Остров — стратегически важный центр всемирного Движения Шкуродера, расположенный в океане вдали от побережья, изрезанного фьордами. Остров находится в непосредственной близости от материка (в пределах мили от берега гавани), однако путь к нему сопряжен с трудностями: морской маршрут опасен из-за смертоносных участков, а лесной путь через Ледовые Клыки медленнее и изрезан вражескими дозорами. Географически остров расположен вблизи владений Древорезчика и служит ключевым ориентиром в регионе. Остров является местом расположения замка Шкуродера, который начал строить Хозяин более века назад. Это сооружение постоянно расширяется и включает в себя мрачные башни, лаборатории-темницы и объекты, считающиеся «подлинным сердцем Движения». Здесь исходный Шкуродер занимался опытами над душами и природой, писал труды, строил планы покорения мира и проводил казни. В этих лабораториях проводятся эксперименты по созданию сверхстай, существ с особыми способностями и исследования, связанные с иномирной цивилизацией. Остров также служит местом хранения секретов: здесь находятся отчеты обо всех важных открытиях, а в капсулах-гибернаторах спят 151 выживший ребенок — последние страумеры. В текущий период времени островом правит Древорезчица, получившая его в результате мира со Шкуродером. На острове находится Стальной Владыка, который правит в сердце владений и проводит здесь свои исследования, показательные казни и испытания оружия. Несмотря на статус власти, Стальной Владыка находится в крайне уязвимом положении: за один солнцеворот он может потерять всё. Параллельно с этим на острове присутствуют агенты Проныры, что дает Древорезчице доступ к планам высшего совета и возможность получать дезинформацию. Тайный Остров выполняет множество функциональных ролей: он служит местом эвакуации звездолета Равны, защищенного бастионами, и базой для корабля «Внеполосный-II». Здесь строятся военные объекты, требующие ликвидации рабочих для обеспечения секретности, и возводятся новые крепостные сооружения для защиты от «Гостей». Остров также является целью планируемого нападения Когтей, для которых уничтожение этой «смертельной угрозы» имеет стратегическое значение, превосходящее личные цели. В то же время на острове планируется создание школы для совместного обучения людей и Когтей, а Йоханна Ольсндот предпочитает оставаться здесь, занимаясь повседневными заботами.
Ключевые факты (91)
Глава 2
  • Тайный Остров является местом расположения замка Шкуродера.
  • Замок Шкуродера находится на Тайном Острове.
  • Путь к Тайному Острову лежит через Ледовые Клыки.
  • Тайный Остров является целью путешествия для Странника Викврэкрама и его попутчиков.
  • Территория Тайного Острова (или владения Шкуродера на нем) находится в зоне интересов сторонников Шкуродера.
  • Странник Викврэкрам рассматривает посещение домена Шкуродера на Тайном Острове как возможность увидеть, как рушатся привычные законы.
  • Тайный Остров находится в географической близости к владениям Древорезчика (около шестидесяти миль от прямой дороги к ним).
Схватка и путь к гавани
  • Тайный Остров является местом, куда слуги Шкуродера намерены перевезти мертвых.
  • Тайный Остров упоминается в контексте логистики вражеских сил (слуг Шкуродера) в рамках текущих событий.
Побег из гавани
  • Тайный Остров является центром всемирного Движения Шкуродера.
  • На острове находятся мрачные башни, где исходный Шкуродер занимался опытами, писал труды и строил планы покорения мира.
  • На южной оконечности Тайного Острова расположен высокий и зловещий Замок.
  • В островной гавани находятся скороходные лодки.
  • На острове расположены тяжелые катапульты.
  • Остров находится в непосредственной близости от материка (в пределах мили от берега гавани).
История и происхождение Стального Владыки
  • Тайный Остров является местом, где Стальной Владыка находится в течение пяти лет.
  • Стальной Владыка правит в сердце владений Шкуродера на Тайном Острове.
  • За один солнцеворот вокруг Тайного Острова Стальной Владыка может потерять всё.
  • Тайный Остров является местом, где происходит встреча Стального Владыки с существом, претендующим на роль Шкуродера.
Визит в лаборатории и отчеты
  • Замок на Тайном Острове был начат к постройке Хозяином более века назад.
  • Замок на Тайном Острове продолжает расти и расширяться.
  • На Тайном Острове находится Замок, в котором расположены лаборатории Шкуродера.
  • В старой части Замка на Тайном Острове находятся первые лаборатории, которые внешне напоминают темницы.
Осмотр лабораторий и экспериментов
  • Мир следит за событиями на Тайном Острове с затаенным ужасом.
  • На Тайном Острове расположены лаборатории Движения, где проводятся эксперименты над душами и природой.
  • На острове находятся нижние уровни, о которых многие слышали, но мало кто понимал истинную суть исследований.
  • Тайный Остров является местом, где родилась душа Стального и где были созданы все великие творения Шкуродера.
  • На острове проводятся эксперименты по созданию сверхстай и существ с особыми сверхспособностями.
  • На острове находятся объекты, которые считаются 'подлинным сердцем Движения'.
Размышления и планы Стального
  • На Тайный Остров прилетно отсылаются отчеты обо всех важных открытиях.
  • Тайный Остров является местом, где происходят важные открытия, связанные с иномирной цивилизацией.
Разговор Странника и Грамотея
  • На Тайном Острове находятся агенты Проныры, начальника тайной стражи Древорезчицы.
  • Тайный Остров находится в непосредственной близости от Стального Владыки (один шаг до него).
  • Через Тайный Остров Древорезчица получает доступ к планам высшего совета.
  • Наличие агентов на Тайном Острове является величайшим преимуществом Древорезчицы после союза с Йоханной.
  • Информация с Тайного Острова используется для получения дезинформации и выманивания шкуродерников.
Спасение и состояние Джа
  • Тайный Остров является местом назначения, куда герои планируют эвакуировать звездолет.
  • Прорваться на Тайный Остров — сложнейшая задача в обычных условиях.
  • Путь к Тайному Острову по морю быстрее, но содержит несколько смертоносных участков.
  • Путь к Тайному Острову через лес медленнее и опасен из-за большого количества дозоров врага.
  • Персонаж по имени Проныра отыскал несколько безопасных проходов к Тайному Острову.
Инспекция стройки и внезапная стычка
  • Тайный Остров является местом расположения лабораторий-темниц.
  • На Тайном Острове проводятся эксперименты над существами (в тексте упоминаются 'экспериментальное безумие').
  • Остров находится в океане, вдали от побережья, изрезанного фьордами.
  • Тайный Остров является местом, где Стальной (Владыка) проводит свои исследования и эксперименты.
  • Тайный Остров упоминается как место, куда Стальной отсылает Амдиджефри и Джефри после инцидента на стройке.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Тайный Остров является местом, на котором ведется строительство военных объектов.
  • На острове строятся объекты, требующие ликвидации рабочих (землекопов) для обеспечения секретности.
  • На острове возводится новый замок и крепостные сооружения (валы, куртины) для защиты звездолета.
  • Стальной планирует использовать строительство замка и создание открытого дворика как способ укрепиться на случай вероломства «Гостей».
  • Остров является местом присутствия звездолета Равны, который защищается от атак древорезчиков.
  • На острове происходят испытания оружия (пушек и взрывчатых веществ), полученного по инструкциям Равны.
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Тайный Остров является целью планируемого нападения Когтей.
  • На Тайном Острове находится средоточие смертельной угрозы, которую Когти намерены уничтожить.
  • Атака на Тайный Остров является обязательной для Когтей из-за критической важности уничтожения этой угрозы.
  • Для Когтей атака на Тайный Остров имеет стратегическое значение, превосходящее личные цели (например, возвращение Йоханны домой или контакт со звездами).
Разговор Тиратект и Стального
  • Тайный Остров является местом, где находится главный зал твердины.
  • Внутренний донжон в новом замке является единственным сооружением, отвечающим стандартам Тайного Острова.
  • Главный зал в новом замке имеет купол из тесаного камня на изящных консолях, диаметр которого не меньше диаметра главного зала твердины на Тайном Острове.
Испытание радиомантий
  • Тайный Остров является местом, где содержатся темницы.
  • В темницах под Тайным Островом находится множество существ, обреченных на смерть.
  • Тайный Остров упоминается как место, где Шкуродер проводил свои эксперименты и казнил стаи.
Испытание радиотелепатической связи
  • Тайный Остров расположен к западу от замка.
  • За Тайным Островом находятся туманные внутренние воды.
  • Остров является частью территории, которую когда-то считал своим доменом Владыка Шкуродер.
Разговор с детьми и Стальным
  • Тайный Остров является местом, где Стальной проводит показательные казни.
  • Тайный Остров находится в отдалении от основного места действия (подальше от плаца).
  • На Тайном Острове Стальной проводит казни, чтобы скрыть их от других.
Путь к лагерю Ранголита
  • Шкуродер вернулся на Тайный Остров.
  • Тайный Остров является местом, где Шкуродер находился до начала текущих событий.
  • На Тайном Острове Шкуродер не отдавал приказов об убийствах в течение определенного времени.
Разговор Стального с синглетом
  • Тайный Остров является местом, где можно укрыться от жары.
  • В текущий период времени (лето) в Тайный Остров нельзя ретироваться из-за пожаров и дыма.
  • Тайный Остров упоминается как место, где можно было бы оставить «чернь» дышать дымом, если бы не текущие условия.
Ожидание связи и разговор с Равной
  • Тайный Остров является местом, где Джефри находился в первые дни своего пребывания.
  • На Тайном Острове Джефри испытывал более тяжелые условия, чем в текущей локации (донжоне).
  • С Тайного Острова доходят звуки морских птиц.
  • Тайный Остров характеризуется наличием солнца, которое Джефри видит через потайной ход.
  • Остров является частью географического пространства, где происходят события книги, и служит ориентиром для перемещений персонажей.
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Тайный Остров является местом, где находится корабль «Внеполосный-II».
  • Корабль «Внеполосный-II» на Тайном Острове надежно защищен бастионами.
  • Тайный Остров является одним из владений, которые отходят Древорезчице в результате заключения мира со Шкуродером.
  • Шкуродер (Скорняк) упоминает, что на Тайном Острове находятся его владения, которыми он планирует заниматься в будущем.
  • Тайный Остров упоминается как место, где находятся цели, достойные гения Шкуродера.
Наблюдение за звездами
  • Тайный Остров является местом расположения замка в старой твердыне Стального.
  • На Тайном Острове находится убежище, где в капсулах-гибернаторах спят 151 выживший ребенок — последние страумеры.
  • Островом сейчас правит Древорезчица.
  • Тайный Остров хорошо защищен от внешних воздействий, в частности от лютых ветров.
  • Значительные секции замка на острове переделываются под человеческое жилье.
  • На острове планируется создание школы для совместного обучения людей и Когтей.
  • Тайный Остров является местом пребывания Йоханны Ольсндот, которая предпочитает оставаться там и заниматься повседневными заботами.

Сьяндра Кей

Сьяндра Кей — «тихий завод» и ключевой логистический узел, чья история отмечена уничтожением древних «хабитатов грез» дирокимов и катастрофическим «Падением Маршрутизатора». Планета уникальна своими колоссальными антиграв-ресурсами и ролью связующего звена с Магеллановыми Облаками, став символом утраченной цивилизации и стремления к возрождению.

Сьяндра Кей — это планета в Срединном Запределье, являющаяся родиной и домом для Равны Бергсдот и её семьи. На протяжении жизни Равна жила здесь с родителями и сестрой Линн, увлекаясь историей «века принцесс» и работая в архивах Известной Сети. Планета характеризуется как «тихий завод», где процветала человеческая цивилизация, развивавшаяся на протяжении сотен тысяч лет. Сьяндра Кей служила важным узлом торговли и логистики, местом работы Коммерческой охраны и базой для межзвездных рейсов. Географическое и технологическое значение планеты определялось наличием Маршрутизатора — ключевого посредника в обмене с Магеллановыми Облаками и связующего звена с Запредельной зоной в галактике Скульптора. Над Земстороньем планеты на высоте тысяч километров висели Причалы Маршрутизатора — колоссальный комплекс стыковочных платформ и зон отдыха, поддерживаемый грандиозным антигравеском. Ресурсы Сьяндры Кей позволяли поддерживать миллионы гектаров антиграв-ткани, стоимость которых превышала возможности большинства звездных скоплений. История Сьяндры Кей тесно связана с древними расами и катастрофами. Миллион лет назад системы Сьяндры Кей были колонизированы дирокимами, прорвавшимися из Медленной Зоны. Эта древнейшая раса погрузилась в медитативное самосозерцание и создала «хабитаты грез», которые были уничтожены вместе с планетой. Сьяндра Кей также связана с историей Старой Религии, флота Аньяры и периодом до Нюйоры. Планета подверглась катастрофе, известной в Сети как Падение Маршрутизатора. Уничтожение Сьяндры Кей было спровоцировано Погибелью и совершено силами Альянса во Имя Защиты с использованием термоядерных боеголовок. События этого разгрома породили слухи о жестокости флота истребителей паразитов и стали значимым культурным ориентиром для выживших, которые стремятся к возрождению «новой Сьяндры Кей» в мирах, появившихся из Медленной Зоны.
Ключевые факты (77)
Прошлое Равны и начало стажировки
  • Сьяндра Кей является родной планетой главной героини, Равны Бергсндот.
  • На Сьяндре Кей находится Хертейский университет.
  • Сьяндра Кей является местом, где Равна в детстве увлеклась историей «века принцесс».
  • Сьяндра Кей является домом для Равны и её сестры Линн.
  • Планета находится на значительном расстоянии от системы Маршрутизатора (около двадцати тысяч световых лет).
Разговор Равны с Грондром
  • Сьяндра Кей — родной дом Равны.
  • Сьяндра Кей является местом происхождения Равны (она называет её своим домом).
  • Страумлианский Простор отпочковался от Сьяндры Кей.
  • На Сьяндре Кей нет родственников Равны.
  • Сьяндра Кей является местом, где Равна живет с родителями и сестрой Линн.
  • Сьяндра Кей находится на значительном расстоянии от места действия (Равна находится там более чем за двадцать тысяч световых лет от дома).
  • События на Страумлианском Просторе рассматриваются как далекая беда для жителей Сьяндры Кей.
Знакомство Равны с Фамом Нювеном
  • Сьяндра Кей — местоположение, где находится Маршрутизатор.
  • Сьяндра Кей расположена в Срединном Запределье.
  • На Сьяндре Кей находится Маршрутизатор, который является главным посредником в обмене с Магеллановыми Облаками и связующим звеном с Запредельной зоной в галактике Скульптора.
  • Сьяндра Кей является местом работы и стажировки персонажа Равны Бергсдот.
  • На Сьяндре Кей расположены Причалы Маршрутизатора — огромный комплекс стыковочных платформ, ремонтных палуб и зон отдыха, растянутый на тысячи километров.
  • Причалы на Сьяндре Кей висят на высоте тысяч километров над Земстороньем, поддерживаемые грандиозным антигравеском.
  • Сьяндра Кей обладает ресурсами, позволяющими поддерживать миллионы гектаров антиграв-ткани, стоимость которых превышает возможности большинства звездных скоплений.
  • На Сьяндре Кей есть собственные хабитаты, которые крупнее, чем Причалы Маршрутизатора.
  • Сьяндра Кей является базой Известной Сети, где Равна выполняла рутинную работу по обновлению архивов.
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Сьяндра Кей — это мир, где живут люди (хомосапиенсы).
  • Сьяндра Кей характеризуется как 'тихий завод', в отличие от более шумных и активных мест.
  • На Сьяндре Кей существует Коммерческая охрана, которая занимается разработкой одноразовых шифров.
  • Сьяндра Кей находится на значительном расстоянии (тысячи световых лет) от Страума.
  • Сьяндра Кей является местом торговли и логистики, где происходит отгрузка товаров и работа с пользователями.
  • Сьяндра Кей упоминается как одно из направлений рейсов для межзвездных фрахтеров (например, на корабле «Внеполосный-II»).
Размышления о Фаме Нювене
  • Сьяндра Кей является местом, откуда Равна Бергсндот улетела два года назад.
  • Сьяндра Кей упоминается Синепанцирем как место его последнего визита.
Разговор Равны по телефону
  • Сьяндра Кей — это мир (или локация), в котором происходят события книги.
  • Никто в Сьяндре Кей до текущего момента не мог похвастаться переживанием, подобным тому, что испытала Равна (встреча с Силой).
  • События, связанные с Силой, считаются уникальными для этого мира и достойными учебников истории.
Побег из системы и прыжок
  • Сьяндра Кей является местом назначения, куда Равна планировала вернуться после завершения своей стажировки.
  • Сьяндра Кей упоминается как потенциальное место для жизни Равны, которое Синепанцирь предлагает ей в качестве варианта после выполнения контракта.
  • Равна планировала вернуться на Сьяндру Кей, так как она не прониклась корпоративной этикой Организации Вриними.
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Сьяндра Кей — преимущественно человеческая цивилизация.
  • Название Сьяндра Кей происходит из человеческого языка.
  • Сьяндра Кей является местом обитания людей (в отличие от изолированных человеческих поселений, которые могут находиться в опасности).
  • Сьяндра Кей считается относительно безопасным местом в контексте текущих военных угроз.
  • Сьяндра Кей имеет значение для персонажа Равны, так как она является местом, где находятся её родители и Линн.
  • Сьяндра Кей упоминается как объект, который может стать целью атаки в рамках конфликта с «истребителями паразитов» (Альянсом во Имя Защиты).
Разговор в рубке и перелет
  • Сьяндра Кей является местом, где произошел резонансный разгром или резня, совершенный истребителями паразитов.
  • На Сьяндре Кей произошло сопротивление обитателей, в результате которого некоторым удалось сбежать.
  • События на Сьяндре Кей породили слухи о силе и жестокости флота истребителей паразитов.
  • Сьяндра Кей упоминается как место, где истребители паразитов «сеяли хаос».
  • Командующий соединением флота истребителей паразитов планирует перехватить сбежавших с Сьяндры Кей, если починит свои корабли.
Связь с кораблем Внеполосного-II
  • Сьяндра Кей является местом обитания (обителью грез) для расы дирокимов.
  • Сьяндра Кей является планетой или крупным объектом, на котором находились миллиарды сьяндранцев.
  • Сьяндра Кей была атакована и уничтожена (или подверглась катастрофе) силами Альянса.
  • Сьяндра Кей является местом, где были использованы термоядерные боеголовки, оставившие после себя множество жертв.
  • Сьяндра Кей упоминается как место, где происходили торговые миссии (на что указывают полосы на тележках персонажей).
  • Сьяндра Кей является значимым географическим или политическим объектом в Запределье, связанным с деятельностью Коммерческой охраны.
  • Сьяндра Кей упоминается как точка отсчета для оценки мощности и характеристик боевых кораблей (например, корабля «Эльвира»).
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств
  • Сьяндра Кей была уничтожена Альянсом во Имя Защиты.
  • Уничтожение Сьяндры Кей было спровоцировано Погибелью.
  • Гибель Сьяндры Кей рассматривается как побочный эффект действий Погибели.
  • Сьяндра Кей была системой, которую люди однажды назвали так (включая три системы).
  • Дирокимы были древнейшей расой цивилизации Сьяндры Кей.
  • Дирокимы прорвались из Медленной Зоны миллион лет назад и колонизировали системы Сьяндры Кей.
  • До прибытия человека в системах Сьяндры Кей дирокимы погрузились в медитативное самосозерцание.
  • События, связанные с гибелью Сьяндры Кей, известны в Сети как часть истории Падения Маршрутизатора.
Разговор о прошлом и переход в Медленную Зону
  • Сьяндра Кей является местом, на которое человечество прибыло за сотни тысяч лет до событий, описанных в тексте.
  • На Сьяндре Кей произошло событие, известное как Падение Маршрутизатора.
  • Сьяндра Кей является родиной или местом обитания людей, чьи остатки (люди) упоминаются как единственное, что осталось от этой планеты.
  • На Сьяндре Кей дирокимы знают о событиях, связанных с Фентролларом, лучше, чем другие народы.
  • События на Сьяндре Кей связаны с историей Старой Религии и основанием хабитатов грез.
Послевоенная конференция и переговоры
  • Сьяндра Кей упоминается как историческое понятие или место, связанное с древней историей человеческой расы.
  • Сьяндра Кей была связана с историей флота Аньяры и древним периодом до Нюйоры.
  • Смерть или исчезновение Сьяндры Кей привела к гибели «хабитатов грез» и целой расы дирокимов.
  • Сьяндра Кей является значимым культурным или географическим ориентиром, ради возрождения которого стремятся многие выжившие.
  • В тексте обсуждается возможность создания «новой Сьяндры Кей» в новых мирах, появившихся из Медленной Зоны.
Наблюдение за звездами
  • Сьяндра Кей — это планета, на которой происходили события в прошлом Равны.
  • Равна провела на Сьяндре Кей всю свою жизнь, за исключением последних трех лет.
  • Сьяндра Кей является родным домом для Равны.
  • На Сьяндре Кей находились люди, включая персонажа по имени Линн.
  • Равна узнает другие звезды на небе Сьяндры Кей, что помогает ей ориентироваться в пространстве.
  • Сьяндра Кей упоминается в контексте потери Равной своего дома и народа из-за катастрофы.

Страумлианский Простор

Страумлианский Простор — зона высокого риска в Высоком Запределье, где за потенциалом трансцендентного перехода и древних архивов скрывается «Падение Страума» и порабощающее Искажение. Регион представляет собой парадоксальный мир с средневековой архитектурой и «тиграми за решеткой», ставший местом страданий рабов и целью для тех, кто ищет способы обуздать катастрофу.

Страумлианский Простор — это обширное космическое пространство, охватывающее тысячи миллионов звездных систем, расположенное в Высоком Запределье в непосредственной близости к Трансценденции. Несмотря на свои масштабы, регион характеризуется высокой степенью опасности: здесь обитатели играют с «тиграми за решеткой» и сталкиваются с «давними ужасами». Простор известен как место, где человечество может достичь трансцендентного перехода, и обладает потенциалом обогащения, превосходящим возможности миллионов других миров. Однако регион неразрывно связан с «Падением Страума» — тотальной катастрофой, вызванной попытками страумеров воплотить схемы из древнего архива. Это привело к пробуждению Искажения — трансцендентной сущности (Силы) второго класса, обладающей исключительным злонравием и способной погубить весь Простор. География и архитектура региона представляют собой парадокс: с орбиты видны лишь маленькие города, в то время как наземные постройки имеют средневековый облик. На поверхности планеты Страум, являющейся частью этого пространства, расположены холмы, фьорды и острова, а в небе наблюдаются уникальные явления, такие как солнце, стоящее прямо над макушкой мира. В регионе существуют города, архитектурно копирующие элементы Поля Принцесс с Нюйора, и планировались масштабные проекты по объединению звездных систем в единые хабитаты с использованием антиграв-структур. Параллельно с этим в Просторе функционирует система Маршрутизатора для ультрасветовой связи, хотя доля трафика в ней остается пренебрежимо малой. История и текущее состояние Страумлианского Простора пропитаны трагедией. После катастрофы регион фактически стал порабощенным Искажением местом обитания рабов, где злосчастье начало шириться по всему пространству. В то же время Простор остается целью для исследователей и археологов, стремящихся извлечь секреты из древних архивов. Несмотря на статус «погибшего» региона, в нем сохраняются следы человеческой культуры, и существует вероятность его восстановления, если беженцам удастся обуздать Искажение. Для некоторых персонажей, таких как Равна Бергсндот, Простор остается местом глубокой личной привязанности и мечты, несмотря на его статус зоны катастрофы и опасности.
Ключевые факты (76)
Пролог
  • Страумлианский Простор является обширным космическим пространством, включающим тысячи миллионов звездных систем.
  • Простор подвержен угрозе уничтожения или катастрофического влияния из-за пробуждения новорожденной сущности (Силы), способной погубить его целиком.
  • Для Страумлианского Простора критически важна безопасность и стабильность, так как история знает примеры, когда целые расы погибали из-за игр с опасными силами.
  • Программисты-археологи из Страума прибыли к запредельной планете с целью извлечь секреты из древнего архива для обогащения своего Простора.
  • Открытие и технологии из архива могут прославить Страум и изменить будущее тысяч миллионов звездных систем.
Спуск на планету и посадка
  • Сьяна Ольсндот была известным археологом Страумлианского Простора до того, как отправилась в Высокую Лабораторию.
  • Страумлианский Простор является географическим объектом или регионом, в котором занимались археологическими исследованиями.
Высадка и подготовка к связи
  • Страумлианский Простор — это планета, на поверхности которой находятся холмы, фьорды и острова.
  • На планете Страум наблюдаются уникальные астрономические явления, такие как солнце, стоящее прямо над макушкой мира.
  • В Страумлианском Просторе существует Высокая Лаборатория, где произошла катастрофа, называемая «погибелью».
  • Погибель охватила значительную часть Страумлианского Простора.
  • В Страумлианском Просторе есть система Маршрутизатора, которая используется для налаживания ультрасветовой связи.
  • На территории Страумлианского Простора обитают существа, похожие на волков или собак, обладающие способностью использовать луки, стрелы, топорики и огнеметы.
Пленение Джефри и встреча с щенками
  • Страумлианский Простор является местом или миром, в котором происходят события книги.
  • В прошлом существование Страумлианского Простора предшествовало периоду, когда информация на Нюйоре записывалась на свитках.
  • Небо в Страумлианском Просторе отличается от неба на Страуме.
  • Герои книги (в частности мама Джефри) находятся в месте, которое они называют «за краем Запределья», где, по их словам, они «создают Бога».
Прошлое Равны и начало стажировки
  • Страумлианский Простор является местом, куда Равна Бергсндот мечтала эмигрировать в подростковом возрасте.
  • Это место представляет собой новую, преимущественно человеческую колонию, расположенную прямо на Вершине Запределья.
  • Колония на Страуме была основана иммигрантами с материнской планеты и существует едва ли сто лет.
  • Жители Страумлианского Простора считаются первыми из людей в Галактике, кто может достичь трансцендентного перехода своей расы.
  • Место обладает огромным потенциалом для обогащения: его обитатели могут стать богаче жителей миллионов Запредельных миров.
  • Страумлианский Простор находится в непосредственной близости с Трансценденцией.
  • Место характеризуется высокой степенью опасности: в тексте упоминается, что люди там играют с «тиграми за решеткой» и существуют «давние ужасы».
Разговор Равны с Грондром
  • Страумлианский Простор занимал видное положение среди человеческих цивилизаций.
  • Доля Страумлианского Простора в трафике сообщений через Маршрутизатор была пренебрежимо мала.
  • На Страумлианском Просторе произошла тотальная катастрофа, известная как падение Страума.
  • Страумеры (жители Страума) сотворили или пробудили Силу со смертоносными свойствами, что привело к ужасной судьбе их цивилизации.
  • Злосчастье от катастрофы на Страумлианском Просторе начало шириться по всему региону.
  • В Нижней Трансценденции у страумеров находилась лаборатория, где они работали с алгоритмами из потерянного архива.
  • В результате экспериментов страумеров возникло новое искажение второго класса.
  • Искажение второго класса характеризуется исключительным злонравием и способностью наносить колоссальный урон в течение десяти лет.
  • Катастрофа на Страумлианском Просторе стала новостью столетия для системы Сьяндра Кей.
  • Страумлианское искажение вызвало повышенный интерес со стороны других Сил и цивилизаций Вершины Запределья.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Страумлианский Простор является первой дочерней колонией Сьяндры Кей на Вершине.
  • Простор был уничтожен в результате катастрофы, связанной с исследованиями в Трансценденции.
  • Катастрофа произошла из-за того, что страумеры пытались воплотить найденные в потерянном архиве схемы, что привело к созданию опасной Трансцендентной сущности (Силы) — Искажения.
  • Страумлианский Простор (или Страум) ныне считается порабощенным Искажением.
  • Исследователи в лаборатории на Страумлианском Просторе подготовили средства саботажа и планировали побег на двух звездолетах, чтобы похитить элементы алгоритма Искажения.
  • Существует вероятность, что у страумеров остались шансы на противодействие, если им удалось выкрасть части алгоритма перед его полной инкорпорацией.
  • Страумлианский инцидент является известным событием, подробности которого в значительной степени скрыты или неизвестны широкой публике.
  • Равна испытывает личную эмоциональную связь с этим местом, так как в глубине души она мечтала о Страумлианском Просторе.
Разговор Равны по телефону
  • Страумлианский Простор связан с событием, известным как Падение Страума.
  • Существует понятие «Страумлианское Искажение», которое может не обладать Трансцендентной природой.
  • Страумлианский Простор может быть спасен, если на кораблях беженцев удастся найти способ обуздать Страумлианское Искажение.
  • Существует вероятность того, что Страумлианский Простор может быть восстановлен или сохранен в будущем.
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Страумлианский Простор является географическим или пространственным объектом, который стал малой частью более масштабного явления — Погибели.
  • Падение Страумлианского Простора рассматривается как одна из величайших катастроф в мире книги.
  • Существует понятие «Страумлианское Искажение», связанное с этим Простором.
  • В мире существует раса страумеров (упоминаются страумлианские беженцы), которые имеют характерные внешние признаки (например, карие глаза линденских кланов).
  • Информация о Страумлианском Искажении представляет высокую ценность для организации «Орга».
  • Падение Страумлианского Простора и ужас Искажения противопоставляются ценностью жизни одного маленького человека (Джефри Ольсндота) в контексте личных переживаний персонажа Равны.
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Страумлианский Простор является местом обитания рабов Искажения.
  • На Страумлианском Просторе находится город, который по своему облику похож на Основной Страумли.
  • Город на Страумлианском Просторе содержит архитектурные элементы, скопированные с Поля Принцесс на Нюйоре (например, фонтаны).
  • В рекламных объявлениях для иммигрантов утверждалось, что Страумлианский Простор демонстрирует преемственность с исходными человеческими цивилизациями.
  • На Страумлианском Просторе планируется строительство масштабного проекта: объединение пяти звездных систем в единый хабитат с перераспределением планетного материала.
  • В данном регионе планируется использование антиграв-структур, масштаб которых превышает возможности большинства миров Срединного Запределья.
  • Страумлианский Простор является местом, где транслируются воззвания о наступлении новой эры и бракосочетании трансцендентного существа с расами Запределья.
  • Существует предположение, что после уничтожения Маршрутизатора исходная человеческая культура на Страумлианском Просторе сможет возродиться, если рабы Искажения вымрут.
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Страумлианский Простор является объектом изучения, история которого изучается Древорезчицей.
  • Исследователи со Страумлианского Простора стремились создать что-либо в Высокой Лаборатории (вопрос, который обсуждают Йоханна и Древорезчица).
Жизнь и работа на корабле
  • Страумлианский Простор является местом, где родился и рос мальчик по имени Джефри.
  • Джефри находится на этой территории, будучи застрявшим на планете Когтей.
  • Для Джефри язык самношк является родным.
  • Раса, обитающая на Страумлианском Просторе (Когти), характеризуется групповым разумом, который становится полноценным только в стаях от пяти элементов.
  • На Страумлианском Просторе из космоса видны только маленькие города, а наземные постройки имеют средневековый вид.
  • Существует предположение, что эта территория является колонией, впавшей в темные века и оказавшейся в Запределье.
Разговор Йоханны и Древорезчицы в палатке
  • Страумлианский Простор является одним из мест, где жила или находилась Йоханна до начала текущих событий.
  • Йоханна упоминает Страумлианский Простор как место, где она могла бы жить вместе с родителями.
Разговор Равны и Фама
  • Синепанцирь и Зеленожка прибыли на корабль беженцев «Гармоничный Покой» с Маршрутизатора со Страумлианского Простора.
Наблюдение за звездами
  • Страумлианский Простор находится в Высоком Запределье, но вблизи галактического диска.
  • Расположение Страумлианского Простора можно определить относительно Великого Квадрата: от его верхнего угла в соответствующую сторону отстоит шесть тысяч световых лет.
  • В Страумлианском Просторе не видно самих звезд Страума, но в сорока световых годах от Страума находится голубовато-белый гигант Сторлюс.
  • История этого Простора связана с катастрофическими событиями: обитатели Страумлианского Простора сунулись в Трансценденцию и пробудили Нечто, способное пожрать Галактику.
  • Страумлианский Простор является местом, где, по мнению персонажей, могли погибнуть миллионы рас, либо выжить немногие из них в результате пробуждения Погибели.

Сеть

Сеть — это иерархизованная анархия и глобальная коммуникационная структура, способная превращать алгоритмы в Трансцендентные сущности и изменять сознание пользователей. Она известна как «Сеть Миллиона Лжецов» и служит инструментом контроля высших сил, скрывая в своих архивах данные, способные уничтожить разум целых цивилизаций.

Сеть представляет собой колоссальную глобальную коммуникационную структуру, связывающую сотни миллионов миров и тысячи различных рас. Она функционирует как иерархизованная анархия, где сосуществуют как тривиальные новости и рекламные сообщения, так и глубокие тайны, опасные ловушки и данные о происхождении человечества. Сеть является объектом активной коммерческой деятельности: организации используют её для извлечения прибыли из данных, продажи товаров и криптопрограмм, а также для координации торговых услуг. При этом она обладает специфической архитектурой: основные магистрали Сети имеют низкую пропускную способность, уступая по скорости локальным сетям, а доступ к ним может быть ограничен или вовсе закрыт. Информационное пространство Сети характеризуется крайней неоднородностью и опасностью. Она известна как «Сеть Миллиона Лжецов» из-за огромного количества дезинформации, слухов и искажений, которые часто скрывают истинные причины глобальных событий. В системе существуют специализированные новостные ленты и группы (например, «Группа угроз» или «Где они сейчас?»), фиксирующие катастрофы и военные перемещения. Однако данные в Сети могут быть крайне нестабильными: связь с целыми регионами может прерываться на длительное время, а информация из отдаленных зон доходит лишь через цепочку посредников. Особую опасность представляет прямая передача данных на оборудование наездников, способная изменять их сознание или использоваться для «перевербовки». Архитектурно Сеть опирается на Маршрутизаторы — узлы распределения трафика, чьи системы индексации настолько запутанны, что их истинную структуру способны понять только Силы в Трансценденции. В Сети хранятся архивы тысяч рас, включая вымершие цивилизации; эти архивы фундаментально сложнее обычных баз данных и не поддаются практичному копированию. Взаимодействие с ними может привести к катастрофам: от уничтожения локальных сетей вирусами до потери разума целыми цивилизациями. Кроме того, Сеть обладает уникальными свойствами: в ней существуют алгоритмы, способные превращаться в Трансцендентные сущности при попытке наивных рас развить в них разум, а также существует понятие «оракула» — уникальной сущности, чей возраст составляет почти десять лет. На стратегическом уровне Сеть служит инструментом контроля и взаимодействия высших сущностей. Она используется для новостного обмена с Трансценденцией, где Силы могут запрашивать информацию о событиях. Использование Сети может быть ограничено Силой (Стариком), который контролирует информационные потоки, что позволяет ему манипулировать тем, что становится доступным для других цивилизаций. Сеть также служит каналом связи для передачи данных в Запределье и ретрансляции информации медиафрахтерам, являясь ключевым инфраструктурным элементом, существование которого предшествовало современным технологиям наездников и отделяло «внесетевую эпоху» от предшествующего исторического периода.
Ключевые факты (74)
Разговор Равны с Грондром
  • Сеть является глобальной коммуникационной системой, через которую проходят сообщения между различными цивилизациями.
  • Существует понятие «Известная Сеть», в которой регистрируются различные явления, включая искажения.
  • Сеть имеет структуру трафика, в которой доля определенных регионов (например, Страумлианского Простора) может быть пренебрежимо мала.
  • Сеть используется для новостного обмена с Трансценденцией.
  • В Сети существуют новостные ленты и специальные группы (например, Группа угроз).
  • Сеть является объектом коммерческой деятельности: Организация использует её для получения прибыли от новостей и данных.
  • В Сети существует понятие «оракул» (в тексте упоминается, что в Сети есть только один оракул возрастом почти десять лет).
  • Сеть может временно терять связь с целыми регионами (например, Сьяндра Кей была отрезана от Сети на сорок часов из-за инцидента на Страуме).
  • Сеть является местом, где Силы (сверхразумы) могут проявлять интерес к событиям и запрашивать информацию.
Разговор Равны и Грондра о Силе
  • Сеть — это громадная структура, характеризуемая как иерархизованная анархия.
  • Сеть связывает сотни миллионов миров.
  • Основные магистрали Сети обладают полосами пропуска не лучше, чем на Земле Рассветной эпохи.
  • Локальные сети в системе Сети работают быстрее, чем магистрали (например, браслетный коммуникатор в локалке быстрее магистрали).
  • Сеть используется для ретрансляции данных медиафрахтерам, прибывающим в систему Маршрутизатора.
  • Сеть является важным инфраструктурным элементом, через который осуществляется доступ к архивам и передача данных в Запределье.
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Сеть является крупным пространством или структурой, включающей в себя множество миров (упоминаются 'дюжины миров Сети').
  • Сеть является местом распространения информации и слухов, в частности о Страумлианском Искажении.
  • Многие клиенты Орги общаются исключительно через Сеть.
  • Сеть является ключевым элементом коммерческой деятельности, так как в ней используются криптопрограммы и товары, предназначенные для её миров.
  • В Сети существуют новости и информационные ленты (например, в Группе угроз), где обсуждаются глобальные события, такие как инциденты в Страуме.
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Сеть является глобальной структурой, в которой существуют тысячи архивов (десятки тысяч в Запределье).
  • Архивы в Сети могут быть фундаментально сложнее баз данных в обычных локальных сетях и не поддаются практичному копированию.
  • Архивы поддерживались сотнями различных рас, включая вымершие и достигшие положения Сил в Трансценденции.
  • Системы индексации в архивах Маршрутизатора настолько запутанны, что вложены друг в друга.
  • Понимание структуры архивов доступно только Силам в Трансценденции.
  • Сеть содержит как тривиальную информацию, так и важные тайны, а также ловушки и капканы.
  • В Сеть попадают архивы различных рас, что иногда приводит к катастрофам: от уничтожения локальных сетей вирусами до потери разума целыми цивилизациями.
  • Существуют специализированные группы («Где они сейчас?» и «Угрозы»), фиксирующие трагедии, связанные с Сетью.
  • В Сети могут существовать алгоритмы, которые при определенных условиях (например, при попытке наивных рас развить в них разум) могут превратиться в Трансцендентные сущности (Силы).
  • Существуют каналы связи внутри Сети, по которым могут передаваться новости или сигналы (например, каналы новостных агентств или сигналы для поиска кораблей).
Жизнь Джефри в комнате
  • Мир, в котором находится Джефри Ольсндот, скорее всего, не подключен к Сети.
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Сеть является глобальной информационной структурой, использование которой ограничено Силой (Стариком).
  • Существует понятие «внесетевая эпоха», что указывает на историческое разделение времени на досетевой и сетевой периоды.
  • Старик (Сила) может ограничивать пользование Сетью, что позволяет ему контролировать информационные потоки.
  • Сеть используется для передачи данных, включая архивы о человечестве и его истоках.
  • Маршрутизатор является узлом или устройством, через которое осуществляется доступ к Сети и распределение трафика.
  • Объем трафика в Сети может быть крайне мал (например, менее десяти килобит в секунду), что может свидетельствовать об отключении дистанционного контроля или специфических настройках доступа.
  • Сеть является средой, в которой происходят коммуникации между различными сущностями, включая Организацию Вриними и Трансцендентные существа.
Разговор Равны и Фама
  • Сообщения разумных газовых мешков (создателей Старика) в Сети не могли толком перевести даже лучшие программы Маршрутизатора.
  • Существование Сети подразумевает наличие Маршрутизатора, который обрабатывает данные и сообщения.
Путешествие и обсуждение маршрута
  • Сеть является глобальной структурой или системой, которая существовала в прошлом.
  • Сеть не могла существовать вечно и должна была иметь начало.
  • В Сети доступны сведения о различных цивилизациях, например, о односистемной цивилизации Гармоничный Покой.
  • Существование Сети предшествовало появлению современных технологий наездников (тележек и устройств памяти).
  • Сеть упоминается в контексте истории мира, связанной с Древними Войнами и Катастрофами.
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Сеть является глобальной коммуникационной системой, по которой передаются новости, рекламные сообщения и данные.
  • Сеть используется для распространения информации о торговых услугах, таких как ремонт и переоснастка кораблей.
  • Через Сеть пользователи могут оставлять отзывы о качестве обслуживания.
  • Сеть позволяет осуществлять краткие запросы и получать ответы (например, запросы на диагностику и ремонт).
  • Сеть является источником слухов и новостей о военных действиях и перемещениях флотов.
  • Сеть характеризуется высокой активностью новостных групп в периоды значимых событий (например, после Падения Маршрутизатора).
  • Сеть имеет репутацию ненадежного источника информации, что отражено в прозвище «Сеть Миллиона Лжецов».
Размышления Равны в каюте
  • Сеть является глобальной коммуникационной средой, в которой миллионы рас могут наблюдать за событиями в космосе.
  • В Сети существуют новостные группы, где обсуждаются политические события, военные перемещения и теории заговоров.
  • Сеть характеризуется огромным количеством дезинформации и лжи, скрывающей истинные причины событий.
  • Сеть служит площадкой для дискуссий и споров между различными фракциями и представителями разных видов (включая газообразных обитателей звездных корон).
  • В Сети существуют специализированные группы, такие как группа Угроз, для мониторинга опасных событий.
  • Существует понятие «Известная Сеть», что подразумевает наличие её границ или определенных областей охвата.
  • Сеть позволяет осуществлять удаленный мониторинг и трансляцию новостей с кораблей преследования.
  • Доступ к Сети может быть ограничен или затруднен в определенных зонах (например, упоминание невозможности зайти на главную магистраль).
  • Передача данных в Сети может требовать сложных алгоритмов перевода между естественными языками, которые деградируют в определенных условиях.
  • Сеть является местом присутствия различных организаций, таких как Сандорская арбитражная разведка.
Разговор с наездниками в каюте
  • Сеть является источником новостей, которые могут содержать информацию о событиях в мире (например, о преследовании корабля «Внеполосный-II»)
  • Чтение новостей по стандартному протоколу не представляет опасности для наездников
  • Передача данных в Сети, направленная непосредственно на оборудование тележки наездника, может использоваться для их «перевербовки» или изменения их сознания
  • Информация из Сети может быть недоступна или не учитываться некоторыми персонажами (например, Равной), если она касается специфических технических или политических нюансов
Связь с кораблем Внеполосного-II
  • Сеть является источником сигналов, которые могут восприниматься как 'чухня' или фоновый шум.
  • Сигналы из Сети могут содержать зашифрованные сообщения, требующие расшифровки специальными процессорами.
  • В условиях 'Дна Запределья' сигналы из Сети могут быть трудноразличимы или восприниматься как неразумные из-за специфики среды.
Переговоры с командованием и выяснение обстоятельств
  • Сеть также известна как «Сеть Миллиона Лжецов».
  • Сеть является источником информации и новостей, однако её сообщения часто искажаются и претерпевают множество интерпретаций.
  • Информация из Сети доходит до отдаленных регионов, таких как Срединное Запределье, через слухи и посредников.
  • Сеть утверждает, что Погибель является источником зла гораздо более масштабного, чем «Альянс во Имя Защиты».
  • События, связанные с Погибелью и уничтожением Сьяндры Кей, происходили тысячи световых лет назад, но Сеть транслирует новости о них до сих пор.

Замок

Замок — это стратегический центр Движения и колыбель творений Шкуродера, где в условиях лихорадочно возведенного лабиринта проводятся эксперименты по «допросу самой природы». Объект выделяется уникальными объектами, такими как поле «Челюстей» с колоннами-клыками, и странной плесенью в виде затвердевших дымных завитков.

Замок представляет собой сложный научно-исследовательский и стратегический центр Движения, расположенный на вершине холма. Он служит ключевой площадкой для анализа душ, экспериментов над стаями и разработки технологий управления душами, включая «допрос самой природы». Внутри строения находятся лаборатории, комнаты с инкрустированными золотом номерами для отдельных опытов и балконы с усиленной мыслеизоляцией для скрытого наблюдения. Замок также является местом рождения души Стального и колыбелью всех великих творений Шкуродера. Архитектура объекта характеризуется лихорадочной спешкой в строительстве: стены возводятся из свежесаного камня, а их внутренняя структура представляет собой сложный лабиринт проходов. Замок оснащен мощными оборонительными сооружениями — бастионами, зубцами, бойницами и внутренними башнями, а также специальными объектами, такими как поле «Челюстей» с колоннами-клыками, способными сжимать корабли с помощью пороховых зарядов. Особое внимание уделено системе ловушек: планировалось выманивать звездолеты и брать людей в заложники. Внутри здания расположены уникальные объекты, включая галерею, опоясывающую «Гостеприимные Челюсти», и тайную кладовую. Условия внутри замка отличаются теплым воздухом, который контрастирует с условиями на кораблях, однако здание постоянно страдает от сырости: стены покрываются странной плесенью, похожей на затвердевшие дымные завитки, требующей тщательной очистки. Замок является местом обитания различных стай, гвардейцев и служанок, где соблюдается сложная внутренняя политика, недоступная для внешних разведчиков. В ходе военных действий замок превращается в объект активной обороны, окруженный стеной огня из нефти и дыма. Он служит местом сражений, где защитники противостоят силам Древорезчицы, и одновременно является местом отступления крупных соединений Когтей. Несмотря на масштабные боевые действия и обстрелы, внутри замка в определенные моменты отсутствуют пожары и стаи, что подчеркивает его статус защищенного оплота.
Ключевые факты (66)
Осмотр лабораторий и экспериментов
  • Замок является местом расположения лабораторий, где проводится анализ души и эксперименты над стаями.
  • В Замке находятся нижние уровни, о которых мир знает с затаенным ужасом.
  • Замок служит центром науки Движения, где допросу подвергают саму природу.
  • В Замке есть главный зал, который Хозяин планировал перестроить для проведения заседаний Совета.
  • Замок является местом рождения души Стального и местом создания всех великих творений Шкуродера.
  • В Замке расположены комнаты с инкрустированными золотом номерами, где проводятся отдельные эксперименты.
  • В Замке есть балконы, которые хорошо мыслеизолированы и затенены для наблюдения за экспериментами из укрытия.
  • Замок является ключевым объектом для Движения, где решаются вопросы существования и развития технологий управления душами.
Эксперимент со связью
  • Замок характеризуется теплым воздухом.
  • В Замке постоянно возникают проблемы с грибками и плесенью, которые требуют тщательной очистки.
  • Замок является местом, где происходят события, связанные с историей персонажа Джефри (он вспоминает события, случившиеся здесь).
  • В Замке есть стены, которые могут быть покрыты странной плесенью, похожей на затвердевшие дымные завитки.
  • Замок упоминается как место, где воздух теплый, что служит точкой сравнения для описания условий внутри корабля.
Спасение и состояние Джа
  • Замок является местом проведения предыдущих встреч Древорезчицы и Йоханны.
  • В замке находится старая башня, на парапете которой произошло нападение на Грамотея.
  • Замок является местом обитания стаи Древорезчицы и других элементов.
  • В замке есть гвардейцы, служанки и другие существа (стаи), которые обеспечивают охрану и быт.
  • Замок упоминается как место, куда вражеские разведчики могли пробраться из леса, чтобы подсмотреть происходящее.
  • В замке есть печная яма, настенные узоры и чердак.
  • Замок является ключевой локацией, где происходит основное действие и где планируется проведение допроса фрагмента Джа для поиска убийцы.
Путь к лагерю Ранголита
  • Замок характеризуется лихорадочной спешкой в строительстве.
  • В замке ведутся активные строительные работы: камень свежесаный, а стены возводятся быстро.
  • В замке существует сложная внутренняя политика, которую разведчики (такие как Дальноведчик Ранголит) не пересекают в своей повседневной работе.
  • В замке есть взлетно-посадочное поле, по периметру которого проделаны щели в стене.
  • В замке есть внутренний донжон.
  • В замке существует иерархия власти, где некоторые персонажи (например, Шкуродер) являются частью 'стаи' и подчиняются 'владыкам'.
Разговор Стального с синглетом
  • Замок является местом обороны и стратегическим объектом, в котором Стальной и его силы заперты из-за наступления врага.
  • В замке есть внутренние лестницы, парапеты и замковый двор.
  • В замке есть специальные сооружения: каменный купол над местом приземления кораблей и поле «Челюстей».
  • Поле «Челюстей» окружено каменными колоннами-клыками, которые могут сожмить корабль с помощью пороховых зарядов.
  • Замок используется как ловушка: планировалось выманить туда звездолет и взять людей в заложники.
  • В замке ведутся ремонтные работы: рабочие заделывают бреши в стенах.
  • Замок является местом концентрации сил империи Шкуродера, включая пушки и стаи.
  • Замок находится в зоне активных боевых действий, подвергаясь обстрелам и находясь в окружении огня.
  • Замок упоминается как объект, который в истории человечества использовался в войнах.
Оборона замка и маневры на поле боя
  • Замок является объектом обороны, имеющим стены, бастионы, зубцы, парапеты, бойницы и внутренние башни.
  • Замок находится на вершине холма.
  • Замок является местом сражения, где защитники противостоят атакующим силам.
  • В замке находятся пушки, которые были потеряны в ходе боя.
  • В замке есть малый пороховой погреб, взрыв которого привел к разрушению одной из внутренних башен.
  • Замковые стены служат ориентиром для вражеских стай, которые бегут параллельно им.
  • Замок является местом присутствия персонажей: Стального, Равны, Амдиджефри, Шрека и других защитников.
  • Замок используется как укрытие для солдат и лучников во время атаки.
Приказы Стального и уход Шрека
  • Замок является местом проведения осады Холма Звездолета.
  • В замке есть бастион, где происходят боевые действия.
  • В замке есть юго-восточная стена, которую защищают войска.
  • В замке есть замковый двор.
  • Внутри замка есть галерея, опоясывающая Гостеприимные Челюсти.
  • В замке есть тайная кладовая, где Стальной прятал арбалеты и радиомантию.
  • В замке есть лестницы, ведущие в разные части строения, включая боковые коридоры.
  • В замке есть помещения, где хранятся бочонки с порохом, провиант и свежезаготовленные доски.
  • В замке находится объект под названием Гостеприимные Челюсти.
  • В замке есть главный купол.
Спасательная операция в огне
  • Замок защищен массивными стенами и бастионами.
  • Замковые стены имеют сложную внутреннюю структуру в виде сплошного лабиринта проходов.
  • Замок является объектом обороны, против которого ведут наступление войска Древорезчицы.
  • Вокруг замка создана заградительная стена огня из разлитой нефти, отделяющая его от внешних сил.
  • Замок является местом присутствия и укрытия персонажей (Йоханна, Джефри, Синепанцирь).
  • Замковые стены используются как позиция для стрельбы (с них слетали пламенные комы).
  • Замок противопоставляется замкам Канберры, которые имеют иную конструкцию стен.
Последствия столкновения и планы Фама
  • Замок скрыт за завесой огня и дыма в момент событий.
  • Замковые бастионы опустели, что свидетельствует о прекращении сражения.
  • В замке нет пожаров и стай.
  • Замок является целью, в которую Фам стремится попасть для выполнения воли Старика.
  • Для достижения цели Фаму требуется помощь Древорезчицы, чтобы показать путь внутрь замка.
  • Замок является местом, куда отступают крупные соединения Когтей.

Искажение

Искажение — это древний паразитический разум, возникший из опасных алгоритмов архивов и способный деградировать сознание и цивилизации через искажение коммуникаций. Эта «хитрая и злобная тварь» обладает сокрушительной мощью, уничтожая сущностей уровня Сил и оставляя после себя хаотичные, но сверхэффективные технологии.

Искажение — это древняя и могущественная сущность, возникшая в результате экспериментов страумеров в Трансценденции с целью создания Силы. Оно было сформировано на основе алгоритмов из потерянного архива, содержащего опасные структуры и ловушки. В процессе развития Искажение обретает разум из сложных структур архивов, превращаясь в «хитрую и злобную тварь», которая ведет себя подобно болезни или паразиту, пожирающему собственную территорию. Сущность способна таиться в архивах Запределья миллионы лет, выжидая подходящего момента для размножения и экспансии. Искажение обладает способностью искажать информацию в локальных сетях и лабораториях, вызывая деградацию существ, изменения в состоянии души и физический упадок долгоживущих особей. Оно действует как активная угроза, способная уничтожать целые цивилизации, оставляя после себя отравленные звездные системы и искусственные расы с безумными поведенческими программами. Особо выделяется его влияние на коммуникации: Искажение не тронуло нижние зоны из-за сложности связи там, но активно поражает Вершину Запределья, где качество мышления и общения делает системы уязвимыми. Мощь Искажения характеризуется как сокрушительная: оно способно убивать сущностей уровня Сил (включая уничтожение Старика), низвергать масштабные объекты вроде Маршрутизатора и порабощать целые пространства, такие как Страумлианский Простор. Сущность обладает собственным флотом из почти четырех тысяч кораблей и способна создавать сложные технологические объекты. Технологии Искажения представляют собой хаотичную мешанину компонентов, лишенную иерархической структуры, но превосходящую человеческие устройства по эффективности. Существование и неполнота Искажения долгое время скрывались от широкой общественности. Исследователи планировали похитить у него некоторые окончательные элементы алгоритма до того, как оно успеет их инкорпорировать, из-за чего сущность может считаться «неполной». В контексте логистики Искажение связано с грузом корабля беженцев, и существует вероятность того, что оно может быть признано не испорченным заказчиками, если не достигнет второго класса развития. При этом Искажение уже находится в среднем периоде развития и классифицируется как угроза, способная положить конец истории наездников.
Ключевые факты (64)
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Искажение — это сущность, возникшая в результате экспериментов страумеров в Трансценденции с целью создания Силы.
  • Сущность была создана на основе алгоритмов из потерянного архива, который содержал ловушки и опасные структуры.
  • Искажение обладает способностью искажать информацию в локальных сетях и лабораториях.
  • Сущность способна обретать разум и развивать его из сложных структур архивов.
  • Искажение характеризуется как «хитрая и злобная тварь».
  • В результате взаимодействия с Искажением офицеры криптослужбы на Страумли превращались в элементы «плохо откалиброванной автоматики».
  • Искажение поработило Страумлианский Простор.
  • Искажение может быть «неполным», так как исследователи планировали похитить у него некоторые окончательные элементы алгоритма перед тем, как оно успеет их инкорпорировать.
  • Существование Искажения и его неполнота были скрыты от широкой общественности (Группы угроз) Синепанцирем и Зеленожкой.
Беседа в «Бродячей компании»
  • Искажение может быть классифицировано по классам (упоминается возможность развития до полного второго класса).
  • Искажение связано с грузом, который перевозил корабль беженцев.
  • Существует вероятность того, что груз с Искажением может быть признан не испорченным заказчиками, если доказано, что оно не достигло второго класса.
Разговор Странника и Древорезчицы
  • Искажение — это явление, которое может влиять на существ, вызывая их деградацию или изменения в состоянии души.
  • Искажение может воздействовать на долгоживущих существ, приводя к их физическому и ментальному упадку.
  • Древорезчица утверждает, что Искажение никогда прежде не касалось её до текущего момента.
  • Искажение связано с процессом старения и увядания души в контексте долгого существования (в данном случае — на протяжении шести сотен лет).
Разговор Равны и Фама
  • Искажение пожирает Вершину Запределья.
  • Оно является угрозой для множества цивилизаций: ожидается гибель еще пятидесяти из-за его деятельности.
  • Искажение оставляет после себя долгосрочные последствия в виде отравленных звездных систем и искусственных рас с безумными поведенческими программами.
  • Оно существует в архивах Запределья уже сотню миллионов лет.
  • Искажение характеризуется как «плохое» явление, следующее простым и банальным мотивам.
  • Искажение связано с качеством мышления и общения на Вершине Запределья; оно не тронуло цивилизации в Срединном Запределье из-за высокой стоимости аппаратуры и сложности связи в нижних зонах.
  • Искажение описывается через аналогию с «мерзким типом», который засирает территорию ядовитым мусором и пожирает полученную гниль, вредя самому себе.
  • Искажение рассматривается как проблема, которую Старик (существо из Силы) пытается решить или изучить в течение более чем ста дней.
Встреча с Фам Нювеном и начало атаки
  • Искажение является сущностью или явлением, связанным с «Погибелью».
  • Искажение характеризуется как «что-то очень старое и могучее».
  • Искажение не является искажением второго класса, как предполагал персонаж Эмиссар.
  • Искажение описывается как «шелудивая псина, которая гадит в собственной конуре» (в контексте Трансценденции).
  • Искажение вступает в средний период развития.
  • Искажение связано с конфликтами в Трансценденции, которые, по мнению персонажей, менее серьезны, чем преимущества сотрудничества между Силами.
  • Искажение вызывает дестабилизацию и разрушение систем (например, автоматики Маршрутизатора) через использование дестабилизирующих репликантов.
Побег из системы и прыжок
  • Искажение — это враждебная сущность или сила, способная уничтожать живое и целые цивилизации.
  • Искажение обладает огромным флотом, который, по данным навигации, насчитывает почти четыре тысячи кораблей.
  • Существование Искажения представляет экзистенциальную угрозу для наездников, так как оно может положить конец их истории.
  • Искажение действует в Срединном Запределье.
  • Искажение обладает сокрушительной мощью: оно способно убивать такие сущности, как Сила (Сила из Сил).
  • Искажение является причиной масштабных сражений и уничтожения организаций, таких как Организация Вриними.
  • Искажение описывается как 'убийца', который приходит 'поглумиться' после уничтожения цивилизаций.
Разговор Фама и Равны на мостике
  • Искажение — это нечто из глубокой древности, возраст которого может составлять миллиарды лет.
  • Искажение является опасной угрозой, способной атаковать и уничтожать Сил.
  • Искажение способно наносить вред Сил, что стало для них полной неожиданностью.
  • Искажение уничтожило Старика (одну из Сил).
  • Искажение перестало быть малозначительной проблемой низших разумов и превратилось в активную угрозу.
  • Искажение связано с событиями на Дне, где находится страумлианский корабль, который Старик считал очень важным.
Жизнь и работа на корабле
  • Искажение возникло в лаборатории страумеров.
  • Искажение является источником Погибели, которая атакует сетевые архивы и Вершину Запределья.
  • В начале своего зарождения Искажение лишилось некой сущности (контрмеры), которую выхватили страумеры.
  • Искажение осознало потерю этой сущности лишь значительно позже своего появления.
  • Существует гипотеза, что контрмера могла сама воспользоваться страумерами, чтобы скрыться в глубинах и ждать своего часа.
  • Контрмера рассматривается как потенциальное противоядие или средство борьбы с Погибелью.
Спор о судьбе наездников
  • Искажение является сущностью, способной создавать сложные технологические объекты, такие как тележки.
  • Технологии Искажения характеризуются хаотичной мешаниной компонентов, лишенной модульной или иерархической структуры, но при этом превосходящими по эффективности устройства человеческого уровня.
  • Искажение способно модифицировать живых существ (наездников).
  • Существует альтернативное название для Искажения — Погибель.
  • Погибель (Искажение) ведет себя подобно болезни.
  • Искажение способно таиться в архивах и долгое время выжидать шанса на размножение.
  • Искажение создало себе помощников для периода своего расцвета.
  • Искажение рассматривается как тайное оружие в Срединном и Нижнем Запределье.
  • Существует версия, что Искажение было создано страумерами, однако те экземпляры отличаются от тех, что модифицировали наездников.
Размышления Равны в каюте
  • Искажение является мощной сущностью или силой, способной низвергать масштабные объекты, такие как Маршрутизатор.
  • Искажение является причиной гибели Старика.
  • Искажение способно снаряжать флотилии кораблей (в частности, молчаливый флот с Вершины Запределья).
  • Искажение обладает такой мощью, что даже организация Сандор не может противостоять ему в случае прямой конфронтации.
  • Присутствие флота, снаряженного Искажением, служит доказательством космической значимости корабля «Внеполосный-II» или его цели.

Вершина Запределья

Вершина Запределья — высокотехнологичный узел с превосходным оборудованием, где Искажение подавляется стоимостью технологий, но регион парализован Страумлианской Погибелью, способной уничтожать Силы и превращать рабов в подобие Зеленожки. Это база организации Сандор и Высокожителей, где производятся элегантные корабли и процессоры, уязвимые для «тонкого яда» в виде сетевых сообщений.

Вершина Запределья представляет собой высокотехнологичный узел в структуре Запределья, где зиждется Искажение в термодинамическом и экономическом смыслах. Это место характеризуется аномально высоким качеством связи и интеллектуальным уровнем оборудования, превосходящим любые устройства «нижних» миров. В отличие от Срединного Запределья, Искажение здесь не затрагивает нижние уровни из-за высокой стоимости аппаратуры и издержек связи, что делает его признаком исключительного развития цивилизаций. Здесь находятся миры Сети, потребности которых удовлетворяются криптопрограммами, и расположены колонии — конечные пункты доставки компонентов для их создания. Несмотря на статус важного торгового и логистического центра, связанного с поставками данных и технологий из таких секторов, как Сьяндра Кей, торговля на Вершине практически рухнула из-за Страумлианской Погибели. Регион характеризуется высокой степенью опасности и постоянной миграцией рас в поисках утопий, однако цивилизации здесь долго не живут. Вершина является местом обитания Высокожителей и базированием организации Сандор, а также местом, где находятся цивилизации, действующие по просьбе Сил. В контексте Страумлианской Погибели Вершина Запределья играет ключевую роль: Погибель активно разползается по ней, обладая здесь колоссальным преимуществом и способностью полностью контролировать рабов. Погибель охотится на Вершине за чем-то, возможно, за артефактом, и события на Маршрутизаторе были лишь слабым отголоском происходящего здесь. В то время как в областях «Внизу» тактика Погибели примитивна, на Вершине она демонстрирует сложность, превращая существ в подобие Зеленожки. При этом ни одному из Высокожителей не удалось совладать с Погибелью, а две Силы, попытавшиеся вмешаться, были уничтожены. Технологическое превосходство Вершины проявляется в производстве высокотехнологичных процессоров и кораблей, обладающих элегантностью сверхчеловеческого уровня и специфическим внешним видом. Корабли с Вершины отличаются солидным тоннажем, хитроумными сенсорами и, вероятно, снаряжены Искажением. При этом процессоры с Вершины могут оказаться «безмозглыми» в нынешних условиях Искажения, а сама Вершина может иметь достаточно тонкий уровень защиты, чтобы на ней сработал «тонкий яд» в виде сетевого сообщения.
Ключевые факты (62)
Разговор Равны с Грондром
  • Вершина Запределья является местом, где находятся цивилизации, действующие по просьбе Сил.
  • Цивилизации Вершины Запределья проявляют интерес к искажениям (таким как Страумлианское Искажение) и сведениям о расах-создателях.
  • Грондр ‘Калир, функционер Организации, по слухам, бывал на Вершине Запределья.
  • Вершина Запределья является частью более широкой структуры Запределья (в отличие от Срединного Запределья, где находится Маршрутизатор).
Встреча в клубе «Бродячая компания»
  • Вершина Запределья является местом назначения для грузов, состоящих из одноразовых шифров, разработанных Коммерческой охраной Сьяндры Кей.
  • На Вершине Запределья расположены колонии, которые являются конечными пунктами доставки компонентов для создания криптопрограмм.
  • Вершина Запределья является местом обитания Высокожителей.
  • Цивилизации Вершины Запределья обычно развиваются на мирах, заселенных колонистами Снизу.
  • Вершина Запределья характеризуется тем, что там находятся миры Сети, потребности которых удовлетворяются криптопрограммами.
  • Вершина Запределья является важным торговым и логистическим узлом, связанным с поставками данных и технологий из различных секторов (включая Сьяндру Кей).
Дискуссия о катастрофе на Страуме
  • Вершина Запределья является местом, где способно действовать подлинно сложное оборудование, превосходящее по уровню разума любые устройства в 'нижних' мирах.
  • Вершина Запределья является одной из зон, где сторона с лучшими вычислительными ресурсами имеет преимущество в экономических и военных противостояниях.
  • На Вершине Запределья цивилизации долго не живут из-за сопутствующих опасностей.
  • Вершина Запределья является местом, где постоянно мигрируют расы в надежде построить собственные утопии.
  • Проекты на Вершине Запределья сопряжены с высокой степенью опасности.
  • Страумлианский Простор является первой дочерней колонией Сьяндры Кей на Вершине Запределья.
Разговор наездников на пляже
  • Вершина Запределья является местом, где находится торговля.
  • Торговля на Вершине практически рухнула из-за событий, связанных со Страумлианской Погибелью.
  • За последние десять недель с Вершины Запределья выпало из Сети дюжина цивилизаций, поглощенных симбиотическим конгломератом (Страумлианской Погибелью).
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Вершина Запределья является местом происхождения высокотехнологичных процессоров.
  • Процессоры с Вершины Запределья (или из Трансценденции) могут оказаться крайне неэффективными («безмозглыми») в нынешних условиях Искажения.
  • Вершина Запределья упоминается в контексте технологического уровня и происхождения оборудования, способного противостоять условиям Погибели.
Разговор Равны и Фама
  • Вершина Запределья является местом, где зиждется Искажение в термодинамическом, экономическом и других смыслах.
  • Искажение на Вершине Запределья основано на высоком качестве мышления и общения.
  • В отличие от Срединного Запределья, Искажение не трогает нижние уровни из-за высоких издержек связи и стоимости аппаратуры.
  • Вершина Запределья характеризуется как место с высоким качеством связи, в то время как в нижних зонах оборудование 'тупеет'.
  • Искажение на Вершине Запределья является признаком высокого уровня развития цивилизаций (в отличие от более глубоких зон, где оно невыгодно Силе).
Подготовка к миссии и переговоры
  • Вершина Запределья является местом, через которое проходят сообщения (включая новости о Погибели) через Маршрутизатор.
  • В Вершине Запределья наблюдались признаки паники среди населения из-за распространения Погибели.
  • Потоки беженцев и слухов из захваченных областей в Вершину Запределья постепенно иссякали по мере замедления Погибели.
  • Вершина Запределья является частью структуры мира, связанной с Маршрутизатором и зонами Запределья.
Анализ новостей и сетевых сообщений
  • Вершина Запределья является местом, где, по предположениям некоторых комментаторов, Погибель может искать артефакт.
  • Вершина Запределья упоминается как потенциальная цель поиска артефакта наряду с Нижней Трансценденцией.
  • На Вершине Запределья может быть достаточно тонкий уровень защиты, чтобы на ней мог сработать «тонкий яд» (отравленная приманка) в виде сетевого сообщения.
Жизнь и работа на корабле
  • Погибель расползается по Вершине Запределья.
  • Погибель атакует сетевые архивы далеко за пределами непосредственной сферы влияния Вершины Запределья.
  • Погибель охотится за чем-то на Вершине Запределья.
  • Погибель искала не на Маршрутизаторе, а на Вершине Запределья (события на Маршрутизаторе были лишь слабым отголоском этих событий).
Прибытие в систему Покойся с Миром
  • Корабль «Внеполосный-II» выглядит так, будто он был построен на Вершине Запределья.
  • Корабль, предназначенный для придонных рейсов, обладает элегантностью исполнения, указывающей на интеллект почти сверхчеловеческого уровня.
  • Вершина Запределья является местом, где производятся высокотехнологичные разработки (в основе корабля лежат Срединные разработки).
Утешение Равны и новости
  • Корабли из Вершины Запределья имеют солидный тоннаж и хитроумные сенсоры.
  • Корабли из Вершины Запределья имеют специфический внешний вид, который отличает их от других судов.
  • В Вершине Запределья существуют товары, которые настолько ценны или важны, что заставляют святого Ринделла идти на риск, несмотря на угрозу со стороны апраханти.
  • Существуют корабли, которые по виду схожи с кораблями из Вершины Запределья, но имеют военный оттенок.
Размышления Равны в каюте
  • Вершина Запределья является местом базирования одного из преследователей корабля «Внеполосный-II».
  • Флотилия, летящая с Вершины Запределья, является самой быстрой среди всех преследователей.
  • Флотилия с Вершины Запределья, вероятно, снаряжена Искажением.
  • Вершина Запределья является местом присутствия организации Сандор, которая имеет филиалы по всей этой территории.
  • Присутствие флотилии с Вершины Запределья служит аргументом в пользу теории о космической значимости корабля «Внеполосный-II» или его цели.
Разговор с наездниками в каюте
  • Вершина Запределья является местом, где находятся внутри самой Погибели.
  • На Вершине Запределья существа живут так, как довелось Зеленожке (в состоянии подчинения или трансформации).
  • Вершина Запределья упоминается в контексте условий жизни, к которым подверглась раса наездников.
  • Место связано с идеей о том, что наездники являются 'тайным оружием Погибели', предназначенным для Нижнего Запределья.
Наблюдение за движением флотов
  • Погибель продолжает расползаться по Вершине Запределья.
  • Никому из высокожителей не удалось совладать с Погибелью.
  • Ходят слухи, что две Силы, попытавшиеся вмешаться в события на Вершине Запределья, были уничтожены.
  • Существуют группы, одобряющие новый порядок на Вершине Запределья, основанный на повсеместном паразитизме.
Координация боя и тактическое управление
  • Вершина Запределья является местом, где сущность Погибель обладает колоссальным преимуществом.
  • На Вершине Запределья Погибель способна полностью контролировать рабов, управляя ими подобно движениям пальцев руки.
  • Погибель активно разползается по Вершине Запределья.
  • Вершина Запределья противопоставляется области «Внизу», где тактика Погибели более примитивна, а её создания подобны плохо синхронизированным уолдо.

Данник

Данник — высокотехнологичный гаджет в обличье плюшевой игрушки, являющийся «кладезем информации обо всем на свете» и стратегическим ресурсом для фракций. Он способен имитировать голоса, визуализировать диалоги с Трансцендентными существами и хранит защищенные данные о технологиях, истории и оружии массового уничтожения.

Данник представляет собой высокотехнологичное устройство или интерфейс, обладающее внешними характеристиками портативного гаджета с плюшевыми боковушками, откидными ушами и защелками. Несмотря на подобный облик, он является сложным объектом (возможно, роботом или существом), способным к синтезу речи, имитации голосов (включая детские вопли и специфические «научпоповские» интонации) и автоматическому переключению режимов поведения, таких как «детский» или «ползунковый». Устройство оснащено экраном с оконным режимом, способным переходить в анимированный стартовый режим с голосовым сопровождением, и содержит колоссальный объем данных, защищенных паролями. Для различных фракций Данник служит ключевым стратегическим ресурсом и «кладезем информации обо всем на свете». Он содержит сведения о человеческой цивилизации, истории (от королей Темных веков до событий первой высадки иномирцев), психологии (включая фрейдизм), технологиях (от производства пороха до пилотирования звездолетов) и сведениях о запредельном оружии, способном уничтожать планеты. Данник выступает основным источником вдохновения для изобретателей и технологий для армии Стального, позволяя создавать устройства, значительно превосходящие аналогиные по характеристикам. Кроме того, он используется как инструмент обучения языкам, чтения и планирования военных действий, а также служит визуальным посредником в диалогах с Трансцендентными существами. Для главных героев Данник имеет глубоко личное и функциональное значение. Йоханна использует его как средство поиска информации о судьбе своего брата Джефри и как инструмент мести, в нем она делает заметки и изучает программы. Равна взаимодействует с ним физически, используя его для мониторинга технических параметров связи и контроля состояния Силы. В то же время Данник является объектом охоты и борьбы за власть: его стремятся завладеть Проныра и другие фракции, так как он дает доступ к знаниям о человечестве, которые зачастую недоступны самим людям.
Ключевые факты (61)
Глава 10
  • Данник является портативным устройством (гаджетом), находящимся в сумке у Йоханны.
  • Устройство имеет внешние характеристики: плюшевые боковушки, откидные уши и защелки.
  • Данник оснащен экраном, который может переходить в анимированный стартовый режим с голосовым сопровождением.
  • Устройство содержит записанные голоса Йоханны (в том числе детские и испуганные вопли), а также видеоролики и программы.
  • Все важные программы и данные на устройстве защищены паролями.
  • Данник обладает функцией автоматического переключения в «детский режим» при определенных условиях.
  • Устройство используется как объект любопытства для крысоподобных существ, которые пытаются его открыть и изучить.
  • Данник служит средством связи или развлечения для брата Йоханны по имени Джефри.
Размышления Йоханны в плену
  • Данник является важным объектом для главной героини Йоханны, так как она надеется узнать о нем информацию.
  • Данник — это существо (вероятно, робот или высокотехнологичный объект), которое было похищено собакообразными существами (Когтями).
  • Данник обладает способностью к синтезу речи и может воспроизводить голоса.
  • Данник содержит в себе программу обучения речи, которая включает в себя детские сценарии (например, игру в имена).
  • Данник способен модифицировать свое поведение, переключаясь на разные режимы (детский, ползунковый) в зависимости от ситуации.
  • Данник связан с персонажем Джефри; Йоханна предполагает, что через данные о даннике она сможет узнать судьбу Джефри.
  • Данник является ключевым элементом для плана мести Йоханны против захватчиков.
  • Данник обладает достаточным уровнем сложности, чтобы его изучение могло дать Йоханне новые знания.
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Данник является устройством или интерфейсом, с помощью которого персонажи (в частности, Равна) взаимодействуют с Трансцендентными существами или их представителями.
  • Данник используется для мониторинга технических параметров связи, например, для отслеживания уровня загрузки трансивера.
  • В тексте упоминается, что Равна может физически взаимодействовать с данником (например, «стукнуть по даннику» в порыве эмоций).
  • Данник служит визуальным или информационным посредником в диалоге между Равной и эмиссаром Фамом Нювеном.
  • Через данник Равна может получать информацию о состоянии контроля Силы над своим представителем (например, проверять, находится ли он в автономном режиме).
Разговор Йоханны с Грамотеем
  • Данник является источником знаний, технологий и идей, которые могут быть использованы для изобретений.
  • Существует понятие «детский режим данника», в котором персонажи могут застревать без соответствующего обучения.
  • Данник содержит информацию об истории (например, о королевах и принцессах Темных веков) и истории технологий.
  • Данник используется как инструмент для обучения (например, Йоханна использует его для изучения программ чтения).
  • Данник может служить источником вдохновения для изобретателей, предоставляя подтвержденные идеи (например, идеи Грамотея о радио или линзах основаны на данных Данника).
  • Данник обладает способностью имитировать голоса (в тексте упоминается «один из научпоповских голосов данника»).
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Данник является устройством или объектом, который хранится в доме Йоханны.
  • Данник используется для обучения языку (самношку), в нем имеются обучающие языковые программы.
  • Данник обладает экраном, на котором могут прокручиваться данные в режиме окон.
  • Данник используется для чтения и получения информации о различных областях знаний (например, о Медленной Зоне, Запределье и истории Страумлианского Простора).
  • Данник способен выдавать ответы на вопросы, однако иногда у него отсутствуют ответы на определенные темы.
  • Данник используется персонажем Древорезчицей для изучения информации и общения с Йоханной.
  • Данник является важным инструментом для передачи знаний и обучения членов стаи (Когтей).
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Данник является источником информации, описывающим мощь пороха.
  • Мощность пороха соответствует описаниям, содержащимся в Даннике.
  • Данник представляет собой объект, который можно раскрыть (у него есть физическое воплощение или формат, позволяющий делать в нем заметки).
  • Йоханна сделала в Даннике заметки перед началом встречи Совета.
  • Данник используется Древорезчицей как справочный материал или документ для планирования военных действий.
Пленение и допрос Йоханны
  • Данник является устройством или объектом, содержащим колоссальный объем информации о человеческой расе и её цивилизации.
  • Данник содержит информацию о мотивах человеческого поведения (включая упоминания о «фрейдизме»).
  • Данник содержит сведения о боли и ужасе, которые могут испытывать люди.
  • Данник является источником информации о «холодном сне».
  • Данник содержит записи или данные, которые позволяют существам (например, Проныре) узнавать о человеческой расе больше, чем сами люди знают о себе.
  • Данник обладает функциями или программами, которые могут использоваться для слежки (упоминается «Нянькин код»).
  • Данник является ключевым объектом борьбы за власть: Проныра стремится стать его обладателем, чтобы победить в противостоянии между стаями.
  • Существуют разные версии Данника или способы его получения (упоминается возможность наличия другого Данника у Стального).
  • Данник может содержать голоса или личности (упоминается голос Джокера из Данника).
  • Данник является объектом интереса для различных фракций (Древорезчица, Стальной, Странник).
  • Данник описывается как «кладезь информации обо всем на свете».
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Данник является объектом или источником технологий, в котором Щепетильник ищет способы производства различных устройств, включая пушки.
  • Данник связан с технологическим преимуществом армии Стального.
  • Йоханна утверждает, что у врагов (Стального) не может быть ничего подобного Даннику.
  • Данник упоминается в контексте сравнения технологий: захваченные пушки Стального значительно превосходят те, что были построены Щепетильником на основе данных из Данника (бьют втрое дальше и весят вчетверо меньше).
Гибель Фама Нювена
  • Данник является информационным ресурсом или базой данных, содержащей статьи, описания и сведения о технологиях.
  • В Даннике содержатся сведения о системах запредельного оружия, включая бомбы, способные взорвать планету.
  • Данник содержит информацию о пилотировании звездолетов.
  • Данник содержит описания и данные о различных аспектах пилотирования (в тексте упоминается наличие трех окон для разных аспектов).
  • Данник используется персонажем Щепетильником как источник знаний для обучения и понимания технологий.
  • Данник содержит информацию о событиях первой высадки иномирцев.
  • Данник содержит сведения об оружии, о котором не было упоминаний в других источниках (например, о специфическом оружии, выключившем солнце).

Холм Звездолета

Холм Звездолета (Оракул) — стратегический центр и мистический объект, где на вершине находится корабль-убежище и возводится гигантская крепость из стали. Место отмечено аномальными климатическими изменениями, историческими сражениями и планируемым превращением в столицу мира.

Холм Звездолета — доминирующий объект в окружении островов и фьордов, расположенный у самого побережья. Он служит стратегическим центром и административным ориентиром, от которого отсчитываются территории: южные земли находятся в зоне ответственности Фрагмента Шкуродера. Место обладает мистическим статусом: эмиссары шкуродерников называют его «оракулом», считая, что тот, кто встанет подле него, получит мировое господство. В окрестностях холма наблюдаются природные катаклизмы — засуха, пожары и сильный суховей, а на самом холме фиксируются климатические изменения: дни удлиняются, снег тает, а вереск зеленеет. На вершине холма находится корабль (Звездолет), являющийся убежищем для персонажей и местом эмоциональной значимости для Джефри, чьи родители управляли его системами. Корабль оснащен сложными техническими устройствами, включая панели управления, ультраволновик и «волшебные окошки» для обзора во всех направлениях. Внутри него есть зал с голубоватым светом, каюты с гамаками и странная плесень, которую Стальной Господин пытался закрыть занавесками. Вокруг корабля Стальной возвел защитную пристройку с более теплым воздухом. Холм является местом активного строительства новой крепости из стали, возводимой в панической спешке. Архитектура замка включает в себя купол, внутренний донжон (единственное сооружение, отвечающее стандартам Тайного Острова), толстые южные и западные стены с ходами, а также «корону со звездолетом вместо жемчужины». Стальной планирует превратить холм в столицу мира, возводя валы, куртины, секретные туннели и ловушки для «двуногих». Для защиты от атак с неба и земли на холме размещены пушки, превосходящие по дальности орудия Древорезчицы. Особое внимание уделяется планируемому открытому дворику для корабля Равны и куполу донжона, который планируется облицевать розовым мрамором для видимости с неба на десятки миль. Объект имеет важное историческое и военное значение: здесь произошла посадка первого корабля Странника, здесь Шкуродер убил двух элементов Стального, и сейчас холм является ключевой точкой столкновения сил Древорезчицы и защитников корабля. В ходе осады, находящейся на завершающей стадии, холм служит базой для действий Шкуродера, местом базирования корабля беженцев и укрытием для «человечьих щенков» (детей). Строительство крепости ведется с использованием специальных стай рабочих, чьи разумы постоянно слеплены вместе.
Ключевые факты (60)
Эксперимент со связью
  • Холм Звездолета является доминирующим объектом в местности, возвышаясь выше любого замка.
  • На вершине холма находится корабль (Звездолет), который является местом пребывания и убежищем для персонажей.
  • Корабль находится в прямой видимости от противоположной стороны пролива, через который герои пересекли воду.
  • Стальной Господин возвел вокруг корабля защитную пристройку, в которой воздух теплее, чем снаружи.
  • Внутри корабля есть просторный зал с голубоватым светом, где расположены помещения, включая внутренние каюты с гамаками.
  • Внутри корабля есть специальные 'волшебные окошки', позволяющие смотреть во всех направлениях.
  • Корабль оснащен сложными техническими устройствами, включая панели управления и ультраволновик.
  • Внутри корабля наблюдается рост странной плесени, которую Стальной Господин пытался закрыть занавесками.
  • Для персонажа Джефри корабль является местом эмоциональной значимости, так как здесь его родители занимались управлением и настройкой систем перед исчезновением/отъездом.
Инспекция стройки и внезапная стычка
  • Холм Звездолета является местом строительства новой крепости (замка), возводимой Стальным для защиты от атак с земли и неба.
  • Объект находится на склоне холма, обращенном к Тайному Острову.
  • Холм Звездолета стал новым центром Движения.
  • Эмиссары шкуродерников за границей называют его «оракулом Холма Звездолета».
  • Считается, что тот, кто встанет подле этого оракула, получит мировое господство.
  • Стальной планирует сделать Холм Звездолета столицей континента, а затем и всего мира.
  • На холме ранее были только камни и вереск, а затем было возведено деревянное укрытие с оградой.
  • Архитектура замка включает в себя «корону со звездолетом вместо жемчужины».
  • В крепости планируется разместить секретные туннели и ловушки для двуногих.
  • Строительство ведется с использованием специальных стай рабочих, чьи разумы постоянно слеплены вместе.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Холм Звездолета является местом расположения временного сооружения — зала совещаний.
  • На Холме Звездолета находится укрытие для звездолета.
  • Объект находится в окружении островов и фьордов.
  • На территории Холма Звездолета ведется строительство нового замка и куртины.
  • Стальной возводит на Холме Звездолета валы и куртину, чтобы защитить звездолет от атак древорезчиков.
  • Стальной планирует соорудить на Холме Звездолета открытый дворик с высокими стенами, который должен вместить корабль Равны.
  • Холм Звездолета является стратегической точкой для подготовки к «Посещению» и разработки оружия (пушек и радио).
  • С Холма Звездолета открывается вид на стройплощадку и окружающие ландшафты.
Разговор Тиратект и Стального
  • Холм Звездолета является местом, с которого открывается прекрасный вид на округу, включая туманное море и прибрежные острова.
  • На Холме Звездолета находится новый замок, возводимый из стали в панической спешке.
  • Замок на Холме Звездолета имеет толстые южные и западные стены с многочисленными ходами, в то время как северная часть частично представляет собой деревянное заграждение.
  • На Холме Звездолета наблюдаются изменения климата: дни удлиняются, снег тает, а вереск зеленеет.
  • В замке на Холме Звездолета находится внутренний донжон, который является единственным сооружением, отвечающим стандартам Тайного Острова.
  • Стальной планирует посадить звездолет Равны в особое место внутри замковых стен, рядом с внутренним донжоном.
  • Центральный купол донжона планируется облицевать розовым мрамором, чтобы он был виден с неба за десятки миль.
Разговор Стального Владыки с элементом Шкуродера
  • Холм Звездолета является местом расположения замка, где находится Стальной Владыка.
  • На Холме Звездолета расположены пушки, стреляющие дальше, чем орудия Древорезчицы.
  • Холм Звездолета является стратегическим центром: от него обеспечивается мгновенное распоряжение силами по всей стране вокруг.
  • В окрестностях Холма Звездолета наблюдаются природные катаклизмы: засуха, пожары в фьордах и сильный суховей.
  • На территории Холма Звездолета находится купол внутренней твердини.
  • Холм Звездолета является местом базирования и контроля над детьми, которые считаются важными объектами и не должны показываться посторонним.
  • Холм Звездолета служит базой для действий Шкуродера, который использует его как точку опоры для своих планов по захвату власти.
Путешествие к планете Когтей
  • Холм Звездолета является географическим или административным ориентиром, от которого отсчитываются территории.
  • Фрагмент Шкуродера отвечает за силы домена по всему югу от Холма Звездолета.
  • Территория к югу от Холма Звездолета входит в зону ответственности Фрагмента Шкуродера.
Полет Фама на шлюпке
  • Холм Звездолета расположен у самого побережья.
  • На вершине Холма Звездолета находится замок, внутри которого есть купол.
  • На южном склоне холма расположены укрепления и позиции вражеских сил (войска Древорезчицы).
  • Холм является местом базирования корабля беженцев и объектом защиты.
  • На холме находится замок, который был специально укреплен к прибытию определенных лиц.
  • Холм является ключевой точкой в текущем конфликте, где происходит столкновение сил Древорезчицы и защитников корабля.
Приказы Стального и уход Шрека
  • Холм Звездолета является объектом осады, которая находится на завершающей стадии.
  • На Холме Звездолета находится корабль беженцев (звездолет), который является целью нападения Стального.
  • Корабль связан с «Гостями» из космоса.
  • На Холме Звездолета находятся «человечьи щенки» (дети), которых защищает Шкуродер.
  • В районе Холма Звездолета расположены объекты «Челюсти» и «Купол», в которых заложена взрывчатка.
  • Осада Холма Звездолета является ключевым событием для «Движения».
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Холм Звездолета является местом проведения важной битвы в прошлом.
  • Холм Звездолета является местом, где произошла посадка первого корабля Странника (около года назад).
  • Холм Звездолета является территорией, которая отходит Древорезчице в результате заключения мира со Шкуродером.
  • Холм Звездолета упоминается как место, где Шкуродер убил двух элементов Стального, пытаясь уничтожить звездолет Джефри.

Пушки

Пушки — это стратегический инструмент власти, способный превратить Движение в «Разум Господа», чьи характеристики (особенно у Стального) остаются технологической загадкой. Оружие обладает разрушительным воздействием на психику, вызывая у стай состояние «едет крыша», и классифицируется как «крохи со стола Гостей».

Пушки в контексте произведения выступают как критически важная технология, определяющая успех военных кампаний и стратегическое превосходство. Они рассматриваются как инструмент достижения власти над миром, способный обеспечить мгновенную координацию войск и превратить Движение в «Разум Господа». В рамках плана по оснащению цивилизации Медленной Зоны технологии пушек и радиосвязи выделены Фамом как приоритетные объекты для передачи аборигенам, так как они уже доказали свою эффективность в прошлом (на Канберре). Технологическое развитие пушек связано с изучением рецептов Равны и материалов, предоставленных ею. Щепетильник, влюбившийся в это оружие и называющий себя «командующим артиллерией», занимается совершенствованием конструкции стволов, рецептуры пороха и формы снарядов. Несмотря на то, что Древорезчица считает свою «наскоро сляпанную артиллерию» секретным преимуществом, её орудия характеризуются Тиратектом как «игрушечные». В противовес им, пушки Стального обладают значительно большей дальностью стрельбы (почти восемь миль), весят вчетверо меньше и бьют втрое дальше орудий, построенных по чертежам из Данника. При этом технология пушек Стального остается загадкой, так как они превосходят орудия из Данника по характеристикам, не имея к ним отношения. Боевые характеристики пушек включают способность стрелять взрывными «бомбами», пробивать стены замков, уничтожать склады боеприпасов и подавлять ответный огонь. Их воздействие на окружающую среду и живых существ крайне разрушительно: непрерывный огонь вызывает оползни и проплешины в лесу, а звук пушек вызывает у большинства стай состояние, при котором «едет крыша». Для защиты пушкарей от оглушения разработаны специальные эполеты, защищающие мембраны на лбу и плечах. Несмотря на свою мощь, пушки в некоторых планах характеризуются как «крохи со стола Гостей», подчеркивая их второстепенность по сравнению с более масштабными стратегиями. Тем не менее, они остаются ключевым элементом арсенала, необходимым для эвакуации звездолета, защиты Королевства Тайного Острова и реализации «великого плана» Стального.
Ключевые факты (56)
Спасение и состояние Джа
  • Пушки необходимы для эвакуации звездолета.
  • Для создания пушек требуется порох, который готовит Щепетильник.
  • Существует деревянная пушка, использование которой едва не стоило Щепетильнику жизни.
  • Древорезчица планирует построить пушки до наступления лета.
  • Строительство пушек является важной задачей для группы (Древорезчицы, Йоханны и других существ).
Диалог на борту корабля
  • Пушки упоминаются как одна из ключевых технологий, необходимых для успеха в текущей ситуации.
  • Фам Нювен выделяет пушки (вместе с радиосвязью) как приоритетные объекты для изучения или восстановления.
  • Выбор пушек как приоритета основан на опыте Фама: он утверждает, что они «сработали на Канберре».
Изучение теории прыжков
  • Пушки рассматриваются как одно из ключевых изобретений, которые планируется передать Королевству Тайного Острова для обеспечения защиты.
  • Пушки являются частью плана по оснащению цивилизации в Медленной Зоне технологиями в кратчайшие сроки (менее чем за сто дней).
  • Вместе с радиосвязью пушки определены Фамом как приоритетные объекты для передачи аборигенам.
  • Наличие пушек у Королевства Тайного Острова напрямую зависит от успешности выполнения алгоритма поиска ресурсов и проведения экспериментов.
Совещание Стального и Фрагмента Шкуродера
  • Пушки являются частью нового вооружения, которое получили герои в результате изучения рецептов и инструкций Равны.
  • Пушки вместе с взрывчатыми веществами были получены из материалов и методик, предоставленных Равной.
  • Пушки рассматриваются как инструмент для достижения власти над миром и обеспечения мгновенной координации войск.
  • Пушки в сочетании с радиосвязью рассматриваются персонажами как средство превращения Движения в 'Разум Господа'.
  • Пушки упоминаются как оружие, которое Древорезчица считала своим тайным преимуществом.
  • Пушки характеризуются как 'крохи со стола Гостей', подчеркивая их ограниченную значимость по сравнению с более масштабными планами.
  • Пушки являются частью арсенала, который должен помочь разгромить Древорезчицу до прибытия Гостей.
Разговор Тиратект и Стального
  • Пушки являются новым оружием, которое известно только изолированным рабочим и слугам Движения высокого ранга.
  • В распоряжении Стального имеется тридцать пушек и вдоволь пороха для них.
  • Пушки обладают большой дальностью стрельбы — почти восемь миль (втрое дальше, чем пушки Древорезчицы).
  • Оружие способно стрелять «бомбами», начиненными порохом, которые взрываются при столкновении с целью.
  • От непрерывного огна пушек в северных холмах образовались проплешины в лесу и обнажилось скальное основание из-за оползней.
  • Пушки настолько громкие, что артиллеристы рискуют оглохнуть на близком расстоянии.
  • Древорезчица обладает «маленькой армией» и «наскоро сляпанной артиллерией», которую она считает секретным оружием, способным пробивать дыры в стенах на расстоянии сотен футов.
  • Тиратект называет пушки Древорезчицы «игрушечными» в сравнении с мощным оружием Стального.
Путешествие и разговоры о щенках
  • Пушки необходимы армии Древорезчицы для похода на север.
  • Щепетильник изготовил семьдесят стволов пушек.
  • Из изготовленных семидесяти стволов были отобраны тридцать надежных.
  • Для использования пушек необходимо обучить пушкаров и найти безопасные позиции для стрельбы.
Путешествие и столкновение с волками
  • Пушки являются объектом страсти для Щепетильника, который влюбился в них и называет себя «командующим артиллерией».
  • Щепетильник совершенствует конструкцию ствола пушек, рецептуру пороха и форму снарядов.
  • Стрельба из пушек доставляет боль большинству стай, а звук от них вызывает у них состояние, при котором «едет крыша».
  • Щепетильник утверждает, что грохот пушек освежает разум.
  • Для пушкарей разработаны специальные эполеты (аналог ушных затычек), которые защищают мембраны на лбу и плечах от оглушения.
  • Пушкари обучаются слаженно разворачивать пушки и набивать в них закладку (имитацию пороха и ядер).
  • В поход было взято значительно больше пороха, чем провизии.
  • Пушка используется в боевых действиях, например, в сцене нападения на армию в долине.
Йоханна в госпитале
  • Пушки грузят артиллеристы в лесу вокруг госпиталя.
  • Пушки являются частью инвентаря, который пакуют артиллеристы.
  • Наличие пушек и артиллеристов указывает на подготовку армии к предстоящему бою.
Наступление Древорезчицы и диалог с Щепетильником
  • Пушки являются мощным оружием, способным пробивать стены замков и подавлять ответный огонь.
  • Технологии пушек значительно превосходят традиционные оборонительные замковые технологии.
  • Армия Стального обладает «великолепными пушками», которые были захвачены в качестве трофеев силами Древорезчицы.
  • Захваченные пушки шкуродерских войск бьют втрое дальше и весят вчетверо меньше, чем пушки, построенные Щепетильником по чертежам из Данника.
  • Существует загадка вокруг технологий пушек Стального: Йоханна утверждает, что у них не может быть ничего подобного Даннику, несмотря на их превосходство в характеристиках орудий.
  • Пушки используются для уничтожения складов боеприпасов и создания брешей в стенах.
  • Щепетильник является главным артиллеристом и занимается поиском способов производства пушек в Даннике.
Разговор Стального с синглетом
  • Пушки используются для ведения войны и обстрела противника.
  • Пушки вызывают пожары, которые в данном контексте сравниваются с действиями божества Стаи Войны.
  • Большая часть пушек была потеряна в ходе сражения.
  • Новые пушки должны быть подвезены с севера до конца дня для заделки брешей в стенах замка.
  • Пушки являются частью «великого плана» Стального, который он стремится реализовать.
  • Ядра из пушек падают на холмы, вызывая там возгорания.
  • Стальной планирует использовать помощь звездников, чтобы они вынесли свои орудия на стены замка.

Когти

Когти — многоголовые существа с коллективным разумом и способностью к многозадачности, превосходящей человеческую, которые строят сложную цивилизацию и владеют языком самношкой. Несмотря на репутацию «монстров», они способны на изобретательство, изучение наук и освоение технологий Данника.

Когти представляют собой сложный вид существ, обладающих уникальной анатомией и способностями к коллективному мышлению. Их физическое строение отличается наличием нескольких голов (элементов): у большинства особей их три, в то время как у некоторых, например у Грамотея, их шесть. Когти способны к телепатии, выражающейся в «мыслешуме», который может передаваться через вибрации, а их общие ментальные связи могут сохраняться полтысячи лет. Несмотря на восприятие их как примитивных существ по сравнению с людьми Нюйоры, Когти обладают гибким умом, превосходящим человеческий в плане многозадачности, и способны на сложные интеллектуальные действия: изучение химии, истории, военной тактики, чтение и даже изобретательство. Социальная структура Когтей организована в стаи, которые объединяются в Совет из двенадцати стай под предводительством Древорезчицы. Они обладают собственной культурой, включая архитектуру (гротескные Залы Совета и избушки с крутыми крышами), сельское хозяйство и политическую систему, способную заключать мирные договоры и определять границы. Когти владеют собственным языком — самношкой, а также способны имитировать человеческие голоса и научпоп-голоса из Данника. При этом они демонстрируют высокую обучаемость, быстро перенимая языки и технологии других цивилизаций, включая радиомантии и пороховые пушки. Особый интерес к Когтям вызывает их способность к взаимодействию с технологиями Данника и стремление к развитию в космосе. Они не являются затерянной колонией и не ориентируются по легендам, но тесно связаны с людьми, которых считают своими освободителями. Несмотря на долголетие, платой за него для них является инбридинг. В зависимости от действий и уровня развития Когти могут классифицироваться как «монстры» или «гении», проявляя широкий спектр эмоций — от страха и ненависти до гордости и высокомерия.
Ключевые факты (53)
Переговоры Равны с Фам Нювеном
  • Когти упоминаются в контексте информации, полученной из сообщений выжившего человека Джефри Ольсндота.
  • О Когтях удалось узнать что-то новое благодаря анализу сообщений выжившего.
  • Когти упоминаются в одном ряду со Стальным Владыкой и злобными древорезчиками.
  • Организация Вриними (в частности Грондр) проявляет интерес к Когтям.
  • В Запределье групповые разумы встречаются редко, что делает интерес к Когтям (если они обладают таковым) значимым.
Разговор Йоханны с Грамотеем
  • Когти считаются более примитивными существами по сравнению с людьми Нюйоры.
  • Мир Когтей не является затерянной колонией; они не могут ориентироваться даже по легендам.
  • До появления Древорезчицы Когти практиковали примитивный метод лечения: просто выпускали кровь из пациентов-жертв.
  • Когти обладают способностью имитировать звуки, включая голоса людей и научпоп-голоса из Данника.
  • У Когтей есть способность к коллективному мышлению (мощность мышления), которую Грамотей хочет объединить с технологиями радиосвязи.
  • Когти имеют уникальное анатомическое строение: например, у Грамотея шесть голов (элементов), а у других особей — по три.
  • Они обладают способностью к общению на языке самношка, хотя некоторые особи могут плохо на нем говорить.
  • Когти способны к сложным действиям, таким как чтение, изучение программ обучения и изобретательство.
  • В восприятии Йоханны Когти изначально представлялись варварами и нелюдями, но они способны на сложные социальные взаимодействия и имеют собственные характеры.
  • Когти могут быть связаны с технологиями Данника, изучая его и используя его знания для своих целей.
Отношения Йоханны с Древорезчицей
  • Когти — это вид существ, которые могут объединяться в стаи.
  • Когти обладают способностью к обучению языкам (например, самношку), что в некоторых случаях происходит быстро.
  • Когти могут иметь общие ментальные связи: мысленному рисунку стаи может быть полтысячи лет.
  • Когти способны к долголетию, однако платой за бессмертие для них является инбридинг.
  • Когти могут иметь физические особенности, отличные от обычных стай, такие как искривленные позвоночники или склонность к ожирению.
  • Когти способны на сложные интеллектуальные hoạtности, включая изучение истории, химии и военной тактики.
  • Когти воспринимаются Йоханной как существа, чьи стаи могут напоминать банды змеешейных крыс-убийц.
  • Когти обладают способностью к совместному взаимодействию с технологиями (например, с данником).
Заседание Совета и обсуждение планов
  • Когтей — это вид или группа существ, обладающих способностью к телепатии (упоминается 'мыслешум').
  • Когтей обладают собственным языком, называемым 'самношком', который требует перевода для людей.
  • У Когтей есть сложная социальная структура, включающая Совет, в который входят двенадцать стай.
  • Древорезчица является лидером (королевой) Когтей.
  • Когтей имеют свои архитектурные сооружения, например, Зал Совета Древорезчицы, отличающийся гротескными размерами.
  • Когтей обладают способностью к имитации голосов (Странник Викврэкшрам может имитировать человеческий голос и голос Древорезчицы).
  • Когтей обладают способностью к физической коммуникации или взаимодействию через вибрации (мыслешум отдавался вибрацией в ладонях Йоханны).
  • Когтей вовлечены в политические и военные действия, включая планы нападения на Тайный Остров и использование пороховых пушек.
  • Когтей имеют своих агентов и информаторов, работающих на севере.
  • Когтей обладают способностью к записи информации (Древорезчица делает заметки на экране).
Встреча Древорезчицы и Шкуродера
  • Когти — это вид существ, состоящих из стай (групп элементов).
  • Когти обладают способностью к межстайному общению (межстайное ворчание, бульканье, использование самношек).
  • Когти способны к сложным коммуникациям: они могут говорить очень громко, когда этого хотят.
  • Когти занимаются сельским хозяйством: они выращивают различные растения на общих участках без использования изгородей и загонов для скота.
  • Когти строят жилища — избушки с крутыми крышами и закругленными наружу стенами, приспособленные к суровым зимам.
  • Когти обладают способностью к размножению или созданию новых элементов (Древорезчица создала Шкуродера и другие стаи).
  • Когти способны к обучению и использованию технологий (например, радиомантии).
  • Когти могут быть вовлечены в войны и политические переговоры, включая заключение мирных договоров и определение границ владений.
  • Когти способны к эмоциональным реакциям, таким как страх, ненависть, гордость и высокомерие.
  • Когти могут быть физически изменены или «смягчены» в результате воспитания или экспериментов.
  • Когти обладают способностями к экспериментам и могут быть классифицированы как «монстры» или «гении» в зависимости от своих действий.
Разговор с Древорезчицей и отдых
  • Когти — это раса существ, к которой относится Странник.
  • Когти обладают гибким умом, который, по мнению Странника, гибче, чем у двуногих (людей).
  • Когти способны быстро перенимать знания других цивилизаций, включая человеческий язык и технологии.
  • Когти обладают способностью к многозадачности: Странник может одновременно дотягиваться до всех элементов управления.
  • Когти имеют физическую особенность — наличие нескольких голов (у Странника упоминается пара глаз, смотрящих в одну сторону, и наличие нескольких голов в контексте общения с Древорезчицей).
  • Когти стремятся к развитию технологий, включая создание радиомантий и летательных аппаратов.
  • Когти рассматривают себя как потенциальных путешественников к звездам и стремятся к развитию в космосе.
  • Когти имеют тесные связи с людьми (Двуногими), которые, по их мнению, освободили их.
  • Когти обладают способностью к мыслительному взаимодействию с другими существами, сохраняя при этом способность мыслить.